Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Психомоторика 10 страница

Читайте также:
  1. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 1 страница
  2. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  3. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  4. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  5. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  6. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница
  7. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница

Надеемся, из собственного опыта вы уже вспомнили, как действует Марья Ивановна?

Правильно: все свои силы, все свои знания, весь свой характер она посвящает достижению одной цели - заставить Петю запомнить как можно больше. Пусть запоминает, запоминает, запоминает: факты, примеры, приемы, методы (стихи, правила, формулы - само собой: это - святое). Придумали даже теорию; мол, в детстве память особо прочная и вместительная; значит, лови момент, пичкай, фаршируй ее, пихай в нее побольше знаний, - потом, когда вырастет - благодарить будет...

Петя чувствует: что-то не так; ему не нравится, что из него делают тяжелоатлета, который должен поднимать все большие и большие веса знаний. Это насилие угнетает его и вызывает обратную реакцию: инстинктивно он начинает отворачиваться от всякого нового знания, и это стремление к отторжению всего нового, как привычка, закрепляется в нем на всю жизнь. Наконец, нарастив мышцы знаний, он тяжелеет и утрачивает прежнюю способность перепархивать с цветка на цветок, а вместе с нею - и все свое очарование.

Если бы Пете было хотя бы лет 20, ничего из затеи Марьи Ивановны не вышло бы. Он бы поверил не ей, а своему инстинкту, неутолимому чувству новизны, неотделимому от удовольствия. Не нравится - не буду! - вот какой была бы его программа. И он бы спасся, остался самим собой. Но Петя - всего лишь мальчик, который приучен верить не своему чувству гармонии, а взрослым. И он - мучаясь, страдая, насилуя себя - выполняет то, что ему велят. Он старается. Вникает. Пытается понять. И запоминает, запоминает, запоминает... На запоминание уходят все его силы - и память становится его "сильной стороной". Она становится его опорой, его надежным другом в любых обстоятельствах. При этом изменяется все его мировосприятие. И когда он встречается с новым, оказывается перед необходимостью разобраться в нем, - он даже не пытается сделать это. Ведь мысль уже атрофирована! Он сосредоточивается - и начинает перебирать свой багаж памяти, привычно полагаясь на чужой, заемный опыт.

Выводы:

1) память, ставшая главным инструментом умственных процессов, лишает человека способности свободно чувствовать (а значит, и оригинально мыслить);

2) гипертрофированная память делает человека эмоциональным и реактивным существом, не способным на самостоятельное действие;

3) гипертрофированная память порождает идиосинкразию ко всему новому;

4) этот человек уже не способен ни увидеть, ни решить (названную другим) задачу;

5) он - творческий импотент.

+ + +

Неужели у него нет шансов спастись? Увы!

Впрочем, он этого не знает. Он обольщается собой, своим превосходством. Убедившись при первой же встрече, что он умнее учителя на уровне эмоций, ученик остается с этим убеждением навсегда. Как бы ни пал он сам, как бы ни вырос его учитель - ничто не изменит его самой первой оценки.



Спешим застолбить свой приоритет - получите очередной маленький закон сохранения уровня притязаний:

как бы ни пал человек, его притязания остаются на уровне его наивысшего успеха.

Значит, если человек когда-то находился на уровне интуиции, но потом жизнь сложилась так, что он был лишен возможности действовать - и спился, потерял лицо, стал грязью, и окружающие не ставят его ни в грош, считают ничтожеством, - сам он остается в убеждении, что его территориальный императив, как и прежде, не имеет границ, и повернись жизнь к нему другой стороной, он покажет всем, какие у него крепкие зубы: только задачки подбрасывай - любую разгрызет!..

Самое удивительное, что он прав...

Впрочем, вернемся к нашему ученику.

