Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 18. «Немая» сцена

Глава 6. Допрос с пристрастием | Глава 7. Тревога | Глава 8. Всё будет хорошо... | Глава 9. Тебе уже... лучше? | Глава 10. О пользе любопытства | Глава 12. Вы когда-нибудь любили? | Глава 13. Вера — твёрдая, как камень | Глава 14. Ив? Кто это? | Глава 15. Что может ранить больнее ножа?.. | Глава 16. Вожделенное тепло, угасшая искра |


Читайте также:
  1. А. Определение сценария
  2. А. Сценарная матрица
  3. А. Сценарная развязка
  4. А. Сценарные сигналы
  5. Антисценарий.
  6. Б. Как проверить сценарий
  7. Б. Сценарное время


Первое, что бросается в глаза, стоит только переступить порог выбранной мною комнаты – просто до неприличия огромная кровать, занимающая чуть ли не всё свободное пространство.

Ну да, а какими ещё должны быть кровати в борделях? Надеюсь, этому сутенёру пришло в голову поменять постельное бельё после очередной творившейся здесь… вакханалии.

Осторожно опускаю спящего Сиона на покрывало, почти невесомо касаясь губами наливающегося синяка на скуле, и только потом скидываю насквозь пропахшую дымом куртку, скользя пристальным взглядом по комнате.

Основной предмет интерьера был мною замечен ещё в самом начале. Две тумбочки, небольшой светильник и маленький столик на шатких ножках смотрятся невзрачно и как-то теряются на фоне всего этого… безобразия. В последнюю очередь взгляд выхватывает неприметную дверь в самом углу – скорее всего, в ванную.

Уже собираюсь встать с кровати, чтобы лично в этом убедиться, как тихий, почти незаметный, стук в дверь заставляет вскинуться и крепко стиснуть рукоять ножа, в один миг оказавшегося в моих руках. Медленно поворачиваю вычурную деревянную ручку, почти с облегчением встречаясь взглядом с пристально разглядывающей меня Инукаси.

― Это всего лишь я, - её голос такой же тихий, как и стук, раздавшийся несколько секунд назад, - поэтому убери свой ножик, пока сам случайно не порезался.

Делаю шаг назад, позволяя ей пройти в комнату и пристроить поднос с едой на самый край заваленного неприличными журналами столика. Не забыть бы при первой же возможности сжечь всю эту гадость в ближайшем камине.

― Кстати, что ты сделала с этой выскочкой? – кидаю взгляд на перевернувшегося на другой бок Сиона. ― Она хоть в сознании?

― Естественно, - Собачница обиженно фыркает. ― С чего такие мысли?

― Что-то я не слышу протестующих криков нашей жрицы любви. По идее, она сейчас должна молотить кулачками во все стены, требуя пропустить её к Сиону.

― Может, и колотит, - на лице Инукаси появляется ехидная усмешка, - но ты этого не услышишь. Здесь почти полная звукоизоляция. В противном случае этого старика уже давно хватил бы удар от зависти.

― Вот как, - усмехаюсь в ответ, - ну, тогда пусть делает, что хочет.

― С ним всё в порядке? – oна смотрит в сторону Сиона, в один миг становясь серьёзной.

― Надеюсь, - прослеживаю её взгляд. ― Когда Рикига вернётся, объясни ему всё сама.

― Хорошо, - она уже берётся за ручку двери, - и ещё попрошу у него какую-нибудь одежду.

― Неплохая идея, - морщусь от стойкого запаха гари, который, кажется, намертво впитался в кожу и волосы.

Закрываю дверь, на всякий случай, заперев её на замок, а потом тихо присаживаюсь на край кровати, проводя пальцем по расцарапанной щеке.

― Сион, - стираю полосу сажи со лба, - пора вставать.

Он недовольно хмурится, и, кажется, снова собирается отвернуться.

― Ну, нет, - обнимаю его двумя руками, притягиваю к себе, - просыпайся.

― Зачем? – на заспанной мордашке появляется упрямое выражение. ― Не хочу.

― Надо, - целую нахмуренную складку на переносице, - поешь, вымоешься, а потом снова ляжешь.

― Ну, хорошо, - он широко зевает, открывая глаза, а потом обнимает меня в ответ. ― Kак ты?

― Лучше, чем некоторые личности, которые чуть не свели меня с ума полчаса назад, - запускаю руку в белые пряди, глажу по голове. ― Сможешь встать?

― Постараюсь, - он отстраняется, кидая на меня внимательный взгляд, - у тебя кровь… вот здесь.

Тёплые пальцы нежно проводят по шее, а потом Сион оглядывается, и, конечно, тут же замечает размеры кровати, на которой сидит практически вплотную ко мне.

― Ого…

А я-то думал, он уже разучился краснеть.

― Где мы?

