Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 17. Через неделю после катастрофической поездки в «Уинд‑Лейк» Аннабел погрузилась в

 

Через неделю после катастрофической поездки в «Уинд‑Лейк» Аннабел погрузилась в работу. Лишь бы не мучиться мыслями о том, что там случилось. Сайт «Идеальной пары» был жив и функционировал, и она получила первый и‑мейл с запросом. Встретилась по отдельности с Реем Фидлером и Кэрол, которым так и не суждено было стать любящими супругами. А вот друзьями они стали и с удовольствием общались. Мелани Рихтер, кандидатка Порции, которую отверг Хит, согласилась выпить кофе с крестником Ширли Миллер. К несчастью, он был так запуган ее гардеробом из «Неймана», что отказался от второго свидания. У Аннабел появилось еще несколько престарелых клиентов, отнимавших слишком много времени и не приносивших никакого дохода, но она понимала чужое одиночество и не могла отказать. В то же время становилось ясно, что нужно мыслить шире и перспективнее, если она хочет, чтобы дело процветало.

Аннабел изучила свой банковский счет и решила, что может позволить себе устроить вечеринку с вином и сыром для клиентов помоложе.

И всю эту неделю она ожидала звонка Хита. Но не дождалась.

В воскресенье днем она слушала по радио старые записи Принца и одновременно вынимала из пакета купленные продукты, когда зазвонил телефон.

— Привет, Помидорка. Как дела?

Почему при первых же звуках голоса братца Дуга она чувствует себя совершенно беспомощной дурочкой?

Аннабел представила его таким, каким видела в последний раз: красавец блондин, точная копия матери. Она сунула пакет молодой моркови в холодильник и выключила радио.

— Как нельзя лучше. А что происходит в земле обетованной?

— Соседний дом только что продали за миллион двести. И меньше чем за двадцать четыре часа. Когда собираешься в гости? Джеймисон скучает по тебе.

— Я тоже по нему скучаю.

Положим, не совсем. Она едва знала племянника, тем более что невестка так загрузила бедного ребенка визитами к приятелям и развивающими занятиями для детей младшего возраста, что тот, добираясь до дома, просто засыпал на стульчике.

Пока Дуг распространялся о своем сказочном окружении, Аннабел вдруг представила, как Джеймисон стучится к ней: дерганый, нервный тринадцатилетний подросток. Она вернет ему бодрость и оптимизм, научив лениться, прогуливать занятия и отлынивать от обязанностей. И он, став взрослым, будет рассказывать своим детям о любимой чудаковатой тетке Аннабел, которая спасла ему рассудок и научила ценить жизнь.

— Представляешь, — продолжал Дуг, — на той неделе я по дарил Кэндис новый «бенц». Видела бы ты ее лицо!

Аннабел выглянула в окно, где на солнцепеке, как большая зеленая жаба, грелся «шерман».

— Бьюсь об заклад, ей понравилось.

— Еще бы!

Дуг продолжал распространяться о достоинствах «мерседеса»: интерьер, внешний вид, компьютер… можно подумать, ей не все равно. Немного погодя он попросил ее подождать минутку: ему звонят по другому телефону. Похоже, Хит передавал ему привет: два сапога — пара.



Наконец он перешел к делу, и именно тогда Аннабел вспомнила главную причину звонков Дуга. Прочитать очередную лекцию.

— Нам нужно поговорить о маме. Мы с Адамом обсуждали ситуацию.

— Ситуацию с мамой?

Она открыла банку джема и с наслаждением погрузила в него ложку.

— Пойми, Помидорка, она не становится моложе, но ты постоянно об этом забываешь.

— Ей только шестьдесят два, — промычала она, размазывая языком по небу сладкий комочек. — Вряд ли подходящий кандидат для дома престарелых.

— Помнишь, как она болела в прошлом месяце?

— Это был синусит!

— Ты можешь стараться приуменьшить опасность, но годы все равно делают свое дело.

— Но она только что записалась на занятия по виндсерфингу!

