Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Поклонение может быть хуже распятия

Читайте также:
  1. B) в квантово-механической системе не может быть двух или более электронов, находящихся в состоянии с одинаковым набором квантовых чисел
  2. I.3. Чем дипломная работа может пригодиться
  3. ICX-SKN может заменить человеческую кожу
  4. Quot;Мы говорим, что, поехав туда, мусульманин может попасть в фитну, которая там, строгость в обвинении, изучение усулей джарха шейха Хаджури и т.д.".
  5. А может, это было просто совпадение?
  6. А Тому, кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем...
  7. А Тому, Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем…».

 

 

Ошо, в Индии есть поговорка: «Вашудхайва кутумбакам» — «Вся Земля — одна семья». Наверное, этой поговорке тысяча лет. Ошо, были ли когда-нибудь люди, которые жили как семья? Или это было предвидение некоего мистика, предвидение, которое ты воплотишь в реальность?

 

Никогда не существовало ни одного общества, которое бы жило согласно представлению «Вашудхайва кутумбакам» — «Вся Земля — одна семья».

Мистики на протяжении тысяч лет говорили об этом, рисовали это в воображении, но, к сожалению, люди поклоняются мистикам, но не позволяют мистикам себя трансформировать. Поклонение — это, на самом деле, способ избежать трансформации; если говорить другими словами: «Ты прав, но мое время еще не пришло. Я уважаю тебя, я поклоняюсь тебе, и я запомню все, что ты говоришь, но я не могу действовать соответственно прямо сейчас. Я обычное человеческое существо, а ты великая реализованная душа — расстояние огромно».

Поклонение мистику не настоящее уважение. Это прием ума, чтобы не видеть палец, указывающий на луну.

Человек очень хитер. Он может распять кого угодно, чтобы избавиться от него, он может поклоняться кому угодно, чтобы избавиться от него. Распятие и поклонение не разные вещи, потому что основная цель та же: «Оставь меня; твоя дурацкая утопия хороша, я ничего не имею против нее, но ты особенное существо, а я заурядное создание».

Чтобы доказать этот факт, люди называли своих мистиков воплощениями Бога, мессиями, спасителями, посланниками. Таким образом они их отдалили, они создали такое расстояние между собой и мистиками, что видение мистика осталось видением. С таким подходом это невозможно воплотить в реальность.

Первый шаг, чтобы претворить такое грандиозное видение в реальность, — осознать, что мистик — такое же обыкновенное человеческое существо, как и ты. Если он реализовал себя, ты тоже можешь реализовать себя. Что стало реальным у него, потенциально у тебя. Что расцвело в нем, семя в тебе. Между семенем и цветком вовсе нет расстояния. Семя уже в пути, старается изо всех сил, чтобы стать цветком.

Но было две причины, по которым отрицался этот простой факт. Одна была в том, что массы хотели расстояния, а другая — в том, что это удовлетворяло эго тех, кто на самом деле не был мистиком, кто был просто притворщиком.

Сказать самому, что ты послан Богом, — это конкретная ложь, потому что Бог — это ложь, а ты делаешь эту ложь еще более пагубной, говоря, что ты посланник, что ты пророк. Это удовлетворяло эго тех, кто не был на самом деле реализованным человеком, поэтому они никогда не прилагали никаких усилий, чтобы уничтожить это расстояние. Наоборот, они подчеркивали, что это правда, — что возможно для них, невозможно для вас.

Чтобы доказать, что расстояние непреодолимо, они либо сами придумывали чудеса, либо после их смерти вы добавляли чудеса в их жизни, потому что это делает разницу очевидной. Вы не можете сотворить чудо, а эти люди творили чудеса. Безусловно, они были людьми высшего порядка, с некой духовной силой, которой у вас нет.



Они также хотели, чтобы эти чудеса были сформированы вокруг них; это помогало их эго. Это помогало защититься и вам; иначе вы должны были бы трансформироваться, воплотить то, что кажется невозможным, в реальность — «Вашудхайва кутумбакам» — «Вся Земля — одна семья». Даже одна семья — это не одна семья. Братья ссорятся с братьями, мужья ссорятся с женами, жены ссорятся с мужьями, дети ссорятся с детьми. Даже семья не семья, а мистики говорят, что весь мир должен быть одной семьей.

