Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Психомоторика 8 страница

Читайте также:
  1. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 1 страница
  2. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  3. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 2 страница
  4. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  5. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 3 страница
  6. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница
  7. A) Шырыш рельефінің бұзылысы 4 страница

Значит, для факельщика съедобно все. Вот в чем его секрет. Только поняв его, мы можем назвать его алгоритм: это алгоритм потребления.

Он - обыватель.

Обыватель рафинированный, то есть убежденный в своей правоте, в единственной истинности своего мировоззрения. Правда, он никогда не согласится с таким определением - ведь он живет среди прекрасного и ради прекрасного, он всем желает добра и ни кого не осуждает, но... ведь мы говорим не о ярком его оперении, а про его образ жизни, не о том, какое впечатление он хочет на нас произвести (а наша реакция - для него тоже источник положительных эмоций, потому что факельщик всегда тщеславен), а как направлены потоки энергии в радиусе его действия. А они направлены в одном направлении - к нему. Потому что он - эгоист.

Но ученики тянутся к нему. Мало того, научившись у него жить (жить так, как он), они до конца дней вспоминают о нем с умилением и благодарностью.

Парадокс? Нисколько. Потому что факельщик учит не просто удобному образу жизни, но и красивому, привлекательному. Он учит - по-своему - жизни без поражений. И получается это у него лихо и убедительно. А как же! - ведь он философ. И мудрец. И добрейший человек. И по-своему мужественный (облагораживание зла немыслимо без мужества). И энциклопедист. И художник. И демократ: коллеги утверждают - нельзя; факельщик улыбается - можно. Он живет радостью, притягательная сила которой неотразима. Его невозможно не любить. И даже завистники отдают ему должное.

Но ни одной задачи он не решит. Ведь задача начинается с ощущения дискомфорта, а факельщик от дискомфорта мгновенно отгораживается.

ЖИЗНЬ, ОЗАРЕННАЯ СМЫСЛОМ

Ах, как хочется всех учеников разделить на две категории: тех, у кого среди учителей был факельщик, и тех, которые этого удовольствия были лишены!..

Учителя на уровне эмоций не остаются в нашей памяти, а зря. Поблагодарить бы судьбу за встречу с ними: отъединяясь от нас, ни на что не претендуя, допуская бурсу, они не мешали нам быть самими собой, не мешали нам развиваться по программе, которую заложила в нас природа. Но тогда мы этого не . могли оценить, потом - забыли. Учителей на уровне чувств мы вспоминаем с ненавистью, и школу всю жизнь ненавидим - из-за них. Но ведь есть же среди нас и такие, кто вспоминает школу с умилением и нежностью: "Учительница первая моя..." Прямо слеза прошибает. Ну конечно же, она была факельщицей.

Как мотыльки летят на свет, так ученики тянутся к факельщику. Иначе и быть не может. Вот аргументы:

1) Дети чувствуют гармонию как никто, а факельщик - неустанный потребитель гармонии, и свет, который он излучает, - это отраженный свет гармонии.

2) Факельщик - единственная светлая фигура в унылых школьных коридорах. Отзывчивый, доброжелательный, все понимающий, всезнающий веселый мудрец, он даже внешне выделяется из суконно- опорного ряда своих коллег. Улыбка! - без улыбки он немыслим. Пластика! - можно подумать, что он учился ей специально; в ней тоже его существо, он немыслим без пластики. Наконец, ритуал - а как же без ритуала! - ведь каждый его урок (как и любое общение) - это священнодействие, в котором он - верховный жрец - пропускает весь мир через магический кристалл истины, добра и красоты. Он завораживает этим зрелищем и незаметно делает пленницей своей религии доверчивую детскую душу.



3) В жизни ученика факельщик появляется необычайно своевременно. В пору, когда прорезается зрение, когда идеалистическое представление о мире, обо всех его ценностях (дружба, правда, добро) разбивается о скалы реалий этого мира, и все рушится вокруг, оставляя нигилизм, озлобление и отчаяние, - в это время появляется факельщик и говорит: неправда, твой корабль не разбился, все в порядке; взгляни вокруг себя - "и ты увидишь - мир прекрасен...". По сути, он предлагает самый примитивный гедонизм, но этот рецепт так прост, так доступен, так привлекателен (еще раз подчеркнем: это происходит в пору нигилизма, в пору отчаяния, когда эталон гармонии в ученике разорван энергетическим вакуумом), что ученик хватается за него как за спасательный круг - и, получая положительные эмоции, начинает оживать. Ему это нравится; он тянется к факельщику; окончательно доверившись, поверив, что здесь и правда, и красота, и смысл, - он входит с факельщиком в контакт - и вспыхивает сам.

