Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Взаимодействия «духовного» и «монетарного в жизненных выборах человека

Читайте также:
  1. European Court of Human Rights (Европейский суд по правам человека).
  2. IV. Определите, какую задачу взаимодействия с практическим психологом поставил перед собой клиент.
  3. Quot;На мой взгляд, чувство юмора должно быть краеугольным камнем будущей религиозности человека".
  4. Quot;На мой взгляд, чувство юмора должно быть краеугольным камнем будущей религиозности человека".
  5. VI. Сверхъестественная судьба человека. «Программы бытия», управлявшие людьми. Происхождение тибетского государства.
  6. VIII КАКОЕ ОТЛИЧИЕ ВЫДЕЛЯЕТ ЧЕЛОВЕКА?
  7. X. Техника как ремесло. Техника человека-техника

 

Становление и утверждение «экономического сознания», которое демонстрирует сегодня наша действительность, вопреки разного рода ожи­даниям и предвидениям относительно перспектив человеческого в чело­веке, является результатом разумной, то есть духовной деятельности. В своих исследованиях М. Вебер, В. Зомбарт, С. Булгаков, вопреки авторитетным «научно-материалистическим» (например, марксистскому) мнениям, рассмат­ривают процесс возникновения западноевропейского капитализма как ре­зультат решающего влияния католицизма, протестантизма и православия (на хозяйство в целом)13, то есть духовного фактора. Экономическое сознание поэтому характеризуется неожиданными и причудливыми переплетениями духовных и прагматических интенций. Это хорошо просматривается в новом, «экономическом типе» человека. Как любитель, интеллектуал, технократ, эффективный и «самодостаточный» делец, «экономический человек» под­ходит для товарно-денежного производства. Но именно для производства. , «Если сводить жизнь к производству, проблема в том, чтобы подобные


 


качества оставались в его пределах, а в остальных сферах бытия человек мог проявлять себя как целостное духовное существо. Как более или менее совершенная личность»14. Это утрудняет понимание смысла денег, по­скольку сама проблема духовной самоидентификации теряет свою ранее определенную, четкую ориентацию.

Существует традиция защиты духовности, согласно которой утверждается, что человек не выдержал испытания силой, которую ему дал разум. Воз­можности научно-технической революции оказались слишком широкими, поэтому человек в них «заблудился». Парадокс этой ситуации состоит в том, что очевидность безмерного могущества человека стала одновременно его слабостью. Разум потерял свою духовность и поэтому вышел из-под контроля. Если сначала он был призван служить человеку, быть основой его духов­ной самоидентификации, то теперь сам требует человеческой помощи. Она выступает часто в форме денег, что превращает их как бы в настоящего друга. Полностью отдав себя на рассмотрение своей «разумной» природы, человек перестал ставить вопросы «кто я есть», «кем я хочу быть», «зачем я существую». «Переключение» решения вопросов смысложизненного, сле­довательно, духовного характера, на деньги, делает самосознание человека аморфным. В силу этого аморфным становится и мир, существующий всегда благодаря этому самосознанию и благодаря деньгам.

Возникает мнение, что в этом неопределенном мире, который потерял свои духовные ориентиры, единую стабильность имеют деньги. Они — та финансовая стабильность, которая среди всех динамических социально-эко­номических трансформаций остается наиболее надежной. Если мир стано­вится аморфным, в нем постоянно меняются векторы духовных самоопре­делений, но деньги, как оказывается на первый взгляд, избавлены от этой изменчивости. Они как бы убеждают человека в наличии его возможности выстоять во всех противоречиях социально-культурных реалий. Тем самым деньги окончательно теряют связь с духовностью не по существу, а в сознании тех, кто самоидентификацию понимает как экономическое утверждение.



