Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

А. А. СТОЛЯРОВ 26 страница

Читайте также:
  1. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 1 страница
  2. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  3. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  4. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  5. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  6. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница
  7. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница

406 КАЛКИДИЙ

Рассуждение о материи (cap. 275-320), занимающее большую часть «Комментария» (и включающее в себя разъяснение Tim. 47e-53c), начинается с исторического обзора предшествующих теорий (евреев, до-сократиков, эллинистических авторов) и заканчивается собственно учением о материи. Традиционно материя - ни телесна, ни бестелесна, скорее, она потенциально и телесна, и бестелесна; нескончаема во времени (perpétua); беспредельна (infinita); не имеет форм и качеств. Особенность трактовки К. в том, что материя - одновременно изменчива и неизменна, подлежит и не подлежит воздействию (что близко воззрениям Порфирия). Взаимодействие идей, форм (species) и материи описывается в платоновских терминах «отец» (pater) - «мать» (mater) - «отпрыск» (proles) (cap. 273; 277, 13-278, 7; 330; 324,19-23). К. говорит, что все сущее - это продукт деятельности бога, природы или человека - художника, подражающего природе. Здесь природа-космос - это ипостась, следующая после ипостасей традиционной неоплатонической триады (бог-ум-душа).

Учение о судьбе (cap. 142а-190). Здесь К. рассуждает о соотношении судьбы и провидения. Провидение - это или сам бог, или ум бога. Судьба (fatum) действует на уровне мировой души. Судьба позиционируется и как субстанция (substantia), и как действие (actus). К. признает наличие свободной воли человека и случайности. Применительно к судьбе рассматриваются понятия «возможность», «необходимость», «дивинация» и др. К. критикует стоическое учение о судьбе как фатализм.

Об индивидуальной душе. Рассуждая о человеческой душе, К. вслед за Порфирием отвергает аристотелевское определение души как энтелехии тела, предпочитая ему платоническую трактовку души как разумной самодвижущейся субстанции.

Демонология (cap. 127-136). Подробнее, чем в «Тимее», К. разработана демонология, основные положения которой восходят к «Послезаконию» (981а-985е). Следуя Платону, К. перечисляет пять составляющих частей Вселенной: огонь, эфир (также огненный, но более грубый по природе), небо, воду и землю (cap. 129). Поскольку состоящий из огня верхний, а также нижний (земля) регионы Вселенной населены разумными существами - соответственно, богами и людьми, то такими же, т. е. населенными, по мнению К., должны быть и три промежуточные области. К. выделяет пять видов разумных существ (cap. 130): высшие (божественные звезды), эфирные, воздушные, водные и земные (подверженные страстям люди) (cap. 131); описывает их особенности и функции. В эфире живут существа, называемые иудеями «святыми ангелами» (sanctos angelos), греками, а также самим К. - демонами (daemones). Занимая промежуточную позицию между Богом и людьми, они заботятся о том, чтобы Богу стало известно о людских молитвах, способствуют тому, чтобы он знал о действиях и поступках людей, передают людям божественную волю, отчего они и называются «ангелами» (αγγβλοί - посыльный, связной) - об этом, согласно К., свидетельствуют греки, латиняне и весь варварский мир (cap. 132). Природа демонов смешанна: божественна и бренна; они подвержены страстям (с. 131), невидимы (с. 135Ь), им нет числа (с. 134). К. говорит о существовании злых демонов, о месте, которое им принадлежит, отождествляет их с падшими ангелами (cap. 135b). Он критикует теорию о том, что ангелы / демоны есть души, освобожденные от своих тел, полагая ее не соответствующей учению Платона (cap. 136).




КАЛОКАГАТИЯ 407

Влияние.Значение К. сопоставимо со значением таких авторов, как Макробий (сер. 5 в.) и Марциан Капелла (кон. 5 в.). Впервые о К. упомянул Фульгенций (кон. 5 - нач. 6 в.) в титуле своего сочинения: Fabii Planciadis Fulgentii Expositio sermonum antiquorum ad grammaticum Calcidium (ed. R. Helm, 1970). В раннее Средневековье имя К. ассоциировалось главным образом с диалогом Платона «Тимей», по этой причине сведения о К. в тот период, равно как и позднее, в эпоху Каролингов, неотделимы от истории изучения «Тимея». Латинский «Тимей» К., связавший позднюю Античность и Каролингское возрождение, изучался средневековыми школярами наряду с «Комментарием на "Сон Сципиона"» Макробия. Можно сказать, что средневековый платонизм 9-12 вв. знал Платона в переводе К. и в интерпретации Макробия.

