Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

XIII в. 7 страница

Постскриптум первый. 1 страница | Постскриптум первый. 2 страница | Постскриптум первый. 3 страница | Постскриптум первый. 4 страница | Постскриптум первый. 5 страница | XIII в. 1 страница | XIII в. 2 страница | XIII в. 3 страница | XIII в. 4 страница | XIII в. 5 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

42 Например: Dunlop J.B. Op. cit.; Алексее- ва Л. История инакомыслия в СССР. Новей- ший период. Benson (Vermont), 1984 (др. изд.: М., 1992, 2001, 2006); Власть и оппозиция. Российский политический процесс ХХ сто- летия. М., 1995; Митрохин Н.А. Русская партия. Движение русских националистов в СССР 1953–1985. М., 2003; Вдовин А.И. Рус-

ские в ХХ веке. М., 2004; Соловей Т., Соло- вей В. Несостоявшаяся революция. Истори- ческие смыслы русского национализма. М., 2009; и др.

43 «Слово нации» также было полностью напечатано в самиздатском журнале Г. Ши- манова «Непрядва» (№ 18. 1990. С. 52–62). В последние годы в двух документальных сборниках «Слово нации» публиковалось в сокращении. См.: Антология самиздата. Неподцензурная литература в СССР. 1950– 1980-е: В 3 т. М., 2005. Т. 2. С. 362–368; К нена- шим. Из истории патриотического движения. М., 2006. С. 170–185.


 

 

 


 

 

Слово нации

 

 


I. Оценка мирового положения

История народов развивается по циклам. За подготовительным перио- дом и временем расцвета неизбежно следует эпоха упадка. Наиболее яркий пример такого цикла мы видим в антич- ном мире, где блестящий взлет Греции, сопровождавшийся соперничеством различных ее частей (Афины, Спарта), завершился ее поглощением Римской Державой и противоборством двух великих империй — Римской и Пар- фянской (Персидской), постепенно клонившихся к упадку и, наконец, ис- чезнувших.

Нечто подобное мы наблюдаем и в новое время. Европа, которая была сре- доточием мирового развития и разди- ралась противоречиями своих ведущих держав, претендовавших на гегемонию (Франция, Германия), сегодня зажата двумя сверхгигантами, само название которых почему-то зашифровано.

Какими бы взаимными упреками ни обменивались противостоящие ныне друг другу системы, сколько бы ни считали они те или иные пороки ис- ключительным достоянием противной стороны, главная угроза, мало кем еще понятая, остается общей: вырождение, вызванное причинами биологического порядка, действующими с тем большей силой, чем меньше на них обращают внимания, упорно жуя истасканную псевдоистину о главенстве так назы- ваемых «социальных» факторов над биологическими.

Признаками этого вырождения яв- ляются: падение рождаемости, рост общественной инертности, как в т.н.

«свободных», так и в т.н. «тоталитар- ных» странах, уход людей в личную жизнь, в построение собственного благополучия, их взаимное отчужде-


ние духовных интересов, образование вакуума в душах людей и, как резуль- тат этого, — бессмысленные чудовищ- ные преступления, пьянство, наркома- ния. Вырождающееся общество — это Янус, два лица которого — обыватель и преступник. Первый не может жить без второго, недаром такой огромной популярностью пользуются детектив- ные романы. Если бы преступников не было, обыватели бы их выдумали.

Демократия в ее эгалитарном вари- анте есть одно из следствий вырожде- ния и одновременно его стимул. Демо- краты исходят из абсолютной ценности каждой личности, независимо от того, идет ли речь о святом или об убийце- садисте. Суть ядовитой идеи равенства между людьми — равные права для честных людей и бандитов (яркий при- мер такого гуманизма, переходящего в идиотизм, — пресловутый закон о пре- деле необходимой обороны, охраняю- щий драгоценные телеса насильников). Качественные критерии начисто из- гнаны из обихода, и в результате тор- жествует либо прямое зло, либо усред- ненная безличь. Поэтому абстрактный лозунг «правового государства» без конкретных уточнений, о каких имен- но правах и для кого идет речь, — всего лишь пустая фраза.

