Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Подчасть первая

C7H5(NO2)3 2 страница | C7H5(NO2)3 3 страница | C7H5(NO2)3 4 страница | C7H5(NO2)3 5 страница | Возраст школьника и шанс купить желанный продукт находятся в прямо пропорциональной зависимости: чем старше школьник, тем выше этот шанс. | Глава 11. Репетиционная неделя 1 страница | Глава 11. Репетиционная неделя 2 страница | Глава 11. Репетиционная неделя 3 страница | Глава 11. Репетиционная неделя 4 страница | Глава 12. Проблемная задача |


Читайте также:
  1. Max-OT Принципы питания Часть первая.
  2. Taken: , 1СЦЕНА ПЕРВАЯ
  3. VIII. Моя первая встреча с безымянным судном.
  4. XVIII в. в истории России: первая модернизация. Российское государство и общество в 1-й пол. XIX в.
  5. А) ПЕРВАЯ МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ
  6. азборки. Первая кровь. Криминальные драки.
  7. асть первая. Прогнивший мир. 1 страница

Глава 1. Арман

26 августа, в одиннадцать часов утра, я проснулся в своей квартире. Сразу скажу, что живу я на Будапештской улице, в доме № 71. Это типично купчинская постройка – 9 этажей; небольшие лестничные клетки, пропитанные до самых потайных углов табачным дымом; грязный, полусломанный лифт с выбитым стеклом в зеркале (когда-то это зеркало украшало наш лифт) и средней площади квартиры. Лифт нам, впрочем, обещали поставить новый, да и антитабачный закон когда-нибудь уничтожит пагубную привычку… Но не о том были мои мысли.

Слегка открыв глаза, я увидел, что комната озарена ярким солнечным светом. «Какое большое, замечательное солнце! – подумал я. – Прямо, как у Маяковского в стихах...!» Далее я откупорил ставни окна и выглянул на улицу.

О да! Небесное светило направило свои лучи именно на мой дом! Облаков не было, и я сразу почувствовал сильную жару, градусов где-то в 29, что для конца августа не слишком характерно.

Я представил себя высоко-высоко в небе: как я лечу в неведомую даль, как солнце светит мне издалека, словно манит к себе… По бокам я вижу только чистый голубой свет, и ничего больше. Но главное – это солнце!

Мне вдруг захотелось выйти на улицу. Нет, даже не выйти, - выбежать! Выбежать во что бы то ни стало, дабы потонуть в солнечных просторах и ощутить на себе всю эту великолепную 29-градусную жару! Ведь я так люблю жару!

Быстро умывшись и позавтракав, я оделся и выбежал из дома.

О, как мне стало хорошо! Я почувствовал себя новым человеком, находящимся в какой-нибудь африканской стране, где каждый день светит солнце и торжествует жара! Но я был в России. Да-да, в России, в нашей Северной столице, которая известна всем своей дико изменчивой и вечно осенней погодой.

Я решил дойти до парка Интернационалистов. По сути, это главная зелёная зона в нашем Фрунзенском районе (после Яблоневого сада, конечно), и я рассудил, что лучшего места для отдыха в данный конкретный момент просто не найти.

По пути я зашёл в «Ленту», чтобы купить себе газировки, ибо пить хотелось ужасно. Там я встретил своего учителя истории, Ставицкого Юрия Александровича. Мы с ним обменялись парой реплик про погоду, а затем он напомнил мне про приближающееся 1 сентября, чем слегка подпортил моё настроение; после этого мы попрощались.

Я вышел из «Ленты» и сразу направился к парку. Надо заметить, что хотя день стоял будний (а именно, вторник), но народу было немало. Видимо, отдыхающие понимали, что таких жарких дней в этом году больше может и не быть – поэтому надо непременно пользоваться каждым моментом!

Найдя свободное местечко, я задумался. Ставицкий напомнил мне про школу совсем некстати. Впрочем, немного поразмышляв, я понял, что очередное возвращение в родные учебные пенаты – это не так плохо. Я снова встречу своих друзей – Костю, Мишу, Армана, Саню и многих-многих-многих… А значит – будет весело! Мы снова пойдём в пиццерию по нашей старой доброй традиции, будем долго гулять, делясь летними впечатлениями, сыграем в футбол, баскетбол, пинг-понг…

Вдруг я услышал знакомый голос:

- Колян! Дружище!

Обернувшись, я увидел теннисный корт, где стоял мой друг – Арман.

Я тут же подбежал к нему, и мы обменялись крепкими дружественными приветствиями.

- Ну как дела? – спросил я.

- Превосходно! – радостно крикнул Арман. – Слушай, да ты изменился! Вырос, загорел… Где отдыхал?

-Ооо, я ездил сначала на дачу, потом, в июле, вернулся в город…. Пробыл тут недельку – и махнул в Египет! – вдруг сочинил я.

- В Египет? – в шоке переспросил Арман. – Да ты шутишь! Вот так просто взял и махнул?

- Ну да… А что тут такого?! – засмеялся я. – Не буду же я всё лето сидеть в Питере! Надо хоть куда-то иногда выбираться!.. Вот ты, небось, наверняка опять ездил к тёте в Ереван?!

- Ну, Ереван – это само собой разумеется. – не без гордости произнёс Арман. – Но Египет!.. Это же Нил, это пирамиды, это жара!.. Там, конечно, круто. Так ведь? А?

- Эээ… Ну да, конечно… Разумеется, круто! Пустыни, солнце, пирамиды, естественно…

- А слоны? Ты видел там африканских слонов? – с любопытством спросил Арман.

- Эээ… Да нет… Как-то не видал…

- Как не видал? Был в Египте и не видал слонов?

- Ну, вот не видал. Просто вот как-то был, да не видал.

- Ну, а верблюдов? Верблюдов-то видал?

- Ну так, спрашиваешь! Конечно видал! – гордо ответил я. – Коричневые, двугорбые и…. Ну да, двугорбые.

- Ну а ещё кого видал? – продолжал меня с любопытством расспрашивать Арман.

- Ну кого-кого?.. – замялся я. – Да вот хоть гризли! Гризли видал!

- Да ладно! Ты видал в Африке гризли???

- Да! А что тут такого? – серьёзно ответил я. – Тебе показать, какого я гризли видел?

И я стал изображать Арману гризли, хотя сам их вживую, конечно, никогда не видел. Только один раз лицезрел, по телевизору.

Арман рассмеялся.

- Ладно, верю! Верю! – крикнул он. – Просто я не знал, что в Африке водятся гризли.

- Да и я не знал.

- Да, круто!... Завидую тебе. Сам бы тоже с удовольствием поехал. Всегда мечтал побывать в Египте!..

- Так что тебе мешает? Съезди! – предложил я и потом отчего-то добавил: - Увидишь гризли!

- Когда?

- Да хоть сейчас! – пошутил я.

- Эх… Было бы неплохо! Да уж поздно – 26 августа. На носу школа. Разве что только зимой. Кстати, отличная мысль!!! – у Армана загорелись глаза.

- Что?

- Ну конечно! Давай зимой съездим вместе! На каникулах! А?

- Да… я как-то не знаю… А как же Новый год? Празднования?

- Ну и что?! Справим Новый год – и поедем! – предложил Арман. – Заодно покажешь мне интересные места! Ты ведь, небось, уже успел изучить Египет? Знаешь, где что находится?

- Ну… вообще… я мало что запомнил. Там ещё такие названия, такие указатели… Просто ужас! Ни хрена не поймёшь!

- Ну, значит, вместе разберёмся! Ну что, поедем?

- Да я не знаю… Второй раз…

- Ну и что? Многие по три-четыре раза ездят! Соглашайся! – настаивал Арман.

- Да не знаю…

- Давай!

- Знаешь…, - посмотрел я ему в глаза, - давай я тебе ближе к зиме и скажу. Загадывать заранее не люблю. Вот пройдёт время – тогда и скажу!

- Эх, ну так и быть! Договорились!

- К тому же, - зачем-то опять начал добавлять я, - может, я ещё куда-нибудь махну!

- Куда? В Турцию? В Тунис? В Австралию? – мимолётом спросил Арман.

- Эээ…. В Сомали! – ляпнул я.

- Куда? В Сомали? Там же пираты!..

- Ну да, пираты. Есть такое. Впрочем, ничего ещё не решено! Это я так, приблизительно… Кстати, - решил переменить тему я, - у тебя в руках две ракетки… Зачем? Кого-то ждёшь?

- Ах да! – Арман сделал вид, как будто вспомнил что-то очень давно забытое. – Я же Миху жду! И чего-то он опаздывает… Слушай, ты не хочешь сыграть?