Загрузка...

Вот вы и узнали главный секрет неотразимости воздействия факельщика: он делает жизнь ученика осмысленной.

Нас много, мы разные, но никому не удалось и не удастся уйти от трех вопросов, которые поочередно (а иногда - в сочетаниях) встают перед каждым:

1) кем быть? 2) как жить? 3) чего стоит прожитое?

Это не просто три вопроса - это три зверя, которые нас терзают.

Сперва - только ум, затем - и совесть, наконец - и душу.

И вся наша жизнь (а для тех, кто не осознает этого или не желает в этом признаться, скажем иначе: ночная жизнь души, жизнь души раскрепощенной, выпущенной на травку, на прогулку в тюремном дворе наших стереотипов) посвящена тому, что мы приучаемся жить рядом с этим зверьем, пытаемся привадить его к себе, приручить, обучить ходить в наморднике. И ведь многим удается! Или только врут, что удается?..

А для учеников факельщика этих проблем нет. Не можете такого представить? Значит, плохи дела у вашего энергопотенциала, без которого фантазия не способна развернуть свои крылья. Придется поверить нам на слово: нет у них этих проблем. Вопросы есть, а проблем - нет. Потому что это зверье, прирученное факельщиком, явилось к его ученикам в образе ласковых мурлык, настолько дрессированных, что они уже забыли о существовании собственных когтей.

Кем быть? Ну конечно же, учителем! Таким же, как его любимый учитель. Таким же во всем: в поведении, в деле, в мировосприятии. Принять от него факел, пронести факел через всю жизнь, зажигая, зажигая, зажигая факелы уже своих учеников. Ведь когда-то же этих факелов будет гореть столько, что тьма уйдет совсем и наступит царство истины, добра и красоты.

Как жить? Разумеется, как любимый учитель, сопоставляя каждый свой шаг с ним как с эталоном. Пока он рядом - советуясь с ним не только в больших делах, но и по любому пустяку, (вот чем неотразим факельщик - он никогда не отмахнется, не пренебрежет - "мелочь", он на все реагирует с интересом, что, впрочем, нетрудно понять: ведь все это для него - источники самоутверждения; а если проще - источники положительных эмоций), когда его рядом не будет - сверяясь с его образом: "а как бы поступила на моем месте Марья Ивановна?" Стереотип жизни Марьи Ивановны они перенимают и делают своим. Стереотип вкуса Марьи Ивановны - они перенимают и делают своей мерой вкуса. Секрет потребления гармонии, которым в совершенстве владела Марья Ивановна, они делают главной пружиной своей деятельности. Они становятся жрецами в храме, где поклоняются истине, добру и красоте, но никогда, ни на миг не забывают, что этот храм построила она - любимая, единственная Марья Ивановна.

Чего стоит прожитое?

Ученики факельщика жалеют людей, проживших жизнь впустую, и сочувствуют им. Но их собственная жизнь наполнена и прекрасна. Сколько книг прочитано! Сколько спектаклей и выставок видено и обсуждено! Столько переговорено в классе, в поле, и в лесу возле костра, и поздно вечером, когда ученицы прибегали выплакаться, утешиться и посоветоваться. Столько учеников идут позади - след в след.

Их удовлетворение прожитой жизнью - несомненно. Их уверенность, что жизнь была прожита счастливо, говорит только о крепости их желудков, способных переварить все; об их нетребовательности. Они просто не знают, что такое счастье, и принимают за счастье, как вы уже поняли, положительные эмоции (независимо от их количества! вот один из секретов Марьи Ивановны: уменье замечательно согреться даже у крохотного камелька).

Теперь припомним: когда наша жизнь наполняется смыслом?

Ответ: когда мы переделываем этот мир; когда на дубленой коже этой жизни мы оставляем свои неизгладимые насечки; когда мы разрываем свой территориальный императив.

А у факельщика собственная территория ограничена его телом, все остальное - мнимые владения. Значит, жизнь факельщика только озарена смыслом, отблесками его пламени. А наполнена она тем, что он успел переварить - с удовольствием и чувством отлично проведенного времени.

