Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

11 страница

1 страница | 2 страница | 3 страница | 4 страница | 5 страница | 6 страница | 7 страница | 8 страница | 9 страница | 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

– Меньше чем через час в твоей спальне будет стоять новая кровать, моя дорогая, – пообещал он, стирая слезы с ее щеки. – А теперь, моя драгоценная, пойдем посмотрим, как будет исполнено наказание.

– После того как служанок выпорют, – промурлыкала ему Лара, – ты как следует поимеешь их, чтобы немного ослабить тот любовный пыл, который бережешь для меня.

– Какая из них больше заслужила твой милый гнев? – спросил Колл.

– Анка. Она не знает, что такое верность.

– Тогда после того, как я получу от нее удовольствие, отдам ее на час начальнику наказаний.

– Ах, мой господин! – пробормотала Лара и с улыбкой взглянула ему в лицо. – Ты так хорошо знаешь, как сделать мне приятное. Могу я посмотреть, как он будет мучить ее своей похотью? Пожалуйста, позволь мне это!

– Ты становишься очаровательной озорницей, моя драгоценная! – Колл засмеялся и погладил ее по щеке. – Мне все труднее соблюдать правила твоего уединения, которые предписаны Книгой Правления. Я думаю, после сегодняшнего дня не стану видеться с тобой, пока не родится наш ребенок. Ты становишься все злее, и это будит во мне влечение к тебе, моя прекрасная супруга. – Он поцеловал ее в губы, долго‑долго.

Лара вздохнула и сказала:

– Скорее бы родился этот негодный мальчишка, мой господин! Я тоскую по твоим ласкам и желаю всю жизнь доставлять удовольствие только тебе. Нашел ли ты для меня кормилицу?

– Сегодня она прибудет в замок. Ты увидишь, она само совершенство, – сказал Колл.

Лара закончила свой завтрак, две ее служанки помогли ей одеться. Потом она вместе с Повелителем Сумерек отвела их на порку. Колл с гордостью и одновременно веселым интересом наблюдал за тем, как подробно она объяснила начальнику наказаний, чего хочет. Два стражника, охранявшие покои Лары, тоже сопровождали их, и несчастный Альвар удивился, когда она приказала наказать и его тоже, вслед за его любовницей, чтобы он знал, как она получает то, что ей положено.

Колл и Лара уютно уселись в кресле для двоих. Мачу в это время раздели догола, повесили между двумя мраморными столбами, и плеть вонзилась в ее тело. Когда ее крики разрывали воздух, Колл медленно поглаживал живот Лары и с явным восторгом чувствовал, как внутри шевелится новая жизнь. Повелитель Сумерек довольно улыбался.

Следующим был наказан охранник. Когда его раздели догола, Повелитель Сумерек подозвал к себе начальника наказаний и что‑то шепнул ему на ухо. Тот кивнул, вернулся к своей жертве и повернул ее лицом к господину и госпоже. Затем взял с находившейся рядом полки маленький кувшин и тремя толстыми пальцами достал из него густую как сметана мазь, которой натер член охранника. Через несколько минут он стал твердым и длинным. Тогда начальник наказаний поднял свою плеть и умело провел ею поперек туловища Альвара так, что ее кончик обвился вокруг члена. Альвар был так удивлен, что закричал только после второго удара плети. Потом он завыл от боли, а Мача горько плакала при виде того, как жестоко с ним поступают.

Наконец наступила очередь Анки. Она всхлипывала и выла от страха еще до того, как начальник наказаний поднял плеть для первого удара. Каратель в маске усмехнулся, он явно был в восторге от ее ужаса. Десять ударов упали на спину кричащей женщины, потом Анку повернули, и она получила еще десять ударов по груди и животу.

Начальник наказаний изловчился и несколько раз умело задел самым кончиком плети ее соски так, чтобы она почувствовала укол боли, но ее кожа осталась цела. Когда он закончил, обеим женщинам было приказано встать на четвереньки, и Колл насладился ими. После этого Анка была на час отдана для любовных утех начальнику наказаний. Он поблагодарил господина и госпожу за щедрость, пристально посмотрел на Анку и облизнул губы.