- С удовольствием! – мгновенно воскликнул я. Мне уже давно хотелось закончить «Египетскую» тему и сыграть с ним. Тем более, что Миши пока не было.

Впрочем, через час пришёл и он. Мы радостно друг друга встретили и на какое-то время прекратили игру. Миша стал делиться своими летними впечатлениями:

- …. Ну, в общем, Испания – такая страна!.. Там так хорошо кормят!!! Голодным точно не останешься! Я как-то раз случайно стал 2-миллиардным посетителем одного ресторана – и меня там так накормили! Паэлья, фабада, хамон, морсилья, эспето… А какие десерты!!!... Туррон, польвороны, каталонский крем…

 

Было видно, что Арман слушал Мишу с интересом. Возможно, он и сам когда-то был в Испании, а потому легко поддерживал беседу.

Когда разговор об Испании закончился, я спросил:

- Слушай, Миша, как там у Кости дела?

- У Костяна? Да он, вроде, ещё не приехал – на даче отдыхает.

- Да?... Хм, а кто нас тогда в пиццерию собирать будет?

- Да не вопрос! Я соберу! – вмешался Арман. – Когда пойдём? И во сколько?

- Нет, Арман, давай лучше я. – рассудительным тоном сказал Миша. – Вспомни, ты в мае уже пытался нас всех собрать. И что вышло? Полная жопа! Ни шашлыка, ни пиццы! Только х..рня какая-то получилась!..

- ОК, так и быть. – сказал Арман.

Я не буду в подробностях описывать наш дальнейший разговор. Замечу только, что мы порешили встретиться 31 августа у Швейка, ориентировочно, в полдень. Миша пообещал всех собрать. Поехать же договорились, на 90%, в «Маму Рому», что на Московском стоит. Затем поиграли ещё полчаса в теннис – сначала я с Мишей, потом Миша с Арманом – после чего попрощались.

Напоследок Арман успел крикнуть мне:

- Помни про Египет! Гризли ждут нас!

В ответ я показал ему жестом согласие и пошёл к дому.

 

Мне было немного неловко. Конечно, я всё наврал Арману про Египет. Причём наврал порядочно: и про пустыни, и про верблюдов, и про пирамиды… Ещё меня дико интересовало, водятся ли в Африке гризли. Решил, что, как только приду домой, тут же открою атлас и всё узнаю! «А то вякнул сдуру, как идиот. А он, кажись, ещё всему поверил! – думал я. – Да ещё предложил съездить. Во даёт!... Нет! – решил я. – Так не пойдёт! Дождусь декабря – а там скажу, что не поеду: другие планы, мол. … О Господи, и зачем только я сказал ему про Сомали?! Ну, идиот, полный идиот!»

Так думал я, когда шёл по улице Димитрова. Потом вспомнил про пиццерию 31 августа, и настроение моё заметно улучшилось. В конце концов, впереди были последние летние деньки, и надо было провести их с максимальной пользой. А то потом – школа, 11 класс, ЕГЭ, подготовительные курсы, репетитор… В общем, запара та ещё.

Я посмотрел на небо. Солнце продолжало светить ярко-ярко…

 

Глава 2. MAMA ROMA

Никогда не забуду то 31 августа. Это был поистине запоминающийся день. Погода опять нам улыбалась, и пускай на улице было не 29 градусов, но солнце светило, а значит и настроение, несмотря на последние летние 24 часа, было хорошее.

Как и договаривались, мы встретились у Швейка. И, конечно, не все пришли ровно в полдень. Непривычно опоздал Костя. Впрочем, ему можно это простить – он только-только приехал с дачи. Да и опоздание его выглядело гроссмейстерским – всего две минуты. Опоздали и другие…

Прошло 15 минут. Нас было уже девять – я, Костя, Арман, Миша и Саня (это всё из нашего класса), Стёпа и Павел (наши друзья из 11а), друг Армана Джахон, а также Кирилл, наш общий знакомый и большой любитель пожрать (подчёркиваю: именно пожрать, а не поесть).

Ждали Лёху. В 12:17 ему позвонил Костя:

- Алло! Лёха? Привет! Ну ты где?

В ответ послышалось что-то вроде «…Всем привет… Дико извиняюсь, но слегка проспал. Щас выхожу. Где встречаемся?..»

Костя заметно разозлился:

- Еб..сь оно конём, Лёха. По-русски было сказано: «Встречаемся в 12 у Швейка.» Чем ты слушал? Жопой? И почему так долго спал?

Что-то пробурчало в трубку: «Да я вчера… вечером… Были дела… - футбол смотрел… Болел… МЮ играл. Руни вообще красавец! А какие голы!.. Фергюсон!..»

- Так, послушай внимательно! – хладнокровно начал Костя. – Забудь свой вчерашний футбол, одевайся – и бегом к Швейку! У тебя десять минут. Поторопись!

«Ок, хорошо, уже иду…то есть, бегу…Пока.»

- Ну и где он? – не выдержал Арман.

- Разве не понятно? Этот пи..дюк опять ху..нёй страдал всю ночь! А сейчас пи..дит про свой футбол! – выругался Саня.

- Спокойно, Сань. Всё в порядке. – успокоил его Костя. – Человек проспал. Это бывает. Главное – что он придёт.

- Придёт? Спустя полчаса, бл..ть? А почему не через час? – орал Саня.

- Да остынь уже! – крикнул ему Костя. Саня замолк.

- Как же задолбали его постоянные опоздания! – вмешался я. – Он хоть раз может прийти вовремя?

- Точно не в этой жизни. – заметил Кирилл.

- А что вы хотите? «Человек-опоздание»! – добавил Стёпа.

 

Спустя одиннадцать минут Лёха всё-таки пришёл. Поздоровавшись со всеми, он успел спросить у Сани, «как настроение?» В ответ Саня нахмурился и уже готов был произнести что-нибудь нецензурное, но его опередил Костя, сказав:

- Лучше не бывает! Так ведь, Санёк?

- Разумеется. – медленно произнёс тот.

В метро народу было немало. Впрочем, чему удивляться? – Воскресенье. И вот, в этот оживлённый день, мы доехали до «Парка Победы», вышли из вестибюля наружу и дошли до «Мамы Ромы».

- Вот и она! – крикнул Костя. – Нам сюда.

И он первым зашёл в ресторан. Остальные – за ним.

Сразу скажу, что «Мама Рома» нас и, в частности, меня в какой-то степени поразила. В этот ресторан я прибыл впервые, но моментально оценил всё великолепие царившей в пиццерии обстановки. Она впечатляла! Слабое, но достаточное освещение, уютные залы, комфортные столики, красивая статуэтка волчицы посередине… А главное – повсюду белое, зелёное и красное. Всё это есть те главные цвета Италии, без которых простой русский человек уже не может составить для себя её красочный и необыкновенно интересный образ.

Нам всё нравилось.

Мы сели за большой стол, ибо нас было 10 человек, и получили меню. Начали выбирать блюда.

- Господа, - обратился ко всем Костя, - давайте кутить! Так как нас много, то предлагаю взять четыре пиццы. Больших!!!

- А не много будет? – спросил я.

- Спрашиваешь?! - удивился Костя. – В самый раз! Посмотри на лицо Миши – он готов взять хоть пять.

Тут Миша скривил почтительно-высокомерную улыбку и с жадностью принялся рассматривать меню.

- А что?! Давайте пять! – предложил Лёха. – Четыре маловато как-то будет… А вот пять – в самый раз!

- Да хоть десять! – заключил Костя. – Главное, чтобы мы потом отсюда вышли.

Все засмеялись.

- А нет ли тут чего-нибудь армянского?.. – аккуратно спросил Арман.

- Ты опять за своё?! – крикнул Саня. – Может, тебе ещё отдельное меню предложить?

- Я бы не отказался. – тихонько заметил Арман.

- А почему я не вижу ничего испанского? – выразился и Миша, изобразив на лице крайнее удивление. – Ни паэльи, ни сарсуэлы, ни гаспачо…

- Ещё один! – возмутился Саня.

- Я смотрю, цены тут не маленькие… - педантично заметил Лёха. – Словно мы на Невском.

- А чего ты хотел? – отреагировал Джахон. – Это элитный итальянский ресторан, а не простецкая забегаловка.

- Да что ты говоришь? – начал полемизировать Лёха. – Может, ты ещё скажешь, что тут работают настоящие итальянцы, которые ради карьеры в этом рядовом питерском ресторане специально приехали из жаркой, весёлой Италии в наш тоскливый и ненастный Питер?!