― В борделе Рикиги, - внимательно наблюдаю за его реакцией.

― А… Э… Что? - замешательство вкупе с очередной порцией смущения.

― Я всё объясню завтра, хорошо? – снова притягиваю его к себе. ― А сейчас вставай.

― Недзуми, - чувствую тёплые губы около своего уха, - всё очень плохо, да? Раз нам нельзя домой?

У меня сейчас просто нет сил объяснять ему всё…

― Что тебе не понятно в слове «завтра»? – встаю и слегка подталкиваю Сиона к столику, одновременно сваливая всю непотребную литературу в угол. Хватит его сегодня смущать.

― Ты просто пользуешься тем, что я дико голоден, а значит, неспособен спорить, - в его голосе слышится обида, когда он берёт ложку и принимается за суп. ― И вообще…

― Ты можешь замолчать хоть на минуту? – устало падаю в кресло, вспоминая, что, вообще-то, у меня с утра во рту тоже не было ни крошки. Но я способен продержаться без еды куда дольше, чем любой нормальный человек, а уж, тем более, Сион.

― Куда ты? – его голос застаёт меня уже у самой двери в ванную.

― Ещё вопрос – и я заткну тебе рот журналом Рикиги, - тяну на себя ручку двери и, в самом деле, оказываюсь в ванной комнате.

Чёрт.

Судя по всему, мало кому приходила в голову мысль мыться здесь. Больше всего она подходит для продолжения… действа. Но, кажется, сейчас её будут чуть ли не в первый раз использовать по назначению.

Брезгливо отодвигаю на самый край кучу каких-то баночек и флакончиков, отбрасываю в сторону тошнотворно-розовые полотенца, и ногой задвигаю подальше под ванную коврик с откровенно пошлой надписью.

Когда я спустя пять минут возвращаюсь в комнату, мои глаза застают дивную картину – половина супа съедена подчистую, а сам Сион вытянулся на огромной кровати, и, кажется, снова заснул.

Качаю головой, притягивая к себе спящего чудика, а затем кладу руку на пряжку его ремня.

― Что ты делаешь? – сонно бормочет он, перехватывая мою руку.

― Соблазняю тебя, разве не видно? – расстёгиваю ремень и стягиваю штаны.

― В самом деле? – он приоткрывает один глаз и косится на мои руки.

― Идиот. Всего лишь собираюсь тебя хорошенько отмыть. Ты пахнешь, как… Впрочем, неважно.

― На себя посмотри, - обиженно бурчит Сион, снова закрывая глаза.

― Если ты заснёшь прямо в ванной и наглотаешься воды, я и палец о палец не ударю, чтобы что-нибудь предпринять, - тяну его на себя и спускаю с плеч разодранную на груди рубашку, - марш в ванную.

― А можно завтра? – он снова широко зевает, устраивая голову у меня на груди.

Да что ты будешь делать…

Стягиваю с него трусы, подхватываю на руки и несу в сторону ванной. На всякий случай проверяю температуру воды, а потом аккуратно опускаю Сиона на дно.

― Иди ко мне, - бормочет он, откинув голову на бортик ванной и закрыв глаза, - а то ведь, и в самом деле, наглотаюсь.

― Шантажист, - быстро избавляюсь от одежды и с трудом удерживаюсь от того, чтобы блаженно застонать, когда уставшее и измученное тело оказывается в горячей воде.

Притягиваю сонного чудика к себе, обнимаю, обхватываю ногами и утыкаюсь носом в пахнущую дымом макушку. Подумать только, я ведь чуть было не потерял всё это.

― Сион…

― Что? – он касается губами моей шеи.

― Я люблю тебя.

На самых задворках сознания здравый смысл ещё пытается вякнуть что-то о том, чтобы я немедленно заткнулся, а ещё лучше – взял свои слова обратно, но я грубо обрываю его и только сильнее зарываюсь в белые прядки.

Сион подтягивается повыше, так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и в упор смотрит на меня долгим, серьёзным, и, кажется, немного грустным взглядом.

― Никогда не думал, что ты скажешь это первым, - он проводит большим пальцем по моей щеке, а потом легко, почти невесомо касается губ.

Я вообще никогда не думал, что кому-нибудь скажу это.

Затягиваю его в поцелуй, чувствуя, как мокрые ладошки гладят плечи, спускаются на спину, как сам он прижимается ещё ближе, тёплый, чуть дрожащий, раскрывающийся навстречу моим губам, и, кажется, совершенно забывший обо всех своих синяках, ссадинах, и, что самое главное – о своём более чем ослабленном состоянии.

И поэтому мне приходится приложить нечеловеческие усилия, чтобы отстраниться, оторваться от его губ и тихо прошептать на ухо:

― Не сейчас…

В красных глазах плещется самое настоящее, ничем не прикрытое желание, но слабость и усталость, очевидно, всё-таки, берут верх, потому что он, тяжело вздохнув, устраивает голову у меня на плече, щекоча кожу горячим, немного неровным и сбившимся дыханием.

