Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

III. Епископия и епископское управление церковью

Читайте также:
  1. III. УПРАВЛЕНИЕ СИЛАМИ И СРЕДСТВАМИ НА ПОЖАРЕ
  2. V. Права человека, демократия и благое управление
  3. А.3.2.1.2.4. Управление посредством сообщений
  4. А.3.2.3.2. Управление посредством триггеров
  5. Автоматическое управление подвеской автомобилей
  6. Адаптивное управление технологическими процессами

 

Приблизительно к концу II века начинает быть весьма заметно возвышение всей иерархии и, в особенности, главных ее представителей. Возвышение всей вообще иерархии, как мы разъяснили, в историческом течении выразилось тем, что она высоко поднялась над уровнем прочих членов церкви — мирян. Можно сказать, что она расширила свое значение за счет прав, принадлежащих прежде мирянам. Но это лишь одна сторона в истории духовенства. В то же время происходит изменение в положении высших членов самой иерархии: епископы не остаются равными между собою, как было прежде, но между ними выделяются епископы с высшими церковными правами и таким же авторитетом. Указанное изменение составляет новую сторону в истории духовенства. Об этой стороне и поведем теперь речь.

 

Но прежде чем разъяснить, в чем заключалось это развитие иерархии, мы должны указать, в какой форме выражалось церковное управление, когда во главе его стал епископ, по прекращении периода харизматических учителей. Это произошло, как мы знаем, к концу II века. Какие же особенности представляло епископское управление древнего периода истории, в особенности II и III века? Епископов в эпоху древней церкви было чрезвычайно много, в особенности, если сравним это число с числом епископов в нашей русской церкви настоящего времени. У нас епископ поставляется один на целую губернию или даже на несколько губерний; в древней же церкви епископ имел в своем управлении, в особенности на первых порах истории христианской, один какой-либо город, где возникала и существовала христианская община. Поэтому, епископов было столько же, сколько было городов, просвещенных христианством. Разумеется, общее число епископов сначала было незначительно, но чем дальше шло время, тем больше увеличивалось оно. Как заботилась каждая, даже маленькая, община известного города иметь своего отдельного епископа, это ясно видно из так называемых Canones ecclesiastici. Здесь находим решение вопроса: как быть в том случае, если какая-либо христианская община желает иметь самостоятельного епископа, и, однако же, она так мала, что не насчитывает у себя и 12-и взрослых христиан, которые могли бы принять участие в выборах епископа? Писатель указанного памятника дает такой ответ на вопрос: пусть подобная община обратится к соседней христианской церкви, и просит прислать ей трех избранных мужей, в присутствии и с помощью которых пусть и произойдет избрание епископа.344 Это известие очень характеристично: оно показывает, что если в какой церкви города было 12-и взрослых христиан, она уже имела полную возможность избирать самостоятельного епископа; не лишалась она этого права и тогда, когда в ней не было даже такого ничтожного числа правоспособных лиц. С другой стороны, отсюда же видно, как сравнительно много было епископов в древнейшую пору церкви. Великие пастыри тех времен искренно желали умножения своих собратий. Св. Игнатий не мог представить себе христианской общины без епископа; а св. Киприан рассуждал, что для таковой епископ необходим и что без него она близка к погибели.345



 

Вследствие того, что епископов было столько же, сколько и городов христианских, каждый епископ всеми делами церковными управлял прямо и непосредственно; он всегда совершал богослужение для своей общины, он знал всех своих пасомых лично и домашним образом. При епископе находилось несколько пресвитеров в качестве его помощников. Число их было крайне ограничено, так как обыкновенно в большинстве городов было по одной церкви, в которой совершалось богослужение. Пресвитеры составляли совет епископский (пресвитерий), без совещания с ними предстоятель церкви, епископ, не предпринимал ничего сколько-нибудь важного. В состав этого совета пресвитерского, по-видимому, входили и диаконы. Без сношения с этим советом епископ не поставлял никого в церковные должности, не распоряжался церковным имуществом, не творил суда.346 В случае смерти епископа этот церковный совет брал на себя дела управления церковью — до времени поставления нового епископа.347 Значение этого совета хорошо определяется следующим древним церковным правилом: «нельзя считать законным приговора епископа (по делам судебным), если он произнесен без согласия (confirmetur) клириков».348 Кроме вышеупомянутых церковных лиц при епископе состоял и прочий клир церковный: иподиаконы, чтецы, аколуфы, диакониссы и проч.

