Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Послесловие. Эта пьеса – дань памяти

Читайте также:
  1. Послесловие
  2. Послесловие
  3. Послесловие
  4. ПОСЛЕСЛОВИЕ
  5. Послесловие
  6. ПОСЛЕСЛОВИЕ
  7. ПОСЛЕСЛОВИЕ

Эта пьеса – дань памяти. Своеобразное мое долговое обязательство перед теми, с кем меня сводила жизнь.

В этой пьесе нет ни одного вымышленного героя. Все они просто «соединены» в этом сюжете, не смотря на то, что в моей жизни “выплывали“ совершенно независимо друг от друга.

Алла Ильинична Кирьянова – наша соседка – ученица знаменитого академика Вавилова, прожившая послевоенную жизнь одна среди фотографий погибших и репрессированных родных.

Сергей – наш сосед Фрид Исаак Ульфович, герой войны, хирург, участник десанта при переправе Днепра, лично выносивший раненых с поля боя. Однажды в операционной разорвалась мина, и он чудом остался жив, но ему ампутировали ногу.

Анька с ее танцами – это моя мама. На всех довоенных фотографиях она в костюмах, как участница хореографического коллектива. Из ее рассказов стала понятна и страсть к парашютному спорту в предвоенное время. Мама стала курсантом – десантником, имеет звание лейтенанта.

Олег – собирательный образ моих родных дяди Мити и дяди Володи.

Герка в молодости – это мой отец из простой уральской семьи. После того как его комиссовали по состоянию здоровья с японской границы, он добился того, что ушел добровольцем на фронт, прошел в составе Второго белорусского фронта танкистом весь путь до Берлина. А в нашей семье постоянно собирались «мальчишники» из его друзей, вспоминали финскую мобилизацию. Очень хорошо помню их всех, их бесчисленные вспоминания, охватывающие период с первого до последнего дня войны.

Друг нашей семьи Поляков Иван Иванович – прошел плен, долго был в лагерях в Норвегии, потом в «наших» лагерях.

Мамина подруга Валентина Тужилина также после фашистского концлагеря побывала в советских концлагерях. Это клеймо наложило отпечаток на всю ее жизнь. Будучи начальником прядильной фабрики в г.Уфе, мама помогла Валентине устроиться на работу, а потом и получить комнату. С этого-то и началась их дружба. Валентина была благодарна за это всю жизнь. Так она тоже стала нашей соседкой. Валентина написала маслом картину, которая «переезжала» с нами, где бы ни приходилось нам жить, она и сейчас висит на стене.

Моя сотрудница Нетужилина Вячеслава Георгиевна побывала в нескольких концлагерях, в том числе и в Бухенвальде. Прошла все зоны оккупации, побывала в Америке, вернулась на Родину в Стерлитамак и Уфу. Я просто обожала ее! А о ее героическом прошлом узнала почти случайно, когда ее фамилию прочитали в одном из списков участников войны на профсоюзном собрании. Сложно поверить, что не всегда участники войны получали достойное внимание и уважение, особенно если побывали на оккупированных территориях. Вячеслава Георгиевна – человек исключительной скромности! Надеюсь, что она и сейчас жива, мы расстались с ней потому, что она переехала в Стерлитамак.



На фронт Вячеслава Георгиевна ушла в 15 лет! На ее глазах повесили мать и сестру. Судьба складывалась так, что она побывала и участницей французского Сопротивления.

Судьба Лизы соткана из многочисленных рассказов обрусевших немцев. Особенно ярким был рассказ жены нашего друга Игнатенкова Михаила Андреевича. Она прошла весь путь Лизы, и от голодной смерти ее спасла случайная встреча и перспективное замужество: Михаил Андреевич уже тогда был начальником цеха крупного завода. Хотя супруга продолжала ежедневно отмечаться в военной комендатуре до 1956 года!

Что касается писем из Канады, то это история сразу нескольких семей. Но к одной моей воспитаннице, (прообраз Инны) письма приходят и сейчас. Они хранятся у нас дома, потому что создавать эту пьесу своими рассказами помогали многие, принося мне дорогие письма.

В одной из похоронок точно указан адрес села, где погиб мой дед Петр Иванович. Он считался пропавшим без вести, бабушка, как и другие, чуть не каждый вечер пела «Что стоишь, качаясь, тонкая рябина», и тихо плакала, потому что даже пенсию за погибшего мужа не получала, а поднимала шестерых детей. Могилу деда помогла разыскать пионерка-следопыт аж в 1984 году! Тогда с полевой сумкой было найдено и одно из писем о картошке, которое дед писал из окружения. Даже там он беспокоился о семье! Похоронен он в братской могиле, на которой мы побывали спустя 42 года!

Загрузка...

Письма, не нашедшие адресатов, в Москве сдавались в 9 отдел. Я успела встретиться и поговорить о них со старейшим работником почтамта. Встречалась с теми, кто в войну были студентами медицинского института в Москве, подрабатывали на заводе, получая «сытые» карточки.

Жанна, Инна, Анька – реальные девчонки, которых я вижу каждый день. Именно они уговорили меня написать пьесу о войне, чем очень удивили, потому что казалось, что современную молодежь мало волнует что-нибудь, кроме жанра фэнтези. Но они оказались настойчивыми. Молодые хотят знать правду о войне. Это наша история, они желают знать истинную цену, которую заплатил наш народ за великую победу! А ведь «гордиться славою своих предков не только важно, но и должно, не уважать оное есть постыдное малодушие!» – так говорил Пушкин.


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 100 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Сцена 7. | Год. Раннее утро 22 июня. | Конец первого действия | Москва. | Сцена 5. | Год. Декабрь. Москва. | Сцена 9. | Сцена 12. | Сцена 13. | Сцена 15. |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Сцена 17.| Невроз отложенной жизни: что это?

mybiblioteka.su - 2015-2021 год. (0.009 сек.)