Ларе все это было отвратительно, но она знала, что должна по‑прежнему производить впечатление на Колла. Его решение не видеться с ней, пока не родится ребенок, было для нее большим облегчением.

Колл отвел Лару обратно в ее комнаты. Там их ждала только что назначенная кормилица – широкая в кости женщина, ее огромные груди напомнили Ларе коровье вымя.

Она стояла перед Повелителем Сумерек и его супругой опустив глаза.

– Ты отучила от груди своего ребенка? – спросила ее Лара.

– Да, госпожа. Мне приказали это сделать, – ответила женщина.

– Мой сын родится через несколько недель, – сказала ей Лара. – Я не хочу, чтобы твое молоко высохло. Чтобы этого не случилось, господин будет сосать твою грудь не реже чем два раза в день. Ты понимаешь меня? Тебе оказывают большую честь.

– Да, госпожа.

– У тебя есть имя?

– Меня зовут Ема, госпожа. – Кормилица все это время стояла с опущенной головой.

– Я приготовила для тебя комнату рядом с моей спальней, Ема. Отведи сейчас туда своего господина. – Лара повернулась к Коллу: – Иди с ней, мой дражайший господин. Когда ты пойдешь обратно, я закроюсь в своей спальне, и мы больше не увидимся, пока не родится ребенок. – Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы. – Прощай до того дня, мой господин Колл.

Сказав это, Лара повернулась и ушла в свою спальню. Закрывая за собой дверь, она вздохнула с облегчением. Теперь ей не было нужно общаться с Коллом или видеть его, она может удерживать тьму в себе на минимальном уровне.

«Великий Создатель! – молча молилась она. – Прости мне все ужасное зло, которое я совершила за последнее время, и все зло, которое я совершу в ближайшие дни, чтобы Колл не знал, что я снова стала собой. Помоги мне благополучно вернуться к моему любимому Магнусу. Не дай ему никогда узнать об этом ужасном времени в моей жизни! Пусть Калиг сдержит свое обещание и сделает так, чтобы я забыла время, проведенное в Темных Землях».

Скучают по ней дети или нет? Диллон, конечно, должен был скучать. Ануш, вероятно, снова стала ее ненавидеть. А Загири теперь даже не знает, кто она такая. «Я больше никогда не покину своих детей, что бы мне ни пришлось ради этого сделать!» – решила Лара. Потом подумала, что ей уже давно пора родить Магнусу сына – мальчика с темно‑золотистыми волосами и глазами цвета бирюзы, как у отца. Лара удивленно моргнула, новая жизнь, которую она носила в утробе, вдруг заворочалась, протестуя против этой мысли. Когда один ребенок крутился внутри ее, это было тяжело терпеть, но два – вообще ужасно. Лара знала, у них будут бледная кожа и темные волосы, как у их отца.

Пришла Ема и сказала Ларе, что Повелитель Сумерек ушел к себе. Кормилица выглядела такой опустошенной и усталой, что Лара пожалела ее и приказала ей отдыхать. Мача то и дело тихо всхлипывала, на ее спине были видны следы плети. Лара пожалела и ее и с помощью заклинания ослабила боль, оставив столько, чтобы Мача помнила о своих грехах.

Вернулась Анка, сильно избитая и исцарапанная. Позже Лара услышала, как Анка шепнула Маче, что начальник наказаний – лучший любовник из всех, которые у нее были, и она придет к нему снова, когда у нее будет время. Лара не стала избавлять ее от страданий, похоже, ее боль была не очень сильной, и Лара предположила, что начальник наказаний сам полечил ее служанку какой‑то обезболивающей мазью. Что касалось Альвара, его член на несколько недель вышел из строя.