Загрузка...

 

Так как епископ допускал к участию в управлении церковью многих клириков, и так как сами миряне в известных отношениях тоже не лишены были подобного участия, то церковная община носила возвышенный нравственный характер; церковь каждого христианского города представляла собой братство в буквальном смысле: братство, в котором все друг другу помогали, взаимно связаны были единством интересов. Такой строй общины, управляемой епископом, сразу объясняет для нас все древние церковные правила, касающиеся отношений епископа и клира, клира и мирян, правила, которые с первого взгляда кажутся совершенно непонятными. Этот строй церкви, управлявшейся епископом, вполне объясняет нам, каким образом каноны могли предписывать, чтобы священник или диакон ничего не делал без позволения епископа (Прав. Апост., 39), чтобы он, епископ, все знал и во все входил сам, чтобы миряне приносили начатки плодов земных в дом епископа, чтобы епископ делил даже незначительные доходы между своими клириками (Прав. Апост., 4) и т. д. Для нас понятно становится, почему для управления клиром и пасомыми епископу не нужно было ни иметь консисторий вроде нынешних, ни рассылать указов и предписаний по епархии — он мог ведать все дела лично. Надзор епископа за пасомыми был не номинальный только (как теперь), а действительный. Св. Иоанн Златоуст говорит о епископе: «Он разделяется на такое множество народа и имеет особенные заботы о каждом из подчиненных». «Если епископ не будет ежедневно посещать домов более, чем как делают это городские смотрители (полиция), то отсюда происходят невыразимые неудовольствия, ибо не только больные, но и здоровые желают посещений его».349 Эта же мысль в указе одного из византийских императоров разъясняется так: «апостолы не для чего иного обходили вселенную, как для того, чтобы преподавать правую веру всем людям. И так должно и архиереям, как их наследникам, входить и в хижину бедняка, обстоятельно знакомиться с его состоянием и направлять его на путь истинный, вообще хорошо знать свой округ».350 Таковые обязанности возлагались на епископа даже позднее III века, после которого епископские округа уже расширились; весьма естественно предполагать, что надзор епископа над пасомыми раньше, когда паствы были еще невелики, оказывался еще внимательнее, полнее и всестороннее. Вследствие сейчас указанных отношений, епископ, конечно, знал своих пасомых,351 пасомые — своего епископа, а не так, как у нас: где нередко пасомые во всю жизнь и не видывали своего архиерея. Вообще устанавливалась близкая связь между епископом и паствой, отчего паства с такою-то ревностью и занималась в первые века вопросом об избрании епископа: епископ обязательно был нужен для нее, безусловно полезен. Отношения епископа и клира, епископа и мирян, без сомнения, представляли много симпатичного, поучительного. На близкую, неразрывную связь пастыря (епископа) и пасомых прекрасно указывает следующее обстоятельство: в период II и III веков совсем не было обыкновения, чтобы архиерей переходил с одной кафедры на другую: епископ смотрел на себя как на вступившего в духовный, неразрывный союз со своей паствой. Поэтому, когда позднее, с IV века, стало входить в обыкновение перемещение архиереев с одной кафедры на другую, т. е. из одного города в другой, то многие протестовали против подобного явления, как своего рода аномалии.352 В таком-то виде нужно представлять себе управление древнейшей церковной общиной, стоявшей под руководством епископа.

 

Сделаем еще одно замечание касательно именования рассматриваемой формы церковного управления. В церковных правилах и определениях древнейший вид церковной общины, управляемой епископом, — был ли он прост или сложен, — носил греческое название: παροικια 353 Слово это значит поселение известного рода людей среди других, им чуждых, т. е. означает колонию. Этим выражалась та мысль, что христиане, составляя общину среди язычников известного города, были как бы пришельцами между ними. Впоследствии, когда христианство умножилось, название παροικια заменилось словом «епископия», которое точнее указывало характер управления церковной общиной.

