Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

ОБ ИГРЕ КАЧАЛОВА

ЭЛЕОНОРА ДУЗЕ | ОБ ИГРЕ ДУЗЕ | В.Ф. КОМИССАРЖЕВСКАЯ | ОБ ИГРЕ КОМИССАРЖЕВСКОЙ | ФУКС О МАСТЕРСТВЕ АКТЕРА | ГОРДОН КРЭГ | КРЭГ О МАСТЕРСТВЕ АКТЕРА | К. С. СТАНИСЛАВСКИЙ | СТАНИСЛАВСКИЙ О МАСТЕРСТВЕ АКТЕРА | В. II. НЕМИРОВИЧ-ДАНЧЕНКО |


Читайте также:
  1. Автодорожного моста через реку Учу между дер. Набережная и пос. Образцово в продолжение ул. Качалова.
  2. Качалова Наталья Германовна

...У Качалова нет пламенного темперамента, кипучей, разливающейся горячею лавою страстности, бурности, нет пламенного пафоса. Я думаю, самые слабые в исполне­нии Качалова — те моменты и те роли, где нужна эта горячая лава.

Но у него есть другое— гений обаятельности на сцене.

...И это делает его первым героем русской сцены...

Чудодейственно влияние радия. Что-то подобное есть в таланте, в самой артистической личности московского любимца.

...Талант Качалова гибкий и разнообразный. И он — слишком большой художник, чтобы все подчинять под себя, а не себя подгонять образам поэта. Он — наивно добродуш­ный царь берендеев, и он—злой и остроумный Анатема, он — веселый, жизнерадостный Пер Бает и он— скорбный, тоскующий о смерти Гамлет, Яльмар и Иван Карамазов. Самые различные грани человека, души, антиподы, яркие кон­трасты. И все грани играют верным и сильным светом, кон­трасты не скрадены. Все они поняты и показаны в полноте жизненного содержания. Но все-таки через все прошло то основное чувство Качалова-актера и в каждом что-то осторож­но изменило, вплело в душевный аккорд образа свою тихую, но улавливаемую ноту.

Н. Эфрос. «Два силуэта». «Москов­ский художественный театр», изд. жур­нала «Рампа и жизнь», т. II, стр. 7—8.

...Иванов отравлен вечной неудовлетворенностью. 0бщественное дело, за которое он взялся с горячностью (Иванов за все берется горячо), так же скоро опротивело ему, как и рациональное хозяйство. В период своего подъема юн увлек Сарру и увлекся ею. Но подъем миновал—и «она все еще любит меня, а я...» Ивановым, все время мучая и на­дрывая их души, издавна присуща как бы бспредметная, органическая способность к пресыщению. В наше время та­кое свойство духа стали считать болезнью и называть невра­стенией. И Качалов нисколько не повинен в том, что, играя Иванова, по общим отзывам, играет «неврастеника».

Мягкий голос, изысканность в нервных движениях, не­которая, очень тонко подмеченная поза, рисовка человека, привыкшего к тому, чтобы на него смотрели, его слушали; красивые «страдальческие» глаза... В минуты раздражения все это внезапно спадает с Иванова, и остается измученный, сам не могущий осмыслить своего мучения, глубоко несчаст­ный человек. Глаза тускнеют, голос становится жестким и крикливым, движения—резкими, мелкими, суетливыми, все лицо преображается в гримасу мучительной, почти живот­ной боли. Качалов выделяет в Иванове боль его личной не­удовлетворенности, о которой Иванов очень охотно длинно рассуждает и которой все-таки не может объяснить. Потому и рассуждает, что не может объяснить.

...Исполнение Иванова Качаловым вполне соответствует мысли автора и привлекает необыкновенной тонкостью изо­бражения.

П. Ярцев, из сборника «Критика о Качалове», М., 1914, стр. 64—65.


Дата добавления: 2015-08-17; просмотров: 43 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
НЕМИРОВИЧ-ДАПЧЕНКО О МАСТЕРСТВЕ АКТЕРА| ОБ ИГРЕ МОСКВИНА

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.005 сек.)