Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Благодарность 2 страница

Благодарность 4 страница | Благодарность 5 страница | Благодарность 6 страница | Благодарность 7 страница | Благодарность 8 страница | Благодарность 9 страница | Благодарность 10 страница | В поисках земли обетованной 1 страница | В поисках земли обетованной 2 страница | В поисках земли обетованной 3 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Эбби молча склонила голову. Сэмюель сообщил ей плохую новость. Он положил вилку в ожидании, зная, что она читает про себя одну из своих горячих молитв. Когда Эбби подняла голову, лицо ее было бледным, глаза – влажными от слез. Сэмюель испытывал те же самые чувства, что и она.

– Было бы во сто крат лучше, если бы я родился богатым, а не симпатичным малым.

Старая шутка не возымела прежнего действия. Эбби дотянулась до его руки и положила на нее свою. Сэмюель только покачал головой, говорить он не мог.

– Интересно, что же на этот раз сделает Бог? – произнесла она задумчиво.

– Ты не единственная, кто хочет это знать.

 

* * *

 

Страшный грохот донесся до ушей Пола Хадсона, как только он открыл входную дверь арендуемого им дома. Он снял пиджак и повесил его во встроенный шкаф в коридоре. И от души расхохотался, когда на полу кухни обнаружил своего трехлетнего сынишку Тимоти, нещадно колотившего деревянной ложкой по днищу кастрюли, пока Юнис звонким голосом распевала: «Бытие, Исход, Левит, Числа…»

С улыбкой Пол наблюдал за ним, прислонившись к дверному косяку. Тимоти первым заметил его.

– Папа!

Он бросил ложку и вскочил на ноги. Пол обнял сына, поцеловал его и закинул себе на плечи.

С радостной улыбкой на лице Юнис положила целую горсть столовых приборов в ячейку для сушки и потянулась за полотенцем.

– Как прошел твой день?

– Замечательно! Занятие прошло отлично. Лес рук. Вопросы. Горячее обсуждение. Я люблю, когда люди увлекаются дискуссией. – Пол подошел к ней, поцеловал. – От мамы так вкусно пахнет.

– Мы сегодня пекли печенье.

– Па, будешь моей лошадкой?

– Если не будешь очень сильно погонять своего старика. – Пол встал на четвереньки. Тимми вскарабкался ему на спину и обхватил своими тоненькими ножками его грудную клетку. Пол встал «на дыбы» и издал громкое ржание. Тимми крепко держался, заливаясь от смеха и визжа. Потом дважды вонзил свои острые пяточки в ребра Пола.

– Полегче, ковбой! – Пол взглянул на смеющуюся Юнис, и сердце его переполнилось острым чувством счастья. Разве может мужчина обладать такой благодатью? – Хорошо, что у него нет шпор! – Пол три раза обежал гостиную, прежде чем перевернулся на спину и скинул сына на ковер. Тим, не теряя времени даром, взобрался отцу на живот и принялся прыгать на нем, что было не так уж приятно.

– Уф! Уф! – постанывал Пол.

– На автоответчике записан звонок от декана Уиттиера, – сообщила Юнис.

– Я давно не говорил с ним. Который час?

– Четыре тридцать.

– Покружи меня самолетиком, пап. Пожалуйста!

Пол подхватил сына за руку и за ногу и стал кружить его вокруг себя, а тот в свою очередь имитировал звуки работающего мотора.

– Он никогда не уходит с работы до шести. – Пол аккуратно посадил «самолетик» на диван. – Давай поиграем в футбол, Тимми. – Перед тем как выйти во двор, Пол поцеловал Юнис. – Свистни мне в пять тридцать, ладно? Не хочу томить декана ожиданием.

Во дворе Тимми ударил по мячу, пасуя Полу, и тот послал мяч обратно. Когда Тимми устал играть с мячом, отец покачал его на качелях. В пять тридцать к ним во двор вышла Юнис и напомнила мужу о звонке декана. Пол посадил Тимми себе на плечи и вошел с ним в дом, а там Юнис подхватила сына.

