Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Эшли convertfileonline.com 15 страница



- Природа одарила меня милосердием к нищим.

- Лучше бы она просто одарила тебя сердцем.

- Ты язвишь, но не пытаешься меня убить, - обижено восклицает Дима. Касается пальцами моей щеки и широко улыбается, - что-то новенькое.

- Пожалуйста, - я устало отступаю назад. – Не трогай меня.

- Сегодня какой-то день открытий! Ты сказала «пожалуйста»?

- Что тебе нужно?

- Я и так уже все получил.

- В таком случае, зачем ты со мной разговариваешь? – завожусь я. Черт, мне безумно надоели эти игры. Я не хочу, не хочу продолжать подобный фарс! – Дима, ответь.

- Только на свежем воздухе, - игриво пропевает он, и я злюсь еще сильнее.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, однако внезапно оказываюсь прижатой к его крепкому, мускулистому торсу. Рычу:

- Отпусти!

- Ну же, Зои.

- Не трогай меня, не прикасайся ко мне!

- Хватит уже сопротивляться, лгунья, - шипит он и резко дергает меня на себя. Мы едва не сталкиваемся лбами, и я застываю в немом ужасе. Смотрю на Диму и вижу молодого, красивого парня, у которого напрочь отшибло мозги. Почему он таким стал? Что произошло? – Я хочу пройтись. С тобой.

- Зачем?

- Интересно?

- Безумно!

- Хорошо. – Он приближается так близко, что я чувствую запах сигарет, исходящий от его белого, выглаженного воротника. У меня скручивает низ живота, и шея вспыхивает красными пятнами. Что-то в его яром взгляде вызывает у меня дрожь в коленях, мурашки по всему телу. Однако это не желание. Нет. Это дикий страх, словно Дима способен сделать со мной все, что ему заблагорассудится. – Ты пойдешь со мной потому, что я хочу этого. Потому, что я думаю о тебе, и потому, что ты – единственная, кто мне сейчас нужен.

- Я тебе нужна? – ошеломленно переспрашиваю я.

- Да.

- Но ты мне не нужен.

Парень растеряно морщит лоб. Смотрит на меня как-то странно, испепеляюще и, кажется, не знает, что сказать. А я просто молчу. Наблюдаю за его метаниями, и сама пошатываюсь от странного волнения, будто обижать этого человека – неправильно, что само по себе полный абсурд. Как я вообще могу думать о подобном? Дима – эгоистичный ублюдок, у которого нет ни совести, ни морали. Который живет только ради себя. Которому плевать на остальных, на их проблемы, терзания! Он – зло в чистом виде!

- Однажды, - наконец, рычит он, - ты изменишь свое мнение обо мне.

- Вряд ли, - на выдохе, шепчу я. – Дима, ты испортил мне жизнь. Ты разрушил все, к чему я могла стремиться. Неужели ты считаешь, что когда-нибудь я об этом забуду?



Блондин пожимает плечами. Властно подхватывает меня под локоть и тащит к выходу.

- Все в этом мире относительно, - недовольно шипит он и буквально выталкивает меня на улицу. Погода чудесная, однако, теперь меня тошнит от солнца и от его ярких, желтых лучей. Я морщусь, пытаюсь вырвать руку из стальной хватки, но остаюсь скованной. – Сейчас ты меня терпеть не можешь, а завтра…

- Что завтра? – грубо перебиваю я. – Ничего не изменится.

- Посмотрим.

- Не на что смотреть. Ты делаешь людям больно.

- Только я? – парирует он. – Что ж ты в себе до сих пор души не чаешь? Считаешь, делать больно могут только плохие люди? А что если нет хороших людей, Зои?

- Что тебе вообще от меня надо? – мы приходим в парк, и я растерянно вскидываю брови. Смотрю на Диму и понятия не имею, чего он хочет. – Решил излить душу? Сходи в церковь.

- Не груби, - с силой сжав мое запястье, приказывает он. Его лицо искажает гримаса злости, а я с вызовом вскидываю подбородок.