Разумеется, ни о какой необходимости спасаться он не знает - и не думает об этом. Ему просто плохо с этим учителем, противно в школе, он мучается необходимостью вникать в скучные ему вещи, и тупая зубрежка для него спасительный выход. Зубрежка - это ведь компромисс! Значит, самый естественный для нашего ученика выход. Он думает: вызубрю - и свободен. И что же происходит при этом? Мышление обрастает жиром школьных знаний. Чем память мощней, тем меньше способность к действию: мышцы мысли задавлены жиром памяти. Интеллектуальные чувства отмирают; мыслитель уступает место коллекционеру чужих знаний, способному только к самой примитивной работе реактивного типа по системе "да" - "нет".

Загрузка...

И эстетические чувства без постоянной тренировки тоже атрофируются. Чувство гармонии, на обеспечение которого уже недостает сил, постепенно заменяется его суррогатом - эталоном гармонии, значит, гармонией, переночевавшей в прокрустовом ложе (скажем, прежде он понимал и любил классическую музыку, а теперь вполне удовлетворен хард-роком).

Наконец, и его нравственные чувства, изо дня в день попираемые учителем (безжалостно растоптанные гордость, достоинство, самолюбие, честность, справедливость), ищут спасения в компромиссе. И тут возможны два варианта. Первый очевиден, он на поверхности. Ученик говорит себе: надо вытерпеть, переждать, пересидеть; сейчас уступлю - чтобы не сломаться, остаться самим собой: мое время еще придет!.. И он отступает, отступает, отступает, пока учитель не потеряет к нему интереса, перестанет его выделять. А когда это произойдет? - Когда погаснет многоцветный ореол этого ученика; когда исчезнут, словно их и не было, иглы его мыслей. Короче: когда этот ученик опустится на уровень эмоций.

Что характерно для этого варианта?

Антипатия к учителю (антипатия пассивная; в ней нет сильных отрицательных чувств, например ненависти, поскольку наш ученик их избегает; в ней скорее жалость к этому несчастному человечку, облеченному властью и утверждающемуся за счет детей; жалость и понимание - но без сочувствия)

и отлично развитое собственное нравственное чувство.

Основа второго варианта - слабое, даже деформированное нравственное чувство, которое позволяет презирать учителя. Этому ученику на уровне чувств мало осознать, что он умнее учителя на уровне эмоций. Свое превосходство он еще должен и доказать. Но как? И тогда он находит прием: хитрость! Наш Петя делает вид, что сдался, что принял условия игры учителя - что признает его правоту. Сидеть на передней парте? - Пожалуйста. Запоминать? - Сколько угодно. Принимать активное участие в уроке? - С огромным удовольствием. Учитель еще не успевает рта раскрыть, а он уже отвечает: да! Учитель говорит банальность - и слышит от ученика: как это здорово! Учитель спрашивает: как ты думаешь? - И слышит в ответ: я с вами согласен...

Вы, конечно, подумали: Марья Ивановна ему не поверит. Правильно. Не поверит. Ведь уровень эмоций - это вовсе не уровень малоумия, глупости, дури. Уровень эмоций - это уровень импульсивных, реакций, уровень приоритета самозащиты, уровень примитивных оценок. Примитивных - но ведь не глупых. Оказавшись в обстановке комфорта (после того, как Петя сделал вид, что уступает), имея возможность спокойно наблюдать ученика, Марья Ивановна, конечно же, разглядит его игру. Но теперь эта игра ее не раздражает. Почему? Во-первых, Петя подчинился ее воле, стал работать по ее программе: он участвует, он запоминает, он послушен. Во-вторых, приняв игру ученика, ответив на его шаг навстречу своим встречным шагом (она принимает его компромисс), Марья Ивановна поднимается в собственных глазах на немыслимые педагогические высоты. Где-то вровень с Коменским, Ушинским и Сухомлинским. Ведь она решила сложнейшую педагогическую задачу! Она проявила и человеческую мудрость, и педагогический дар! Она укрепила стенки своей раковины, утвердилась в своей правоте и теперь без страха смотрит в свой завтрашний педагогический день.

