Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Исцеление души 6 страница

Исцеление души 1 страница | Исцеление души 2 страница | Исцеление души 3 страница | Исцеление души 4 страница | Исцеление души 8 страница | Исцеление души 9 страница | Исцеление души 10 страница | Исцеление души 11 страница | Исцеление души 12 страница | Исцеление души 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

- Ты что думала убежать от меня в моем же замке!? - Его голос шипел. Резко рванув ее руку верх, он повел ее вниз лестницы. Виктория еле сумела стать на ноги, иначе она грозилась бы тянуться за ним.

Девушка даже не сопротивлялась и не кричала, понимая всю бесполезность и безвыходность ситуации. Рассерженный император втолкнул ее в какие-то двери, кидая почти не державшуюся девушку на пол.

Виктория обернулась к нему, видя, как он ловким движением извлекает из сапога короткую плетку, предназначающуюся для лошадей. Данган сделал к ней шаг и Виктория, набравшись смелости, будто бы это был ее последний шанс, вскочила на ноги и попыталась добраться до дверей. Однако император перехватил ее за руку, вновь кидая на пол и, силой ударяя по спине плеткой. Девушка вскрикнула, почувствовав сильную обжигающую боль, которая прошлась по открытому вырезом кусочку кожи. Следующий удар был направлен туда же, и девушка поняла, что даже платье не смягчают удар, наоборот, нежная ткань рвется, врезаясь в кожу. Виктория только и сумела, что оттолкнуть гитару подальше в темный угол, чтобы ненароком она на нее не упала, и в ту же секунду еще один удар прошелся по ее спине.

- Я тебе предупреждал?! - Он схватил ее за волосы, поднимая, и Виктория еле удержалась, чтобы не закричать, хотя ее полное боли лицо и так ее выдавало. - Я тебя, кажется, спрашиваю?!

Он толкнул ее и, пока девушка падала, ударил ей по груди и лицу, которых она защитила, скрестив руки. Виктория почувствовала, как упала на стенку, стукнувшись затылком, но не успела даже сползти на пол, как Данган ударил ее, проходя плеткой по локтям и бокам.

- Ты запомнишь, что такое перечить мне! - Его голос будто и не принадлежал более человеку - чудовищу. Он схватил ее, кидая на подоконник, и тут же с неистовой силой стал бить по спине, не давая ей даже опасть на пол.

Виктория сбилась со счету, потерялась во времени и в пространстве - была только невыносимая боль. Она даже не могла сказать кричала она или плакала, молчала? Все заглушал частый звук летевшей плети. Менестрель чувствовала, как горячая кровь окропляет ее спину. Чувствовала, как готово было сползти порванное платье, и изо всех сил старалась придерживать лиф, еще думая о стыде. Пока совсем ей не стало все равно. Она стала задумываться о смерти, ждать ее. Почувствовала, как оседает на землю, дотрагиваясь затылком к холодной стены и, как болит ее спина, соприкасаясь с камнем.

Она готова было провалиться в забытье и умереть, но увидела в мутной пелене от боли и выступивших слез, как император схватил гитару.

- Я так понял, что все равно играть не умеешь и она тебе ни к чему! - Его голос так и сочился ненависть, когда он открыл окно.

- НЕТ! - Казалось, она не могла уже говорить, но это слово слетело с ее губ тугим комком. Боязнь за гитару предало ей отчаяния и сил, и она вскочила на ноги, попыталась остановить императора, но бесполезно. Гитара с тихим глухим ударом разбилась об выложенную камнем дорожку на улице. В то же мгновение Виктория споткнулась и полетела вниз, чувствуя, как сознание покидает ее. Теперь она будет свободна...

А потом сильные руки подхватили ее, и наступила спасительная прохладная тьма...

***

Император подхватил Викторию на руки, как раз вовремя, когда она почти дотронулась земли. Он увидел серые глаза девушки, которые будто ничего уже не видели, а потом менестрель упала в забытье.