Мача не жаловалась, напротив, стала преданно служить своей хозяйке. Когда Лара спросила служанку, почему та вдруг так резко изменила свое поведение, Мача ответила:

– Теперь я вижу, вы больше чем просто женщина, с помощью которой появится на свет сын нашего господина. Вы во всем равны ему, госпожа. Вы умеете наказывать. Я горжусь тем, что служу вам. И простите, если я перечила вам.

Лара отвесила ей сильную пощечину, улыбнулась и ответила:

– Ты слишком много думаешь, Мача. Не забывай, что ты низкого происхождения. Но я прощаю тебе твою дерзость. Ты почти идеальная служанка. Скоро ты поможешь мне исправить поведение Анки, которая уже давно ведет себя нагло.

– Я сделаю все, что бы вы ни попросили, госпожа, – пообещала Мача и улыбнулась Ларе в ответ, потирая щеку.

Мача была в восторге, она так много значит для госпожи, что та лично наказывает ее. Пощечина была для нее знаком почета.

Роды у Лары начались ночью, когда над Королевством Тьмы не светила ни одна звезда. Повелителю Сумерек сообщили, что его супруга рожает, но по обычаю он мог прийти к ней только после появления ребенка на свет. Другой обычай, который им скоро надо будет исполнить, – ее исцеление. После того как родится их сын, Ларе будут давать особые травы и втирать мази в ее половые органы. Ровно через неделю после родов она будет совершенно здорова, и они займутся любовью в присутствии его канцлера, подчиненных ему князей и других гостей, чтобы доказать, что он и его супруга снова здоровы и крепки, а младенец, который однажды встанет во главе своего народа, – сильный ребенок. Ожидая сообщения о благополучном исходе родов, Колл старался сосредоточиться мыслями на этой церемонии.

Эти роды для нее были самыми тяжелыми из всех. Благодаря Калигу она знала, что это продлится недолго. Но, Великий Создатель, как же было трудно и больно! Ей помогали только Мача и Анка. Лара больше никого не захотела допустить к себе. Колл, зная, что этот ребенок у нее не первый, позволил ей поступить, как она хотела, но перед дверью в комнаты Лары дежурила повивальная бабка на случай, если понадобится помощь.

Эта женщина тревожно моргала, когда слышала, как Лара кричит от боли. Наконец она не выдержала, оттолкнула испуганных и растерянных Мачу и Анку и вошла к Ларе без спроса. Взглянув вниз, она только ахнула: «Великий Крелл, помоги нам!» Ребенок шел ногами вперед, и теперь уже его невозможно было повернуть. Повивальная бабка ничего больше не сказала, только просунула несколько пальцев в родовые пути и помогла ягодицам и туловищу младенца выбраться наружу. Плечи и голова выскочили из тела матери сами. Лара закричала, когда это случилось, но потом закричала уже повивальная бабка:

– Великий Крелл, что это?

– В чем дело? – выдохнула Лара, закричала снова и напряглась изо всех сил, выталкивая из себя второго ребенка. Нужно было сделать это быстро, чтобы женщины не успели опомниться. Она уже слышала плач первого ребенка.

Повивальная бабка в первый момент ничего не сказала, а просто подхватила на руки второго ребенка, когда он выскочил из тела матери, сжимая руку брата, который родился чуть раньше.

– Мальчиков два, великая госпожа, – сказала наконец повивальная бабка. – Такого еще никогда не случалось!

– Займитесь моими сыновьями! – крикнула Лара.

Три изумленные помощницы быстро исполнили ее приказ – смыли с близнецов следы родов и туго запеленали обоих. Младенцы были совершенно одинаковыми. На обеих маленьких головах росли клочками очень черные волосы. Темно‑синие глаза сейчас были почти не видны. Кожа белая, как молоко, без всяких оттенков. Близнецов поднесли к матери и показали ей.

Лара была поражена тем, что ничего не чувствует к этим детям. Посмотрев на них, она кивнула и сказала Маче и Анке:

– Отнесите их к отцу.