"ЧТО СДЕЛАЮ Я ДЛЯ ЛЮДЕЙ?.."

(Читателям, осознающим себя обывателями, рекомендуем эту главку не читать, дабы лучшие их чувства не были травмированы нашим святотатством)

Ну что, ерзаете от нетерпения? Ждете, когда, наконец, очередь и до Данко дойдет? Ведь не может быть, чтоб не дошла. Хотя... Данко - такой мощный контраргумент, что авторы, быть может, не рискнут встретиться с ним, сделают вид, что позабыли? попросту говоря - сдрейфят?..

Не надейтесь - не сдрейфим. Некого бояться.

Итак, что мы знаем о Данко?

Это был сильный и мужественный человек, из чего можно заключить, что его энергопотенциал был в норме. Еще нам известно, что он был строен и красив. Это - оценка окружающих, для которых он был привлекателен, поскольку они угадывали в нем знаки гармонии. Значит, и с психомоторикой у него было, по меньшей мере, неплохо. (По нашей классификации он был человеком на уровне чувств.)

А вот критичностью он похвалиться не мог. Отчего мы так думаем? Посудите сами: все его поведение в экстремальной ситуации свидетельствует, что он был типичным факельщиком; а факельщик не решает задач - критичность не позволяет; не в силах, но делает вид, что может, - такова его сущность!..

Для особливо непонятливых разъясняем.

Вы помните, когда на сцену выходит Данко?

Не в битве (поражение он мог облагородить - во имя положительных эмоций - известным поворотом: как мужественно мы сражались!.. мы сделали все, что могли...),

не в пути через дебри

(самоутверждение своей способностью преодоления, самолюбование - весь этот страшный путь он одолел, находясь в плюсе!), - нет,

он появляется, когда племя остановилось, когда отчаяние охватило всех, и черные думы стали подтачивать остатки их сил. Все плохо; кажется, от вездесущих отрицательных эмоций спасу нет. Но факельщик тем и замечателен, что любую ситуацию способен повернуть себе на пользу. Его рычаги - чувства. В нашем случае в Данко заговорило коллективистическое чувство, оно подсказало ему: выйди вперед. Новая эффектная роль мгновенно вернула его в привычную положительную фазу.

И тут случилось чудо: измученные, опустошенные, отчаявшиеся люди встали и пошли за ним. Откуда у них взялись силы?

Включилась энергия души.

Иначе говоря - неприкосновенный энергетический запас. Тот запас, который позволяет организму "держать" клетку, питать ее жизнедеятельность, не давать ей расплыться; тот, который поддерживает форму всех наших жизненных ритмов (сердечных, энцефальных и проч.); тот, который принимает на себя удар тяжелейших дистрессов, и помогает превозмочь смертельные болезни, и в экстремальных ситуациях удесятеряет наши силы.

Данко сработал как обычный факельщик - "поджег" толпу.

Для этого, как вы помните, необходимо выполнить три условия:

1) гореть самому,

2) гореть привлекательно - чтобы люди потянулись к огню,

3) гореть убедительно - создать необходимую температуру.

Расшифруем.

1) Ища комфорт, Данко принял на себя роль лидера - и его эмоции обрели положительный знак;

2) в этом состоянии он, конечно же, выглядел необычно среди унылой толпы соплеменников (это естественно: факельщик всегда является источником положительных эмоций - для всех);

3) он убедил племя, что знает, как решается задача.

Он действительно так считал. Разумеется - заблуждался. Но заблуждался искренне. Ну, разве это не решение? - "иди и придешь", "всему есть конец". Все правильно: прописные истины. Чтобы сделать - надо делать; чтобы достичь цели - надо к ней идти. И вот тут встает сакраментальный вопрос, тот самый, которому посвящена наша книга - как идти? Можно - как Данко - действовать на "авось": методом тыка. Можно - творчески: разглядеть задачу - и решить ее.

Вы уже поняли, в чем различие?

Цель одна, но результат разный.

Так на один и тот же сюжет, с одними и теми же героями, и даже при полном совпадении всех эпизодов, могут написать роман гений и графоман. Роман гения будет жить (и являться источником энергии и порождающим началом) в веках. Роман графомана прочитает до конца разве что его жена, да и той придется пережить такое количество отрицательных эмоций, что она постарается о нем забыть.