Почувствовав, как через его рукава проходит горячая кровь девушки, Элестэй выкинул с рук плетку, беря покрепче на руки Викторию. Он понимал, что перестарался, от таких ударов часто умирали провинившиеся слуги от рук палача, и то, они были выносливыми, а здесь же он избил молодую хрупкую девушку, кожа которой не привыкла таким пыткам.

Данган сожалел о содеянном, проклинал себя за это. Да, она сама напросилась, да, она прогневала его, опозорила и, безусловно, заслужила наказания, но не настолько. И больше всего на свете он не хотел, чтобы она сейчас умерла.

Обняв ее, он вышел из комнаты, проигнорировав удивленный взгляд слуги. Дангана сейчас волновал только одно - чтобы с Викторией все обошлось. Он не желал ей смерти, по крайне мере такой. То, что она опозорила его, не давало ему право поступать так с ней - проблему можно было решить и по-другому. Это было низко и гадко с его стороны. Элестэй не относился к Виктории, как к рабыне, более того, он ее таковой не считал. Он не мог дать себе отчета в том, зачем она вообще ему понадобилась. Однако император чувствовал, что девушка важна, только не понял чем. И был в этом уверен - его интуиция никогда его не подводила, даже больше - дар. И этот дар помогал ему во многом, оберегал и позволял делать выгодные для него и Империи партии. Он был не только его полезной тайной, но и его проклятием...

Данган быстрым шагом шел по тёмным коридорам, пока не добрался до хорошо знакомых массивных дверей. Отворив их, он влетел в мрачное помещение, пробираясь сквозь ряды громоздких шкафов. Главный маг оказался на месте, сидящим за столом, полностью погруженный в рассматривание колб и пузырьков с разноцветными жидкостями и порошками.

- Не время заниматься своими глупыми опытами! - Гаркнул без предисловий Данган, садя бережно девушку на кушетку и придерживая ее за плечи. - Ей срочно нужна помощь!

- Хм... Она сказала тебе 'нет'? - Маг равнодушно обернулся к Элестэю, придирчив взглядом осматривая девушку. Руки, грудь, бока - все было в кровавых ударах, но больше всего пострадала спина, которая полностью была покрыта глубокими 'узорами' от плетки вперемешку с обрывками тканей.

Император смерил Тиманэша осуждающим взглядом, в котором можно было уловить раскаяние растерянность. Это удивило Тиманэша и он, встав со стула, подошел к девушке. Бесцеремонно уложив ее животом вниз, он провел рукой над спиной девушки. Рука его зажглась еле видным белым светом, от чего светлая кожа мага казалась прозрачной, и раны девушки освободились от кусочков бывшего платья, оголяя ее спину.

- Ты сможешь ей помочь? Да, я знаю ты не лекарь, но...

Тон Элестэя не скрывал волнения, и это еще больше поразило Тиманэша: он никогда не видел императора таким. Объяснить его поведение он не мог, ведь девушка даже не была его любовницей. А то, что маг не мог понять, то его раздражало, тем более, когда речь шла о самом императоре - возвышенном лице, который не имел права показывать свои слабости. Потому Тиманэш поднял вверх руку, давая понять Дангану, чтобы тот замолчал.

Император понял это по своему, решив, глядя на сосредоточенное лицо мага, что тому просто нужна тишина.

- Если ты хочешь спросить, будет ли она жить, то хочу тебя обрадовать - да, - холодно заметил маг, подходя к столу и ища что-то в выдвижных ящиках.

- А шрамы?

- Посмотрим, - коротко ответил тот, бросая на императора беглый недовольный взгляд.

- Как быстро она придет в себя? - Похоже, известие о том, что девушка выживет, привели Дангана в норму, и он снова стал серьезен.

- Могу прямо сейчас привести ее в чувства, но тогда перевязки доставят ей настоящую боль, - безразлично уточнил Тиманэш.