Служанки послушно вышли из комнаты, каждая с младенцем на руках. После этого повивальная бабка снова занялась Ларой. Плацента у роженицы вышла быстро, и женщина начала готовить Лару к церемонии, которая должна была состояться ровно через неделю. Во время всех этих процедур Лара не сказала ни слова, пыталась представить себе, что скажет Колл, когда узнает, что у него два сына.

Колл сидел в своей комнате с канцлером Альфригом, когда две служанки его супруги подбежали к нему и показали то, что держали в руках. Колл ошеломленно уставился взглядом на младенцев, а потом спросил:

– Что это такое?

Произнося эти слова, он уже понимал, как глупо звучит его вопрос.

– Ваша супруга родила вам двоих сыновей, господин, – полушепотом ответила Мача.

– Кто из них родился первым?

Обе женщины изумленно взглянули на него и покачали головой.

– Мы не знаем этого, господин, – ответила Мача.

– Как я буду отличать их друг от друга? – вслух подумал Колл.

Альфриг подошел к нему. Служанки поклонились канцлеру и показали ему младенцев.

– Похоже, они совершенно одинаковые, мой господин, – заявил канцлер и приказал служанкам: – Распеленайте их!

Мача и Анка выполнили его требование. Без пеленок младенцы сразу же начали кричать и возмущенно дрыгать крошечными ручками и ножками. Не обращая на это внимания, Колл и Альфриг принялись искать на их телах какой‑нибудь признак, отличающий одного ребенка от другого, но ничего не смогли найти. Младенцы действительно были совершенно одинаковыми.

– Запеленайте их! – сказал Колл служанкам.

– Из‑за их сходства у нас могут возникнуть трудности, мой господин. В Книге Правления об этом ничего не сказано? – спросил Альфриг.

– Ничего, – ответил Колл. – Там только сказано, что я буду иметь сына от Лары.

– Посмотрите в Книгу сейчас, мой господин, – предложил Альфриг.

Колл потянулся за Книгой, которую хранил рядом со своим креслом, открыл ее, заглянул внутрь, пристально вгляделся в страницы. Они были пусты. После пророчества о Ларе в книге ничего не было.

– Там ничего не написано, – сказал он.

– Тогда вы должны убить одного из этих детей, – сказал Альфриг.

– Я не могу так сделать, и ты это знаешь! – воскликнул Колл. – Это против наших законов. В том, что случилось, и так много странного. Такого еще не было ни разу. А что будет, если я убью не того сына? Нет, нужно дать им вырасти, Альфриг. Только тогда я смогу сказать, кто из них настоящий наследник.

– Я боюсь за наше будущее, – покачал головой канцлер. Потом он повернулся к Повелителю Сумерек и спросил: – Как вы их назовете, мой господин?

– Колбейн и Колгрим, – ответил тот.

Колл снял с пояса кинжал и слегка надрезал щеку одного из младенцев. Кровь сильно брызнула из пореза, но после того, как упали первые несколько капель, Колл прикоснулся к ране пальцем, и она мгновенно затянулась. На ее месте возник тонкий шрам. Малыш закричал, когда лезвие разорвало ему кожу, но сразу замолчал, когда палец отца вылечил его и избавил от боли.

– По этой примете мы станем отличать Колбейна от его брата, – сказал Колл.

Затем он пометил противоположную щеку другого близнеца.

– У Колгрима метка на левой щеке, а у Колбейна на правой, – объяснил он.

– Вы умно поступили, мой господин, – заметил Альфриг.

– Отнесите близнецов обратно к матери и скажите ей, что я скоро приду рассказать ей, что я сделал и почему. Сообщите Еме, что ее большие соски будут поить молоком обоих моих сыновей, и поднесите их к ее груди, пока я буду говорить с их матерью, – приказал Колл служанкам своей жены.

Те поспешно ушли, унося младенцев.

– Мой господин, вы добились впечатляющего успеха, – сказал Альфриг. – Если вы позволите, я сообщу всем князьям о вашей мужской доблести и достижении, к которому она привела, – рождению двоих сыновей. Сейчас же будут посланы приглашения на Церемонию Завершения. – Он поклонился и зашагал прочь из комнаты на своих коротких ногах.