Загрузка...

Рукописная традиция. Общее количество манускриптов с текстами К. весьма велико — их насчитывается свыше 140 (Waszink 1962, p. cvii— cxxxi), при этом ранних (9-10 вв.) рукописей лишь 4, в основном же копии с текстами К. были созданы в 11-13 вв.

Изд.:Timaeus a Calcidio translatas commentarioque instructus. Ed. J. H. Waszink. L.; Leiden, 1962 (Plato Latinus. Vol. IV); Commentario al «Timeo» di Platone, - Calcidio. A cura di C. Moreschini. Mil, 2003; см. англ. пер. отд. фрагм. в кн.: Van Winden 1959 (о материи), Den Boeft 1970 (о судьбе), 1977 (о демонах).

Лит.:WrobelJ. Piatonis Timaeus interprète Chalcidio, cum eiusdem commentario. Lpz., 1896; Switalsky B. W. Des Chalcidius Kommentar zu Plato's Timaeus, - Beiträge zur Geschichte der Philosophie des Mittelalters 3/6 ( 1902); Jones R. M. Chalcidius and Neoplatonism, - CPhil 13,1918, p. 194-208; Waszink J. H. Praefatio, - Timaeus a Calcidio translatas... p. ix-clxxxiii; Van Winden J. C. M. Calcidius on Matter. His doctrine and sources. A chapter in the history of Platonism. Leiden, 1959; Den Boeft J. Calcidius on fate: his doctrine and sources. Leiden, 1970; Den Boeft J. Calcidius on demons. Leiden, 1977; Dillon J. M. The Middle Platonists. A Study of Platonism 80 B.C. to A.D. 220. L., 1977, 19962, p. 401-408 (рус. пер.: Диллон Д. Средние платоники, пер. Е. В. Афонасина. СПб., 2002); Gersh S. Middle Platonism and Neoplatonism. The Latin Tradition. Vol. II. Notre Dame, Indiana, 1986; Лосев, ИАЭ VIII. Итоги тысячелетнего развития. Кн. 1, 1992, с. 102-140.

М. С. ПЕТРОВА

КАЛОКАГАТИЯ(греч. καλοκαγαθία, то καλόν κάγαθόν), термин античной этики, образованный из прилагательных καλός (прекрасный) и ayaooç (хороший, добрый) и переводимый как «нравственная красота»; καλό? κάγαθός - человек прекрасный, добродетельный. Известный в ранней традиции (возможно, уже у Семи мудрецов, ср. изречение Солона «калокага-тии верь больше, чем клятве», D. L. I 60), наибольшее распространение получил в философии классического периода (софисты, Сократ, Платон и Аристотель), был употребим и в дальнейшем, напр., в Поздней Стое.

Калокагатия стала одним из ключевых терминов учения Сократа, синонимом совершенной добродетели. Сократ и современная ему интеллектуальная традиция эпохи полисной демократии переосмыслили исходное значение термина, связанного с аристократической этикой (ср. Thuc. VIII 48, 3-6; Aristoph. Ran. 717 ел., Xen. Oec. VI, 8; 12). Калокагатия стала выражать не высшую нравственную оценку представителя аристократической элиты, прямо связанную с его природной арете, которая получает надлежащее воспитание, но такую универсальную добродетель, которая зависит от воспитания и постоянного совершествования в занятиях философией, что пре-


408 КАЛОКАГАТИЯ

одолевает все возможные недостатки телесной природы. По Ксенофонту, калокагатия была целью философствования Сократа (Ibid. I 6, 14), который отождествляет понятия «прекрасное» (καλόν), «хорошее» (ayaöov) и «полезное» (χρήσιμ,ον) для души, в результате благом и красотой нетелесной души оказывается добродетель (Xen. Mem. Ill 8). Калокагатию Сократ противопоставляет «постыдному», делая это в ходе характерного отождествления «мудрости» (= рациональное мышление) и «благоразумия» (= нравственное сознание), сближая т. обр. калокагатию с последним. Термин может быть применим не только к отдельной личности, но и к полису (III 5, 15: «нашему городу далеко до совершества»), и в таких контекстах он служит для уточнения понятий «полисная справедливость», «правильное устройство полиса».

