Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 7. Холодная вода струилась по пересохшему горлу мужчины, отрезвляя

Холодная вода струилась по пересохшему горлу мужчины, отрезвляя. Макс отставил стакан с водой в сторону. Он не мог напиться. Как путник в жаркой пустыне. И всему виной была Зара. Ею он тоже не мог напиться. Прошло уже несколько дней с момента их приезда в Америку. И все эти дни он не выпускал её из постели. Никаких экскурсий, никаких походов в музеи, никакой культурной жизни. Только секс, дикий, животный секс. Он открыл для себя что-то новое, абсолютно ему неизвестное ранее — обычный секс. Он просто занимался с ней сексом, не доминировал и не причинял боль. Но все равно Макс оставался сверху и не давал ей лидировать. Да, ему очень не хватало жестких захватов, ударов и оскорблений. И хоть это и было для него странно, но... новый вид секса тоже доставлял удовольствие.

Подумав об этом, он вспомнил Алисию. Макс так и не перезвонил ей. С ней и подобными ей девушками у него был обычный секс. Только синонимами к нему были слова "тухлый", "пресный", "скучный". Какой удивительный контраст! С Зарой это было ярко, волнующе, крышесносно. Почему-то её тело притягивало магнитом. Он пообещал себе, что даст ей шанс. И Макс пытался сдержать обещание, как мог.

Проводя руками по её телу, он видел прикосновения других мужчин, чувствовал их поцелуи, даже их дыхание на её коже. Каждый раз, предаваясь неистовому сексу с Зарой, он мечтал, чтобы она назвала его другим именем, чтобы сделала что-то такое, за что он мог бы наказать её. Просто назвать его чужим именем, и всё... Мужчина вздохнул. Эта бестия внесла в его жизнь хаос. Все, что он выстроил за столько лет, рухнуло разом. Вся его размеренная серая жизнь, распланированная до самого конца и обещающая ему лишь одиночество и отвращение, покатилась к чертям с её появлением.

Зара взорвалась фейерверком в его унылом мире, раскрасила его картонную жизнь яркими красками, оставляя за собой лучистый след. Что за чушь сейчас кружилась вихрем в его голове? Какие-то сравнения, метафоры, эпитеты... Совсем с ума сошёл! Стефан был прав. Он поплыл. К счастью, рядом не было зеркал. Макс посмотрел на ту самую руку, которую Зара ему бинтовала, на ту самую, которая заставила его извиняться перед ней. Прошло так мало времени, а он уже сделал так много: впервые извинился, впервые попытался понять кого-то, впервые проявил человечность. И во всем была виновата она. Она! Он не хотел быть добрым. К черту всю эту доброту! Человек человеку — волк. Макс познал эту истину на собственной шкуре. Поэтому теперь он первым вгрызался в шеи, разрывал когтями тела и убивал своих жертв. Нападение —лучшая защита. Что будет с ним, если он станет жалким, слабым волчонком, каким был когда-то? Может, тогда Зара подарит ему свою ласку и любовь?

Любовь. Ласка. Забота. Самые бесполезные в мире слова. Они не несли в себе никакого смысла, от них не было толку. Эти слова тупо обезоруживали тебя, делали слабым. То ли дело вертикальная интеграция, абсорбция, аквизиция. Особенно он любил термин «абсорбция». Поглощать компании, давить их, делать зависимыми... Всё это он проецировал на реальную жизнь. Или, наоборот, из реальной жизни на бизнес? Неважно. Он утопал в этом всём, как в болоте, уже чертову кучу лет, и его всё устраивало. Сейчас же намечалась революция. По крайней мере, в душе точно. И имя этой революции было Зара.



Зара... Зара. Макс смаковал ее имя, как дорогое вино, оставляющее изысканное послевкусие. До чего странное имя. А фамилия! Зара аль-Фатуми. В его голове никак не укладывались эти имя и фамилия. Восточные корни, шлюха, её богатый внутренний мир, совершенно не соответствующий профессии. Какое-то непонятное месиво из всего на свете. Разговор со Стефаном не принёс никакой ясности, а наоборот даже больше всё запутал.