Интересный случай: оба считают, что победили. Но ведь так не бывает! - скажете вы и будете правы. Тогда представьте, что вы - третейский судья: кому вы присудите победу?

Мы - не колеблясь - Марье Ивановне.

Потому что она, какою была, такой и осталась; не изменилась. А вот Петя не спасся.

Проследим, как это произошло.

Вопрос первый: какой была его цель?

Ответ: сохранить территорию. Территорию, которую он считает своей, но которая ему на самом деле не принадлежит. Она - всехняя, каждый может на ней делать то, что ему по силам. Петя, скажем, перепархивая с цветка на цветок - с гармонии на гармонию, - снимает нектар, получает удовольствие. Эмоциональную публику эта территория раздражает и страшит - и они от нее отгораживаются; интуитивные что-то на ней создают и переделывают - вот кто истинные ее хозяева. Разумеется, никакие новации интуитов не нравятся жителям нижних этажей, и тогда мы говорим, что их интересы пересекаются: первый и второй этажи хотят покоя, а на третьем стучат молотки - ну кому это понравится? К тому же, никто ведь не поручится, не даст гарантий, что эти переделки - к добру.

Короче говоря (напоминаем), истинная территория Пети ограничена его раковиной, точнее (чтобы не путать с эмоциональной публикой) - его памятью. Но он этого не знает. Он полагает: вся поляна, с которой я снимаю нектар, моя. Понимаете? Он как бы ставит знак равенства между потреблением (главное его занятие) и действием. Увы, действовать он не может - не тот у него энергопотенциал, но он-то считает, что может все, просто откладывает свои действия на потом, всю жизнь откладывает и умирает со счастливым убеждением, что прожил не зря, и кабы захотел, что угодно бы смог.

Итак, уже основной мотив его поведения ложен: он пытается защищать то, что ему не принадлежит.

Вопрос второй: какой метод он выбирает?

Ответ очевиден - игру. Ведь игра всегда гармонична, значит, это источник положительных эмоций. Игра - это имитация деятельности, и потому она и самодостаточна, неся в себе и цель и смысл. Наконец, игра подразумевает выигрыш, призовую морковку, и если расценить ее как прибавление территории за чужой счет, то это уж что то вовсе новое в Петиной практике - небывалое, но завлекательное. (Надеемся, вы понимаете, что это не объективная трактовка игры, а только с точки зрения Пети.)

Следовательно, уверенный в своем абсолютном превосходстве, Петя придает своим отношениям с Марьей Ивановной форму игры. Он делает вид, что отступает, пускает ее на свою территорию, вовсе не собираясь с этой территории уходить. Он начинает партизанскую войну - вот его игра.

На третий вопрос - какое средство он выбирает? - ответ вам уже известен: хитрость.

Хитрость - это прием, имитирующий действие, а потому позволяющий избегать истинного действия.

Хитрец считает, что окружен дураками, поэтому на любой вопрос он отвечает "да", имея в виду "нет".

Хитрец ничего не делает, но получает все. Получает столько, сколько может унести. Что ему стоит подыграть Марье Ивановне? Ничего. А она ему платит отличными оценками и социальным поощрением: похвалой, выдвижением на общественные посты, рекомендацией, которая ляжет первым камнем в основание его карьеры.

Успех - налицо. Хитрость оказывается как бы черным ящиком: вкладываешь копейку - вынимаешь рубль. Результат феноменальный, убедительный без доказательств. Поэтому Петя и не задумывается 1) ни о его истинности, 2) ни о его механизме, 3) ни о его цене.