Подобная позиция может быть названа «экономическим фундамента­лизмом», который сегодня требует установления пределов, «подчинения стремления к прибыли и потребительству более высоким целям. С точки зрения сохранения духовности и экзистенциального измерения мира, его можно назвать гуманитарным регулированием» Ч Следовательно, духовная самоидентификация есть более важной для уверенности человека в самом себе. Особенно тогда, когда он остается наедине с собой. Поэтому и осущест­вляется постоянный поиск регламентации деятельности человека на осно­вании духовных (моральных, эстетических, религиозных) и т. д. норм. В этом проявляется отражение глубинных оснований человеческого бытия, сущность которого наполнена невыразимой многогранностью. «Наедине с собой, — писал М. Мамардашвили, — оставленный на самого себя и не за­щищенный от самого себя, человек может только себя уничтожить, что он и делает всю историю. Но каким-то образом в истории были введены опре-

Загрузка...

деленные стержни, как в атомный реактор... Именно они, эти стержни, по­зволяют человеку подниматься над своей «тварной» природой и усовершенст­воваться»16. Материалом для этих стержней может быть постоянная динамика самоосуществления в духовных ориентирах, которые и могут избавить от тех болезненных переживаний за потерю себя. Без поиска себя человек может стать на путь самоуничтожения, как, впрочем, и человечество в целом.

Духовные ориентации являются определенными законами, регламенти­рующими не только условия выживания, отношения людей между собой, но и «удерживают» существование общества в целом. При этом духовность есть не только совокупностью установок, как в религии (начиная от библейс­ких заповедей), в правилах и нормах морали, но и в особого рода убежден­ности, которая позволяет спокойно воспринимать разнообразие самых неожи­данных проявлений социоэкономического, политического бытия. Понятно, что деньги как форма «замещения», или наполнения сознания человека содержанием в своем количественном выражении, таким «стержнем» быть не могут. Хотя бы потому, что их основное восприятие осуществляется на сугубо чувственно-предметном уровне познания. «Деньги информируют, деньги требуют, деньги определяют. Есть деньги, становись покупателем, вкладчиком, а то и предпринимателем — при, так сказать, лишних деньгах... А на работу наниматься, о зарплате думать, о профессии, об образовании? Что ни говори, а деньги «речисты», — сколько они всего сообщают, на что только не ориентируют, чему только не служат»17. Этот уровень понимания обусловливает, в первую очередь, прагматический, лишенный всякого тради­ционного духовного содержания, подход.

Хозяйство есть явление духовной жизни в такой же мере, в какой и все другие стороны человеческой деятельности и труда. Дух хозяйства есть не фикция, не образ, но истори­ ческая реальность. С. Булгаков

Результатом этого подхода становится не просто «потеря себя», но и раз­рушение среды духовного бытия. Ведь деньги — это не просто измерение некоей операции или действия по купле-продаже, определение цены товара и пр. В своей первичной сущности они никак не «оторваны», то есть не диф­ференцированы от духовного содержания, поскольку непосредственно «впле­тены» во все смыслы человеческого существования. Примером может быть происхождение содержания такого привычного для всех понятия, как «мо­нета». Согласно самой известной версии, «монета» получила свое название от того, что денежный (монетный) двор Римской империи располагался при храме богини Юноны в Риме. Если громовержец Юпитер был отцом всего сущего, то его жена Юнона — мать, монна. Посвященные ей храмы были распространены по всей территории империи. Юнону величали или Региной (правительницей), или Монетой (провозвестницей). По другой


версии расположение Римского монетного двора имело второстепенное значение. Главное же заключалось в том, что на монетах, выпускавшихся в Риме и провинциях, наиболее часто изображалась Юнона. А слово «монета» является уменьшительным от монны, поскольку изображение Юноны на монете было обычно маленьким. Постепенно изображение приобретало новый смысл, и в конце I в. н. э. на монетах появляется женская фигура, не имеющая ничего общего с Юноной. Это безымянная покровительница монетного дела, рядом с ней — горка монет, в руках — рог изобилия. Есть также версия, что слово «монета» происходит от латинского слова monito, monitum — предвещание, предупреждение, что некоторые ученые истол­ковывают как извещение о платеже. Другие считают, что слово «монета» ведет родословную от латинского глагола «moneo, monito, monetum» — советовать18. История возникновения названия «монета» свидетельствует о существовании взаимосвязи земного с самыми высшими духовными силами, которые перенесли часть своей благодати на металл (деньги тогда были только металлические). Ценность монеты состояла не столько в ее по­купательной способности, сколько в духовной взаимосвязи с божеством. Учитывая уровень уважения и поклонения, которые отдавались высшим богам Рима, можно сделать вывод, что и монета, то есть деньги, не имела еще такого сугубо конкретно-прагматического, материально-покупательного назначения, как это сформировалось позже и привело к утверждению экономизма и монетаризма.