– Теперь пора помыть руки перед ужином, солнышко.

Пол сразу направился к телефону. Включил автоответчик.

«Это декан Уиттиер. Недавно у меня состоялся любопытный разговор, и, по всей видимости, это может вас заинтересовать».

Непонятное сообщение смутило Пола. Он открыл телефонную книгу и набрал нужный номер. Декан всегда помогал ему во время учебы в университете. Пол же в свою очередь старался не терять с ним связь, однако со времени их последнего разговора прошло уже полгода. Пол был очень благодарен декану за поддержку, которую тот оказал ему в Христианском университете Среднего Запада, особенно в тот период, когда Пол стремился оправдать ожидания и остро ощущал, как много надежд возложено на него. Только потому, что Пол был сыном известного пастора, некоторые полагали, что ему предназначено стать Божьим служителем. И, конечно, многие несказанно удивились бы, если бы узнали, что сын не был ни во что посвящен и ничего не понимал, кроме, пожалуй, одного: его отец всем заправлял. Пол слушал и наблюдал, как прихожане в благоговении стояли перед Дейвидом Хадсоном, а потом стремглав бросались выполнять его указания.

Пол много и усердно работал, чтобы стать лидером на своем курсе. Простым делом это не назовешь, но с той поры, когда он поступил в высшее учебное заведение, он не осмеливался делать себе поблажки. Все, кроме высшей оценки, могло вызвать недовольство его отца. Отец всегда ждал от Пола только блестящих результатов. «Если человек не работает в полную силу, это бесславит Бога». Пол старался как мог, чтобы держать планку, но зачастую не оправдывал ожиданий отца.

Декан Уиттиер рекомендовал его на должность помощника пастора в церковь Маунтин–Хай, одну из самых больших в стране. Иногда на воскресных богослужениях Пол ощущал себя потерянным среди огромной толпы верующих, но в классе чувствовал себя как дома. Он любил преподавать, особенно в маленьких группах, где люди с легкостью раскрываются, могут поговорить о своей жизни, получить поддержку, услышать слова ободрения.

– Приемная декана Уиттиера. С вами говорит миссис Макферсон. Чем я могу помочь?

– Здравствуйте, Эвелин. Как поживаете?

– Пол! Как вы? Как Юнис?

– Она прекрасна, как всегда. – Он подмигнул Юнис.

– Как Тимми? Пол рассмеялся:

– Он только что нещадно барабанил на кухне. Будущий музыкант.

Эвелин усмехнулась:

– Ну, это и не удивительно, принимая во внимание таланты его матери. У декана сейчас посетитель, но я знаю, что он хочет поговорить с вами. Можете подождать? Я передам ему записку, что вы ждете на линии.

– Да, конечно. Нет проблем.

Пол ждал, просматривая почту. Оказывается, Юнис уже распечатала конверты со счетами. Ух ты! Тарифы на коммунальные услуги повысились. Пол отложил извещения в сторону и пробежал глазами рекламную «макулатуру» от множества благотворительных организаций, взывающих о денежной помощи, потом просмотрел пасторский каталог товаров.

– Пол, – заговорил декан Уиттиер, – простите, что заставил вас ждать. – Они обменялись приветствиями и обычными комплиментами. – На днях я беседовал с пастором Райли. Он восторженно отзывался о вашей работе и успехах. Сказал, что на ваших лекциях всегда много слушателей, люди даже заблаговременно записываются к вам на занятия.

Пол смутился от такой похвалы.

– Много людей жаждет Божьего Слова.

– И много общин чахнет из‑за отсутствия хорошего пастора. Как раз по этой причине я звонил вам. Сегодня утром со мной связался один из старейшин маленькой церкви в Сентервилле в Калифорнии. Их пастор – мой старинный друг. Он перенес инфаркт и на службу не вернется. Старейшина посетовал, что их церковь закроется, если за кафедрой никого не окажется. Община уже сократилась до пятидесяти девяти членов, большинство из которых старше шестидесяти пяти. У них есть кое–какая собственность. В их владении находится здание церкви, которому уже сто лет, зал собраний, построенный в шестидесятые, и небольшой дом, где может проживать пастор, конечно же, не внося арендной платы. Господь сразу же подсказал мне ваше имя. Пол не знал, что ответить.