- В таком случае, не пытайся поговорить со мной. Не пытайся что-то изменить. И, о боже, не пытайся делать вид, словно у тебя есть чувства. Нормальный человек не способен получать удовольствие от чужих терзаний. Но ты…. Ты питаешься ими. Ты проглатываешь жизни всех, кто находится рядом с тобой. Безжалостно. Бездушно. И тебе это нравится.

- Я не ломаю тех, кто этого не хочет. Или тех, кто не стоит на моем пути.

- На каком пути? О чем ты вообще говоришь? Никто не должен страдать от того, что ты не в состоянии унять в груди обиду и собственную боль!

Дима удивленно вскидывает брови. Пытается выдавить из себя улыбку, но выглядит лишь жутко устрашающе.

- Что тебе об этом известно, - его губы нервно дергаются. – Ты забыла о проблемах, едва пересекла порог красивой, беззаботной жизни. А я живу с тем, что имею. И мщу тем, кого считаю виноватым.

- Тогда что тебе сделала я? – решительно приближаюсь к парню. Между нами несколько сантиметров, и я ощущаю их также отчетливо, как и слышу дикое биение своего сердца. – Чего ты пытаешься добиться? Чего хочешь?

Неожиданно Дима грубо хватает меня за подбородок и пылко целует в губы. Я реагирую молниеносно. Отпрыгиваю назад и со всей силы ударяю его ладонью по щеке. Звучит хлопок. Парень хватается пальцами за лицо, а я свирепо и ошарашенно горблю спину. Что это было? Что он сделал? Нет, покачиваю головой. Мне становится жутко плохо. Испепеляю Диму злым, яростным взглядом и дышу так, будто только что пробежала несколько километров.

- Ты меня ударила, - ледяным голосом, констатирует факт парень.

- Никогда, - задыхаясь, шепчу я, - никогда больше ко мне не прикасайся.

Он наклоняет в бок голову. Свирепо улыбается и скалит идеально ровные зубы.

- Позавчера ты не была такой же агрессивной.

Хочу ответить что-то колкое, язвительное, как вдруг замечаю за спиной парня Теслера в спортивной, мешковатой одежде. Он стоит около высокого дерева, разговаривает с какой-то худой, высокой блондинкой и… улыбается. Я цепенею. Не могу поверить своим глазам. Все пытаюсь очнуться от сна, ведь это непременно он! Андрей ни разу при мне не улыбнулся, ни разу! А тут… Он искренен. Смотрит на незнакомку добрыми, синими глазами и обнажает на щеках ямочки, о существовании которых я даже не подозревала. Не могу пошевелиться. Лишь наблюдаю за тем, как его руки уверенно смыкаются за ее спиной, и ощущаю дикую, ядовитую злость, вспыхнувшую где-то в горле. Что происходит? Он ее обнимает? Я едва стою на ногах. Хочу отвернуться и закрыть глаза потому, что по неясным для меня причинам, видеть Теслера с кем-то другим жутко больно, однако не могу даже шевельнуться. Так и смотрю на Андрея, пока тот, наконец, не замечает мой растерянный и удивленный взгляд.

- Зои, - Дима напоминает о себе недовольным, глухим голосом, - надеюсь, ты задумалась о своем поведении?

Неохотно вновь перевожу глаза на блондина, дрожа от холода. От злости. Отрезаю:

- Надо вернуться в школу, - и беспомощно скрещиваю на груди руки. Собираюсь изучать землю все оставшееся время, однако сдаюсь и вновь смотрю в сторону дерева.

Андрей испепеляет меня пронзительным взглядом. Накидывает на голову капюшон серой, потной толстовки и поджимает губы. Даже с такого расстояния я вижу, как напрягаются его широкие, твердые плечи. Прикусываю губы. Поддавшись странному, безумному порыву делаю шаг вперед и томно вздыхаю.

- Ты пойдешь со мной? – не знаю, что на меня находит. Дима вскидывает брови, а я робко пожимаю плечами. – Если вернусь одна – у меня будут проблемы.

- Пытаешься мной воспользоваться, - не своим голосом, подыгрывает блондин. – Тебе не кажется, что бить по лицу и просить о помощи – два несвязанных действия?

- А тебе не кажется, что сначала заниматься сексом, а потом целоваться – неправильная последовательность?