Эгалитаризм не есть опять-таки по- рок одних лишь демократических, в западном смысле слова, режимов. Дик- татуры и монархии также могут быть эгалитарными и вырождаться с таким же, если не с большим успехом, чему пример — та же Римская империя. Де- мократия опасна своим попуститель- ством вырождению, но еще опасней диктатура, выступающая его активным пособником.

Противостоять этому процессу вы-


 

 

223


ние, атомизация общества, исчезнове-


рождения способно лишь сильное пра-


 

 

Слово нации

 

    вительство, опирающееся на нацио-   эгоизм, низменные собственнические
нальные традиции. инстинкты. «Эра войн кончилась», —
Такое правительство некогда суще- благодушно квакали сытенькие лягуш-
ствовало в России. Масса самых изо- ки, но готовые проглотить их журавли
щренных усилий была приложена к уже летели.
тому, чтобы под флагом необходимо- Война оказалась не похожей на па-
сти изменений подорвать самые осно- рады, она приняла затяжной харак-
вы русского образа жизни и переде- тер, началось разочарование и ропот.
лать нетипичную Россию по западному Недовольство охватывало и придвор-
образцу. ные круги, где составились две пар-
Но такая переделка была невоз- тии: одна выступала за более энер-
можна из-за наличия у народа опре- гичное ведение войны, другая — за
деленных политических идей, не заключение сепаратного миpa. Нере-
укладывавшихся в прокрустово ложе шительность и колебания Николая II
либерализма. Эти идеи требовали, что- привели к тому, что он пал жертвой
бы в стране была сильная централи- заговора, организованного военной
зованная власть, способная оградить партией. Из заговора, не ограничив-
независимость России от всяких на шегося на этот раз, в отличие от 1801
нее посягательств. Сборище болтунов года, дворцовой спальней, выросла
не устраивало народ, и не удивитель- т.н. «Февральская революция». Но со-
но, что, достигнув на какое-то исто- бытия быстро вышли из-под контроля
рическое мгновение своей цели, оно у тех, кто собирался ими управлять.
недолго продержалось. Сильная цен- Видя это, генерал Л.Г. Корнилов пы-
трализованная власть была воссозда- тался спасти положение, но прави-
на на новой основе. Либералы могут тельство Керенского обратилось за
сколько угодно рыдать по этому пово- помощью к большевикам, сделав тем
ду, проклинать «отсталость» и «неспо- самым первый шаг к своей гибели. Оно
собность» России, кричать, что новая фактически не столько было свергну-
форма еще хуже старой, но сами они то, сколько просто уступило власть.
способствовали появлению именно Перед ним был лишь выбор: кому ее
этой новой формы, несут за нее свою уступить. И оно выбрало.
долю ответственности и, может быть, Из потрясений выросла новая обще-
именно поэтому столь чувствительны к ственная организация. Какое-то время
ее недостаткам. Можно увиливать, от- ею пытались орудовать сеятели перма-
пираться, ссылаться на благие и совсем нентного хаоса, но они были быстро
иные намерения — от этого суть дела выбиты из седла и беспощадно уничто-
не меняется. Получилось по послови- жены силой, происхождения которой
це: «Что имеем — не храним, потеряв- они так и не поняли. Зато понял это
ши — плачем». В.В. Шульгин, отметивший такие по-
Переломным моментом истории ложительные, с его точки зрения, фак-
была Первая мировая война. Вопрос ты, как восстановление дисциплины в
o ее причинах и виновниках до сих армии, восстановление почти в полном
пор остается открытым, а порождена объеме старых границ, и предсказав-
она была предшествующим периодом ший восстановление, в конечном итоге,
«либерально-демократического» про- и единоличной власти.
цветания за чужой счет с той же за- Тем временем важные события со-
кономерностью, с какой обыватель вершались на Западе. По всем кано-
порождает преступника. Оказалось нам детективных романов, преступник
  правильным гениальное наблюдение должен быть изобличен. Виновницей
  Достоевского — именно долгий мир мировой войны была объявлена одна
  зверит людей, развивая в них животный Германия и общие грехи были взвале-

 

Слово нации

 

 


ны на нее. Оскорбленное националь- ное достоинство породило Гитлера.

