Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Париж – Петушки – Москва

Ларец и ключ 4 страница | Сентябрь | Зимняя замкнутость | Гостить у художника | Живое семицветье | Симону Чиковани | Одевание ребёнка | День‑Рафаэль | Анне Каландадзе | Переделкино после разлуки |


Читайте также:
  1. II. Москва: дом на Беговой улице
  2. Александр Кондратичев, Москва
  3. Андреев Николай 1990 Росс Москва сошел
  4. АПРЕЛЬ В ПАРИЖЕ
  5. Берлин - Париж - Диснейлэнд – Прага
  6. г. Москва, Осенний бульвар, д. 2, офис 4
  7. Г. Москва. Выпускники курса Ю.М.Соломина и О.Н.Соломиной

 

Впервые я прочла «Москва – Петушки» много лет назад, в Париже, не зная автора и об авторе.

Мне дал рукопись для прочтения за ночь благородный подвижник русской словесности – урожденно русский, родившийся во Франции.

Но я‑то не во Франции родилась. Вот он и попросил меня прочесть за ночь и сказать: каково это на мой взгляд? живут ли так? говорят ли так? пишут ли так в России?

Всю ночь я читала. За окном и в окне был Париж. Не тогда ли я утвердилась в своей поговорке: Париж не стоит обедни? То есть (для непосвященных): нельзя поступиться даже малым своеволием души – в интересах души. Автор «Москва – Петушки» знает это лучше других. Может быть, только он и знает.

В десять часов утра я возвращала рукопись.

– Ну что? – спросил меня давший ее для прочтения. Все‑таки он родился во Франции, и, с любовью оглядев его безукоризненно хрупкий силуэт, я сказала:

– Останется навсегда, как… Скажем: как «Опасные связи» Шодерло де Лакло…

Все‑таки он был совершенно русский, и мы оба рассмеялись. Он понял меня: я имела в виду, что прочтенное мной – сирота, единственность, не имеющая даже двоюродного родства с остальными классическими сочинениями. Одинокость, уникальность, несхожесть ни с чем.

Так – не живут, не говорят, не пишут. Так может только один: Венедикт Ерофеев, это лишь его жизнь, равная стилю, его речь, всегда собственная, – его талант.

Какое счастье – что талант, какая тоска – отчетливо знать, что должен претерпеть его счастливый обладатель.

Свободный человек – вот первая мысль об авторе повести, смело сделавшем ее героя своим соименником, но отнюдь не двойником. Герой – Веничка Ерофеев – мыкается, страдает, вообразимо и невообразимо пьет, существует вне и выше предписанного порядка. Автор – Веничка Ерофеев, сопровождающий героя вдоль его трагического пути, – трезв, умен, многознающ, ироничен, великодушен…

Писатель Ерофеев поразительно совпал с образом, вымышленным мною после первого прочтения его рукописи. Именно поэтому дружбой с этим удивительным человеком я горжусь и даже похваляюсь.

 

 

 

«Кто знает – вечность или миг…»

 

Веничке Ерофееву

 

 

Кто знает – вечность или миг

мне предстоит бродить по свету.

За этот миг иль вечность эту

равно благодарю я мир.

 

Что б ни случилось, не кляну,

а лишь благословляю лёгкость:

твоей печали мимолётность,

моей кончины тишину.

 

1960

 


Дата добавления: 2015-08-20; просмотров: 49 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
II. Москва: дом на Беговой улице| Ночь упаданья яблок

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.006 сек.)