Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 7. Молот ведьм

Читайте также:
  1. Ведьмовство
  2. Ведьмы и священные символы
  3. Глава 14 Совет Ведьмака
  4. Глава 5 Домовые и ведьмы
  5. Глава пятнадцатая Свидание с ведьмой
  6. качества Ведающей Матери (Ведьмы)

Добытые мной статьи Фастовского привели моего шефа в благодушное состояние, и тот факт, что интервью будет только завтра, нисколько его не огорчил. Барабаня по столу короткими мясистыми пальцами, он резюмировал:

– Хорошо, милочка. Я доволен. Вы можете прислать мне интервью на е-мейл, а пока посмотрите следующее задание про открытие Московского международного автомобильного салона в Крокус Экспо. Кстати, я бы хотел, чтобы еще посетили «Тюнинг-шоу».

С этими словами он внимательно посмотрел на мою грудь, будто оценивал качественность моего собственного тюнинга. Увы, мой естественный бюст не выглядел столь впечатляющим, как у некоторых силиконовых красоток, так что начальник со вздохом отвел глаза в сторону.

Уладив рабочие моменты, я незаметно смылась, благодаря судьбу за то, что на работе могу появляться изредка и лишь по необходимости. Это позволяло мне не слишком сильно бороться с офисным планктоном за место под солнцем, не ввязываться в их игры с очередным пси-доминированием и практически избавляло от сплетен. Коллеги не пытались активно навязываться с задушевной дружбой, что меня вполне устраивало. А сейчас мне больше всего нужно было разобраться в себе и своих чувствах, в том, что же это со мной и вокруг меня творится.

Ощущение того, что я как кэрроловская Алиса попала в какую-то странную и абсурдную историю, не проходило, да что там! – мне стало казаться, что я попала в нее с самого рождения. Я провалилась в кроличью нору, угодила в зал с множеством закрытых дверей, куда безуспешно пыталась вломиться, а потом очутилась в море из собственных слез. Я постоянно то вырастаю из своих собственных штанишек, то уменьшаюсь до состояния ребенка, снова и снова попадая в очередную уродливую зависимость. Время от времени я играю в ежиный крокет или беседую на «Безумном чаепитии» со странными персонажами, язык которых не понимаю в принципе. Проблема в том, что я не знаю, какой гриб или пирог съесть, какую трубку выкурить и какие капли проглотить, чтобы вернуться в свои нормальные размеры и выбраться из непонятного мне измерения в реальный мир. В голове сами собой начинают слагаться стихи:

Алиса играет ежами в крокет,Поможет ей в этом червонный валет,Но нету здесь правил, всему вопрекиВ награду лишь смерть обретут игроки.

Чур, меня, чур! Это все жара. Это жара обжигает своим горячим дыханием кожу, и капельки пота, щекотно струясь, сползают все ниже и ниже. Между ног становится горячо, и я вспоминаю, что специально не надевала сегодня белья. Сейчас мне от этого несколько дискомфортно, и я решаю зайти в ближайший магазин, чтобы исправить неудобство. Слава богу, что там мне попадается не амебная продавщица, а милый женоподобный мальчик, услужливый и хорошо разбирающийся в ассортименте. С ним удобнее и гораздо приятнее общаться, и он совершенно не удивляется тому, что оплатив чек, я снова ныряю в кабинку. Надевая изящное кружево, не могу удержаться от соблазна, и пальцы ныряют во влажную кудрявую поросль, томящуюся ожиданием чуда. Накрывает мгновенно, и я выхожу из своего закутка на подгибающихся ногах. Мальчик ласково улыбается и приглашает заходить еще. Неожиданно приходит решение: поеду к Соне – метаться в квартирной тюрьме, от стены к стене, просто нет сил.

– Алло, – говорю в трубку, – Сонишна! Можно к тебе?

– Давай скорее, – слышу в ответ. – У меня тут такое! Ужас!

– Что-нибудь захватить?

– Как всегда! – гогочет Соня, и я понимаю, что без пары-тройки бутылок шампанского можно не являться – все равно придется бежать в магазин.