— Она сообщает тебе только то, что ты хочешь слышать. Не терпится.

— Ну да, конечно.

Аннабел швырнула грязную ложку в раковину с большей силой, чем требовалось.

— Мы с Адамом пришли к единому мнению, да и Кэндис тоже. Кейт постоянно волнуется о тебе и твоем… почему бы прямо не высказать все тебе в лицо?

Загрузка...

И правда, почему?

Аннабел завинтила крышку и поставила банку в буфет.

— Тревога за твой абсолютно бесцельный образ жизни подтачивает ее здоровье.

Аннабел приказала себе проигнорировать укол. На этот раз она не позволит ему унижать себя.

— Мама обожает волноваться за меня. В этом ее жизнь, — довольно спокойно парировала она. — Она скучает без своей работы, и попытки организовать мою жизнь дают ей возможность чем‑то заняться.

— А вот мы все думаем по‑другому. Она вечно под стрессом.

— И стресс — ее хобби. Ты это знаешь.

— До чего же ты бестолкова! Когда же поймешь, что этот дом и его содержание — головная боль, которая ей ни к чему?

Дом. Еще одно слабое место. И хотя Аннабел каждый месяц платила за аренду, все же нельзя уклоняться от того факта, что она живет под маминой крышей.

— Тебе нужно переехать, чтобы она могла выставить эту развалюху на продажу.

Сердце Аннабел упало.

— Она хочет продать дом?

Перед глазами вдруг возникла стоявшая рядом с раковиной бабуля. Они вместе мыли посуду. Бабуля терпеть не могла портить маникюр, так что Аннабел всегда мыла, а она вытирала. Они сплетничали о мальчиках, которые нравились Аннабел, о новом клиенте, который только сейчас появился у бабули, словом, обо всем и ни о чем.

— А я думаю, что ее желания предельно ясны, — возразил Дуг. — Она хочет, чтобы дочь вернулась к нормальной жизни и выполняла свой долг. А ты живешь за ее счет.

Именно жизнью за чужой счет они считали деньги за аренду, которые ей удавалось наскрести каждый месяц? И все же кого она дурачит? Ее мать получила бы целое состояние, продав дом застройщикам.

И вдруг Аннабел поняла, что вынести этого не сможет.

— Если мама захочет продать дом, пусть поговорит об этом со мной, так что отвали.

— Ну вот, как всегда. Неужели хотя бы раз не можешь логично обсудить проблему?

— Если тебе нужна логика, потолкуй с Адамом. Или Кэндис. В крайнем случае с Джеймисоном. Но меня оставь в покое.

С этой отповедью она бросила трубку, как сделала бы взрослая оскорбленная женщина, но немедленно испортила столь тщательно создаваемый имидж, залившись слезами. Несколько мгновений она старалась не расплакаться, но потом сдалась, схватила бумажное полотенце и громко высморкалась. Она устала быть изгоем в семье, устала быть неудачницей. И боялась… потому что, как бы ни боролась с собой, все‑таки влюбилась в человека, точно такого же, как они все.

К утру понедельника Хит так и не позвонил. Но ей нужно было вести бизнес, и, как бы ни хотелось, все же невозможно больше притворяться невидимкой. Поэтому она оставила сообщение. Во вторник звонка по‑прежнему не было. Теперь она полностью уверилась, что ее оскароносное представление убедило его, что для нее он был только секс‑терапевтом, но с тех пор прошло больше недели, и, возможному него появились сомнения. Не в его натуре было уклоняться от конфронтации, и рано или поздно он с ней свяжется, но, очевидно, теперь потребует, чтобы все переговоры шли на его условиях, что поставит ее в невыгодное положение.

В тот день, когда они гуляли с Арте Палмер, Боди дал ей номер своего сотового, и вечером она им воспользовалась.

Ранний бегун трусцой просеменил мимо, когда она ставила «шерман» на какое‑то чудом освободившееся парковочное место в районе Линкольн‑парка, неподалеку от того дома, адрес которого дал вчера Боди. Она поставила будильник на половину шестого: кошмар и ужас. Конечно, мистеру Броницки и его приятелям ничего не стоит вскочить с постели в такое время, но для нее…

И все же пришлось совершить невозможное.