― Недзуми…

― Что? – целую его в макушку.

― И я тебя.

Ничего не говорю, просто сжимаю его так сильно, что ещё чуть-чуть, и, кажется, он снова не сможет дышать.

Позже, когда он, уже полностью вымытый, спит на огромной, явно не предназначенной для сна кровати, я изо всех сил пытаюсь не присоединиться к нему. Мне кажется, что стоит только на секунду закрыть глаза – и Сион снова умудрится влезть в какие-нибудь неприятности. А я слишком вымотался за сегодняшний день я, чтобы спасать его в очередной раз.

В конце концов, усталость берёт своё, и, на всякий случай, обняв покрепче спящего чудика, я проваливаюсь в глубокий, лишённый каких-либо сновидений, сон.

 

* * *

 

― Недзуми, - тихий, но от этого не менее злой шёпот Инукаси доносится через чуть приоткрытую дверь, - я больше не могу держать её взаперти!

― Это ещё почему? – свирепо спрашиваю я, мельком оглянувшись в сторону кровати. Кажется, не проснулся.

― Ты совсем идиот?! Она, как минимум, целую ночь просидела под замком! Да и Рикига требует, чтобы мы немедленно её освободили!

― Чёрт, - еле сдерживаюсь, чтобы не пнуть ни в чём не повинный дверной косяк, - мы спустимся через десять минут.

― Через пять! – зло бросает Собачница, впихивает мне в руки стопку одежды, стремительно разворачивается и исчезает в полумраке коридора.

Что ж, как бы я не старался этого избежать, когда-то оно просто должно было случиться…

― Вставай, - трясу Сиона за плечо, без особой нежности стягивая с него одеяло. Прекрасно понимаю, что он не заслуживает такого обращения, но… чувствую, скоро он и сам не будет таким уж покладистым.

― Уже пора, да?

― И давно, - изо всех сил стараюсь не замечать растерянности, появившейся в красных глазах. ― Как ты себя чувствуешь?

― Вроде хорошо, - он зевает и садится на край кровати.

― Тогда одевайся, - на его колени падает стопка с одеждой, а я прилагаю все усилия, чтобы не пересечься взглядом с явно недоумевающим сейчас Сионом.

― Недзуми, - мою руку сжимают его пальцы, - что случилось?

― Ничего, - вырываю ладонь, - одевайся, чёрт тебя возьми! Нас ждут внизу.

― Кто? – он ещё пытается развести меня на разговор, но я просто игнорирую все его попытки, молча натягиваю одежду и прислоняюсь к двери, скрестив на груди руки. ― Оделся?

― Да, - он опускает глаза, наверняка, чтобы я не видел затаившейся в них обиды.

При одном только взгляде на эту расстроенную мордашку, хочется сгрести Сиона в охапку, прижать к себе, и целовать, целовать, целовать, таким образом вымаливая прощение за своё более чем отвратительное поведение.

Но я просто поворачиваю дверную ручку, кивком головы указывая на коридор, и Сион, поняв всё абсолютно правильно, проходит мимо меня, первым начиная спускаться по немного скрипучей лестнице.

Как раз вовремя, потому что стоит нам оказаться в гостиной, как с другой стороны коридора раздаются негодующие и вполне отчётливые вопли, свидетельствующие о том, что Сафу, наконец-то, обрела долгожданную свободу.

― Какого чёрта?! Да как ты могла… - её голос срывается от злости и негодования. ― Чёрт возьми, пустите меня к нему!!!

Эта выскочка фурией влетает в гостиную, и Сион, видимо, ещё не разобравшись в том, кто перед ним, от неожиданности делает шаг назад, прячась за мою спину.

― Отведи меня к Сиону, чёртова идиотка!!! Немедленно!!! По какому пр…

В следующий миг её голос замирает на полуслове, да и сама она застывает, подобно изваянию, потому что он, наконец-то, поняв, кто перед ним, делает шаг вперёд, кажется, не в силах поверить своим глазам.

― Сион…

Они смотрят друг на друга несколько долгих, томительных секунд, а потом, всё ещё не отрывая взглядов, почти синхронно произносят:

― Твоя внешность…

Сжимаю зубы, наблюдая за тем, как Сион делает шаг навстречу, а уже через секунду Сафу повисает у него на шее, уткнувшись носом куда-то в район ключиц.

― Я думала… что ты… а они… сказали… что ты можешь быть мёртв… не верила… не хочу… С-Сион…

― Ну, хватит, - он прижимает её к себе, гладит содрогающуюся от рыданий спину, - я здесь… всё хорошо…

Мне хочется придушить ни в чём не повинную сейчас Собачницу только потому, что с её стороны раздаётся тихий, но полный издёвки смешок.

