Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Аннотация 11 страница

Читайте также:
  1. BOSHI женские 1 страница
  2. BOSHI женские 2 страница
  3. BOSHI женские 3 страница
  4. BOSHI женские 4 страница
  5. BOSHI женские 5 страница
  6. ESTABLISHING A SINGLE EUROPEAN RAILWAY AREA 1 страница
  7. ESTABLISHING A SINGLE EUROPEAN RAILWAY AREA 2 страница

— Кэт, я здесь как друг, — сказал Дрю, тоже поднимаясь на ноги. — Я чувствовал себя плохо после того, что наговорил тебе раньше. Ну, про то, что ты из-за него пострадаешь. На самом деле, я не думал, что это случится. Не с тобой.

— Что это значит?

— Я имею в виду, что ты жёсткая, Кэт, — произнёс мужчина, глядя на меня искренним взглядом карих глаз. — Я никогда не думал, что ты можешь так переживать и страдать.

— Дрю, я не киборг. — Даже жестокие девочки иногда страдают.

— Я знаю. — Он потянулся и похлопал меня по плечу. — Поэтому я и здесь. Как друг. Чтобы убедиться, что ты не причинишь себе вреда из-за такого мешка с дерьмом, как он.

— Я это ценю, — искренно ответила я, — но сейчас ты можешь идти. У меня нет в планах резать себе вены или глотать таблетки до тех пор, пока из моего рта не пойдёт пена.

Дрю вздрогнул от моих грубых слов.

— Уверена?

Я кивнула, преисполненная напускной храбрости.

— Шериф, я не особенно умная личность, но точно знаю одно: ни один мужчина не стоит того, чтобы из-за него наложить на себя руки.

Кивнув, Дрю начал натягивать зимнее пальто.

— Если этот парень придёт сюда снова, позвони мне, и я арестую его задницу, — сказал он, уже направляясь к двери.

Мне захотелось смеяться от его слов.

— На каком основании?

Мужчина пожал плечами.

— Даже не знаю. Преследование? Повреждение деревьев автомобилем?

Я ощутила небольшую улыбку на своих губах.

— Спасибо, Дрю.

 

Следующий день я провела, убирая простыни с кровати и собирая одежду, пытаясь избавиться от всех следов Люка в своей жизни. Часть меня так сильно хотела прижаться носом к ткани и в последний раз ощутить его запах, но большая и злая часть меня этого не позволяла.

— К чёрту Люка, — сказала я вслух, когда забросила всё в стиральную машинку, а затем поняла, что, да, я вернулась к тому, с чего начинала.

— К чёрту любовь и к чёрту мужиков! — крикнула я в тот момент, когда в дверь кто-то постучал.

Я осторожно подкралась, надеясь на то, что у двери был он. Тогда я смогла бы наконец высказать ему все, что думала и что не успела сказать прошлой ночью.

Но когда я открыла дверь и обнаружила его у своего порога, то, стыдно сказать, мой гнев постепенно начал испаряться, потому что, нравится мне это или нет, я поверила его словам о любви. Просто мне следует помнить, что мужчина, который меня любит, оказался ужасно испорченным человеком, прибывшим на Аляску, чтобы причинить мне боль.

Губы Вэста немного приподнялись, когда он увидел меня.

— Привет.

Я скрестила руки у груди.

— Чем могу помочь?

— Можно войти?

Хоть мне и хотелось его наказать, заставить стоять на холоде, но, к сожалению, тогда мне тоже пришлось бы там стоять. Полагаю, именно это происходит, когда позволяешь себе за кого-то переживать — ты непреднамеренно связываешь себя с этим человеком, его радость и боль становятся и твоими.

Люк оглянулся вокруг и вздохнул.

— Прошлой ночью я спал на простынях ручной работы, на кровати королевского размера в шикарном отеле с видом на Чугачские горы. И это была самая дерьмовая ночь в моей жизни, — сказал он. — Казалось таким неправильным не быть в постели с тобой, укрывшись твоим выцветшим фиолетовым одеялом, и с лежащей в ногах Джози.

У меня внутри всё заныло, словно Вэст пронзил меня ножом и поворачивал его во все стороны.

— Ты пытаешься сделать мне ещё больнее? — спросила я.