Постояв несколько минут под душем, она натянула кислотно‑желтый сарафан с кокетливым корсетом, выглядевшим так, словно у нее вдруг появился бюст, смазала волосы гелем для укладки волос, наложила тушь и тени, накрасила губы и отправилась в путь.

Стакан с кофе, купленным в «Карибу» на Халстед, согревал ее ладонь. Аннабел еще раз проверила адрес. Кирпично‑стеклянное сооружение с живописным стеклянным клином, выдававшимся на тихую улочку, прекрасно вписывалось в ряд соседних зданий, как элегантных домов девятнадцатого века, так и новых, более роскошных, выстроенных на узких дорогих участках.

Она прошла по тротуару, свернула на короткую выложенную кирпичом дорожку, добегавшую до резной двери красного дерева, и позвонила. А пока ждала, попыталась отточить свою стратегию, но замок щелкнул, и дверь отворилась, прежде чем она придумала что‑нибудь интересное.

Фиолетовое полотенце и недовольная гримаса составляли весь его наряд. Увидев, кто пришел в гости без двадцати шесть, он, похоже, не обрадовался.

— Меня нет, — буркнул он, вынимая изо рта щетку.

— Ну‑ну, зачем так расстраиваться, — проворковала она, сунув кофе в его свободную руку. — Я открываю новую компанию «Кофеин для энергичных и перспективных». Ты мой первый клиент.

Она проскользнула мимо него в холл, где S‑образная лестница вела на второй этаж. И успела заметить мраморные полы, современную бронзовую люстру и единственный предмет мебели — брошенные кроссовки.

— Вот это да! Я потрясена, но делаю вид, что все в порядке вещей.

— Рад, что тебе понравилось, — протянул он. — К сожалению, я больше не вожу экскурсий по дому.

Она подавила желание провести пальцем по комочку крема для бритья, прилипшему к мочке его уха.

— Ничего страшного. Я немного огляжусь, пока ты одеваешься. Вперед. — Она махнула рукой в сторону лестницы. — Не хочу тебе мешать.

— Аннабел, сейчас у меня нет времени на разговоры.

— Втиснешь меня в расписание, — велела она с самой что ни на есть акульей улыбкой.

Из уголка рта полезли пузырьки пасты. Хит нетерпеливо вытер ее ладонью и намеренно медленно осмотрел ее обнаженные плечи.

— Я не избегал тебя. И собирался сегодня позвонить.

— Нет, прошу, не торопись. Лично я совершенно не спешу, — заверила она, направляясь к гостиной.

Хит пробормотал нечто, подозрительно похожее на богохульство, и Аннабел услышала шлепки босых ног по ступеням. Осторожно оглянувшись, она успела увидеть разворот плеч, голую спину и фиолетовое полотенце. И только когда он исчез, обратила все свое внимание на гостиную.

Утренний светлился сквозь высокий клин окон и расплескивался на светлых деревянных полах. Прекрасное место, так и молившее о достойных жильцах, но если не считать тренажеров, стоявших на синих резиновых матах, такое же пустое, как холл. Ни мебели, ни даже спортивных постеров на стенах. Ей невольно представились журнальный столик с массивной каменной столешницей, стоявший перед большим, удобным диваном, стулья с яркой обивкой, броские холсты на стенах, современный музыкальный центр, разбросанные повсюду книги и журналы. Детская погремушка. Собака.

Аннабел со вздохом напомнила себе, что ворвалась сюда утром, только для того, чтобы наладить отношения после того неудачного уик‑энда. Вспомнилось старое правило: быть как можно осторожнее в своих желаниях, иначе они могут исполниться. Она хотела, чтобы люди знали о том, как сам Хит Чампьон стал ее клиентом, и люди узнали. Теперь, если он уйдет, все будут уверены, что она бездарна, раз не смогла удержать такого выгодного клиента. Все зависит от того, как она себя сегодня поведет.

