Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Свидетель №2: Гарри Поттер, спаситель грешников 2 страница

СВИДЕТЕЛЬ №1: ПЕРСЕФОНА ПАРКИНСОН, ОДИНОКАЯ ДУША | СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, ЛЮБИМЕЦ ПУБЛИКИ | СВИДЕТЕЛЬ №1: ПЕРСЕФОНА ПАРКИНСОН, УТЕШИТЕЛЬНИЦА СКОРБЯЩИХ | СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, СПАСИТЕЛЬ ГРЕШНИКОВ 4 страница | СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, СПАСИТЕЛЬ ГРЕШНИКОВ 5 страница | СВИДЕТЕЛЬНИЦА №1: ПЕРСЕФОНА ПАРКИНСОН, МСТИТЕЛЬНАЯ ФУРИЯ | СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, ЖЕРТВА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ | СВИДЕТЕЛЬ №1: ПЕРСЕФОНА ПАРКИНСОН, УСТАЛАЯ ПУТНИЦА | СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, СМЯТЕННЫЙ ДУХ | ДЕЛО ЗАКРЫТО |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

— Да Мерлин с Краучем! — У Кингсли загорелись глаза. — Вот что, Сэвидж. На роль надзирающего подойдёт Лонгботтом. У него большой дом, устроить там лабораторию не составит труда. Снейп, в Мунго будешь аппарировать с ним. А я договорюсь с Сепсисом, чтобы нашли кого-нибудь тебя заменить на время. Он мне не откажет. И… что?

Я вышел из состояния «ну-это-ж-просто-охрененно-здорово» и увидел, что Сэвидж качает головой.

— Лонгботтома отметаем, министр. Он герболог, постоянно в разъездах… ну и некоторые особенности его отношения к мистеру Снейпу могут помешать. Я беседовал с ним до начала процесса. Вы тоже не подойдёте — с вашим-то родом занятий. Опекаемый не имеет права покидать дом без надзирающего, большую часть дня ему вообще положено быть в непосредственной близости от него. Вы же не организуете рабочее место для мистера Снейпа в своем кабинете? К тому же вы женаты, юный Лонгботтом помолвлен, а лишних посвящать в это дело не следует. Я, собственно говоря, потому и попросил мистера Поттера остаться. Мне кажется, он идеальный кандидат: холост, имеет вместительное жилище, где можно развернуть лабораторию, да ещё и расположенное прямо в том месте, где он проходит ученичество. Надо, конечно, договориться с Олливандером, но, насколько я знаю старика, он согласится шесть месяцев потерпеть общество мистера Снейпа.

Кингсли задумчиво глядел на Сэвиджа. Я, слегка охреневший от перспектив стать «надзирателем» Снейпа — и, блин, жить с ним в одном доме! — приоткрыл было рот, но не успел ничего сказать. Из снейповского кресла вдруг послышался странный звук, похожий на скрежет металла. Снейп смеялся.

— В чём подвох, Сэвидж? — спросил он, отскрежетав.

— Да, Сэмюэль, — Кингсли всё не отводил от адвоката тяжёлого взгляда. — Вот и мне крайне любопытно — в чём?

Сэвидж молчал. Мне вдруг стало не по себе — даже очки запотели, пришлось снять их и протереть рукавом. Тишина в кабинете загустела, как скисшее молоко.

— Вы же понимаете, джентльмены, что в те суровые времена замена камеры и компании дементоров домашним арестом не могла показаться судьям равноценной, — выдавил Сэвидж, глядя в пол.

Кингсли откинулся на спинку кресла.

— Говорите уже всё.

— М-мм… Ладно, всё — так всё. — Сэвидж глубоко вздохнул. — Патронат включает в себя телесные наказания, министр.

Он обвёл кабинет тоскливым взглядом, остановившись почему-то на мне. Но я молчал. Я не понял.

— Что-что? — тихо спросил Кингсли, подаваясь вперёд.

— Наказания… телесные… уф. Проще говоря — порка, джентльмены. Еженедельная, пятнадцать ударов минимум, по желанию надзирающего количество можно увеличить. Но не более ста за один раз. Если опекаемый каким-то образом нарушает условия своего содержания, то это влечёт за собой внеочередное наказание… э-э-э… повышенной интенсивности. Если во время патроната он совершает новое преступление, то он отправляется в Азкабан. Да: инструмент для наказания зачаровывается так, чтобы куратор из Департамента был извещён о том, что оно совершилось. Присутствие посторонних лиц запрещено. Средство для снятия боли не положено, заживляющее заклинание — тоже. Увечить запрещено, но экзекуция недостаточной силы засчитана не будет.