Мужчина прислонился к стене, устраиваясь на кухонном диванчике, и стал вспоминать разговор с другом.

 

******

 

— Чёртов перелет. Теряю форму. Устал, как собака, хотя ничего не делал, просто спал, — недовольно проворчал Макс, наливая себе виски.

Загрузка...

— Спал, ага. Ты все время пялился на Зару. Было ощущение, что ты считал каждый её вдох и выдох, каждое подрагивание ресниц, — поддел его Стефан, зная, как друг не любит всю эту ваниль.

— Заткнись, Стеф, серьёзно говорю. Ты задолбал бросать на меня хитрые взгляды, и твои улыбочки стоят уже поперек горла!

— А ты не отрицай, что она тебе понравилась, и я отстану. Что с тобой, Макс? Ты же никогда себя не обманывал. Так почему тогда сейчас ты не можешь признаться себе самому, что она зацепила тебя? Ведь тебе же будет проще!

— Прекращай, Стефан! — разозлился Макс и стукнул кулаком по столу. Пара листов упала на пол, разбавляя напряженную обстановку шелестом. — Она меня не зацепила. Еще одна шлюха. Ничего особенного, — сказал он, отводя взгляд в сторону.

— Да? Почему же она до сих пор спокойно ходит по твоей квартире? Уже больше двух часов прошло после перелёта, а она все ещё свободна. Как ты это объяснишь? — весело продолжал Стефан.

— Никак, - процедил Макс и сделал вид, будто внимательно вчитывается в документы.

Стефан продолжал сверлить его взглядом. Макс мог врать Заре, мог врать сам себе, но не ему.

— Хорошо. Да, зацепила! Твою мать! Зацепила и не отпускает! И мне это дико не нравится, — несчастно сказал Макс и закрыл лицо руками. — Все? Ты доволен? Теперь отвалишь от меня с разговорами об этой...

— ...шлюхе? — закончил Стефан, видя сомнения Макса, которые выдавали его еще больше.

— Да, — выдавил из себя Макс.

Макс не хотел называть Зару шлюхой. Пока она с ним, она не шлюха. Он у неё один! И только он может так её называть. Даже из уст Стефана это звучало... оскорбительно? Максу не понравилось, что кто-то, пусть даже его лучший друг, называл Зару подобным образом. Но вслух он об этом не сказал. И так уже достаточно выдал себя.

— Ну, так почему она еще не молит тебя о пощаде? Я не пойму. Ты говоришь, что она тебе не нравится, но позволяешь ей слишком много. Ты даешь ей свободу!

— Хорошо. Ты прав. Я поступаю неправильно.

— Другое дело! — удовлетворенно сказал Стефан, ощущая себя победителем.

Макс должен был признаться сам себе в чувствах к Заре. Да, там явно была не любовь, и даже не влюбленность. Просто симпатия. Но Максу было сложно принять даже такой простой факт, как искренняя симпатия к женщине.

— Сразу после нашего разговора я посажу её на цепь и открою сезон сексом с новой шлюхой. Ты прав. Я слишком долго тянул с этим. Сейчас же ей позвоню и прикажу подойти к нужной комнате, — ответил Макс, доставая телефон.

— Не надо! — Стефан остановил его. Он выглядел расстроенным. — Я просто хотел, чтобы ты был честен сам с собой. Не нужно причинять вред ни в чём не виновной девушке. Зачем эта боль, Макс? Скольким ты сломал жизнь? Остановись уже. Подумай о чём-то большем, чем просто месть. Та, которой ты мстишь, давно умерла. Её нет. Забудь. Дай Заре шанс.