– Город находится в Большой Калифорнийской долине где‑то между Сакраменто и Бейкерсфилдом. Вы окажетесь ближе к своим родителям.

Большая Калифорнийская долина. Пол знал эти края. Он вырос в Южной Калифорнии. Каждое лето мать возила его на север в гости к тетушке и дяде в Модесто. Самые лучшие воспоминания его детства были связаны с тем временем, которое он провел со своими кузенами. Отец никогда не участвовал в тех поездках в Модесто, всегда отговариваясь своей работой, требовавшей его постоянного внимания. Когда Пол набрался смелости и спросил у отца, почему он избегает общества тети и дяди, отец ответил: «Они очень милые люди, Пол, если единственное, чем ты хочешь заниматься, – это играть в игрушки. Но у меня нет времени на людей, которые не желают вносить свой вклад в расширение Царства Божьего».

На следующее лето после этого разговора мать поехала на север одна, а Пол отправился в христианский лагерь на остров Каталина.

Иногда Пол вспоминал о своих кузенах, которые уже давно выросли и разъехались. Родственников со стороны матери у него было очень мало. Отец же был единственным ребенком в семье. Бабушка Хадсон умерла задолго до рождения Пола, а своего дедушку Эзру, который провел свои последние годы в приюте для престарелых, Пол помнил очень плохо. Старик скончался, когда мальчику было восемь лет. Пол вспомнил, какое он тогда почувствовал облегчение, поскольку ему больше не нужно было ходить в то дурно пахнущее место и видеть слезы, текущие по лицу его матери каждый раз, когда они выходили из этого заведения.

Как странно, что одно упоминание родного края в какие‑то доли секунды вызвало столько воспоминаний. Пол чуть ли не физически ощутил запах раскаленного песка, виноградников, фруктовых садов, услышал задорный смех кузенов, выкинувших очередной трюк.

– Будете сами себе голова, – продолжал декан Уиттиер. – Вам придется заступить на место пастора, который вел свою паству в течение сорока лет.

– Сорок лет – это приличный срок.

Пол понимал, что из‑за потери, подобной этой, в церкви может разыграться такая сильная буря, которая уничтожит всю общину, прежде чем он успеет до нее добраться, или его самого, если он действительно почувствует, что Бог зовет его отправиться на запад.

– Знаю, знаю. Уход пастора, который вел своих прихожан так долго, может грозить гибелью общине и церкви. Но, по–моему, вы являетесь именно тем человеком, которого Бог призывает туда. У вас есть для этого все данные.

– Я должен помолиться об этом, декан Уиттиер. Они, возможно, ищут человека старше и опытнее меня.

– О возрасте не было сказано ни слова. И сейчас не время проявлять малодушие. Звонивший мне старейшина не выказывал намерения найти кого‑то особенного. Скорее, он звонил, чтобы попросить совета. Но после десятиминутной беседы с ним я вдруг понял, что этот почтенный старец готов сделать нечто большее, чем просто сохранить двери церкви открытыми.

Полу сразу же захотелось согласиться, но он воздержался.

– Вы знаете, что я мечтал о должности пастора, декан Уиттиер, но будет лучше, если я сначала посвящу несколько дней молитве. Я не хочу торопиться. – Пол знал, что решения, принятые под влиянием эмоций, могут быть ошибочными.

– Думайте столько, сколько вам нужно. Но дайте знать мистеру Сэмюелю Мейсону, что вы обдумываете его предложение. Я продиктую вам номер телефона, по которому можете связаться с ним. – Декан торопливо произнес цифры, но у Пола под рукой были карандаш и листок бумаги, и он успел все записать. – Переговорите с пастором Райли и Юнис и еще с кем‑нибудь, кому доверяете.

– Обязательно.

– И дайте мне знать, когда примете решение.