— Нет. Просто… я скучаю по тебе, — выдохнул он и посмотрел вниз на свою руку, в которой сжимал большой конверт. — Я забронировал билет, так что сегодня уезжаю. В три. — Вэст смотрел на меня с немым вопросом в глазах, от которого я почти захотела забыть последние двадцать четыре часа. Как прекрасна была бы жизнь, если бы мы могли выбирать, что нашему разуму стоит помнить, а что нет.

— Я не собираюсь просить тебя остаться, если ты надеешься именно на это.

Вэст кивнул и протянул мне конверт.

— Тогда я хочу отдать тебе это.

Взяв конверт, я бросила его на стол.

— Это всё?

— Ты даже не собираешься взглянуть, что там внутри? — спросил он.

— Нет.

Мужчина вздохнул.

— Я не мог спать...

— Ты это уже говорил.

Его ноздри раздулись.

— Как я уже сказал, я не мог спать, поэтому спустился вниз в бизнес-центр отеля и распечатал это для тебя.

— Как мило с твоей стороны, — сказала я голосом, полным сарказма

— Это информация о нью-йоркском институте моды, — сказал он. — Пожалуйста, подумай об этом. Не стоит пренебрегать этим только из-за меня.

— Я не буду жить в том же городе, что и ты, даже если это будет последнее место на земле.

Он закрыл глаза и сжал переносицу. Взглянув на меня, мужчина сказал:

— Кэт, я думаю, у тебя природный талант к моде и дизайну. Перестань недооценивать свои способности. Пусть не Нью-Йорк, но в США есть множество других колледжей.

— Мне и здесь отлично, — сказала я. — У меня есть собака, свой дом и папа неподалёку. Это всё, что мне нужно. Это всё, чего я хочу.

Вэст приподнял брови. Он знал, что не стоит доверять моим словам.

— Я ненавижу это твоё самодовольное выражение лица! — Эти слова сорвались с моих губ, и я поняла, что уже не смогу остановиться. — И я ненавижу то, что ты знаешь обо мне так много. Я ненавижу, что ты целовал меня и занимался со мной любовью. Я ненавижу, что ты влез мне в душу. Ненавижу, что ты используешь женщин и что думаешь, будто они предназначены лишь для твоего удовольствия. Ненавижу. — Я накинулась с кулаками на его грудь и начала его толкать. — Я ненавижу тебя, Люк! — Я стояла напротив него, тяжело дыша и пытаясь бороться со слезами. — Как бы я хотела никогда тебя не встречать, — произнесла я, желая, чтобы мои слова стали кислотой, оставляющей след на его коже, и тогда они никогда не были бы забыты.

На лице мужчины отразились боль и шок, но я не чувствовала удовлетворения от его боли. Совсем наоборот. Любовь — сука.

— Ну, прости меня, что не разделяю это чувство, — тихо сказал Вэст, удерживая меня на месте одним лишь взглядом. — Я буду вечно благодарен за то, что повстречал тебя.

Я выпрямилась и приподняла подбородок, хотя каждая клеточка моего тела желала прогнуться под весом его слов.

— Неужели действительно так тяжело меня простить? — спросил он. — Неужели причина, по которой я прибыл на Аляску, имеет такое значение? Разве мы не можем просто помнить о том, что было между нами, и сосредоточиться на этом?

Я покачала головой.

— Конечно, это имеет значение. Я ведь тебя даже не знаю.

— Прекрасно. — Он взял мою руку и сжал её с выражением отчаяния на лице. — Моё имя Люк Николас Харрингтон. Мне двадцать девять лет. Я единственный сын Анджелины Кол и Десмонда Харрингтона. Я управляющий финансами в «Кол Медиа». Мне нравится проводить время на открытом воздухе. Мой любимый цвет синий. Мой любимый вкус клубничный. Я учился в школе-интернате в северной части Нью-Йорка. Люблю петь и играть на гитаре с тех пор, как мне исполнилось десять. Я получаю удовольствие от работы, иногда делаю смешные фотографии напротив зеркала и считаю, что у Опры завышенная самооценка. Ещё я тайно люблю приквелы «Звёздных Войн».

— Остановись, — произнесла я, отдёргивая руку, но Вэст удержал её и продолжил говорить.

— Я сова. Я думаю, что Стивен Кольбер занимательней, чем Джон Стюарт.. Мне нравится слушать рэп и тяжёлый рок, но я пишу песни о любви, потому что это единственное чувство, которое я никогда не испытывал. — Он остановился, переводя дыхание. И я точно знала, что последует дальше. — До тебя.