Я думал, меня хватит удар.

Кингсли молча хватал ртом воздух. На Снейпа мне смотреть не хотелось. Мне хотелось немедленно провалиться сквозь все уровни Министерства прямо в Отдел Тайн, а лучше ещё глубже — куда-нибудь к центру Земли и расплавиться там к чёртовой матери.

— Сэмюэль, — отмер Кингсли, — это не смешно.

— А я и не думал шутить, сэр, — неожиданно жёстко сказал адвокат, — и я предупреждал, что способ не из приятных. Но тут уж придется выбирать: или это, или Азкабан.

— Ясно. — Кингсли сжал кулаки. Послышался хруст, и я увидел, как жалко трепыхается в его пальцах Самопищущее перо. Кингсли брезгливо смахнул перо в корзину. — Тогда всё ясно. Чёрт бы меня взял.

— Простите, министр, что ясно? — Сэвидж, похоже, разозлился. — Вам не кажется, что решение все-таки не за нами, а за… непосредственными участниками? Снейп, что скажете? А вы, юноша?

Снейп молчал. Я почувствовал его взгляд — и у меня язык прилип к нёбу. Это было какое-то сумасшествие. Сидеть вот так, вчетвером, в этом чистеньком светленьком кабинете — и говорить о совершенно немыслимых вещах. В голове у меня царил бардак. Проплыла тётя Петунья с выбивалкой для ковров, которой она мне в детстве грозилась — хотя не тронула ни разу. Потом прошаркал Филч, бормочущий: «Розги готовы… позвольте мне сделать это сейчас…». Потом миссис Уизли рассмеялась и заявила: «У Артура на спине до сих пор остались следы от трости». И вдруг, откуда ни возьмись, выпрыгнул Фред и зашептал: «Моя левая ягодица так и не вернула себе первоначальной формы, Гарри, помнишь? Наверное, папа теперь жалеет об этом». Его заговорщическая улыбка превратилась в оскал, на меня уставились пустые глазницы. Я рванулся прочь и вдруг понял, что стою посреди кабинета Кингсли, мокрый, как мышь, и трясусь. Моё кресло валялось на полу. Наверное, опрокинул его, когда вскакивал.

Кингсли и Сэвидж напряженно смотрели на меня.

— Вот, — Кингсли ткнул в мою сторону рукой, — видите, Сэмюэль? Даже не будем о Северусе — вы понимаете, чему хотите подвергнуть мальчишку? Ему-то это чего будет стоить? После всего. Вы…

— Сэр, не драматизируйте. Мистер Поттер…

— Я не драматизирую, чёрт возьми!..

Они говорили и говорили, перебивая друг друга. Я уже ничего не слышал. Я просто решился, наконец, и взглянул на Снейпа.

Он был такой уставший. Равнодушный, как надгробный памятник. Плечи опущены, взгляд направлен куда-то мимо меня, вокруг рта глубокие складки. А я вспомнил его улыбку в «Котле» — ту, с морщинкой, легкую, неумелую… Внутри всё сжалось. Я обернулся к Кингсли — не понимал почти, что делаю, не знал, не рассчитывал ни на что. Но чувствовал: надо попытаться.

— Слушай, Кингсли. — Раньше я его не называл по имени на людях, но сейчас на субординацию было плевать. — Можно тебя попросить? Оставь нас с профессором наедине ненадолго. Ну, хоть минут на десять. Пожалуйста.

Мне показалось, что Сэвидж улыбнулся себе под нос. Снейп вздрогнул и резко вскинул голову. Он в упор смотрел на меня расширенными глазами — взгляд был тяжелым, как свинец. Кингсли выглядел изумленным.

— Гарри, я не могу, — сказал он после паузы. — Северус под арестом, он может видеться с кем-то только в присутствии должностного, чтоб его, лица… чёрт! Чёрт… А-аа-, пошло всё. Сэвидж?

— Я ничего не видел, Министр, — с готовностью ответил адвокат.

Кингсли махнул палочкой, шепнул что-то. В стене вдруг открылась маленькая дверь — я видел в проёме край дивана и столик, на котором стояла бутылка со стаканом и лежала маленькая стопка книг.