Макс посмотрел в глаза Стефану, чувствуя себя растерянным. Зачем эта боль? Так было надо. Надо было причинять боль, иначе никак. Он не умел по-другому. Он не видел другого в своей жизни. Мужчина плеснул еще виски, желая напиться до беспамятства, а потом проснуться новым человеком. Не помнить, не знать, не страдать. Ничего нельзя было забыть, это прошлое внутри нас. Он пытался, честно пытался. Таблетки помогают засыпать, работа — не думать ни о чём, шлюхи – утолять жажду мщения. Вот только не было лекарства от душевной боли. Картины прошлой жизни проходились бритвой по его душе, оставляя все новые и новые кровавые полосы за собой. Он стирал их, каждый раз пачкая руки кровью, но вместо них оставались раны, что никогда не перестанут болеть.

— Дай ей шанс. Это просто, Макс. Не бей её, не унижай, не обзывай. Представь, что нет никакого прошлого. Ни у тебя, ни у нее. Она не шлюха. Посмотри на меня, — тихо произнес Стефан, видя, как Макса опять затягивает в водоворот воспоминаний.

Мужчина поднял затравленный взгляд на лучшего друга и встретил его твёрдый взгляд.

— Повторяй за мной. Она не шлюха. Она просто хрупкая беззащитная девушка. И ей нужна ТВОЯ поддержка в этой незнакомой чужой стране. Ей нужна поддержка сильного мужчины.

— Она… не шлюха? — неуверенно предположил Макс.

— Не так. Скажи это громко, четко, уверенно!

Макс молчал. Вроде себе он давно уже сказал, что она не шлюха. Но произнести это вслух, да еще громко и уверенно, было сложно. Может, послать Стефана к черту? Проводит тут свои сеансы психотерапии, психолог хренов!

— А не пойти бы тебе в зад, братец? — сказал Макс, довольный тем, что вышел из ступора.

Глаза Стефана округлились. И так было всегда! Никогда не угадаешь, что этот человек выкинет!

— А не пойти бы туда тебе, братец? Быстро повтори то, что я сказал! Я уже устал смотреть на этот ужас, который ты называешь жизнью. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

— Я знаю, — прошептал Макс, рассматривая темную жидкость, плескавшуюся в стакане, словно волны бушующего моря. — Я тоже хочу быть счастливым. — В его голосе послышалась боль.

— Ты сам себе мешаешь быть счастливым! Сколько лет ты покупаешь этих шлюх? Сколько ты над ними уже издеваешься? И что, тебе стало легче? Мне лично — нет. На это даже смотреть больно. Сделай исключение. Всего лишь один раз, для одной девушки. А если не получится, что ж… — Стефан налил виски и себе тоже.

Убедить этого упрямца сделать что-либо новое для него было чем-то нереальным! Но возможность изменить что-то была, значит, он будет цепляться за неё до конца. Он вытащит друга из этих зыбучих песков прошлого. Будь проклята его чёртова мамаша!

— Я сделаю.

— Что? Я не расслышал, — притворился Стефан.

— Я сделаю, — произнес по слогам Макс более уверенно. — Я дам ей шанс. Никаких унижений, никаких оскорблений… пока она не провинится в чём-нибудь, — добавил он.

— Я надеюсь, ты не будешь теперь придираться ко всему, чтобы найти повод обидеть Зару.

— Не буду, — пробурчал Макс. — Но я не обещаю, что у меня получится сразу. Я просто постараюсь, но гарантировать ничего не могу.

— Ладно. Такой вариант меня тоже устраивает. А теперь перейдём к делам? Вот что я нашёл. Правда, мне все это абсолютно не нравится, — начал он, открывая папку с документами.

— А что будет, если все получится? — перебил его Макс, задавая неожиданно пришедший в голову вопрос и ожидая ответа с некоторым страхом.

— Все будет просто отлично, — ответил Стефан, погруженный в бумаги. — Дом, дети, счастье…

Раздался треск, и Стефан, отвлекшись от бумаг, посмотрел на Макса. В его руках покоился сломанный карандаш. Макс смотрел на него горящим взглядом, готовый отказаться от своих обещаний. Он дал шанс, он же его и заберет.

