Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 6. Ник просто излучал уверенность, и до Лорен неожиданно дошло

 

Ник просто излучал уверенность, и до Лорен неожиданно дошло, что он, возможно, привык изображать спокойствие, чтобы свидетели и жертвы не впадали в панику.

– Интересно, вас что‑то когда‑то задевает? – выпалила она.

– Разумеется.

– Вы уверены, что этот человек не шутит, так ведь?

– Лорен, сколько бы раз вы ни спрашивали, ответ будет тем же. Да, я думаю, он вполне серьезен, – терпеливо повторил Ник. – Он немало трудов положил на то, чтобы изучить вас, меня и Томми. Как я уже говорил, его целью было напугать вашего брата, и теперь он уверен, что это ему удалось. Томми убежден, что этот тип свихнулся, но у меня такое чувство, будто все сказанное им тщательно отрепетировано. Теперь остается только выяснить его истинные намерения.

Поняв, что теряет самообладание, она судорожно вцепилась в Ника.

– Поверить не могу, что это происходит со мной, – дрожащим голосом пролепетала она. – Вы слышали, что он сделал с этой женщиной? Как ее терзал? Вы…

Ник ободряюще сжал ее руки.

– Лорен, сделайте глубокий вдох. Попробуйте.

Лорен послушалась, но это не помогло. Кошмар происходящего наконец настиг ее. Заледенев, казалось, до самых костей, она отстранилась и принялась лихорадочно растирать плечи. Видя, как она дрожит, Ник схватил пиджак и укутал девушку.

– Так лучше?

– Да, спасибо.

Он едва подавил порыв обнять ее и утешить, как собственную сестру, но не знал, как отреагирует Лорен, поэтому просто сидел и ждал, пока она придет в себя. Она мертвой хваткой стиснула лацканы.

– Вы давно приехали?

– С час назад.

Оба смолкли. Тишину нарушали лишь тиканье часов над раковиной и приглушенный голос Томми, доносившийся из гостиной. Девушка так и не притронулась к чаю. Лорен подняла голову, и он увидел в ее глазах слезы.

– Тебе плохо? – выдавил он. Лорен смахнула прозрачную капельку.

– Я думала о той женщине, Милли, и обо всем, что он сделал с ней.

Чай остыл, и она решила заварить свежий себе, а заодно и Нику. Нехитрые хлопоты немного отвлекли Лорен и дали время взять себя в руки.

Ник пристально наблюдал за ней, вежливо поблагодарил за совершенно ненужный чай и, подождав, пока Лорен снова сядет, заметил:

– Я все гадал, как вы перенесете это известие.

– Надеялись, что я крепче, чем кажусь?

– Что‑то вроде этого.

– А чем вы занимаетесь в ФБР?

– Розыском пропавших без вести.

– И кого же вы находите?

– Если повезет?

– Именно.

Ник нажал кнопку перемотки и посмотрел на Лорен.

– Детей. Я нахожу детей.

Его глаза потемнели, но он не отрывал взгляда от Лорен, пытаясь проникнуть в ее мысли. Неужели анализирует каждое ее движение, словно сидит за шахматной доской и рассчитывает ходы? Пытается найти ее слабое место?

– Это подразделение специального назначения, – пояснил он, надеясь положить конец обсуждению его работы.

– Жаль, что нам пришлось встретиться таким образом, в подобных обстоятельствах.



– Да, верно.

– Смотрите, как дрожат! – воскликнула она, вытягивая руки. – Я так зла, что кричать готова.

– Валяйте.

Девушка недоуменно встрепенулась:

– Что?

– Кричите.

Лорен захлопала ресницами, но тут же робко хихикнула:

– Монсеньера удар хватит, а заодно и моего брата.

– Послушайте, постарайтесь отвлечься.

– И каким же образом?

– Давайте поговорим о чем‑то другом, пока Томми не вернется.

– Не могу я ни о чем другом думать.

– Неправда. Попробуйте, Лорен. Сразу станет легче.

– Ну хорошо, – нерешительно протянула она. – С чего начать?

– С себя.

Лорен покачала головой, но Ник не отступал:

– Не правда ли, странно, что мы до сих пор не встречались?

– Очень, – согласилась она. – Лучший друг Томми с самого детства, приняли его в семью, а я почти ничего о вас не знаю. Томми приезжал домой на лето, и вас тоже приглашали, но вы так и не выбрались. Каждый раз что‑то мешало.

– Зато мои родители как‑то побывали у вас, – заметил он.