— Я здесь себе передышку устраиваю, когда работы много, — неловко пояснил Кингсли. — Идите. Десять минут, Гарри. И… прости, но надеюсь, ты помнишь, что аппарация из Министерства невозможна?

Я бы засмеялся, не будь мне так фигово.

—Похищать его не стану, не бойся, — буркнул я.

И пошёл к двери. Шёл и думал: сейчас услышу что-то вроде «да вы рехнулись, Поттер, о чём тут говорить?» Или вообще ничего. Но услышал шорох ткани и звук шагов.

В комнатушке пахло табаком, было полутемно, только за волшебным окном светила громадная, желтая как сыр, луна — я такую видел только в Японии, когда мы с Роном гуляли по берегу океана. Интересно, сколько у хозяйственного отдела в запасе разных пейзажей, надо будет спросить у Кингсли… Снейп сел рядом со мной на диван. Дверь захлопнулась, стало очень тихо.

— Ну, Поттер, — сказал Снейп, — я вас слушаю.

И вот тут я понял, что вообще не знаю, как с ним говорить.

Я действительно не знал. Ну не скажешь же ему, что мне иногда снится Азкабан. Я никогда там не был, видел только колдографии, а он снится. Серый и огромный, будто мёртвое чудовище, всплывшее из глубин моря — мне всегда казалось, что там очень холодно и пахнет гнилью. И пусто, и тихо, и темно. И может быть, дементорам сейчас нечего жрать, и они хотят вернуться обратно… последнее было уже конченым бредом, но меня всё равно передёрнуло. Снейп вдруг невесело усмехнулся.

— Не повезло, да? Наше второе свидание изрядно отличается от первого, Поттер. Писать-то мне будете?

Да он всё уже решил, чёрт бы его побрал… Молчать дальше было просто нельзя.

— Сэр, — сказал я тихо. — Вы меня сейчас пошлёте… наверное. Но, может быть, попробуем? Это всё ужасно, а по-другому никак. Только тюрьма. Что скажете?

Я вытащил из кармана палочку и стал крутить её в руках — чтоб хоть чем-то заполнить паузу. Было страшно. Снейп всё молчал. Я уже и не ждал ответа, когда он вдруг протянул:

—Поттер. А вам-то это зачем надо?

Голос у него был странный. Я хотел сказать про Алису с Фрэнком, про Невилла, про свои сны, про то, что она ведь сам без своих котлов и банок с хвостами зачахнет, но не успел. Снейп снова усмехнулся — школьной усмешкой, злой, горькой. И сказал задумчиво:

—Или всё же хочется провести гражданский арест? Вас это привлекает?

И тут меня просто пробило ужасом. Я вдруг подумал, что ему кажется — мне сама… процедура эта, блин, интересна. Сразу же вспомнилось «Кто хочет увидеть, как я сниму с Сопливуса штаны?» Я вытаращился на Снейпа, ушам и щекам стало жарко, будто я голову в горящий камин сунул. А у него глаза… Мерлин, может, он думает, что я его унизить хочу?! Вот идиот… Я дернулся, и со страху меня просто вывернуло потоком слов:

— Да-вы-спятили-мне-не-надо-этого-вообще-никогда-издеваетесь?!

Палочка вылетела у меня из рук и закатилась под диван. Я полез за ней, всё ешё что-то бормоча, потом выбрался наружу и сел на пол. И чихнул ещё, как назло — у Кингсли под диваном творился кромешный пыльный ад. Министр, называется… Я вытащил из кармана платок, вытер нос и тут же услышал смех Снейпа. Ну точно идиот. И сволочь.

— Поттер, как с такой неуклюжестью вы рассчитываете… выбить из меня дурь, а? — спросил Снейп, явно развлекаясь.

— Выбьешь её из вас, как же! — огрызнулся я. И увидел прямо перед носом бледную ладонь. Снейп протянул мне руку.

— Идите-ка сюда.

Мы снова оказались рядом на диване. Снейп молчал и смотрел в окно — на лбу у него залегла глубокая морщина. Потом повернулся.

— Вы должны мне ответить, Поттер, в полной ли мере представляете себе последующие полгода? А если не повезёт, то и больше. Может быть весьма неприятно.

Мне уже не хотелось ни о чём думать. Но и врать не хотелось.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но надо попробовать. Вам туда нельзя… да и Невилла вы видели. Что с ним делается. Так что надо попробовать. И вообще — вдруг Кингсли будет проще помиловать вас, если вы будете под этим чёртовым патронатом? А ещё… короче, два года — это слишком долго.

