Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Ступени науки

ВЕРХНИЙ КАРДЫВАЧ | КРУПНЫЕ ЗЕМЛЯНЫЕ РАБОТЫ | СИНЕОКОЕ | ТАЙНА ДОЛИНЫ ЮХИ | О ЛУЧШЕМ ИЗ ОЗЕР | МОСТ» ЧЕРЕЗ ЖЕЛОБ | АЦЕТУКСКОЕ ОЖЕРЕЛЬЕ | ПОБЕДА И ПОРАЖЕНИЕ | ЗАДАНИЯ САМИМ СЕБЕ | БЕЗ ТРОП ПО РЕКЕ |


Читайте также:
  1. I. ДОИСТОРИЧЕСКИЕ СТУПЕНИ КУЛЬТУРЫ
  2. III. Сгорающая в огнедышащей лаве науки
  3. V. ЗАДАЧИ ПАРТИИ В ОБЛАСТИ ИДЕОЛОГИИ, ВОСПИТАНИЯ, ОБРАЗОВАНИЯ, НАУКИ И КУЛЬТУРЫ
  4. VII. РАЗВИТИЕ СОВЕТСКОЙ НАУКИ
  5. X. Исторические науки о культуре
  6. А) Позитивности, дисциплины, науки
  7. В ОБЛАСТИ НАУКИ

 

В Красной Поляне по-прежнему люблю беседовать с туристами – теперь такие беседы стали проводить по вечерам под открытым небом у большого костра (для пущей романтичности!). Забавно, что мне все труднее вести их. Как просто было, когда сам знал только про Ачишхо с Аибгой да один маршрут на Псеашхо – доза, вполне понятная и посильная туристам: они слушали об этом, как о реально осуществимом; многие приезжали следующим летом и действительно выполняли такую программу экскурсий. Маршрут Кардывач – Рица венчал все...

А теперь – как было не рассказать о Кардывачском узле с Лоюбом и Синеоким, об Ацетукских озерах и главном маршруте через заповедник? Но для туристов это было уже перегрузкой. Они начинали сомневаться в осуществимости таких восхождений, и я чувствовал, что верили мне меньше, чем раньше, – трудно было представить нашу тройку в роли этаких летучих голландцев, носящихся по десяткам вершин, словно на крыльях.

«Летающие по вершинам...» Такой комплимент отпустила нам одна восторженная туристка. Как легко произносится эта красиво звучащая фраза... А передашь ли людям, что все наши Чугуши и Кардывачи, что каждая побежденная вершина – результат большого труда и напряжения, итог сотен медленных – шаг за шагом – подъемов, долгих часов одышки и сердцебиений (иногда за плечами полуторапудовый рюкзак – никакой темп, никакие частые передышки не спасут от перенапряжения сердца). Передашь ли, что это многие десятки люто холодных ночей под искристыми звездами, что это сбор топлива, раздувание костров, варка крутых каш и густых супов, забивание кольев и натягивание палаток в часы, о которых в пути думалось, как о часах отдыха? В сумме – это месяцы в облачном тумане, в мокрых травах, под дождем, с промокшими ногами, зачастую в разбитой обуви. Но это неизбежная и совсем не страшная плата за наслаждение главным. Повторяющиеся неприятности мысленно выносишь «за скобку», как общий множитель в алгебре, и забываешь, перестаешь о них рассказывать. Зато именно этим куплено право говорить о десятках покоренных вершин, сознавать, что кристаллизуются все более полные знания о природе, о рельефе исследуемого района.

Кристаллизуются... То ли это слово? У процесса исследования и познания местности оказалось немало своих логических этапов, последовательных ступеней. Похоже было на долгое восхождение с ошибками, зигзагами, возвращениями, поисками пути. Первой ступенью изучения было в сущности лишь отыскание различных деталей известных из учебников, опознавание этих явлений в природе.