Дима хочет ответить, как вдруг рядом возникает Теслер и грубо на бегу толкает его в плечо. Парень бежит дальше, не сбавляя темп, а глаза блондина наполняются удивлением и алой, бурлящей злостью.

- Эй, - скаля зубы, кричит он ему в спину, - ублюдок!

Однако Андрей не останавливается. Я так и замираю с открытым ртом, будто только что увидела нечто из ряда вон выходящее. Черт подери. Он что - сошел с ума? Что если бы Дима заметил его лицо? Что бы он тогда делал? Щеки безумно горят. Я прикасаюсь к ним холодными пальцами и недовольно поджимаю губы. Неужели только таким образом можно добиться от него ответной реакции, проявления хоть каких-нибудь чувств?

- Кретин, - сетует Дима и резко поправляет воротник. – Скажу найти его и убить.

Горько усмехаюсь. Вряд ли послание дойдет до адресата.

ГЛАВА 18.

Я лежу под покрывалом и мне жутко жарко от того, что на ногах джинсы, а сверху майка, кофта и легкое, тонкое пальто. Нервно постукиваю пальцами по бедру. Сколько можно ждать? Наверняка, уже за двенадцать. Закрываю глаза, вздыхаю и думаю о том, что раньше, изнывая от голода и дефицита одежды, жилось проще. Да, мы с мамой едва сводили концы с концами. Но что такое голод против свихнувшегося человеческого разума?

Дверь со скрипом открывается. Я театрально замираю – мол, вижу сотый сон – как вдруг слышу:

- Просыпайся, спящая красавица!

Саша стягивает с меня покрывало и начинает дергать за ноги. Я шутливо отбиваюсь.

- Ты куда пропал?

- Родители должны были заснуть. Помнишь? Мы не могли тихо пробраться по лестнице, пока мама контролирует каждый твой шаг.

- А если бы она до утра караулила?

- Что ты нудишь, - брат тащит меня к выходу и элегантно поправляет черную горловину от свитера, - нас ждут незабываемые приключения, мисс Регнер.

- Надеюсь на это, мистер Регнер. А пока перестаньте вести себя столь вызывающе.

- Только если вы соизволите убрать со своего лица это тягомотное, муторное выражение и, наконец, угомонитесь.

Закатываю глаза и невольно усмехаюсь.

Мы крадемся к выходу, спускаясь по лестнице так тихо, словно и вовсе не касаемся подошвами мягкого покрытия. Выбегаем на улицу, несемся к припаркованной Тойоте и одновременно громко выдыхаем. На этот раз за рулем Ярый. Он кивает Саше и переводит хитрый взгляд в мою сторону.

- Из-за тебя мы все сядем в тюрьму.

- Вообще-то это была его идея.

- Но посадят нас все равно по твоей вине, - настаивает он. – Моя мама всегда говорила, связываться с шатенками – гнилое дело.

- Я – блондинка. - Парни удивленно расширяют глаза, а я соблазнительно улыбаюсь. – Так что лучше со мной не шутить. Вы еще о многом не догадываетесь.

Мы едем по ночным улицам так быстро, что ветер, пробивающийся через открытые окна, раскидывает мои волосы в разные стороны. Я прикрываю глаза и глубоко втягиваю питерский, свежий воздух. К вечеру он становится совсем другим – более тонким, пронизывающим. Мне хочется гнать по трассе вечно, унестись как можно дальше за горизонт и стать кем-то совсем другим. Кем-то без прошлого. Жаль, что такая возможность выпадает не у всех на пути.

Останавливаемся в узком, грязном переулке и одновременно хлопаем дверьми. Ярый скептически морщит лоб, чешет рыжую шевелюру, а Саша протягивает:

- Классное место.

Вокруг скопление опьяневших, покачивающихся мужчин. В ряд стоят байки, огромные машины, и если и есть ненормальные психи, решившие провести ночь под кайфом в грязном, забитом гарью закоулке – они уж точно все здесь. Вывеска «Сатурн» еле держится, и я гадаю, кто же будет тем счастливчиком, кому она рухнет на голову?

- Пойдемте, - хватаю Сашу под локоть, - давайте скорей разузнаем все и вернемся домой.