Последние слова я почти прошептал. Но Снейп понял. Он вдруг резким движением протянул руку и взъерошил мне чёлку — мне показалось, что он больше не боится, что я отпрыгну в сторону.

— Понимаю. Два года писать письма — это для вас будет нелёгкий труд.

— А вы без своих котлов зачахнете.

Блин, я всё-таки это сказал! Снейп хмыкнул и поднялся с дивана.

— Что ж. По рукам, мистер Поттер. Пойдёмте доводить до сердечного приступа нашего досточтимого Министра.

И мы пошли. У самой двери Снейп сказал, не оборачиваясь:

— В конце концов, если станет невмоготу, я всегда могу украсть у вашего наставника пару драконьих жил и с чистым сердцем отправиться в камеру.

— У него всё под чарами. Напротив нас Совариум Иллопса, лучше вам будет пойти туда — печенья в карманы напихаете, — посоветовал я.

Снейп всё-таки повернулся и наградил меня недобрым взглядом.

— Не хамите, мистер Поттер.

— Вы сами начали!

Так, обмениваясь любезностями, мы и вошли к Кингсли, и после сорокаминутных препирательств с ним составили магический контракт. Потом аврорша увела Снейпа, Сэвидж ушёл с ними, а я остался ждать миссис Боунс — Кингсли решил, что лишняя огласка ни к чему, и куратором должна стать именно она. Отправил ей записку-самолётик, посмотрел на меня, вздохнул и нырнул в эту свою комнатушку. Из кабинета были хорошо слышны звон стекла, бульканье и тяжелый вздох.

— Когда-нибудь я сойду с ума со всеми вами, — доверительно сообщил мне Кингсли, вернувшись назад. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

—Угу, — ответил я. — Слушай, извини, а можно мне тоже глоточек?


* * *

— Поттер, вы должны предельно чётко представлять, во что ввязываетесь.

Амелия Боунс повторила эту чёртову фразу в третий раз. Достала неимоверно — если учесть, что я уже слышал похожее от Снейпа и Кингсли. Нет, всё было ясно, она искренне хотела помочь, но я так устал, что только злился. На её дымящую трубку, ровный строгий голос, внимательный взгляд. Даже на то, каким удобным был диванчик в кабинете.

Мы с Кингсли думали, что Боунс пришлёт ответный самолетик и вызовет нас со Снейпом и Сэвиджем к себе, но она примчалась сама — на всех парах. Почти упала в кресло и как рявкнет: «Контракт подписан? Обоими?» Сэвидж проблеял: «Разуме-ме-ется, мадам». Боунс закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Сэвидж хотел сказать что-то ещё, но она, даже не поднимая ресниц, вскинула руку ладонью вперёд — и он весь сжался. Даже голову опустил. Когда Боунс заговорила, мне показалось, что в кабинете стало холодно, как в подвале.

— Сэм. Я обращаюсь к тебе сейчас не как к юристу, который, кстати, подконтролен моему Департаменту, а как к старому другу. Скажи, чем ты думал? Министр, моё ему почтение, всё-таки аврор в прошлом, ему простительно не знать наших тонкостей. Мистеру Снейпу предсказуемо не хочется в Азкабан… и нечего здесь шипеть, Снейп. Ещё бы вам хотелось. Так. Мистер Поттер… — Тут она бросила на меня острый, как у ястреба, взгляд, и я опять пожелал провалиться сквозь землю. — Ладно, оставим мистера Поттера. Ему в первую очередь девятнадцать, тут всё ясно. Но ты, Сэм? Я понимаю твоё желание избавить клиента от тюрьмы, раз уж не получилось вытащить начисто. Но посоветоваться со мной ты мог?

— Я действовал исключительно из соображений…

— Я знаю, из каких соображений ты действовал! — рявкнула Боунс. — Теперь лучше помолчи, Сэмюэль Сэвидж, а то я тебе устрою корпоративное разбирательство!

Мрачный Кингсли наколдовал воды и подал ей. Боунс покачала головой.

— Не нужно, Министр. Вы меня тоже разочаровали — не ожидала, что вы поддадитесь эмоциям.

— Мелли! — не выдержал красный, как мак, Сэвидж. — Ну зачем ты так? Ты же крестная Фрэнка! В конце-то концов!