В платоновской «Апологии Сократа» (Apol. 21d4) термин появляется в знаменитой формуле Сократа о незнании: мы «не знаем ничего хорошего» (καλόν κάγαθόν, рус. пер. М. С. Соловьева: «ничего в совершенстве не знаем»), чем подчеркнуто этическое содержание его философии. В платоновском «Пире» с помощью того же термина Сократ характеризуется как философ, думающий о вопросах нравственного совершенствования (Symp. 226а6).

Для Платона калокагатия была термином важным, но не центральным, ибо и философия его не исчерпывается этикой. Калокагатия иногда встречается в значении внешней красоты (Euthyd. 271b4; Рапп. 127ЬЗ), но чаще в значении красоты нравственной, выступая как синоним понятия «добродетель»: Gorg. 515а6 («человек достойный», противоположный дурному, т. е. несправедливому, распущенному и безрассудному); 527d2 («поистине достойный человек и предан добродетели», καλό? κάγαθός, ασκών άρετήν); Symp. 204а5 («тем-то и скверно невежество, что человек и не калокагатий-ный, и не умный вполне доволен собой»), и др. Исключением выглядит пассаж из «Тимея» (Tim. 88c6), в котором Платон имеет в виду гармонично развитого человека, прекрасного и душой, и телом, относя καλό? к красоте тела, а ayaÖo? — к красоте души.

В Академии калокагатия получила школьное определение как «умение избирать наилучшее нравственное решение» ([Plat.] Def. 412e8). Аристотель продолжает разрабатывать этот термин, см.: Ε. Ε. VII, 1248Ь8-1249а16; М. М. II9; Е. N. X, 1179Ы0-11. Калокагатия в указанных текстах выступает как синоним всецелой нравственной добродетели (синоним «справедливости вообще», в отличие от «справедливости частной»): «О нравственности говорят в связи с добродетелью: нравственно прекрасным зовут справедливого, мужественного, благоразумного и вообще обладающего всеми добродетелями» (М. М. II 9, 1207Ь23-26). Человек добродетельный (калока-гатийный) «обладает прекрасными благами как таковыми и практически действует ради прекрасного как такового» (Е. Е. 1248Ь34-36). Калокагатия, определяемая как «полнота добродетели» (aperrj τβλβιος, 1249а 16), как правильное соединение нравственных и мыслительных добродетелей, является у Аристотеля раскрытием содержания формулы счастья как «полноты жизни в полноте добродетели» (1219а38-39); при этом калокагатия открывает путь к созерцанию бога (1249b). Аристотель подчеркивает, что совершенному в моральном отношении человеку, истинному философу, внешние блага (богатство, слава, почет) не могут повредить, более того, без них


КАРНЕАД 409

не может быть полноты и совершенства. В отличие от философов «многие не способны обратиться к калокагатии, поскольку привыкли повиноваться не стыду, но страху» (Ε. Ν. Χ 10, 1179Ы0-11).

Вэллинистической философиикалокагатия/калокагатийныйвстречаются у стоиков (Хрисипп, Музоний Руф), вероятно, в связи с высокой оценкой в школе образа Сократа. Хрисипп учил, что равносильны выражения «жить по природе», «жить прекрасно» и «жить хорошо» и, в свою очередь, равносильны «калокагатия» и «добродетель» (SVF II16). Музоний принимал это школьное отождествление и школьное почитание Сократа; по его мысли, человеческой душе врождено стремление к нравственности (προς καλοκαγαθίαν) и в каждом из нас заключено зерно добродетели (Diss. II24 Lutz). Калокагатия - конечная цель философии, философствовать - это и означает стараться быть добродетельным (καλοκαγαθίας έπιτήδευσις, fr. 8, p. 38, 16 Η. = Diss. IV 99).

Филон Александрийский охотно использует калокагатию как термин классического платонического словаря в значении «нравственное совершенство», «добродетель» (Philo. De virt.; Legg.; Somn.; Vit. contemp. и др.), при этом понимая совершенство как богопознание и богопочитание.

В сочинениях христианских авторов калокагатия встречается редко, сохраняя свой базовый смысл «добродетель» (Ign. Ер. 11, 14, 1; Bas. Caes. Ер. 15,1; 32,1; 313, 1; Greg. Naz. Ep. 62, 1). Византийский словарь Суда (s. v. Καλοκαγαθία, 244) фиксирует память о главном содержании классического термина: «калокагатия - это άγαθότης».