Но ведь в обоих случаях цель была одна! Вот только средства для ее достижения применялись разные. И конечно же, количество затраченной энергии там и там - несопоставимо. Ища и создавая гармонию, гений заставил работать весь свой фантастический энергопотенциал. И в гармонии - именно в достигнутой гармонии - как в аккумуляторе - этот энергопотенциал остался на веха. А сам гений вышел из этой работы еще более обогащенным: во-первых, чем больше отдаешь, тем больше остается; во-вторых, найденная гармония стала частью его существа, ключом к остальным дверям в открывшемся перед гением зале.

Энергопотенциал графомана ничтожен. А написание романа требует сил. Откуда их взять? Только из будущего. И графоман создает модель воображаемого успеха. Возникает поток положительных эмоций - энергия достаточная, чтобы создать текст, на который способен графоман. Что собой представляет этот текст? Это картина пространства души графомана; картина, которая вся - дисгармония.

Вот почему так тяжело, так неприятно, так невыносимо читать графоманов: приступая к чтению, мы надеемся припасть к источнику положительных эмоций, а вынуждены тратить свою энергию на защиту от этой чуждой дисгармонии.

Любопытный вопрос: кто же хвалит графоманов?

1) Те, кто не ощущает дисгармонии графоманского текста; значит, они смотрят в этот текст как в зеркало и видят в нем себя, любимого.

2) Те, кто привык облагораживать зло - значит, факельщики.

Теперь вернемся к Данко.

Если б у него была развита критичность, он бы увидел не только цель, но и задачу, а с его энергопотенциалом и психомоторикой, несомненно, бы ее решил. Но факельщик не видит задач; он просто идет к цели, потому что это - направление к источнику положительных эмоций. Узнали? - работает модель воображаемого успеха.

Толпа приняла эту модель, сделала ее своей. Наш Данко опять в выигрыше! Ведь он оказался не просто в фокусе внимания - он оказался в энергетическом фокусе толпы, он аккумулирует все ее флюиды - и от этого пылает еще ярче!

Пошли через дебри.

Пошли, пошли, пошли...

Но очень скоро энтузиазм стал падать. Отчего? Сработал первый парадокс метода тыка: чем дольше совершается работа, тем меньше уверенности в успехе.

Оно и понятно: энергопотенциал тратится, тратится, тратится, а реального продукта нет. Поэтому, чем ниже уровень энергопотенциала, тем все бледнее модель воображаемого успеха, тем слабее ее притягательная сила, а значит, и способность выкачивать энергию души. Это замедление продолжается до тех пор, пока совсем не исчезнет мираж воображаемого успеха. Что при этом происходит? Напрашивается ответ: новая остановка, Правильно. Но этот ответ передает только внешнюю сторону дела и ничего не объясняет. Точный ответ будет иной: наступил кризис. Почему? Сработал второй парадокс метода тыка: если работа идет по программе модели воображаемого успеха - энергопотенциал не возобновляется.

Напомним: первая остановка произошла, когда людей племени опустошило переутомление. Возобновляемый энергопотенциал был исчерпан. Оставалось только НЗ - и чувство самосохранения остановило беглецов.

Вторая остановка - это балансирование на краю пропасти.

Энергопотенциала осталось совсем ничего - только для поддержания жизни. Теперь ими руководил инстинкт выживания. Данко завел их в эти дебри - Данко должен умереть.

Что делать нашему герою? Ну, конечно же, решить задачу.

Какую? Любую.

Для чего? Чтобы сдвинуть ситуацию с мертвой точки.

Куда? В любую сторону будет вверх.

В этой истории наглядно проявилась главная особенность факельщика: как бы ни изменялась окружающая ситуация, его энергопотенциал и психомоторика (еще раз подчеркнем - от внешнего воздействия) не становятся меньше. Значит, он по-прежнему был способен решить задачу. Дело за малым: как ее увидеть?

Нужно прорваться на уровень ситуации, значит - прыгнуть выше себя, а для этого... вы правильно догадались! - где-то зачерпнуть избыточного, свободного энергопотенциала. Ну, быстренько соображайте, где его взять? - ведь счет жизни Данко уже идет на мгновения...

С едой? Самый бездарный путь: едой мы только поддерживаем свое существование. Специальными физическими упражнениями? - уже хорошо, но путь этот слишком долог, а энергопотенциал нам нужен сейчас, немедленно. Значит, остается последнее: нужно найти мощный источник положительных эмоций. А где его взять, если ситуация - кризисная, толпа - в состоянии аффекта...

