Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 12. Плохое настроение Гранта прошло уже через несколько минут

 

Плохое настроение Гранта прошло уже через несколько минут, и вскоре он снова смеялся, выбирал для меня коктейли и кружил на танцполе, представляя меня очень многим важным людям (кто же знал, что в мире такое количество очень важных людей?), и в какой-то момент их лица начали расплываться, в одно какое-то странное лицо, кормил меня шоколадом, когда он видел, что Дженнингс наблюдал...ну, я полагаю, только когда он видел, что Дженнингс наблюдал за нами. Ведь, зачем бы ему это делать в другом случае?

Я отчаянно пыталась не представлять себе другие причины, почему Грант Девлин мог бы кормить меня с рук шоколадом.

И пыталась даже не представлять другие места, где он мог бы кормить меня шоколадом. Например, в своей кровати на красных шелковых простынях. Как мы оба голые лежим на этих шелковых простынях, и он кормит меня шоколадом, как темнеют его глаза от страсти, как я облизываю губы и его пальцы очерчивают контур моих губ, двигаясь вниз по шеи, и потом дальше вниз…

Э-э, это все не важно. Продолжай в том же духе, но тебе здесь явно ничего не светит.

Несмотря на мое сверх активное половое влечение, и красочные фантазии, которые время от времени возникали у меня в голове на вечере, мне удалось прекрасно провести время. Сначала чувствовалась нервозность со стороны его, пытаясь вести себя спокойно перед всеми этими воротилами из Сан-Франциско, но Грант был прав в одном — мы были классной командой. Мы подтрунивали друг над другом, запудривали мозги, целовались, мы плели свои сети, Господи, настолько сладкие сети, что я была вполне уверена, что за эту ночь нам удалось довольно многих из этих людей, заставить по-другому посмотреть на «Devlin Media Corp» и их владельца.

Кроме того, шоколадные конфеты были действительно ужасно вкусные.

Незадолго до полуночи, я отлучилась попудрить носик. Мне потребовалось время, чтобы отыскать дамскую комнату (я запуталась, предполагая сначала, что дамская комната, в которую я попала, была очередным бальным залом, потому что звучали нежные звуки вальса и все пестрело блестящим мрамором). Я застыла, тараща глаза на изысканные раковины, что не заметила рядом стоящую женщину, которая обращалась ко мне:

— Ну, хорошо. Так вы и есть та девушка, которая делает Гранта Девлина порядочным человеком.

Я дернулась, посмотрев на ее лицо в зеркало, и чуть ли не подпрыгнула на месте. Святая Матерь, фильм ужасов, Бэтмен! Мне повезло, что она прибывала в благодушном расположении духа и не отправила меня в стратосферу.

— Ах, Боже мой, я напугала вас? — холодно протянула она, но судя по ее тону, ей совершенно было не интересно напугала ли она меня, ее вопрос, по своему тону, находился где-то между «полностью равнодушным» и «зло поразвлечься».

На ней было серебряное платье, седые волосы говорили, что ей за пятьдесят, причем прилично, но она невероятно хорошо выглядела, видимо пластическая хирургия прошлась все-таки по ее бледной, с голубыми прожилками коже, и сделала ее еще больше похожей на Снежную королеву, остроносая с квадратным подбородком, брови, словно выточенные и синие глаза, напоминающие лазеры, которые разрезали меня пополам.

— Э, э, да, — сказала я. — Грант Девлин. Я. Он порядочный, да. Мы испытываем влечение друг другу! Мы. И мы влюблены друг в друга. Он и я.

Я конечно не совсем дотягивала до размаха представления на Оскар, но думаю, что даже Кэтрин Хепберн сейчас бы была для Снежной Королевы, словно «черт из табакерки», вскочивший из-за ее плеча.

— Испытываете влечение, — недоверчиво повторила она, растягивая слова, как будто я сообщила ей, что мы «нюхаем кокаин» или «снимаем порнографические фильмы», или «я продаю свои трусики японскому бизнесмену для финансирования моей мечты, открыть собственный франчайзинг жареной курицы». — Как...интересно.

