Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Геи и лесбиянки

Общий обзор | Вступление | Определение типа личности своего партнера | Поведение: изнутри наруЖу или снаруЖи внутрь — вулканы им приливы? | САМОАНАЛИЗ для ОПРЕДЕЛЕНИЯ «АКТЕРСКОГО» ТИПА | РАННИЕ КОРНИ «АКТЕРСКОГО» СЕКСУАЛЬНОГО ТИПА | ПЕРЕСМОТР собственных ожиданий | ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ваших интимных отношений | Актерские» сексуальные игры | Озабоченность деталями |


В этой книге задача установления духовной близости между партнерами будет иллюстрироваться примерами из жизни гетеросексуальных пар. Однако моя клиническая практика свидетельствует о том, что геи и лесбиянки ис­пытывают во многом те же проблемы в формировании продолжительных отношений, что и двуполые пары. Ина­че говоря, личностные типы не зависят от пола. И геи, и гетеросексуальные мужчины могут нести в себе черты ак­терского, невротического или нарцисстического типа. В равной степени лесбиянки, как и гетеросексуальные жен­щины, сталкиваются с проявлениями зависимости, застен­чивости или социопатии.

Эта книга окажется для вас полезной, независимо от вашей сексуальной ориентации, потому что в фокусе на­шего внимания будут находиться типы личности. А сек­суальный тип является следствием личностного типа каж­дого конкретного человека.

Глава 1 Любовники-«актеры»

Если ваш партнер эмоциональный кузнечик: от «совершенно восхитительно!» до «невероятно отвратительно!» и обратно

Итак, начнем! Вам, наверное, любопытно узнать, каково это — быть психоаналитиком? Интересно понять, о чем он думает, выслушивая «психов», и как определяет, что им посоветовать? Возможно, вы хотите чувствовать себя уве­реннее в общении со своей подрастающей дочерью, кото­рая жалуется подругам, что ее «предки застряли в камен­ном веке»? Что ж, считайте, что вам повезло. Добро пожа­ловать! Я крепко возьму вас за руки, и мы вместе отпра­вимся в путешествие. В нем мы встретим множество са­мых разных людей, проанализируем поведение каждого и попытаемся понять его. Среди наших новых знакомых будут мои пациенты, их друзья и члены семей.

Читая эту книгу, вы постепенно начнете понимать спо­соб моего мышления. Вы будете учиться, наблюдая. Вы разбудите психолога, который дремлет в каждом из вас. И, к своему удивлению, обнаружите, что знаете о психоло­гии куда больше, чем вам казалось.

Профессиональные психологи не волшебники. В своей работе мы не используем колдовство или магию. Просто мы воспитываем в себе обостренную наблюдательность, развиваем способность обнаруживать в людях те черточ­ки характера, которые проходят мимо внимания других. В первую очередь мы обращаем внимание на те признаки, которые проявляются снова и снова. Они и являются клю­чиками к пониманию типа личности.

Именно этот тип делает человека таким, каков он есть. Тип личности можно сравнить с человеческим скелетом. Кожа и мышцы обтягивают скелет, который в свою оче­редь защищает уязвимые внутренние органы. Кости опре­деляют строение всего тела и предохраняют от поврежде­ний мягкие ткани. Так и манера поведения каждого чело­века является «скелетом» его личностного типа. Все при­сущие определенной манере поведения признаки возни­кают на этой изначальной основе. Следуя за мной по стра­ницам этой книги, вы научитесь распознавать поведен­ческие скелеты (типы), определяющие поступки каждого человека. Вы сами станете в какой-то степени психолога­ми. Конечно, если вы планируете сделать карьеру в психо­анализе, вам придется поступить в университет и изучить теории личности, психопатологию и другие подобные дис­циплины. Но если ваша цель заключается в первую оче­редь в более глубоком понимании себя самого и близких людей, вы сможете узнать много нового, что поможет вам поднять собственную жизнь на качественно более высо­кий уровень. Это можно сравнить с наблюдением за ди­зайнером, который оформляет ваш дом в течение несколь­ких месяцев. Возможно, эти наблюдения не сделают вас столь квалифицированным специалистом, чтобы откры­вать собственное дело, однако они дадут вам определен­ные знания, пользуясь которыми вы сможете правильно выбрать ковер и со вкусом подобрать обстановку для сво­его дома.

Но хватит разговоров. Приступим к делу. Пора прини­мать нашего первого пациента. Я буду вести беседу, а вы тихонько сидите в уголке и наблюдайте за тем, как я это делаю. Замечайте, на что я обращаю внимание.