— Да, — сказала Боунс ледяным тоном, — я крестная. И на их с Алисой свадьбе была. И в составе суда над Лейстрэнджами. И с Августой, когда она месяц не вставала. И в Мунго до сих пор хожу регулярно. Но я никогда бы не воспользовалась чужой безграмотностью и паникой, Сэм. Ты хотя бы закон им дал прочесть, прежде чем пихать контракт?

— Нет, — нехотя ответил Сэвидж. — Но я всё досконально разъяснил!

— Заклясть бы тебя как следует, чтоб неделю на задницу не сел, — сказала Боунс после тяжёлой паузы. — Тогда, может, поймешь…. Вот что. Поттер, сейчас мы пойдем в мой кабинет. Министр, через полчаса пришлите туда мистера Снейпа. А потом уже будем решать, как разобраться с тем безумием, которое вы тут учинили. Сэвидж, а ты мне пока даже на глаза не показывайся. Отправляйся к мистеру Олливандеру, изложи ему ситуацию и выясни — он-то согласен? Или Поттеру придётся искать себе другое жильё?

Я с ужасом вспомнил, что не предупредил Олливандера и что он наверняка понять не может, куда подевался его ученик. Чёрт, ну надо же было так сглупить.

— Да… я пойду… извини меня, Амелия. Джентльмены.

Сэвидж махнул рукой и вылетел из кабинета, как ошпаренный. Боунс зло посмотрел ему вслед.

— Мерлин великий… идёмте, Поттер.

Мы вышли. В дверях я обернулся — Снейп и Кингсли сидели на своих местах, хмурые и задумчивые. Мне вдруг стало не по себе. Вдруг, пока я буду с Боунс, Снейп решит отправиться в Азкабан? Я отчаянно замотал головой и вцепился в дверной косяк. Снейп почувствовал мой взгляд и кивнул. Понял.

— Ступайте. Я никуда не денусь.

— Это уж точно, — холодно подтвердила Боунс. — Давайте, юноша, у меня мало времени. Ещё вечернее заседание Визенгамота, между прочим.

В лифте и коридорах меня, как обычно, атаковали всякие незнакомцы, но я только отвечал на приветствия и отворачивался. Миссис Боунс привела меня к себе. Кабинет у нее оказался похожим на библиотеку, а за окном всё было золотисто-рыжим от облетающих листьев. Она заметила, что я разглядываю пейзаж, и буркнула:

— Терпеть не могу, когда времена года не совпадают — за день привыкнешь к зелёной травке, потом выходишь с работы, а вокруг февральская метель. Это ужасно раздражает, Поттер… Присаживайтесь.

Боунс призвала огромную коричневую книгу с надписью «Магическое право Великобритании» и ещё одну — маленькую, пыльную. Потом уселась рядом со мной.

— Так. Для начала давайте рассмотрим, что говорит закон об альтернативе тюремному заключению.

…Через пятнадцать минут у меня уже глаза на лоб лезли от обилия терминов. Одно я уяснил чётко: Сэвидж не врал, и выбор действительно был невелик. Или Азкабан, или этот проклятый патронат. Это как-то грело — терпеть не могу, когда мной манипулируют. Но радовался я недолго. Боунс потрепала меня по плечу и взяла вторую книгу.

— А теперь конкретно поправка номер сто четырнадцать. Адвокат не посвятил вас с мистером Снейпом в некоторые детали, Поттер. Понимаете, прецедент был только один — и поскольку тогда нравы были не в пример суровее, есть моменты, которые могут быть неприемлемы для вас… и мистера Снейпа, конечно. Теперь читайте и задавайте вопросы, когда потребуется.

Я взял книгу. Старинные буквы выстроились рядами, как солдаты в островерхих шлемах. Весёлого было действительно мало: фактически осужденный становился рабом своего опекуна. Он не мог покидать дом без его разрешения, не мог даже пользоваться собственными деньгами, если они имелись — вместо этого Министерство ежемесячно выделяло надзорщику сумму, равную той, которая шла на содержание заключенного в Азкабане, и на неё полагалось кормить и одевать опекаемого, а равно и «удовлетворять другие его нужды». Я просто взбесился.

— Это как? Мне его на хлебе и воде держать? Это же издевательство!

Боунс посмотрела, куда я тычу пальцем, и вздохнула.