- Согласен, - испуганно отрезает Ярый.

Без алкоголя и наркоты он не такой уж и сорвиголова. Хотя это касается всех людей. Мы ведь делаем то, что считаем нужным отнюдь не каждый раз и не когда хотим. Мы чего-то ждем, а потом еще сожалеем об утраченной возможности. И лишь силы извне развязывают нам язык, что странно. Вроде все такие смелые, взрослые или молодые, но абсолютно не умеем жить.

В клубе полно народу. Полуголые девицы потные танцуют на подмостках и подзывают к себе опытными, извивающимися телами. Я отворачиваюсь. Невольно вспоминаю, как впервые увидела Андрея и кидаю взгляд в сторону VIP-столов. Его там нет. В груди тут же становится пусто. Нет, я не хотела увидеться. Не хотела. Я просто ждала этого в глубине своих мыслей. И только. Нерешительно протираю руками лицо и натянуто улыбаюсь Саше. Он вопросительно вскидывает брови, а я покачиваю головой, мол, все в порядке, все хорошо, пусть и не хочу здесь больше находиться.

- Давайте разделимся, - предлагает он. – Я с Зои пойду вниз, а ты…

- Я один здесь ходить не собираюсь, - нервно усмехается Ярый. – Шутишь? По-моему тут тусуются одни маньяки-убийцы.

- И что ты предлагаешь?

- Саш, - пытаясь перекричать музыку, тяну я. – Идите. Со мной все будет в порядке.

- Что ты выдумываешь? К чему тебе бродить в одиночку?

- Я взяла телефон.

- И что теперь? Если его свиснут?

- Твой номер я выучила наизусть после случая в амбаре. Все, успокойся, - я киваю брату и устало вздыхаю. – Встретимся здесь минут через десять, договорились? Только ищите Илью, а не смотрите на полуголых девиц. Ладно?

Саша усмехается. Скептически покачивает головой и пропевает:

- Как получится.

Закатываю глаза. Отлично. Кажется, я притащила двух семилетних детишек на ярмарку сладких леденцов. Взмахиваю руками и направляюсь в сторону барной стойки. За ней широкая, квадратная арка. Там проход к нулевому этажу, и мне приходится изрядно поработать локтями, чтобы, наконец, достигнуть цели. Поправляю ворот пальто. По словам Саши, Илья невысокий, белобрысый и хромает после физкультуры на правую ногу. К тому же, он симпатичный, и все девчонки обожают его манеру лениво, неспешно расправлять плечи. Чем не портрет типичного эгоистичного кретина, заправляющего человеческим благополучием? Я уже представляю себе это наглое лицо. Наверняка, он обожает вертеть в зубах зубочистку, и от его школьной формы прилично тянет дорогими сигаретами. Взвинчено отбрасываю назад волосы и замираю, увидев перед собой огромное скопление людей.

- Что это? – шепчу себе под нос и недоуменно осматриваю неровный, угловатый круг, который смыкают десятки кричащих, рвущих глотки мужчин. Они выбрасывают вверх кулаки, орут что-то, и мне приходится подойти ближе, чтобы понять, о чем именно так встревожены их пытливые мозги. Однако едва я делаю несколько широких шагов вперед, как тут же грудная клетка сжимается. Я слышу глухие удары, вижу летающие, парящие из рук в руки купюры и настороженно морщусь: что тут творится? Вновь рвусь вперед, терплю удивленные, горящие взгляды мужчин и, наконец, оказываюсь в первом ряду. Однако лучше бы я осталась позади.

- О, Боже мой. – Меня передергивает. Люди не просто так столпились здесь. И деньгами они не просто так размахивают в стороны. Это самые настоящие бои без правил, но, пожалуй, больше всего меня пугает отнюдь не толпа, а ледяные, темно-синие глаза, которые испепеляют противника своим холодом и жестокостью. Не могу дышать. Смотрю на Андрея, на его потный, оголенный торс и понимаю, что вот-вот рухну на пол. Какого черта он делает? Застываю, когда его глаза находят мои, и прикусываю губу. Черт. Теслер так и прожигает во мне дыру, будто, действительно, пытается изжить со свету, а я растерянно сглатываю. Что делать? Куда идти? Решаю бежать. Да. Прямо сейчас. Разворачиваюсь, чтобы унестись как можно дальше отсюда, как вдруг слышу громкий, жалостливый стон толпы. Мужчина рядом со мной вопит от безумия, а я невольно оборачиваюсь. Нахожу Теслера и замечаю, как он держится тонкими пальцами за покрасневший подбородок.