— Прекрати говорить «до тебя»! — закричала я, ударяя ладонью по его губам. — Прекрати притворяться, что вся твоя жизнь изменилась, когда в ней появилась я, потому что мы оба знаем, что это всего лишь слова, которые не заставят меня простить тебя.

Вэст взял меня за руку, поднёс мою ладонь к своим губам, а затем прижал её к своей груди. Я закрыла глаза, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение в своей груди.

— Мы оба знаем, что это не просто слова, Кэт, — сказал он хриплым от волнения голосом. — Я был потерян до того, как прилетел на Аляску. Бесцельно бродил по жизни, пока ты меня не нашла. И в тот момент всё встало на свои места. В крошечном доме на Аляске я нашёл свой истинный север.

Я чувствовала, как его сердце бьётся под моей рукой, тяжело стуча в такт моего собственного. Моё выражение лица вторило его признанию, и в этот момент всё мне казалось по плечу. Единственно, что имело значение, — это два человека в этой комнате и любовь, которая пульсировала вокруг нас, как нечто живое и дышащее.

Сигнал стиральной машинки вывел меня из транса. Я сделала шаг назад, прежде чем полностью умудрилась бы себя потерять.

— Тебе нужно вернуться в мир, которому ты принадлежишь. — Вэст приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но я быстро добавила: — И нет, не со мной.

Не говоря ни слова, он уставился на меня своими практически полупрозрачными серыми глазами. Я не знала, как можно одним лишь взглядом забраться кому-то внутрь и сжать его сердце, но стоящий передо мной мужчина сделал именно это.

Преодолев пространство между нами, прижимаясь ко мне всем телом, как он любил делать, Вэст взял моё лицо в свои ладони.

— Береги себя, Кэт, — сказал он и прижался долгим поцелуем к моему лбу. Сделав глубокий вдох, Вэст отпустил меня. — Ты сделала из меня лучшего мужчину.

Через меня пробежал поток эмоций: злость и любовь слились воедино, прощение тоже показалось на поверхности, но я, как могла, старалась его утопить. Даже если бы я и сумела принять его прошлое, ещё оставался тот факт, что мы принадлежали разным мирам. Он плейбой большого города, а я всего лишь отшельница маленького городка.

И пусть это причиняло мне невыносимую боль, пусть слезы струились из глаз, словно в погони за ним, я всё равно позволила Вэсту выйти за дверь и навсегда исчезнуть из моей жизни.

Любовь к нему заставила меня впервые в жизни почувствовать себя живой, но теперь всё осталось позади. Сейчас мне предстоит спуститься с небес на землю и вернуться к прежней жизни. Той, в которой я даже не знала, что значит влюбиться.

Вэст возвращается к своей прежней жизни. Мне же предстояло вернуться к своей.

 

ВЭСТ

 

— И что теперь?

Повернувшись к Декеру, я пожал плечами, и мы отправились обратно в отель «Капитан Кук». У меня не было ни планов, ни цели, ничего.

— Назад к цивилизации, — сказал он. — Обратно в реальность.

Но факт в том, что это уже моя реальность. Хотя мне все же придётся вернуться к прежней жизни, которую я оставил позади. У меня нет выбора, мне снова придётся стать Люком.

Декер остановился посреди огромного холла.

— Что, чёрт побери, с тобой случилось, мужик? — спросил он, сильно нахмурившись.

Мне хотелось сказать, что со мной случилась она, но от прежнего Люка Декер не мог ожидать таких слов.

— Ничего. Забудь.

Декер покачал головой.

— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда девчонка будет с тобой играть.

— Мною никто не играл, понятно? — сказал я более зло, чем следовало. — Мне просто не нравится, как всё закончилось.

— Забудь её. В мире есть много других кисок.

Я отошёл от него с чувством отвращения. Когда-то я разговаривал и вёл себя так же, как и Декер, — черт, возможно, что это именно я оказал на него такое влияние — и от этой мысли меня передёрнуло.

— Ты куда?

— Мне нужно на воздух, — произнёс я, открывая стеклянную дверь и выходя на холод.

Декер последовал за мной, схватив меня за локоть и направляя к парковке через дорогу.

— Пойдём со мной, я знаю, где можно поднять тебе настроение.