СЮЗЕТТА

С наигранной небрежностью «Сюзетта» устраивается на обтянутой кожей кушетке. Судя по карточке, стара­тельно отпечатанной моей секретаршей, ее зовут Сюзанна.

Я начинаю:

— По телефону вы представились Сюзеттой, а на кар­точке написано, что ваше имя Сюзанна. Как бы вы хотели, чтобы я вас называл?

— Сюзанной назвали меня родители, но это показалось мне настолько скучным, что, перейдя в седьмом классе в новую школу, я сказала всем, что меня зовут Сюзетта! (Хи­хикает.) Кстати, а как бы вы хотели, чтобы я обращалась к вам? Я должна называть вас доктором? (Опять хихикает.)

Раздумывая над ответом, я незаметно рассматриваю Сюзетту. На внешних краях ее век хорошо заметны мелкие морщинки, которые не может скрыть даже густой слой косметических теней. Когда она хихикает — а делает это она так часто, как будто отмечает смешком каждую запя­тую в произнесенных предложениях, — морщинки обра­зуются и в уголках рта, явственно просматриваясь сквозь наложенный грим. Состояние кожи лица соответствует воз­расту сорокапятилетней, как это указано в ее карточке, однако ничто больше в ее облике не подтверждает, что моя пациентка находится в поре зрелости.

Ее театральные интонации и произносимые с придыха­нием слова кажутся еще более искусственными на фоне не соответствующей им нервозности, которую она пытает­ся спрятать за смехом. Косметика наложена карикатурно — слишком обильно, что делает ее похожей на проститут­ку. Светящиеся слова «Heavy Metal» на туго обтягиваю-

ей ее майке настолько притягивают взгляд, что отвлекает внимание от не обремененной бюстгальтером груди моей посетительницы. Ее мини-юбка — да здравствуют шестидесятые! — едва прикрывает трусики. Если попы­таться односложно -описать ее внешность, то наиболее под­ходящим словом будет «несочетаемость». Она выглядит беззащитной и вместе с тем искушенной, наивной и в то же время чувственной, выставляющей себя напоказ и зас­тенчивой, внешне безразличной, но страстно жаждущей внимания. Она пытается быть соблазнительной, но ей явно недостает женственности. Она кажется двенадцатилетней девочкой, играющей роль взрослой женщины, старающей­ся выглядеть двадцатичетырехлетней обольстительницей, но не знающей, как этого добиться.

— А как бы вы сами предпочли называть меня? — за­даю я встречный вопрос.

— Господи! Ну, я не знаю... (Хихикает.) «Доктор» вроде как нагоняет на меня страх. В детстве я всегда боялась докторов.

— Что ж, предположим, вы будете называть меня мис­тер Береж. Это вас не так пугает? Слово «мистер» кажется вам менее страшным, чем «доктор»?

— Конечно! Еще бы! В любом случае, вы здесь глав­ный... Правильно? (Хихикает.) Только у меня от этого ме­ста мурашки по спине бегут!

— Мурашки?

— Ну! (Хихикает.) Эта здоровая кушетка и всякие ко­жаные кресла прямо как в кино про психиатров, знаете, все такое большое и дорогое. (Хихикает.) А вы сами! Эта борода, да и вообще весь ваш вид! Мне всегда было инте­ресно попасть к психиатру, и вот теперь — надо же! — я здесь. (Хихикает.) Я уже прямо чувствую, как у меня моз­ги шевелятся от одного вашего взгляда! (Долго хихикает.)

— Итак, что вас привело ко мне? Чем я могу быть вам полезен?

— О Господи! Я толком не знаю, как об этом расска­зать, поэтому просто выложу все напрямую. У меня не бывает оргазмов — по крайней мере, мне так кажется, —

но зато вы бы видели, как я работаю ртом! Во всяком случае, мужики так считают. (Хихикает.) За все время ни одной жалобы не поступило.

Она на мгновение прерывает свою скороговорку и мед­ленно проводит кончиком языка по внутренней стороне чуть припухшей верхней губы. Ей льстит мое внимание, и она продолжает выполнять свое оральное упражнение с мастерством опытной танцовщицы из стриптиза.

— Я вот думаю, может, мне плюнуть на все эти оргазмы и полностью посвятить себя тому, что у меня получается? (Смеется.)

Сеанс продолжается менее пяти минут, я никогда рань­ше не встречал эту женщину, и, тем не менее, она расхва­ливает мне свои способности делать минет с такой гордос­тью, как будто рассказывает о том, что лучше всех в городе печет булочки с шоколадом.