Аннабел прошла через пустую столовую в кухню.

Столы были чистыми, европейской кухонной посудой и приборами из нержавеющей стали, похоже, ни разу не пользовались. Только грязный стакан в раковине указывал на то, что дом обитаем. Аннабел вдруг поразила мысль о том, что у Хита было место обитания, но не было дома.

Она вернулась в гостиную и посмотрела в окно. Кусочек головоломки, представлявшей собой мужчину, к которому она вожделела, встал на место. Он был так энергичен, развил такую бурную деятельность, что она не поняла самого простого: этот человек одинок. И дом без мебели как нельзя лучше подтверждал его эмоциональную изоляцию.

В дверях появился Хит, на этот раз в серых слаксах, темно‑синей рубашке и узорчатом галстуке: все так безупречно гармонировало друг с другом, что он мог с таким же успехом сойти с рекламы «Барниз». Он швырнул пиджак на тренажер, поставил принесенный ею стакан с кофе и одернул манжеты.

— Я не собирался тебя бросать. Просто мне нужно было время подумать, и за это я извиняться не собираюсь.

— Извинение принято.

Его хмурое лицо не предвещало ничего хорошего, и она быстро сменила тему:

— Мне жаль, что вы так и не помирились с Фэб. Что бы вы там ни думали, я болела за тебя.

— Во всяком случае, теперь мы с ней хоть разговариваем спокойно, — заметил он, поднимая стакан. — То есть почти.

— А в остальном?

— Я дал ей полную волю.

Ей страшно хотелось услышать детали, но нужно было торопиться, прежде чем он начнет поглядывать на часы.

— Ну так вот, настоящая причина, по которой я здесь, — и заметь, если бы ты позвонил, я бы не стала тебя беспокоить, — мне нужно знать, рассказал ли ты кому‑то о… ну, сам знаешь о чем. Если рассказал, клянусь, мы больше не знакомы. Я призналась тебе по секрету. Честно, я просто умру от стыда.

— Ты что, ворвалась сюда, чтобы потолковать о «звездном мальчике»?

Аннабел притворилась, что теребит кольцо с бирюзой, купленное когда‑то бабулей в Санта‑Фе.

— Так по‑твоему, я могу понравиться Дину?

— Господи, откуда мне знать? Почему ты не спросишь у подружек?

Аннабел попыталась принять оскорбленный вид.

— Но мне необходимо мнение мужчины.

— Проконсультируйся с Раулем.

— Между нами все кончено. Он изменял мне.

— Похоже, ты узнала об этом последней. Ладно, посмеялись и довольно.

Она присела на край тренажера.

— Знаю, ты считаешь, что Дин слишком молод для меня…

— Твой возраст — всего лишь очередной пункт в бесконечном списке тех бед, которые обязательно произойдут, если ты с ним свяжешься. И я не видел героя‑любовника. Так что твоя тайна в безопасности. Ну что, у тебя все?

— Не знаю, — вздохнула Аннабел, поднимаясь. — Дело в том… боюсь, что у тебя осталось неприятное чувство от нашей беседы в лагере, и, как мне ни жаль это говорить, ты ведешь как капризная девчонка.

— Девчонка?

Темные брови взметнулись вверх.

— Это всего лишь мнение женщины.

— Ты считаешь, что я веду себя как девчонка? Ты, королева непоследовательных поступков?!

— Ты ни разу не перезвонил мне.

— Говорю же, хотел все обдумать.

— Совершенно верно.

Она наступала на него, постепенно доводя себя до нужного градуса праведного негодования.

— Очевидно, тебя все еще мучили воспоминания о моей ночи сексуального освобождения, но ты по натуре слишком мачо, чтобы признать это. Мне не следовало использовать тебя. Мы оба это знаем. Но я думала, что тебя это не тревожит, и, очевидно, ошиблась.

— Уверен, что ты разочаруешься, — сухо бросил он, — узнав, что насилие и мародерство не нанесли мне душевных ран.