- Не такой уж он и ненастный! – возразил я. – Ты чувствуешь, какая сегодня погода? Солнце, тепло, штиль…

- И что с того, что штиль? Ты помнишь, каким был июль?

- Помню. Прекрасно помню. Было жарко и душно. Весь июль.

- Стоп! Ты же был в это время в Египте! – вмешался Арман.

- Когда? – спросил я.

- Да в июле. Ты приехал с дачи в июле. Пробыл тут недельку и махнул, как ты выразился, в Египет. – продолжал Арман.

 

- Махнул в Египет? Них..ра себе… - заметил Саня.

- Да я в конце июля уехал. Фактически, в Египте был в августе.

- Но тогда получается, что ты пробыл в июле в Питере всего неделю. – не успокаивался Арман. – Ты приехал с дачи где-то на третьей неделе июля, отдохнул ещё семь дней и поехал в Египет. Ведь так?

Я почувствовал, что не знаю, как ему ответить. К счастью, в этот момент вмешался Костя:

- Товарищи! Sorry, что вступаю, но, может, мы уже хоть чего-то закажем?

Тут ещё подошла официантка и спросила:

- Вы что-нибудь уже выбрали?

- Нет, мы ещё в процессе… Через десять минут определимся. – ответил ей Костя.

Официантка улыбнулась и отошла. Замечу, что её улыбка показалась мне переходящей в смех, словно она слышала наш разговор.

Но впереди оставалось самое интересное занятие. Предстояло сделать-таки выбор блюд. Причём, помимо пиццы желательно было бы определиться и с напитками.

Начался базар-вокзал. Реплики были примерно такие:

- Всё! Берём пять!

- Давайте только не сильно острые…

- Я за «Гавайскую»!

- Надо брать такую, где много мяса!..

- Только без лука! Ненавижу лук!!!

- А у меня аллергия на томаты.

- Как-то она неаппетитно выглядит…

- Дороговато будет…

- Вот халапеньо здесь точно не хватает!

- Слишком мало овощей…

- Ты что, вегетарианец?

- Интересно, а армянская пицца тут есть?..

В конце концов не выдержал Костя. Он встал.

- Ну вы и гурманы… Вижу, выбор даётся крайне нелегко. Но когда-то надо решить! Давайте, что ли, проголосуем!..

- Как проголосуем? – удивился Павел.

- Как-как? Руками, конечно! – мигом ответил Костя. – Только так и выберем.

Идею эту, разумеется, все поддержали. И наконец, с большим трудом, но нам всё-таки удалось выбрать пять пицц. В этот долгожданный список попали «Мексиканская», «Вегетарианская», «Гавайская», «Мясная» и «Пепперони».

Из напитков выбрали колу и какой-то доселе неизвестный домашний лимонад.

Итак, заказ сделали.

Ещё при выборе мы обращали внимание на цены, которые в этом ресторане кусаются, стараясь выбрать не только наиболее вкусный, но и экономичный вариант. Во многом из-за этого и возникли серьёзные разногласия.

Впрочем, чувство голода заставило нас на время забыть о ценах. Но только на время…

 

Наши пиццы готовились слишком долго. Первые десять минут ожидания мы болтали на разные темы: кино, музыка, путешествия, спорт… Вспомнили и школу, и некоторых учителей.

На одиннадцатой минуте взорвался Саня:

- Да что за х..рня? Х..ли они так долго готовят? Я, бл..ть, с утра голоден.

- На самом деле. – поддержал его Миша. – Жрать охота.

- Ещё как! – продолжал Саня. – Вконец ох..ели! Вот если они щас не принесут еду, я ворвусь к ним на кухню и таких пи..дюлей надаю!.. Мало не покажется!!!

- Спокойно, Сань. – вмешался Костя. – Побереги силы для пиццы.

Прошло ещё десять минут. Назревал конфликт. За Саню было реально тревожно. Этот голоднейший посетитель ресторана явно был настроен решительно. Казалось, ещё минута – и он пойдёт разбираться. Очень зол был Миша, бесспорное недовольство выражали лица Армана и Джахона…

К счастью, официантка наконец появилась. Она принесла нам две пиццы, спустя минуту – ещё две.

Удивительно, но только после этого нам доставили напитки. Заметил я ещё также, что куски пицц выглядят заметно меньшими по сравнению с обозначенными в меню размерами. Этот явный факт поверг меня в ещё большее удивление. Впрочем, я решил, что не время заморачиваться. Настала пора есть.

Итак, трапеза началась.

Костя первым взял кусок пиццы (это была, кажется, «Мексиканская») и с достаточно культурным видом принялся за него.

Саня и Миша руками схватили по куску и жадно вцепились в них зубами. Плавленый сыр длинной, нежной и кокетливой полоской начал свисать изо рта Сани.

Лёха приступил к делу со слегка застенчивым видом, а Стёпа, едва только взял кусок с подноса, сразу же чуть не уронил его на пол. Его спасла мгновенная реакция.

Павел не выражал никаких особых эмоций при еде.

Кирилл, аккуратно взяв кусок пиццы, сперва принялся долго его рассматривать с видом критика Антуана Эго из фильма «Рататуй»; мускулы на его лице были заметно напряжены. Наконец, закончив идентификацию куска и сделав вывод о пригодности данного продукта к употреблению, он тихонько отрезал небольшую часть-кусочек и вилкой медленно положил её себе в рот. Похоже, сей продукт ему понравился.

Арман и Джахон, поспорив несколько секунд, взяли по куску «Мясной» пиццы.

Я начал с «Гавайской».

 

Ели мы все с большим аппетитом. Иногда делились своим мнением.

- Ах, как аппетитно. Какое тесто, какое мясо, какой сыр! – восхищался Миша.

- Признаю, еда вкусная. Не хватает, правда, грибов да ещё, пожалуй, оливок. Но в целом – всё и так неплохо. – делился мыслями Кирилл.

Так прошло два часа. Постепенно мы всё съели, и, надо сказать, что покушали на славу. Десертов никто не пожелал.

- Ну что ж! По-моему, хорошо. – заявил Костя, увидев пустые тарелки. – Что вы скажете?

- Супер! Очень сытно и сочно! – произнёс довольный Миша.

- Не зря ждали. – отрезал Саня.

- Я бы поставил 4 с плюсом. Добротно, качественно, но можно лучше. – заключил Кирилл.

Остальные тоже высказали свои комментарии. В основном, они имели положительную окраску. Разве что только Арман с Джахоном признались, что чувствуют себя немного разочарованными – по всей видимости, им не хватило чего-то армянского.

Костя попросил у проходившей мимо официантки счёт. Его принесли очень быстро, буквально через минуту. Итак, насчитано было 3 тысячи 195 рублей и 20 копеек.

- Господа! Прошу приготовить money! – скомандовал Костя. – Посмотрим, сколько с каждого… - он достал телефон и зашёл в «калькулятор». – Так…делим на десять… - Костя быстро разделил. – Итак, с каждого 319 рублей 52 копейки. Сдаём!

- У меня пятьсот! – крикнул Лёха.

- А у меня тысяча. – произнёс Джахон.

- OK. – сказал Костя. – Тогда пусть Лёха с Джахоном дадут свои крупные, далее добавим до положенной суммы, а те, кто не заплатят, будут должны им.

- Верно! – согласился Лёха.

Тут же, правда, выяснилось, что крупные имеются также у Армана, Сани и Стёпы.

- Так-с… И что нам делать? – спросил я.

- Поступим следующим образом. – начал комбинировать Костя. – Арман, Саня и Джахон дадут всем по тысяче. Плюс ещё 195 рублей 20 копеек отдам я. Все остальные – Миша, Коля, Кирилл, Стёпа, Лёха и Паха – будут должны отдать тем трём по 319 рублей 52 копейки. Я им буду должен: 319,52 отнять 195,20, равно – 124,32. Итак, я им буду должен 124 рубля 32 копейки. Ну как, все всё поняли?

- Поняли-то поняли, - ответил Стёпа, - только как я отдам кому-то из троих 319,52 рубля, если у меня пятьсот?

- Ах да, у тебя же тоже крупные…

- Вот-вот… Как быть-то?

- Значит, разменяешь у Лёхи. – надумал Костя. – У него много мелочи.

- Это я что, должен сейчас всю мелочь выкладывать? А если не хватит? – возразил Лёха.

- Ладно, - сказал Костя, - давайте уже поскорее заплатим. Как-то жарковато становится… На улице всё решим.

И он рассчитался в соответствии со своим планом. Затем мы вышли. И вот тогда состоялся весьма интересный в свете нашей истории экономический разговор.