Новый режим объявил беспощад- ную войну вырождению. Но выпол- нить эту задачу он был не в состоянии, потому что руководствовался вовсе не расовыми принципами, которые провозглашал, а узконациональным эгоизмом, объявляя неполноценными даже народы, стоящие на том же уров- не развития, что и немцы. Ответная волна справедливой общей ненависти поглотила Германию.

Либералы очень любят осуждать деспотизм вообще, мешая в одну кучу царизм, фашизм, коммунизм. Но та или иная диктатура порождается конкрет- ными обстоятельствами и выполняет конкретную историческую задачу. Ча- сто задачей одной диктатуры является предотвращение или противодействие другой. И часто такая задача под силу только диктатуре. Демократы мечутся между Сциллой и Харибдой, и хотят они этого или не хотят, а выбор делать надо. Поклонники западной демократии в своем неуемном восторге доходят се- годня до апологии капитализма. Они уверяют, будто «пороки капитализма не имеют органического характера, не являются признаками дряхлости и агонии, не растут, а устраняются и сглаживаются». Речь-де идет всего лишь о «детских болезнях, болезнях роста», а посему «борьба против капи- тализма является, мол, преступной и бесцельной». Либералы сами не заме- чают, до чего их аргументация похо- жа на аргументацию их противников. Можно сколько угодно кричать о пре- восходстве той или иной системы, но ни одна из них не является идеальной, а сегодня, в условиях, когда в мире су- ществует равновесие сил и ни одна из сторон не имеет решающего перевеса над другой, достоинства путей, кото- рыми каждая из них наращивала и на- ращивает свою силу, можно оценивать лишь в перспективе. Да и самый подход с точки зрения экономической систе-


ходящей из примата экономики, при- мата, на наш взгляд, не доказанного и нами не признаваемого.

Самое ужасное слово для обывате- ля и либерала — это революция. Как

60 лет назад благодушные слюнтяи провозглашали «на земли мир и в че- ловецех благоволение», так и сегод- ня они зажмуривают глаза и вещают:

«Нигде в современности мы не видим радикальной революции. Мир в целом не хочет революции, отвергает ее. Мир предпочитает мирную эволюцию. Вся- кий призыв к кровавой насильственной революции является безответствен- ным, преступным и исторически нео- правданным». Как далека эта розовая картина от действительности!

Революция — переходное состоя- ние. В математике такое состояние обозначается нулем и не имеет ни положительного, ни отрицательного знака. Поэтому так часто люди кате- горических суждений затрудняются в оценке революционных кульминаций и не могут уловить, где кончается рево- люция и начинается контрреволюция, кем были, например, Кромвель, Напо- леон, Сталин. Сами по себе подобные извержения жизненной энергии наро- дов — естественные явления, которые не могут быть вызваны искусственно по чьему-либо желанию в любой мо- мент истории или предотвращены по чьему-либо нежеланию. Сопутствуют они, как правило, периодам наиболь- шей жизнедеятельности нации. Если в какой-то небольшой части современ- ного мира, принимаемой некоторыми за весь мир, мы не видим таких взры- вов, это свидетельствует лишь о том, что она прошла свой кульминационный период и клонится к упадку. Через ре- волюцию прошли и Англия, и США, и Германия, не говоря уже о Франции. Сами демократические институты соз- даны революциями, почему же поклон- ники этих институтов открещиваются от своих родителей?