- Его ударили, - орет кто-то мне прямо на ухо, - ударили!

Растерянно морщу лоб. Наблюдаю за тем, как глаза Андрея наливаются злостью. Пару раз глубоко выдохнув, парень выпрямляет плечи, дергает уголками губ и решительно наступает на противника. Тот жмется к людям. Пытается избежать атаки, но цепенеет, ощутив серию ударов в живот и шею. Его тело валится навзничь, как куль с мукой, толпа взрывается диким ором, а я не могу вымолвить и слова, сжимаемая в тисках десятков сошедших с ума мужчин. Мне вдруг становится страшно.

- Пропустите, - задыхаясь, прошу я. Люди начинают двигаться, собирать деньги, ругаться, а я беспомощно мнусь между ними, стараясь прорваться к выходу. – Осторожно! Дайте же…, дайте пройти!

Никто меня не слышит. Мужчины толкают меня из стороны в сторону, будто я неживая статуя и не чувствую их удары. Кто-то со всей силы врезает локтем мне прямо по щеке, и я громко стону, схватившись пальцами за лицо.

- Ох, господи! – Жмурюсь. Боль проносится по всему телу, паника подогревает ужас. Я свирепо рычу и со всей силы отталкиваю впереди стоящих людей. – В сторону!

- Куколка! – злится какой-то мужик. – Чего кулачками машешь?

- Не называй меня так. – Мой голос звонкий. Я вдруг понимаю, что абсолютно не боюсь ни этого психа, ни толпы, и единственная моя цель - пробраться к выходу. Любым способом. Я не слабенькая девочка. Я в состоянии за себя постоять. На выдохе срываюсь с места. Тяну руки в сторону лестницы и крепко стискиваю зубы. Неожиданно понимаю, почему так много людей погибает от паники, почему их затаптывают и оставляют гнить на полу каких-то промозглых, популярных клубов. Это ведь так глупо – задохнуться посреди сородичей и обездвижено упасть камнем вниз. Однако теперь я не сомневаюсь: это реально. И это жутко пугает.

Наконец, толпа остается позади. Вырвавшись на свободу, я глубоко втягиваю воздух и облокачиваюсь всем телом о раскачивающиеся поручни. Слава Богу.

- Как интересно! – говорит знакомый, низкий голос, и я поднимаю голову. – Зои, верно?

Не могу поверить своим глазам. Сначала мне кажется, что проблема в кислороде, который временно не поступал к мозгу. Однако галлюцинации не проходят. Они становятся явственней. Приобретают очертания высокого, светловолосого мужчины с темно-карими, почти черными глазами. У него широкие плечи, чарующая улыбка и мощный, четко очерченный подбородок. Сглатываю. Выпрямляюсь и робко отрезаю:

- Здравствуйте.

Старший Болконский кривит губы. Осматривает меня и как-то задумчиво наклоняет лицо.

- Любите острые ощущения?

- Я…, - растерянно моргаю, - я здесь искала знакомого.

- И как, нашли?

- Нет. Наверно, он этажом выше.

- И, тем не менее, вам повезло. - Болконский делает шаг вперед, и его тень полностью поглощает все мое тело. Идеальный и устрашающий этот мужчина внушает ужас уже одним своим видом. – Вы попали на отличный бой. Делали ставки?

Так и хочется спросить, законно ли то, что здесь происходит, однако я и так знаю ответ, а мужчине, стоящему напротив, вряд ли придется по душе мое беспечное любопытство. Поэтому приходится усмирить свой пыл и натянуто скривить губы.

- Нет. Я не особый фанат подобных игр.

- Да, вам явно по душе иной уровень забав. Правильно, Зои? Если я не ошибаюсь, вы хорошо общаетесь с моим сыном.

- О, - я театрально закатываю глаза, - он у вас просто замечательный! В школе мы все время проводим вместе.