— Один раз попробовав меня, — продолжает она, — они всегда возвращаются!

На протяжении всех последующих недель я всегда знаю, когда приходит Сюзетта, — секретарше даже нет необхо­димости сообщать мне об этом, включая встроенную в мой стол лампочку. Как карета скорой помощи оглушитель­ной сиреной предупреждает всех, что ее водитель не наме­рен притормаживать на перекрестках, так и смех Сюзетты, сопровождающий ее заигрывания на бегу, дает мне по­нять, что она приближается к кабинету. Она обменивается шутливыми репликами, никогда не переходящими в сколь­ко-нибудь серьезную беседу, с каждым, кто встречается на ее пути. Неустанно флиртуя с уборщиками и охранника­ми, она как магнитом притягивает к себе всю мужскую часть обслуживающего персонала клиники, с готовностью реагирующую на ее инициативу.

Обо всей жизни Сюзетты (как и об ее отношениях с окружающими) с большой долей определенности можно сказать то, что эта бурная манера поведения создает вок­руг нее ауру непрекращающегося хаоса. Она не чувствует себя взволнованной, виноватой, мучающейся угрызениями совести или подавленной, как большинство моих пациентов; любые негативные чувства, которые ей доводится ис­пытывать, мгновенно смываются бурным потоком бушу­ющих в ней эмоций. Наш еженедельный час терапии она рассматривает как возможность выступить главной геро­иней собственного эротического шоу, в котором она в крас­ках описывает мне все «приключения», случившиеся с ней с момента нашей предыдущей встречи, скорее даже не рас­сказывая о них, а вновь переживая. Ее охватывает смуще­ние и замешательство, когда я пытаюсь анализировать ее похождения или интерпретировать поведение. Создается впечатление, что она просто не способна проникнуть в суть собственных поступков. Она не является умственно отста­лой, и коэффициент интеллектуального развития у нее не ниже среднего, но ее нервное хихиканье и нежелание трезво и здраво взглянуть на саму себя заставляют думать, что у моей пациентки «ветер в голове».

Она весело и беззаботно рассказывает мне о своих мно­гочисленных встречах с «грязными» клиентами «Острова наслаждений», порнографического магазинчика, в котором она работает неполный день, но обижается, когда я выска­зываю предположение, что, «продавая фаллоимитаторы и надувных блондинок, она вряд ли может рассчитывать на встречу с принцем на белом коне». Она взахлеб повеству­ет о своей победе в любительском конкурсе на лучшую грудь, проводившемся в захолустном стриптиз-баре, и во­сторженно сообщает, что в результате смогла познакомиться с «кучей сказочных парней», но мое замечание, что такие связи у нее никогда не продолжаются дольше недели, ос­тавляет ее безразличной.

Что касается гарнира к такому «фантастическому» об­разу жизни Сюзетты, то ее предпочтения колеблются глав­ным образом между «мыльными операми» и двумя теле­каналами для взрослых. Иногда она смотрит по телевизо­ру подвергшиеся цензуре фильмы в жанре «откровенной» эротики, но с неподдельной горечью в голосе жалуется, что «они повырезали все самое интересное, а это ущемляет мою свободу — мы ведь живем в Америке, или я ошиба­юсь?» На мой вопрос, выписывает ли она газеты, Сюзетта отвечает, что новости обо всех неприятностях она узнает из заголовков статей, которые прочитывает в витрине га­зетного киоска напротив винного магазина. «А вообще, — с грустью сообщает она, — новости нагоняют на меня тос­ку. Если я когда и покупаю газету, так только «Нэшенал Инквайрер». У них, по крайней мере, есть что почитать!» И сразу же делится со мной самыми последними сведени­ями о воскрешении Элвиса, высадке марсиан и рождении двухголовых детей, отмахиваясь от моих вопросов о досто­верности подобной информации.

Одна из основных проблем поддержания отношений с «актерами», подобными Сюзетте, заключается в том, что они до такой степени находятся под влиянием бурлящих в них чувств и переполняющих их эмоций, что в их жизни почти не остается места и времени для размышлений, планирова­ния или логики. Однажды, например, Сюзетта появилась в клинике без предварительной договоренности, настаивая, что ей необходимо увидеть мистера Бережа немедленно! Я смог выделить для нее время своего обеденного перерыва. Воз­дух в моем кабинете чуть ли не трещал от электрических разрядов переполнявшего ее возбуждения.

— О-о-о-о-о, мистер Береж, я... я...

Она не могла перестать заикаться, стараясь облечь в слова царивший в голове хаос. Ее зрачки расширились от волнения, а все тело сотрясалось мелкой дрожью.