Загрузка...

– Да, и ваша мать привезла семейные фото: на одном вы, вернее, все семейство… и Томми перед рождественской елкой. Хотите посмотреть?

– Оно с вами?

Она понятия не имела, каким красноречивым оказалось ее признание.

Лорен вынула из сумочки небольшое портмоне, выудила снимок из‑под пластиковой карточки, вставленной в одно из отделений, и протянула Нику. Тот заметил, что пальцы Лорен больше не дрожат.

Он долго рассматривал снимок, на котором пялились в объектив все восемь ребятишек Бьюкененов вместе с их гордыми родителями. И Томми тоже тут… втиснулся между братьями Ника Алеком и Майком. У Дилана шикарный фонарь под глазом. Ник смутно припоминал, что сам засадил брату в физиономию мячом во время семейного футбольного матча.

– Ваша мать помогла мне запомнить все имена. Только вы немного не в фокусе, и локоть Тео закрывает половину вашего лица. Неудивительно, что я не узнала вас.

Ник отдал ей снимок и, пока она вновь его прятала, сообщил:

– Я тоже много знаю о вас. Томми увешал фотографиями всю комнату.

– Я была такой уродиной!

– Ужасной, – поддразнил он. – Настоящий кузнечик – сплошные ноги. Томми читал мне ваши письма. Бедняга места себе не находил, оттого что не может привезти вас. Все время терзался угрызениями совести. У него была семья, а у вас – нет.

– Не так уж мне было плохо. Проводила летние каникулы с дедушкой, да и в пансионе жилось чудесно.

– Просто вы не знали другой жизни.

– Я была счастлива, – настаивала Лорен.

– Но очень одинока.

– Немного, – призналась девушка. – После смерти деда.

– Ты уже свободно чувствуешь себя со мной? – неожиданно спросил Ник.

Лорен почему‑то стало неприятно.

– Да, а в чем дело?

– Видишь ли, мы будем много времени проводить в обществе друг друга, поэтому очень важно, чтобы ты не смущалась в моем присутствии.

– И сколько же времени мы должны проводить вместе?

– Все дни и ночи напролет, пока это не закончится. Другого выхода нет, Лорен. – И, не дав ей времени осмыслить сказанное, заметил: – Твой брат на стену полез, когда узнал, что ты стала моделью.

– Верно, – усмехнулась Лорен, – просто взбесился. Даже не поленился позвонить матери‑настоятельнице. В жизни не предполагала, что собственный брат меня выдаст!

– Мать‑настоятельница, то есть мать Мэделин, не так ли? Ну и память у него!

– Да. После звонка Томми она связалась с теми людьми, у которых, как предполагалось, я гостила. Очень богатое семейство. Это они познакомили меня с итальянским дизайнером.

– Всего один взгляд – и он тут же захотел тебя?

– Не меня. Он попросил показать его весеннюю коллекцию, – поправила Лорен. – И я участвовала в нескольких демонстрациях.

– Пока мать‑настоятельница не притащила тебя обратно в монастырь.

– Это так унизительно, – призналась она. – На меня наложили покаяние, а это означало полгода работы на кухне. Сплошные горшки и кастрюли. Из роскоши и блеска – в посудомойки! Мы действительно должны быть все время вместе, Ник?

– Когда ты соберешься чистить зубы, я буду выжимать пасту из тюбика, – не моргнув глазом сообщил он и снова вспомнил прошлое: – Одиннадцать месяцев спустя ты появилась на обложке журнала мод, и когда Томми показал его мне, я поверить не мог, что это та же тощая малышка с ободранными коленками.

Кажется, он пытается ей льстить?

Но Лорен не знала, что на это ответить, и поэтому промолчала.

– Отныне мы неразлучны! – объявил Ник.

– Означает ли это, что ты будешь возникать на пороге моего дома прежде, чем я успею одеться?

– Нет. Это означает, что мы будем одеваться одновременно. Какую сторону кровати предпочитаешь?

– Прошу прощения? Он повторил вопрос.

– Правую.

– Значит, я сплю слева.

– Ты шутишь?!

– Насчет кровати? Конечно. Но я сделаю все возможное, чтобы уберечь тебя, и если для этого потребуется бессовестно вторгаться в твою личную жизнь, значит, так оно и будет.

– И надолго все это?

– Как получится.

– А если я захочу принять душ?

– Вручу тебе мыло.

– Это, надеюсь, тоже шутка.