- Нет-нет, не надо, пусть тогда лучше спит, - поспешил ответить Данган. Маг кивнул и извлек из ящика маленькую баночку. Проговорив что-то над ней, он вылил ее содержимое в небольшую миску, куда добавил еще какой-то жидкости из большого флакона и высыпал красно-бурого порошка. После он в мочил туда повязки, стал что-то шептать над ними. Закончив с заклятием, Тиманэш вытащил серые ткани, ложа их на спину, и тем самым заставляя девушку вздрогнуть, но не проснуться.

- Ей больно? - Поинтересовался император, который все это время, молча следил за действиями мага.

- Ты еще в этом сомневаешься? - Голос альбиноса не был лишен издевки, однако Данган не был сейчас настроен враждебно - все его мысли занимало состояние девушки.

- Сейчас ее кожу затягивает и это не самый приятный процесс, - снизошел до объяснений маг, беря в руки деревянную баночку.

- И долго это займет времени? - Кивнул в сторону лежащей девушке Элестэй.

- Около трех дней надо будет повторять процедуру, - нехотя сообщил Тиманэш, протягивая Дангану мазь. - Этим пусть намажет остальные ушибы, когда проснется.

- Ее можно забрать? - Осведомился император.

- Она мне здесь ни к чему, - пожал плечами маг.

- Ладно, тогда сейчас пошлю за Элэной, пусть сделает ей перевязку, - голос императора вновь приобрел свою расчетливость. Элестэй мигом дал распоряжения слуге, который не замедлился привести пятидесятилетнюю женщину, которая работала у императора и по совместительству была травницей для всех обращающихся к ней слуг, а также простых граждан из ближайших деревень.

Маг ее недолюбливал и отрицательно относился к тому факту, чтобы она находилась в его лаборатории, однако на этот раз он сделал одолжение. Иначе перевязку ему пришлось делать самому.

Только зайдя в комнату, женщина поняла суть дела и без лишних вопросов стала вертеться вокруг девушки, делая ей перевязку с целебными травами. Когда все было сделано, Элэна вежливо поклонилась императору, робко кивнула магу и скрылась за дверью, стараясь быстрее уйти от случившегося инцидента.

Проследив за женщиной взглядом, Данган подхватил Викторию на руки, полностью отказываясь доверить ее перенос в спальню слугам.

- Утром пусть придет ко мне, ей нужно будет повторить процедуру, - сообщил ему до этого не принимающий во всей этой кутерьме участия маг, когда император был у двери, дожидаясь, пока ему их откроет слуга.

Элестэй бережно нес девушку на руках, идя позади слуги. Весь ее торс был обмотан бинтами, а на лице застыла гримаса полная боли выражение. Поднявшись на второй этаж, император вошел в открытые слугой двери и приказал тому найти служанок девушки. Тот согласно кивнул, закрывая за Элестэем двери. Аккуратно уложив Викторию на ее кровать поверх застеленного покрывала, император хотел еще чем-то помочь ей, но в комнату вошли уже две девушки. Одна из них непроизвольно вскрикнула, забыв о том, что перед ней император. Кажется, это была та же девушка, что тогда не впускала его в комнату.

- Ты из новеньких? - Осведомился он у нее.

- Не совсем, господин, - робко ответила та, опустив взгляд наземь.

- Ладно, - вздохнул Элестэй, задумавшись о чем-то своем. - Проследите за ней. - Сказав это, он поспешил уйти с комнаты.

***

Виктория очнулась от сильной боли во всем теле, особенно ныла спина. Увидев над собой потолок с изящной громоздкой люстрой, знакомую обстановку и открытый балкон, с которого шел свежий воздух и доносились пения птиц, девушка издала тяжкий вздох. Она вспомнила все и то, как мечтала о смерти. И была разочаровано тем, что выжила. Ее мысли кружились только вокруг одного имени: Элестэй. Как же она его ненавидела! Желала мученической смерти, такой, какой он изводил в могилу многих людей, целые тысячи населений, только в сто раз хуже!

