Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

ГЛАВА 20. Они что, свихнулись тут все?

 

Вампиры?

Они что, свихнулись тут все?

Комитет – всего лишь прикрытие для стаи кровососов из второсортных ужастиков? Так значит, они не просто верхушка светского общества. Они не просто дети из богатых семей. Они худые не потому, что извергали обратно все съеденное. И они быстрые, сильные и умные не благодаря своим талантам, а потому – обхохотаться можно! – что они нежить?

Шайлер наблюдала за происходящим, одновременно и устрашенная, и зачарованная этим подобием религиозного обряда. Все ее догадки и предположения о том, на что она подписывается, оказались неверны. Надо отсюда удирать. Шайлер отодвинула кресло и совсем было собралась выйти прочь.

Но она заколебалась и уселась обратно. Это казалось слишком грубым и противоречило здравому смыслу. То, что они говорили, многое объясняло. Например, синие метки у нее на руках.

Судя по всему, их кровь светится сквозь кожу, потому что начинает проявлять себя, начинает вновь воссоединяться со знанием, мудростью и памятью их прошлых жизней. Потому что их кровь была живая – это и делало их неумирающими, их кровь насчитывала тысячи лет, от начала времен, она была живой базой данных их бессмертного сознания. Она обладала собственной волей, и для тех, кто принадлежал к Голубой крови, взрослеть – означало учиться, как получать доступ к огромной массе знаний, живущих в тебе, и обретать над ними контроль.

Твоя физическая оболочка перестанет существовать через сотню лет, и ты уйдешь отдыхать до тех пор, пока тебя не призовут на следующую фазу цикла. Или ты можешь предпочесть не отправляться на отдых, а сохранить ту же самую физическую оболочку и стать бессмертным, подобно нескольким старейшинам, но для этого требуется особое разрешение. Большинство представителей Голубой крови проходят сквозь цикл. Как они это называют? Три стадии жизни вампира: проявление, развитие, удаление.

А насчет бладхаунда – с этим Шайлер поспорить не могла. Однажды Бьюти просто пошла за ней на улице и с тех пор стала буквально частью ее самой. Миссис Дюпон объяснила, что их псы‑фамильяры на самом деле – часть их души, переместившаяся в материальный мир, дабы защищать их. Возраст с пятнадцати до двадцати одного года назывался у голубокровных Закатными годами: в этот период стадии проявления они были наиболее уязвимы, пока переходили от своей человеческой сущности к вампирской. Проявление крови, влекшее за собой шок воспоминаний, головокружение, тошноту, делало их слабыми, и собаки были их защитниками и ангелами‑хранителями. Они заботились о том, чтобы подопечные дошли до следующей фазы целыми и невредимыми.

И все же это казалось невероятным. Шайлер была убеждена, что Комитет с этим их свечением использовал какой‑то трюк в духе Хэллоуина. Даже Джек. Вот почему он светился тем вечером во время танца. Вот почему она видела его в темноте.

«А что скажет Оливер, когда я ему расскажу!»

Ох! Ей же не положено этого делать! Красной крови, то есть людям, нельзя об этом знать. Хотя люди‑фамильяры – те, с кем ты проделываешь ту штуку с латинским названием, ну, такое у них замысловатое название для кровопийства, знать могут, но потом церемония заставляет их обо всем забыть. Как‑то так.

Там в процессе участвовала какая‑то гипнотическая сущность, которая вызывала у фамильяров амнезию и порождала преданность Голубой крови. Шайлер представить себе не могла, чтобы ей захотелось пить чью‑то кровь. Мерзость какая! Хотя какая разница – она все равно не может ничего рассказать Оливеру, потому что он с ней не разговаривает.

Еще у кровопьющих оказалась куча всяких правил, которым полагалось подчиняться: типа того, что одновременно можно иметь только нескольких фамильяров и использовать их разрешается не чаще чем раз в сорок восемь часов. Судя по всему, жизнь вампиров вовсе не походила на то, о чем пишут в книжках и показывают по телевизору: книжно‑киношные вампиры – всего лишь вымысел конспираторов, отдела Комитета, специально занимающегося тем, чтобы не позволить Красной крови узнать правду об их существовании. Румынские представители Голубой крови с их мрачным чувством юмора породили миф о графе Дракуле. Конспираторы занимались дезинформацией. Все способы, якобы позволяющие убить вампиров – распятие, чеснок, солнечный свет – были чистой воды выдумкой. Представлением конспираторов о шутках.