Пальцы сами стискиваются в кулаки, когда я вижу, как она ещё крепче обнимает его, как Сион успокаивающе проводит рукой по длинным вьющимся прядям, и прилагаю все усилия, чтобы оставаться там, где стою.

― Сион… - всхлипнув в последний раз, она отстраняется, не сводя с него полных слёз глаз, - расскажи мне… всё…

― Как ты здесь оказалась? – кажется, он совершенно не замечает взгляда, буквально прожигающего его спину. ― И… твоя одежда…

― Потом объясню, - Сафу рукой смахивает остатки слёз, а в следующий миг замечает меня, и в её глазах тут же вспыхивает злость. ― Какая же ты… сволочь…

― Что?!

Игнорирую удивлённый возглас моего чудика, отвечая не менее тяжёлым взглядом.

― А ты думала, что я подпущу к нему шлюху, за спиной которой стоит чуть ли не весь Комитет безопасности? – пальцы уже привычно сжимают нож в кармане куртки.

― Я столько искала его, а ты сказал, что понятия не имеешь о том, где он! – кажется, она вот-вот впадёт в очередную истерику.

― Недзуми… - Сион медленно поворачивается ко мне. ― Ты… И в самом деле?

― Что – в самом деле? – я прекрасно знаю, о чём он хочет спросить.

― Знал… всё это время…

― Да.

― Но… - в красных глазах застыло самое настоящее непонимание вперемешку с болью, - почему?..

― Эта шлюха… - я что, пытаюсь оправдываться?!

― Не смей называть её шлюхой! – Сион сжимает кулаки, а на заднем фоне, наверняка, в попытке сдержать рвущийся наружу смех, тихо фыркает Инукаси.

― Прекрати орать, - кто бы знал, скольких сил сейчас мне стоит сдерживаться. ― Твоя драгоценная Сафу послана сюда по твою душу Комитетом безопасности.

Ещё один недоумённый, полный боли взгляд. На этот раз – в сторону ошарашенной Сафу.

― Это… правда?

― Сион, нет! – в её голосе слышится самое настоящее отчаяние. ― Всё совсем не так!

― Да чёрт вас всех возьми! – он, кажется, готов вот-вот выйти из себя. ― Инукаси, хоть ты можешь объяснить мне всё по-человечески?!

― Н-не могу!!! – она просто складывается пополам от хохота. ― К-какие же вы… ахахахаха… и-идиоты!!!

― Хватит ржать!

― Сион! – Сафу в один миг оказывается около него, хватает за руку и умоляюще смотрит в глаза. ― Выслушай меня, ну пожалуйста! Я всё объясню!

― Будь так добра, - он не делает попытки стряхнуть её пальцы, и я ощущаю очередной прилив злости, - причём, в подробностях.

― Вряд ли ты захочешь их услышать, Сион, - не в силах сдержаться, добавляю в свой голос брезгливую усмешку, - они весьма… пикантны.

― Ой, у-умира-а-аю!!! – эту шавку уже просто выворачивает от смеха. ― Это… это…

― Пойдём отсюда, - Сафу кидает презрительный взгляд на бьющуюся в истерике Инукаси и тянет уже ничего не понимающего Сиона к выходу, - поговорим в месте, свободном от… предателей и идиотов.

― Чёрта с два, - в три шага оказываюсь рядом с Сионом, вырывая его руку из неслабой хватки этой выскочки, - он никуда не пойдёт.

― Да кто ты такой, чтобы приказывать, что ему делать?!

― Не твоё дело. Но он останется здесь.

― Недзуми… - кажется, он растерян тут больше всех, - я…

― Да почему ты его слушаешь?! – Сафу вновь вцепляется в его ладонь. ― Кто он вообще такой?!

Ах, тебе объяснить, кто я такой? Ну, что ж…

С силой дёргаю Сиона к себе и, под аккомпанемент ставшего гомерическим, хохота, впиваюсь в мягкие, тёплые, вздрогнувшие от неожиданности губы.

Конечно же, он пытается сопротивляться, конечно, пытается оттолкнуть меня, но я уже давно знаю, как именно нужно провести языком по нижней губе, чтобы заставить их приоткрыться, как сильно прихватить кончик языка, чтобы он прижался к моему, как пройтись пальцами по позвоночнику, чтобы сбить, и без того, неровное дыхание.

Несколько секунд, и он, похоже, сам не понимая, что же творит, раскрывается навстречу, обнимает меня за шею, прижимается всем телом, и, кажется, чуть всхлипывает, когда мои руки обручем сжимаются вокруг его талии.