- Я и не сомневался, что вы поладите. Хотя небольшие проблемы между мной и вашим отцом, конечно, могли на вас отразиться. – Мужчина элегантно поправляет рукава черного, прямого костюма и улыбается, неохотно растянув губы. – Надеюсь, я не прав.

- Не волнуйтесь на этот счет.

- Отлично, потому, что, Зои, есть всего две стороны. И я верю, вы займете правильную.

Не понимаю, что происходит, но мне становится жутковато. Молча киваю и скрещиваю на груди руки, нуждаясь хотя бы в вымышленной защите, в барьере. Болконский прощается, сжав в пальцах мое плечо, уходит, а я растеряно поджимаю губы. Покачиваюсь на носках из стороны в сторону и испытываю в груди странное ощущение: что это вообще было?

Рядом вихрем проносится несколько незнакомцев. Они бредут за Болконским, озираясь и переговариваясь через небольшие рации. Я удивленно вскидываю брови: отлично. Он ходит с охраной, что как раз под стать его пугающему образу. Чего же ожидать дальше? Во дворе стоит его личный вертолет? Дом защищают не только люди, но и прожигающие насквозь лазеры?

Внезапно я понимаю, что лицо одного из охранников мне знакомо. Недоуменно хмурю брови и слежу за парнем вплоть до того момента, пока он не скрывается вместе с остальными за поворотом. Хмыкаю. Я его точно видела. Вот только где.

- О, боже мой! – мои глаза становятся огромными. Я резко поднимаю подбородок и ахаю. Правда взрывается в моей голове бешеным, неистовым фейерверком: она восхищает и пугает одновременно, и мне приходится схватиться руками за поручни, чтобы не покатиться вниз.

Этот человек…, он был на благотворительном вечере, и именно он выкупил Софью! Да, точно! Мужчина в ярко-желтом костюме! Выходит, не было никакого друга Ильи. Это ложный след. Саша ищет не того человека. Достаю сотовый и решительно бегу за свитой Болконского. Я должна проследить, куда они направляются.

- Саша, - восклицаю я, когда брат поднимает трубку. На другом конце провода шумно. Я морщусь и продолжаю нестись по темному коридору. – Ты меня слышишь?

- Что случилось? – перекрикивая музыку, вопит он. – Зои?

- Соню выкупил совсем другой человек.

- Что?

- Она ушла с благотворительного вечера с одним из охранников Болконского. Я думаю, все было подстроено. Она не зря так волновалась. Она понимала, что за ней следят.

- Где ты?

- Я прослежу за ними. Держи телефон рядом.

- Но…

Сбрасываю вызов. Замираю перед открытой дверью и прячусь в тени. Отец Димы резко одергивает пиджак и рявкает что-то одному из мужчин. Усаживается в высокий, черный седан и исчезает из вида за тонированными, мутными окнами. Охранники разбредаются по машинам. Тот, что был с Соней, садится за руль второго, вытянутого BMW и громко газует.

- Черт. - Я нервно покусываю губы. Мне необходимо проследить за ним и узнать правду.

- Что ты здесь делаешь? - Я испуганно оборачиваюсь и неожиданно вижу Андрея. Он смотрит на меня так, будто я мишень, которую ему приказано поразить. И он хочет выполнить заказ, но не может, как не пытается. – Зои…

- Ты тут не причем, - горячо объясняю я. – Поверь, меньше всего на свете мне хотелось тебя увидеть.

Что ж, врать я и, правда, умею потому, что Теслер мне верит. Стискивает зубы и равнодушно пожимает плечами.

- Отлично.

- Отлично, - соглашаюсь я. Смотрю в его синие глаза и едва не пропадаю в них, вовремя вспомнив о том, что сейчас, действительно, имеет значение. – Андрей, помоги мне.

- Что? Нет.

- Прошу тебя. Речь идет об одной девушке. Мне нужно проследить за свитой Болконского, так как я думаю, что один из охранников причастен к ее исчезновению.

- Меня это никак не касается.