- Начнём, друзья. – повёл беседу Костя. – Те, кто не платили, начинают рассчитываться. Лёха, ты нашёл мелочь для Стёпы?

- Да нашёл. – при этих словах Лёха вынул из кармана небольшой мешочек, в который он успел сложить свою мелочёвку.

- Сколько тут? – спросил Костя.

- Ровно сто тридцать рублей.

Костя в одночасье выпучил глаза.

- Сто тридцать? Отчего так мало?

- Как мало? Я же не только мелочь взял. Ещё и купюры.

- Но этого не хватит. Ты и сам иначе не расплатишься.

- Почему? У меня ещё двести рублей.

- Всё равно. Если Стёпа отдаст тебе 500 рублей для размена мелочью и мелкими купюрами, у тебя останутся 500 рублей своих, 500 от Стёпы и ещё какая-нибудь мелочь. И как тогда ты отдашь свои 319,52 рубля?

- Верно говоришь. Но тогда выхода нет.

- Вот именно, что нет. – с досадой произнёс Костя. – Это хреново.

В это время остальные рассчитывались перед Арманом, Джахоном и Саней. Остальные – это я, Паха, Миша и Кирилл. Впрочем, Костя, Стёпа и Лёха так бурно и громко пытались решить свой денежный вопрос, что их тема нас интересовала заметно больше собственных расчётов.

Оказалось, что помимо меня ещё двое – Паха и Кирилл – сдали деньги Арману. Миша рассчитался перед Джахоном. Саня пока был ни с чем. Тут мы рассудили, что так как должников всего шесть (не считая Кости, с которого полагалась меньшая сумма), то каждый из троих должен получить свои деньги только два раза. Поэтому Арман тут же отдал 319,52 рубля Джахону. Саня по-прежнему оставался ни с чем. Зато теперь стало очевидно, что и Лёха, и Стёпа должны отдать свои деньги именно ему. Но как всё сделать точно и грамотно?

У Лёхи проблем не возникло. Он, перестав спорить с Костей, насчитал свои 319,52 рубля и отдал их Сане. У Стёпы же на руках по-прежнему держалась 500-рублёвая купюра.

Тогда мы решили дойти до ближайшего киоска, дабы Стёпа смог разменять свои деньги. Замечу, что, когда эту идею решено было реализовать, никто, конечно, не знал, что нам придётся встретиться с очень зловредной продавщицей. А она не только отказалась произвести размен, но и стала хамить нам:

- Чего шляетесь, придурки? Бабла хотите? Надо по сотенкам, бл..ть? А вот идите нах..й отсюда, и чтоб глаза мои вас не видели. Вконец ох..рели! Бабло загребают! Пид..ры малолетние!

Тут уж не сдержался Саня. Он у нас был мастак по таким разговорам, поэтому ему не составило труда просунуть голову в окошко и сказать продавщице всё, что он о ней думает. Речь его была настолько нецензурной, что я не стану приводить её в этой книге.

Продавщица была в ярости. Она уже вылезала из своей будки, чтобы устроить нам повторную обструкцию, но мы поспешно удалились.

- Браво, Саня. Бесспорно, ты крут. – одобрительно произнёс Костя.

- Да просто бухая она – вот и несёт бред сивой кобылы. – ответил тот.

Во втором киоске нас встретили более радостно. Деньги разменяли-таки. Но проблема не была решена окончательно. Дело в том, что у Стёпы на руках было пять купюр по сто рублей, а отдать надо было 319,52 рубля.

- Ну? И что теперь делать? – озадачился он.

- Чувствую, придётся нам зайти в магазин и купить что-нибудь недорогое. – подал очередную идею Костя. – Из полученной сдачи выделишь 19 рублей 52 копейки, Стёпа, и отдашь их Сане. Интересно только, где тут ближайший магазин?

- А вон, напротив. – сказал я. – Пойдёмте туда.

- Пойдёмте. – согласился Костя.

- А может, тьфу на них, на эти 19 рублей? Так ли уж они важны? – высказался Паша.

- Нет уж, всё должно быть по-честному. – ответил ему Арман. – Сколько должен, столько пускай и возвращает.

И мы пошли в магазин. Стёпа купил себе лимонад за 34 рубля – соответственно, сдачи ему дали 66 рублей. Он отдельно попросил кассиршу дать ему побольше мелочи, на что та ответила весьма небанальным взглядом, подумав, наверно: «Какой странный парень...» Мелочёвку, тем не менее, отстегнула ему как по заказу, причём особенно много вручила пятикопеечных и десятикопеечных монет. Что ж, теперь Стёпа мог преспокойно рассчитаться с Саней.

Он вышел из магазина с очень довольным выражением лица. Насчитав 19 рублей и найдя ещё где-то у себя 52 копейки, Стёпа положил деньги на ладонь, которую до того успел торжественно протянуть Саня.

Казалось, что проблема была окончательно решена. Нам следовало забыть о деньгах и пойти гулять. Но… Костя вспомнил про ещё один долг.

- Господа! Как же это я мог забыть? Ведь я до сих пор не отдал свои 124 рубля и 32 копейки.

- Вот те на! Вовремя вспомнил. – изумился Саня.

- Только кому именно их следует отдать? – вмешался Кирилл.

- Разве не понятно? – удивился Костя. – Надо поделить искомую сумму на три и отдать каждому – Арману, Джахону и Сане – по 1/3. – тут он устно произвёл деление. Получилось, что каждому из той тройки должно было достаться по 41 рублю и по 44 копейки. Костя начал искать у себя мелочь. Оказалось, что она у него имеется – правда, в небольшом количестве. К счастью, немного помог с монетами Лёха (очевидно, ему ещё не скоро удастся расстаться со всеми теми копейками, которыми его так щедро одарила кассирша в магазине). На копейки решили забить.

Итак, Костя уже готовился отдать всем троим по 41 рублю, но тут случилось кое-что непредвиденное.

Ещё во время костиной возни с деньгами Джахон решил достать свои финансы и пересчитать их. Видимо, он ещё тогда что-то заподозрил.

И вот, когда Костя уже отдавал ему деньги, Джахон с сухо-удивлённым взглядом молвил:

- Ребята, что-то не то. Денег не хватает.

- Как не хватает? – спросил я.

- Смотрите: у меня должно быть 639 рублей 4 копейки, то есть два по 319,52. Да плевать на копейки. Но я всё перепроверил: у меня на руках только 590 рублей. Где же ещё 49? – недоумевал Джахон.

- И впрямь: где? – не менее озадаченным выглядел Арман.

- А ты точно всё перепроверил? Может, в какой-нибудь карман не заглянул? Или дырка? – спросил Костя.

- Исключено. У меня есть с собой ещё 50 рублей. Но это личные 50 рублей, которые я специально положил в правый карман для последующей оплаты за проезд. Так сказать, дополнительные деньги. Арман может подтвердить.

- Подтверждаю! – крикнул Арман.

- Но что же тогда получается? Кто-то в наглую недодал 49 рублей? Пригрел у себя? – сурово обратился ко всем Костя. В этот момент его взгляд был потрясающе пронзителен. Все тут же примолкли и призадумались. Впрочем, молчание было недолгим. Спустя полминуты Миша обратился к Косте:

- А почему ты так уверен, что кто-то недодал? Может, у него галлюцинации случились, - он показал на Джахона, - и ему кажется, будто денег не хватает.

- Это у меня галлюцинации? Следи за словами, дебил. – разозлился Джахон.

- А что? – не унимался Миша. – Может, эти 50 рублей и есть часть нашего долга. К тому же, очень странно, что почти точно такой же суммы Джахону и не хватает.

- Да как ты смеешь? – раздражился Джахон. – Арман тебе всё подтвердил.

- Арман, говоришь? А кто ещё, кроме Армана, может подтвердить, что у тебя заранее были приготовлены эти 50 рублей?

- Миша, это слишком. – вмешался Паша.

- Хм… Интересная ситуация получается… - начал рассуждать Костя. – Ведь если Джахон не врёт, а он, наверно, не врёт, то получается, что кто-то из шести недодал. И в этом нет сомнений. Под подозрением шесть человек: Паха, Кирилл, Коля, Миша, Лёха и Стёпа. Я, сами понимаете, чист, ибо все видели, как я отдавал свой долг, просчитав всё достаточно точно.

- Стоп! – неожиданно крикнул Паша. – А может, Арман недодал Джахону деньги? Ведь он передавал их ему после того, как получил долг от Кирилла. Помните нашу комбинацию «шесть к трём»?

