Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 7. Колизей

Глава 1. Чужая тайна | Глава 3. Предатель | Глава 4. Побег | Глава 5. Портал | Глава 9. Посвящение в магиры | Глава 10. Великая битва | Глава 11. Первый урок | Глава 12. Последний урок | Глава 13. Алексей – Лекс – Александро |


– Темные магиры и светлые магиры... Похоже на две какие-то супер расы. Темные ходят в черных костюмах, зовут себя демонами. Светлые – в белых, уверены, что они – ангелы. Чем больше полос на трико, тем выше уровень и сила магира. Жаль, что у моей Ритки только две полосы – начинающая, совсем чайник. Те, кто с хвостами – металлы или алмазы. У некоторых есть крылья и плети, в основном у темных. Те, у кого кошачьи глаза с вертикальными зрачками могут вытворять фокусы с огнем. На их трико ярко-красные полосы, мол, держитесь от нас подальше. Голубоглазые и мокрые с заостренными, как у эльфов, ушами – отличные доктора. На их костюмах зелено-синие полосы и такие же мантии за плечами. Кажется, это воядные. А остальные, которые с крыльями, как моя Рита, просто... просто... блондинки!

– Что ты там бормочешь себе под нос? – спросила Марго, она шла рядом и держала руку у меня на плече, – какие еще блондинки?

Я промычал что-то нечленораздельное. Мы шли по бесконечно длинному коридору пещеры, освещаемой молочно-белыми сталагмитами и сталактитами. На стенах были какие-то инопланетные символы и нечитаемые надписи, кое-где возле поворотов попадались странные статуи – кентавры, сфинксы, минотавры и даже – фонтаны с русалками.

Впереди шла Мастер Линг, указывая нам путь. Рядом с ней послушно шагал на своих длинных ногах Александро, быстро оглядываясь по сторонам, словно запоминая дорогу. Он то и дело заправлял густые иссиня-черные волосы за свои аккуратные заостренные уши. Пару раз мальчишка посмотрел на часы, точнее на свое перепачканное в саже запястье – туда, где они были раньше, до прохода через портал. Скучает по отцовскому подарку...

И почему же я не сгорел в портале? Во мне ведь нет ни капли магии. Никогда не было! И я совсем не изменился, пройдя сквозь него: хвост не вырос, уши не заострились, глаза не окосели, мозгов не прибавилось. Даже крылья за моей спиной и те были Ритиными. А может быть я уже мертв и попал в... Нет! Это точно не рай!

Обремененный такими мыслями, я достал из карманов, точнее из того, что от них осталось, свои руки и посмотрел на ладони, которые всего пять минут назад были изрезаны в кровь. Сейчас же на коже были еле заметные белые рубцы и... иссиня-черный тонкий волос. Чей он? Как он сюда попал?

– Болят? – тихо спросила Рита, глядя на мои шрамы.

– Ерунда! – ответил я, быстро сдул с ладони странный черный волос и снова засунул руки в карманы того, что раньше звал своими старыми джинсами, – главное, что голову не оторвали!

За Лиу с Алеком шел рыжий Макс, крепко держа за руки своих близнецов, словно боясь их потерять. Странно, но их одинаковые пушистые головы теперь стали на несколько оттенков теплее и «рыжее». Они будто брали пример с огненной вихрастой шевелюры своего магистра.

Дальше была наша с Ритой очередь, я старался не отставать, хромая на левую ногу – там у меня лежал в тапке золотой наконечник хвоста Ясона. Лазурная мантия на моих плечах, легкая, будто крашеный воздух, доходила почти до пола и отлично скрывала мою хромоту. Более того, мои крылья, словно сделанные из яркого света, послушно торчали за спиной, пробивая насквозь мою сверхъестественную накидку. Интересно, что это за ткань? Под ней я кое-как умудрялся придерживать остатки своих сожженных джинсов.

За нами шли Ясон с Оливером, они постоянно о чем-то перешептывались и хихикали, как девчонки. Наверное, Яс учил новичка правильно вилять хвостом.

– Всегда зови меня Марго, – наклонилась ко мне Рита, – это мой ник в Пармире. Свое имя нужно хранить в секрете, иначе демоны тебе покоя не дадут. Отныне говори всем, что ты – Кильт.

– Кольт! – возразил я, – как пистолет!

– Как револьвер, – поправил Макс, обернувшись, его близнецы переглянулись и громко захихикали, – кильт – это шотландская национальная юбка!

Я хотел отвесить ему пинка, но не стал, вовремя вспомнив, что обут в домашние тапочки. Не очень хотелось собирать их по всей пещере.

– А почему здесь все такие... странные, – перевел я тему подальше от юбок, – глаза, уши, хвосты. Отсутствие чувства юмора и прочее?

– Четыре стихии – четыре народа магиров, – ответила Рита, – Макс – огонь, Софи – вода, Ясон – земля, я – воздух, и ты, между прочим, тоже.

Я нахмурился, пытаясь воспринимать информацию серьезно. Вроде действительно все было так, как она говорила: у каждого из этой разношерстной компании был свой особый дар и просто нереальные способности. У всех, кроме меня. Вот так всегда...

Неожиданно мы уперлись в высокую гладкую стену из белого мрамора с хорошо знакомым мне круглым светящимся порталом, окруженным четырьмя каменными статуями. Их глаза уже горели, внимательно рассматривая пришедших, а окно в стене мерцало, переливаясь всеми цветами радуги, – проход был открыт.

– Быстрее! – скомандовала Мастер Линг, – посвящение уже началось!