Лит.:Wankel H. Kalos kai agathos. Diss. Würzb., 1961. N. Y., 1979; Donlan W. The origin of kalos kagathos, - AJP 94, 4, 1973, p. 365-374; Bourriot F. Kalos Kagathos, -Kalokagathia. D'un terme de propagande de Sophistes à une notion sociale et philosophique. Étude de l'Histoire athénienne. Bd. I—II. Hldh.; Z; N. Y., 1995; Лосев А. Ф. Классическая калокагатия и ее типы, - Вопросы эстетики, 1960, 3, с. 417 ел.; Он же. ИАЭ VIII. Итоги тысячелетнего развития. Кн. 2. М., 1994, с. 386-439; Никитюк Е. В. К развитию представлений об идеальном человеке в греческой литературе V-IV вв. до н. э.: понятие и образ καλός καγαθός у Ксенофонта, - ВСПбГУ, сер. 2, 1994, вып. 1 (2), с. 111-116.

М. А. СОЛОПОВА

КАРНЕАД(Καρνεάδης) (ок. 214/213, Кирена - 129/128, Афины), сын Эпикома (или Филокома), греческий философ-платоник, глава Академии после Гегесина, основатель т. н. Новой, или Третьей, Академии, руководство которой из-за болезни передал в 137/136 Карнеаду Младшему, сыну Полемарха.

Приехал в Афины в 185/180, где познакомился с сочинениями Хрисиппа, изучал диалектику у стоика Диогена Вавилонского. Затем перешел на позиции скептической Академии и оспаривал стоическую догматику (прежде всего - Антипатра из Taped). Прославившись как выдающийся оратор, К. в составе афинского посольства в 155 был послан в Рим, где добился для афинян освобождения от штрафа и помимо этого ошеломил своим красноречием образованных римлян во время публичных лекций, часть которых была составлена в жанре «двойных речей». У К. было множество учеников, Академия при нем переживала пору расцвета. К. не писал философских сочинений; его учение было известно из лекций, записанных его учениками Клитомахом и Зеноном Александрийским. Представление о его взглядах


410 КАССИЙ

можно составить благодаря Цицерону, а также Сексту Эмпирику, Плутарху и др. Главный оппонент К. - Хрисипп; Диоген Лаэртий приводит изречение К.: «Не будь Хрисиппа, и меня бы не было» (D. L. IV 62).

К. развил выдвинутые Аркесилаем принципы академического скепсиса с его антидогматизмом и полемической направленностью. Отрицая существование критерия истины, он критиковал учение стоиков о «постигающем впечатлении» (φαντασία καταληπηκη): поскольку любое впечатление равно может быть и истинным, и ложным, оно не может быть постигающим, а следовательно - и критерием истины; вместе с тем критерием не может быть и разум: то, о чем он судит, должно прежде явиться (φανηναι) ему, а это невозможно без ощущения. В качестве ориентира в практической деятельности К. допускал «убедительное (πιθανή) впечатление», т. е. такое, которое представляется истинным, «выразительным» (Ιίμφασι,ς); окружение К. считало, что оно может быть даже критерием истины. К. различал впечатление просто убедительное, проверенное (δι,εξωδβυμένη) и устойчивое (απ€ρισπάστη). В области этики антистоический пафос приводил К. к положительным суждениям о «высшем благе», которое состоит в том, чтобы по возможности наслаждаться теми благами, которые дает природа. К. критиковал также другие философские школы, критически высказывался о существовании богов и их почитании, о промысле и роке, предсказании, астрологии и пр.

Фрагм.: Karneades. Fragmente. Text und Kommentar von B. Wisvniewski. Wroclaw, 1970; Mette H. J. Weitere Akademiker heute: von Lakydes bis zum Kleitomachos, - Lustrum 27, 1985, p. 53-141.

Лит.: Couissin P. Les Sorites de Carnéade contre le polythéisme, - REG 54, 1941, p. 43-57; Long A. A. Carneades and the Stoic Telos, - Phronesis 12, 1967, p. 59-90; Nonvel Pieri St. Carnéade. Padova, 1978; Schroder Η.Ό. Marionetten. Ein Beitrag zur Polemik des Karneades, -RhM 126,1983, S. 1-24; Görler W. Karneades, - GGPh, Antike 4,1994, S. 849-897; Bett R. Carneades' Distinction between Assent and Approval, - Irwin T. (ed.). Classical Philosophy: Collected Papers. Vol. 8. Hellenistic Philosophy, 1995.