Спину жгло миллионами раскаленных иголок, во рту пересохло, а губы распухли от сильного удара. Но от боли ее сознание постепенно стало приходить в себя, и теперь Виктория больше не думала о смерти. Нет, все ее желание было поглощены одним - скоропостижной смертью императора, незаконного узурпатора власти, деспота, убийцы!..

Она и раньше хотела убить его, отомстить, теперь же ее это чувство выросло, заслепило ее. Все равно на свою жизнь - пусть умрет он! Нет, лучше сделать ему больно, ранить так глубоко, как только можно! Только, как это сделать?

- Виктория, вы проснулись? - В комнату с радостной улыбкой при виде девушки летела Лили.

Менестрель согласно кивнула, улыбаясь в ответ - Лили сейчас была единственным человеком в этом проклятом месте, кого бы она хотела видеть.

- Лили, ты не могла бы принести мне воды, пожалуйста? - Попросила ее Виктория, и служанка оживленно кивнула, кинулась к туалетному столику, где уже стоял поднос с хрустальным графином и стаканом. Поднеся Викторию воду, которая та с большим оживлением выпила, Лили села рядом на край кровати, робко осведомилась:

- Он вас бил? Простите...

Смущению девушки не было придела и она, густо покраснев, опустила взгляд, была не рада, что спросила и тем самым, скорее всего, больно ранила Викторию.

- Не извиняйся, Лили, ты здесь не причем! А кто и должен это делать, то это 'Его Величество'! - Последнюю фразу Виктория произнесла с ненавистью, сильно сжав рукой одеяло, и тут же почувствовала болящий укол в руке. Сразу перед глазами всплыло воспоминание, как она упала на лестнице, и с какой неистовой силой Данган держал ее за руку.

- Я не думала, что господин император так жесток! Многие девушки отзываются о нем, как о хорошем хозяине и властном мужчине.

- Это потому-что они греют его постель! - Невольно вылетело из уст черноволосой девушки. Виктория тут же пожалела о сказанном: не стоит так откровенничать с Лили, хоть она и хорошая девушка, но тоже служанка и многие девушки с ее работницы ее подруги. Но Лили никак не отреагировала на ее слова, неопределенно пожала плечами, явно задумываясь над словами Виктории.

- Я тут столько почти, сколько и вы. Иногда мне даже кажется, что вы моя хозяйка, а не господин император. Но те случаи, когда я его видела, не сложили о нем хорошего впечатления, да и то, как он к вам относится просто возмутительно! - Наконец изрекла она откровенничая. Виктория благодарно и грустно улыбнулась девушке.

- За что он вас так? - Участливо поинтересовалась Лили, дотрагиваясь до руки менестрель.

- В принципе сама виновата, - вздохнула Виктория, собираясь с мыслями, - я просто не хотела ему играть, но он настоял, и я на зло ему исковеркала мелодию.

Говоря это, Виктория сильно краснела, ведь сидящая рядом девушка могла принять ее поступок за каприз маленькой девочки, не понять ее состояния, порыва, однако Лили от ее слов весело улыбнулась и подмигнула собеседнице:

- О! Вы должно быть сильно задели гордость Его Величества!

Виктория смутилась от неожиданности, но от тихого смешка Лили не удержалась и сама засмеялась.

- Спасибо, Лили, за поддержку! - Искренне поблагодарила ее девушка.

Служанка приободренно улыбнулась и вытерла проступившую слезинку. Потом, будто только-что вспомнив, вскочила, и заметалась по комнате.

- Виктория, я забыла! Император велел, чтобы утром вы пошли к господину магу! - Затараторила девушка.

- Я не хочу! - Заупрямилась менестрель, упав на кровать и сразу же почувствовав в спине болящий отголосок вчерашнего избиения.

- Я понимаю ваши чувства, но это ради вашего здоровья! - Навела веский аргумент Лили. - И если вы откажетесь, то император все равно узнает и тогда отведет вас лично...

- Я поняла, - нехотя ответила Виктория, перебив пылкую речь служанки.

- Вам нужна помощь? Я сейчас позову Енегея и Витира - они вас проводят...