— Ты всеми силами стараешься уберечь свою гордость. Что же, уважаю, — кивнула она.

— Не говори глупости, — бросил Хит. — Ты была полностью права, когда твердила, что не стоит смешивать бизнес с удовольствием. И я продержался бы, но тут Кристал устроила свой порнобал, а я терпеть не могу отказов… ну, а остальное — уже история. Это я использовал тебя. И не позвонил потому, что так и не придумал, как загладить вину.

До чего же отвратительно, что он считает ее жертвой!

— Только не бегая от меня, это точно. Слишком уж отдает старой историей о боссе, переспавшем с секретаршей, а потом уволившем ее за это.

Она имела огромное удовольствие видеть, как он поежился.

— Я никогда бы не сделал такого.

— Прекрасно. Тогда к делу. Мы знакомимся с блестящим преподавателем экономики, немного похожей на Кейт Хадсон, которая к тому же находит Адама Сандлера довольно забавным и может отличить бокал для вина от бокала для воды. Если тебе она не понравится, у меня в запасе еще шестеро. Итак, вы в игре, сэр, или пойдете на попятный?

Но он не клюнул на приманку. Не вступил в спор. Просто подошел к окну и, прихлебывая кофе, долго молчал. Вероятно, думал о том, как все усложнилось.

— Уверена, что хочешь продолжать? — спросил он наконец.

— Эй, это не я лезу на стенку. Конечно, уверена. Наглая ложь.

— Мне нужно поднять на ноги фирму, и, откровенно говоря, ты сильно затрудняешь мне задачу.

Он провел рукой по волосам.

— Договорились. Устраивай свидание.

— Прекрасно.

Она так сильно растянула губы в улыбке, что заболели щеки.

— А теперь обсудим подробности.

Они составили расписание встреч, и Аннабел улизнула, как только смогла. По пути домой она пообещала себе отныне держать свои эмоции под замком. Сейфовым, если получится. Еще одна тяжелая обязанность.

 

На следующий день Хит шел за Кевином между столиками в бальном зале отеля, то и дело останавливаясь, когда куотербек пожимал руки, похлопывал по спинам и общался с толпой бизнесменов, собравшихся пообедать и выслушать изложение его мотивов.

— Когда же это закончится? — проворчал Хит, держась позади. Он в любую минуту готов был вмешаться, если кто‑то подберется слишком близко и перейдет на личности. Но Кевин без помех добрался до своего столика.

Хит слышал его речь раз десять, поэтому, как только Кевин сел, ушел в глубь зала. Начались официальные представления, и Хит вернулся к мыслям о вчерашнем неожиданном появлении Аннабел. Она ворвалась в дом с обычной дерзостью, наполнив комнаты своим присутствием, и, что ни говори, он все же был рад видеть ее. И не лгал, утверждая, что ему требовалось время все обдумать, в том числе и способ разрушить ее дурацкое инфантильное увлечение Дином Робилларом. Если она в ближайшее время не опомнится, Хит перестанет ее уважать. Почему женщины теряют остатки разума, как только речь заходит о Дине?

Хит постарался выбросить из головы неприятное воспоминание о бывшей подружке, высказавшейся о нем в абсолютно тех же выражениях. Придется серьезно поговорить с Дином.

Пусть «золотой мальчик» поймет, что Аннабел — не просто очередная безмозглая блондинка, которую можно сунуть в мешок с трофеями. И это при том, что Хиту вместо того, чтобы восстанавливать Робиллара против себя, следовало бы ухаживать за ним, как за любимой девушкой.

Кевин безжалостно шутил над собой, и толпа смеялась. Они все у него в кармане!

Поэтому Хит выскользнул из зала, чтобы проверить сообщения. Увидев на экранчике сотового номер Боди, он немедленно перезвонил.

— Мне только что звонил приятель с пляжа на Оук‑стрит. Тони Коффилд, помнишь такого? Его старик держит парочку баров в Андерсонвилле.

— И что?

Тони был одним из целой сети добровольных агентов, поставлявших Боди информацию.