Оставшись один, Колл еще несколько минут сидел неподвижно, осваиваясь с тем, что произвел на свет двоих сыновей вместо одного, который был необходим. Это явно произошло по воле Крелла, не иначе. Он встал с кресла и поспешил к своей супруге – поздравить ее с их невероятным достижением. Ему и в голову не приходило, что в этом деле что‑то не так.

 

Глава 7

 

Войдя в спальню Лары, Колл сразу заметил, как измучили роды его жену. Он наклонился к ней, ласково поцеловал в губы и сказал:

– Ты изумительная женщина, моя драгоценная. Они уже показали тебе, как я пометил близнецов?

Лара кивнула в ответ и спросила:

– Как их зовут?

– Колбейн и Колгрим, – ответил он. – У Колбейна метка на правой щеке, а у Колгрима на левой.

– Мне так жаль, мой господин! – сказала Лара и всхлипнула, притворяясь, что плачет. – Почему так случилось? Почему моя утроба родила двоих сыновей вместо одного, который был нужен?

– Я этого не знаю, – признался ей Колл. – Но это могло случиться только по воле Крелла. Не бойся, моя драгоценная. Когда наши сыновья станут взрослыми, я дам им несколько заданий, и тот сын, который успешно выполнит их все, станет моим наследником. Если успеха добьются оба, они будут сражаться друг с другом насмерть. Тот, который выживет, будет править Темными Землями после меня.

– Какой ты умный, мой дорогой! – воскликнула Лара.

– Теперь ты должна отдыхать. Я не буду видеться с тобой еще семь дней. Потом мы встретимся на Церемонии Завершения.

– Что такое Церемония Завершения? – спросила Лара.

– Праздник, который мы устроим для нашей высшей знати в честь рождения наших сыновей. Он тебе понравится, моя драгоценная, это я тебе обещаю.

Она нагнула к себе голову Колла и поцеловала его.

– Тогда до свидания, мой господин. До встречи в этот день! – сказала она и улыбнулась ему. – Я рада, что не вызвала твоего недовольства.

– Ты никогда не сможешь вызвать мое недовольство, Лара, – тихо сказал он и ушел от нее.

Выйдя из спальни Лары, он подозвал к себе Мачу и Анку и сказал:

– Ваша госпожа родилась не в Темных Землях и поэтому не знает подробностей Церемонии Завершения. Не говорите ей ничего. Я хочу, чтобы особенности обряда стали для нее неожиданностью. Если вы будете послушными, позволю вам обеим участвовать в празднестве после обряда. В ночь праздника вы выберете себя в любовники любого из князей, которые будут там присутствовать. Вы сами понимаете, какая это честь. Но если Лара не будет в восторге от своей роли в Церемонии Завершения, я прикажу убить вас обеих и скормить моим псам. Ты поняла, Мача? А ты, Анка? Если моя супруга узнает до праздника, какая у нее роль в нем, вы обе умрете.

– Да, мой господин! – хором ответили служанки.

– Мы не скажем ничего! – поклялась Мача.

– Можно будет выбрать любого князя? – смело спросила Анка.

– Любого, кого вы пожелаете. Тебе, кажется, нравятся вольфины? – усмехнулся Колл. – Ты похотливая женщина, Анка.

И он ушел.

– Я боюсь вольфинов, – сказала Мача, когда служанки остались вдвоем.

– Кого же ты предпочитаешь? – спросила Анка.

– Может быть, крепыша‑великана. А что, если я выберу двух князей‑гномов? Я, конечно, смогу получить двух, потому что два гнома равны одному мужчине из Темных Земель, – задумчиво ответила Мача.