- Не стоит, я сама справлюсь! - Отказалась от предложенной помощи девушка, устало спуская голые ноги с кровати. Из одежды на ней была только легкая ночная рубашка, на шнуровке по все спине.

- Сейчас! - Быстрая, как пчела Лили, достала из-под кровати тапочки и одела их на ноги Виктории. После она поспешила схватить менестрель под руку, помогая ей встать.

- Идти сможете? - С волнением в глазах, спросила служанка.

- Да! У меня все-таки спина ранена, а не ноги перебиты! - Раздражительно отмахнулась от помощи Виктория.

- Но вы потеряли столько крови! Может закружиться голова...

- Лили...

- Да?

- Сделаешь мне одно одолжение? - Серьезно попросила ее черноволосая девушка.

- Я вас внимательно слушаю!

- Называй меня на 'ты', пожалуйста! - Попросила ее Виктория и сразу же объяснила, пока ей не стали наводить тысячи ненужных аргументов: - Так и быть при людях называй на 'вы', чтоб не вызывать лишних расспросов, но в остальных случаях... Лили, ты единственная, кто симпатичен мне в этой норе змей! Даже больше: ты единственная кому я доверяю! Прошу, будь так любезна...

- Хорошо, - робко согласилась та, опустив взгляд наземь, но было видно, что ей предложение Виктории было приятным.

Улыбнувшись ей, менестрель сделала пару шагов, будто прислушиваясь к своему телу, и не почувствовав усталости или головокружения уверенно пошла к халату. Одев его, она вместе с Лили направились к магу.

У знакомых дверей, она приостановилась, почувствовав сильное головокружение, которое было вызвано не ранами, а тем, что ей предстояло увидеть альбиноса в одиночестве. Признаться честно, но к этому человеку она желала бы ходить с целой толпой людей, даже в компании с Элестэем! Однако сейчас никого не было, а Лили быстро заявила, что подождет ее около дверей. Девушка поняла, что служанка просто боится, но просить ее не решилась: не хотела, чтобы Лили увидела ее страх.

Поборов головокружение она вошла внутрь. Походив меж знакомыми шкафами, она нашла Тиманэша около его стола. Было такое ощущение, что он только и проводит около него.

Альбинос встретил ее холодным недовольным взглядом, указал на знакомую кушетку между шкафами.

- Оголишь полностью спину, потом позовешь, - дал короткие распоряжения он, вновь вернувшись к прочтениям книг.

Виктория поспешила к указанному месту, на ходу расстегивая халат. Преодолевая смущенность, она сняла бинты, чувствуя, как с болью они отлипают от присохших кровавых корочек, опустила до пояса рубашку и легла на живот. По спину сразу же прошелся неприятный холодок. Стараясь сделать свое лицо как можно больше равнодушным, девушка позвала мага.

Тиманэш пришел с мисочкой, ставя ее на табурет и что-то над ней колдуя. Виктория терпеливо ждала, сгорая от стыда и неприятных горящих ощущений в пульсирующей болью спине.

Маг же был полностью отстранен и сосредоточен, было видно, что он хочет, как можно быстрее закончить с ней и чтоб его вновь оставили в одиночестве.

- Почему ты не сыграла ему? - Его вопрос заставил девушку врасплох, но она быстро его осмыслила и это ее возмутило.

- Ты ему свои фокусы и показывай, маг, а я унижаться не собираюсь! - В сердцах воскликнула она, в порыве немного приподнимаясь, оборачивая к нему голову. Альбинос ничего не ответил, но следующие его действия заставили девушку вскрикнуть от боли и прижаться к кушетке. Те тряпки, что он ей положил на спину, вгрызлись тысячами зубками мелких тварей.

- Лежи спокойно! Иначе твоя кожа может неровно срастись, и у тебя останутся шрамы, - констатировал он, унося миску к столу.

Такой адской боли девушка еще не чувствовала, казалось, что лучше бы она осталось со шрамами, нежели будет испытывать такое.