Ей удалось особенно выделить слово «интересно», вложив в него выражение сомнения, подозрения и в заключение общее презрение.

— Лейси, — запоздало вспомнила я, что люди сначала представляются друг другу. — Меня зовут — Лейси Ньюман. Приятно познакомиться, мисс, э-э...

— Далтон, — сказала она со вздохом. — Порция Далтон, крестная Гранта.

— Ну, ничего себе, — ответила я. — Я понятия не имела, что вы тоже придете сюда! Мне кажется у вас есть какие-нибудь интересные истории о детстве Гранта…

— Ах да, с чего бы начать! — прервала она меня с огромной фальшивой улыбкой, расплывшейся на ее лице, и выглядевшей настолько не естественно, словно линии разлома после землетрясения. — Возможно с того времени, когда он соблазнил младшую дочь шведского клиента его деда, которую отчаянно пытался заполучить, или, когда привел пьяную супермодель на выпускной вечер в школе, или, когда он вылетел из пятого колледжа, потому что они не смогли предложить ему главное из его привилегированного чертового требования, высочайшего класса шлюх, которых он хотел. Право же, я даже не знаю с чего начать, все многочисленные и разнообразные инциденты с голыми шлюхами в различных штатах, уже превратились в одно расплывчатое пятно, поскольку их просто ужасно много.

Она окинула меня сверху-вниз и издала короткий режущий смешок.

— Я не думаю, что забуду вас, хотя вы и не похожи... на всех остальных, и отличаетесь от его обычного типа. Я не знаю, во что он играет с вами.

Моя голова кружилась от ее словесных оскорблений, и все возможные фотографии молодых женщин, проплавали передо мной при совершенно наплевательском отношении Гранта, который перемалывал их, словно папиросную бумагу.

Она наклонилась ближе и приветливо улыбаясь, как будто была на моей стороне и всячески готова меня поддержать.

— Дорогая, я знаю, что все самоучители и женские журналы призывают вас быть сильной и уверенной в себе, любить свое тело, потому что оно ваше и уже прекрасно, но вы действительно должны посмотреть фактам в лицо: они говорят подобные вещи только лишь для того, чтобы продавать их.

И с едкой усмешкой на лице, она покинула меня прежде, чем я смогла придумать что-нибудь в ответ.

 

 

* * *

 

Я не знаю, сколько времени я бродила по помещениям, но думаю, что в какой-то момент взяла себя в руки, прежде чем любой из шишек мог заметить меня.

Я надеюсь, что я сделала все правильно.

Потом до меня дошло, что я сама все испорчу, если собравшиеся увидят меня со слезами и красными глазами, когда на самом деле я должна быть яркой и счастливой, очаровательной влюбленной, я направилась в гардероб на полусогнутых ногах и спряталась там, среди мехов, которые могли бы не убивать тысячи норок, столь необходимых, чтобы верхняя шкурка выглядела так сказочно, насколько это возможно.

Я сделала несколько глубоких вдохов, пока мое сердце перестало так колотиться и пришло в нормальное состояние, а не как у загнанной лошади, достала компактную пудру с зеркальцем, вытерла заплаканные глаза и подправила макияж. Спасибо Небесам за водостойкую тушь.

И я постоянно повторяла про себя мантру: «Это все не важно. Мне плевать. Не имеет значения. Мне все равно».

Это была всего лишь игра, и совсем не имело значения, что думают люди, что сказала Порция, самое главное, что Дженнингс теперь в нашей команде и это помогло спасти компанию.

В конце концов, я же полностью успокоилась и верила опять сама в себя, поэтому постепенно начала выбираться из этих мехов, когда краем глаза заметила Порцию, стоявшую в гардеробной.

Я моментально нырнула обратно, в безопасный лес из соболиных и лисьих шкур. У меня дрожали руки, но я вытащила сотовый и нажала быстрый набор единственного человека, на которого я всегда могла рассчитывать в любую минуту, даже когда загнана в угол.