+ + +

Но ведь в природе так не бывает: из ничего - все. Природа устроена так, что за все приходится платить. Абсолютно за все! за любую малость!.. Но разве мы думаем об этом во время игры? Как сказано чуть выше - игра самодостаточна; мы напомним и еще одно ее качество - игра доминантна; значит, во время игры все остальные соображения (кроме процесса и цели игры) отступают в тень. Вот почему Петя не задумывается, откуда взялся этот чертов рубль. Но мы-то с вами наблюдаем его со стороны и не имеем права оставить этот вопрос без ответа.

Игроков двое: он и Марья Ивановна. Петя в выигрыше. Напрашивается, что вся эта прибыль - плюс 99 коп. - падает ему в карман со счета Марьи Ивановны... Но ведь и Марья Ивановна с прибылью: хоть она осталась на прежнем уровне, стенки ее раковины заметно окрепли - невооруженным глазом видно; не зря же она так и цветет довольством...

В убытке класс.

Это он платит за комплиментарную игру в поддавки тандема Петя - Марьиванна. На глазах класса происходит наглое облагораживание зла. Нравственные чувства учеников растаптываются; энергопотенциал класса тает.

Разумеется, первый же удачный опыт поощряет Петю; он начинает использовать хитрость даже там, где до сих пор в этом не было нужды: в отношениях с остальными учителями, затем - с родителями, потом - с товарищами по классу, с приятелями во дворе. Спираль раскручивается, захватывая все большую площадь. Маленькая игра превращается в универсальную систему поведения. Становится привычкой.

Повторяем: Петя считает, что эта игра всего лишь упрощает его жизнь, а на него не влияет; каким он был, таким и остался (ведь для этого игра и затеяна!). Увы, он обольщается. Меняется и он. Вспомните, каким прежде было его поведение. Оно было активным (уровень чувств позволяет). Он находился в постоянном поиске все новых и новых гармоний - в постоянной погоне за удовольствиями.

Что же происходит теперь?

Сняв со стены новое для себя оружие - хитрость, осваивая систему владения ею - игру до победы любой ценой, он неосознанно переходит от прежних активных действий к новым - реактивным (ответным на действия извне). Почему? Самые памятливые из вас уже вспомнили, в чем дело; для остальных разъясняем.

1) Игра сама себя порождает, 2) игра гармонична и 3) игра доминантна.

Значит:

1) Пете не надо искать ее, бегать за нею высунув язык;

2) она удовлетворяет Петину потребность в гармонии;

3) играя, Петя избавлен от необходимости искать другие гармонии - и они обесцениваются в пределах его территориального императива.

Надеемся, понятно?

Если б у него был мощный энергопотенциал, он бы воспользовался хитростью для активных действий - чтобы увеличить свою территорию. Но его энергопотенциал, слава богу, этого не позволяет. Потому-то он и действует только по ситуации, в ответ на ситуацию. Реактивно.

А это, как вы помните, система действий на уровне эмоций.

Следовательно, затеяв игру в хитрость, он даже не заметил, что оказался этажом ниже?

Вот именно.

Что же он выиграл, выбрав хитрость, начав войну против всех, по сравнению с тем своим тезкой, которому сильное нравственное чувство не позволило кривить душой, и он отступил перед агрессивным напором Марьи Ивановны, пока не вышел из контакта с нею, обосновавшись тоже на нижнем этаже - так вот, что же наш хитрец выиграл по сравнению с тем идеалистом?

Он сохранил свой энергопотенциал.

Но это же невозможно! - воскликнете вы. Одно из двух:

1) если он сохраняет свой энергопотенциал, то должен удержаться на плаву - на уровне чувств (уровень потребления);

2) если же он опустился на уровень эмоций - значит, он утратил прежнюю плавучесть, которая была обеспечена именно соответствующим уровнем энергопотенциала - значит, его энергопотенциал упал до уровня прожиточного минимума (уровень рабства).

Короче: или потребитель - или раб.

Потому что - если раб получает избыточный энергопотенциал - он получает как бы избыточную плавучесть. Хочет он или нет - он всплывет. И превратится из раба в потребителя. Это объективный закон природы. А хитроумный Петя опустился до уровня раба, сохранив прежний энергопотенциал. Значит, вопреки энергопотенциалу? Вопреки закону Архимеда?..