- Долго мне так лежать? - Не вытерпев спросила она, со всех сил стискивая зубы, кусая кулак.

- Сколько потребуется, - невежливо, как всегда, буркнул маг, погружаясь в чтение.

Однако на счастье девушки ждать пришлось не долго, хотя для нее это могла показаться настоящая вечность. Ровно через пять минут, когда закончился песок во спрятанных от взгляда Виктории песочных часах, Тиманэш снял обжигающие повязки, обработав раны каким-то зельем.

- Они почти срослись - нет смысла их перематывать. Да и повторять процедуру тоже... Одевайся! - Сообщил он и вновь удалился.

Виктория поспешила одеться и уйти, буркнув на прощание 'Спасибо'.

Как только девушка дошла до своей кровати, поняла, как ей плохо. С усталым блаженством зарывшись в подушки носом, она попыталась не думать о разъедающей ее боли. Лежать на спине в здравой памяти просто было невыносимо.

- Вам... Тебе еще что-нибудь надо? - Вовремя исправившись, спросила ее Лили.

- Нет, спасибо, оставь меня, пожалуйста, одну, пока я не начала жаловаться! - Усталым тоном протянула черноволосая девушка, искривив лицо от боли. - Я очень хочу спать, Лили!

Служанка положительно кивнула и поспешила к выходу.

- Почему меня никто не предупредил, что она проснулась? - Уже за закрытыми дверьми, Виктория услышала голос императора, и с ее уст опять слетел стон. Признаться себе она с того момента она боялась видеть Дангана. Он был тогда переполнен гневом, и вряд ли такая злость могла быстро улетучиться. Да, он распорядился, чтобы ее раны залечили, но это еще не означало, что в нем проснулось раскаяние. Просто такой человек, как Данган любит издеваться над жертвами. Толку от мертвой? Если вылечив, ты можешь опять сделать больно? Император лицемер - и его настоящее лицо, его черствая душа, было тогда, когда она впервые увидела его в своем разрушенном городе и вчера, когда он избил ее. Это рано или поздно все равно случилось бы, и девушка здесь не причем - это просто вопрос времени...

Император влетел в комнату, уже не слушая сбивчивую речь служанки и грубо давая ей понять, что она здесь не уместна. Закрыв за Лили дверь, Элестэй на миг замер. Посмотрев на сжавшуюся под одеялом девушку, он сделал порывчатое движение к ней, останавливаясь около кровати.

Виктория, не желавшая его видеть, отвернулась на другой бок. Одеяло немного приспустилось, показывая император, через полупрозрачную рубашку и вырез красные полосы.

Это заставило Дангана скривиться, как от боли, и забыть все те слова, что он собирался ей сказать в свое оправдание. Он не знал, каким способом ему получить ее прощение, ведь она его никогда и не прощала. А сейчас это казалось совсем неосуществимым.

Поддавшись порыву, Элестэй опустился на корточки, протягивая свою руку к ее незакрытым ранам. Будто почувствовав, что он собирается прикоснуться к ней, Виктория оправила одеяло, подтянув его.

- Прости, - забыв об этикете прошептал Данган и более не найдя слов, быстрым шагом вышел из комнаты.

 

Глава 11

Весь день Виктория пробыла в своей комнате, отказавшись от завтрака и обеда, и лишь на ужин съела гренку с маслом и то, потому-что ее уговорила Лили. Девушке было плохо, и ни о какой еде речи не шло. После визита Дангана на душе стало гадко.

Ночью она пыталась заснуть, но ее тревожила сильная боль в спине и руках, кошмары, когда ей удавалось на миг прикрыть глаза и тяжелые мысли. Из головы не шел тот ужас, что ей довелось пережить из-за императора. Его притворное извинение. Для него это так все просто! Неискренне и высокомерно! Подло!..