Так это помогло их эго создать расстояние, это помогло вам, потому что это кажется почти невозможным. Даже пятеро человек в одном доме не могут жить мирно, там постоянные скандалы, ссоры и конфликты. Даже люди, любящие друг друга, приносят друг другу боль. Какова возможность того, что весь мир станет семьей, любящей коммуной?

Загрузка...

Когда осознаете невозможность этого, легче согласиться, что это не в ваших силах, это возможно только для этих особых существ. Но весь мир не состоит из этих особых существ, «поэтому нам остается только поклоняться им». Это довольно изощренный способ распять человека.

Настоящий мистик будет отрицать, что есть какая-либо разница, потому что он понимает, почему вы хотите различий и разграничений.

Среди историй Гаутамы Будды о его прошлых жизнях есть одна история о том, что перед этой жизнью, когда он стал Гаутамой Буддой, он был неосознанным человеческим существом, как любой другой, и он услышал об одном человеке, который стал пробужденным, просветленным. Все ходили посмотреть на его. Он тоже пошел, с цветами на подношение. Он коснулся его стоп, поднес цветы к его стопам. Когда он вставал, он не мог в это поверить: человек, которого считали просветленным, склонился перед этим неосознанным существом и коснулся его стоп.

Будда спросил: «Что ты делаешь? Я неосознанное, обыкновенное человеческое существо; ты просветленная, пробужденная душа. Зачем ты коснулся моих стоп?»

Человек рассмеялся и сказал: «Вчера я был тоже неосознанным, непробужденным; сегодня я пробужденный. Сегодня ты неосознанный, завтра ты будешь пробужденным. Помни, что я коснулся твоих стоп. Никогда не забывай об этом, когда станешь просветленным».

Эта история настолько показательная. Этот человек говорит: «Я пытаюсь научить тебя, что впредь... потому что я могу видеть возможность, возможность того, что ты станешь пробужденным. Вопрос только во времени. Это неважно — завтра или на одну жизнь позже. Но помни, что будда коснулся твоих стоп, когда ты был непробужденным».

В чем послание? Послание в том, что он пытается создать мост. Он пытается объяснить, что пробуждение — это не что-то сверхъестественное, это нечто присущее вашей природе, это не что-то, связанное с Богом, это нечто, связанное с вами. Это зависит от вас. Вы можете продолжать спать столько, сколько хотите, и в тот момент, когда вы захотите проснуться, вы можете проснуться.

И Будда это запомнил. Когда он умирал, его последние слова были: «Пожалуйста, не начинайте поклоняться мне. Я был здесь не для того, чтобы оставить поклонников — уже существуют миллионы поклонников. Не делайте из меня статую; иначе вы забудете мое учение, стоит отклониться — и вы удовлетворитесь поклонением, что не принесет вам никаких изменений. Вы останетесь такими же».

И это было именно то, что сделали люди. Он умер, и они начали делать статуи и поклоняться ему вопреки его последним словам. Более того, в мире статуй Гаутамы Будды больше, чем кого-либо другого.

В языках Среднего Востока, таких как арабский и перси, нет слова, обозначающего статую. Их слово для обозначения статуи but , а «бут» пошло от «будда». Статуй Будды было столько, что его имя стало тождественным статуе. И двадцать пять столетий люди поклонялись ему. Тысячи храмов были возведены на Востоке. Похоже, никого не интересует трансформация, которой он учил, но все очень увлечены поклонением ему.

Поклонение кажется очень искусным приемом, чтобы избежать мастера.

Иудеи также избегали Иисуса, но они использовали очень примитивный метод. Индуисты также избегали Гаутаму Будду, но они использовали очень искусный метод. Вы можете видеть результаты — Иисус был распят, и распятие стало источником христианства. Убийство, жестокость и кровь — вот из чего возникла религия. Ничего другого от христианства ожидать нельзя. За две тысячи лет оно убило миллионы людей. Сам его исток берет начало в убийстве, в распятии.