Вспоминаю Сонины многочисленные истории и хмыкаю: подруга снова в своем репертуаре. Стоит ей выйти из дома за хлебом или отправиться в ночной клуб, как она тут же подцепляет некую маргинальную личность, начинающую высасывать ей мозг. Ее кавалеры не удовлетворяются простыми половыми радостями, им нужно полное подчинение. Последний из ее сонма бесов превзошел предыдущих по части извращенности. Признаваясь Соне в любви, он одновременно подцеплял в сети и других барышень, а одну даже превратил в сексуальную рабыню, заставив ее выйти на панель, а заработанные деньги отдавать ему. Соня узнала об этом случайно, из любопытства прочитав смс-переписку в его телефоне. Расставания, скандалы, вышвыривание вещей ни к чему не приводили, он все равно возвращался и в итоге даже познакомил жену с любовницей, незаметно подтолкнув их к сексу втроем. Я ждала, когда Соне надоест эта игра и она придет в себя, но та, похоже, заигралась и выйти из порочного круга оказалась не в силах.

К удивлению, Сонишна сидит дома одна, и еще трезвая.

– Режу салатик, жарю мясо, – поясняет она деловым тоном, размахивая перед моим носом возмутительно фаллического вида огурцом. – Буду тебя кормить. – Под ее рукой острый нож сладострастно распарывает сначала мертвую телячью плоть, а потом скальпирует огурцовую кожу. – Что сама?

– Ох… – выдыхаю я. – Голова кругом. С одной стороны я превратилась в безумное животное, мечтающее о сексе и готовое чуть ли не на суточный марафон, с другой – он вскрывает все гнойники моей души, обнажает неприглядные внутренности и выворачивает их наружу, как патологоанатом.

– Может быть, тебе это и нужно, – философски замечает Соня, с размахом и довольным хэканьем опуская кухонный молоток на пласт мяса. – Мы притягиваем к себе ту ситуацию, которая нам зачем-то нужна. Ты – бывшая сентиментальная идеалистка, я – отличница-девственница, вышедшая замуж целкой, и что? Где мы сейчас? Маринка, любовница моего мужа, вообще арт-галерею содержит собственную, и при этом ходит трахаться на панель, как дешевая шлюха. Знаешь, она мне на днях призналась, что именно на панели получила свой первый оргазм, до этого как-то не доводилось. Прикинь, а если бы не пошла, так могла и не узнать, что это такое!

– Если следовать твоим принципам, так и героин надо попробовать, – возражаю я.

– Нет, это другое. Там ты точно знаешь, что последует разрушение организма и смерть, а тут нет, если предохраняться.

– Сонь, ты о чем? Эта твоя скотина вас использует обеих, а ты еще и оправдываешь?

– Ха-ха, – говорит Соня. – Смешно. Проблема в том, что это лучший секс за всю мою жизнь. У меня такое ощущение, что большинство мужиков, кроме «сунул-вынул», других действий и знать не желают, им функция исследователей недоступна. Не ученые, а так, лаборанты. Им с детства внушают, что мальчик – венец творения, и если у него есть эта штука, то он гораздо круче, а потому имеет право на всё. Главное, не заделать с ранних лет дитя, чтобы не попасть в сети брака, а там хоть трава не расти. Задумчивые девственники мечтают быть у женщины первыми, но когда приходит боль и кровь, они пугаются ответственности, которую нежданно получили и стараются сбежать подальше. Ты заметила, что ранние браки всегда приводят к разводам?

– Естественно, зачем детям ответственность, если они еще даже радостей жизни как следует не вкусили? Это нормально. Но с мужиками просто катастрофа, – печально соглашаюсь я, слушая как на сковороде ворчливо шкворчит мясо.

– Я лишилась девственности со своим первым мужем, – говорит Соня. – И, несмотря на то что он знал, что и куда положено вставлять, доставить удовольствия не сумел ни разу. В первый была боль, во второй – неудобство и желание поскорее закончить ненужный процесс трения. Он научил меня делать минет, но это оказалось еще хуже и противнее обычного секса. Пульсирующий кажущийся отдельным живым существом член пугал меня до полусмерти, особенно в те моменты, когда проникал очень глубоко внутрь. Это уже потом, гораздо позже я ощутила, что оральный секс может доставлять удовольствие обоим партнерам, но сколько лет для этого понадобилось!

– Да, у меня примерно тоже самое. Для меня секс изначально был связан с насилием и страхом. Я научилась получать удовольствие с мужем, но оргазмов у меня не было, это казалось постыдным. Может, поэтому мы и расстались?