От злости Виктория ударила по подушки, но от этого ей нисколько не полегчало. Ей хотелось выбраться из этого места. Даже стены давили на нее - все здесь было пропитано обманом Элестэя! Его духом... Ей было даже все равно на него - только бы уйти отсюда! Вдохнуть полной грудью воздух. Свободный воздух из того самого леса, который был виден за каменными стенами дворца.

Как же она ненавидела себя за эту слабость и страх. Виктория призналась себе, что очень боится Элестэя.

Проснулась Виктория от того что у нее сильно болела голова. Неужели она все-таки уснула? Яркий свет заливал комнату, а влетевший свежий ветер разнес по спальне приятный чуть слышный аромат роз. Девушка удивленно протерла глаза, обнаружив, что вся комната заставленная розовыми цветами. Еще ничего не поняв ото сна, она взглянула туда, где стояла Лили. Радостная служанка, обняв громадную корзину роз, вовсю улыбалась и сгорала от нетерпения что-то сообщить. Увидев, что Виктория очнулась, она закружилась с корзиной по комнате, огибая наставленные цветы и сказала:

- Ах, Виктория, все-таки господин Данган, наверное, любит тебя! Вон сколько роз надарил! Извиняется. Ему стыдно за тот случай!

- Для такого человека, как император это сделать не доставило особого труда - он привык, что все покупается! - Зло возразила Виктория, с отвращением смотря на букеты.

- Не скажи - он раскаивается! - Защищала Элестэя светловолосая девушка, обнимая корзину.

- Не думала, что тебя так легко купить!

- Да при чем здесь это! - Обиделась Лили. - Дело же во внимание! Мне бы так кто-то в любви признался...

- Но для начала мило бы избил! - Прошипела Виктория, с непониманием смотря на девушку. - Лили, что за чушь ты говоришь - никто в любви мне не признавался! Не надо говорить того, чего нет! Император не знает, что такое любовь. Для него никого не существует, кроме него самого!..

- Ты не права... - Настаивала на своем Лили. - Цветы прекрасны!

- Розовые розы - это пошло! - Заявила менестрель скривившись. - Лили, сделай мне одолжение: убери их отсюда! Выкинь, если потребуется!

- Но они такие красивые! - Запричитала девушка. - И ни в чем невиноваты!

- Они от того, кто мне неприятен!

- Господин император в первую очередь мужчина, а ты его опозорила - сама виновата, что так поступила. Он имел право на это - ведь ты его женщина! А какой мужчина потерпел бы такое поведение?

Виктория слушала речь Лили и удивлялась. Неужели она и вправду так считает?

- Лили, ты, что такое говоришь? Еще вчера ты была согласна с тем, что он поступил по отношению ко мне недостойно...

- Я не думала тогда, что господин Данган так будет сожалеть о своем поступке! А это заслуживает уважения и признательности. В первую очередь с твоей стороны! - Высказала ей служанка и Виктория чуть не задохнулась от такого заявления. От кого-кого, но от Лили она такого предательства не ожидала.

- Неужели он и тебя успел подкупить? - Только и смогла выдавить она из себя вопрос. На этот раз обиделась Лили, возмущенно кинув корзину на кресло.

- Я его даже не видела сегодня!

- Тогда я не знаю, как еще объяснить такую перемену твоего мнения. Просто уйди! - Тяжело вздохнула Виктория, отвернувшись от девушки, опуская лицо в подушки.

Хмыкнув, Лили ушла, напоследок громко хлопнув дверью. Как только она удалилась, Виктория посмотрела в бок, видя целую гору цветов. Он и вправду думает, что любого человека можно купить? Так легко взять и загладить свой дурной поступок? Что она его так легко простит?..

Но ведь она сама дала ему понять, что это так. - болезненным ударом врезалась в голову мысль. Он ее уже покупал за гитару. Так почему же не сделать это еще раз? Что его останавливает?

Почему? Почему она тогда согласилась? Взяла ту злополучную гитару, которой все равно суждено было разбиться? Ради чего? Чтоб окончательно убедить его в ее слабости? Потерять последнюю гордость? А сейчас? Что делать сейчас?..