 

Мы рассмотрели самый несложный вид управления общиной под главенством епископа, такой вид епископии, когда в городе был епископ с небольшим штатом клира при одной церкви. Но встречался, без сомнения, нередко и более сложный вид епископии. Это именно когда была не одна, а несколько церквей в городе, когда штат клириков был более или менее значителен. При таких обстоятельствах возникало то, что теперь называется городскими приходами, существовавшими рядом с епископской кафедральной церковью. Возникновение приходов едва ли может быть возводимо к эпохе более древней, чем III век. Так, мы знаем, что в Риме в середине III века при епископе Корнелии было 46 пресвитеров (Евсевий, VI, 43). Без сомнения, при одной церкви такой обширный персонал священников в то время был бы излишен. Это само собой ведет к предположению, что эти многочисленные римские пресвитеры исправляли служение в III веке при многих церквах Рима. Такое предположение подтверждается свидетельством Оптата Милевитского, писателя IV века, который утверждает, что в Риме в гонение Диоклетиана было более 40 церквей.354 В этом случае, когда пресвитеры данного города исправляли службу, наставляли и заправляли народом в какой-нибудь одной части города, само собой понятно, что они делались несколько самостоятельнее, чем тогда, когда они вместе с епископом состояли при одной и той же церкви. Такие же приходы образуются и в других больших городах III века, так, например, в Карфагене и Александрии. В Карфагене при св. Киприане такие приходы несомненно существовали, ибо известные возмутители церковного мира Новат-пресвитер и Фелициссим-диакон имели возможность с полной самостоятельностью в одной из частей города: кого допускать к причастию, а кого нет.355 Еще в более развитом виде указанное нами устройство находим в Александрии. Здесь в конце III века возникло несколько правильно организованных приходов. Епифаний, церковный писатель IV века, сообщает нам очень обстоятельные известия касательно этого предмета. Он говорит: в Александрии «для каждой церкви был поставляем один пресвитер, церквей же было много».356 Тот же писатель перечисляет и называет по именам и сами эти церкви и даже некоторых пресвитеров, стоявших при них. Главная церковь называлась Кесарийской, она прежде была гимназией Лициния. Само собой понятно, что под гимназией разумелось нечто другое, чем что теперь понимается под этим именем. Интересны названия и других церквей в Александрии; отчасти эти названия странно звучат для нашего времени. Церкви носили такие названия: Дионисиева, Феоны, Гиерия, Серапиона, Персеи, Дизия, Мендизия, Анниана, Вавкалийская. В одной из этих приходских церквей Александрии был священником еретик Арий.357 Вот тот вид, какой имело церковное управление в городах.

 