- И ты хочешь сказать, что я решил специально обмануть Джахона и отдать ему неполную сумму? – рассердился Арман.

- Я же не сказал «специально». – продолжал Паша. – Это могло произойти ненароком, случайно, вдруг.

- Да это же бред! – возразил Джахон. – Арман всё проверял.

- А ты в этом уверен?

- Погодьте, друзья. По-моему, мы сейчас дойдём до абсурда. – вмешался Костя.

- Но как можно быть на 100 % уверенным в том, чего не видел? Это же слепая вера! Вера по дружбе! – не унимался Паха.

- А ты не веришь в дружбу? – спросил его я.

- Это здесь ни при чём. Просто так нельзя ничему верить.

- А он прав. – примкнул к разговору и Саня. – Как можно что-то утверждать без доказательств? Вера по дружбе – это же не доказательство.

- Совершенно верно! – слегка обрадовался Паха, поняв, что его позицию хоть кто-то разделяет.

- Да какие, нах..й, доказательства? Мы что, бл..ть, в суде? – дошёл до точки кипения Джахон. Арман, замечу, был тоже необычайно сердит.

- Но ведь дело касается денег, - заявил Паша, - а значит, голословия быть не должно!

В этот момент Джахон и Арман окончательно вышли из себя. Они вступили в открытую словесную перепалку с Пахой и Саней; мата было много, эмоций – ещё больше. Вскоре, к моему удивлению, на сторону первых встал Кирилл. Он отчего-то стал утверждать, что якобы видел до этого 50 рублей у Джахона (спрашивается, чего раньше молчал?). И всё-таки его аргументы выглядели недостаточно твёрдыми, если их вообще можно было назвать аргументами.

Надо сказать, что люди, проходившие мимо нас, наверняка тоже не сдерживали эмоций. Вот представьте себя в такой ситуации: вы спокойно идёте по улице, ни о чём серьёзном не задумываясь; настроение прекрасное – хочется думать только о хорошем и любоваться великолепной погодой. И вдруг вы видите, как десять подростков шестнадцати-семнадцати лет активно и эмоционально дискутируют, причём тема дискуссии посвящена решению наиболее часто встречаемой экономической проблемы – то есть, дележу денег. Особенно выделяются четыре парня – они, похоже, готовы закончить столь горячую дискуссию кулаками, и никак иначе, дабы разрешить спор. Впрочем, и другие не отстают – они поочерёдно то вмешиваются, то отстраняются. Но видно: тема необычайно важна, и не только в свете науки экономики. Вот такая интересная картина. Наверняка и Читатель не остался бы к ней равнодушен, увидь он такое в любом месте нашей необъятной России.

Спор, в принципе, мог длиться долго. Но – уже не в первый раз – всех успокоил Костя. Он потребовал от всех заткнуться, достал из кармана 50 рублей и сказал:

- Друзья, как это низко. Спорить из-за пятидесяти рублей - какой-то невзрачной бумажки, на которую ни машину, ни даже фотоаппарат не купишь, а разве что только газировку с чипсами. Вот, однако, что капитализм с людьми делает!.. Уже каждая мелочь, каждая бумажонка на вес золота. Раньше люди гибли за металл, а теперь… Так и мордобоя недолго. И сколько споров…

Что ж, раз никто не хочет сказать правду, раз все такие скаредные и придирчивые, то я – только ради прекращения вашего диспута – отдам Джахону свои 50 рублей. И пусть все пререкания прекратятся! – при этих словах Костя торжественно протянул Джахону соответствующую купюру.

Джахон взял её, но выражение лица его заметно изменилось. Суровый, грозный, дерзкий взгляд, а также неприятная ухмылка куда-то исчезли. Глаза забегали, заметались; щёки покраснели. Джахон как-то сразу весь замялся. Словно и не был он минуту назад столь жёстким и принципиальным.

Все мы вокруг ещё находились в скомканном, растерянном и даже слегка сконфуженном состоянии. Никто ничего не хотел говорить. Базар, стоявший в нашей среде всего минуту-две назад, превратился в такую тишину, будто никто здесь ранее и не базарил.

А Костя смотрел на нас и искренне улыбался.

 

Вот и всё, о чём я хотел рассказать во второй главе. Если Читателю интересно знать, каковы были наши дальнейшие действия, то могу кратко сообщить: мы пошли гулять и добрели пешком до Купчино; затем решили сыграть в футбол – рубились до десяти вечера и наигрались вдоволь. И вроде бы неплохо провели время. Но настроение было каким-то неоднозначным…

 

 

Глава 3. Наш герой

Терпеть не могу 1 сентября. Что за ужасный день! Каждый год вся школьная знать и не знать собирается на линейке, чтобы услышать друг от друга уже давно ставшие дежурными выражения, и все эти клише традиционно принимаются за пожелания на будущий год. Звучит десятилетиями не меняющаяся музыка, снова появляются школьные деды с замызганными донельзя красными лентами, опять выступает директриса, говоря, что «наша школа самая лучшая, самая прекрасная, и что, мол, давайте мы будем любить её и считать вторым домом…» А потом выступают артисты, каждый год доказывающие своими выступлениями хроническую искалеченность фантазии. В общем, год за годом всё одно и то же.

Впрочем, нынешнее 1 сентября уже точно обещало стать необычным, потому как должно было пройти в ужасных погодных условиях. Дело же всё в том, что с самого утра на город обрушился сильнейший проливной дождь. Казалось, что сверху, с неба, скованного тучами, неустанно падал водопад – и вот в таких условиях ожидалось проведение «праздничной» линейки у нашей школы.

Но перед тем, как вкратце описать события первого осеннего дня, мне следует, конечно, познакомить Читателя с нашим классом. Сделать это необходимо хотя бы по той причине, что Читателю наверняка интересно будет узнать, какие люди меня окружали, какая обстановка царила вокруг и каково было моё и не только моё отношение к классу.

Начнём.

11б – целостный, но далеко не самый крепкий организм. Прошу Читателя не чураться этой фразы и постараться меня понять.

Наш класс всегда был очень странным, неоднозначным, загадочным и даже немного подозрительным. Во всём чувствовалось что-то невнятное, нервозное и неопределённое; царило напряжение. Люди в нашем классе – персоны все разные, и это ещё мягко сказано. Достаточно отметить, что у каждого либо имеется своё строго определённое мировоззрение, либо его нет совсем.

«Это нормально. – может сказать Читатель. – У каждого человека есть свои взгляды на мир, и далеко не всегда они совпадают.»

Что ж, возможно. Но я нигде не видел таких контрастов, что определяют наш класс.

Здесь все привыкли спорить и отстаивать свою позицию. Это логично, так как люди с мировоззрением всячески стараются защитить его, а люди без мировоззрения – это, как правило, нигилисты или пофигисты – они и так спорят со всем и вся. Но очень часто, а иногда и моментально, наши споры перетекают в конфликты. А в прошлом году два раза на почве таких конфликтов возникли драки: первая закончилась достаточно быстро и благополучно, а вторая превратилась едва ли не в массовое побоище – дрались тогда почти все, каждый за свою идеологию, и никто не желал мириться с несобственными позициями. Чем всё это закончилось, я сейчас рассказывать не буду; главное, что все выжили, да и сама эта история сейчас не представляет для меня основного интереса.

Замечательно, что, несмотря на политику непременного отстаивания своей идеологии, едва ли не каждый из нас ещё ничего не мог сказать относительно своего будущего. Все заявляли, что хотят стать государственными чиновниками, олигархами и директорами, но никто ничего не мог сказать конкретнее и действительнее: про ВУЗ ли, работу или специализацию… Все чувствовали своё полумаргинальное положение в обществе и уверенности в дальнейшем, конечно, и близко не испытывали.

Весь класс однозначно ненавидел ЕГЭ. Его у нас активно критиковали и в прошлом году, и в позапрошлом, но теперь стали критиковать ещё сильнее - тема эта окрасилась в сплошные негативные краски. Вместе с тем все понимали, что от ЕГЭ уже точно никуда не скроешься. Действительно, с каждым новым днём, новым часом и новой секундой ЕГЭ приобретал всё более отчётливые очертания и постепенно приближался к нам медленными, но верными шагами. Впрочем, не будем больше об этом. Поговорим лучше о составе.

Девушек у нас больше, чем парней: тринадцать на десять. Но начнём именно с меньшей части.