— И где же? — спросил я, хотя у меня и были кое-какие подозрения.

— Волшебное место под названием «АД», — проговорил Декер, вырисовывая рукой воображаемый шатёр.

— О чём ты, чёрт возьми?

— Пошли, — сказал он, шагая впереди. — Тебе понравится.

 

«АД», как называли это место местные жители, в действительности расшифровывалось как «Аляскинские дебри» и представляло собой строение в западном стиле, в котором размещался самый модный стриптиз-клуб Анкориджа.

Я понял, почему Декер привёл меня сюда. В прошлом мы потратили много времени и денег, пожирая глазами обнажённые женские тела, но это не мешало мне сейчас чувствовать себя полным мерзавцем.

Сомнение, должно быть, отразилось на моей лице, потому что Декер, сильно ударив меня по спине, сказал:

— Только не говори, что ты не в настроении для чего-нибудь эротичного.

— Я просто пытаюсь вспомнить, есть ли у меня что-нибудь в бумажнике, — соврал я и последовал за ним вовнутрь. Возможно, мне не следовало заходить, и я не знаю, почему просто не ушёл, но часть меня хотела сохранить видимость старого Люка, лишь бы Декер от меня отстал.

Помещение было большим, но довольно тёмным и захудалым, впрочем, как и любой другой стриптиз-клуб. Декер уже почти уселся прямо у круглой сцены, когда я жестом указал на кабинку, находящуюся чуть подальше.

— Ты не хочешь место в первом ряду? — спросил он.

— Здесь мы не сможем получить приватный танец, — ответил я. В этот момент я не нравился самому себе. Я по-прежнему делал вид, что являюсь тем, кем был не так давно. Мне не хотелось спорить или обсуждать произошедшие во мне изменения. Я просто хотел напиться.

Заказав пива у длинноногой рыжей девицы, одетой во что-то смахивающее на бикини, мы откинулись на спинки кресел и стали наблюдать за происходящим на сцене. Декер уже не так обращал на меня внимание, и это стало облегчением. Уставившись невидящим взором на сцену, я задумался о Кэт. В голове я восстанавливал цепочку событий, произошедших с нами: вот я проснулся на холодном полу, укрытый пледом, и уставился на ножки спящей на диване женщины. Кэт этого не знала, но уже в тот дезориентированный момент я чувствовал себя рядом с ней весьма непринуждённо. Я даже слегка поразился самому себе, когда понял, что встретил девушку, которая отличается от всех остальных. Я подумал, что, может быть, наконец-то повзрослел.

Но вот я снова там, откуда начал, в месте, где царит разврат. Я не переставал думать о том, что мои старые привычки могут вернуться вместе с моей памятью. Вдруг их проявление сдерживала лишь Кэт? Возможно, я всегда буду подонком и, может, спустя какое-то время сумею это принять.

Когда к нам подошла танцовщица, Декер без смущения купил для меня приватный танец.

— Пусть это будет напоминанием о том, что ты пропустил за последние две недели, — сказал он с улыбкой, подмигивая мне из-за женщины с распростёртыми перед ним ногами.

Часть меня хотела потянуться и прикоснуться к кофейного цвета коже, которая сверкала от блеска, — чёрт, я реагировал как нормальный пылкий мужик — но мой разум не прекращал сравнивать тело этой девушки с формами Кэт, не прекращал напоминать мне, как её кожа ощущалась под моей ладонью — подтянутой, но в то же время мягкой. Когда я был внутри неё... У меня даже слов нет, которые могли бы описать мои эмоции в полной мере.

 

Стриптизёрша завела руки за спину, пытаясь расстегнуть чёрный кружевной бюстгальтер. Этого я уже не мог вынести. Я не хотел больше притворяться, будто жажду увидеть то, что она собиралась мне продемонстрировать.

— Остановись, пожалуйста.

Девушка бросила на меня смущённый взгляд и пожала плечами. После того как она ушла, Декер покачал головой и уставился на меня, словно надеясь раскрыть все мои секреты.

Я пил пиво, пытаясь игнорировать взгляд друга и каждую сверкающую, крутящуюся, искусственную деталь в этом клубе.

— Ты действительно её любишь, мужик? — спросил он.

— Давай это замнём, идёт?

Но он не сдавался. Да, Декер тот ещё мудак, но и друг он отличный.

— Если ты её любишь, тогда почему, чёрт возьми, уезжаешь?