Их не волновало, чему учил Иисус. Он говорил: «Люби своего врага, как ты любишь самого себя». Тогда я не могу понять, кого убивали эти люди. Если вы любите своего врага, вы будете убивать любимых? Врагов надо любить, а кого надо убивать — друзей? Нет, учению не следовали; лишь читали проповеди в храмах. Но враги — и невинные враги, которые не причинили вреда христианам... Их единственным преступлением было то, что они не были христианами и они не хотели быть христианами, а это уже слишком много, слишком тяжкое преступление.

Индуисты использовали более искусный метод, возможно, потому, что у них более древняя цивилизация, более культурная. Они могли распять Гаутаму Будду, но они не сделали этого. Наоборот, они приняли Гаутаму Будду как одно из воплощений Индуистского Бога.

Вы удивитесь, но у индуистов двадцать четыре воплощения Бога. Это число — двадцать четыре — укрепилось в индийском уме. Как в сутках двадцать четыре часа, и цикл завершен, так одно мироздание — это один цикл миллионов и миллионов лет. В одном цикле существования двадцать четыре тиртханкары ; таково джайнистское представление.

Все возникает странным образом. Каждый язык и его арифметика основаны на десяти знаках, и эти десять знаков идут от десяти пальцев, потому что необразованные люди считают на пальцах. Первый подсчет был сделан на пальцах, а их всего десять; это просто совпадение. Вот почему вся математика от одного до десяти, потом идет повторение. Одиннадцать, двенадцать, тринадцать — это повторение. Вы можете переходить к миллионам, но это все повторение. Основных чисел десять, но нет необходимости в том, чтобы было десять основных чисел.

Были такие математики, как Лейбниц, которые работали только с тремя числами — один, два, три, — и у них получалось сделать любой подсчет. После трех четыре не идет, потому что четыре не существует в математике Лейбница. После трех идет десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать, двадцать. Какая проблема — можно считать и так. В обычной математике в комнате будет четыре стула; Лейбниц насчитает десять, и это не составит лишних трудностей, подсчет будет абсолютно правильным.

Альберт Эйнштейн пытался работать даже с двумя числами. Просто, читая Лейбница, он сказал: «Почему три?»

Это было очередное совпадение; оно случилось из-за того, что Лейбниц был очень верующим человеком — иначе была бы нарушена троица. Если сделать меньше чисел, если сделать два числа, что случится с троицей? Если есть только две цифры, тогда один, два, десять, одиннадцать. Тогда будет десять, а не три. Чтобы спасти троицу и чтобы не возникло неприятностей с папой, он сохранил число три. Альберт Эйнштейн практиковал с числом два. Два, безусловно, совершенно необходимо — вы не сможете работать только с единицей. И он преуспел; с числом два это возможно.

Такого рода совпадение произошло и в Индии. В джайнизме, как в самой древней религии, было представление, что точно так же, как день и ночь образуют полный цикл, затем следующие день и ночь — следующий цикл, так и мироздание... одно мироздание, потом все переходит в темную ночь, исчезает, потом возникает новое мироздание... У каждого мироздания есть двадцать четыре учителя; их называют тиртханкары, создатели пути. Это буквальное значение тиртханкары.

Прежде чем стали известны джайнистские двадцать четыре тиртханкары, у индуистов было только десять воплощений Бога, но затем они начали чувствовать себя несколько убогими: «У джайнов двадцать четыре, а у нас только десять?»

В любой области люди так друг с другом соперничают и так глупо себя ведут, что, если вы не присмотритесь, вы никогда не обнаружите, насколько внезапно после Махавиры, потому что он был самым выдающимся джайнистским тиртханкарой... Хоть он и был последним, он был самым влиятельным среди этих двадцати четырех. До Махавиры во всех индуистских священных книгах было десять воплощений. Возможно, тот факт, что воплощений было десять, не более чем результат подсчетов на десяти пальцах. Возможно, причина та же, что и в математике, и вас не удивит, что число десять — это тоже идея индуистов. Именно они впервые ввели цифру десять.