Византийский историк Сеида (X в.) переход слова «moneo» — «советовать» к названию чеканных денег объяснял так. Будто бы римляне, воюя с Пирром и тарентинцами и не имея средств для ведения войны, обратились за помощью к богине Юноне. Оракул Юноны ответил, что у них всегда будет достаток в деньгах в том случае, если начатая война будет справедливой. После удачного окончания войны римляне стали почитать Юнону-Монету, иначе Советчицу, а сенат издал декрет, чтобы все чеканные деньги-монеты чеканились в храме Юноны как советчицы и помощницы в денежных затруднениях19.

Все приведенные примеры показывают непосредственную взаимосвязь понятия «монета», следовательно, денег, с духовностью. Морально-духовная сила божества наделяла деньги, в первую очередь, смысложизненным содер­жанием, что отделяло их от простого использования для количественных измерений. Предупреждение, провозвестие — это духовные потенции, вла­дение которыми принадлежит богам. Относительно «Советчицы», то и этот термин, отождествляющийся с деньгами, также в первую очередь имел духов­ный смысл. Ведь и сегодня (как и всегда) совет — не пустые слова или набор неких бессодержательных грамматических предложений. Совет — это доказательство, убеждение, хорошее пожелание, попытка предупредить от неверного поступка или шага. Совет может выступать тем духовным стерж­нем, стимулирующим «неуспокоенную самореализацию» (Г. Плеснер), что заставляет человечество искать новые и новые пути освобождения от угрозы или зависимости, новые духовные ориентации.


Идеал и деньги



 

Взаимосвязь и отождествление денег в античном хозяйстве и куль­туре с духовной божественной силой превращало их в конститутивный фактор мировоззрения. Одновременно и вместе со своими функциями они превращались из цели, достижение которой оправдывало подобие существа, в идеал. Выступая в качестве идеала, деньги как бы избавляют от представления о себе как уникальной, абсолютно приоритетной сверхцели. Это опасная иллюзия идеологии тоталитаризма, считает С. Крымский. В дейст­вительности всякая сверхцель, как показал Гегель в «Философии религии», превращается «в свою противоположность, в некую бесконечную цель, исключающую реализацию идеала»20. Духовность, смыслонаполненность идеала предотвращает фанатизм, возникающий в результате идентификации такой цели с конечным, претендующим на всеобщность смыслом. Деньги как идеал, приобретая некое духовное содержание, в системе других духов­ных ориентации выделяют человека из идиотизма сугубо материально-экономической жизни.

Наша историческая эпоха окрашена в цвет экономизма. На всем лежит печать экономизма, экономизм придавил выс­шую жизнь. Никогда еще не сознавалось так значение хозяйст­ва в человеческой жизни, никогда еще человек не ощущал такой зависимости от экономики, никогда еще не ставилась так высоко экономическая производительность и не превраща­лась в столь самодовлеющую цель. Гнет экономизма явился результатом потери всякой священной санкции хозяйствен­ной жизни.


Дата добавления: 2015-08-21; просмотров: 136 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Ф. Хайек | Демокрит | Ю. Осипов | Эразм Роттердамский | Мистическое «озарение» в постижении денег | Ф. Бродель | Познание денег как процесс самоутверждения человека | Т. Карлейль | Н. Бердяев | Деньги в «логике бытия» экономической сферы общества |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
В. Зомбарт| Н. Бердяев

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.019 сек.)