Ю. А. ШИЧАЛИН

КАССИЙ(Κάσσιος) (1-я пол. 1 в. н. э.?), скептик, известный по упоминанию у Диогена Лаэртия как критик социально-политических взглядов стоика Зенона из Кития, изложенных в его раннем сочинении «Государство». Диоген приводит возражения «учеников скептика Кассия» (oi wepl Κάσσων τον σκζπτικόν), из которых можно восстановить некоторые положения самого раннего философско-литературного опыта Зенона, написанного под сильным влиянием кинического умонастроения. Согласно этому источнику, Зенон в своей книге 1) объявил бесполезным весь основной образовательный цикл (έγκύκλως τταιδβία); 2) провел резкую границу между мудрецами и всеми остальными: всех, кто не добродетелен, отнес к врагам, людям вредным, низменным и друг другу чуждым - чужды и родители детям, и брат брату, и вообще члены одной семьи друг другу (D. L. VII 32-33).

Возможно, К.-скептик тождествен К., упоминаемому Галеном в связи с полемикой о причинах (De сотр. med. loc). He исключено также, что К. тождествен К.-медику, о котором римский энциклопедист Авл Корнелий Цельс отозвался как о «самом талантливом враче» своего времени (De med., Prooem. 69), - согласно этой гипотезе датировка жизни К. устанавливается по времени имп. Августа и Тиберия.


«КАТЕГОРИИ» 411

Фрагм.: Deichgräber К. Die griechische Empirikerschule. Sammlung der Fragmente und Darstellung der Lehre. В.; Ζ., 19652.

Лит.: SchofieldM. The Stoic Idea of City. Camb., 1991, p. 3-21; Wellmann M. Cornelius Celsus, 1913 (ch. 5).

M. А. СОЛОПОВА

«КАТЕГОРИИ»(Κατηγορίαι), первый трактат в составе «Органона», одно из самых ранних его сочинений Аристотеля: работа над ними велась параллельно с «Топикой», с которой они связаны содержательно. Известное заглавие трактата не принадлежит Аристотелю, в своих сочинениях он ссылается на него как на «формы высказывания» (σχήματα της κατηγορίας).

Согласно хронологии написания, текст делится на 2 части: Cat. 1-9, до 11Ь8 (более ранняя) и Cat. 10-15, 11Ь9-15Ь32 (относительно самостоятельные главы, т. н. postpraedicamenta). To, что это более позднее добавление, показывает переходная формула 11Ь8—15. По сообщению Симпликия, уже Андроник Родосский, первый издатель Аристотеля, рассматривал эту часть как дополнение. Ряд крупных аристотелеведов 19—20вв. считали неподлинными или весь трактат (А.^Брандис, В. Розе, Р. Шпенгель, К. Прантль, А. Герке, Э. Дюпреэль, В. Йегер), или только главы 10-15 (Ф. Вайтц, Э. Целлер, Г. Гомперц). Со времени дискуссии между И. Хусиком и У. Д. Россом в «Journal of Philosophy» 36 (1936), p. 427-^33 новые аргументы приведены не были, и вопрос о подлинности можно считать решенным положительно. Сторонники подлинности трактата - Л. Минио-Палуэлло, И. Хусик, У. Д. Росс, Дж. Экрилл, И. Дюринг.

Текст трактата представляет собой анализ слов (в качестве определений понятий) и семантической функции различных типов слов. Фон для «К.» составляет платоновский анализ понятия «бытие» (elvai): бытие как «существование» и бытие каким-то образом или в каком-то качестве (efvcu в функции связки в предложении); ср. различения между ουσία, ποών и προς TL в «Пармениде» и «Софисте». Противопоставление бытия самого по себе (καθ' αυτό) и бытия относительного (προς τι) играло значительную роль в философских дискуссиях 370-350 до н. э. «Бытием самим по себе» для Платона были «идеи», для Аристотеля им стала «сущность» (ουσία), а «бытие в отношении» стало отправной точкой для создания учения о различении значений слов.