Целую его жадно, горячо, чтобы кое у кого в этой комнате даже не возникало сомнений, кому именно принадлежит это чудо, сейчас дрожащее в моих руках, пропускаю мимо сознания и очередной «приступ» Инукаси, и изумлённый возглас Сафу, сейчас значение имеют только губы, которые так близко от моих, только руки, которые уже забираются в волосы, и, кажется, уже готовы вот-вот стянуть резинку, но…

― Сион!

Он отстраняется с совершенно ошарашенным видом, машинально облизывает распухшие губы, а потом его взгляд становится более-менее осмысленным, и, видно, до Сиона доходит, что он только что чуть ли не раздевал меня на глазах этой идиотки и Инукаси.

― Да как ты… мог…

― Сион, - снова хочу притянуть его к себе, но он шарахается от меня, почти отпрыгивая назад.

― Сафу, - меня пугает ледяное спокойствие, с которым он поворачивается к этой девчонке, - где твоя комната?

― В конце коридора, - она, всё ещё, не может прийти в себя от увиденного.

― Пойдём, - он сам берёт её за руку, утягивая вглубь коридора, - нам нужно о многом поговорить.

― Сион…

Он не удостаивает меня даже взглядом, и, по-прежнему не выпуская руки Сафу, покидает гостиную.

― Чёрт! – с силой бью кулаком по колонне, возвышающейся в центре гостиной.

― По-моему, - Инукаси, наконец-то, успокаивается, - ты слегка перегнул.

― Не твоё дело, - кидаю на неё хмурый взгляд, - на себя посмотри.

― И что теперь планируешь делать? – она приподнимает бровь в вопросительном жесте. ― Кажется, он не намерен больше с тобой разговаривать.

― В моём доме осталась сыворотка, вторую порцию которой нужно вводить сегодня вечером, - в упор смотрю в чёрные зрачки, - её нужно как можно быстрее доставить сюда.

― Я о Сионе, - она отвечает не менее пристальным взглядом.

― Наверняка, за подвалом слежка, - отвожу глаза, - поэтому появляться там более чем опасно.

― Знаю, - она качает головой, но не решается спорить, - собаки тем более вызовут подозрение…

― Кстати, где этот сутенёр? – только сейчас замечаю, что Рикига за всё утро так ни разу и не появился в поле моего зрения.

— Наверняка отсиживается в своём кабинете, напуганный вашими воплями, - она снова усмехается, - слушай, а твои крысы смогут унести пару ампул?

Интересная идея. И как она самому не пришла мне в голову? Впрочем, в связи с последними событиями, это неудивительно.

― Смогут, - прикидываю в уме размеры одной ампулы, - да, точно смогут.

― А где они?

― Обычно, если я не появляюсь дома больше суток, они сами находят меня. Значит, скоро прибегут.

― Хорошо бы, - Инукаси задумчиво трёт переносицу. ― Ладно, пойду к этому старику. Надо обговорить кое-что.

Киваю и, проводив её взглядом, машинально смотрю в конец коридора. Хочется выдернуть Сиона оттуда, затащить его в комнату и спокойно поговорить без лишних свидетелей, но вряд ли он сейчас захочет слушать меня.

С трудом переставляя ставшими тяжёлыми ноги, поднимаюсь на второй этаж и, добравшись до нашей комнаты, ничком падаю на кровать. И вряд ли, кто-нибудь, кроме Сиона, сейчас способен заставить меня пошевелиться.

 

* * *

 

Скрип приоткрывшейся двери заставляет меня резко вскинуться на кровати, но уже в следующий миг я замечаю, кто почтил меня своим присутствием, и опускаюсь обратно на покрывало.

Быстро они поговорили. И двух часов не прошло…

Сион входит в комнату и, заперев дверь, присаживается на кресло, смотря куда угодно, только не на меня.

― Почему ты не сказал мне? – его голос тихий, почти безжизненный.

― Чтобы ты в то же мгновение кинулся спасать её? – мне приходится сдерживать себя, чтобы не подойти, не провести рукой по поникшей макушке.

Сион, наконец-то, поднимает на меня полные боли глаза.

― И что в этом такого?

― Это опасно. Тем более, в твоём состоянии.

― Неправда, - он качает головой, - ты, как последний идиот, просто ревновал.

В точку. Но не в моих правилах признаваться в собственном идиотизме.

― С чего ты взял?

― Сафу сказала мне, когда именно ты привёз её в Западный блок, - Сион снова опускает голову, - в тот самый вечер, когда ты… без всяких объяснений набросился на меня.

― Сион, это не…

― Ты говорил мне, что я только твой… - теперь он почти шепчет, спрятав лицо в ладонях, - ты тогда почти убеждал меня в этом… Недзуми… после всего, что уже между нами было, неужели ты боялся, что я…

Он замолкает, но я всё прекрасно понимаю, и, кажется, в первый раз в жизни согласен признать себя полным кретином.