— Это неважно, Поттер. Кстати, вы преувеличиваете — рацион заключенных вполне нормален… так вот. Конечно, за такими мелочами никто не следит — вы можете ему хоть страсбургский пирог давать каждый день и наряжать в бархат. Я рекомендую обратить внимание на то, что сказано о телесном воздействии. Вы в курсе, что силой ударов манкировать нельзя? Чары не зачтут наказание, и его придется повторять.

— В курсе. — Мне опять стало хреново. — Мистер Сэвидж сказал об этом. И про запрет на Заживляющие тоже.

— Надо же. Я безмерно счастлива, юноша. А что удары должно наносить только по обнажённым ягодицам жерт… опекаемого, сказал?

Несколько секунд я молчал, глядя, как её острый ноготь постукивает по странице. Потом вскочил, сбросив чёртову книжку с колен.

— Что?!

— То самое, Гарри, — с тяжёлым вздохом ответила Амелия Боунс. — Вы читайте, читайте.

Я помотал своей дурной головой, в которой никак не укладывалось услышанное. Глупо, но я как-то с самого начала был уверен, что бить… чёрт бы всё это подрал… в общем, бить Снейпа нужно будет по спине. Ну, как в старину в тюрьмах наказывали заключенных. Пока Сэвидж оформлял контракт, мне вспомнилась фраза из прочитанной давным-давно книги: «Рубашка на спине арестанта была вся в кровавых лохмотьях» — и я еще порадовался, что у нас никаких лохмотьев, тем более окровавленных, не будет. Увечить же запрещено. Но это… Стало невыносимо стыдно.

— Гарри, — сказала Боунс, — садитесь и читайте.

Она смотрела на меня усталым сочувственным взглядом. Я выдохнул. Подобрал книгу, вернулся на диванчик и дочитал поправку до конца. Всё было верно: порядок действий расписан как по нотам. И никаких лазеек. Никаких. Похоже, Визенгамот изо всех сил старался, чтобы «альтернатива тюремному заключению» вызывала у преступника только одно желание — с радостью мчаться под опеку дементоров.

— Ну, теперь поняли? — негромко спросила Боунс.

— Теперь понял. — Мне хотелось выть, — Ещё как.

— Впредь никогда не подписывайте никаких документов, не убедившись, что их содержание не доставит проблем, — Боунс забрала у меня книгу. — Теперь, чтобы аннулировать контракт, вам с мистером Снейпом придётся выплатить огромный штраф. Но это не всё. Снейп теряет право на аппеляцию, вот что плохо, Гарри. Не знаю, как и сказать ему об этом.

У меня внутри всё перевернулось. Сэвидж, чёртов хитрец, во что ты нас втравил… Глаза защипало, я отвернулся, пряча лицо. Боунс снова вздохнула и погладила меня по плечу.

— Не убивайтесь так. Два года — это не вся жизнь. Хотя в данном случае…

Она замолчала и прикусила губу. Наверное, задумалась об Алисе с Фрэнком. Мы сидели молча, не двигаясь, а за окном летели и летели разноцветные листья — кружились, как танцоры на святочном балу. Глаза щипало всё сильнее. И тут послышался стук. Боунс подняла голову.

— Войдите.

Дверь распахнулась и в кабинет вошла злющая аврор Лоуренс, волоча под локоть Снейпа. Я не мог сейчас на него смотреть — быстро встал и отошёл к окну.

— Осуждённый доставлен, — буркнула Лоуренс.

— Благодарю, аврор. Присаживайтесь, Снейп. Аврор, вы не могли бы…

— Осуждённый под охраной. — Похоже, Лоуренс до чёртиков надоела вся эта беготня взад-вперёд. — Госпожа Глава Департамента, вы помните, что прежде он был судим за членство в террористической организации и убийство? Мне неохота потом обнаруживать в вашем кабинете два трупа.

Ах ты, гадина… Я рванулся к ней, но Боунс перехватила меня за рукав.

— Аврор, — сказала она таким тоном, что Лоуренс застыла, — я, разумеется, помню. А вы помните, что мы с мистером Снейпом были членами Ордена Феникса? Распущенного ныне за ненадобностью. Временно.

Я вздрогнул. Снейп, кажется, тоже. Аврор побагровела, толкнула его вперёд и процедила:

— Руки. Инкарцеро!

Кисти Снейпа скрутило веревками. Он с ненавистью посмотрел на Лоуренс, а та только усмехнулась и демонстративно проверила, хорошо ли наложены путы.