– Как ты думаешь, госпоже может быть приятно заниматься любовью на глазах у всех знатнейших князей? – усомнилась Анка. – Она женщина чувствительная. Я думаю, это ей совсем не понравится. Но если мы послушаемся господина и ничего ей не скажем, она хорошо поплатится за то, что велела нас избить. Верно, Мача? – И Анка засмеялась.

Мача тоже смеялась. Она решила не говорить Ларе, что ее ожидает, но только потому, что боялась Повелителя Сумерек больше, чем Лару. Она ни секунды не сомневалась в том, что за непослушание господин убьет их, и это будет тяжелая смерть.

Для близнецов были найдены две няни. Несколько раз в день они приносили своих питомцев к Еме для кормления. Хотя груди у Емы были намного больше обычных, прожорливые близнецы полностью опустошали обе при каждой кормежке. Лара поняла: для удобства Емы она должна установить строгий график кормления, иначе та умрет раньше, чем закончится ее служба кормилицы. Также Лара велела, чтобы ее кормили шесть раз в день для поддержания сил и восполнения достаточного количества молока. Между кормлениями Ема должна была отдыхать. Лара сказала своим служанкам, что у кормилицы только одна обязанность – поить своим молоком близнецов – и ее нельзя загружать никакой другой работой.

В первую неделю жизни близнецов Лару каждый день купали, лечили бальзамами половые органы и несколько раз в день давали настойки из трав. На шестой день она почувствовала себя уже вполне хорошо и радовалась, что так быстро выздоровела. Она начала рассчитывать, когда ей будет удобно вызвать Калига и бежать отсюда. Но чувствовала, что сможет это сделать только после Церемонии Завершения. Иначе может нарушить какой‑нибудь запрет, и тогда рождение близнецов потеряет смысл, а Колл начнет искать себе новую супругу, чтобы от нее произвести на свет другого своего наследника.

Каждое утро к ней приносили близнецов. Они выглядели странно взрослыми, и Лара даже немного боялась их. В отличие от большинства младенцев, которые много спят первые месяцы своей жизни, Колбейн и Колгрим были бодрыми мальчиками. Даже в первую неделю жизни их темные глаза постоянно рассматривали все, что было перед ними. Когда они смотрели на Лару, в их взгляде появлялись ум и проницательность, удивлявшие ее. Ей не нравились близнецы.

Церемония Завершения была назначена на седьмую ночь после рождения сыновей. Перед праздником Лару вымыли, заплели волосы в несколько кос и уложили петлями и завитками вокруг головы. Покрой ее платья из фиолетового шелка, усеянного крошечными бусинами черного оникса, был обманчиво прост. На ноги ей надели шелковые туфли, покрытые тонкими листами серебра. Голову украсили серебряной короной с аметистами, которая была увенчана серебряным полумесяцем.

Мача и Анка получили простые платья из темно‑фиолетового шелка, в их волосах блестели серебряные украшения в виде полумесяца. Обе служанки должны были вести Лару на Церемонию. Каждая из них дрожала от восторга при мысли, что займется любовью с князем. Если зачать ребенка от одного из князей, пришедших на праздник, можно получить возможность уйти со своей службы и стать наложницей этого князя. Такой счастливый случай редко выпадал женщинам низкого происхождения.

– Куда мы идем? – спросила их Лара, когда они повели ее из комнаты.

– Мы не можем сказать вам это, госпожа, нам запретили, – ответила Мача.

По тускло освещенным коридорам они привели ее к большой и высокой серебряной двери. Когда они подошли ближе, створки двери распахнулись, и три женщины оказались в большом сводчатом зале. Мача и Анка отступили назад, чтобы Лара смогла выйти вперед и приветствовать Повелителя Сумерек, который ждал ее в центре зала. Она сделала так, как ей сказали заранее: взяла его ладони в свои и прижала их сначала к своему лбу, потом к своему сердцу, а затем встала перед ним на колени и прижала эти ладони к своим губам. Повелитель Сумерек холодно, но одобрительно улыбнулся. Затем Лара произнесла слова, которым ее научили:

– Я благодарю тебя, мой господин Колл, за то, что ты позволил мне выносить твое могучее семя в моем недостойном теле и благополучно извергнуть из этого тела твоих сыновей. Хвала Креллу!