— Я... я просто должна была увидеть вас сегодня, — продолжала она, — потому что наша вчерашняя встреча — это самое потрясающее из всего, что когда-либо случа­лось со мной в жизни! Она полностью изменила мой взгляд на все, что меня окружает! У меня такое чувство, что я вышла от вас совсем другим человеком! И теперь я уже никогда не стану прежней!

Это звучало, по меньшей мере, любопытно. Я мысленно пролистал свои записи о нашем сеансе, состоявшемся на­кануне, но не нашел в них ничего из ряда вон выходяще­го. А Сюзетта продолжала:

— Эта терапия действительно дает плоды! Мне кажет­ся, что я родилась заново, — не так, знаете, как эти чокнутые богомольцы, — у меня такое ощущение, что я превра­тилась в нового человека!

За те несколько месяцев, что я работал с Сюзеттой, я уже успел свыкнуться с ее склонностью к драматическим эффектам, приправленной изрядной долей любви ко всему сенсационному. Но теперь даже я был готов поверить, что брошенные мною в ее сознание семена действительно дали долгожданные всходы. Я еще раз мысленно обратился к нашему последнему сеансу, что не составило труда, так как он имел место накануне, но опять не смог обнаружить в нем ничего экстраординарного. Любопытство охватило меня с новой силой, однако Сюзетта замолчала, полностью погрузившись, как мне показалось, в свой внутренний мир.

— Прошу вас, — подбодрил я ее, — продолжайте, рас­скажите, что именно вчера произвело на вас такое глубо­кое впечатление?

— В том-то все и дело...

Голос ее задрожал, а глаза увлажнились слезами.

— Поэтому мне и было необходимо увидеть вас сегодня, — жалобно пробормотала она. — Я совершенно не помню, о чем мы разговаривали!

Все воспоминания, которые остались у Сюзетты о на­шем вчерашнем сеансе — или, если быть до конца точ­ным, обо всех предыдущих сеансах, — были не мыслитель­ного, а эмоционального характера. У «актеров» эмоции пре­валируют над мышлением, чувства доминируют над логи­кой. Полностью ли захлестывают эмоции человека, подоб­но мощной приливной волне, как это было в случае Сюзет­ты, или периодически накатывают на него маленькими волнами, что более типично для обычных «актеров», имен­но чувства являются для них главенствующими, тогда как роль мышления сводится к минимуму или отрицается вообще. Вот почему Сюзетта была не в состоянии вспом­нить, о чем мы беседовали накануне, несмотря на то, что наш разговор тронул ее до глубины души.

Итак, вы познакомились с Сюзеттой! В жизни вам едва ли встретится столь же яркий представитель «актеров». В ней воплотилось подавляющее большинство характерных для этого типа личности черт. Чаще «актеры» обла­дают по меньшей мере четырьмя из перечисленных ниже признаков:

1) постоянные требования или поиски утешения, одобре­ния или похвалы;

2) чрезмерные проявления сексуальности в поведении или внешнем виде;

3) болезненная забота о собственной физической привле­кательности;

4) неадекватно бурное выражение эмоций, например: пылкие объятия с едва знакомыми людьми, неконтролиру­емый плач или смех в объективно не требующих про­явления глубоких чувств ситуациях, частые «присту­пы» перемены настроения;

5) стремление находиться в центре внимания и ощущение дискомфорта, когда это не удается;

6) проявление быстро меняющихся и поверхностных эмо­ций;

7)эгоцентричность, направленность всего поведения на не­медленное получение удовольствий, неспособность ми­риться с отсрочкой или невозможностью получения удо­вольствий;

8) крайне эмоциональная манера мышления и ведения разговора, неумение концентрироваться на деталях, напри­мер: на просьбу описать отца отвечают: «Он просто классный, точно, именно классный!» и оказываются не в состоянии развить мысль.

Таков психологический портрет «актера». Эти призна­ки являются основой его личности, его поведенческим «ске­летом». Хотя вам нечасто придется встречать людей столь эмоционально несдержанных и интеллектуально неорга­низованных, как Сюзетта, вы, вероятно, сумеете распознать личность, обуреваемую чувствами, которые к тому же мо­гут меняться с головокружительной скоростью. Такой че­ловек, возможно, не будет обрушивать на вас всю мощь своего эмоционального потенциала, что было характерно для Сюзетты, но вы тем не менее невольно спросите себя: «Неужели это серьезно?» Более ясно представляя себе, что происходит с такими людьми, вы научитесь правильно ве­сти себя с ними — и на работе, и в магазине, и в собствен­ной постели.