Давайте разберемся спокойно, без эмоций.

Если закон природы не работает, то - либо

1) Теория неверна (одного не укладывающегося в ее прокрустово ложе факта вполне достаточно, чтобы признать ее несостоятельной), - либо

2) мы имеем дело с новым явлением.

Не волнуйтесь: теория верна. Просто хитрость - как рак - поразила психомоторику хитроумного Пети. И произошло перерождение механизма чувства. Понимаете? - Этот механизм не отключился, как это бывает сплошь и рядом, когда человек теряет энергопотенциал и опускается на уровень эмоций (при этом достаточно восстановить энергопотенциал до определенного уровня - и механизм чувства самостоятельно включится в работу), - он стал другим. Новые функции вынудили перерождение этого органа. Чувство превратилось в апсию (бездушие). Именно механизм апсии позволяет находиться на уровне эмоций, имея сколько угодно большой энергопотенциал.

ОБЫКНОВЕННЫЙ "ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК"

Внимание! Впервые в этой книге рассматривается уничтожение творческой потенции. Людям, которые узнают себя в этом разделе, мы не обещаем ничего - они навсегда творчески бесплодны.

Почему Герострат сжег храм Артемиды в Эфесе? Одно из чудес света, воплощение гармонии, воплощение народного гения, гордость всей Греции! - и вдруг - в один миг - в пепел, в ничто... Почему? На суде он объяснил так: любой ценой хотел увековечить свое имя. Конечно, ложь, но - предположим. Теперь представьте, что вы тоже захотели увековечить свое имя и для этого выбрали идентичное средство: решили взорвать храм Василия Блаженного. Бред? Безусловно. Вам это в голову не придет. И нам не придет тоже. А Герострату не только пришло - он не колеблясь эту идею реализовал. Почему?

Почему Павлик Морозов донес на своего отца? На человека, который дал ему жизнь, который не спал из-за него ночами, ходил по непролазной грязи за лекарем за 20 верст в соседнюю деревню, учил первым шагам и первым словам, учил читать книгу природы и в душах людей, - за что? Ведь если так случится (а это случается сплошь и рядом), что вы разойдетесь со своим отцом во взглядах - предположим, даже на политику, - ведь вы же не побежите тут же в партком, ни тем более в КГБ. Скорее всего, вы скажете: отец, ты не прав. А он вам ответит: поживи с мое - тогда и суди, прав я или нет... Нормальный человеческий разговор. Но пионер Павлик Морозов доносит на отца чужим дядям, причем понимает, что тем обрекает отца на гибель... Почему?!

Почему фашисты жгли книги? Созданное самыми светлыми, самыми смелыми человеческими умами, в ночи нашей жизни умеющими находить вехи для души, из хаоса выкристаллизовать бессмертную гармонию, - сваливалось в кучи во дворах и на площадях немецких городов, обливалось бензином и сжигалось. Почему? Вы можете представить, как вы с упоением, со сладострастным восторгом швыряете в пламя томик Пушкина? А они швыряли и Гете, и Шиллера, и Гейне, и ведь никто не принуждал их делать это, и сердца их не переворачивались при этом - почему?..

Откуда брались, из кого рекрутировались исполнители сталинских палаческих идей? Несколько поколений не рассуждающих роботов-людей, живущих сиюминутным приказом, людей, не вспоминающих прошлое и не задумывающихся о будущем, не знающих жалости и не имеющих совести.

Все, что не укладывалось в лилипутские размеры сталинского идеала, все, что хоть чуть-чуть отличалось от созданных им псевдомарксистских догм ("шаг влево, шаг вправо - попытка к побегу"), - запрещалось, изымалось, хоронилось в спецхранах - кем? кем?!