Выбор слова «категория» в значении «высказывание» (представленное у Платона в таком значении только один раз) показывает, что Аристотель сознательно дистанцировался от онтологических спекуляций своих старших товарищей по Академии, подчеркивая, что речь идет о языковом семантическом анализе. Также Аристотель избегает платоновского метода «диэрезы»: ни одна из категорий не может быть выведена из другой. Метод Аристотеля таков: он рассматривает отдельного человека и спрашивает, какие осмысленные высказывания можно сделать об этом человеке. Так, он выделяет 10 категорий: 1) он человек («сущность», τι εστί, ουσία, лат. essentia); 2) он такого-то роста («количество», ποσόν, лат. quantitas); 3) он образован («качество», ποιον, qualitas); 4) он старше/младше другого («отношение», προς τι, relatio); 5) в Ликее («место», πού, ubeitas); 6) сегодня («время», ποτέ, quandeitas); 7) сидит («положение», κ€ΐσθαι, situs); 8) у него есть сандалии («обладание», €χ€ΐν, habitudo); 9) он говорит («действие», ποΐ€Ϊν, actio); 10) о нем говорят


412 КИНИКИ

(«претерпевание», πάσχειν, passio). T. обр., категории представляют собой типы предикатов, которые могут быть высказаны о каком-либо предмете.

Содержательно текст делится на 3 части: 1): главы 1-3. Вводные терминологические замечания. Здесь важно разделение сущности (oysia) на первую (конкретная единичная вещь) и вторую (вид и род). Например, конкретный человек и понятие «человек». Общее (род и вид) обладает только логическим существованием, объективным же существованием обладают единичные вещи; 2): главы 4-9. Анализ первых четырех категорий. Все качества он подразделяет на устойчивые и неустойчивые, т. е. такие, при потере которых объект перестает быть самим собой, и такие, которые легко теряются без ущерба для объекта (в «Топике» и «Метафизике» за ними закрепился термин «привходящие» (συμβ€β€κότα, accidens). Учение о категориях получает дальнейшее развитие в «Метафизике», кн. 12-я, где исследуется структура сущего. Термины, имеющие в «К.» исключительно логико-семантическое значение, там приобретут онтологический смысл (см., напр., Met. XII, 1, 1069а20); 3): главы 10-15 (в схоластике получили название postpraedicamenta). Собрание статей, содержащих: анализ четырех видов противолежания (получает развитие в Тор. И, 7-8; Met. V, 10), различение пяти видов предшествования (получает развитие в Met. V, 11), анализ понятия «одновременно» (α/χα) (ср. Phys. V), анализ видов движения (ср. Phys. Ill—VI) и понятия «обладание» (ср. Met. V, 23).

«К.» - чрезвычайно популярный у античных комментаторов текст; сохранились комментарии неоплатоников Порфирия, Дексиппа, Аммония, Симпликия, Олимпиодора, Иоанна Филопона, Элия и Анонимный комментарий (подробнее см. Аристотеля комментаторы).

Рус. пер.: M. H. Касторского (1859), А. В. Кубицкого (1939, ред. 1978 менее удачна)

Текст: Anstotelis Categoriae et liber De Interpretatione. Rec. L. Minio-Paluello. Oxf., 1949. 19562; Aristotle. Categories and De Interpretatione. Tr. and comm. by J. L. Ackrill. Oxf., 1963. Категории. Пер. А. В. Кубицкого, - Аристотель. Соч.: В 4 т. Т. 2. М., 1978, с. 53-90.

Лит. Ryle G. Categories, - Idem. Collected Papers. Vol. 2. L., 191 \; Frede M. Categories in Aristotle, - Idem. Essays on Ancient Philosophy. Oxf., 1987; К вопросу о подлинности: Husikl. The Categories of Aristotle, - Idem. Philosophical Essays. Oxf., 1952; RijkL. M. de. The Place of the Categories of Being in Aristotle's Philosophy. Assen, 1952; Frede M. Titel, Einheit und Echtheit der Aristotelischen Kategorienschrift, - Zweifelhaftes in Corpus Aristotelicum. В., 1983.

Ε. Г. ПАРФЕНОВА

КИНИКИ(греч. οι Κυνικοί, лат. cynici - циники), школа киников, одна из т. н. сократических философских школ; основателями считаются, по разным данным, сократик Антисфен Афинский и Диоген Синопский. Киническое движение просуществовало не менее 800 лет, с 4 в. до н. э. по 4 в. н. э.; поскольку традиция была почти прервана в период 2-1 вв. до н. э. и затем возобновлена, можно говорить о двух периодах в истории кинизма: раннем (древнем) и римском.