Ключ к пониманию их лежит в знании того, что «акте­ры» посвящают себя сексу, религии или делам со страст­ной эмоциональностью, которой сопутствует минимум трез­вых размышлений. Часто захлестываемые чувствами, на­кладывающими неизгладимый отпечаток на их умствен­ную деятельность, они не в силах найти в себе прочную интеллектуальную основу, которая могла бы подавить их эмоции. «Актеры» подобны спортсменам, занимающимся серфингом, — они находятся в постоянном поиске новой эмоциональной волны, всегда надеясь, что следующая ока­жется выше предыдущей.

Обычные «актеры»

Теперь, познакомившись с Сюзеттой, представляющей собой клинический пример «актера», вы вправе спросить: «А как же практически определить «актера»?» или: «Как установить, что мой супруг принадлежит к этому типу?» Или, что еще более важно: «А какая, собственно, разница? Почему это должно меня волновать?» Хорошие вопросы.

Большинство «актеров», которые могут повстречаться вам в жизни, не будут столь же безудержно эмоциональ­ны, как Сюзетта. Но, тем не менее, каждый из них чем-то напомнит вам ее. Если вы будете знать, к чему прислуши­ваться, то непременно услышите «актерский» лейтмотив в исполняемой оркестром мелодии и узнаете его, как му­зыкальную тему хорошо знакомого кинофильма, времена­ми нарастающую до мощного крещендо, но чаще служа­щую фоном действию, происходящему на экране.

Нужно ли это? Если ваш любимый или супруг принад­лежит к «актерскому» типу, а вы не можете настроиться на одну с ним волну, то его эмоциональные приливы и отливы вполне способны будут вывести вас из равновесия. Все ваши попытки обсудить какие-то проблемы, постро­ить планы на будущее или извлечь уроки из прошлых ошибок рухнут так же легко, как испаряется роса с травы в жаркий летний день. Пытаться делать акцент на логику при общении с близким вам «актером» — все равно, что стараться прошибить лбом кирпичную стену.

Если же, напротив, вы отдаете себе отчет, что таков лич­ностный тип вашего любимого человека и изменить его не в ваших силах, то сможете найти новые пути подхода к нему, которые избавят вас от многих разочарований и по­зволят перестать задумываться о разводе.

На следующих страницах я поделюсь с вами мыслями о том, где проводить пограничную линию, иначе говоря, в чем можно уступить, а когда необходимо настаивать на переменах. Но правильное установление границ в каж­дом конкретном случае требует понимания человека, с которым вы имеете дело, и именно развитию такого пони­мания посвящена остальная часть этой книги. Встречаясь на ее страницах с представителями самых разнообразных типов, вы постепенно начнете понимать, как правильно вести себя со своим супругом или любимым человеком, учитывая тип его личности. Кроме того, вы станете лучше понимать личностные стили своих начальников, сослужив­цев, друзей и членов своих семей.

«ДОЛЛИ» И РЕКС

А теперь я хочу познакомить вас с «Долли» и Рексом — обычными «актерами», каких вы наверняка можете встретить по соседству, на работе или даже в собственной спальне. Каждый из них по отдельности принадлежит, условно говоря, к «мягкому» варианту этого типа, но, ока­зываясь вместе, они провоцируют друг в друге проявление ярко выраженных «актерских» черт.

Мы с Рексом оказались в одной паре во время партии в гольф. Я был поверхностно знаком с ним, но близко нам прежде не доводилось общаться, так как он обычно при­нимал участие в игре на правах приятеля одного из чле­нов нашей компании. Итак, в тот субботний сентябрьский день фортуна ему явно не благоволила, и, поскольку на

двоих у нас был один кар, мы провели довольно много времени в поисках мячей. К тому моменту, когда мы про­шли, наконец, девять лунок, я уже имел полное представ­ление о том, что выбило его из колеи и не дает возможно­сти сосредоточиться на игре, лишая удары точности. На прошлой недели из-за Долли его жена подала на развод.

— И все только потому, что я чуть повалял с ней дура­ка, — уныло пожаловался Рекс.— У нас с ней даже ничего и не было, — продолжал он. — Если бы я знал, что все так обернется, уж я б в тот раз ни за что не отступился! — Губы его чуть искривились в легкой усмешке, из чего я сделал вывод, что он скорее гордится собой, чем сожалеет об упущенном шансе, и напряжение, сковывавшее до того его движения, немного ослабло.