Торгаши пощелкивают счетами и со-


 

 

225


мы навязан известной идеологией, ис-


крушаются: достигнутые успехи слиш-


 

 

Слово нации

 

    ком малы и незначительны, жертвы не   o войнах в Алжире, Вьетнаме, Индо-
окупаются. А будь успехи чуть поболь- незии, Малайе и в десятках других
ше, окупились бы? Да и что считать за мест. Случаи же предоставления не-
успех? Герцен, например, был весьма зависимости по неведомым причинам
огорчен тем, что бурные потоки рево- свидетельствуют лишь о том же вы-
люции текут на Западе в мареммы ме- рождении некогда могучих народов.
щанства. Если Россия избегнет такой Освободившиеся же народы получи-
судьбы — а у нас есть все задатки, что- ли полную возможность заниматься
бы ее избежать, — то еще вопрос, чьи любимым еще с доколонизаторских
жертвы не окупились. времен делом и бодро принялись ре-
Деятелей переходных периодов зать друг друга (Конго, Нигерия, Ру-
упрекают в том, будто они не знают, анда). Допустимо ли предоставлять
как строить новое общество. Об этом- этим явно не доросшим до независи-
де мудрецы, и то спорят. Хотелось бы мости странам те же права в ООН, что
знать, конечно, кто именно эти неве- и культурным нациям? Правительства
домые мудрецы, дабы преклониться великих держав ведут постыдную
перед их мудростью. Но покуда длятся политику заискивания у новых стран,
бесплодные споры мудрецов, людям а те наглеют, проституируют направо
дела поневоле приходится действовать и налево и плюют на тех и других. Ки-
на свой страх и риск. тай лишь наиболее яркий пример того,
Либералы же пока ищут квадратуру к чему приводит подобное заигрыва-
круга или, иначе говоря, способ «мощ- ние.
ного массового ненасильственного Доброжелатели предлагают и Со-
воздействия на недемократические ветскому Союзу, который они име-
правительства», которые, как сами они нуют колониальной державой, по-
в минуты просветления признают, де- следовать примеру вырожденцев,
лают мирный путь развития невозмож- самораспуститься, развести мобутов-
ным. Что ж! Дай Бог нашему теляти щину на окраинах, для предотвраще-
волка поймати! ния которой выбрасывается лозунг:
Но если у европейских народов ис- «не использовать полученную свободу
сякают жизненные силы, зато «третий для сведения исторических счетов».
мир» бурлит. Вкрапленные в амери- Но кого остановит это вяканье? Что
канское общество его представители здесь: недомыслие или коварный рас-
устраивают погромы и поджоги, во- чет кого-то, кому нужно всемирное
дружают ноги на стол, услужливо под- разложение?
ставляемый им либералами, и твердо Идеологическое состояние мира се-
ведут линию на то, чтобы стать господ- годня гораздо сложней, чем это пред-
ствующим классом в Америке. Когда ставляется тем, кто видит лишь три цве-
англосаксы окончательно утратят чув- та: демократия, социал-демократия,
ство национальной гордости и погряз- коммунизм. Т.н. национальные оттен-
нут в либеральной тине, весь огром- ки — оттенки лишь в восприятии ли-
ный промышленный потенциал США бералов. Для нас нация первична, а все
может превратиться в орудие для до- остальное — производное от нее. На-
стижения мирового господства черной ция для нас — не только биологическая
расы, если эта угроза не будет своевре- разновидность, но и особая духовная
менно осознана. общность, своеобразие которой имеет
Либералы исходят счастливыми глубокий мистический смысл. Любая
слезами по поводу освобождения ко- религия, любая идеология неизбежно
  лониальных народов, видя в этом до- модифицируется на разных нацио-
  брую волю колониальных держав. Эти нальных почвах до неузнаваемости.
  люди никогда, очевидно, не слыхали Так произошло с христианством, так

 

Слово нации

 

 


теперь происходит с марксизмом. На- циональное начало должно, наконец, быть освобождено от всех наслоений и предстать в истинном своем значении, в свете идеологии, исходящей из его первичности.