— Леееееееейсиии! — тут же прокричала Кейт в трубку, после второго губка. — Как дела? Расскажи мне, как идут дела! Здорово? Или ужасно? Скажи мне, он сделал что-то ужасное! Или он сделал что-то смешное или нет? Как он выглядит в смокинге? Он выглядит превосходно в смокинге, что хочется его съесть, да? Лейси, выкладывай все! Почему ты мне ничего не рассказываешь?

— Я собираюсь тебе рассказать, если ты дашь мне вставить хотя бы слово! — смеясь, произнесла я. — Хм,… ну, он выглядит великолепно, конечно, черт побери, он выглядит потрясающе, и он был просто обворожительным всю ночь и это на самом деле очень странно, что такое могло произойти, и что…

Я говорила очень спокойно и профессионально, словно профессионал своего дела, но потом у меня потекли чертовы слезы.

— Лейси! Лейси! Лейси! – прокричала Кейт, ее голос звучал встревоженно. — Ты в порядке? Что-то не так? Он оказался мудаком? Он обидел тебя? Ты хочешь, чтобы я забрала тебя? Я возьму свою машину и сию же секунду приеду за тобой, скажи.

— Нет, нет, ничего такого, не беспокойся об этом, — ответила я. Я стала поглаживать какой-то синий окрашенный мех и постепенно нормализовала свое дыхание. — Он был идеальным джентльменом. Он...он был превосходным. Но здесь присутствуют еще и другие люди, которые много всего знают о нем, и они обладают намного большим, чем я…, — я остановилась, услышав свой скулеж. — Тьфу, забудь об этом. Ну, Кейт, я в порядке…

— Нет, черт возьми, нет, — поправила она меня. — Ты просто офигительная. Ты мой лучший друг во всем этом проклятом мире. И именно ты обладаешь, черт побери, всеми теми реальными вещами, чем какая-то другая чертовая шишка в городе, и именно ты обладаешь тем свечением и пылом, держу пари, который пугает их до усрачки. Итак, что ты собираешься делать…, — ее голос стал твердым и уверенным, как гранит, — так выйти туда и покажи им, что никто, слышишь никто, не сможет заставить тебя почувствовать себя ниже их, потому что ты заслуживаешь самое лучшее.

Я сделала глубокий вдох. Она была права. Чертова Порция и черт бы их всех побрал.

— Кейт... я разве не говорила тебе, что ты гений?

— Не говори мне, девочка, — ответила она. — Покажи мне.

Поэтому я расправила свои плечи, надела на лицо лучшую улыбку и двинулись обратно в бой.

 

 

* * *

 

— Ах, Лейси, вот ты где, я искал тебя, — нежно сказал Грант, когда я встала с ним рядом. — Выпьешь?

Возможно, я тут же выпила бокал для храбрости слишком поспешно, потому что он слегка нахмурился.

— С тобой все в порядке?

— Да, — ответила я. — Вполне нормально.

— Ты уверена? — спросил он. – Если ты устала, первый раз немного не привычно, мы могли бы уехать пораньше. Все поймут.

— Ох, бьюсь об заклад, они, конечно, поймут…, — пробормотала я себе под нос, вслух же сказала: — Конечно, быстрое окончание вечера намного лучше, но пока пойдем сделаем нашу работу, хорошо?

Грант пристально посмотрел на меня, и глаза его увидели трещины в моей броне.

— Ты плакала.

— Тебя беспокоит это? — огрызнулась я. Это явно не входило в наш «сладкий сценарий», но черт возьми, вечер, действительно, был тяжелым, и девушка не могла так долго расточать веселье и радость.

Даже с мужчиной своей мечты, который в данную минуту внимательно испытывающие смотрел прямо на нее, в самую глубь ее души, глазами, наполненными беспокойством и какой-то злостью, переливающейся через край его кобальтово-синих глаз...

Беспокойство за свою компанию, не за меня. Я должна была помнить об этом.

— Пойдем, — сказал он и потащил меня в сторону лестницы, ведущей к выходу.

Подожди, мы уходим от сюда, вот так? Он принял такое решение в одностороннем порядке? Я… ну, хорошо, ладно, меня это устраивало. Это на самом деле была адская ночь. И, о, Боже, вечер хоть так прекрасно начавшийся с начала, к концу все запутал еще больше.

