Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 1. Слово о душе. Волков

Читайте также:
  1. I. Упражнения на перевод словосочетаний на русский и английский язык.
  2. II. Вступительное слово.
  3. II. Слово на Рождество Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа; здесь же и против иудеев.
  4. Lt;question>Укажите ряд, в котором есть лишнее слово.
  5. V. Слово обличительное против еллинского заблуждения.
  6. VI. Слово обличительное против агарянского заблуждения и против измыслившего его скверного пса Магомета.
  7. VII. Слово 2е, о том же, к благочестивым против богоборца и пса Магомета; здесь же отчасти и сказание о кончине века сего.

Русская психология меняется. Медленно, со скрипом и изрядным сопротивлением. Но меняется все отчетливее.

Психологическое сообщество сопротивляется новому. Тем не менее, новое в русской психологии пробивается, подобно росткам сквозь асфальт. Даже сплоченное сопротивление лучших сил сообщества не в состоянии его удержать.

Сопротивление разное — иногда откровенное, прямо заявляющее, что возвращение души в психологию ничего не дает. Чаще генералы и бюрократы от психологии просто делают вид, что никогда не слышали о душе. Некоторые же даже предлагают заменить психику на душу. Похоже, однако, лукавят и эти, и не столько пытаются вернуть душу, сколько под видом разговоров о душе сохранить то, что есть в психологии, и защитить свое сообщество.

Сообщество, кстати сказать, не так уж и нуждается в этой защите. Если судить по хроникам внутрипсихологической жизни, вроде Трудов Ярославс- Круг третий. Научное понятие души— Надежда Русской психологии

кого методологического семинара, проходившего в 2004 году, при всем разброде и склонности мутить воду, психологическое сообщество в целом все отчетливее осознает и необходимость обращаться к собственной истории и вообще склоняется к необходимости культурно-исторических исследований собственного пути.

Это в любом случае подразумевает и углубление истории русской психологии на полвека за черту Октябрьской революции, и восстановление незаслуженно забытых имен, и пересмотр отношения ко многим мифам и легендарным фигурам советского периода.

В частности, получил отповедь за попытку подтасовки и профессор Шабельников:

«Доктор психологических наук, профессор В. К. Шабельников в своей книге, являющейся пока единственньш в нашей психологической литературе учебным пособием по истории учений о душе, пишет, что "фактически в XX столетии происходило подспудное возвращение психологии к проблеме души. Не используя самого термина душа ", психологи создавали теории, в которых использовались многие из представлений, формировавшихся именно в теориях души. Особенно активно это происходило при объяснении логики развития психики в школах генетической психологии Ж. Пиаже, Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, К. Г. Юнга ".

С этим мнением вряд ли можно согласиться. Скорее, наоборот, советские психологи сделали все от них возможное, чтобы отмежеваться в своих теориях и эмпирических исследованиях от малопонятной и таинственной для них "души " человека. В результате в своих психологических исканиях они отстранились и от самих себя, возможно, сохранив этим собственную душу от бездушной, разрушающей цельность человека, марксистской идеологии.

Другое дело, что накопленный в современной психологии богатейший теоретический и эмпирический материал ныне может быть проанализирован и обобщен с позиций категории "души", то есть осмыслен по-новому» (Волков, с. 36).



Эти слова принадлежат Игорю Павловичу Волковуиз Академии имени Лесгафта. Честно признаюсь, его работа попалась мне уже тогда, когда книга давно была в издательстве, но она настолько меня поразила, что я забрал книгу и дописываю эту главу.

В сущности, вся статья Волкова посвящена постановке методологической задачи: сменить предмет научной психологии, и вернуть в качестве предмета душу.

Как это сделать? К сожалению, пока самой разработки нового предмета Игорем Павловичем не сделано, в сущности, она ограничивается вот этой заключительной фразой: накопленный в современной психологии богатейший теоретический и эмпирический материал ныне может быть проанализирован и обобщен с позиций категории «души», то есть осмыслен по-новому.

В последующих главах я постараюсь показать, что «интегративные» или обобщающие подходы, пытающиеся всего лишь с другой вершины или точки зрения взглянуть на «весь накопленный психологией богатейший материал», приводят только к тому, что новое, в частности, душа, теряются в обилии старого. Так что путь души в психологию, скорее всего, будет иным Глава 1. Слово о душе. Волков

Загрузка...

 

I

 

и потребует не пересмотра и обобщения уже имеющегося, а исследования самой души. Да это и очевидно, что накопленное психологией к душе никогда не относилось.