Характерной чертой Рекса, квалифицированного водо­проводчика, была какая-то юношеская наивность, делав­шая его похожим на девятнадцатилетнего студента, а не на двадцатисемилетнего отца двоих детей. Он считал, что «только работа и никакого веселья» — это не для него. На службе оживление работы весельем выражалось в его флирте с приемщицей заказов по прозвищу «Долли» (ко­торую в действительности звали Дианой) — до начала рабочего дня, когда он забирал заказы, а иногда и после него. Свое прозвище («Куколка») она получила в первый же день появления на работе благодаря соломенному цве­ту волос, протяжному южному выговору и невероятным размерам груди, соблазнительно раскачивавшейся при каждом ее движении. Все сотрудники мужского пола ре­агировали на нее, как бык на красную тряпку. «В любое время, когда бы она ни пожелала, я с радостью подставлю под нее свою физиономию!» — со смехом заявлял один водопроводчик. «А я готов испустить на ней дух!» — вто­рил ему другой. Так все и продолжалось — к радости мужчин и негодованию их жен.

Долли развилась рано и к четырнадцати годам выгля­дела уже на все двадцать. Не удивительно, что это сделало ее объектом пристального мужского внимания. В школе у учителей-мужчин она с легкостью получала незаслуженно

j высокие оценки, а свиданий на ее счету только за месяц s было больше, чем у любой из ее сверстниц за всю жизнь. Долли понимала толк во флирте, но и Рекс был в этом искусстве не новичком. Их полные эротических намеков игры начались уже через неделю после того, как Долли поступила на службу. Рекс только что купил новый пи­кап с полным приводом. Их пикировка за чашкой кофе была совершенно типичной. Рекс сказал:

— Хочешь посмотреть, что у меня есть? Долли ответила:

— Конечно! А ты правда покажешь?

— Он больше, чем ты думаешь, — поддразнивал ее Рекс.

— Не сомневаюсь! Когда начало шоу?

— Жди меня на задней стоянке перед перерывом... Я серьезно. Тогда узнаешь, чего я стою.

— Ха! Все вы горазды только языком трепать, а как до дела доходит...

Такой ответ буквально «завел» Рекса. Долли никогда не лезла за словом в карман. Но на этот раз наступит ее очередь удивляться. Не сегодня, так завтра она увидит его новый грузовичок. В его кругу новый пикап был главной темой всех разговоров. Это железное чудо являло собой фаллический символ, доказывавший, что его хозяин — на­стоящий мужик. Высокая посадка и пригодные для лю­бых условий покрышки необходимы автомобилю не за­тем, чтобы ездить по четырехфутовым сугробам, а потому что в наше цивилизованное время у определенных пред­ставителей homo sapiens немного других способов заявить о своих претензиях на лучшее место под солнцем.

На следующий день они встретились на задней стоянке.

— О-о-о-о-о! — простонала она. — Это... это просто фан­тастика! Невероятно! Прокати меня! Ну, пожалуйста!

Кончиками пальцев она нежно, чувственно провела по блестящей дверце автомобиля, как могла бы провести, по­думал он, по его телу.

-— Он оснащен лебедкой со стофутовым кабелем, кото­рая устанавливается на передке, если я забуксую, чтобы можно было зацепиться крюком за дерево и вытащить

его из колеи. — Затем, подмигнув, Рекс добавил: — Нет ничего лучше лебедки на передке.

Это замечание не прошло мимо внимания Долли, кото­рая тут же ответила:

— Ты сказал «лебедка»? Может, это ты меня называ­ешь «лебедкой»? Такого я о себе еще не слышала! Или ты имеешь в виду, что хочешь меня на передке своего красав­ца? — Долли вызывающе потерлась низом живота о хро­мированный передний бампер. — Люблю хром, — чув­ственно прошептала она.

Долли не заметила наклейку на бампере, утверждав­шую, что «Буровики сверлят глубже», которой еще только предстояло в будущем привлечь к себе ее внимание.

Большинство коллег Рекса, упоминая своих жен, называ­ли их не иначе, как «моя старушка», игнорируя тот факт, что эти «старушки» были моложе тридцати и сидели в основ­ном дома с детьми дошкольного возраста. Не приходится удивляться, что Долли сразу стала объектом ненависти со стороны всех без исключения супруг водопроводчиков.

Все происходящее казалось Рексу безобидной забавой, но Бренда, его жена, была на этот счет другого мнения. Ей были прекрасно известны все женские уловки, и она легко подмечала, когда кто-нибудь задумывал положить глаз на ее мужа. Рекс, в свою очередь, был куда более наивен. Он действительно не понимал, почему Бренда «поднимает столько шума» из-за этого безобидного флирта между со­трудниками. По сравнению с теми «шалостями», которым он предавался в более юном возрасте, то, что происходило у него с Долли, было просто образцом скромности.