На полпути вверх по лестнице он остановился, притянув меня в свои объятия, зарывшись лицом в мои волосы на секунду, его горячее дыхание заставляло меня чуть ли не таять в его руках, вызывая покалывание по всей моей коже.

— Пожалуйста, верь мне, — прошептал он. — Я не меньше переживаю за то, что произошло сегодня вечером, но шоу должно продолжаться.

И тогда он поднял голову, встал рядом, и взмахом руки заставил замолчать музыку и постоянную болтовню, наполнявшую помещение, воцарилась тишина.

«Верь мне», произнес он одними губами, поймав мой взгляд, наполненный полного удивления.

Я не могла поинтересоваться у него, чему я должна верить, при устремленных не менее двухсот глаз, смотрящих на нас, поэтому у меня не было особого выбора. Каждый, находящийся в этой комнате, ожидая смотрел на Гранта. И на меня, стоявшую рядом с ним.

Черт, я очень надеялась, что мой макияж был в порядке. Странные мелочи могут приходить вам на ум в такой напряженный момент.

— Лейси, — сказал он, и голос его разнесся по всей комнате, но он не смотрел мне в глаза. Он стоял ко мне лицом, но его глаза были устремлены куда-то мне за плечо, прислушиваясь к реакции слушателей. — Правда то, что мы знакомы друг с другом короткое время. Но за это короткое время я понял, что мне не нужно много времени, чтобы понять правду, которая заключается в том, что ты мне просто необходима, больше чем воздух, больше чем еда, больше, чем сама жизнь. Ты — слова моей песни, огонь в моей крови, ты — блеск в моих глазах. Ты заставляешь меня просыпаться по утрам, и возвращаться в кровать на ночь.

На самом деле, он сделал паузу, потому что раздались смешки, гад. В моей голове все кружилось. Какого черта он делал?

— Именно ты заставляешь меня что-то совершать в течение дня, и совершать что-то лучшее, чтобы доказать тебе, что я могу быть лучшим для тебя, — сказал он, но слова прозвучали так тихо, посмотрев мне в глаза, из толпы послышались возгласы недовольства, потому что многие не услышали его последней фразы. — Ты заслуживаешь не меньше, чем самого лучшего.

Его руки легко удерживали мои, его глаза смотрели на меня с такой нежностью, с надеждой и мольбой, а я цеплялась за него изо всех сил, потому что у меня кружилась голова и готова была почти что упасть в обморок, если он скажет то, о чем я думаю...

И потом его глаза поменялись, они стали совсем другими, и он опять устремил свой взгляд куда-то мне за плечо, и холодная решительная маска плотно укрепилась на его лице.

Нет, не маска… это и было его настоящее «я». Я была полной дурехой, подумав, что его показная озабоченность и беспокойство может вызывать что-то еще, кроме этого… шоу. Я была окончательной дурочкой, решив, что он …

— Лейси, когда я впервые встретил тебя, я понял, что ты особенная, но я не знал насколько исключительной ты была, какой любимой ты стала для меня, — продолжал он, и его голос звучал достаточно громко, доходя до задней части зала. — Я не могу отпустить тебя, я не могу позволить этому моменту пройти просто так, не показав тебе насколько он важен для меня, и что я не могу жить без тебя. Жить просто без той полноты жизни, которую ты вносишь не стоит, потому что ты моя жизнь, моя любовь, моя дорогая, и поэтому я прошу тебя…

О нет. О нет. Он не сделает этого. Он не собирался…

Он сделал?

— Выйти за меня замуж!

Он вытащил маленькую черную коробочку из кармана, и открыл ее, показывая обручальное кольцо с бриллиантом размером с яйцо дрозда.

Мое сердце остановилось. Толпа пришла в дикий восторг.

Я не знала, что делать. Я не знала, что сказать. Я стояла там как олень, которого слепили фары машин, но только в данном случае это были не машины, а фотовспышки папарацци, которые тут же собрались вокруг меня, в общем шуме возгласов восторга, поднимающиеся со всех сторон, которые просто обрушились на меня и топили.