Дружен ли был наш мужской контингент? Скорее нет, чем да. Но это в общем, не касаясь Компании, о которой речь в истории зайдёт ещё не раз. Я, конечно, старался, как и всегда, общаться со всеми, но, к сожалению, были у нас люди, которые или не могли, или не хотели поддерживать диалог. Изгоев не было, зато существовали персоны, которые намеренно и всячески пытались отстранить себя от коллектива. Зачем они это делали? - не знаю. Странные люди…

Арман Хатов выделялся в коллективе. Родина его – Ереван, но пять лет назад он переехал в Санкт-Петербург. Причём переехал вместе с другом – Джахоном, который учится в другой школе. По всей видимости, пять лет пребывания в нашем городе всерьёз русифицировали Армана – он быстро выучил основные русские слова и выражения (по крайней мере, так, что мог изъясняться свободно) и избавился от своего дурацкого армянского акцента. Вообще говоря, армянина в нём выдавали разве что характерная армянская внешность да безудержная страстная любовь к армянской кухне. Важно также заметить, что, во многом благодаря русификации, Арман скоро превратился в очень разговорчивого и любящего дискуссии человека и достаточно быстро сумел освоиться в нашем коллективе. Он всегда отличался любознательностью, любил читать; особенно его увлекали точные науки. В гуманитарных, правда, он не слишком петрил, и наиболее тяжело ему давались языки. Если базарить на русском для Армана было делом плёвым, то вот орфография у него всегда страдала: порой он допускал в одном слове по три-четыре ошибки, а некоторые буквосочетания и вовсе не мог написать, - и тогда переходил на родной армянский. Ох и мучилась с проверкой его тетрадей Фёдорова: сначала всё ругалась, а потом привыкла кое-как и даже купила себе некий специальный словарь, с помощью которого проверять каракули Армана (почерк у него вообще был «феноменальный») стало значительно легче. Отмечу ещё, что Арман интересовался географией и в каникулы обычно много путешествовал по нашей стране, продолжая себя русифицировать. Спортом он занимался регулярно, наиболее усиленно каратэ и баскетболом; заодно любил играть в теннис.

В коллективе, повторюсь, Арман был своим. Про недостатки говорить не хочется, но, пожалуй, Арман излишне болтлив, нетерпелив и любопытен.

Странным человеком был Дима Ветров.

Этот индивидуум всегда казался мне несколько усталым, заторможенным, запуганным и строгосвоеобразным; с каким-то собственным мирком в голове. Лицо его было скромное: пухлые щёки, чистые глаза, причёска «под горшок» и наружная робость. Как дитя.

Дима был достаточно рассеянным – иногда нам казалось, что он находится в прострации. Когда Ветров заходил в класс, он прежде всего осматривался по сторонам, мол, «не ошибся ли я кабинетом?», и лицо его словно задавало тот же вопрос остальным. Затем он медленно доходил до парты, очень осторожно садился на стул, словно боясь, что на него сейчас сверху свалится какой-нибудь метеорит, и продолжал озираться по сторонам.

Иногда он забывал завязать шнурки на ботинках, застегнуть пуговицу на пиджаке, поправить воротник рубашки, закрыть портфель… Всё это случалось с ним даже очень часто. Когда же я замечал его отрешённый взгляд, мне всегда приходил на ум вопрос: «Интересно, а о чём он сейчас думает?..» К сожалению, однозначно ответить на этот вопрос было невозможно.

Дима очень углублённо занимался физикой: помимо уроков в школе, он посещал дополнительные занятия в физико-математическом лицее, где значительно расширял свои познания. На мой взгляд, Ветров слишком много времени уделял физике; ему следовало бы заняться ещё чем-нибудь.

Дима не очень много разговаривал с нами. О физике он вообще никогда не говорил – считал, наверно, что мы недостойны полемизировать с ним на эту тему. В коллективе Дима нередко выглядел белой вороной.

Самый хитрый тип в нашем классе – Сергей Бранько. Ох, как он меня порой бесит! Вернее, даже не он, а его уникальная хитрожопость. В любой ситуации, касающейся будь то уроков, будь то игры, будь то денег или чего-то другого, этот хохол постоянно стремится кого-либо обмануть. Причём – отдам ему должное – у него это очень хорошо получается.

Учась далеко не блестяще в школе и занимаясь фигнёй дома, он всегда выпрашивает д/з. Кстати, и тут поступает хитро. Просит списать всегда у разных людей, да ещё чередует варианты – что и говорить, избирательно подходит к делу. Самое удивительное, что он каждый новый школьный день будто заранее знает наверняка, кто и что сделал, словно всех сканирует, как экстрасенс. Но ещё более удивителен тот факт, что ему мало кто отказывает. Правда, в значительно большей мере это относится к девушкам, и, видимо, у Сергея есть какой-то определённый талант подкатывать к ним. Ибо стоит ему только заговорить с той или иной девушкой, как сразу она попадает под его влияние и начинает внимательно слушать, что он говорит. Мелет-то он, при этом, всякую чушь, но для неё это далеко не чушь, это поистине важные и даже чуть ли не божественные слова. И, конечно, она не может с ними не согласиться. И вот уже он, для неё - спутник мечты и блестящий повествователь, как бы невзначай просить списать какое-то д/з – абсолютно издевательское дело для такого, как он! – но, видимо, необходимое. Разумеется, после такого увлекательнейшего разговора девушка просто не имеет права ему отказать. Так и работает его хитрость.

Подобные финты у Сергея проходили практически со всеми девушками нашего класса, и не только нашего; исключением была лишь Даша Красина, недаром Сергей её ненавидел.

Помимо дружбы с женской половиной 11б, Сергей иногда общался с Димой (удивительно, но Дима шёл с ним на контакт) и немного – с Лёхой.

В целом, отмечу ещё раз, Бранько меня бесил. Я знал, что дружить с этим человеком нельзя, ибо при первой же возможности он тебя и предаст, и опозорит. Даже общения с ним я предпочитал избегать.

А вот одним из моих лучших друзей был Миша Шпалов. И причин тому немало.

Во-первых, Миша был и, думается, остаётся очень задорным и позитивным человеком. Он всегда может развеселить народ, причём шутки его, как правило, появляются ни с того ни с сего, случайно. Правда, гораздо чаще объектом шуток и веселья становится он сам. Но имеет ли это значение, если народ вокруг него впадает в умопомрачительный ржач в любом случае?!

Во-вторых, Миша – человек без комплексов. Он никогда никого и ничего не стеснялся, а свои недостатки всегда старался обращать в юмор. Например, Миша всегда был достаточно толстым и неуклюжим (он любил сытно и плотно поесть, причём обычно предпочитал острую пищу, даже очень острую – этому его научили мексиканцы, когда Миша, находясь в стране ацтеков, очень быстро и активно впитывал в себя все местные традиции), и поначалу все смеялись над ним. Появились даже такие клички, как «Винни-Пух», «Толстяк», Жирок» и «Мистер Брюхо»… Но Миша не обижался, а старался, напротив, приобщить нас к сытной и вкусной пище со всего мира. Не сразу, но постепенно все привыкли к его бездонному желудку и стали ходить с ним за компанию в различные рестораны, кафе и забегаловки, где Миша, разумеется, всегда нажирался больше всех. Но не ради подобных рекордов всё устраивалось. Миша хотел, чтобы мы оценили всё великолепие кухонь Индии, Китая, Бразилии, Италии, Мексики и других стран, и он своего добивался. Лично я не раз кушал с ним за одним столом, а, кушая, познавал всё разнообразие вкусов, царящее в еде. Да и можно ли его не познать, когда перед тобой на столе, на подносе, лежит, например, вкуснейшая хрустящая пицца а-ля Quatro Formaggi, а рядом сидит закадычный друг, столь замечательно чуткий к еде?!

Помимо всего перечисленного выше надо отметить, что Миша был компанейским человеком и старался, невзирая на свой немалый вес, везде проявлять активность. За это его очень уважал и ценил Костя. Учился Миша средне – был типичным троечником. Но, при случае, он никогда, даже в учёбе, не отказывал в помощи и всегда проявлял своё дружелюбное отношение ко всем. Даже к тем, кто, возможно, и не считал его своим другом.

Кстати, у Миши очень интересное отчество – Рэмович, отчего многие называли и называют его коммунистом. Но дело не только в отчестве.