– Лорен, я должен быть достаточно близко, чтобы потереть тебе спинку. Иначе никак нельзя. Пойми же: я первый, кого ты увидишь утром, и последний, кто пожелает тебе доброй ночи, прежде чем ты закроешь глаза. Мы станем кем‑то вроде сиамских близнецов.

– Но если ты будешь все время проводить со мной, как же собираешься ловить его?

– Я работаю на могущественную и влиятельную организацию, Лорен, помнишь? Они уже начали расследование. Предоставь нам поймать его, для этого мы существуем.

Лорен задумчиво подперла ладонью подбородок и надолго замолчала.

Наконец она выпрямилась и посмотрела Нику в глаза.

– Я не позволю ему запугать себя. И хочу помочь. Обещаю не наделать глупостей, – поспешно прибавила она. – Нет, я не боюсь. Просто вне себя от злости… ярости… бешенства, но никакого страха.

– А следовало бы опасаться. Страх – сильное чувство и пробуждает к жизни инстинкт самосохранения.

– Но он также может парализовать, а этого я не допущу, – заверила Лорен. – Этот человек… это чудовище расписывает брату, какое удовольствие получил, терзая и убивая бедную беззащитную женщину, а потом заявляет, что жажда крови не дает ему покоя и следующей жертвой он выбрал меня. Сообразил, что Томми попытается его увидеть, и поджидал его у исповедальни, чтобы оглушить. Хорошо, что не убил.

– Он этого вовсе не хотел, иначе спокойно прикончил бы Томми, – тихо возразил Ник. – Теперь он использует Томми, как своего посланца.

Но тут он заметил, как исказилось лицо Лорен, и поспешил заверить:

– Не волнуйся за брата. Мы и его будем охранять.

– День и ночь, – потребовала она.

– Разумеется, – согласился Ник. Лорен кивнула.

– Не кажется ли тебе, что теперь этот человек правит бал? Велит Томми известить тебя, заставляет увезти меня и тогда, может быть, откажется от своего гнусного замысла. И мой брат послушно следует приказу. Прячет меня.

– Ну конечно, он хочет защитить тебя. Томми любит тебя. Лорен снова потерла виски.

– Знаю, – вздохнула она. – Возможно, на его месте я поступила бы так же.

– Но…

– Я слишком хорошо знаю своего брата, чтобы не видеть, как он терзается, и причина тут не только во мне. Уверена, что маньяк сказал Томми что‑то такое, о чем вы оба умолчали.

– И что именно?

– Он наверняка пообещал Томми, что попробует найти себе другую игрушку, – дрожащим голосом выпалила Лорен. – По какой‑то причине он решил предупредить меня, чтобы я успела найти защиту. Только другая несчастная такого предупреждения не дождется.

– Возможно, нет, – согласился Ник. – Но тебе нужно скрыться.

– Ничего подобного. Бегство – это не выход! Не собираюсь давать никому такую власть надо мной! Он меня не запугает!

– Думаю, нам стоит обсудить это позже, после того как Пит покажет запись эксперту.

Ник попытался встать, но Лорен схватила его за руку. Она вовсе не собиралась ждать.

– Я знаю, что у вас уже есть какие‑то версии! И хочу их услышать. Мне нужна информация, Ник. Не желаю чувствовать себя беспомощной, как сейчас!

Он впился в нее взглядом, прежде чем решиться.

– Так и быть, я выложу все, что мы знаем. Прежде всего мой шеф, Питер Моргенштерн, уже прослушал запись. Он психиатр, возглавляет мое подразделение и лучший специалист из всех, кого я знаю. Если кто‑то и способен разгадать ход мыслей маньяка, то это он. Только помни, у Пита нет времени сидеть и анализировать каждое слово.

– Понимаю.

– Прекрасно. Первым делом обсудим факты. Самое главное, что жертва выбрана не наугад, а специально. Псих добирается именно до тебя.

– Известно почему?

– Потому что… зациклился на тебе.

– И что это означает? – нетерпеливо бросила Лорен.

– У тебя появился поклонник. Фанат. Именно так мы их зовем… фанаты.

– Но это совершенная бессмыслица! Я не кинозвезда, не знаменитость. Самая серенькая личность.

– Взгляни в зеркало, Лорен. В тебе нет ничего серенького. Ты прекрасна. И он так считает… нет, помолчи. Большинство жертв маньяков – люди никому не известные.