Потому что, если верить Комитету, способа убить вампира не существовало. Вообще. Смерть для них была всего лишь иллюзией.

Шайлер узнала, что голубокровные не любили распятие исключительно потому, что оно напоминало им об их падении и изгнании из Царствия Небесного. (В этот момент Шайлер решила, что эти люди пудрят мозги даже самим себе. Они никак и вправду верят, что являются бывшими ангелами или чем‑то подобным. Только этого миру и не хватало – компании богачей, занятых самовосхвалением.) А чеснок, похоже, был объявлен ужас‑ужас‑ужасом исключительно из‑за запаха. Миссис Дюпон все разливалась соловьем, рассказывая о том, какое большое место в образе мыслей голубокровных играет эстетика, и о том, что они ценят красоту и гармонию выше всего. (Что, даже превыше итальянской кухни?) И что солнечный свет, опять же, просто напоминает им рай, из которого они были изгнаны, но большинство вампиров любят солнце, отсюда и совершенно убойный загар у членов Комитета. Они живут вечно, но не в одном и том же облике и не всегда в одно и то же время. В каждом цикле их бывает всего четыре сотни. Они могут переваривать пищу, но большинство делает это исключительно по привычке или в виде уступки обществу. По достижении определенного возраста им для насыщения требуется исключительно человеческая кровь. Оказывается, так называемое полное потребление, то есть когда из человека выпивают всю кровь и тем самым убивают его – жесточайшее табу. Первая заповедь кодекса вампиров – не причинять вреда людям‑фамильярам.

Поскольку люди не могут отдавать по многу крови, у большинства голубокровных имеется несколько людей‑фамильяров, которых они чередуют в своем расписании питания, под маской разнообразных любовных связей. Так вот зачем Мими все эти кавалеры! Это часть образа жизни Голубой крови. А Китти Маллинс, она что, одна из фамильяров Джека? Наверное, да, потому как среди присутствующих ее не видно. Внезапно Шайлер перестала завидовать Китти Маллинс. Ей стало жаль бедняжку.

Стражи сообщили, что главнейшая задача их рода – пройти цикл через проявление и развитие до такого состояния, в каком Господь сможет простить их и взять обратно на небо.

Ну да, конечно.

Шайлер не поверила ни единому слову. Все это чей‑то идиотский, тошнотворный и совершенно не смешной розыгрыш. Шайлер не удивилась бы, если бы из какого‑нибудь бокового кабинета вдруг выскочил оператор, снимающий реалити‑шоу. Но прочие новички тихо что‑то бормотали, а кое‑кто из сидящих рядом с ней чуть не плакал от облегчения.

– Я жутко боялась, что схожу с ума, – донеслись до Шайлер слова Блисс Ллевеллин.

Оказалось, что, подписывая бумаги для вступления в Комитет, они одновременно подписались под кодексом Голубой крови. Этот кодекс является для голубокровных своего рода десятью заповедями – так сказать, законами творения, и все они связаны его требованиями.

Каждый понедельник они будут больше узнавать о своей истории и учиться контролировать свои силы. Силы вампиров проявляются различным образом. Наиболее распространены очень высокие умственные способности и сверхъестественная физическая сила. Большинство вампиров могут читать мысли людей, но контролировать чужое сознание, внушая свою волю более слабому существу, способны только самые могущественные. Изредка встречаются оборотни, способные изменять физический облик по собственной воле. Самая редкая из всех – способность останавливать время. За всю историю лишь один из голубокровных смог пустить ее в ход, и применена она была всего единожды за все века их пребывания на земле.

Еще одна из целей встреч – помощь молодым вампирам в выборе цели на данный цикл. Шайлер узнала, что именно Голубой крови обязаны своим основанием почти все важнейшие культурные учреждения города, включая музей «Метрополитен», Музей современного искусства, Собрание Фрика, Музей Гуггенхайма, Нью‑Йоркский городской театр балета и «Метрополитен‑опера». Голубокровные были членами правлений, наемными руководителями и специалистами по привлечению денежных средств. Именно деньги Голубой крови поддерживали существование всех этих замечательных учреждений.

Миссис Дюпон объяснила, что, когда они станут старше, у них появится возможность поработать на общее благо в разнообразных комитетах. Молодое поколение голубокровных уже действовало, организуя бал «За спасение Венеции», вечера общества молодых коллекционеров в Музее американского искусства Уитни и благотворительные акции в поддержку Хай‑Лайн, наряду с прочими достойными делами.