— Успокойся, брат. Все хорошо. Я пошутил. Не надо заглядывать так далеко. Ты лучше подумай о сегодняшнем вечере. Как ты будешь с ней общаться, как будешь вести себя, а не о том, что будет когда-то в будущем.

Макс отбросил карандаш и взял новый. Дурацкая привычка ломать карандаши. Ну, лучше уж их, чем людей.

— Я не хочу от неё детей. Не хочу вообще детей. Они будут такими же несчастными, как я. Зачем давать им жизнь, зная, что ничего хорошего их не ждёт? Это нечестно по отношению к ним.

Сейчас во взрослом сильном мужчине говорил маленький Максим, который, наверное, даже и не желал появляться на свет. Но никто его не спросил. Просто поставили перед фактом, и все.

— Что за чушь ты несешь? — теперь разозлился Стефан. — Я предлагал тебе сходить к психологу? Предлагал. Что ты мне сказал? Ты послал меня, психологию и всех псевдодокторов. Я предлагаю тебе сейчас изменить уклад жизни. И ты опять сопротивляешься. Макс! — Стефан встряхнул его за плечи. — Пока эта сука будет диктовать тебе, что делать и как жить, ты не выберешься из этого дерьма! Слышишь? Тебе скоро сорок, и на что ты потратил свою жизнь? Где дерево, дом, сын? Где это всё? Хорошо, дом у тебя есть, дерево не проблема, — сказал он, предвидя возможные возражения со стороны друга. — Да вот только нужен ли ты им? Скажет ли когда-нибудь этот дом, как сильно он тебя любит? Ты можешь сделать здесь лучший ремонт, вложить в него кучу денег, но дом всё равно будет молчать. Потому, что ему плевать. А твой ребенок всегда будет тебя любить. Просто забудь, что у тебя была мать. Не было никогда. Забудь обо всём! Начни, наконец-то, жить, — Стефан закончил, откидываясь в кресло и закрывая глаза.

Как он устал изо дня в день бороться за Макса. Что он только ни делал, что он только ни пробовал, но тот всё равно возвращался к этим грёбаным шлюхам! Да он бы убивал их, не будь это противозаконно. Стефан решил перестать давить на друга. Он всё сказал. Пусть теперь решает Макс. Пока он сам не захочет, ничего не получится. Невозможно заставить человека измениться, можно лишь подтолкнуть его на путь изменений.

— Не отвечай ничего сейчас. Просто подумай о том, что я сказал. Окей? — попросил Стефан, понимая, что Максу нужно время для обдумывания. — Перейдем все-таки к делу?

— Да, давай, — рассеяно сказал Макс, занятый мыслями о других вещах.

— Итак, Зара. Родилась в 1984 году в Саратове. Мать — Ольга Полянская, 1962 года рождения. Отец — Дмитрий Волин, 1960. Родители развелись в 1987, то есть, почти сразу после рождения Зары. С этого момента Зара живет с матерью без отца. Отец же уехал в Беларусь, на родину. Зара посещала пятую школу, закончила хорошо. Никаких неблаговидных поступков за ней замечено не было. Затем училась на экономическом, не закончила. Всё. С двадцать одного года проживает в Москве, ну, и занимается проституцией, — нехотя добавил Стефан, опасаясь напоминать Максу о её профессии.

Макс смотрел на Стефана с недоверием и удивлением.

— Ты сам-то понял, что за лажу сейчас прочитал мне?

На молчание Стефана он ответил:

— Хрень полная. Это и ребенку понятно. Какой, к черту, Саратов? Какая Ольга Полянская и Дмитрий Волин?! Ты слышал, как ее зовут? Зара аль-Фатуми! Явное восточное происхождение имени и фамилии.

— Может, это псевдоним? — предположил Стефан.

— Ты отупел, брат, после всех этих задушевных разговоров. В паспорте написан псевдоним, да? Интересно, у Леди Гаги тоже ее сценический псевдоним записан во всех документах?