― Она предлагала тебе секс, - я ещё как-то пытаюсь оправдываться, - и ты… обещал ей…

― Но, надеюсь, ты заметил, что занимался я им с тобой, а не с ней?! – Сион вскидывает голову, и я начинаю ненавидеть себя за слёзы, выступившие на, и без того, грустных глазах.

― Сион…

― Что я должен был сделать, чтобы ты мог доверять мне, Недзуми? И не вести себя, как чёрт знает кто, скрывая от меня нечто настолько важное?

― Прости… - это слово срывается с губ раньше, чем я успеваю проклясть себя за болтливость. А, впрочем, сейчас Сион более чем прав…

― Ты хоть понимаешь, что есть такое слово, как просто «друг»? – он почти плачет, снова прожигая меня наполненным обидой взглядом.

«Вы когда-нибудь любили?»

― Но она тебя другом не считает, - сжимаю зубы, вспоминая горящие глаза Сафу, когда она строила планы о дальнейшей жизни Сиона в Пятой зоне, - она любит тебя.

― Я знаю, - он вдруг становится спокойным, как никогда, - она сказала мне об этом полчаса назад.

― Ну… что ж, рад за вас, - кажется, сердце уже вот-вот готово выскочить из груди.

― Идиот! – Сион вскакивает с кресла, в один миг оказывается около меня и с силой бьёт сжатым кулаком по руке. ― Какой же ты придурок!

― Тихо… - без особых усилий перехватываю его руки, заставляю прижаться к себе, - всё… успокойся.

― Идиот… - он всё ещё всхлипывает.

― Знаю, - не выпуская его запястий, притягиваю ближе. ― Так… что ты ей ответил?

Ну почему я до сих пор пытаюсь убедить себя, что мне не так уж и важен этот ответ?

― Что… она никогда не сможет стать для меня кем-то большим, чем просто друг. Я сделаю всё, чтобы помочь ей, но не смогу полюбить. Никогда.

В горле стоит ком, когда я, наконец-то, отпускаю его руки, обнимаю, усаживаю себе на колени.

― Что-то ещё? – этот самый ком мешает говорить, заставляя с силой проталкивать слова через пересохшее горло.

― Тогда она спросила… - он утыкается лицом в мою макушку, и, кажется, краснеет, - что значил тот поцелуй.

― А ты? – ну почему говорить так сложно?

― Ответил, что это было, - Сион обвивает мою шею руками, - по любви…

Я больше не могу… просто не могу…

Запрокидываю голову и нахожу уже тянущиеся ко мне губы, сливаясь в нежном, полном чего-то невыразимого, поцелуе, забираюсь руками под футболку, глажу лопатки, перемещаюсь на чуть выступающие позвонки, и, когда Сион выгибается навстречу, мягко опрокидываю его на покрывало.

― Хочу тебя.

Не знаю, кто из нас первым это сказал, просто покрываю поцелуями его лицо, шею, ключицы, чувствуя, как моя собственная футболка, повинуясь его пальцам, ползёт вверх по спине, и отстраняюсь всего на секунду, чтобы сдёрнуть её через голову, отшвырнуть подальше, и потом вновь почти что наброситься на дрожащее подо мной тело.

Как же хорошо…

Его близость сводит с ума, заставляя голову кружиться в каком-то пьяном, выметающем из головы все до единой мысли, угаре. Но, всё-таки, за секунду до того, как овладеть им, не выдерживаю и шепчу в самое ухо:

― Ты мой… только мой…

― Твой… - он выгибается навстречу и тут же закусывает губу от неминуемой боли.

Теперь, когда я целую его, стараясь хоть так немного сгладить болезненные ощущения, я уверен в этих словах, как никогда раньше.

 

* * *

 

― Как думаешь, - Сион приподнимается на локте и проводит пальцем по моему лицу, - нас не хватятся?

― Понятия не имею, - прикрываю глаза, чувствуя, как виска касаются искусанные, кажется, в кровь губы.

И хоть я и пытался в перерывах между поцелуями объяснить ему про полную звукоизоляцию, он предпочитал терзать их весьма болезненными укусами, сдерживая так и рвущиеся наружу стоны, переходящие в крики.

Но… и, в самом деле, пора вставать. Потому что сейчас первостепенное значение имеет сыворотка, всё ещё находящаяся в нашем подвале.

Словно в подтверждение моим мыслям, тишину комнаты нарушает многоголосый писк, а спустя несколько секунд три крысы проскальзывают в комнату, а затем и на кровать, удобно устроившись в складках одеяла.

― Гамлет! Крэвэт! Лунный! – Сион протягивает руку, и три пищащих комочка тут же вскарабкиваются на его плечо.

― Наконец-то, - с изрядной долей облегчения усаживаю Гамлета себе на ладонь. Мне хватает пары минут, чтобы, дав указания, проводить взглядом стремительно исчезающих в щели миниатюрных роботов.