Из признаний Рекса во время партии в гольф я узнал, что его эротическое воспитание началось еще в раннем детстве, когда мать-алкоголичка отказалась от родительс­ких прав на Меган, старшую сестру Рекса. Меган, нахо­дившаяся тогда в подростковом возрасте, с радостью вос­приняла неожиданно свалившуюся на нее неограничен­ную свободу и отсутствие необходимости отчитываться перед кем бы то ни было в своих поступках. Она уже тогда очень интересовалась мальчиками, а так как Рекс

был ее единственным братом, то постоянно изобретала все­возможные эротические игры, в которые они и играли вместе. Любимой игрой у них была «Больница» (с обхо­дом «врачом» «пациентов»), а второе место занимала «Школа» (в которой «учитель» применял к непослушным «ученикам» меры физического воздействия). Кроме того, в высокой траве прилегавшего к дому луга они регулярно устраивали подобные игры с соседскими детьми. Хотя Рекс и не припоминал, что бы они занимались откровенным сексом, о тех «забавах на лугу» у него остались воспоми­нания, как о самых необузданных эротических играх с минимумом ограничений.

Сексуальный тип «актеров»

«Актерский» сексуальный тип имеет больше шансов раз­виться у человека в том случае, если детство его было на­полнено сильными или неадекватными эротическими впе­чатлениями. Ребенок, испытавший слишком ранний или чрезмерный сексуальный опыт, в детстве часто чувствует склонность к подобного рода переживаниям, но впослед­ствии отрицает это. Такие дети, став взрослыми, фокусиру­ют свое внимание преимущественно на физической, сексу­альной стороне отношений и оказываются не способными столь же ярко воспринимать другие качества личности.

Именно это и произошло с Рексом. Ядром всей его жиз­ни являлись «приземленные» физические отношения, и потому он был искренне удивлен и озадачен тем, что его флирт с Долли так расстраивает Бренду. Для него проис­ходящее ничем не отличалось от того, что было всегда, от того, к чему он привык. Как рыба не осознает того, что она мокрая, так и Рекс едва ли понимал, что его поведение не отвечает принятым нормам.

Однажды в пятницу, когда очередная словесная пики­ровка до предела распалила Рекса и Долли, он сказал:

— Сегодня после работы мы с ребятами собираемся зай­ти в бар, пропустить по паре стопочек... Как насчет того, чтобы присоединиться к нам? Пойдешь?

— Конечно! — охотно согласилась Долли. Тем же вечером, изрядно выпив и вволю натанцевав­шись, Рекс на своем новом пикапе вез Долли к ней до­мой. Несколько раз по дороге он задумывался, стоит ли это делать. Он, конечно, предупредил жену, что собирается с ребятами в бар и, вероятно, придет домой поздно, однако целая куча народа видела, как он отплясывал с Долли, а в этом городишке сплетни имеют особенность распростра­няться с удивительной скоростью. И все же вскоре он уже поднимался по лестнице ее дома, а затем, едва успев зак­рыть за собой дверь, они бросились в страстные объятия друг друга. Он погрузил разгоряченное лицо в ее пышную грудь, а она тем временем лихорадочно расстегивала и застегивала молнию его джинсов.

Его рука опустилась на мягкую кожу ее ноги чуть выше колена. Ее дыхание стало резким и прерывистым. Сейчас все свершится. Дойти до этого и остановиться — так про­сто не бывает. Это все равно, что залезть в холодильник за вожделенной шоколадкой, которую строго-настрого зап­ретили трогать, отломить от нее кусочек, положить осталь­ное назад и не съесть кусочек, оставленный себе. Выпи­тый алкоголь уже успел полностью раствориться в крови и теперь решительно смывал остатки робких мыслей о сохранении верности Бренде. Долли, в свою очередь, не предпринимала никаких попыток остановить его.

Но неожиданно все изменилось самым решительным образом. Когда его пальцы уже проникли под край ее тру­сиков, Долли вдруг застыла.

— А что если Бренда узнает? Лучше мы не будем пере­ходить границы. А Чак вообще убьет нас обоих, если толь­ко узнает, что мы вообще собирались заняться этим!

Бренда! С чего это Долли вдруг вспомнила о ней? А Чак? Раньше она о нем почти не упоминала. Рекс знал, что у нее есть приятель, но как-то никогда не замечал, чтобы Долли мучилась от угрызений совести. Неужели она это серьезно? У него джинсы вот-вот лопнут от напряжения, а она в этот момент вспоминает о Бренде! Это... это просто садизм какой-то! В голове у него стучало, накопившаяся страсть требовала выхода, но Долли невозможно было пе­реубедить ни ласками, ни уговорами.