Рассержено сжимаю в кулаки руки. Ну, почему он такой? Почему? Я глубоко втягиваю в легкие воздух и всеми клетками своего тела хочу возненавидеть этого человека, хочу испытать не просто злость, но и отвращение, презрение к нему, однако не получается. Никак. Что со мной происходит? Разжав пальцы, киваю и шепчу:

- Как скажешь.

Ухожу. Несусь по коридору, надеясь как можно скорее найти Сашу. Но черт, наверняка, уже поздно. Охрана Болконского давно скрылась из вида.

Неожиданно я вихрем отпружиниваю назад и растеряно распахиваю глаза. Теслер смотрит прямо на меня и прожигает лицо странным, глубоким взглядом полным терзаний, эмоций, тьмы и света. Он нежно проводит пальцами по моей щеке и говорит:

- Потом я об этом пожалею.

Его рука смыкается на моем запястье. Мы несемся обратно, вырываемся из здания через черный ход и бежим к «Харлею». Срываемся с места, и я зажмуриваюсь, едва байк кренится назад. С невообразимой скоростью вылетаем на главную улицу. Фонари стрелами проносятся по обе стороны от моих плеч, а страх талантливо кружит мне голову, напоминая о том, что в любой момент, я могу закрыть свои глаза и больше никогда их не открыть. И я чувствую, знаю, что живу не своей жизнью. Но мне нравится ощущать колючий адреналин в крови, нравится лететь навстречу ответам, будто я неуязвимая. Будто я попала в одну из тех книг, что ночью поглощала за несколько часов, а затем крепко сжимала в руках. Конечно, авторы умалчивают о том, что с приключениями приходят и проблемы. Однако, наверно, стоит рискнуть всем ради этого опьяняющего ощущения свободы.

- Держись, - приказывает Теслер, и я сильнее прижимаюсь к его спине. Такое чувство, словно мы и вовсе оторвались от земли. Байк несется с немыслимой скоростью, и мои волосы развиваются на ветру, танцуя и играя с ним, будто с неугомонным мальчишкой.

Неожиданно BMW отделяется от колонны, сворачивает в сторону западного района и скрывается за загромождением низких, старых домов.

- Нельзя его упустить. Я должна узнать, кто сопровождал Соню.

Андрей не отвечает. Резко сворачивает, и мотоцикл безжалостно кренится над землей под острым углом, приводя все мое тело в состояние безумного ужаса. Смотрю на асфальт, смотрю на белые, мельтешащие линии и цепенею, заранее распрощавшись с жизнью.

- Не отпускай, - приказывает Теслер и прижимает к себе мои руки. – Держись крепче.

- А где твоя машина?

- У меня нет машины.

Недоуменно вскидываю брови.

- Но…

- Зои, не задавай лишних вопросов.

Я послушно замолкаю и хмурюсь, увидев, как BMW сворачивает в какой-то маленький переулок. Вытягиваю шею. Пытаюсь немного привставать, но Теслер резко тормозит, и мое тело тут же неуклюже валится на его спину.

- Там тупик, - сообщает он. Сосредоточенно смотрит вперед и холодно отрезает, - жди здесь.

- Андрей, - восклицаю я, когда парень спрыгивает с байка. Он резко переводит на меня взгляд, а я недовольно поджимаю губы, - ты не пойдешь один.

- Ты остаешься здесь.

- Нет.

- Да. И не произносишь ни звука.

Не отвечаю. Просто срываюсь с места и уверенно иду к переулку. Слышу, как позади громко и резко выдыхает Теслер, и тут же ощущаю ледяные пальцы на своем плече. Парень грубо тянет меня назад, отталкивает в сторону и рычит:

- Ты…

- Нет, - горячо перебиваю я. Сбрасываю его руку с плеча и вскидываю подбородок, - ты не будешь говорить мне, что делать, Андрей. Только не ты.

- Тебе там не место, - чеканя каждую букву, отрезает парень. – Ты можешь пострадать.

- А ты? – Он усмехается, а я вспыхиваю, - ты также уязвим, как и все остальные! Забыл?

- Я уязвим только тогда, когда ты рядом!

Хочу ответить, однако вижу разбитую губу Теслера, небольшой отек и замолкаю. Резко отворачиваюсь и пытаюсь придумать, что мне делать. Почему он так говорит. Почему сбивает с толку. Какое ему дело: рядом я или нет. Он ведь ничего не чувствует. Ему ведь все равно.