Лорен тяжело вздохнула:

– Продолжай. Мне нужно досконально знать своего врага. Ты меня не пугаешь, – пояснила она. – Не стоит так тщательно подбирать слова. Пусть поймет, что я способна ответить ударом на удар!

– Прекрасно! Так вот, судя по его словам, он давно преследует тебя. И знает все о твоей жизни. Каждую деталь, вплоть до духов и стирального порошка, которыми ты пользуешься, какие книги читаешь, с кем спишь и тому подобное. Он дал понять, что пару раз побывал в твоем доме. Сидел за столом, сунул нос в комод, ел все, что достал из холодильника. Именно таким способом он знакомится с тобой. Не исключено, что он украл что‑нибудь из нижнего белья, вещь, которой ты до сих пор не хватилась. Подумай хорошенько и вспомни, какую ночную сорочку или футболку ты последнее время никак не можешь найти. Из тех, что носишь на голое тело.

– Но зачем? – ахнула она, потрясенная описанием человека, которого Ник называл ее фанатом. Неужели кто‑то тайком вломился в ее дом и рылся в вещах? При одной мысли о том, что за ней следили, по коже мурашки поползли!

– Должно быть, на одежде остался твой запах, – пояснил Ник. – Это каким‑то образом сближает его с тобой. Как бы там ни было, он спит с ней, – добавил он, вспомнив слова мужчины о том, что он упивается ароматом Лорен.

– Что‑то еще? – осведомилась она, удивленная собственным деловитым тоном.

– Да, – вздохнул Ник. – Он умудрился наблюдать за тобой спящей.

– Не может быть! Я бы знала! – вскрикнула Лорен. Ник постучал по магнитофону.

– Тут все записано.

– А если бы я открыла глаза… что, если бы я проснулась и увидела его?

– Как раз этого он и добивается. Но, по его мнению, еще рано. Он вообразил бы себя оскорбленным, если бы ты вынудила его к решительным действиям именно на этом этапе.

– Но почему?

– Это означало бы, что ты слишком торопишь события. У него весьма развернутая программа.

– Продолжай. Я в порядке, – заверила Лорен,

– Это все, что он посчитал нужным нам сообщить, – развел руками Ник. – Но у нас тоже возникли кое‑какие соображения. Мы думаем, что маньяк живет в Холи‑Оукс,

Один из тех, с кем ты постоянно сталкиваешься, вероятно, даже каждый день. Отношения у вас прекрасные, но, как я и сказал, неизвестно, что творится в голове у психа. Пит говорит, что пока он на стадии обожания. Это означает, что он считает тебя совершенством и всеми силами стремится защитить. Он одержим тобой и явно борется с собственными инстинктами, а может, просто добивается, чтобы мы в это поверили. Вполне возможно, что он искренне любит тебя, Лорен, и пока не собирается дать себе волю, но знает, что все равно придется, потому что рано или поздно ты разочаруешь его. В больном мозгу маньяка зреет убеждение, что ты все равно не способна оправдать его ожиданий и что бы ни делала, никак не сможешь ускользнуть.

– Ты сказал, что пока он на стадии обожания, но это продлится недолго. И когда же произойдут перемены?

– Понятия не имею, – честно признался Ник. – Но вряд ли придется ждать годы. По его разумению… ты уже можешь быть… запятнана… нечиста. Понимаешь, ему любой ценой необходимо найти в тебе пороки, чтобы чувствовать себя униженным и растоптанным. Может, твоя улыбка покажется ему непристойной, или он посчитает, что ты издеваешься над ним. Или вдруг обнаружится, что ты с кем‑то встречаешься. Это, вне всякого сомнения, его взбесит. Ему нравится изображать из себя мученика. Вспомни, он пообещал Томми оставить тебя в покое, если ты скроешься от него. Но при этом хвастался своим блестящим умом и страстью к преодолению трудностей.

– Хорошо бы ему надоела собственная одержимость.

– Этот не отвяжется! – резко бросил Ник. – Он целиком во власти собственных извращенных фантазий и не в силах остановиться. Для него это игра в кошки‑мышки, где тебе отведена роль мышки. Он обожает охоту, и чем сложнее обстоятельства, тем увлекательнее задача. Погоня не кончится, пока ты не станешь молить о пощаде.

Ник подался вперед и внимательно взглянул на Лорен.

– Ну как? По‑прежнему готова к бою?

 


Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 48 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 8 | Глава 9 | Глава 10 | Глава 11 | Глава 12 | Глава 13 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 5| Глава 7

mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.071 сек.)