Но это и не являлось пока целью статьи Волкова. Целью было поставить задачу обоснования нового предмета психологии. И я хочу взять у Игоря Павловича саму постановку задачи.

Доклад Волкова имел чарующее название: «Слово о душе, необходимоедля развития отечественной психологии».Исходная культурно-историческая точка рассуждения тоже вызывает у меня душевный отклик, — он начинает с той росстани, когда русские люди впервые осознали, что психология потеряла душу. С самого первого свидетельства Василия Осиповича Ключевского о том, что к началу двадцатого века психология стала из науки о душе наукой о ее отсутствии.

Далее идет строгое и точное описание исследуемого явления.

«Действительно,— в категориальном аппарате современной психологии отсутствует понятие о душе, что лишает психологию ее же собственных культурно-исторических корней, а стихийно сложившуюся систему современных психологических знаний противопоставляет реальности душевной жизни людей» (Волков, с. 32).

Соответственно, исходное методологическое упущение в принципах науки проявляется на всех ее уровнях, включая деятельность тех, кто хочет эту науку использовать, то есть психологов.

«Это приводит к тому, что психолог, имеющий дело в своих мыслях и практических действиях с душой человека, вынужден игнорировать понятие о душе человека в своих публичных теоретических рассуждениях и научных текстах, то есть демонстрировать профессиональное бездушие.

Отсутствие в современной научной психологии понятия о душе как о сущности самой психики приводит к неопределенности самого предмета научной психологии, возникшей из общественных потребностей изучения закономерностей душевной жизни людей» (Там же).

Боюсь, Игорь Павлович недооценивает глубину и разрушительность болезни. В последних своих исследованиях прикладного использования психологии, построенной на изучении души, а не психики, я постоянно преодолевал глубочайшее неосознанное сопротивление практических психологов, искренне шедших на эту работу. Беда не только в том, что психолог вынужден врать в публичных выступлениях и научных работах. Беда в том, что он и в действиях своих врет, потому что его действия, в первую очередь, — это работа с образами и понятиями. А они все выстроены не только на отказе от души, но и на страхе травли за то, что будешь поминать душу.

Страх же этот сидит в русском психологе со времен разгула бесовщины, о котором я писал чуть раньше. И сидит так же прочно, как внутренний запрет рассказывать политические анекдоты, воспитанный в нас КГБ и парткомами.

«В результате такого парадокса неуклонно нарастает теоретическая слепота и неопределенность в планировании, осуществлении и интерпретации ре- Круг третий. Научное понятие душиНадежда Русской психологии

зультатов эмпирических исследований. В трудах психологов происходит постоянная подмена закономерностей психики социальными, биологическими, поведенческими,физическими или,что чаще всего— чисто лингвистическими феноменами» (Там же).

Вот уж не в бровь, а в глаз. На мои семинары по прикладной народной психологии собирается до нескольких сотен человек за раз. Даже практические психологи, закаленные в ведении семинаров, не рискуют вести группы более 12—15 человек. Они с ними не справляются. И не справляются с прикладной работой во время наших исследований, несмотря на всё образование и знания. Академические психологи, выпускаемые нашими университетами, — даже не психологи!

А мои преподаватели, многие без академического образования, обученные только прикладной народной психологии, спокойно управляются с ведением и самих семинаров, и сложнейших экспериментов и тренингов, говоря научно. Из психологов такую работу тянут только те, кто переучился. А выпускники психфаков непригодны для иной психологической работы, кроме кабинетной.

И это распространяется на все сообщество, вплоть до докторов наук и профессоров. Я бы даже позволил себе такую шутку: о психологии имеют право судить либо психолог, либо доктор. Доктор потому, что он еще со времен, когда земские врачи ходили просвещать народ, травмирован возможностью уверенно говорить обо всем, даже о том, чего не знаешь. Ведь за ним — естественнонаучная картина мира!

Вот и наши доктора психологии слишком часто оказываются имеющими право судить о психологии не потому, что они психологи. И это не издевка. Даже у самых одаренных наших прикладников, вроде П. Г. Щедровицко-го, я видел много красивых управленческих решений, но ни разу не видел их психологического объяснения на уровне исследования устройства сознания человека. Да, в сущности, у нас и нет психологов, кто просто мог бы дать определение сознанию. Конечно, такое, чтобы его приняли прикладники для практической работы с пациентами.

Если кто-то из наших психологов действительно показывает прикладную психологическую работу, то это, на мой взгляд, происходит, как у Щедровицкого, вопреки всей его академической подготовке, просто потому, что этот человек — великолепный психолог в бытовом смысле. Теоретики же наши беспомощны, если их выпустить к людям. Да они к ним и не пойдут, не дураки же...