Вот речная терраса, вот конус выноса, вот переметный ледник. Это – регистрация фактов и лишь первые догадки о причинах происхождения наблюдаемых террас, обрывов, пиков. Это уже наука, но как еще мала тут доля подлинного исследования! Наши первые маршруты и были в сущности такими регистраторскими. Мы ходили, накапливали наблюдения... Но чем внимательнее мы это делали, тем чаще поднимались и на вторую ступень исследования - сопоставляли уже известные факты, группировали сходные явления в типы.

Мы научились различать несколько видов зубчатых гребней – симметричные и несимметричные, с дальнейшим подразделением в зависимости от наклона слагающих их напластований.

Полого округлое плечо Османовой поляны на Чугуше навело еще на одну мысль: альпийским такой гребень не назовешь. Он оглажен, лишен зубцов. А разве не такие же гребни видели мы еще в десятках мест: на Грушевом хребте у Аишха, на Кутехеку и Ахук-Даре? А верхние гребневые поляны Ачишхо? Впрочем, нет. Там среди полого округлых луговин еще торчат десяти-двадцатиметровые гребешки, уцелевшие от разрушения. Значит, можно не только объединить все подобные округлые формы в единый тип подальпийских гребней (они и на высоких уровнях были всегда ниже альпийских), но и разделить его на подтипы: гребни совсем округлые и гребни с недоразрушенными остатками пирамидальных зубцов – карлингов. Расшифровка возникновения форм рельефа знаменовала переход на третью ступень научного исследования.

Живые наблюдения и тут подтвердили то, что мы знали из учебников: оледенение превратило верховья долин в ледниковые цирки, изрезало кресловидными чашами разделяющие их гребни и преобразило эти гребни в зубчатые альпийские цепи карлингов. На более высоких уровнях, там, где и сейчас в силе оледенение, такие гребни продолжают существовать. Но десятки тысячелетий тому назад оледенение было более мощным, так что ледниковые цирки зародились и на более низких хребтах. Они вгрызались с двух противоположных сторон в гребни. Разделявшие их стенки разрушались, смежные цирки сливались, и гребень оказывался полого округлым: здесь торчали лишь остатки недоразрушенных карлингов, как у метеостанции Ачишхо. А если дело заходило дальше – съедались и последние остатки карлингов, – возникал второй подтип – округлые подальпийские гребни в чистом виде.

Формы рельефа стали для нас жить во времени. Ведь любого встреченного человека мы застаем в определенном возрасте. Так и всякая форма рельефа несла на себе отпечаток достигнутой ею стадии развития. Существование этих стадий открыл еще знаменитый американский геоморфолог Дэвис. Но уметь различать их в природе самим – это было для нас новым этапом роста, подъемом еще на одну ступень логики научного исследования.

Все ли учтено приведенным объяснением? Почему подальпийские гребни приурочены к определенным высотам – к тысяче семистам – двум тысячам двумстам метров? Да, это нижний предел распространения ледниковых цирков, сформированных былым оледенением. Именно эти гребни имели больший срок для полного разрушения своих зубцов. Но что было первопричиной исходного различия в высоте сохранившихся верхних альпийских гребней (2600 – 3200 метров) и нижних, ставших подальпийскими? Мы упирались тут в какую-то загадку. Перед нами вставала еще одна, следующая ступень научного исследования, взобраться на которую мы пока не могли. Мысль о расчленении единого плоскогорья, возникшая при взгляде на Ачишхо с Чугуша, была лишь первой догадкой.

Нет, совсем не полет по вершинам, а долгий подъем по склонам, со ступени на ступень наблюдений, анализа, сопоставления фактов. И только в итоге, когда все пути позади, – полет воспоминаний о посещенных вершинах, полет суммирующей мысли по высотам научного обобщения...

 


Дата добавления: 2015-08-20; просмотров: 95 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
В ДЕРЖАВЕ ТУРОВ| ПЕТРАРКА И ПРИШВИН

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.007 сек.)