– Вот-вот, у каждого свои тараканы. Заметь, что изначально слово соитие вроде как обозначает со-идти, идти вместе, но в общем употреблении имеются слова трахаться и ебаться, сами органы и процесс описывается в матерном выражении, презрительно как факт грязный и постыдный. Отсюда и отношение. А грязь изначально не должна доставлять удовольствия, тем более женщине либо как существу чистому и непорочному, не имеющему права получать удовольствие от такой мерзости, либо как существу низшего порядка, удовлетворять потребности которого не стоит усилий.

– Знаешь, я бы хотела тантрического секса, спокойного, размеренного, с партнером, не думающим об обычном, контактном физическом наслаждении. Таком, чтобы можно было просто смотреть на обнаженное тело, линию губ, синюю жилку на запястье… Так же, как я смотрю на небо, на облетающее под порывами ветра осеннее дерево, оранжевую широкоскулую луну… Я наслаждаюсь тем, что они есть, и этого довольно. Мне кажется, тогда я смогла бы отпустить себя, не думать вообще ни о чем и получить наслаждение… А муж, мне всегда казалось, что ему нужно только само действо, простое, обыденное. Прелюдии, тантра – не для него. Зачем, когда все так просто? Мы не понимали друг друга, и я не могла объяснить, что мне нужно. Открыто говорить о таких вещах в нашей семье было не принято.

Моя подруга ставит передо мной тарелку с едой, собираясь ответить, но тут же внезапно вытягивается в струну, услышав звонок в дверь. Идет к ней, словно нехотя, распахивает, и тут я слышу радостный визг:

– Маринка!

– Знакомься, – ухмыляется Сонишна, – проталкивая вперед черноволосую девицу модельной внешности: – любовница моего мужа.

– Ни хрена себе, – отвечаю я. – Ну вы даете, девочки.

– Даем по первому требованию, – ржет Маринка, подергивая собольими бровями, и начинает выгружать бутылки с шампанским и коробочки со всякой снедью из объемистого пакета. – Вы тут только начали, я смотрю.

– Присоединяйся, все ведьмочки в сборе, – радостно приглашает Сонишна и достает из серванта еще один бокал.

Марина вызывает ощущение перченого, хорошо сдобренного приправами блюда, которое хочется распробовать и делать это долго, со вкусом. Она не наивная блондиночка-поблядушка, с которой можно обойтись скорым незамысловатым образом, спустив напряжение и помчавшись дальше. Очевидно, Марина чувствует мой интерес и поэтому сама постоянно взглядывает мимолетно – и тут же уводит взгляд в сторону. Сонишна усмехается. Постепенно неловкость первых минут уступает место непринужденному трепу, сдобренному несколькими бокалами спиртного. Мы перемещаемся в комнату и возлежим на ковре, подобно одалискам, разнежившимся от жары. Телефон моей подруги начинает вибрировать, и она выбегает на кухню, а через несколько минут возвращается с виноватым видом.

– Девчонки, мне надо отбежать буквально на пять минут к метро. Мама с дочкой завтра едут в деревню, а телефон забыли. Отнесу и сразу вернусь. Не уходите, а?

– Ладно, – отвечаем мы с Маринкой, – если как спринтер, то давай.

Сонишна исчезает, а мы продолжаем трепаться ни о чем. Маринка вооружается бутылкой и пытается налить мне в бокал шампанское, но промахивается, и оно белой пеной извергается на мою грудь и сарафан. Сижу мокрая и в недоумении.