— Я думаю, что сейчас упаду в обморок, — сказал я, но мои слова полностью заглушили аплодисменты и крики приветствия.

Грант поднял руку, чтобы установилась тишина.

— Подождите, — сказал он, — мы на самом деле не услышали ответа. — Он повернулся ко мне. — Ну, Лейси? Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на земле?

Он на самом деле имел наглость улыбнуться мне, как будто мы участвовали в этом маскараде вместе, как будто это предложение было всего лишь его очередной игрой.

Вероятно, оно, конечно, таким и было. Мужчина, такой как он, никогда добровольно не предложит такое, такой девушке, как я. Не предложит, если вопрос не стоит о ста миллионов долларов, а то и больше.

Я была подавлена.

Я была в ярости.

Я приторно сладко улыбнулась ему насколько могла, встала на цыпочки и прошипела в ухо:

— Ты совсем рехнулся?

— Я играю на победу, — пробормотал он, не шевеля губами. — Кроме того, это ведь твоя идея, моя дорогая. Я просто следую твоему плану.

— У тебя целенаправленно отсутствует понимание моего плана, — прошептала я сердито.

— Это временно, — ответил Грант, притворяясь, что целует меня в щеку. — И это окупиться с полна. За короткое время ты сможешь достичь многого, то, что ты хотела давно, ты же сама говорила, что следует сделать с компанией, чтобы попасть в «десятку»? Ну, сейчас у тебя такая возможность представиться. Кроме того…, — он качнул головой в сторону затаившейся толпы. — Ты действительно собираешься обидеть всех этих милых людей? Они живут такой скучной, ужасной жизнью, сводящейся к электронным таблицам и финансовым квартальным отчетам, разреши им испытать хоть немного романтики.

Меня мало беспокоили все эти люди, стоящие намного выше меня на социальной лестнице, чтобы предоставлять им какие-то острые ощущения, но компания... все те рабочие места, каждый рассчитывает на нас, рассчитывают на меня...

Я совершила ошибку, взглянув на стоящую внизу толпу. Они смотрели удивленными, возбужденными глазами, с напряженными плечами, затаив дыхание с замирающим сердцем.

Они все ожидали моего ответа.

Я оглянулась на Гранта, он смотрел темными голубыми глаза, и они казались такими открытыми и уязвимыми.

Итак, по рукам, сыграем.

У нас, действительно, была отличная команда.

Я мило улыбнулась и одними губами сказала ему: «ты ублюдок». Тревога промелькнула у него в глазах, и прежде чем он смог что-то предпринять, я развернулась к толпе, нацепив на лицо самую большую, самую искреннюю улыбку, на которую просто была способна…

И воскликнула:

— Да!

Если я думала, что первоначальные аплодисменты были громкими, то теперь они стали настолько оглушительными, что мне показалось могут рухнуть стены и лопнуть мои барабанные перепонки.

Фотовспышки стали просто вокруг нас, обычным освещением, мы вдвоем стали жертвами толпы доброжелателей, из которой каждый хотел обнять нас или хлопнуть по спине, или поцеловать в щеку. Нас закрутил вихрь (нет, черт возьми, это скорее напоминало торнадо), и в какой-то момент я почувствовала, что это торнадо явно сметет меня своим подводным течением.

И меня явно бы смела эта толпа, если бы не мощная рука Гранта, обнимавшая меня за плечи, и нежный жест, когда его рука успокаивающе поглаживала мою. Количество людей и прессы стало настолько велико, что я растерялась, он поймал мою руку, надев обручальное кольцо на мой палец.

Бриллиант сверкал под вспышками фотокамер, и увидев его на своем пальце, я вдруг осознала всю реальность происходящего.

Я была помолвлена… с Грантом Девлином.

Какого черта только что произошло? Может я совершила самую большую ошибку в своей жизни?

Или самую лучшую?

 

Продолжение следует…


Дата добавления: 2015-08-13; просмотров: 71 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 1. | Глава 2. | Глава 3. | Глава 4. | Глава 5. | Глава 6. | Глава 7. | Глава 8. | Глава 9. | Глава 10. |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 11.| TI-59 - легендарный программируемый калькулятор

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.017 сек.)