— Я не хочу становиться причиной развала семьи! — театрально всхлипнула она. — Бог свидетель, у меня не раз была такая возможность, но я никогда не пойду на это!

Сбитый с толку, Рекс тщетно пытался понять, что про­изошло. Без всякой видимой причины роковая соблазни­тельница превратилась вдруг в мать Терезу. В чем дело?

В действительности то, что случилось между Рексом и Долли, отнюдь не является необычным развитием собы­тий. Это был бурный, доведенный до своей кульминацион­ной точки всплеск эмоционально интенсивных, но духов­но поверхностных отношений. В любом относительно боль­шом коллективе вы наверняка встретите не одного тако­го Рекса или Долли. В них, возможно, не будет присущей Сюзетте всепоглощающей эмоциональности, однако люди, подобные Рексу и Долли, во всем руководствуются чув­ствами, и жизнь их похожа на бесконечный телесериал, в каждой серии которого — или прожитом ими дне — при­сутствует определенная доля легкого мелодраматизма.

После этого инцидента отношения Рекса и Долли уже никогда не были прежними. Игривые намеки, занимав­шие раньше большую часть проводимого ими вместе вре­мени, прекратились так же внезапно, как когда-то нача­лись, а очередной счастливой мишенью недвусмысленных поддразниваний Долли стал Джим, коллега Рекса.

О похождениях мужа Бренде стало известно той же ночью. Вернувшись домой около двух часов, он, мучаясь от ущемленного самолюбия и продолжая оставаться под воздействием алкоголя, недолго сопротивлялся и вскоре, отвечая на настойчивые вопросы Бренды, рассказал ей о своей несостоявшейся измене. Глубоко уязвленная его не­верностью, Бренда, тем не менее, смогла осознать поверх­ностность увлечения Рекса и согласилась отложить на время процедуру развода с тем условием, что он станет посещать сеансы психотерапевтической реабилитации.

Бренда выросла в семье беспрестанно скандаливших меж­ду собой родителей-алкоголиков. Уже в подростковом возрасте большую часть свободного времени она была занята тем, что пыталась удержать родителей от развода или разыс­кивала по всему городу пьяного отца, объезжая бары перед закрытием, чтобы отвезти его домой. Отец ее умер от цирро­за печени за два года до того, как она вышла замуж на Рекса, и потому ей было не сложно переключиться с «заботы» об отце на «заботу» о муже. Интрижка Рекса заставила Бренду сосредоточить усилия на «спасении» собственной семьи. В действительности она не хотела разводиться, но заполнила все необходимые для этого бумаги, чтобы, как она вырази­лась, «обратить его внимание на семью».

Как это свойственно большинству «актеров», Рекс от­несся к пользе психотерапии весьма скептически. Однаж­ды во время гольфа он признался мне: «Все дело вроде как в моих мозгах. Эта телка (психотерапевт) пыталась из каждого события моей жизни сделать целую проблему. В первый раз было клево... этот ее крутой кабинет, секре­тарша и все такое, но мне быстро надоело».

Рекс неохотно посетил несколько сеансов и отчитался перед Брендой, что все обдумал и теперь даже в сторону Долли не посмотрит. Поскольку у Бренды был достаточ­ный опыт жизни с родителями-алкоголиками, а «актерс­кие» черты личности Рекса оказались не слишком явно выраженными, они сумели пересмотреть свои отношения, в которых роль Бренды заключалась в сохранении семьи, а Рекса — в удержании молнии своих джинсов застегну­той. Встречая меня на поле для гольфа, Рекс продолжает держать меня в курсе своей семейной жизни.

Теперь вы вправе задать мне вопрос: «И что это нам дает? Мы познакомились с Сюзеттой, Рексом и Долли. Чем это поможет мне в моей собственной жизни?»

«Три П» улучшения ваших интимных отношений

Я научу вас пользоваться «Тремя П», которые помо­гут вам улучшить свою интимную жизнь: Пониманием типа вашего любимого, Пересмотром своих ожиданий и

Преобразованием ваших отношений. Начнем с первого «П» — Понимания, что ваш близкий принадлежит к типу «актеров» или в вас самих проявляются «актерские» чер­ты личности.


Дата добавления: 2015-08-02; просмотров: 44 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Сексуальный тип определяется личностным типом| ПОНИМАНИЕ «актерского» сексуального типа

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.025 сек.)