Я пристально посмотрел на практически пустую бутылку пива в своей руке.

— Она сказала, чтобы я ушёл, — произнёс я, на мгновение сбросив маску. — Ведь я точно не приехал сюда с благородными намерениями.

— Давай я с ней поговорю?

Фыркнув, я произнёс:

— Ты, вероятно, последний человек, которого она станет слушать. Она ненавидит всех из средней школы.

— Почему? Она сама нас сторонилась.

— Кэт сказала, что люди распускали о ней слухи и превратили её жизнь в ад, — произнёс я.

— Не все из нас были такими, — проворчал Декер. — Я ведь оставил её в покое.

Я подцепил этикетку на бутылке и оторвал от неё кусочек.

— После той фотографии в разорванном платье она пыталась покончить с собой. Ты знал об этом?

Декер потёр глаза.

— Так вот почему она исчезла. До меня доходили слухи, что она пыталась себя убить, но я не думал, что это правда, — сказал он и взглянул на меня. — Я не имею к этому никакого отношения.

— Да, но ты и не вступился за неё, не так ли?

— А что я мог сделать? Она просто сказала бы, что это не моего ума дело. Кэт всегда вела себя так, словно не нуждалась ни в чьей помощи.

Мне не хотелось читать ему лекции о вреде бездействия, ведь всё это было в прошлом. Ущерб уже нанесён. Та злая, подавленная девочка превратилась в ещё более злую женщину. И, нравилось мне это или нет, я был включён в группу её мучителей.

Оказавшись больше не в силах выносить это место, да и вообще этот штат, я поднялся.

— Пойдём, мне ещё нужно собрать вещи.

 

В тот же день мы с Декером улетели из Анкориджа без каких-либо проблем или задержки рейса. Даже прохождение пункта досмотра было недолгим. Словно сама Аляска не могла дождаться, когда мы наконец-то улетим. Я искал Кэт в аэропорту, но глубоко внутри знал, что она не придёт. Она была слишком гордой и очень обиженной.

Я лишь желал, чтобы всё закончилось на хорошей ноте, если уж нашей истории суждено подойти к концу.

 

КЭТ

 

Следующие несколько дней я никуда не выходила и пыталась заставить себя съесть хотя бы последнее яйцо и оставшийся засохший кусочек хлеба. Если бы у Джози не закончился корм, я, наверное, так и питалась бы странной консервированной едой из кладовки, которую купила, но так и не сумела приготовить.

Так что в субботу я натянула на себя пальто и сапоги, слегка привела в порядок лицо и волосы и, держа голову высоко, отправилась в город.

Лори, вернувшаяся обратно в магазин, приветствовала меня сочувствующей улыбкой на уже немолодом лице.

— Я слышала о случившемся, — произнесла она, когда я, схватив корзинку, направилась за своим стандартным набором продуктов. Хромая из-за гипса, женщина последовала за мной в тесный проход. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.

Схватив буханку хлеба, я бросила её в корзинку.

— Эй, а где яйца?

Но это ухищрение не смогло отвлечь Лори, потому что, перебив меня, она произнесла:

— Жаль, что я его так и не встретила.

— Жаль, что я встретила, — пробубнила я шёпотом. — Да, он оказался кретином, — уже громче произнесла я.

Лори нахмурилась.

— Дядя Джим говорил, что Вэст хорошо работал и что он был очень дружелюбен со всеми клиентами.

— Он был дружелюбен со многими людьми, если ты, конечно, понимаешь, что я имею в виду, — тихо сказала я себе под нос, доставая из холодильника молоко.

— О чём ты?

Я лишь покачала головой и понесла продукты к кассе.

— Сколько я тебе должна? — спросила я, потянувшись к пальто за бумажником. — И я хочу оплатить задолженность на своём счёте, — произнесла я, старательно пытаясь не думать о мужчине, который пользовался моим счётом.

Лори вытащила синюю тетрадку из-под прилавка и начала её листать, пока не наткнулась на мою страницу.

— Хм.

— Что?

— Здесь написано, что всё оплачено, и на твоём счёте кредит на пятьсот долларов.

— Что?

Женщина почесала затылок.