— Только так, госпожа Боунс. Приношу извинения.

— Ничего, аврор. Вы выполняете свой долг, — ровно ответила Боунс. — Я вызову вас через полчаса. Благодарю за службу.

Лоуренс вышла.

— Что с ним такое? — резко спросил Снейп. — Миссис Боунс?

Я не сразу понял, что он говорит обо мне — видимо, заметил покрасневшие глаза. Боунс отпустила мой рукав и поманила Снейпа к диванчику.

— Присядьте, Северус, будьте так любезны. Я дам вам прочесть кое-что. А потом поговорим.

Я вернулся к окну. Оттуда было хорошо видно, как Снейп садится, неловко устроив на коленях связанные руки. Боунс переворачивала страницы, а я всё ждал, ждал… И дождался. Глаза Снейпа расширились. Он что-то пробормотал, неверяще вглядываясь в текст. Читал ещё несколько минут, всё больше и больше бледнея, а потом вздёрнул подбородок и выпрямился.

— Ясно. Боюсь, мистер Сэвидж останется недоволен своим гонораром.

— Северус…

— Всё в порядке, Амелия. Что ж, надо прекращать этот цирк. Поттер, успокойтесь. Успокойтесь, слышите?

Голос его звучал глухо. А я смотрел на верёвки, стянувшие широкие запястья — даже издалека было заметна, как покраснела кожа — и думал о словах Лоуренс. Членство в террористической организации, блин… Что его ждёт? Что? И там, в Азкабане, ещё ведь куча заключенных, и среди них есть те, кто… Я не стал додумывать — подбежал к диванчику, бросил на Боунс умоляющий взгляд и вздёрнул Снейпа за плечо. Он, наверное, очень удивился. Как-то смешно семеня, пробежал за мной несколько шагов, потом попытался вырваться, но не успел — я уже втолкнул его в нишу у окна. Боунс посмотрела нам вслед и, махнув рукой, отошла к книжным полкам.

— Ну что опять, Поттер? — Снейп говорил с уже немного подзабытой мною злой гримасой. — Возьмите себя в руки, вы уже не ребенок. Я…

— Северус, — прошептал я. — Заткнись, пожалуйста.

Он просто обалдел. Брови у него разъехались в стороны и заломились, будто нарисованные, рот приоткрылся. Зрачки стали огромными. Я вдруг вспомнил, как «Пророк» печатал серию отрывков из будущей книжки Скитер — та из кожи вон лезла, чтобы привести читателей в восторг своим мастерством, и договорилась до того, что глаза Снейпа «напоминают мрачные чёрные озёра». Я зачитал это дело вслух в «Котле», когда в очередной раз ужинал с Невиллом и Снейпом — маленькая, но сладкая месть за четвёртый курс. Снейп делал вид, что ему всё равно, а Невилл задыхался от смеха… Я набрал в грудь воздуху и выпалил:

— Они тебя законопатят на два года. Апелляции лишат. Всё к чёрту, понимаешь? Всё. И я боюсь, что тебе там… ладно. Слушай, я тебя прошу. Умоляю просто. Давай попытаемся. Это же всё… — Язык у меня заплетался. Вот так всегда, когда хочешь сказать очень важное! — Всё чушь. Это можно перешагнуть. Пожалуйста.

Снейп молчал. У меня в голове металась какая-то мысль, я никак не мог ухватить её, спешил и запинался.

— Знаешь… вот мы с тобой ходили. Ну, на свидание. Так ведь всё равно. Всё равно потом бы… Ну, ты понимаешь. Понимаешь же? Я не могу сказать. Но, Северус. Мы же потом…

У меня опять пылало лицо, я чувствовал себя беспомощным, как под обездвиживающими чарами. И вдруг Снейп издал невнятный звук, зашевелился и подцепил меня своими связанными руками за подбородок. Взгляд у него был задумчивый… и пьяный, что ли.

— Так-так-так, — протянул он. — Давайте начистоту, мистер Поттер. Вы тут пытаетесь мне сообщить, что, учитывая наше совместное времяпровождение, я бы в любом случае имел честь вскоре оказаться перед вами… без штанов?

Ну не сволочь ли?

Я горел, я умирал. Я ничего сказать не мог. Глаза опять защипало. Попытался освободиться от его пальцев, а они вдруг легонько-легонько скользнули по моей щеке и исчезли. Снейп долго молчал. Потом вздохнул, немного подался вперёд, и я снова ощутил тепло его тела.