Название школы происходит от прозвища Диогена κύων - «пес», по другому объяснению - от афинского гимнасия «Киносарг» (Kvvoaapyeç), где занимался с учениками Антисфен. Большинство исследователей признают, что учеба Диогена Синопского у Антисфена является позднейшей легендой с целью утверждения непрерывного школьного преемства от ки-


КИНИКИ 413

ников к Сократу. (В признании этого преемства были со своей стороны заинтересованы стоики, стремившиеся возвести непрерывную цепочку к Сократу от Зенона через Кратета: Сократ - Антисфен - Диоген - Кратет Фиванский - Зенон из Кития).

Основные представители. С киническим направлением традиционно связывают деятельность Антисфена, Диогена Синопского, Кратета Фиванского, Гиппархии, Метрокла из Маронеи, Биона Борисфенита, Фи-лиска Эгинского, Менедема из Лампсака, Монима из Сиракуз, Онесикрита, Телета из Мегары, Мениппа из Гадары; в эпоху Римской империи -Деметрия Киника, Демонакта, Лукиана из Самосаты, Эномая из Гадары, Гераклия Киника, против которого писал имп. Юлиан, большой почитатель киников древних. О том, что кинизм продолжал свое существование и позднее, можно сделать вывод на основании замечания Августина о том, что в его время из всех греческих школ остались только киники, перипатетики и платоники (С. Acad. Ill 19, 42).

Источники. Из оригинальных кинических сочинений сохранились стихотворные фрагменты Кратета Фиванского, фрагмент сочинения Онесикрита, цитируемый Страбоном, диатрибы Телета («О явлении и сущности», «Об автаркии», «Об изгнании», «О бедности и богатстве», «О том, что удовольствие не является целью жизни», «О превратностях судьбы», «Об апатии»), фрагменты диатриб Биона Борисфенита и сочинения «Обличение обманщиков» Эномая из Гадары. Не во всем достоверные сведения о киниках содержатся в доксографической литературе (Диоген Лаэртий, Евсевий Кесарийский, словарь Суда), псевдоэпиграфике (письма Диогена, Кратета, Мениппа), романтизированное восприятие кинизма представлено в диатрибах стоика Эпиктета, некоторых речах Диона из Прусы и Максима Тирского, трактатах и речах имп. Юлиана. Свидетельства о древних киниках собраны Габриеле Джанантони (Giannantoni, SSR И).

У киников не было авторитетного канона сочинений. Этому в немалой степени способствовали отсутствие института школы (с Киносаргом не связывают деятельность или обучение ни одного из киников) и сам характер учения: предпочтение устного слова, тяга к художественной литературе, маргинальным жанрам, анекдоту, пародии. Излюбленные жанры кинической литературы: диалог, диатриба, сборники изречений-хрий, сатиры, письма; практически не известно трактатов, тем более комментариев или учебников; единственное произведение в жанре «воспоминаний» было написано основателем Стой Зеноном Китийским («Воспоминания о Кратете», в подражание Ксенофонту). Поскольку киники признавали авторитет Диогена Синопского, посвященная ему устная традиция (попытки ее документировать были предприняты достаточно рано: Метрокл из Маронеи составил первый сборник изречений Диогена, Ь. L. VI 41) может считаться общешкольным каноном, постепенно сложившимся в результате идеализации образа того, кто воспринимался в традиции основателем школы.

Киническая философия.Радикально-асоциальные установки киников (отказ от соблюдения принятых в полисе моральных норм и правил поведения, странничество, нищенство, эпатаж) часто препятствовали некоторым античным авторам признавать киников философской школой (ср. D. L. VI 103, мнение Гиппобота; Варрон полагал, что киники не составляют школы,


Дата добавления: 2015-07-10; просмотров: 104 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: А. А. СТОЛЯРОВ 15 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 16 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 17 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 18 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 19 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 20 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 21 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 22 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 23 страница | А. А. СТОЛЯРОВ 24 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
А. А. СТОЛЯРОВ 25 страница| А. А. СТОЛЯРОВ 27 страница

mybiblioteka.su - 2015-2019 год. (0.189 сек.)