Поэтому вполне правдоподобно, что десять — законченное число; и тогда десять воплощений законченны. Вы можете изучить свой язык, и вы это обнаружите. Например, во всех языках, которые пошли от санскрита, в особенности во всех языках развитых стран Запада... На санскрите «два» — dwa , в некоторых языках оно становится twa и в итоге останавливается на two (англ. «два»).

Английское «three» происходит от санскритского tri. Разница настолько незначительна, в английском языке просто нет звука «dthra». Санскритский алфавит вдвое больше английского, поэтому в английском вы не можете написать «dthri», если вы напишете «dthri», оно станет «three». Приходится делать «dthra» при помощи «t-h», объединив две буквы.

На санскрите «six» (англ. «шесть») — sasth , вы видите, что они связаны. «Nine» (англ. «девять») — nov ; вы видите, что они связаны. Конечное число было десять, после десяти — повторение.

Но стоило Махавире выделить двадцать четыре тиртханкары, как индуистские богословы начали чувствовать, что слегка отстают. Люди начали говорить: «У вас только десять тиртханкар, а у джайнов двадцать четыре». Поэтому после Махавиры индуистские священные писания стали говорить о двадцати четырех перевоплощениях — неожиданно, без причин, без оснований. Как только Махавира умер, индуистские священные писания сразу же стали говорить о двадцати четырех перевоплощениях, просто чтобы быть наравне с джайнизмом.

Это предоставило им возможность, и как только представилась возможность — может быть, именно ради этой возможности они увеличили их число до двадцати четырех, и наоборот. Они приняли Гаутаму Будду, который был самой влиятельной персоной за пределами индуистского круга. Они не могли на самом деле распять его — они были намного более утонченными людьми, — но они могли распять его с помощью обычной логики.

Они рассказали о Будде историю в своих знаменитых священных писаниях, Шивапуране. История состоит в том, что Бог сотворил мир. Он создал ад и рай; он сделал так, что ад охраняет дьявол. Дьявол был королем ада, как Бог был королем небес; дьявол был его тенью, его противником. Прошли миллионы лет, но никто не приходил в ад — все умирали и попадали на небеса, потому что люди не делали ничего неправильного. Они не были преступниками, грешниками.

Дьявол был очень зол, он добрался до рая и спросил Бога: «Это более чем глупо! Для чего ты создал ад? Если никто не должен туда попадать, то это просто пустая трата сил. Моя жизнь проходит зря — я просто там сижу! Ты сделал меня королем ада, но в королевстве никого нет. Это просто пустое пространство. Миллионы лет я ждал, с меня хватит. Или уничтожь это королевство, или начни присылать людей. Я хочу властвовать над настоящими людьми, а не просто сидеть там в одиночестве».

И Бог сказал: «Не злись, возвращайся. Я скоро рожусь Гаутамой Буддой и буду убеждать людей совершать неправильные поступки. Скоро ад будет переполнен». Вот зачем Бог воплотился в Гаутаме Будде.

Вы понимаете план действий: они принимают Гаутаму Будду за индуистское воплощение Бога, но цель — отправлять людей в ад. Поэтому, кто бы ни следовал Будде, попадает в ад. С тех пор ад переполнен. И они продолжают расширять его, но люди все прибывают и прибывают. Ситуация в корне изменилась: теперь очень редко кто-то попадает в рай. Большинство поездов идут в ад.

В Шивапуране говорится, что толпа настолько велика, что иногда некоторых людей оставляют на земле в живых, вот где конец очереди. В рай их забрать нельзя, а в аду нет места; они расчищают место как можно скорей. Так много людей на земле ждут своей очереди и живут до того момента, пока для них не будет готово место, тогда их забирают.

Вот так они приговорили все учение Гаутамы Будды — что оно предназначено только для того, чтобы разрушать человеческую духовность. Вы можете наблюдать результат этого в Индии: буддизм исчез. Он был рожден в Индии, Индия была необычайно впечатлена Гаутамой Буддой. Тысячи храмов и статуй указывают на то, что вся страна была под его влиянием.