— Что ж. Перед лицом такого воистину гриффиндорского самопожертвования мне остаётся только почтительно согласиться.

Я резко поднял голову и чуть не заехал макушкой ему в подбородок. Снейп смотрел на меня странно. Открыто, наверное. Другого слова было не подобрать. Я сморгнул выступившие слёзы и кивнул. Сил говорить уже не было. Мы ещё немного постояли в нише, а потом одновременно шагнули вперёд.

Листья за окном всё летели и летели. Миссис Боунс стояла у книжных полок и выбивала трубку в парящую рядом пепельницу — кабинет был весь заполнен табачным дымом.

— Можете ничего не говорить, — сказала она бесконечно усталым тоном. — Безумцы. Присаживайтесь, и давайте окончательно разберёмся с деталями.

…На запястьях у Снейпа остались волнистые красные борозды — когда мы все уже собрались выйти в коридор, он вдруг торопливо натянул на них манжеты и явно обозлился, поймав мой взгляд. Боунс тоже заметила его движение. Она немного подумала и достала из кармана серебряный портсигар.

— Мой личный порт-ключ в кабинет Министра на случай непредвиденных обстоятельств. Предлагаю воспользоваться им, а то вдруг по пути кто-нибудь пожелает пожать вам руку, Снейп.

— Сомневаюсь, что охотников будет много, — Снейп усмехнулся. Аврор Лоуренс сердито фыркнула, но смолчала — умная женщина. На счёт «три» мы вцепились в портсигар и выпали из пустоты в центре кабинета Кингсли.

Там было полно народу.

Первым я увидел Олливандера. Мой наставник попивал чай и разговаривал со встрёпанным Невиллом — по-моему, старался его успокоить. Кингсли неподвижно сидел за своим столом. Огромный и мрачный, он был похож на выточенную из чёрного дерева статую, украшенную золотом. Причём очень недовольную статую. Сэвидж забился в самый дальний угол кабинета — я даже не сразу его заметил. Вид у него был расстроенный.

Я, конечно, первым делом подошёл в Олливандеру — извиняться. Но он только мягко потрепал меня по спине и сказал:

— Ничего страшного, Гарри. Мистер Лонгботтом уже объяснил мне, что произошло, а потом и мистер Сэвидж подоспел. Так что успокойтесь.

Значит, Невилл из Министерства отправился к нему… Я благодарно посмотрел на Нева, но тот не заметил — нервно поглядывал то на Снейпа, то на Боунс, которая тихо переговаривалась с Кингсли. Глаза у Кингсли делались всё больше и больше. Кажется, наше со Снейпом решение стало для него неожиданностью.

— Так, — Боунс повернулась к Олливандеру. — Сэр, как я понимаю, вы уже в курсе ситуации. Дело за вами. Что скажете?

Я незаметно сжал кулаки на удачу. Олливандер рассеяно улыбнулся Боунс и окинул внимательным взглядом неподвижного Снейпа.

— Мистер Северус Снейп… Чёрное дерево, тринадцать дюймов. Очень, хм, жёсткая. Внутри жила из сердца дракона… совершенно непредсказуемая, кстати, субстанция. Помню-помню, молодой человек. Вижу, ваша жизнь тоже отличается непредсказуемостью.

Снейп усмехнулся краем рта, но ответил неожиданно почтительно:

— Так и есть, сэр. Потрясён вашей памятью.

Олливандер тихо рассмеялся.

— Жизнь непредсказуема, характер несгибаем… Что ж, мистер Снейп, я не стану отказывать своему ученику в его благородных порывах. Вы совершили ошибку, но мне всё же кажется, что исправлять её нужно не в каземате, а в более подходящем вам месте. К тому же, — его выцветшие глаза хитро блеснули, — в моем возрасте опытный зельевар рядом — это просто подарок судьбы. Вы ведь не откажете старику в помощи, если потребуется, скажем, порция Бодрящего эликсира?

— Почту за честь, сэр, — Снейп снова усмехнулся.


Дата добавления: 2015-08-20; просмотров: 52 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, СПАСИТЕЛЬ ГРЕШНИКОВ 1 страница| СВИДЕТЕЛЬ №2: ГАРРИ ПОТТЕР, СПАСИТЕЛЬ ГРЕШНИКОВ 3 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.03 сек.)