Маринка бросается ко мне, кричит: «Снимай, ща замоем!» – и стаскивает легкую ткань. Ее рука попадает на мою обнаженную грудь и замирает, после чего начинает легонько поглаживать мой сосок. Я смущаюсь. Хочется убежать, но я чувствую себя, словно загипнотизированная мышь перед удавом. «Я слижу», – медленно тянет она и припадает страстным поцелуем к моей коже. Ее язык задумчиво пролагает путь от моего соска ниже, задерживается на пупке и спускается вниз, безошибочно находя наиболее чувствительный бугорок плоти, а пальцы погружаются во влажную, полную ожидания щель. Они исследуют, ласкают, заставляют изгибаться от вожделения, а потом один из них проникает в другую дырочку, принуждая меня вскрикнуть и забиться от наслаждения. Мне кажется, что это никогда не закончится, Маринка поистине неутомима, но я тоже хочу доставить ей удовольствие и, сделав усилие, пригвождаю ее к ковру, задирая юбку и неловко стаскивая мешающую тесную майку. Белья на ней нет и в помине. Она стонет в голос, и это заводит меня еще сильнее. Начинаю покусывать ее соски, а потом и пахнущую майскими цветами плоть. «Еще, – шепчет она, – сильнее. Сделай больно». Послушно сжимаю пальцы в зажиме, после чего хватаю ее за волосы и переворачиваю на живот. Моя ладонь с силой прикасается к ее ягодицам, тогда как пальцы другой руки продолжают сновать внутри тела. Марина бьется об пол, подобно гигантской рыбе или русалке, извергает горячую магму, после чего медленно затихает.

Она медленно тянется ко мне губами и шепчет: «Ты сладкая». Я понимаю, что такой страстной натуре, как она, нужен совершенно крышесносительный эффект существования, отличный от респектабельного прозябания ее круга. Мрачные бездонные озера угольно-черных глаз затягивают в неведомые омуты так, что хочется поддаться и не сопротивляться утоплению. Тем не менее, я встаю на колени и пытаюсь дотянуться до сарафана, но моя партнерша стремительно подхватывается, нагибает мою голову, чтобы я не могла пошевелиться и вонзает свои пальцы в мою плоть снова. Стоя почти спиной к ней, чувствую полную беспомощность. Ее острые когти вонзаются в мой загривок, а зубы покусывают ягодицы, со стороны может показаться, что это не обычный акт совокупления, а дикий звериный гон, в котором выживает сильнейший. Содрогаюсь в экстазе и чувствую, как конвульсивно сжимается мое лоно, обнимая филигранно хозяйничающие там пальцы. «Хорошо, – произносит она, – ах, как хорошо, зверюша моя». Сворачиваюсь в позу эмбриона и закрываю глаза. Мне неловко от произошедшего и я не совсем понимаю, как себя вести. Это похоже на дежавю. Марина оправляет одежду и приносит мне сарафан, после чего наливает шампанское и непринужденно протягивает бокал. Хватаюсь за него, смущенно улыбаясь и отводя глаза. «Я снова переспала с женщиной, – боже мой! – говорю себе. – И это не сон, не придуманная сценаристом история. Как странно».

– Куда же Сонишна загуляла? – интересуюсь я, словно это очень и очень важно.

– Вернется, наверное, решила еще шампанского купить, – комментирует Марина и хочет спросить о чем-то еще, но нас прерывает «Бve, Marнa» моего мобильника. Это Максим.

– Алло, – произношу с придыханием.

– Помешал? – улавливая эротические вибрации, интересуется Максим.

– Нет, я у подруги в гостях…

– Сегодня намечается одно интересное мероприятие, хочу тебя пригласить, – его голос звучит все ниже и сексуальнее, рождая во мне предательскую дрожь.

– Согласна. Куда подъехать?

– Я заберу. Диктуй адрес.

Слышу, как он записывает и бросает мне: «Через полчаса внизу». И тут, словно по заказу, является Соня, довольная и с бутылкой.

– Девчонки, извините, я тут с парнем познакомилась, просто не могла упустить такой шанс, – она радостно улыбается и окидывает нас хитрым всезнающим взглядом.

Мы улыбаемся в ответ. Это наша не озвученная, но видимая тайна, персональный порнофильм для избранных, одержимых инкубами. Доминиканские инквизиторы Генрих Крамер и Якоб Шпренгер, авторы трактата «Молот ведьм», наверняка бы вынесли нам не один смертный приговор, живи мы в их время. Но мы здесь, в двадцать первом веке, а значит, пиршество тел будет.


Дата добавления: 2015-09-05; просмотров: 132 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Фамилия | Маэстро, черепаха и музыкальный критик | Новая школа, художка и крыши | Я подумаю об этом завтра | Взросление | Американская мечта | Глава 4. Женская линия | Глава 5. Сонины демоны. Вектор | Личный дневник Максима | Сексуальность |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Кристофер| Глава 8. Доминанта

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.009 сек.)