Она спрашивала себя, но не могла найти ответа, смотря на покрывало из розовых цветов.

Не успела Виктория обдумать свои дальнейшие действия, успев только присесть на кровати, как в двери постучались. Предположив самое худшее, менестрель натянула на себя одеяло. В спальню вошел Элестэй, неся в руках искусно украшенную лентами и пушистыми ветками корзину роз. Лицо императора не было лишено легкой улыбки, а в глазах играла непонятная грусть.

Опустившись перед кроватью девушки на колени, он склонил голову в поклоне. Виктория только отпрянула от такого проявления внимания, как испуганное животное, вжавшись в изголовье кровати. Девушка склонила голову, отвела взгляд от императора. Элестэй заметил это, горько улыбнулся, поставил корзину на тумбочку, пристально взглянул на менестрель.

- Виктория, посмотри на меня, - попросил он, стараясь заглянуть в серые глаза девушки. Но менестрель не собиралась этого делать, сама даже мысль о Элестэе вызывало в ней омерзение, не говоря о том, чтобы смотреть на его идеальное лицо.

- Посмотри на меня, - в его голосе почувствовались жесткие нотки, и в то же мгновение девушка ощутила прикосновение его холодных пальцев к своему подбородку. Она вздрогнула, но император властным жестом заставил ее поднять голову и посмотреть на него. Сердце девушки пропустило удар, когда она взглянула на него и увидела перед собой зверя, что так жестоко обошелся с ней. Это наваждение испугало ее и она, дернувшись, освободилась от прикосновения Дангана.

- Боишься меня? - Его голос был тих, и сравнить его можно было с мягким бархатом. Но для Виктории он был противен. Ее поразил его вопрос, ответ который был очевиден. Он специально спросил, издеваясь над ней. В очередной раз подчеркивая свою власть и превосходство.

Виктория сглотнула вязкую слюну, стараясь не расплакаться, чувствуя напряжение от близости императора.

- Ты ведь сама виновата, так в чем же моя вина? - Продолжил Данган, не меняя интонацию, но его жест, когда он дотронулся до ее щеки, проводя ниже по шеи и вырисовывая изгиб плеча, чувствовалась железная власть, человека прикасающегося к своей собственности.

Виктория дернулась, будто от удара, под его лаской, обнимая посильнее одеяла, но больше ничего не могла сделать, робея и боясь даже отвести взгляд.

- Не надо меня бояться, я ничего тебе не сделаю - обещаю! - Сказал он, улыбнувшись. Его не скрытый от челки зеленый глаз, будто издевался над ней.

- Ты долго собираешься молчать? - Спросил император, на этот раз от Виктории не ускользнули железные нотки в его голосе. Однако он не знала о чем ей говорить с этим человек и считала все это бессмысленной болтовней.

- Значит, нет, - вздохнул он. - Ты обижаешься, но сама во всем виновата. Не скрою, что переборщил и полностью осознаю свою вину. И надеюсь, что впредь такого не повторится и ты, если я ж прошу, изволь делать то, что сказано. Ничего сложно я ведь не просил! Ведь так?

От этих слов Виктория с ненавистью взглянула на Дангана, со злостью сжав одеяло, но смолчала.

- Не собираешься отвечать? Твое право! Хотя, многие женщины любят обижаться на куда меньшие провинности, и делают это куда дольше тебя. А ты, я это верю, вскоре опять заговоришь со мной. - Высокомерно заявил Данган и, хитро прищурившись, добавил: - У меня для тебя есть сюрприз...

Здесь он замолчал, выдерживая паузу. Викторию же эта пауза насторожила, заставила поежиться, ожидая какую-то пакость.

- Я тогда перегнул палку, когда разбил гитару. И вот, решил исправиться! - Задорно произнес он, извлекая из принесенной корзины гитару, украшенную декоративными узорами.


Дата добавления: 2015-09-01; просмотров: 36 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Исцеление души 5 страница| Исцеление души 7 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.029 сек.)