Но спрашивается: ведь не все же христиане были и жили в городах? Жили же христиане и в селах, или если и в городах, то в незначительном числе, например, в числе 5—10 человек, тогда: какой вид принимало церковное устройство? Обратимся к рассмотрению этого вопроса. Здесь могло быть несколько неодинаковых случаев, и при каждом из таких случаев форма управления паствой была такая или другая. Если христиане села или малого городка находились вблизи того города, где был уже епископ и клир, то христиане этих мест приходили для богослужения в этот епископский город и составляли с христианами города одну паству. Так было во времена Иустина Философа в Риме и, вероятно, в Малой Азии, как свидетельствует этот писатель.358 При этом, в случае надобности, мог быть отряжаем кто-либо из числа священников городских в село или малочисленный христианский город, например, для напутствования св. Евхаристией. Но могло быть дело иначе и действительно бывало. Если общество христианского села или небольшого городка становилось значительным, если же притом эти местечки находились далеко от епископского города, то в селе и городке устраивался приход совершенно на тех же основаниях, на каких возникали приходы в городах. Т. е. епископ поставлял для села или городка постоянного пресвитера, который и управлял паствой.359 Говорим — так бывало. Но прямых указаний на существование такого рода устройства церковного — очень немного. Известно, например, что такого рода отношения существовали между Александрией и окрестными селениями. Эти селения назывались нарицательным именем: лавры — и имели пресвитеров, поставляемых из Александрии.360 В зависимости от александрийского епископа находилось местечко Арсиноя. Так было при епископе Дионисии Александрийском в III веке. Это видно из того, что когда в Арсиное распространились идеи хилиастические (учение о 1000-летнем чувственном царствовании Христа с верующими), то Дионисий счел долгом вразумить жителей Арсинои; и когда он прибыл сюда, — к нему стеклась вся братия, во главе их пресвитеры и дидаскалы (Евсевий, VII, 24). (Дидаскалы — это не церковно-приходские учителя, каких в древности не существовало, но это были особые дидаскалы: здесь находим последние следы так называемых харизматических учителей.) Очевидно, Дионисий прибыл в место, ему подведомственное, но управляемое пресвитерами с участием дидаскалов. Словом, это был сельский приход александрийской епископии. Дионисий вообще свидетельствует, что в его время существовали «загородные приходы» (Евсевий, VII, 11), конечно, находившиеся в административной зависимости от городского епископа. И действительно, по другому свидетельству, несколько позднейшему, под Александрией встречаем и еще несколько сельских приходов, подведомственных епископу Александрийскому, именно в Мореотиде. Св. Афанасий Александрийский говорит, что Мореотида была подчинена епископу Александрийскому и имела несколько пресвитеров и церквей. Мореотида — это было соединение нескольких сел. Пресвитеры, по свидетельству Афанасия, имели здесь под своим управлением большие приходы по десять и более сел.361 Нечто подобное встречаем и в Месопотамии в середине III века.362 Очень оригинальный вид эти сельские христианские общины, управляемые духовным лицом, назначаемым из ближайшего города от местного епископа, представляли в Испании. Здесь во главе общины иногда стоял не пресвитер, а диакон. В одном правиле собора Эльвирского в начале IV века читаем: «если какой диакон, управляя паствой (regens plebem), без епископа и пресвитера кого-либо окрестит, то епископ должен преподать таковым благословение» (т. е. таинство миропомазания).363 Очевидно, здесь, в Испании, в качестве блюстителей прихода, надзирателей за церковной дисциплиной, случалось, бывали и диаконы. Для нас понятно, почему мог являться диакон в такой неподобающей ему роли, ибо мы знаем, что диакон во II и III веках стоял в самом близком отношении к епископам, он был естественным кандидатом на должность епископа; поэтому неудивительно, если в некоторых случаях диаконы — без сомнения, с соизволения епископа — занимали такие места, какие приличнее и правильнее было бы поручать пресвитерам. Впрочем, в большинстве случаев так именно и бывало, т. е. надзор за сельским приходом поручался пресвитерам.364 Сельские пресвитеры состояли совершенно в таких же отношениях к городским епископам, в каких пресвитеры городских приходов, и имели равные с этими последними права. Они были участниками в епископских распоряжениях, так как были членами пресвитерского совета (пресвитерия) наравне с городскими своими собратиями; они, подобно последним, были в зависимости от епископа, должны были обращаться к нему за разрешением в трудных случаях практических и т. д. Замечательно: все церковные доходы, деньгами и натурой, они представляли к епископу, как это делали и городские пресвитеры, и от него, городского епископа, получали свою узаконенную долю вознаграждения. Впрочем, впоследствии пресвитеры приходов получили право пользоваться доходами своей церкви независимо от епископа.365 Сельские пресвитеры, можно сказать, тысячью нитей связывались с епископом города, и потому, хотя они жили в большем или меньшем отдалении от епископа, однако, оставались в полной зависимости от него и в подчинении. Но кроме того, сельского пресвитера связывало с епископом города и еще одно обстоятельство, имевшее свое основание в тогдашнем гражданском строе. В Римской империи не было деления жителей на горожан и поселян, как у нас; все жители сел, за исключением лиц несвободных, рабов, причислялись к ближайшему городу в качестве его сограждан. Естественно, вследствие этого, что и христиане сел по тому же образцу составляли одно неразрывное целое с церковной общиной ближайшего города, а пастыри сельские так же связывались отношениями городского единения с церковью городской и ее епископом.366

 