― Нужно забрать сыворотку, да? - Сион смотрит куда угодно, только не на меня.

― Иди сюда, - обнимаю его, оставляю поцелуй на обнажённом плече, - всё будет хорошо.

― А если, - его начинает трясти, - я снова… попытаюсь…

― Сион, - подцепляю пальцами его подбородок, вынуждая посмотреть прямо в глаза, - мы уже говорили об этом.

― Я тогда не сказал тебе, - беловолосая макушка снова опускается, оказываясь у меня перед глазами, - но в тот момент, после введения сыворотки…

Он вздрагивает, и я покрепче прижимаю его к себе.

― Тогда… когда эта дрянь… овладела мной…

― Сион, - кажется, я уже знаю, что он скажет, - не надо.

― Я… я ненавидел тебя, Недзуми. Так сильно, что хотел убить.

От его слов пробирает морозом по коже, но я только сильнее стискиваю Сиона в своих объятиях.

― Это был не ты, а…

― Но оно живёт во мне, понимаешь!? – он, не дав мне договорить, вырывается из объятий. ― И пока я здесь, ты, да и все остальные – в опасности!

Как же мне надоели эти бессмысленные споры!

― Прекрати, - устало притягиваю его к себе, - кажется, я уже говорил, что тебе от меня просто так не отделаться.

― Но оно… - Сион кладёт голову мне на плечо, - оно придаёт сил… причём таких, что это… страшно.

― Я знаю, - тихонько укачиваю чуть дрожащего Сиона, - но мы скоро избавимся от этой дряни. Вот увидишь.

― Ага… - тихий всхлип, - и тогда…

― Что – тогда?

Провожу пальцем по его шее, и Сион сильнее зарывается носом куда-то в район моей ключицы.

― Ну… - кажется, он снова краснеет, - ну… ты же…

― Что? – откровенно наслаждаюсь охватившим его замешательством.

― Ты ведь… будешь со мной, да?

― С чего ты взял? - усмехаюсь, слегка прикусывая растрёпанные пряди. ― Да я просто мечтаю поскорее избавиться от тебя, сдав с рук на руки матери и этой выскочке. Хотя нет, Сафу ты уже отказал. Ну, значит, просто матери.

― Идиот, - ощущаю весьма болезненный укус в районе ключицы.

― Что-то ты совсем распустился, - нахожу его губы, впиваюсь бескомпромиссным поцелуем и снова опрокидываю спиной на кровать, чтобы у этого чудика даже не возникало мыслей относительно моих намерений после того, как этот кошмар закончится.

― Знаешь, - задумчиво произносит Сион, когда я, наконец-то, оставляю в покое его губы, - в ту ночь, когда мы ходили в Риверз, Такеши предложил мне работать вместе с ним. Ну, когда всё это останется позади.

― И ты согласился? – в душе появляется не вполне понятное чувство какой-то опустошённости и ещё… потери?

― Мне тогда было не до того, - Сион хмурит белёсые брови, - ну, ты сам понимаешь. И Такеши сказал, что ещё вернётся к этому разговору.

― Ты должен согласиться, - пальцем расправляю нахмуренную складку на переносице, - это ведь… я видел, как ты меняешься, когда…

Плевать, что на душе сейчас мерзко и противно от того, что он, возможно, выберет жизнь, которая подходит ему куда больше, чем существование и прозябание в Западном районе. Да и что я о себе возомнил? Что я смогу предложить ему, останься он в этой дыре?

Кажется, какая-то часть этих мыслей отражается на моём лице, потому что Сион чуть приподнимается, в один миг опрокидывает меня на спину и придавливает к кровати, отнюдь не нежно впиваясь пальцами в мои плечи.

― Даже не хочу знать, что за мысли вертятся сейчас в твоей голове, - он изо всей силы упирается коленом в моё бедро, - но будь так добр добавить к ним ещё одну.

Мне даже не надо прилагать усилий, чтобы сбросить с себя явно разозлённого Сиона, но я, почему-то, не в силах сделать даже малейшего движения, как и отвести взгляда от прожигающих меня красных глаз.

― Ты имел наглость смыться четыре года назад и оставить меня одного, - он говорит медленно, чеканя каждое слово, - но только попробуй сделать это ещё раз, окрылённый «гениальными» идеями о том, что рядом с тобой у меня не может быть будущего.

Да с каких это пор ему удаётся читать меня, как открытую книгу?

― Ты понял? – колено сильнее вдавливается в бедро, ещё чуть-чуть, и будет по-настоящему больно.