Каковы основные признаки нации?

Во-первых — расовый тип. Человек может сменить язык, религию, но из собственной кожи он вылезти не в со- стоянии. Часто кивают на смешанность современных рас, одни с поощрением, другие с ужасом. При этом забывают, что смешение само по себе не обяза- тельно ведет к появлению гибридных типов: черты одной из линий могут полностью преобладать в потомстве.

Расовым типом определяется пси- хический склад, понимаемый здесь в весьма широком смысле, не только как темперамент, но и как способность к общественным связям определенно- го типа. Таковы истоки особенностей политической организации. Напри- мер, завоевание Испании в древности пришедшими из Африки иберами, а впоследствии маврами может рассма- триваться как первопричина сходных явлений общественной жизни стран испанской и арабской культуры. Сле- дует отметить, что расовые особенно- сти, как таковые, еще не могут служить качественным критерием для сравни- тельной оценки.

Другое дело — присущие народам особые способы мышления. Нагляд- ным свидетельством совершенства этих способов является степень раз- вития языка. Превосходство арийских (индоевропейских) языков над всеми остальными — доказанный факт для всех добросовестных ученых. Доказа- но также, что язык, остановившийся на сравнительно низкой ступени раз- вития, уже не способен к совершен- ствованию, хотя бы была устранена причина этой остановки — временная изоляция народа в период его ста- новления. Однако это неравенство в


быть порожден лишь опасный, агрес- сивный темперамент.

Отдельные лица и целые народы, от- казавшиеся от своего языка в пользу более совершенного, иногда полагают, что они возвысились над создателя- ми последнего. В этом случае умест- но вспомнить прекрасное сравнение Штирнера: если человек не освободил- ся сам, а был освобожден, то он похож на осла, засунутого в львиную шкуру. Результатом бывает лишь наследствен- ная дезорганизация психики.

В среде ученых либералов на этот счет бытуют самые нелепые суеверия. В ходу сказочка, будто ребенок из джунглей, воспитанный в европейской семье, ничем не будет отличаться от европейских детей. Эту архичушь впа- дающих где не надо в идеализм либе- ралов, восходящую еще к Гельвецию, опровергал уже Радищев на примере бурятских детей, воспитывавшихся в русских семьях.

Кроме расового типа (психический склад) и языка (способ мышления), мо- гущественным фактором объединения людей является идеология. Хорошо известно, что некоторые идеологии претендуют на универсальность, а их приверженцы рассматривают их как нечто общее, общечеловеческое, а на национальное поглядывают сверху вниз, как на некую обузу, как на путы, от которых надлежит избавиться. По- явление подобных идей объясняется некоторыми общими особенностями человеческого сознания, его ориенти- рованностью на внешнее восприятие при посредстве языка. Внешнее, т.е. объективное, воспринимается как не- что высшее по сравнению с субъектив- ным. Особенно характерна эта черта для способа мышления народов, утра- тивших свой язык.

Но человеческое мышление — не та- кая уж чистая доска, как предполагают некоторые. Не на каждом материале

одинаково удобно писать. Народы об-


развитии не может и не должно быть


ладают склонностями, способствую-



причиной дискриминации — ею может


щими выработке или восприятию той


 

 

Слово нации

 