Слава богу, что Данко был факельщиком. Аффект - это пик отрицательных эмоций. Достаточно облагородить аффект - и Данко снова в фокусе эмоций положительных. На колоссальной эмоциональной волне, достаточной, чтобы разглядеть задачу. Как мы уже уточнили чуть выше - любую, первую попавшуюся.

Толпе нужно показать решенную задачу, значит - свет. Истинный, самородный свет, а не тот, которым Данко привлекал до сих пор (как вы помните, факельщики светят отраженным светом). Значит, не эталон гармонии, а полноценное нравственное действие, которое всегда истинно гармонично. Иначе говоря, обладает колоссальной порождающей энергетической способностью.

В легенде это подано в виде образа: Данко разорвал свою грудь и вырвал из нее свое пылающее сердце. Сами понимаете, что факельщик способен на такое лишь раз в жизни, да и то под угрозой смерти.

Наша любовь к триаде подсказала: думайте; где-то здесь должен работать третий парадокс метода тыка. Искать долго не пришлось; как и все истины, он лежал сверху: если при кризисе аварийного энергопотенциала удается хотя бы еще раз ударить в ту же точку, модель воображаемого успеха воссоздается с первозданной яркостью.

Вот и все о Данко.

Как видите, народная мудрость далеко опередила современную психологию, запечатлев - все приключения нашей души с удивительной точностью. Единственно, где мы нашли отступление от истины - это в финале. Помните? - сердце погасло, и некто безликий предусмотрительно наступил на него, чтоб затоптать последние искры. Красиво. И мораль ясна: мавр сделал свое дело - мавр должен уходить; талант жертвует собой, а плоды пожинают посредственности. Очень популярная в наши дни вечная тема. Видимо, это не истинный текст, а отсебятина старухи. Потому что факельщик - уж такова его сущность -

1) не способен на талантливые действия и

2) всегда остается при своем интересе.

СКАЖИ МНЕ, КТО ТВОЙ УЧИТЕЛЬ...

Подозреваем, что никто из вас не обратил внимания на такую тонкость: хотя мы пишем о душе, на предыдущих страницах о ней почти не было речи. Взаимоотношения ученика и учителя рассматривались на технологическом уровне - уровне психомоторики: мысль - действие. Значит, был проанализирован лишь один из срезов взаимоотношений. А где же полная картина? Она возникает при соприкосновении душ ученика и учителя. Чего же недоставало в наших прежних рассуждениях? Фундамента души - ее территориального императива.

Условия задачи простые: три типа учеников, три типа учителей. Начнем с ученика, которого не истощили болезни, не сломали дошкольные учреждения, не подровняла под мерки обывательского прокрустова ложа семья.

ЭТО УЧЕНИК НА УРОВНЕ ИНТУИЦИИ

Его ЭПК оптимален; поэтому вокруг себя - на каждом шагу, куда ни повернется - он видит задачи; он их решает, даже не подозревая об этом, не замечая затрачиваемого при этом труда, поскольку счастье - его привычное состояние - сопровождает каждое его действие. Его территориальный императив практически не имеет границ. Он - свободен.

Какой учитель приходит к нему на урок?

Вероятнее всего (90%) - учитель на уровне эмоций. Его ЭПК минимален и едва обеспечивает самосохранение. Его территория ограничена собственным телом. Его свобода - в строжайшем (педант) соблюдении регламентов.

Как он реагирует на этого ученика?

Первая реакция - раздражение. Он не приемлет свободу этого ученика; огромный ЭПК вызывает в нем ощущение дискомфорта; необъятная территория (которую он не видит! Но инстинкт подсказывает, что перед ним terra incognita) его страшит; хотя он и не осознает этого чувства - отрицательные эмоции в нем возникают от одного взгляда на этого ученика.

Вторая реакция - отторжение.

Учитель пересаживает ученика на последнюю парту. Для чего? Это попытка компромисса: вижу, но делаю вид, что этого нет. Попытка отгородиться от неуютного эпк, не видеть подавляющую своими размерами территорию, игнорировать недоступно-сладостную свободу.

Третья реакция - подавление.