– Хвала Креллу! – подхватил целый хор голосов.

Лара взглянула вверх и увидела большой балкон, окаймлявший весь зал. Этот балкон был заполнен подданными Повелителя Сумерек. Лара впервые за время своей жизни в этой стране видела кого‑то, кроме слуг замка. Быстро окинув взглядом зрителей, она разглядела среди них великанов и других существ, которых не знала. Между столбиками ограды балкона мелькали лица многочисленных гномов.

Лара вспомнила свою роль и заговорила снова:

– Теперь я стою перед твоими подданными, мой господин Колл, и готова доказать, что достойна быть матерью твоих сыновей. Повелевай мной по своей воле! Вся хвала пусть принадлежит Креллу!

– Вся хвала Креллу! – горячо подхватили зрители.

– Сними с меня одежды, моя супруга! – приказал Повелитель Сумерек и широко раскинул руки, облегчая ее задачу.

Его слова удивили Лару, но она все же расстегнула и столкнула с плеч Колла его черный халат, предоставив своим двум помощницам спустить эту одежду с мускулистых рук супруга. Она с трудом представляла себе, что будет дальше. Она встала на колени, сняла серебряные туфли Колла с его больших ступней и снова поднялась на ноги.

– Снимите с нее платье, – приказал Колл Маче и Анке.

Ларе было неприятно, что ее заставляют стоять голой перед целым балконом зрителей, но это явно входило в Церемонию, и она не могла воспротивиться. Когда ее обнажили, по залу пронесся одобрительный вздох, и Лара почувствовала, что ее щеки стали горячими. Чей‑то низкий голос громко крикнул:

– Покажи нам свою силу, мой господин Колл! Покажи нам силу своей супруги! Заверши цикл!

– Заверши цикл! – подхватили остальные зрители.

Колл взмахнул рукой, и часть пола под ними поднялась вверх, превратившись в помост. Получилась кровать на двоих с одним валиком. Колл взял Лару за руку, подвел ее к этому ложу и сказал тихо и ласково:

– Ляг на нее спиной.

Лара поняла, что у нее нет выбора. Нет причин оспаривать законность рождения близнецов. Теперь она догадывалась, что произойдет дальше. Это было омерзительно, но через это надо пройти. Она села в середине ложа, потом легла на спину. Почти сразу же Мача и Анка встали по обе стороны от нее, и каждая взяла в руки одну из ног Лары. Колл легким движением ресниц подал знак, и служанки стали медленно поднимать ноги Лары, отступая назад, пока они не поднялись почти вертикально и широко раздвинулись, чтобы все видели, что находится между ними. Лара видела над собой лица ожидающих зрителей, в которых угадывалось жадное любопытство. Теперь Лара поняла смысл праздника. Колбейн и Колгрим появились на свет потому, что она и Колл занимались друг с другом любовью. Поэтому первая неделя жизни близнецов должна закончиться тем, что их родители в первый раз после родов займутся любовью друг с другом, завершая этим цикл рождения.

Колл опустился на колени между широко раздвинутыми ногами Лары, наклонился и начал лизать ее нежную кожу своим раздвоенным языком. Она знала, что в эту ночь должна ответить ему так, чтобы подданные зауважали его больше. Лара закрыла глаза, прогнала прочь все мысли о том, в каком ужасном и неприятном положении она оказалась, и громко вздохнула. Его язык быстро мелькал, толкался и упирался в ее тело, касался клитора, возбуждая его до дрожи. Лара удовлетворенно застонала. Язык Колла скользнул внутрь ее влагалища и стал дразнить ее еще сильнее. Лара вскрикнула. Она позволила своим любовным сокам каплями выступить на теле – медленно, потому что понимала, что должна дать зрителям насладиться этим моментом. Потом вскрикнула: зубы Колла слегка прикусили ее нывший от желания клитор, и Лара задрожала от наслаждения. Зрители отметили этот момент радостными криками: «Вся хвала Креллу!»