— Она могла изменить имя. Хотела начать новую жизнь, как вариант.

— Есть свидетельства того, что она меняла имя или фамилию?

— Нет, — вздохнул Стефан.

— О чем мы тогда говорим?

— Слушай, я хотя бы пытаюсь понять, выдвигаю варианты, — возмутился Стефан.

— Что еще известно о родителях? Только не говори, что это всё.

— Почти все. Отца не пробивал. Он в жизни Зары почти не появлялся после её рождения. О матери ничего такого нет. Правда, я не нашел никакой информации о ней на данный момент. Как будто её нет. — Пожал плечами Стефан. — Есть пара человек с именем Ольга Полянская, но ни одна не подходит на роль матери Зары. Я в замешательстве.

— Я в том же самом, — сказал Макс, выстукивая карандашом известный только ему ритм. — Что-нибудь о «Шкатулке», о Михаиле?

— Нет. Она просто с двадцати одного года там работает.

Макс пытался собрать в голове мозаику, но детали постоянно терялись. Он не был идиотом, чтобы поверить в эту сказку. Банальная история о шлюхе. Из провинции, не поступила, пошла на панель. Всё было бы так просто, если бы не одно обстоятельство... Её имя! В этом был весь секрет. Даже рассматривая такое имя, как псевдоним, была не очень понятна мотивация его выбора. Должно же такое, вообще, в голову прийти! Зара аль-Фатуми.

— Бред «от и до», — констатировал Макс.

— Мне тоже так кажется. Но вот все документы. Можешь не верить мне, но против официальных бумаг не пойдёшь.

— Херня все эти официальные бумаги. Мне нужна правда.

— Проще спросить у неё самой.

— Смеёшься? Так она мне и расскажет. Документы все подделаны. Значит, есть, что скрывать. Тем более, про имя она мне ничего не рассказала.

— Да почему подделаны? Ну, дали ей такое дурацкое имя родители. Бывает. Забей. Не надо искать скрытый смысл там, где его нет.

— Я нутром чую, что это подстава. Теперь я хочу узнать о ней правду еще больше. Получается, в моём доме сейчас живет… неизвестно кто? Так?

— Почему неизвестно кто? Её зовут Зара. Не нашего ума дела, почему ей дали такое странное имя. Просто забей. Только не пытай её, чтобы узнать правду. Я очень тебя прошу. У меня есть, что ещё тебе рассказать, — воодушевился Стефан.

— И что же это? — с интересом спросил Макс, хотя, если это не касалось Зары, ему было пофиг.

— Помнишь ту девушку в клубе, с которой ушёл я? — Смутился друг.

— Вторую шалаву? Помню. Такая блондиночка сладкая. Только уж больно молодая. Прямо ребенка напоминает. Я не по детям. — Подмигнул Макс. — Эй, что с тобой?

Стефан замолчал и уставился на Макса. Вся его поза выражала готовность к драке. Зрачки расширились, а руки сжались в кулаки.

— Не говори о ней так, — с расстановкой сказал он, прожигая Макса взглядом. — Она совсем не шалава. Люда очень хорошая. И у неё тоже есть кое-что интересное в биографии.

— Её зовут Люда? — Поморщился Макс. — Совсем не идёт ей это имя.

— Тут я с тобой согласен. Дело в том, что её настоящее имя — Марина. Зара зачем-то соврала мне.

— Соврала? — Прищурился. — Это хорошо…

— Я простил ей эту невинную ложь. Не смей ничего с ней делать! Слушай дальше. Марина родом из Москвы. Ей сейчас двадцать четыре года. Представляешь? Двадцать четыре! Такая молодая и на панели. — Глаза Стефана зажглись безумным светом.

— Двадцать четыре — самое то для панели. Не в сорок же идти ноги раздвигать. Ладно, ладно, маленькая она, да, — спешно исправился Макс, чтобы не злить друга. — И что интересного в этом?