– Как только я буду готов, я позвоню вам и, если вы не против, мы обсудим все за обедом.

– Хорошо. Благослови вас Господь, Пол. И передайте привет вашей замечательной жене. – Декан повесил трубку.

Юнис вошла на кухню с Тимми.

– Декан Уиттиер передал тебе привет.

– Вид у тебя какой‑то взволнованный.

– Ты угадала. – Пол поднял Тимми и посадил его на высокий детский стульчик, а Юнис тем временем достала из духовки запеканку. – Декану звонил старейшина одной небольшой церквушки в Калифорнии. Им нужен пастор.

Юнис выпрямилась, в ее глазах появился блеск.

– И тебя призывают?

– Может быть, да, а может, и нет. Давай не будем бежать впереди Бога, Юни. Нужно помолиться об этом.

– Каждое утро и каждый вечер мы возносим Богу молитвы, чтобы Он повел нас туда, куда считает нужным, Пол.

– Знаю. Конечно, звонок декана Уиттиера очень важен для меня. С удовольствием ухватился бы за это предложение и согласился бы. Ты ведь знаешь, Юни, как я страстно мечтаю о собственной церкви. Но в данный момент я веду занятия в двух группах и не могу взять и уйти посередине курса.

– Если во всем этом есть Божий промысел, значит, все образуется.

– Декан Уиттиер упомянул имя старейшины, который позвонил из Сентервилльской христианской церкви. Сэмюель Мейсон.

– Может, тебе стоит позвонить ему? Семестр заканчивается менее чем через месяц.

– Месяц, вероятно, слишком долго. Их пастор лежит в больнице после перенесенного инфаркта. Ему нужна замена как можно скорее.

– У них нет никого, кто мог бы временно взять на себя его обязанности?

– Не знаю. Но их пастор служил своей пастве сорок лет, Юни. – Столько же, сколько его родной отец прослужил в своей Южно–Калифорнийской церкви. – Будет нелегко работать с его прихожанами.

– Да, нелегко.

– Декан Уиттиер посоветовал позвонить мистеру Мейсону. Полагаю, вреда мой звонок не нанесет. Могу рассказать о себе, о своем опыте, объяснить, какие у меня здесь обязанности. Если мистер Мейсон скажет, что ждать они не могут, значит, таков ответ Господа – мне не нужно ехать.

– Когда думаешь позвонить?

– Не раньше чем через несколько дней. Сначала я хочу взять пост и помолиться.

 

* * *

 

Когда зазвонил телефон, Сэмюель дремал в своем кресле. Эбби отложила кроссворд и взяла трубку. Сэмюель не отреагировал. От монотонного жужжания телевизора он всегда впадал в полудремоту. Обычно, как только Сэмюель начинал смотреть ESPN[4], он сразу же засыпал и просыпался к началу показа старых классических фильмов. Пульт к тому времени уже находился в руках у Эбби.

– Минуточку подождите, пожалуйста. Сэмюель. Ну же, Сэмюель!

Сэмюель поднял голову.

– Пол Хадсон звонит, – прошептала Эбби.

– Кто такой Пол Хадсон?

– Пастор из церкви Маунтин–Хай в Иллинойсе. А звонит он по поводу твоего разговора с деканом Уиттиером.

Сэмюель сразу же проснулся.

– Я поговорю на кухне. – Он рывком встал с кресла, краем глаза глянул на экран телевизора. Сделал вид, что рассердился. – Быстренько переключила на другой канал, да? Поскольку баскетбол сейчас закончится, можешь, с моего благословения, насладиться «Звуками музыки»[5].

Эбби довольно улыбнулась, а потом произнесла:

– Мой муж буквально через минуту будет у аппарата, пастор Хадсон.

Сэмюель подошел к телефону на кухне.

– Я взял трубку, Абигайль. Сэмюель Мейсон слушает.

– Добрый день, меня зовут Пол Хадсон, сэр. Декан Уиттиер позвонил мне на прошлой неделе и сообщил, что вы ищете пастора. Он порекомендовал мне связаться с вами.

