Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

ПРО СОРОКИНА 5 страница

Читайте также:
  1. A B C Ç D E F G H I İ J K L M N O Ö P R S Ş T U Ü V Y Z 1 страница
  2. A B C Ç D E F G H I İ J K L M N O Ö P R S Ş T U Ü V Y Z 2 страница
  3. A Б В Г Д E Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я 1 страница
  4. A Б В Г Д E Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я 2 страница
  5. Acknowledgments 1 страница
  6. Acknowledgments 10 страница
  7. Acknowledgments 11 страница

Кроме того, я считаю одним из самых главных наших достижений, что с опытом нашего Центра решила познакомиться журналистка и телеведущая Лариса Вербицкая. Кто-то ей про нас рассказал, какая-то журналистка написала статью, Вербицкая ее прочитала, сказала, что это ей интересно. И она пригласила меня в свою программу. Когда мы с ней встретились и эта программа прошла на первом канале, естественно, о нас очень многие узнали.

Позвонила также журналистка с «Радио России», предложила встретиться и тоже сделать некую передачу о нашем Центре. Когда мы сделали эту передачу, она решила показать ее тогдашнему руководителю ВГТРК Олегу Попцову. И буквально через какое-то небольшое время она мне звонит и говорит: ему настолько понравилось, что он предложил сделать одну — две передачи и обещал попробовать их пустить в эфир: посмотрим, мол, как пойдет. И когда после первой же передачи пришло около двадцати тысяч писем (эти мешки писем у нас стояли в Центре и в связи с моими многочисленными переездами где-то так и остались), он дал нам два раза в месяц прямой эфир по четвергам — второй и четвертый четверг месяца. И мы стали делать в прямом эфире передачу «Программа для алкоголиков и для их близких».

В течение четырех лет с 19.15 до 20.00 эта передача выходила в прямом эфире. Сейчас об этом мало говорят, и не стоит, может быть, об этом говорить, но я считаю, что во многом благодаря этой радиопередаче вообще миллионы людей в России узнали о существовании Анонимных алкоголиков. Я не могу утверждать, что это исключительно результат передачи, но вскоре стали возникать группы Анонимных алкоголиков и там, и там, и там; и сейчас практически во всех крупных городах России существуют множество групп Анонимных алкоголиков.

Я считаю, что то, что мы сумели сделать в этой передаче, уникально. У меня есть записи двадцати передач, они у мамы дома, записаны на такие же кассеты. Если хотите, можно послушать их, потому что это действительно очень интересно, и я думаю, вам пригодится в работе над книгой.

Был еще один специалист, который у нас работал. Такой специалист, я знаю, не работает нигде, ни в одном Центре, у нас он был. Это детский психолог, который работает с детьми алкоголиков. Потому что в семье каждого из наших пациентов были дети, и мы работали с детьми от шести до четырнадцати лет. Маша приходила и два раза в неделю вела с ними занятия и нучила их жить с папой-алкоголиком, или пьющим, если он продолжал пить, или с уже выздоравливающим. Это совершенно отдельная, своя методика. В этих радиопередачах, которые у меня сохранились, есть передачи с Машей, не помню ее фамилии.

И еще один момент, тоже очень интересный. Мы первыми начали практиковать то, что, наверное, сейчас практикуют многие, а тогда этого слова никто не знал, — арттерапию, терапию через искусство. Для пациента, который проходил у нас четырехнедельный курс, каждую неделю одно из занятий было посвящено арттерапии. Вита предлагала: «Сегодня ты рисуешь свою болезнь, твоя картина называется: «Я и моя болезнь». Тебе дается чистый лист бумаги, набор фломастеров двадцати восьми цветов, и ты должен нарисовать свою болезнь.

И вот наступал заключительный день пребывания пациента в Центре. Перед ним выкладывались четыре рисунка, и что он видел? А он видел ту трансформацию, которая произошла с ним за эти четыре недели. Если первая картина — это в основном коричневые, черные тона, смерть, какие-нибудь кресты, кладбище, черепа и где-то он сам, маленький: «А ты где?» «А вот он я, а все остальное — вот это темное». По мере прохождения лечения — к концу четвертой недели, на картинке — яркое солнце, голубой свет, зеленая трава, посередине стоит он, счастливый, вокруг семья, мама, дочка, все улыбаются, «Я хочу жить!» — написано. И вот он видит, очень наглядно, каким был вначале и каким выходит из Центра.

Это арттерапия, когда методами искусства, пусть примитивного, человек фиксирует и может сам вдруг увидеть те внутренние изменения, которые у него произошли за четыре недели. Это не другой человек, это он, только вот таким он был вначале — малюсенький, а все остальное его болезнь, а в конце — он в этом огромном красочном мире со сверкающими красками, а болезнь сидит в клетке, закованная. Эту болезнь он держит в себе, иногда даже в наручниках, прикованный к этой болезни, он ее несет в себе, но мир-то вот такой!

Мы всегда подчеркивали и Вита всегда говорила о том, что болезнь — это только частичка тебя, вначале она занимала в основном всего тебя, но по мере выздоровления ты это черное выдавливаешь из себя и, следуя библейской истине, что «свято место пусто не бывает», заполняешь ее новым содержанием. Вам любой священник скажет, что если пустота есть и если ты ее хорошим не наполняешь, она в десять раз больше наполнится черным. И когда в конце курса человеку показывают: вот теперь ты такой, выбирай, как тебе жить, он говорит: «Конечно же, я буду жить таким».

Да, болезнь, она есть, но это только частица тебя, и ты, на самом деле, признавая свое бессилие, признаешь не бессилие перед проблемами, не бессилие перед этой жестокой, порой немилосердной, беспощадной жизнью, ты признаешь бессилие всего лишь перед болезнью. А где она у тебя? Вот она маленькая. Да, она прикована, она никуда не денется, она внутри тебя. Но, как американцы говорят, ты ее арестовал и она сидит у тебя под замком. Это лишь частичка тебя, а все остальное зависит от того, каким содержанием ты наполнишь свою жизнь.

— А про Юрин центр что-то- скажите?

Понимаете, когда приехали Американцы с этой психологической программой, для СССР это было революцией. У нас ведь кроме ЛТП и ЗИЛа ничего не было. Но время идет и многое изменилось. Американская программа, это как питаться в Макдоналдс. А Юрин центр, это как очень хороший Русский ресторан с чудесной кухней, отдельными кабинетами, с живой музыкой (и богатым меню)..

 

 

«Я ПРОСТО ХОЧУ ЖИТЬ»

Эта женщина тоже согласилась сама ко мне приехать — не сочла за труд. Стройная, темноволосая, в элегантном светлом костюме. Что «за тридцать» понятно, а сколько за тридцать — нет. Изысканность какая-то в ее облике. И чувство собственного достоинства: плечи прямые, в разворот, голову несет гордо.


Дата добавления: 2015-10-16; просмотров: 53 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ПРО СОРОКИНА 1 страница | ПРО СОРОКИНА 2 страница | ПРО СОРОКИНА 3 страница | Здесь, разумеется, не курят, зато секретарша угощает чаем с конфетами. | Разговор с Юрием Сорокиным | Как я заболел | Жди чуда. Шесть месяцев |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ПРО СОРОКИНА 4 страница| Видимо, ей все-таки непросто было начать разговор, потому что оговорила: «Настоящих имен ведь не будет, верно?» Не будет.

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.007 сек.)