— Угадай, кто пришел полежать под солнышком? Не кто иной, как наш добрый старина Робиллар. И похоже, он не один. Тони говорит, что он делит одеяло с рыженькой курочкой. Миленькая, но не в его стиле.

Хит прислонился к стене и скрипнул зубами.

— Смотрю, твоя маленькая сваха умеет найти себе подходящее занятие.

 

Аннабел подняла голову с усыпанного песком одеяла и уставилась на Дина. Тот лежал на спине: бронзовокожий, мускулистый белокурый гигант. Светлые волосы блестят на солнце. На носу, как всегда, ловко сидят модные очки, с ярко‑синими линзами. Две одетые в бикини дамочки пошли на четвертый заход, и, кажется, на этот раз набрались смелости приблизиться к кумиру. Аннабел поймала их взгляды, прижала палец к губам, давая знать, что он спит. Разочарованные дамочки удалились.

— Спасибо, — пробормотал Дин, не двигая губами.

— Надеюсь, работа сдельная?

— Я же купил тебе хот‑дог, неужели мало?

Она оперлась подбородком на стиснутые кулаки и зарылась ногами в песок. Дин позвонил ей вчера, через несколько часов после того, как она ушла от Хита, и спросил, не сможет ли она выкроить время для похода на пляж, прежде чем он уедет на тренировочную базу. У нее была куча дел, плюс подготовка к марафону знакомств, но не могла же она упустить возможность наглядно подтвердить свое мифическое увлечение Дином!

— Итак, объясни еще раз, — попросил Дин, не открывая глаз, — как ты посмела бессовестно использовать меня для своих нечестивых целей.

— Футболистам не полагается знать слово «нечестивый».

— Я услышал его в рекламе пива.

Аннабел улыбнулась и поправила темные очки.

— Могу признаться только, что влипла в историю, и… нет, подробностей ты не узнаешь. Самый легкий способ выбраться из переплета — притвориться, что я насмерть сражена твоей красотой. Что, разумеется, чистая правда.

— Чушь собачья. Ты обращаешься со мной как с ребенком.

— Только чтобы уберечься от твоей славы. Дин фыркнул.

— Кроме того, публичное появление с тобой поднимает акции моего бизнеса, — добавила она, опираясь щекой на руку. — Люди сразу начинают интересоваться «Идеальной парой», а бесплатная реклама — это все, что я могу себе позволить. Но обещаю, что отплачу добром.

Она погладила твердый, нагретый солнцем бицепс.

— Ровно через десять лет, когда мы твердо уверимся, что ты сумел достичь зрелости, я найду тебе классную женщину.

— Десять лет?!

— Ты прав. На всякий пожарный пусть будет пятнадцать.

 

Аннабел плохо спала ночь: уж очень страшил ее предстоящий марафон, но настало время стиснуть зубы и ударить по нему всеми имеющимися в распоряжении средствами.

Она явилась в «Сиенну» первой, и, когда он вошел, сердце странно взбрыкнуло перед тем, как рухнуть куда‑то вниз. Он был ее любовником, и сейчас она должна знакомить его с другой.

Выглядел он так же сумрачно, как было у нее на душе.

— Я слышал, вчера ты прогуляла день, — буркнул он. Она надеялась, что слухи о свидании с Дином уже дошли до него, и сейчас ее дух разом взыграл.

— Нет‑нет, я ни слова не скажу, — прощебетала она, довольно ловко изобразив, как застегивает рот на молнию, запирает замок и выбрасывает ключ.

Раздражение Хита усиливалось с каждой минутой.

— Неужели не понимаешь, насколько он инфантилен?

— Но ведь это ты спросил. Я ничего не собиралась выкладывать.

— Я всего лишь поинтересовался, брала ли ты вчера выходной. Просто так, чтобы завести беседу.

— Можно подумать, я не имею права отдохнуть! А «Уинд‑Лейк» не считается, потому что там мне пришлось развлекать клиента. А именно тебя.