Как-то раз, на литературе, Миша, активно жестикулируя, читал «Стихи о Советском паспорте» В. В. Маяковского, причём читал с таким выражением, словно выступал на конкурсе чтецов. Особенно сильными у него получились последние строки («Я достаю из широких штанин…»), а на фразе «Я – гражданин Советского Союза» Миша положил свою левую руку на сердце и гордым взглядом окинул весь класс, будто он и сам является гражданином Советского Союза, чему несказанно рад. Конечно, после этого наша училка, Фёдорова Татьяна Анатольевна, спросила у Миши про столь яркое чтение, столь бурную жестикуляцию, мол, «Почему тебя так впечатлило это стихотворение?..» В ответ же она и все мы услышали памятную речь Миши, речь, сказанную с чувством, с ощущением важности и торжественности. В данном монологе Миша рассказал про свою любовь к социализму, уважение к Марксу, Энгельсу и Ленину, ненависть к Горбачёву, гордость за ветеранов ВОВ и мечту о светлом коммунистическом обществе. Замечу, что речь эта произвела на нас тогда незабываемое впечатление. Мы все ему аплодировали, несмотря даже на возможное несогласие с политическими взглядами, и, разумеется, с тех пор стали называть коммунистом.

 

В нашем классе учились два человека, которые были практически полностью изолированы от коллектива. Звали их Фёдор Мец и Владимир Гущин. Эти двое общались только друг с другом; они курили и любили играть в кёрлинг. Учились средненько, особыми успехами похвастаться не могли. Внешность их сейчас, по прошествии некоторого времени после выпускного, я даже и вспомнить не могу, а заглядывать в школьный фотоальбом только ради этого не хочу. Разговаривал я с ними всего один раз в жизни. Вот и всё, что я могу о них сказать.

 

Интересным человеком был Алексей Московский, он же «Москва», он же «Кремль» (впрочем, сейчас эти когда-то модные прозвища являются уже порядком подзабытыми). Почему? Наверно, дело в его натуре.

Лёха – это творческий человек: он умеет играть на фортепиано, рисовать и сочинять стихи. Правда, для того, чтобы что-то сотворить, как он сам не раз говорил, «к нему сверху должно непременно прийти вдохновение». Только в этом случае у него действительно может выйти шедевр. Конечно, сначала мы в Компании смеялись над его словами – считали, что это не более, чем ерунда с выдумкой, основанная на подражании известным поэтам и художникам. Но потом стали понимать, как серьёзно ошибались.

Вот сидим, например, на уроке математики. Все решают тригонометрические уравнения: вспоминают значения cos и sin, чертят графики, рисуют единичную окружность… Все, кроме Лёхи. Он сидит, и на него с парты смотрит чистый белый лист формата А4. Лёха долго глядит в окно, иногда, секундами, взирая и на потолок, и вдруг, словно по волшебству, его как будто что-то осеняет. Какая-то очередная идея закрадывается в его творческой голове. Он берёт в руки карандаш, и уже через минуту на листе появляются некие штрихи, линии… Что это? – Пока не ясно. Но вот проходит ещё пять минут, и видны очертания определённых предметов, наброски лиц… Наконец, ещё пять – и рисунок уже приобретает цвет, налицо задумка художника, смысл! К концу урока картина окончательно готова.

Как у него получается? – не знаю. Видимо, талант. Отмечу, что Лёха вообще прекрасно разбирается в искусстве. Жаль, что по математике у него, при всех своих творческих способностях, то «3», то «2».

Существует мнение, что творческие люди достаточно ранимы и не такие, как все – дескать, по-другому они воспринимают мир. Что ж, может, это и верно, но точно не про Лёху. Он хотя и обладал некоторыми качествами, присущими, как правило, только творческим людям, но при этом являлся самым обычным подростком – ему, кроме творчества, были интересны абсолютно различные виды деятельности. Более того, Лёха прочно входил в Компанию.

Кажется, я до сих пор ещё ничего не сказал про Саню Топорова, а это, конечно, непростительное упущение, которое сейчас же надо исправить.

Саня Топоров всегда был «своим» человеком! Понимайте это слово, как хотите, но именно оно лучше всего характеризует Саню в контексте Компании.

Собственно, без Сани Компания была бы вовсе и не Компанией, а так, скорее, некой совокупностью. Саня был её главным эмоциональным центром и главным идейным вдохновителем. Кстати, идея ходить перед каждым 1 сентября в пиццерию была придумана именно им. Конечно, Саня во многом уступал Косте и часто на его фоне был на втором плане, но такой расклад его, пожалуй, даже устраивал. Он всегда мог постоять за себя и за друга и ответить на унижение чьего-либо достоинства, за что пользовался колоссальным уважением у Кости. Ответ же его, замечу, мог быть как словесным, так и физическим.

Саня очень часто ругался матом. Он считал это по-настоящему нормальным явлением в нашем обществе, ибо, как следует из его собственных слов, «только с помощью мата можно добиться уважения собственных прав». Особенно он любил ругаться в адрес женщин и вообще не раз повторял следующее:

 

«Все женщины – это дуры, так как их принципы разрушают предпосылки Идеального общества!»

Вот так!

Впрочем, я попрошу здесь наших Читательниц не обижаться, ибо сам Саня не раз пытался объяснить нам эту фразу, но далеко не сразу ему это удалось.

Всем же, ввиду любопытства, было очень интересно узнать, что же такое есть «Идеальное общество», на чём оно базируется и причём тут женщины.

И вот, однажды, Саня объяснил нам всё. Вот его речь:

«Идеальное общество, ребята, подразумевает под собой полное равенство между людьми! Причём равенство не только в правах. Равенство должно быть в мировоззрениях и принципах, и, в первую очередь, это касается двух главных противоположностей в мире – мужчин и женщин. Заметили, как я красиво сказал? Эти две большие группы должны стремиться к дружбе. Я подчёркиваю, что именно к дружбе, а не к любви, ибо на сегодняшний день это максимум: дружбы между мужчиной и женщиной нет, а любовь - …что-то очень странное и подозрительное. Но пока и те, и другие будут иметь ряд комплексов, Идеального общества не видать! И виноваты в этом, прежде всего, женщины! Это они всю жизнь пиз..ят, что все мужики – козлы, хотя сами являют собой идеальный пример единения тупости и дебилизма!»

Конечно, все мы до слёз смеялись после этой речи, ибо всё то, что сказал Саня, выглядело, по сути, бредом, пусть даже и смешным бредом, что, может быть, даже и хуже. Но один человек не смеялся! Он внимательно выслушал Саню, так сказать, вник во все фразы, а потом, когда Саня закончил, встал и начал аплодировать, причём на лице его в этот момент не проглядывало ни тени сарказма. Вы, конечно, понимаете, что этим человеком был Костя. Тогда он ответил следующее:

- Запомни свою теорию, Саня! Она интересная, даже очень интересная, но … неполная. Тут есть один момент, который явно вызывает у меня вопросы, большие вопросы. Но говорить о нём сейчас я не хочу. Как-нибудь мы обязательно вернёмся к этой теме и всё обсудим.

К сентябрю прошло уже пять месяцев со дня той реплики Кости. Разговора на эту тему пока не было.

А между тем настало время рассказать читателю про нашего главного человека в классе, нашего лидера. И здесь я буду говорить о Константине Таганове.

Порой мне кажется, что этот человек когда-нибудь обязательно станет президентом Российской Федерации. Ну или премьер-министром… Во всяком случае, все задатки для этого у Кости есть.

Действительно, Костя имел все качества лидера. Он был активным, деятельным, коммуникабельным, умным, целеустремлённым, объективным, рассудительным, в меру жёстким… В общем, лидером.

Вообще, если бы не Костя, то наш класс можно было бы, наверно, смело назвать худшим в школе. По крайней мере, он постоянно объединял нас, вдохновлял на новые свершения и старался всегда придумать что-то новое и интересное. Фактически, Костя был правой рукой нашего классного руководителя, по совместительству учителя физкультуры, Долганова Константина Викторовича.

Все конкурсы и турниры, в которых участвовал наш класс, неизменно проходили под капитанством Кости. Он всегда проявлял инициативу, и во многом благодаря этому наш класс хоть чего-то иногда добивался.

Отличительной чертой Кости было стремление абсолютно во всех делах проявлять оптимизм, и даже тогда, когда всё казалось совершенно плохим. Недаром он не раз повторял: «Оптимизм – это как наш общий ангел-хранитель. В трудную минуту на него всегда можно положиться!» Костя всегда верил в конечный успех (абсолютно любого дела) и иногда вспоминал, что «надежда умирает последней».

Костя имел много талантов: он очень здорово играл в футбол и волейбол (и вообще обожал всё, что связано со спортом), великолепно учился (имел лишь одну четвёрку по литературе и шёл на серебряную медаль), неплохо разбирался в технике (всегда мог что-то починить), всё знал о музыке и кино и хорошо водил машину. Но особенно нам нравилось, когда Костя приносил с собой в школу гитару, брал её в руки и начинал петь. Все сразу циклизовались вокруг него и начинали сливаться в многоголосие, приветствуя ту песню, которую наш музыкант решил нам сыграть.