Сэмюель почесал подбородок. Как, собственно, нужно вести разговор?

– Что, по–вашему, нам следует знать о вас?

– А кого вы рассчитываете найти?

– Того, кто был бы подобен Христу.

– Так… Я сразу же могу вас заверить, что я далеко не тот, кого вы ищете, сэр.

Голос Пола Хадсона казался довольно молодым. Сэмюель вооружился ручкой и блокнотом.

– Почему бы нам не начать с нескольких слов о вашей квалификации?

– Я окончил Христианский университет Среднего Запада, – Пол замялся. – Вероятно, будет лучше, если о моих успехах в учебе вы расспросите декана Уиттиера. После окончания университета я был зачислен в штат церкви Маунтин–Хай.

– Работаете с молодежью?

– С новообращенными. Всех возрастов. Пока неплохо.

– Как долго вы там служите?

– Пять лет. Недавно я получил степень магистра по консультированию по проблемам семьи и брака.

Мастер на все руки.

– Вы женаты?

– Да, сэр. – Сэмюелю показалось, что пастор Пол улыбается. – Мою жену зовут Юнис. Мы познакомились в университете, а через две недели после получения диплома поженились. Ее специализация – музыка. Она играет на пианино и поет. Не думайте, что я хвастаюсь, но моя жена очень одаренная.

Два служителя по цене одного.

– А дети у вас есть?

– Да, сэр. У нас очень смышленый и активный трехлетний сынишка, Тимоти.

– Дети – это благословение Божье. – Сэмюель чуть было не начал рассказывать о своих дочери и сыне, но тут же запнулся – его сердце пронзила острая боль при воспоминании о гибели Донни. Сэмюель кашлянул. – Расскажите о ваших отношениях с Богом.

Сэмюель прислонился к кухонному столу, слушая, как Пол энергично и с чувством дает показания на самого себя. Родился в христианской семье. Отец – пастор церкви в Южной Калифорнии. Хадсон? Имя зазвенело в памяти знакомыми нотками, но был ли это набат или благовест, Сэмюель не знал.

Пол продолжал говорить. Он уверовал в Христа, когда ему было десять лет, в подростковом возрасте был членом молодежных групп, консультантом в христианских лагерях, летом работал в организации «Среда обитания для человечества». Во время учебы в университете трудился добровольцем в центре для пожилых людей неподалеку от своей альма–матер. Занимался с трудными подростками и детьми из малообеспеченных семей, а также учил детей скорочтению в городской школе.

Пол Хадсон казался даром небес.

Повисла долгая пауза.

– Мистер Мейсон?

– Я слушаю вас. – Просто растерялся от ошеломляющего напора молодости.

– Может быть, мне следует отправить свое резюме по электронной почте? – предложил Пол в некотором замешательстве.

Сэмюеля тронули юношеская горячность и рвение собеседника.

– У нас нет компьютера.

– Факсом?

– И этого добра не завели. – Сэмюель снова потер подбородок. – Вот что я вам скажу: воспользуйтесь услугами «Федерал экспресс»[6]. – Поскольку в церковном штате никого кроме старейшин не было, Сэмюель продиктовал свой домашний адрес. – Чем вы занимаетесь сейчас? Я имею в виду, какие у вас обязанности в церкви?

– Я работаю в нескольких направлениях, но сейчас моей прямой обязанностью является преподавание основ христианского вероучения в двух группах.

– Как долго длится курс?

– Курс закончится через три недели в обеих группах. А еще через неделю после этого мы проводим церемонию заключения завета для тех, кто покаялся и принял Христа.

– Значит, ближайшие четыре–пять недель вы заняты.

– Именно так, сэр. И если вы меня вызовете, мне нужно будет дополнительное время, чтобы собрать свои пожитки, перевезти семью, устроиться на новом месте.

– С этим проблем нет. Но мы не хотим спешить. Я доведу информацию до сведения других старейшин. Нам нужно помолиться об этом. Учитывая вашу квалификацию, это место может быть не самым лучшим для вас. Церковь у нас небольшая, Пол. Меньше шестидесяти прихожан.