Далее у Волкова вырывается восклицание, которое я бы сделал мерой оценки обучения психологов в университетах.

«Если научная психология игнорирует понятие о душе, то она не имеет никакого морального права упрекать в ненаучности и свою младшую сеструпарапсихологию, считающую душу главным измерением психики. Если научный психолог-материалист брезгливо отворачивается от христианской богословской традиции, согласно которой душа человеческая есть обитель божественно-

 

Глава 1. Слово о душе. Волков

го духа, но и виновница грехопадения человеческого рода, то вряд ли такому психологу нужна какая-либо теория и методология в психологии.

Зачем нужен психологу точный инструмент, когда можно работать по-русски кувалдой» (Там же, с. 32—33).

Не совсем согласен, что «по-русски» тут уместно, поскольку сейчас русские психологи предпочитают работать своей кувалдой по-европейски и американски, но сама мысль очень важна: отказываясь привносить в свою науку то, что найдено в смежных отраслях знания, психолог действительно обедняет свой инструментарий, он как бы убирает со своего мелкоскопа те линзы, которые ему не нравятся по идеологическим соображениям. Но в итоге мелкоскоп теряет свою чувствительность, а с ней и научность. Ведь отказ описывать действительность такой, какой видишь, это ложь, по крайней мере, искажение действительности и истины.

Парапсихология и религия могут ошибаться, но их нельзя закрывать декретом, их надо исследовать. И не на предмет поиска возможностей для осуждения, а для того, чтобы случайно не упустить даже крохи, даже намека на возможность пути. Это как полуполный и полупустой стаканы. Психология, будто верная дворовая шавка властей, постоянно была занята тем, как не пущать, а должна бы искать и исследовать. Времена-то уже давно сменились.

Что в итоге? Какова окончательная картина, которая и является описанием ставящейся задачи?

«В результате отсутствия понятия о душе наша психологическая наука оказывается расщепленной на множество не стыкуемых областей знаний о психике. Междисциплинарных прорех в научной психологии так много, что если просветить ее на солнце, она будет похожа на решето» (Там же, с. 34).

В общем, все ясно, и с описанием исследуемого явления можно заканчивать. Теперь встает вопрос: что делать? Эта часть исследования пока разработана гораздо слабее. Психологическое сообщество еще только вызревает для решения той задачи, которую ему поставила жизнь. Поэтому я приведу этот отрывок из работы Волкова полностью.

«С чего же начать?— вопрошает доктор психологических наук, ... ярославский психолог, профессор В. В. Мазилов. По его мнению, нужно начать "с разработки нового подхода к пониманию предмета психологической науки. С обнаружения в истории психологии способов понимания предмета более соответствующих задачам сегодняшнего дня ".

Действительно, нужно, прежде всего, обратиться к истокам возникновения и развития понятия о душе в истории научных воззрений на природу человека. Нужно учесть проверенное старое, выношенное в религии, культуре, искусстве понятие о душе и включить его в новое научное определение психики.

Смысловые модели душевных свойств людей живут в сказках и мифах, предстают в образах героев народного фольклора, в произведениях искусства, художественной литературе, в народной культуре, но главное, душа живет в нашем дыхании и в живой речи, в общении на родном языке. Круг третий. Научное понятие душиНадежда Русской психологии

Следовательно, душа есть не только психологическое, но и психо-семиоти-ческое, культурно-языковое явление. Благодаря языку, дыханию и речи душа каждого соединена с его телом. Неслучайно буквальный перевод древнегреческого слова "psyche " означал "дыхание, душа ". Душа человека уходит из умирающего тела с последним предсмертным выдохом. Но куда она уходит?» (Там же, с. 36).

Как все-таки изменилось время и наша психология! Это вселяет надежду.


Дата добавления: 2015-09-03; просмотров: 97 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 1. Самый первый слой понятия о душе | Глава 3. Карта пути | Глава 4. Стоит ли возиться со словарями? | Глава 1. Все врут календари | Глава 2. Общедоступная философия | КРУГ ТРЕТИЙ. НАУЧНОЕ ПОНЯТИЕ ДУШИ | Глава 2. Психология без души | Глава 4. Кому и как резать душу? Сеченов | Николая Ланге | Глава 6. Бесовские сумерки России |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 7. Рефлекс рефлексов вместо души. Выготский| Глава 2. Рациональный анализ души. Мазилов

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.028 сек.)