Откуда они взялись - послушные, исполнительные, нерассуждающие, не знающие ни совести, ни жалости? Каким образом была произведена селекция этих палачей, которые даже полвека спустя не сомневаются, что делали нужное и чистое дело, что перед любым человеческим судом они чисты: "мы были солдатами партии..." (вспомним Нюрнберг: "мы были солдатами фюрера").

Ведь когда-то, в детстве, они были такими же, как и мы. Можете представить, что ваша совесть куда-то делась, и теперь вас не трогает ничья жизнь, ничья боль, ничьи дела - кроме ваших личных, собственных, больше ничьи - можете?

А ведь они именно так и живут, и считают, что это единственно правильный способ жизни, что иначе жить - глупо, выдумки дураков- идеалистов.

Представьте, что вы устали жить по совести и решили жить, как они, и стали подличать, лгать, обманывать, ступать по живому... Ведь не сможете. Шаг-другой сделаете - и совесть замучит, и потом всю жизнь раскаяние будет глодать вашу душу, всю жизнь вы не будете знать покоя, безмерно расплачиваясь за минутное малодушие. А они - не платят. Потому что совести у них действительно нет. Куда же она делась? Как же они так смогли? Ведь по своей воле это точно не получится.

Выходит, есть какой-то реальный, объективный процесс, который штампует этих людей с их особыми, нечеловеческими свойствами?

Они и сегодня среди нас. Для нас символ варварства - древний эфесский храм, но разве взорванный посреди Москвы храм Христа Спасителя (чтобы построить гнилой бассейн) и Страстной монастырь (не было места для кинотеатра) - это не деяния геростратов? У вас душа болит, когда вы нечаянно обломите ветку, а они сводят тысячи гектаров заповедных боров (хотя все вокруг умоляют их не делать этого, называют это преступлением) - и ничто в их душе даже не шевельнется. Они травят поля пестицидами, воздух и воды - неочищенными выбросами и стоками.

Таланту стоит только голову приподнять, как они с гиком и улюлюканьем бросаются на него отовсюду - затоптать! задушить! уничтожить!.. Они распинают талант на своем прокрустовом ложе: чтоб был, как все! чтоб думал, как все! чтоб делал, как все!..

И когда мы отчаиваемся вырваться из тесных, мрачных лабиринтов бюрократического рабства, они - творцы этих лабиринтов - наблюдают нашу муравьиную суету с равнодушием всемогущих, пресытившихся богов.

И Герострат, и Павлик Морозов, и озверевший фашист, и "солдат армии", и чиновник, ради подходящей цифры готовый уморить все живое на земле, - все они близнецы. Потому что доминанта их поведения продиктована одним механизмом - апсией.

Есть множество теорий, утверждающих, что человек - изначально агрессивное существо. Что он жесток; что разрушение - его естественный порыв; что подавление всего окружающего - энергетический, идейный и социальный вампиризм - заложено в его гены.

Какую нравственную оценку дают сами себе эти теории?

Естественный отбор не жесток - это просто данность, закон природы. И человек подлежит этому закону точно так же, как и любое другое существо. Выживает сильнейший! Значит, стремление стать над другими, властвовать, подавлять слабых и уничтожать соперников - естественно и не подлежит моральной оценке. Оно выше морали.

Так утверждают современные философы, социология и психология.

Как вы уже знаете, мы думаем иначе.

Мы считаем, что человек - инструмент природы. Он отделен от животных способностью чувствовать, мыслить и решать задачи. Иначе говоря - воспринимать гармонию, осознавать гармонию и из менее совершенной гармонии создавать более высокую. Значит, он отделен от всего остального живого мира творческим, созидательным стремлением. Осознанным творческим стремлением, которое проявляется, когда человек развивается свободно.