- Зои, - Андрей делает несколько шагов ко мне навстречу, и я медленно перевожу на него взгляд. Чувствую, как он неуверенно касается пальцами моего лица, моих скул, шеи, и невольно замираю, затаив дыхание. – Останься здесь.

- Но я должна пойти.

- Нет.

- Почему?

- Я задаю себе этот вопрос каждый день, с тех пор как впервые тебя увидел.

Закрываю глаза. Парень прикасается лбом к моему лицу, а я жмурюсь, будто ощущаю легкую боль. Кладу руки на его плечи, выдыхаю и неожиданно понимаю, что не хочу больше двигаться. Андрей совсем близко, и единственное мое желание – стать еще ближе. Оказаться под защитой его рук, забыть о проблемах и успокоиться. Я вдруг осознаю: мы ищем свое «я» в поступках, в делах или в мыслях. А в итоге находим его в другом человеке. И идея ведь не в том, чтобы отыскать нужные пропорции, а в том, чтобы ощутить себя нужным. Мы можем потерять годы, пытаясь обрести те идеальные составляющие, которые как бы обязаны привести нас к умиротворению. Но правда в том, что, даже имея все это, мы не становимся счастливыми. А вот найдя лишь одного человека, но потеряв при этом целый мир, каждую нить его вселенной – мы обретаем себя. Обретаем смысл. Пусть утраченный для других. Пусть для них чужой и непонятный. Зато сокровенный для нас самих.

- Останься, - повторяет на выдохе Теслер и отстраняется. Я киваю, а он нежно проводит пальцами по моей нижней губе, - и не вздумай высовываться, слышишь? Иначе и тебя придется обезвредить.

- Только не надо…, - неуверенно пожимаю плечами, - не надо…

- Я разберусь.

- Андрей...

- Я – нехороший человек, Зои. – Он достает черную ткань из кофры и шепчет, - и я не тот, кто тебе нужен. - С силой захлопывает маленький багажник, надевает маску и направляется в сторону переулка.

Я внимательно слежу за тем, как он переходит дорогу, как скрывается за поворотом, и взволнованно выдыхаю. Понятия не имею, что мне делать: беспокоиться о том, что пострадает Теслер или о том, что он может сделать с остальными. Подхожу к мотоциклу, облокачиваюсь об него спиной и нервно поправляю волосы, надеясь увидеть, как Андрей идет обратно и машет мне белым флагом. Неожиданно слышу, как вибрирует телефон. Достаю его из кармана пальто и виновато прикусываю губы: это Саша. Медленно провожу пальцем по экрану и шепчу:

- Я…

- Издеваешься? – криком перебивает меня брат, и я буквально чувствую, как на меня обрушивается целое цунами из злости. – Ты что творишь? Что вообще делаешь? Бросила трубку и исчезла? Вот так просто?

- Прости, - отрезаю я. – По-другому не получилось.

- Не получилось? Черт, Зои, да ты ненормальная идиотка! Сначала спрашиваешь меня о том, будем ли мы вместе, спрашиваешь, не брошу ли я тебя, а потом пропадаешь, мать твою, подвергая себя опасности! Где ты? Говори где! Я приеду и выбью из себя всю дурь! Где?

- Успокойся.

- Сама успокойся!

- Саша! – недовольно отрезаю я и вздыхаю. – Прекрати орать и возьми себя в руки. Я никуда не пропадала. Просто думаю, что тебе не стоит сейчас приезжать.

- Плевать мне на то, что ты думаешь. Где ты? Ты одна? Ты нашла того парня?

- Да.

- Что да?

- Я его нашла. Но не надо никуда ехать. Я сама вернусь.

- Если ты сейчас же не скажешь мне, где находишься, я позвоню отцу, и он лично подпишет документы о твоем переводе в другую школу, сдаст блин тебя в опеку, и будешь всю оставшуюся жизнь драться с кретинами за очередь в душевые, мать их, раздолбанные кабинки!


Дата добавления: 2015-08-27; просмотров: 35 | Нарушение авторских прав







mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.035 сек.)







<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>