Но буддизм исчез настолько тотально, что даже в самом священном буддистском месте, в Бодхгайе, где Гаутама Будда стал просветленным — там дерево бодхи, и стоит храм в память об этом событии — они не смогли найти в храм буддистского священника, поэтому индуистский брахман сотни лет выполнял обряды поклонения. Это стало семейной традицией.

Я спросил человека, который был там священником: «Сколько времени вы уже здесь?»

Он ответил: «Мы были здесь с того времени, как здесь появился этот храм». Индуисты создали такую атмосферу, что те, кто начал следовать Гаутаме Будде, вернулись — кому же охота угодить в ад, в геенну огненную — к индуистскому кругу.

Я стремлюсь донести до вас, что распятие Иисуса сделало из христианства фанатичную религию, которая столетиями убивала миллионы евреев, и они еще не отмщены.

Индуисты сделали намного лучше. Они не оскорбляли Гаутаму Будду, они почитали его как воплощение Бога, но сумели убедить людей, что, кто бы ни последовал за ним, попадет в ад, поэтому не следуйте ему. Вся Индия полностью очистилась от буддизма. Буддизм распространился по всей Азии, кроме Индии. Я посещал их всемирные конференции в Бодхгайе. Там были представлены все нации Азии, кроме Индии, потому что в Индии буддизм не существует.

Вы можете использовать распятие, вы можете использовать поклонение и добиться того же результата, и иногда поклонение может быть худшим распятием, чем любое другое распятие.

Мистики — истинные мистики — всегда стремились убедить человека: «Нет разницы между нами и вами. Единственная разница в том, что вы спите, а мы открыли глаза, мы проснулись, но это не такая большая разница».

Vasudhaiva kutumbakamvasudhaiv значит «вся Земля», kutumbakam значит «семья» — никогда не было реализовано. Есть надежда, что наступит день, когда оно будет реализовано.

Это и мое видение.

 

Ошо, когда-то в августе 1985 года я изо всех сил старалась убрать бар на дискотеке в Раджнишпураме, и я была уверена, что ты придешь туда ночью по той простой причине, что «мама» так беспокоилась о том, чтобы было идеально убрано! Пока я ждала тебя, я чувствовала себя домохозяйкой, которая ждет мужа, но я думала: «Этот муж не будет ко мне придираться, не будет критиковать мою работу. Он признает, что все прекрасно».

И так случилось: ты вошел в бар так спокойно, полный такого божественного очарования; мое сердце билось так сильно. Должна признаться, я была немного смущена. Я убедилась, что влюбилась в тебя глубоко, неизлечимо.

И вот что случилось однажды вечером в Иисусовой Роще примерно через тридцать дней после этого; я тогда праздновала тебя, и в своем сердце немного ревновала к тем длинноволосым девушкам, которые обычно танцевали с тобой!

У меня всегда был комплекс неполноценности из-за того, что я уродливая — и теперь в преклонном возрасте! «О, — думала я не со злостью, но с грустью. — Я бы так хотела быть симпатичной, чтобы сейчас он меня увидел!»

И когда я этого не ожидала — с удивлением я увидела, как ты подходишь ко мне, смотришь на меня, и танцуешь, и празднуешь со мной! Это была вечность — долгие, долгие минуты!

Ошо, когда я шла к себе домой в тот вечер, разговаривая со звездами, с полной Луной, я говорила: «Теперь я знаю, кто-то меня любит! Я уверена: он любит! Мы его возлюбленные, я уверена в этом!» И это, безусловно, развернуло мою жизнь на сто восемьдесят градусов. С того дня я чувствовала внутри себя теплоту — не то неловкое отсутствие, которое обычно было раньше, но что-то, что дало мне особую энергию, чтобы жить и распространять то прекрасное, что идет от тебя.

Ошо, ты всегда говоришь, что мы однажды должны будем отбросить привязанность к тебе, но единственное, чего я хочу всем сердцем, — это быть рядом с тобой, делить хорошие и плохие мгновения, пока смерть не разлучит нас.

Могу ли я отложить момент отбрасывания привязанности к твоему присутствию до следующей жизни?