— А то, что её мать умерла, когда ей было пять лет. С тех пор она жила с отцом. И именно в тот период у нее падает успеваемость в школе, и она становится трудным ребенком. В шестнадцать забирает документы из школы и поступает в какое-то училище, вроде что-то связанное с кулинарией. Но по специальности не работала, вообще нигде не работала. Тебе не кажется это странным?

— Нет. Догадайся сам, в какое училище она пошла.

— Не может такого быть, - покачал головой Стефан. — Шестнадцать лет… совсем ребёнок. И зачем ей это? Скорее всего, позже. Хотя, училище она это тоже не закончила. Я к чему веду. Как-то это всё очень подозрительно. У Зары странная биография, у Марины тоже. Что-то тут нечисто. И их обеих объединяет «Шкатулка».

— Хочешь сказать, что это дело рук Михаила? — Макс налил еще виски, чувствуя, что уже достаточно расслабился и скоро просто вырубится.

— Я уверен в этом. Только зачем оно ему надо?

— Стеф, забей теперь ты. Давай оба забьём. Сделать-то мы все равно ничего не можем. Я спрошу у Зары и про обман тоже.

— Не надо говорить про обман. Если она соврала, значит, были на то причины. Пусть так все и останется.

— А тебя, я смотрю, Марина-Люда очаровала? Ты вроде на шлюх не был падок…

Стефан схватил тяжелую папку со стола и кинул в стену.

— Еще раз так её назовешь, я сломаю тебе руку, — без тени веселья сказал он.

— А давай как раньше. Махач? — предложил Макс, опьяненный виски и желанием выпустить пар дракой.

— Да иди ты! Я серьезно. Не говори о ней так.

— Не буду.

— Она такая… Ну, как ребёнок, правда. — Стефан улыбнулся воспоминаниям. — Они такие разные с Зарой, непохожие. Но за обеими, кажется, тянется груз прошлого. Не просто так они попали в «Шкатулку». Может, долг?

— Может, и долг. А может, и нет ничего в них особенного. Просто шлюхи. Ты уже каждой чуть ли не нимб пририсовал. Успокойся. Если она тебе мило улыбнулась и хорошо отсосала, не значит, что она святая, — иронизировал Макс.

— Ну да, — спокойно ответил Стефан и сделал вид, будто что-то рассматривает в папке. Когда Макс расслабился, он резко встал и нанес ему удар под дых. Макс задохнулся и согнулся пополам за столом.

— Козёл! — прохрипел Макс и, отдышавшись, накинулся на друга.

Мужчины покатились по полу, нанося друг другу удары во все места, куда могли достать. Эта драка была безобидной. Они всегда так поступали в молодости, когда нужно было дать выход эмоциям. Успокоившись, мужчины разошлись. Стефан устроился на диване, Макс рядом с ним.

— Это было круто, — сказал Макс, задыхаясь и вытирая кровь из носа.

— О да, что надо, — вторил ему Стефан, доставая платок и собирая кровь с губы. — Но про Марину чтобы я больше такого не слышал.

— Окей. Что будешь делать?

— Пока не решил, — честно признался Стефан. — Она мне понравилась, но покупать её только из-за этого я не хочу. Время покажет.

— Ну, и правильно. Я вот одну купил, теперь не знаю, как из этого всего выбраться живым и невредимым.

— От качественного секса еще никто не умирал, — рассмеялся Стефан и толкнул Макса в бок.

— У меня от неё явно будет перетрах. Хочу её, как дикий кролик, — пожаловался Макс и тоже рассмеялся.

Мужчины ещё вот так провели немного времени, подкалывая друг друга, дурачась. Они всегда были друг для друга незримой опорой. Один падал, другой ловил.

— Ладно, я пойду. Дела есть, — сказал Стефан, вставая.

— Стой. Сроки по делу Маквойта горят. У тебя есть еще одна попытка. Иначе я выполню своё обещание. Макдональдс ждёт тебя, — веселился Макс.