Но в сельских церквах не всегда было так, как мы сейчас указали. Был еще случай, когда селом управлял не пресвитер, а собственный епископ, который в подобном случае назывался хорепископом, т. е. сельским епископом. Происхождение хорепископов, их отношения к городским епископам, даже их функции, вообще их история составляет предмет спорный в науке. Но несомненно прежде всего то, что хорепископы существуют в значительном числе около середины III века. История встречает их вокруг Антиохии во времена епископа Павла Самосатского (Евсевий, VII, 30). В Карфагенской области (проконсульской Африке) в III веке было очень много епископов; можно с полным правом предполагать, что большая часть этих епископов были простыми хорепископами.367 Догадку эту отчасти можно основать на том, что унизительное имя: хорепископ — «деревенский архиерей» — не употреблялось в эпоху первых трех веков; хорепископы именовались епископами наравне с городскими архипастырями. В так называемых Правилах Апостольских (прав. 35) встречаются также указания на хорепископов; возможно, что это указание относится к III же веку. Хорепископы, вероятно, возникли очень просто: большие селения, отдаленные от города, начали избирать себе епископов. Церковь не считала себя вправе противиться этому, и вот возник институт хорепископов. Нужно сказать, что и в гражданском отношении пригородные местечки и села не всегда были в подчинении городскому начальству (магистрату), но случалось изредка, что местечки и села имели свое отдельное управление.368 Можно поэтому предполагать, что гражданский строй римского управления не оставался без некоторого влияния на возникновение института сельских епископов, или хорепископов. Хорепископы на первых порах, нужно думать, были полноправными епископами,369 но впоследствии, именно в IV веке, их иерархические функции были значительно урезаны. Им запрещено было посвящать в пресвитеры и диаконы, а позволено поставлять только низших клириков — не выше иподиаконов.370 Собор Неокесарийский (IV век) отличает их от простых пресвитеров тем, что они имели право совершать Евхаристию в присутствии епископа — право, которого не имели пресвитеры (пр. 13—14). Но это положение хорепископов представляет пору их упадка; раньше же они имели полную епископскую власть. Хорепископы имели очень малочисленный штат: диакона, редко несколько диаконов и чтецов. Хорепископы, обладая вначале правами самостоятельных епископов, довольно скоро стали в зависимость от городских епископов; они по отношению к городским епископам, т. е. епископам ближайшего города, стали в положение подручных епископов371, как бы викариев. К ним стали прилагать нелестное название деревенских архиереев. Хорепископы с самого начала были слишком бедны материально, имели слишком ничтожный церковный штат, вероятно, и образованием не блистали; по всему этому они не могли стать на одну линию с городскими епископами. Епископы городские нередко обижали хорепископов; обходя их, поставляли клириков в их областях,372 так что сельские архиереи, по крайней мере на Востоке, становятся в полное подчиненное положение к городскому епископу, как это видно, например, из истории Павла Самосатского. При нем хорепископы, имевшие паству около Антиохии, льстили ему и не позволяли себе ни в чем ему прекословить (Евсев., VII, 30). Впоследствии, после IV века, хорепископы исчезают из истории;373 вместо них стали поставлять простых пресвитеров, подчиненных городскому епископу.374

 

Итак, рассматривая управление церковными общинами под водительством епископов, мы наметили главные черты, дающие понятие об этой форме церковного управления, форме, как она выражалась преимущественно во II и III веках. Впрочем, форма эта оставалась почти без изменений во все времена древней церкви. Епископ стоял во главе клира и паствы; или известного города, имевшего только одну церковь, или же города с несколькими приходскими церквами; случалось также, что в его ведении, кроме приходов городских, были и приходы сельские. Во всех этих случаях епископ, клир и паства составляли одну общину, одну церковно-административную единицу. Эта церковно-административная единица называлась сначала παροικια — отсюда латинское слово parochia, а потом стала называться: епископия, или епископский округ.375

 


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 184 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ОТДЕЛ ВТОРОЙ | ОТДЕЛ ТРЕТИЙ | ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ | II. Взаимоотношение епископа и диакона в глубокой древности | III. Пресвитеры во времена глубокой древности | IV. «Нижние чины» клира в древности | I. Духовенство и народ и их взаимные отношения во II и III веках | V. Происхождение и характеристика древнейших соборов | VI. Патриаршая система церковного управления и ее происхождение | VII. Историческое развитие иерархического римского приматства |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
II. Духовенство и народ и их взаимные отношения в IV—VIII веках| IV. Митрополическая система церковного управления во II и III веках и ее происхождение

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.02 сек.)