– Община может увеличиться.

Она должна увеличиться, иначе они не смогут позволить себе содержать нового пастора.

– Высылайте свое резюме. Я еще раз поговорю с деканом Уиттиером. – Сэмюель хотел удостовериться, что Пол Хадсон был именно тем человеком, о котором говорил декан. – Я перезвоню вам недели через две. Как вам такое решение?

– Мудрое, сэр.

– Я бы нанял вас прямо сейчас, Пол, но нам лучше подождать и посмотреть, тот ли вы человек, которого Господь нам посылает.

– Я бываю излишне словоохотлив, чем могу утомить, мистер Мейсон. Но я молился о том, чтобы Господь дал мне возможность стать пастором.

Сэмюелю понравилась интонация, с которой были сказаны эти слова.

– Ничто из того, что вы мне поведали, не будет использовано против вас.

Они обменялись еще несколькими вежливыми словами на прощание, и Сэмюель повесил трубку. Он вернулся обратно в гостиную. На экране пела Джули Эндрюс.

– Ты уже выучила этот фильм наизусть, Эбби, – проворчал Сэмюель. – Сколько раз ты его смотрела?

– Приблизительно столько же, сколько раз ты засыпал во время программы «Ночной футбол по понедельникам». – Она взяла пульт, уменьшила звук телевизора, затем положила пульт на журнальный столик, стоявший сбоку от дивана.

Сэмюель сел в свое откидывающееся кресло[7], отрегулировал угол наклона спинки и устроился поудобнее. Помолчал. Знал, что вопросы не заставят себя ждать.

– Ну…

– Дай мне пульт, и я все расскажу тебе.

– Ты же знаешь, я возьму его снова, как только ты уснешь.

Пульт перекочевал в руки Сэмюеля.

– Ему двадцать восемь, удачно женат, имеет трехлетнего сына.

– И это все, что ты узнал от него за полчаса?

– Степень магистра. Ревностный служитель.

– Это замечательно. – Эбби подождала, пока Сэмюель что‑то обдумывал. – Не так ли?

– Поживем, увидим. – Ревностное служение может возродить церковь из пепла. Неоправданная горячность испепелит ее.

– Ты можешь направлять его.

Сэмюель глянул на жену поверх оправы своих очков.

– Ладно, а кого еще ты можешь предложить? Отиса? Холлиса?

Сэмюель вернул спинку кресла в вертикальное положение.

– Нужно подумать. Возможно, мы сумеем найти кого‑то постарше, более опытного.

– Неужели ты такой малодушный, Сэмюель?

– Вообще‑то, теперь я уже не такой молодой и дерзкий, как в былые времена, моя дорогая.

– Знаешь, как говорят: молодость и мастерство не чета опыту и вероломству.

– Шоколадное мороженое было бы сейчас как раз кстати.

Эбби вздохнула и встала. Сэмюель поймал ее за руку, когда она проходила мимо него.

– Поцелуй меня, старушка.

– Ты не заслужил поцелуя.

Он улыбнулся ей:

– А ты все же поцелуй.

Она наклонилась к нему и прильнула губами к его губам.

– Ты – старый чудак. – Глаза ее заблестели.

– Можешь взять пульт, когда вернешься.

Как только Эбби покинула комнату, Сэмюель начал молиться о том, чтобы Господь указал ему, призван ли Пол Хадсон служить в Сентервилльской христианской церкви. Сэмюель молился, пока ел мороженое, пока его жена смотрела «Звуки музыки». Когда они приготовились ко сну, Сэмюель помолился вместе с Эбби, а потом еще долго лежал без сна рядом с давно уснувшей супругой и разговаривал с Господом. Молился он и на следующий день, пока косил траву на лужайке и смазывал маслом петли и пружины гаражной двери. Сэмюель продолжал молиться, доливая моторное масло в свой «де сото», смахивая жуков с радиаторной решетки автомобиля, а потом подстригая живую изгородь.