 

Ты не осознаешь динамики духовных изменений. Я могу сказать тебе: «Ты можешь отложить», но чем больше ты будешь меня любить, тем больше ты будешь любить все существование, тем больше ты будешь любить себя. И с углублением этой любви ты начнешь исчезать. Есть только любовь, а любовь — это не привязанность. Привязанность от «Я». Любви достаточно, чтобы увести тебя от этого «Я».

Итак, я говорю: не волнуйся, ты можешь отложить; не бойся. Позволь любви стать тотальной — и «Я» исчезнет; и когда с твоей стороны «Я» исчезнет, кто будет привязан к кому? Привязанность отпадет сама собой.

У тебя есть чувство — которое есть в сердце почти каждого — что, когда привязанность исчезнет, исчезнет и любовь. Вот что происходит в обычных любовных переживаниях: любовь и привязанность — это почти одно и то же.

Но любовь ко мне — тотально иное явление.

Сначала привязанность будет сопровождать просто по привычке, но скоро она поймет, что больше не нужна, любви достаточно. И когда привязанность исчезнет, это не значит, что исчезнет любовь; и это будет впервые: ты почувствуешь ее чистоту, ее великолепие, ее совершенство. Ты не проигравший. Привязанность отброшена — ты победитель.

Но решать тебе. Ты можешь отложить — в этом я не буду тебя останавливать — ты можешь отложить до следующей жизни. Но не переставай любить. Погрузись еще больше в любовь, и она позаботится обо всем. Привязанность уйдет, откладывание уйдет. Оно заберет с собой весь хлам, который окружает твое внутреннее пространство. И когда есть только любовь, она божественна. Тогда она ни на кого не обращена, это просто аромат, доступный всем — всем тем ветрам, куда бы они не уносили его.

Чувствуй блаженство, что она постучала в твою дверь. И отбрось ту идею, что привязанность и любовь — это одно. Они враги. Именно привязанность разрушает всю любовь. Если ты откармливаешь, если ты подпитываешь привязанность, любовь будет разрушена; если ты подкармливаешь и подпитываешь любовь, привязанность исчезнет сама по себе. Они не одно; они две разные сути и противоположны друг другу.

 

Ошо, история о мистике, предложившем желающим присоединиться к нему в нирване, которую ты рассказывал вчера вечером, вызвала такие сильные ощущения в комнате!

Обычно, когда ты говоришь: «Это может случиться сейчас!» — я чувствую: «В этот раз у меня должно получиться, потому что ты говорил это так часто, что надо быть просто неполноценным, чтобы не достичь этого». Хотя вместе с этим чувством что-то во мне со страхом отказывается.

Вчера вечером я совсем не чувствовал страха. Я забыл обо всем незаконченном редактировании, я забыл обо всех вопросах, которые нужно подобрать. Я даже забыл, что ты сказал мне пока не исчезать. Я увидел шанс прыгнуть, но шанс не увидел меня. Пожалуйста, не мог бы ты разъяснить?

 

Легко забыть о том, что я говорил тебе пока не исчезать, но я ничего не забываю. Ты можешь отбросить все что хочешь, но ты не можешь отбросить свою редакторскую работу!

Поэтому, когда я говорю: «Это может случиться сейчас», ты не включен в это!

 

Ошо, если свидетель находится за пределами системы тело/ум, как же так получается, что, когда система тело/ум утром идет в душ, она не оставляет бедного свидетеля в кровати?

 

Миларепа, она оставляет свидетеля в кровати, особенно когда слишком холодно. Он отдыхает в кровати и ждет, пока ты выйдешь из душа!

Наблюдатель достаточно умен!

 

 


Дата добавления: 2015-07-10; просмотров: 76 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Души не являются мужчинами или женщинами | Браво, Америка! | Отбросьте общественный мусор | Двигайтесь дальше, двигайтесь дальше! | Пока ваши стопы не станут святыми... | Как спелый фрукт | Это кресло пусто | Я — неисправимый оптимист | Превращение воды в вино — не настоящее чудо | Мне нужен ваш разум, не ваша покорность |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Истину невозможно унизить| Если расцветает песня...

mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.017 сек.)