И конечно, они также планировали ежегодный бал Четырех сотен. Самое значительное светское событие года, проходящее в бальном зале отеля «Сент‑Регис» в декабре, было частью традиции, которой еще в «позолоченном веке»[12]положила начало группа представителей Голубой крови. Тогда его называли Патрицианским балом.

Но Шайлер по‑прежнему казалось все это бредом. Когда собрание распустили, несколько новичков, сбившись в группку, принялись задавать старшим членам Комитета еще какие‑то вопросы. Шайлер же быстро вышла из зала. Она не заметила, что за ней кто‑то последовал.

Он появился перед ней без предупреждения.

– Привет! – улыбнувшись, произнес Джек Форс.

Волосы его были, как всегда, восхитительно взъерошены. Глаза на красивом, словно изваянном скульптором лице сверкали, как два изумруда.

– Блин, ты как это делаешь?! – не сдержалась Шайлер.

Джек пожал плечами.

– Тебя научат. Это просто одна из наших способностей.

– Ну что ж, «мы» не собираемся тут торчать, чтобы это выяснить, – бросила Шайлер, отодвинув Джека с дороги.

– Шайлер, подожди!

– Чего мне ждать?

– Такого не должно было быть. Это собрание созвали слишком рано. Обычно его проводят весной. А к тому моменту почти все уже все понимают, по воспоминаниям. Ты начинаешь осознавать, кто ты, прежде чем тебе кто‑то что‑то скажет. Собрание – всего лишь формальность. Обычно те, кого приглашают в Комитет, уже все знают.

– И что?

– Я понимаю, что этого чересчур много, для того чтобы сразу освоиться. Но помнишь, что случилось в субботу вечером? Когда мы вальсировали? Мы видели это потому, что это уже происходило раньше. Все, что она сказала – правда.

Шайлер покачала головой. Нет. Она не собирается на это покупаться. Может, они все тут перебрали «Кул‑эйд» с какой‑то дурью, но у нее мозги на месте. Вампиры, прошлые жизни и бессмертие бывают только в кино и книжках. А она, Шайлер, живет в реальном мире. И переселяться в психушку в обозримом будущем не планирует.

– Сделай вот так, – сказал Джек и постучал пальцами себе по челюсти.

– Зачем?

– Тебе пора начать ощущать их. Прямо сейчас. – Он надавил пальцами по сторонам от рта.

– Здесь?

– Ну да, я знаю, люди Красной крови считают, что кусательные у нас передние клыки, но к этому тоже приложили руки конспираторы. На самом деле мы используем зубы мудрости.

– Зубы мудрости? Те самые, которые выдирают стоматологи? – переспросила Шайлер, едва сдержавшись, чтоб не закатить глаза.

– Ох, я совсем забыл, что у Красной крови тоже употребляют такое название. Нет, не настолько далеко. Они позаимствовали термин у нас, но означает он другое. Ну, давай же, попробуй. Они начинают появляться примерно в это время.

Шайлер все‑таки закатила глаза. Она попыталась что‑нибудь нащупать во рту.

– Да ничего там не… Ой!

С обеих сторон за маленькими зубами – она никогда прежде не обращала на них внимания – обнаружилось что‑то острое.

– Если сосредоточиться, ты можешь их выдвинуть.

Шайлер ощупала зубы и представила, как они удлиняются, выходя из десен. Поразительно, но маленькие эмалевые клыки двинулись вниз.

– Ты можешь научиться выпускать и прятать их.

Шайлер попыталась так и сделать. Она нащупала острый как иголка кончик зуба, и ее замутило от волнения. Она хотела обуздать свои ощущения и не смогла.

Потому что лишь сейчас осознала то, что все это время пыталась отвергать.

Что она – вампир. Бессмертная. Опасное существо. Ее клыки достаточно остры, чтобы пронзить плоть человека и дойти до крови. Шайлер медленно втянула клыки, и их исчезновение причинило ей боль.

Она действительно одна из них.

 


Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 48 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ГЛАВА 9 | ГЛАВА 10 | ГЛАВА 11 | ГЛАВА 12 | ГЛАВА 13 | ГЛАВА 14 | ГЛАВА 15 | ГЛАВА 16 | ГЛАВА 17 | ГЛАВА 18 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ГЛАВА 19| ГЛАВА 21

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.01 сек.)