Вспомните: если человека зажать, задавить - он задерживается в своем развитии на уровне эмоций. Живет в раковине. Реагирует на все реактивно. Короче говоря - существует. Какое там творчество! - смешно говорить... Но почки нераскрывшихся чувств, потенциальная способность самостоятельно мыслить и решать задачи, которые выливаются в мучительное томление о смысле жизни, - все это есть в нем! Есть! Он хочет выполнить свое предназначение - себя воплотить. Ведь не случайно же он перестает думать о смысле жизни только на уровне интуиции, на уровне, где он счастлив, поскольку занят свободным, творческим трудом.

Так, где же в нем заложенное в гены зло? Где изначальная - естественная - агрессивность?

На самом нижнем уровне - уровне эмоций, - он раб, он думает только о самосохранении; чтобы не выделиться - в толпе, - он может стать соучастником зла. Но инкриминировать ему намеренную, врожденную агрессивность можно только по неведению. Ведь он не имеет энергии для агрессии! Ему дай бог самому уберечься - о другом он и не помышляет.

На следующем этапе - на уровне чувств - агрессора и вовсе бессмысленно искать.

Наконец, на уровне интуиции - творец. Разумеется, он разрушитель: ведь он разрушает несовершенную гармонию, чтобы создать безупречную.

Все так. Но ведь был Герострат, был! И Павлик Морозов был. И солдаты фюрера. И "рядовые партии". И те, кто росчерком пера уничтожил храм Христа Спасителя. И те, кто сегодня травит и губит нас и наш прекрасный мир, - они есть, среди нас, они запрограммированно агрессивны на все, что содержит гармонию. Неужели и они - инструменты природы? И где их место в нарисованной нами благостной лестнице восхождения к прекрасному?..

Ответ простой: геростраты - не замысел природы; геростраты - это издержки семьи, обучения, воспитания и социальной жизни.

Геростраты - это люди, чье поведение продиктовано апсией.

Пора наконец показать, как появляется апсия.

Напомним: апсия - это бездушие.

Не бездуховность, не эгоизм, не равнодушие, не жестокость, не мстительность - все эти отрицательные качества вполне умещаются в пространстве души.

Человек может совершить жестокость - и потом искупать ее душевными муками и добрыми делами всю жизнь. Он может пройти мимо совершаемой на его глазах несправедливости, но потом, когда он восстановит свой энергопотенциал, совесть не даст ему покоя. Он может не реагировать на прекрасное только потому, что его энергетика едва управляется с задачей сохранения его жизни, поэтому окружающий мир он оценивает самыми экономичными инструментами - штампами, шаблонами, стереотипами. Значит, ему просто нечем оценить гармонию; и мы говорим: какой бездуховный человек... Правильно говорим; бездуховный - но ведь не бездушный! Дайте ему возможность хоть немного восстановить свой энергопотенциал, и вы увидите, как он потянется ко всему прекрасному.

Апсия же исключает совесть, исключает сожаление и стыд, раскаяние и покаяние; она исключает потребность вспоминать пережитое и загадывать завтрашний день. Есть только сейчас, есть только действие. Есть действующий - и энергично действующий! - человек, но нет души.

Давайте еще раз на примере нашего знакомца - хитроумного Пети - проследим, как чувство превращается в апсию.

Напомним: все началось с того, что у него было слабое нравственное чувство (значит, в тех случаях, когда вы принципиально отстаиваете свое мнение, он мог покривить душой). И Марья Ивановна на это чувство наступила (на каждом шагу всяческими способами она старалась Петю унизить).

Находись Петя на уровне интуиции, он бы вступил с Марьей Ивановной в борьбу и был бы уничтожен. Но Петя - на уровне чувств (значит имеет недостаточный для борьбы энергопотенциал). Будь у него сильное нравственное чувство, он отступал бы до тех пор, пока не вышел бы из контакта с Марьей Ивановной (оказавшись на уровне эмоций). Но его нравственное чувство слабо, и это позволяет ему выбрать другой путь: борьбу, но не явную - партизанскую.