— Хм, я никогда не видела, чтобы такое происходило прежде. Подожди. — Схватив телефон, она набрала номер Джима. Пока Лори разговаривала по телефону, я пыталась переварить сложившуюся ситуацию. Спустя несколько минут женщина повесила трубку и подтвердила мои опасения. — Джим сказал, что за день до своего отлёта приходил Вэст и отработал всю свою смену. Затем он оплатил твой счёт и внёс наличными пятьсот долларов в кредит магазина. Он сказал, что деньги в… Ага! — Рядом с тетрадью она нашла конверт с купюрами. — Похоже, какое-то время ты не будешь ни в чём нуждаться.

Я кипела от злости и была почти уверена, что из моих ушей шёл пар, когда замерла, уперев кулаки в бедра. Знаю, моя реакция не походила на реакцию человека, который только что узнал, что кто-то сделал для него доброе дело. Но я ничего не могла поделать. Рана все ещё была свежей.

— Нет, спасибо. Думаю, я заплачу наличными.

— Уверена? — спросила Лори, откладывая конверт в сторону.

И тогда мне в голову пришла идея.

— А ты можешь положить эти деньги на счета Фрэнни и Дрю?

— Хорошо. — Лори взяла ручку и небрежно вычеркнула мой кредит, затем, пролистав страницы тетради, сделала записи на страницах Фрэнни и Дрю. — Знаешь, моя мама всегда говорит, что невежливо отказываться от подарка, — произнесла она, упаковывая мои покупки. Я подняла мешок собачьего корма одной рукой и схватила пакеты с продуктами другой.

— Ну и ладно, значит, я просто не мисс Благовоспитанность, — сказала я и ушла.

 

Тем же вечером я огляделась вокруг и решила сделать дома уборку. Я уже достаточно бездействовала и вела себя как неряха, так что пришло время привести своё жилье и свою жизнь в порядок. Возможно, именно старая добрая уборка поможет мне начать всё с начала.

Я было начала пылесосить, но отвлеклась на беспорядок на обеденном столе. Схватив груду почты, выбросила пачку предложений по получению кредитной карты и кучу купонов, отложила в сторону несколько листков, которые были мне нужны, и затем, под всем этим хламом, мои глаза наткнулись на большой конверт. Я не трогала его с тех пор, как получила от Вэста. Я ни на секунду не задумывалась о повторном заполнении анкеты в институт моды, ведь в тот день, в зале суда, когда моего отца признали виновным, я прекратила надеяться и решила отказаться от колледжа для того, чтобы всегда быть рядом с ним.

До тех пор, пока не появился Вэст.

Шёпотом проклиная имя этого мужчины, я взяла в руки конверт и вытряхнула его содержимое на стол. Высыпавшиеся страницы содержали информацию о предметах, о которых я и не смела мечтать. Схватив листок с учебным планом, я пыталась оставаться невозмутимой, но не смогла сдержать волнительную дрожь, пробежавшую по моей коже. Правда в том, что я хотела этого, хотела задолго до старшей школы. Эта идея в моей голове укоренилась десятилетия назад, и теперь она снова ожила, возродилась, заставляя меня поверить, что девушка из маленького городка, далёкая от возраста первокурсницы, способна снова вернуться к учёбе.

Пролистывая страницы, я наткнулась на слова Алана Алда, написанные аккуратным почерком Люка.

 

Вы должны покинуть город вашего комфорта

и идти в пустыню вашей интуиции.

То, что Вы откроете, будет прекрасным.

То, что Вы откроете, и будете Вы сами.

Моей первой реакцией было смять листок и проигнорировать эти слова, но если я хотела оставаться честной с самой собой, то мне нужно было признать, что я уже не такая дерзкая, какой была раньше. Вэст, которого я нашла на заснеженной дороге, сделал меня более мягкой, более честной и смелой. Да, я пострадала от унижений и невзгод, но все же выстояла. И теперь я могу покинуть свой безопасный маленький домик, чтобы начать все с начала.

Я знала, что у меня не всегда будет получаться открывать что-то прекрасное, но надеялась, что, по крайней мере, мне удастся по-настоящему открыть себя.

 


Дата добавления: 2015-08-09; просмотров: 57 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Аннотация 1 страница | Аннотация 2 страница | Аннотация 3 страница | Аннотация 4 страница | Аннотация 5 страница | Аннотация 6 страница | Аннотация 7 страница | Аннотация 8 страница | Аннотация 9 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Аннотация 10 страница| Примеры решения задач

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.027 сек.)