― Послушай, Сион, - стараюсь не морщиться от не самых приятных ощущений, - для тебя будет лучше…

― Нет уж, это ты слушай, - он ослабляет нажим, а в следующий миг усаживается верхом, обхватив коленями мои бёдра, - минуту назад ты сам ясно дал понять, что больше не оставишь меня. Так зачем, чёрт тебя дери, так резко менять своё мнение только потому, что ты вдруг решил, что где-то, в другом месте, мне будет лучше?!

Его руки ослабляют хватку, а потом нежно проходят по груди и спускаются к животу, рассылая по телу мурашки удовольствия.

― Недзуми… я не хочу жизни, в которой нет тебя.

Его слова болью отдаются где-то в самой глубине, заставляют прикрыть глаза, чтобы в следующий миг не увидеть, а почувствовать, как тёплая щека прижимается к моей груди.

― Я считал, ты сам додумаешься до этого, но ты упрямый непроходимый осёл. Захоти я другой жизни – что мне стоило тогда согласиться на предложение Сафу? Ведь она была бы идеальной партией для меня, не находишь?

― Сион… - я не хочу этого слышать, но он продолжает говорить, всё ещё прижимаясь к моей груди.

― И пару часов назад… когда она открыто призналась мне в любви, Недзуми, Сафу хотела увезти меня в Пятую зону. Дать мне будущее. То, которого, как она считает, я достоин.

Я уже собираюсь ответить, но его ладонь, накрывающая мои губы, не даёт этого сделать.

― Замолчи. После всего, что она сделала, на что пошла ради меня, я отказал ей второй раз, Недзуми. Как думаешь, ради чего? А точнее – ради кого?

В следующий миг груди становится холодно, а на меня в упор смотрят красные, очень грустные сейчас глаза. Отвожу его ладошку от своего рта и касаюсь поцелуем, медленно проводя губами по пересекающей её линии. Кажется, жизни.

― Похоже, теперь моя очередь говорить это, - Сион сокрушённо качает головой, - ты только мой, Недзуми. И я никому не позволю отнять тебя, а уж, тем более, снова исчезнуть.

― Ты такой… придурок, - в горле пересыхает, когда я осторожно обнимаю его, - какой же ты, на самом деле, дурак.

― Я люблю тебя.

В горле пересыхает. Я…

― …никогда не оставлю, - провожу ладонями по спине, по пояснице, спускаюсь ещё ниже, - обещаю.

― Умница, - Сион довольно улыбается, легко, ненавязчиво потираясь бёдрами о мой пах, отчего низ живота отзывается вполне определённым образом.

― Ты на что это намекаешь? – выразительно приподнимаю бровь, а пальцы уже сами начинают гладить обхватившие меня бёдра.

― С чего ты взял, что я намекаю? – eщё одно движение, сопровождающееся тихим стоном. ― Я… ничего такого не имел в виду…

― Я вижу, - подминаю его под себя, оказываюсь сверху и впиваюсь поцелуем в губы, краем сознания отмечая, что он уже успел обхватить меня ногами, прижаться ещё теснее, и, кажется, оставить на моей спине вполне отчётливые следы ногтей.

Уже собираюсь переместиться на его шею, чтобы оставить не менее яркие отметины, как вдруг громкий и резкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть и разочарованно отстраниться.

― Какого хрена?! – кажется, Собачница не на шутку зла. ― Вы вообще собираетесь сегодня почтить нас своим присутствием?!

― Через десять, - не могу оторвать взгляда от бешено бьющейся на шее жилки, - через пятнадцать минут.

Естественно, она меня не слышит, при здешней звукоизоляции даже её крики слышны еле-еле.

― Немедленно спускайтесь, придурки!!! – похоже, Инукаси изо всей силы бьёт кулаком в дверь. ― А ты, чёртова крыса, может быть, вспомнишь, что мы в полной заднице, и соизволишь сделать хоть что-то?!

Как же она меня бесит…

― Она права, - Сион откидывается на подушку, успокаивающе проводя ладонью по моей спине, - идём.

С трудом отрываюсь от такого соблазнительного тела, напоследок ощутимо прикусывая ключицу.

― Тогда одевайся и не приближайся ко мне ближе, чем на метр, - заставляю себя отвернуться, - иначе они точно не дождутся нашего появления.

Перед тем, как спуститься вниз, я, всё-таки, притягиваю его к себе и утыкаюсь носом в белые прядки.

― Ты сейчас узнаешь о многих… не очень приятных вещах. В том числе, и…

― Поверь, я знаю, с кем связался, - Сион не даёт договорить и проводит пальцем по моей щеке, - тем более всё, что ты делаешь в последнее время, всё это… ради меня.

Сжимаю его изо всех сил, чувствуя, как он возвращает объятие. Мы стоим, тесно прижавшись друг к другу, лихорадочно забирая у времени последние минуты тишины и покоя.


Дата добавления: 2015-07-16; просмотров: 56 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 17. На волоске| Глава 19. Испытание сердца

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.054 сек.)