Любой компромисс недолговечен. Компромисс - всего лишь знак, что центробежные силы пока что слабы. Налившись отрицательными эмоциями, они превращаются в чувства злости, ярости, ненависти, негодования, отвращения, которые разрывают компромисс в клочки, пытаясь через аффект выйти к очищению.

Не выдержав противостояния (при компромиссе ученик подавляет его по всем параметрам), учитель проявляет свое главное качество - реактивность. Он становится агрессивным. Он говорит: "Я сделаю из тебя человека", - пересаживает ученика поближе к себе и сосредоточивает на нем все свое внимание. Остальных учеников для этого учителя практически больше не существует. С остальными он работает на автомате, на стереотипе, а всю силу души вкладывает в подавление ЭПК своей жертвы.

Вы уже знаете, как он это делает:

1) не дает расходовать энергопотенциал - и тем резко понижает его уровень;

2) гипертрофированным вниманием к дисциплине (дисциплине послушания) ограничивает двигательную активность ученика и его любознательность, - подавляя тем психомоторику;

3) заваливает его стандартными заданиями, вырабатывая навык стандартного подхода к любому вопросу, внушая убеждение, что в конце задачника уже есть ответы на все, - и тем, приземляя критичность ученика до уровня бытового самообслуживания.

Обратили внимание? - а ведь в основе всех трех его действий лежит одна цель: подавление энергопотенциала.

Вспомним средства его наращивания. Их тоже три:

1) положительные эмоции, 2) движение, 3) решение задач.

Первое, - для возобновляемого энергопотенциала. Два других - для основного.

(Напрашивается вопрос: а нет ли четвертого средства? А значит - и пятого? Ведь - поставив точку - утверждая: "только два" или "только три" - авторы тем самым постулируют ограниченность природы... Ни в коем случае! Но авторы - консервативны - (есть слабость), любят устойчивость и стабильность. Вот откуда их любовь к триаде. Но если найдутся желающие тянуть этот ряд дальше, считаем своим долгом предупредить:

1) тогда число придется доводить до семи (почему - подумайте сами), и

2) когда у вас это все же получится, вы убедитесь, что новооткрытые вами способы - всего лишь производные от первых трех.)

Всей этой премудрости наш учитель, конечно же, не знает. Да она ему и ни к чему! У него есть верный инструмент - педагогический шаблон, у него есть наработанный поколениями педагогов навык - применение шаблона; у него есть идеал - ученик, полностью соответствующий педагогическому шаблону.

Вот его действия.

1) Облагораживание зла.

Поскольку розги запрещены и в угол на горох коленями тоже не поставишь, он создает ситуацию, при которой и он сам, и его предмет, и вся школа в целом становятся для ученика источниками отрицательных эмоций. Занижение оценок, унижение, раздувание недостатков, и игнорирование достоинств, использование ярлыков, выставление на осмеяние - арсенал богатейший! И все это с единственной целью: самоутверждения. Самоутверждения за чужой счет. Любыми средствами он должен доказать себе, что он выше. Причем - самое ужасное! - мнимая победа его не устраивает. Вот когда ученик действительно энергетически иссякнет и превратится в жалкое, забитое, вздрагивающее от одного лишь взгляда на него существо, только тогда наш учитель угомонится и потеряет к своей жертве всякий интерес, поскольку она перестанет быть точкой опоры для самоутверждения - источником положительных эмоций.

2) Облагораживание послушания.

Ученик на уровне интуиции хватает мысль учителя на лету - и все последующие объяснения ему скучны. С заданием, которое нужно выполнить в классе, он справляется в считанные минуты - и тем обрекает себя на скуку безделья. Любую мысль учителя он поворачивает в неожиданную сторону и протягивает далеко вперед - и тут же хочет знать, прав ли он в своем умозаключении; но учитель его пресекает: "Не отвлекайся от темы урока", - и он опять встречается со скукой. Ему не страшно поскучать - энергопотенциал позволяет, - но природа требует пресечения отрицательных эмоций положительными. Их источники известны: можно ежеминутно менять позу; перекладывать тетради и учебники, рисовать чертиков и мушкетеров, играть в морской бой или шахматы, подсказывать товарищу по задней парте - у каждого свой излюбленный набор.

Если в варианте облагораживания зла действия учителя - мягко говоря - непедагогичны, а значит, и противозаконны (что даже он сам в минуты просветления - прилива энергопотенциала - не может не признать), то облагораживание послушания освящено и школьным уставом, и самой высокой педагогической наукой.