— Да пошёл ты! Мне, что, задницу этому старикашке вылизать? Он НЕ ХОЧЕТ продавать свои акции. Понимаешь? Не хочет!

— Твои проблемы. Время идёт. — Макс скосил взгляд на часы.

Стефан ушёл, показав Максу средний палец. «Бумеранг», — весело подумал Макс, вспоминая, как показывал этот самый палец ему всего несколько часов назад.

 

******

 

Макс посмотрел на часы. Три часа ночи. Он сидел на кухне, а Зара спала там одна. Он так и не поговорил с ней о её прошлом, о Маринке, ни о чём вообще. Он этого не хотел. Все эти дни он просто приходил к ней и брал её, когда ему вздумается. Захочет — зажмет у холодильника, захочет — ворвется в ванную без стука и разложит её в ванной, захочет — возьмет Зару на балконе, на шестьдесят седьмом этаже. Секс на свежем воздухе, когда от высоты кружится голова – чувство, сравнимое с кайфом. Ее крики были лучшей музыкой. Движения её гибкого тела, такие горячие и грациозные — лучшим фильмом. Он полюбил и кино, и музыку, приобщился к искусству. Макс был главным дирижёром, одним резким движением внутри неё, заставляя Зару кричать на октаву выше или шептать, спускаясь от си до соль малой октавы, когда она была на грани, не в силах кричать больше. Он был главным режиссёром, заставляя её тело так маняще выгибаться, открывая его взору прекрасный вид на высокую грудь и плоский животик, ведущий к самому желанному месту на свете.

Макс налил еще воды в стакан. Сейчас бы коньяка! Он спал в одной постели с Зарой... Всю жизнь он спал один, никогда еще ни одна баба не спала в его кровати. Если только Алисия. Да, бывало, что он засыпал с ней. Но только потому, что он уже был в дрова, а Алисия была хитрой сучкой, использующей любые средства и возможности для того, чтобы зацепиться за мужика. Алисия... А может, вернуться к ней? Она была богатой, известной, имела статус в обществе. Они будут образцовой парой, смогут выходить в свет, появляться на обложках журналов. А что с Зарой? Конечно, никто не знает, что она шлюха. Но он-то знал и никак не мог этого забыть. Алисия... нужно было ей перезвонить, узнать, что она хотела, зачем она названивала ему по сто раз на дню. Алисия или Зара? Зара или Алисия? Чередовать их? Не вариант. Он не сможет трахать сразу и ту, и другую. За двумя зайцами погонишься...

Он потом решит. Сейчас перед ним стояла одна задача — уснуть. Но разные мысли, копошащиеся в голове, не давали этого сделать. Почему Зара всё-таки попала в "Шкатулку"? Что она скрывала? И главное, получится ли что-нибудь у них? И надо ли? Зачем ему вся эта нормальная семейная жизнь? Дети, жена, домашние обеды и ужины, бытовые ссоры и бурные примирения... Вторая половинка, которая спасёт его окончательно, даст ему руку и вытащит из ледяной воды боли. Зара? Подходила ли она на эту роль? А как же все эти сотни мужиков, все эти грязные деньги? Забыть? Легко сказать…

Макс подошел к раковине и подставил голову под холодную воду из крана. Хорошо! Не то его голова скоро взорвется от всех этих вопросов. И, как назло, ни одного ответа!

Сзади раздался шорох, и Макс повернулся, вытирая голову полотенцем. В дверях стояла Зара, в его рубашке, сонная и с растрёпанными волосами. Как в фильме... Она смущенно посмотрела на него, пряча руки в широких рукавах.

— Почему ты не спишь? Тебе плохо? — участливо спросила она.

Очень. А теперь стало еще хуже. У него опять встал.

— Очень плохо, малышка, — томно сказал Макс, и подхватил Зару на руки.

Она рассмеялась звонким смехом, прорезая темноту кухни переливами своего звучного голоса, и обняла его за шею. Макс отнес её в спальню и кинул на кровать.