    или иной идеологии. Поклонники же   «не представляет ни народа, ни какого-
универсальных учений полагают их либо класса общества, она представля-
приемлемыми и обязательными для етлишьсамихсебя». Нопозвольте! Ведь
всех. Провозглашается примат обще- такие мысли уже высказывал некогда
человеческого над национальным, один, правда, далеко не лучший ум —
общественного над личным, хотя об- П.Н. Ткачев. Это ему принадлежит до-
щечеловеческое вне национального и стойное Коперника открытие, будто
общественное вне личного — пустые русское государство «висит в воздухе»
абстракции, не наполненные никаким и опирается лишь само на себя. Откры-
содержанием, кроме того, которое во- тие это было в свое время справедливо
локут за собой люди, кто тайком, кто осмеяно Энгельсом, но, может быть,
сам того не замечая, а груз этот — на- теперь положение изменилось и неис-
циональный и личный эгоизм. Гонимая тинное стало истинным? Увы, этого не
в дверь природа влезает в окно. произошло. В анализе наших мудрецов
Жизнь — это разнообразие. Еди- по-прежнему гордо сияют прорехи.
нообразие — это смерть. Абстрактные По-прежнему говорится о рабочем
идеи — мертвые отходы человеческо- классе вообще и совершенно упускает-
го сознания, люди, находящиеся в их ся из виду, что он давно уже перестал
власти, заражены трупным ядом, и не- быть чем-то единым, что из него давно
случайно вокруг себя они сеют смерть. уже выделилась прослойка рабочей
Борьба за национальное своеобразие аристократии, не очень, правда, значи-
против мертвых абстракций — часть тельная, процентов пять, не больше, но
великой битвы сил жизни и смерти во часто выдаваемая умышленно одними
Вселенной. за рабочий класс в целом, а другими
  ошибочно принимаемая за оный.
II. Положение общества Немало сокрушаются и об узко-
Основная претензия, чаще всего догматической ограниченности пред-
предъявляемая к существующему у ставителей правящего класса, мешаю-
нас устройству, — его недемократич- щей им своевременно заметить новые
ность. Слез по этому поводу пролито явления, правильно оценить их и ра-
немало, но вот беда — народ упорно зумно на них реагировать. Но только
остается равнодушным к предлагае- ли в этом дело? Неужели правители не
мой ему панацее. Слышны сетования понимают чего-то лишь потому, что
на «пренебрежение мнением лучших никакой мудрец не удосужился рас-
умов». Но опять: кто они, эти лучшие толковать им все как следует? Тогда к
умы? Откуда они: из того же синедрио- Ткачеву присоединится еще один све-
на, что и уже знакомые нам мудрецы, точ — Ш. Фурье, крайне удивлявший-
или из другого? Кто объявил эти умы ся, что правители не желают его вы-
лучшими? Где критерий того, что они слушать. Можно подумать, люди с тех
действительно лучшие? Все эти вопро- пор так и не уяснили себе, что дело не
сы остаются без ответа. Мы пытаемся в одной способности к пониманию, а
составить себе представление об идеях еще и в интересах, заставляющих дей-
нещадно зажимаемых «лучших умов» ствовать вопреки чужому пониманию.
по тем обрывкам, которые долетают И далеко не всегда «понимание» более
до нас через их почитателей. И что же правильно, чем действия.
мы находим? Те, кто мнит себе понимающими,
Больше всего места занимают бута- желали бы претворить это свое цен-
форские громы и молнии в адрес бюро- ное качество в узду для государствен-
  кратической элиты. Одновременно да- ных деятелей, это они вопят в случае
  ется самый глубокомысленный анализ какого-либо, часто необходимого, вме-
  ее сущности. Оказывается, эта элита шательства в дела других стран «руки

 

Слово нации

 

 


прочь», уподобляясь жене, которая, услышав на улице крик о помощи, по- висает на своем муже и не позволяет ему выйти. Она понимает, что ее муж рискует, понимает, что без его помо- щи, может, кого-то убьют, но «кто-то» ей безразличен, поэтому второе пони- мание не срабатывает. Какова же цена такому пониманию? Чем идейный ли- берал отличается от заурядного обы- вателя? Смелостью дезертира?


Дата добавления: 2015-07-25; просмотров: 45 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
XIII в. 6 страница| XIII в. 8 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.017 сек.)