Эбби пришла в гараж и протянула ему конверт с пометкой «Федерал экспресс». Резюме Пола Хадсона. Да, этот парень не медлил. Сэмюель распечатал конверт, прочитал резюме и положил его на кухонный стол.

– Посмотри, а потом скажешь, что думаешь. – И направился к двери.

– А как насчет обеда?

Сэмюель взял банан из круглой вазы, стоявшей на небольшом столике в углу, и вышел во внутренний дворик, чтобы еще немного поговорить с Богом. Он стоял не шелохнувшись, пока жена не позвала его. Резюме по–прежнему лежало на столе.

– Ну?

В ответ Эбби лишь слегка присвистнула.

– Вот и я так думаю.

Позднее, вечером того же дня, Сэмюель позвонил декану Уиттиеру.

– Когда Пол поступил к нам, ему пришлось очень много работать, чтобы самоутвердиться, – сказал декан.

Сэмюель нахмурился:

– Зачем ему это понадобилось?

– Его отец – Дейвид Хадсон. Для любого человека это нелегкое испытание – быть достойным такого отца и всегда оправдывать его ожидания.

Прежде чем Сэмюель успел поинтересоваться, чем Дейвид Хадсон заслужил известность, декан посчитал своим долгом рассказать о многочисленных проектах, которыми занимался Пол во время своей учебы в университете. В отдалении послышался голос секретаря декана.

– Простите, Сэмюель, но меня вызывают подругой линии. Позвольте мне лишь сказать напоследок: у Пола Хадсона есть потенциал стать великим пастором, возможно, даже значительнее, чем его отец. Хватайте его, пока можете.

После разговора с деканом Сэмюель отправился на поиски своей жены.

– Когда‑нибудь слышала о Дейвиде Хадсоне?

– Он является главой одной из крупнейших церквей на юге. Его проповеди показывают по телевидению. Пэт Сойер в нем души не чает. – Глаза Эбби засверкали от радости – она догадалась. – Ради всех святых! Неужели ты хочешь сказать, что Пол Хадсон – его родственник?

– Именно это я и имею в виду. Он сын Дейвида Хадсона.

– О, это даже больше того, о чем мы могли мечтать…

– Не делай скоропалительных выводов, Эбби. – Он направился к двери.

– Ты куда, Сэмюель?

– Хочу пройтись.

Ему было необходимо побыть наедине с собой, чтобы как следует все обдумать и помолиться, прежде чем связываться с остальными старейшинами общины.

 

2.

 

На следующий день Сэмюель отправился в больницу, чтобы поговорить с Хэнком и Сюзанной Портер о Поле Хадсоне. Хэнк вздохнул с облегчением, узнав, что церковь не закроется и что все силы старейшин брошены на поиски нового пастора. Хэнк сказал, что их сын приедет в Сентервилль в субботу.

– На этот раз, несмотря на все наши заверения, он и слушать нас не желает. Забирает нас с собой в Орегон.

У Хэнка задрожали губы, и Сюзанна взяла его за руку и нежно сжала ее.

– В последние годы мы с тобой много говорили об этом, дорогой. Пришло время.

Хэнк кивнул, соглашаясь.

– Я оставлю свою библиотеку церкви.

Сюзанна обратилась к Сэмюелю:

– Бо́льшую часть мебели мы оставим. Нам будет некуда ее поставить. Мы переедем в ту часть дома, которую раньше занимала бабушка Роберта. А это одна спальня с небольшой кухонькой и ванной комнатой. Туда можно запихнуть только спальный гарнитур, угловой стол и стулья. – Сюзанна смахнула выступившие слезы. – Когда мы должны покинуть прицерковный домик?

Сэмюель тяжело сглотнул.

– Оставайтесь столько, сколько вам потребуется, Сюзанна.

Хэнк взглянул на жену:

– Прости, что тебе одной приходится заниматься всем этим, но чем скорее ты управишься, дорогая, тем лучше. – Потом посмотрел Сэмюелю прямо в глаза: – Если ты вызовешь этого молодого человека в Сентервилль, им с женой нужно будет где‑то жить.