Инструмент облагораживания послушания - гиподинамия. Гиподинамия тела и гиподинамия мысли. Для первого: "Сиди ровно", "Не вертись", "Руки должны быть на парте: они или держат ручку, или не делают ничего", "Что ты увидел в окне? Смотри на доску". Для второго: "Не отвлекайся" (грех не повторить эту фразу, убийственную для любой живой мысли, как удар топором), "Смог сделать раньше других, - умей и потерпеть, пока товарищи тебя догонят"; и - шедевр педагогического безмыслия, облагораживания скопом всех собственных мифов и заблуждений - "Учись отдыхать"...

Лишенный движения, ученик утрачивает источник мысли; лишенный предмета мысли, он вынужден искать источники положительных эмоций в себе.

Выручает воображение.

Оно переносит в мир образов, грез, плывущих, эфемерных, перетекающих одна в другую фантазий. Их рождение имеет одну-единственную цель: создать предмет (образ) - независимый от внешних обстоятельств источник положительных эмоций. Последняя оставленная ученику возможность убить гибельную для него скуку!

Воображению не страшна неподвижность. Напротив! - неподвижность (а в идеале - покой) его обязательное условие.

Воображению не страшно и отсутствие мысли. Напротив! - любая мысль убивает воображение. Любое изменение в окружающем мире, любая новизна (без которой немыслимо творчество) гибельны для воображения.

Как же ему защититься от внешнего мира? как сохранить себя? Доказав свою необходимость, доказав свою компенсаторную достаточность; и может быть, даже первородство!

Оно претендует не больше не меньше, как на знак равенства между собой - и реальной жизнью. Оно претендует на весь былой территориальный императив ученика, убеждая его, что его возможности безграничны (оно с готовностью реализует его судьбу в любой, самой возвышенной, самой блистательной роли), но это всего лишь мнимое владение уже не принадлежащей нашему ученику территорией.

Значит - обман. О котором ученик даже не подозревает, потому что уже находится на уровне эмоций (воображение - тропическая оранжерея, дверь в которую находится между дверьми в шестиметровую кухоньку и в совмещенный санузел в крупнопанельных владениях человека на уровне эмоций), - значит, на уровне, когда он уже не чувствует тесноты и острых углов школьно-педагогического регламента, а учитель считает свою педагогическую задачу блистательно выполненной.

3) Облагораживание пассивности.

Критичность ученика на уровне интуиции изумительна. Он окружен задачами; вопросы, требующие немедленного ответа, не дают ему покоя. Он видит вокруг множество форм гармонии - и охотно откликается на них попытками создания собственных образцов. Несовершенство человеческих отношений - ложь, лицемерие, злоба - травмирует ему душу, которая требует от него активного вмешательства в устройство мира.

Как квалифицирует эти установки наш учитель?

1) фантазерство, 2) выпендривание, 3) донкихотство.

И предлагает встречную программу.

Он знает, что задач нет, и формулирует это просто: "все давно известно", "любое новое - это хорошо забытое старое".

Гармония для него - только источник положительных эмоций. А поскольку воспринимать их он способен лишь небольшими дозами, то ему достаточно яркости, неожиданности или пряности, но непременно пустых, иначе он сразу почувствует дискомфорт. Значит, его вполне устраивает кич штамп, эрзац, а когда ему указывают на это, он говорит: "У каждого свой вкус".

Он проповедник, он всегда и во всем стоит за добро, но несовершенство мира воспринимает философически: "Каждого можно понять". Его позицию тоже понять нетрудно: будь у него изрядный энергопотенциал, он мог бы позволить себе активность, а так - вынужден облагораживать зло, иначе, как себя убедишь, что грязных рук не бывает?..

Но одно дело - молиться этим идолам самому, и совсем, иное - внушить эту веру непосредственному, отважному и пытливому ученику. Неужели это возможно?


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 132 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 1 страница | ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 2 страница | ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 3 страница | ХОТЕТЬ - ЗНАЧИТ МОЧЬ 4 страница | Психомоторика 1 страница | Психомоторика 2 страница | Психомоторика 3 страница | Психомоторика 4 страница | Психомоторика 5 страница | Психомоторика 6 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Психомоторика 7 страница| Психомоторика 9 страница

mybiblioteka.su - 2015-2021 год. (0.079 сек.)