Колл встал и повернулся лицом к балкону. Его большой главный стержень вытянулся и распрямился. Раздались громкие хлопки, и снова понеслось: «Вся хвала Креллу!» Он медленно и важно обошел ложе вокруг, позволяя всем полюбоваться своим могучим членом. Лара протянула к нему руки, как будто умоляя. Взгляд Колла дал ей понять, что это ему понравилось. Потом под новые радостные крики и хлопки появился длинный и острый меньший стержень в своем серебристом блеске. Женщины – спутницы князей на этом празднике закричали от восторга. Снова с большим воодушевлением прозвучало: «Вся хвала Креллу!»

Колл еще немного покрасовался перед подданными, снова обратил свое внимание на супругу, лег на ложе и начал медленно надевать ее на оба своих стержня. Зрители на балконе раскрыли рот от изумления, наблюдая за тем, как больший скользнул во влагалище Лары, а меньший одновременно вонзился своим острым концом в ее задний проход. Войдя полностью, главный начал медленно и величаво двигаться вперед и назад, меньший только дрожал внутри более узкого прохода. Зрители наклонились вперед, чтобы, ничего не пропуская, созерцать великолепную сильную пару – Повелителя Сумерек и его прекрасную жену‑фею. Маче и Анке с трудом удавалось устоять на месте. Обе служанки едва не падали в обморок от вожделения, глядя на любовное представление, которое их господин и госпожа давали для своих подданных.

Движения Колла ускорились. Главный стержень быстро и яростно рвался внутрь и вырывался наружу из горячего тугого влагалища, которое за предыдущую неделю идеально подготовили к его приему. Колл наклонился и начал сосать и кусать груди Лары. Лара закричала от восторга. Ее ногти глубоко вонзились ему в спину и оцарапали до крови. Толпа взревела от одобрения. Супруга повелителя – не слабая женщина, которую ее господин одолевает без труда. Он одержит над ней победу только после большого сражения.

Больше часа любовники сплетали свои тела на ложе, а подданные благосклонно взирали сверху. После этого Лара обвила своего любовника рукой и принялась двумя пальцами ласкать потаенные части его тела. Колл взвыл от изумления и восторга. Его стержни, разделенные лишь тонкой стенкой плоти, искали ту крошечную точку, прикосновение к которой вызывало у Лары взрыв радости. Нашли и стали ласкать ее сразу с двух сторон, наслаждение Лары достигло вершины. Она закричала, по ее телу пробежала дрожь, закружилась голова, перед ее закрытыми глазами вспыхнуло бесчисленное множество ослепительных звезд, окрашенных в тысячи ярких цветов. Рев толпы вокруг нее становился все громче. А потом стало темно и тихо.

Колл встал с бесчувственного тела своей потерявшей сознание супруги и крикнул:

– Вся хвала Креллу!

Зрители ответили ему тем же возгласом.

– Достаточно ли я силен, чтобы править вами? Заслуживает ли моя супруга вашего одобрения? – спросил он.

И зрители, все как один, громко ответили:

– Да! Слава нашему господину Коллу! Вся хвала Креллу!

– Опустите ее ноги, – приказал Колл служанкам. – Вы можете выбрать кого пожелаете из моих князей.

Появились похотники и начали очищать уставшие половые органы Повелителя Сумерек и его супруги. Когда они закончили свою работу, Колл поднял свой халат, завернулся в него и снял Лару с ложа, которое они только что делили. С супругой на руках Повелитель Сумерек вышел из круглого зала, отнес ее в спальню и положил на кровать. Остаток ночи его князья и сопровождающие их женщины проведут в плотских утехах, отмечая праздник. Он тоже придет к ним в пиршественный зал, но позже. Колл лег рядом с Ларой и обнял ее.


Дата добавления: 2015-11-14; просмотров: 43 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
10 страница| 12 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.025 сек.)