Вполне естественно, что у Кости было много друзей – как в школе, так и за её пределами. Это он создал нашу Компанию, в которую входили люди из разных классов, начиная с седьмого. 11б в ней, к слову, представляли я, Арман, Миша, Даша, Карина, Саня, Вика, Женя, Люба и Лёха. Ну и Костя, разумеется. Мы часто собирались в свободное от учёбы время и развлекались. Кино, теннис, караоке, футбол, бильярд, каток, Макдак, боулинг, пинг-понг, баскетбол, тир, «Сабвэй», «Пицца хат», турпоходы, волейбол – Компания познавала все эти радости жизни, давно уже превратив их в синонимы к слову «week-end». Интересно, что Костя перед каждыми выходными всех обзванивал, всех теребил, со всеми договаривался… - то есть, шутя говоря, никому не давал покоя. И, как правило, он обычно собирал каждый раз человек 15-20. Бывало даже и больше.

А как проходили его дни рождения!.. О, это же незабываемо! – Веселье, веселье и ещё раз веселье!

В общем, Костя был на редкость компанейским человеком. Его все любили и уважали. Правда, девушки у него не было – сам он как-то сказал: «Я об этом пока не думаю. Мне это ни к чему.»

Про женскую часть класса я тоже скажу. Однако подробно опишу только пятерых девушек – тех, что входят в Компанию.

Даша Красина среди всех них, как и вообще во всей параллели, явно выделялась и, вне всякого сомнения, была лидером. Я, конечно, имею в виду только представительниц прекрасного пола, хотя Даша в нахождении общего языка с парнями проблем не испытывала никогда.

Она всегда была своего рода мотором, energizerом в коллективе. Голова её вечно создавала различные идеи, которые Компания обычно принимала на ура и с большим удовольствием. Костя же относился к Даше с особым почтением, понимая, что для девчонки иметь такой авторитет – просто круто! Нередко они вместе проявляли инициативу, когда на кону стояло дело особенной важности – например, школьное мероприятие. Впрочем, инициатива эта часто проникала и далеко за пределы школы.

Естественно, что у Даши, как у всякого энергичного человека, и увлечения были соответствующие. Она очень любила заниматься автоспортом, в частности вождением машин, картов и мопедов; также увлекалась футболом, плаванием, аэробикой и баскетболом. Вообще, Даша, как и Костя, - спортивный человек. На нашу физ-ру, пусть и с Долгановым, она всегда бежала с огромным азартом, аналогично проявляя себя и в спортивных состязаниях, то есть спартакиадах, чемпионатах, конкурсах и др.

Интересно, что, при всей взбалмошности, энергичности и бесшабашности, у Даши очень хороший характер. Она, не знаю, почему, но обладает какой-то потрясающей душевностью, которая, вкупе с прекрасными моральными качествами, создаёт в ней образ компанейского и приятного в дружбе и общении человека.

Люба Рантова, конечно, не обладает такими исключительными качествами, как Даша. Но она также очень милый и приятный человек и – что уж скрывать?! – необыкновенно красивая девушка. Впрочем, это и неудивительно. Великая модница, Люба, как следует из её же рассказов, может по восемь часов в день шататься по магазинам и искать себе подходящую одежду, обувь и косметику до тех пор, пока она не найдёт себе что-то действительно гениальное, великолепное и блестяще подходящее ей. Конечно, Люба – шопоголик. И, конечно, Люба обожает гламурный стиль. Но ввиду того, что он ей блестяще подходит, мне в ней это только нравится, как и нравилось всей Компании. Так мы и думали: «…пусть Люба всегда радует нас своей красотой и отличным вкусом!..»

Замечу, что Люба ещё прекрасно разбирается в информационных технологиях. В интернете, к примеру, она может найти всё, что угодно – этим, кстати, не раз приносила большую пользу Компании; также блестяще владеет графическими редакторами, редакторами диаграмм и многими другими фишками.

Женя Караванная чем-то похожа на Любу. Даже очень. Та же страсть к шопингу, те же привычки быть всегда гламурной… Неудивительно, что они являются давними подругами.

Женя всегда была активным членом Компании. Она редко когда оказывалась вне коллектива – в основном, всё время с нами, во всех разъездах, во всех развлечениях. В общем, наш верный друг, который никогда своих не предаст.

Замечу, что активность Жени в Компании, пожалуй, была связана с её любовью к путешествиям – она не раз рассказывала мне о своих странствиях с семьёй по России и Европе. Говаривала и про Золотое кольцо, и про Дальний Восток, и про туманный альбион… Порой также делилась впечатлениями о своих маршрутах в Карелии, в частности по лесам и полям; отмечала, что там живут её родственники. Интересно, что однажды, где-то полтора года назад, именно Женя стала инициатором нашей поездки в лужские леса за грибами и ягодами. Набрали мы их тогда, правда, немного, но удовольствие определённо получили.

Бесспорно, интересным человеком является Карина Баваева. Ох, до чего принципиальная натура! Порой и ворчит, и кричит, и спорит, и скандалит! – в общем, ругается напропалую, таков уж её неординарный характер. А какие интриги она порой плетёт!.. Впрочем, повторюсь, всё это делает её очень интересной девушкой. Потому она в Компании – с такими, как Карина, скучно никогда не бывает. Да, принципов в ней много, и некоторые явно лишние, но… что уж поделать? Так устроена.

Как вы поняли, характер её поистине взрывной, без сомнений.

Отмечу, что Карина очень хорошо рисует и танцует, а также занимается каратэ.

Забавно, что Вика Бегова одновременно и лучшая подруга Карины, и полная ей противоположность. Я, к слову, всегда поражался данному оксюморону и пытался понять, что является фундаментом их дружбы. Наверно, эти попытки изначально были обречены на провал, потому как понять специфику некоторых особо небанальных дружественных отношений не так легко, но, возможно, Карину и Вику объединила наша Компания. Впрочем, это лишь предположение, тем более, что они и ранее были очень дружны между собой.

Более же я об этом думать не хочу, а сообщу лишь, что Вика – весьма тихая и спокойная девушка. Она с детства мечтает стать доктором и год от года движется по пути к своей цели; также превосходно готовит и играет на фортепиано.

Остальных девушек я просто перечислю: Юлия Танько, Ира Пластова, Лена Мишина, Маша Подковальникова, Аня Лисицина, Катя Вербова, Соня Картенко и Яна Минкина.

 

Теперь вернёмся к событиям 1 сентября.

Итак, сильнейший дождь. Линейка должна начаться в 9.00, поэтому к 8.45 народ стал приходить уже достаточно активно.

Первым подошёл Арман. Он словно по секундам рассчитал свой путь к школе, чтобы появиться раньше меня. Расчёт оправдался – я пришёл минутой позже.

Арман выглядел весьма задумчивым. Вполне естественно, я спросил:

- Что с настроением, дружище? Небось, в школу не хочется?

- А кому хочется? Да не в этом дело…

- Так в чём же?

- Да вот разговор наш вчерашний забыть не могу. – признался Арман. – Такой пустяк… Такая ху..ня!.. И столько всего. Поразительно!

- Мда… Бывает же такое…

- Но Костя! Костя – просто красавец! Как всё решил!.. И так просто.

- Согласен. Странно, что мы сами до этого не додумались

Далее пришёл Миша. Он, как обычно, припёр огромный букет цветов – на этот – и заключительный! – раз он состоял из роз. Их был, конечно, не миллион, как в песне Пугачёвой, но добрых три десятка точно присутствовало. Сам же Миша выглядел смешно: пиджак явно ему не шёл, виной чему, возможно, было мишино пузо; галстук болтался, словно пущенный при сильном ветре в воздух флажок; причёска была нелепая – что-то между коком и ирокезом, но ни то, ни другое, и оттого полный бред на голове.

Вскоре подошёл Саня, затем Лёха. Они пребывали в хорошем настроении, правда, Топоров иногда делал прогнозы насчёт линейки:

- Готов на сто баксов поспорить: сегодня опять какая-нибудь х..рня будет. Эх, только бы не заснуть.

Пришли Федя и Володя, и, как обычно, с тупыми молчаливыми физиономиями. Они нехотя стали протягивать нам руки для приветствия, говоря отдельные, не связанные друг с другом слова; затем нашли себе подходящее место, застыли и вконец онемели.


Дата добавления: 2015-08-02; просмотров: 76 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
КОМПАНИЯ| C7H5(NO2)3 1 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.105 сек.)