В палату вошла медсестра:

– Моему пациенту пора отдыхать.

Сэмюель неохотно встал, положил руку Хэнку на плечо, потом шагнул в сторону, наклонился и поцеловал Сюзанну в щеку. Говорить он не мог, мешал комок в горле.

Сэмюель вышел из больницы, сел в свой старенький «де сото», мирно поджидавший его на парковке, и заплакал. Затем поехал домой и позвонил Отису Харрисону и Холлису Сойеру.

В среду вечером они встретились в церкви, и Сэмюель предоставил им копии резюме Пола Хадсона. Характеристики молодого человека произвели на них сильное впечатление. После продолжительной молитвы старейшины около двух часов проговорили о старой церквушке, о ее лучших временах и о том, чего можно было ожидать от нового молодого пастора. Сэмюель предложил помолиться еще, прежде чем принимать какое‑либо решение. Отис пообещал, что он с Холлисом непременно серьезно отнесется к этому делу, и они сразу же переключились на обсуждение футбольных матчей, своих болячек и сумасбродств любимых женушек. Спустя какое‑то время Сэмюель предложил разойтись и встретиться через несколько дней.

К началу следующей недели старейшинам стало ясно, что Пол Хадсон явился ответом на их молитвы, и они единогласно проголосовали за то, чтобы позвонить ему и пригласить на служение при условии, что община даст свое согласие.

Члены общины были извещены по телефону, что в воскресенье утром после собрания состоится важное совещание. Тридцать семь прихожан выдержали показ Святой земли в слайдах и досидели до конца, а по завершении показа двадцать один человек даже все еще бодрствовал.

В зале собраний Эбби подала кофе. Сэмюель зачитал резюме Пола Хадсона. Кто‑то из присутствующих выразил сожаление, что к кофе нет печенья. Кто‑то предложил послушать проповедь Пола Хадсона перед принятием решения. Отис объявил, что у церкви нет возможности оплатить туристическую «прогулку» пастора самолетом для проверки его профессиональных качеств и что только чудом им удастся наскрести энную сумму денег на переезд семьи Хадсон, если, конечно, удача улыбнется им и они смогут заполучить этого молодого пастора. Это привело к обсуждению вопросов, связанных с Хэнком и Сюзанной и прицерковным домом. Поговорили также о том, как члены общины относятся к уходу Хэнка и его замене новым пастором.

Кто‑то поинтересовался, почему нет Хэнка и Сюзанны. Пришлось громче повторить новость об инфаркте Хэнка. Кто‑то сообщил, что с того самого вторника, когда Хэнка хватил удар прямо в коридоре больницы, Сюзанна постоянно, с рассвета до поздней ночи, дежурит у его постели.

Один из членов общины заметил разводы на потолке и обмолвился о необходимости срочно починить крышу. Это подвигло собравшихся к обсуждению самых разных проблем: говорили о требующемся ремонте в храме, в зале собраний и прицерковном домике, что, в свою очередь, напомнило прихожанам о плохом состоянии газона, живой изгороди и о жуках, точнее, о паразитах, которые уничтожали дерево, растущее во дворе. Кто‑то в связи с этим вспомнил о средиземноморской мухе, потом обсудили прошлых губернаторов, упомянули, сколько вреда причинили Калифорнии полчища цикад, атаковавшие виноградники. Потом пошли разговоры о засухах, авариях в энергосистеме, потопах, экономическом спаде, отсюда забрели еще дальше – к временам Великой депрессии, а потом переключились на Вторую мировую войну.

Отис должен был пообедать часа два назад, и поэтому терпение его стремительно таяло, как мороженое на солнцепеке. Он громко обратился к присутствующим с предложением голосовать. Холлис его тут же поддержал. Кто‑то полюбопытствовал, за что или против чего, собственно, нужно голосовать.


Дата добавления: 2015-11-16; просмотров: 53 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Благодарность 1 страница| Благодарность 3 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.037 сек.)