Вспомнили? Цель этой борьбы - сохранение территориального императива.

Метод - игра.

Средство - хитрость.

И он начинает играть на выигрыш.

Это ему нетрудно: его энергопотенциал больше, аппарат чувств - в его распоряжении.

Марья Ивановна даже не замечает, что становится марионеткой в его игре. Она привычно пытается наступать на его нравственное чувство, но он с помощью великолепно развитого эстетического чувства мгновенно находит в ее выпаде слабину, интеллектуальное чувство тут же подсказывает точный ход - и Петя все превращает в шутку. (Надеемся, вы понимаете, что все три чувства, составляя целостность, работают практически одновременно.)... Но она же не дура, ей не хочется выглядеть смешной. В следующий раз она уже думает, стоит ли с Петей заводиться, а ему этого и нужно.

ТРИ ИЗ ТЫСЯЧИ

Открытый ответ на письма по поводу публикации книги "О мальчике, который умел летать, или Путь к свободе"

Как известно, книги имеют судьбу. Судьба "Мальчика..." началась 14 лет назад с неприятия его официальной наукой (а поскольку она владела монополией на истину, то о выходе в свет с новыми взглядами, с особым мнением не могло быть и речи). Потом были публикации первых глав (Э 9, 1987, Э 1 - 3, 1988), канувшие, словно в пустоту - ни единого отклика! - что смутило редакцию, которая приостановила публикацию. На сколько? Может - навсегда?..

И тогда мы решились на радикальную меру - бросили вызов читателю в открытом письме (Э 5, 1988). И выиграли все. Хлынули отклики, редакция возобновила публикацию (Э 10 - 12, 1988, Э 1 - 7, 1989).

Создавая "Мальчика...", открывая доселе неведомый человеческий материк, единственная наша мечта - докричаться до живых, помочь жаждущему, дать факел осознавшему себя в темноте, дать руку стремящемуся вырваться из рабства обыденщины, из плена колеи, в которую попал вроде бы случайно, временно, на раз, - и оставался в ней, как выяснилось, навсегда. Наша цель - экология души и, судя по откликам, мы с нею справляемся.

Поводом для этой публикации послужило маленькое событие: мы получили тысячное письмо. На многие из них мы ответили непосредственно, а тут редакция предоставила нам возможность ответить публично.

Письмо из Ленинграда.

"...Я мечтала стать философом - и поступила в университет. Эйфория умерла еще в первом семестре. Преподаватели - ни одного светлого лица! Скука. Жвачка. Банальщина. Штампы. Ни шагу в сторону от марксизма-ленинизма. А жизнь ежечасно цепляет крючками вопросов, но спросить не у кого...

Потом было три потрясения.

Первое - когда прочла - и осознала - что человек - это животное. Только. Всего лишь. И вокруг - огромное стадо, которое затаптывает тех, кто оказывается чужаком, неживотным.

Второе - когда я осознала, что жизнь - это всего 20 000 дней, и треть из них я уже прожила. Прожила с ощущением, что жизнь еще не начиналась.

Третье... третьим была любовь. Почти год я жила своим принцем, мечтала о нем. Не выдержала - пришла к нему сама. Но уже после второго вечера все кончилось. Он был альфонс, а у меня даже после стипухи никогда свободного чирика не водилось - все отдавала матери. Сами понимаете: нас у нее трое, она одна тянет нас, своих детей, - никогда больше двух с половиной косых не зашибала. На четверых! Просуществовать - можно, жить - нет...


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 120 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 3 страница | ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 4 страница | Психомоторика 1 страница | Психомоторика 2 страница | Психомоторика 3 страница | Психомоторика 4 страница | Психомоторика 5 страница | Психомоторика 6 страница | Психомоторика 7 страница | Психомоторика 8 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Психомоторика 9 страница| Психомоторика 11 страница

mybiblioteka.su - 2015-2021 год. (0.032 сек.)