Спустя какое-то время, полностью утомленный страстью и её ненасытностью, он провалился в глубокий сон, укутанный её ароматом и приласканный нежными руками, которые лежали у него на груди. Макс впервые видел цветные сны. Он видел солнце, чистое небо и яркую траву. Он слышал чириканье птиц, его кожу обдувал теплый ветер, и он чувствовал себя... счастливым.

Но внезапно солнце скрылось под тяжелыми черными тучами, и хлынул дождь. Мертвые птицы падали к его ногам, а трава превращалась в выжженную землю. Ветер, только что бывший таким ласковым, нещадно бил по лицу, пытаясь достать своим холодом до сердца. Темнота начала расплываться, и в итоге приобрела четкие формы комнаты. Застоявшийся запах старины, плесени и пота. Рваные обои и дыры в стенах. Грязные окна, не пускающие солнечный свет внутрь, и крики. Повсюду раздавались крики людей. На старой кровати, отдававшейся противным скрипом в голове, неестественно громко стонала женщина, придавленная грузным телом мужчины. Скрип нарастал, и стоны женщины становились всё более натянутыми. Голова мужика повернулась в сторону Макса. Мерзкая улыбка озарила его лицо, оставляя липкий след после себя. Мужчина продолжал совершать движения в теле женщины, но глаза его не отрывались от испуганного мальчика. Чем больше страха тот испытывал, тем сильнее были ощущения мужчины. Женщина закричала, впиваясь ногтями в спину партнера и, посмотрев на Макса, произнесла: «Проснись, проснись! Мне страшно. Макс!»

Он очнулся, подскакивая на кровати. Ей было страшно. Тварь! Он убьёт её прямо сейчас. Придушит голыми руками, а потом оттрахает её труп. Она получит всё, что заслужила. Мужчина со всей силы ударил женщину кулаком по лицу. Слабый удар. Он должен избить её до полусмерти, за все эти взгляды и прикосновения, за все эти сцены, что он видел на протяжении стольких лет. Макс, обезумев, схватил её за волосы и ударил еще раз. Что она там кричала? Затолкать бы в её рот член, в самую глотку, как она любит. Он потянул её за волосы вниз, стягивая трусы. Макс потерял рассудок, получив, наконец-то, возможность отомстить полноценно.

— Прекрати! Что я сделала? — Раздался плач Зары, и Макс остановился.

Зара?! Мужчина отпустил ее волосы и наощупь добрался до выключателя. Свет вспыхнул, ослепляя на миг. Зара сидела на полу, вытирая слёзы, и смотрела на него с диким ужасом. Она была голой и очень напуганной. На бледном, как мел, лице уродливо улыбались синяки, которые он поставил ей, находясь в неадекватном состоянии. Это был просто сон. А это Зара. Не его мать. Он только что избил Зару. Почему-то эта мысль не радовала его, а совсем наоборот, расстраивала.

Макс встал с кровати, постепенно возвращая ясность ума и, посмотрев на Зару, вышел из спальни. Наверное, у них ничего не получится. Он все равно бил её. Пусть не специально, но ведь бил. Такова его судьба. Он не может по-другому. Он чертов больной изверг! Макс заперся в кабинете, не зная, что делать. Ужасная мысль посетила его раскалывавшуюся голову — он мог убить её! Но ведь так он раньше и поступал с такими, как она, бил их, унижал. Что же случилось сейчас? Почему его всего трясёт? Ему страшно. Опять эти сны. Опять таблетки. Они с Зарой поменялись ролями. Она спала ночами, а он боролся с прошлым, всё ближе подходя к проигрышу. Достав из сейфа мощный транквилизатор, Макс выпил таблетку, и результат не заставил себя ждать. Пустота поглотила его, вытесняя реальность.

 


Дата добавления: 2015-08-21; просмотров: 59 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 1. | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5 | Глава 9 | Глава 10 | Глава 11. | Глава 12. | Глава 13. |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 6| Глава 8.

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.058 сек.)