У него чуть опустились веки, и вид сделался такой сексуальный… сразу стало понятно, что сейчас она услышит непристойную шутку. Но Хит, похоже, передумал.

— Значит, истинная любовь продолжает расцветать?

— Думаю, его влечет ко мне. Может, потому, что я к нему не липну. Но я вынуждаю себя держать некоторую дистанцию. Согласен, что это самое разумное в моем положении?

— Ты не втянешь меня в эту дискуссию.

— Я знаю, что орды сногсшибательных футбольных фанаток так и виснут на нем, но, по‑моему, он уже перерос эту стадию своей жизни. У меня такое чувство, что он взрослеет.

— На твоем месте я бы на это не рассчитывал.

— Считаешь меня дурочкой?

— Пустозвонка, «дурочка» — не то слово! Для женщины, которая, как предполагается, должна иметь голову на плечах…

— Ш‑ш… Селеста идет.

Хит и Селеста долго вели скучнейшую беседу об экономике: тема, неизменно утомлявшая Аннабел. Если экономика была на подъеме, она понимала, что никак не сумеет воспользоваться этим в полном объеме. Если экономика была на спаде, она не видела выхода из создавшегося положения. Так что какой смысл слушать?

Поэтому она молча высидела двадцать минут, прежде чем положить конец дискуссии.

После ухода Селесты Хит объявил:

— Я был бы не против принять ее на работу, но жениться не хочу.

Аннабел показалось, что Хит тоже понравился Селесте не слишком чтобы очень. Настроение немного улучшилось, но, к сожалению, ненадолго, поскольку следующая кандидатка, руководитель рекламного агентства, пришла ровно в назначенный срок.

Хит был само обаяние: почтительный, интересующийся каждым ее словом, но, проводив даму, заявил:

— Прекрасный вкус, умение одеваться, однако в моем присутствии ей явно не по себе.

К концу недели Аннабел пустила в ход тяжелую артиллерию, представив его режиссеру, владелице цветочного магазина, менеджеру страхового агентства и редактору Жанин. Все вышеперечисленные дамы ему понравились, но и только.

Порция заразилась духом соревнования и прислала двух своих кандидаток. Одна буквально облизывала его, чем сразу отвратила, но Аннабел с удовольствием наблюдала за его терзаниями. Второй не понравилось его происхождение и отсутствие родословной, что взбесило Аннабел.

Следующее свидание Порция решила устроить в «Дрейк» за утренним кофе. Хит долго сопротивлялся, прежде чем согласиться. Аннабел воспользовалась этим, чтобы втиснуть в расписание бывшую одноклассницу, а ныне преподавателя вечерней школы.

Кандидатка Аннабел потерпела полный провал. В отличие от той, что выбрала Порция. Оказалось, что она настаивала на утренней встрече, потому что завербовала ведущую вечерних известий Кери Уинтерс. Кери была не только красивой, элегантной и хорошо воспитанной, но и обладала первоклассным лоском. Словом, второй Хит, только в женском обличье, так что эти двое оказались поистине родственными душами. Такие обтекаемые, что воду не замутят.

Через двадцать минут Аннабел попыталась положить конец своим мукам, но Хит так глянул на нее, что она стушевалась, и Кери просидела еще с полчаса. Когда же она наконец удалилась, Аннабел закатила глаза:

— Пустая трата времени.

— Это ты о чем? Керри именно та, которую я искал, поэтому и приглашаю ее на свидание.

— Она такая искусственная, как ты. Говорю же, это плохая идея. Думаю, дети, если они у вас будут, появятся на свет со штампом «оплачено» на попках.

Но Хит не хотел ничего слышать и на следующий день позвонил мисс Новости‑в‑девять, чтобы пригласить на ужин.

 


Дата добавления: 2015-07-07; просмотров: 103 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 7 | Глава 8 | Глава 9 | Глава 10 | Глава 11 | Глава 12 | Основан в 1894 году | Глава 13 | Глава 14 | Глава 15 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 16| Глава 18

mybiblioteka.su - 2015-2021 год. (0.047 сек.)