Она схватила за руку растерянного Александро, и они вместе исчезли в портале. Следом за ними испарились и мокроволосая Софи со своей кудрявой подопечной. У меня началась паника:

– Нет! Только не туда! – закричал я и резко отпрянул назад, пытаясь вырвать свою ладонь из Ритиной, – я жить хочу! Спасите! Помогите!

Пытаясь развернуться, я столкнулся своим затылком со лбом идущего позади Ясона и вдобавок ко всему наступил Оливеру на хвост.

– Это внутренний портал! В нем нет огненного барьера! – заявила Рита, хватая меня за плечи и тем самым удерживая на ногах, – ты не сгоришь!

Макс усмехнулся и взял за руки своих вечно улыбающихся близнецов:

– Ждем с той стороны!

Троица тут же исчезла. Мне, вдруг, стало стыдно, что я такой взрослый, а поднял столько шума.

– Мой хвост! – воскликнул Олли, снова сжимая алмазный наконечник в руках, – я его почувствовал! Он живой!

– Скоро ты научишься им пользоваться, – ответил Ясон, виляя в воздухе своим золотым, хоть и обрубленным, – вперед!

И они тоже скрылись в переливающемся «озерце» портала.

– У тебя на плечах моя мантия, ты не сгоришь, – снова принялась объяснять Рита, смотря на меня, как на маленького глупого ребенка, – не бойся! Она сбережет тебя! Да и крылья помогут, как в первый раз!

Я закатил глаза и развернулся к порталу, чувствуя, что просто так мне отсюда не выбраться – придется идти до конца. Но надеюсь, что впереди всегда найдется момент, когда можно будет незаметно удрать, прихватив с собой на память несколько драгоценных сувениров.

– Только после вас, леди! – улыбнулся я Рите, вежливо пропуская ее вперед.

 

 

– Магия подобна электричеству, это такая же мощная неудержимая энергия, невидимая и не осязаемая. С ее помощью можно, как создать, так и разрушить. Испокон веков в мире людей рождаются дети индиго, наделенные даром четырех стихий – воды, огня, земли и воздуха. Они могут делать то, что не по силам обычным людям. Видеть реальность, которую не видят остальные – Пармир или параллельный мир. Они красивы и бессмертны, но их очень мало. Это магиры. Светлые, дети солнца, созидают и восстанавливают. Их крепость Люксард находится на вершине самой высокой горы. Темные, дети луны, наоборот разрушают, ломают и уничтожают, чтобы светлые на месте старого могли создать новое. Их замок Одорак стоит на дне самой глубокой пещеры. Одни зовут себя – ангелы, другие – демоны. Ангелы сильнее всего днем, когда светит солнце, демоны – ночью, особенно в полнолуние.

– Прямо добро и зло в маскарадных костюмах! – подумал я, переминаясь с ноги на ногу.

– Тот, кто видит в темных магирах лишь зло, сильно ошибается. Даже энергия разрушения может быть использована в мирных целях. Спешу заметить, что почти все самые жестокие и коварные злодеи появлялись среди светлых. Хоть темные и сильнее нас: ломать гораздо легче, чем строить.

– Да уж, – думал я про себя, – кажется, мне к темным магам...

– В конце каждого столетия по всей Земле рождается несколько детей индиго. В заведомо определенный день ангелы и демоны собирают своих новичков. Светлые должны делать это днем, темные – ночью. Но одаренных детей индиго так мало, что за каждого из них между Люксардом и Одораком идет борьба не на жизнь, а на смерть. В зависимости от того, кто найдет новичка первым, в тот лагерь он и попадет. Все честно.

– Мда... – раздался мой тяжелый вздох.

 

Пройдя сквозь портал во второй раз, я нисколько не обгорел, даже, наоборот, по моей коже пробежали мурашки от свежего легкого холодка. Рита, как самая добросовестная старшая, ни отставала от меня ни на шаг.

Одновременно мы очутились на широких каменных ступенях, сильно затертых временем и тысячами ног. Колизей был очень похож на настоящий, тот, что находился в Риме. Только этот выглядел гораздо целее и более впечатляюще. Это была огромная выдолбленная в мраморной скале воронка величиной с современный футбольный стадион. Сотни подростков стояли на каменных ступенях, спускающихся к круглой сцене, засыпанной белым чистым песком, словно с далекого морского пляжа.

Высоченный потолок подпирали четыре объемные круглые колонны, состоящие из ничего иного, как из чистого яркого света. Одна – лазурно-голубая, как безоблачное чистое небо, рядом – зелено-синяя, словно морская волна, третья, самая яркая, – настоящий огненный столб, и последняя, серебристо-металлическая просто-напросто отражала свет трех остальных. И что-то мне подсказывало, что работали они вовсе не от электричества. Все четыре колонны соединялись в центре потолка, образуя над сценой четырехконечную разноцветную звезду. Выглядело все жутко красиво и таинственно, и скорее всего – очень дорого.

Мы стояли под самой последней металлической колонной в центре разношерстной толпы подростков. Половина из них была в серебристо-белых трико с разноцветами полосами через правое плечо, преимущественно темных и металлических оттенков. Другая часть – собранные ими со всего света дети-индиго, многие из которых были предусмотрительно укутаны в мантии своих старост-магистров. И у тех и у других были хвосты: длинные и тонкие, пушистые и короткие, стоящие трубой или неподвижно валявшиеся на полу.

– Марго? – из толпы к нам выскочил взволнованный Макс, он все еще держал за руки своих близнецов, – это не наш сектор! Тут одни земные элементы!

– Что? – взволнованно спросила Рита, – что ты тут делаешь? Вы должны быть под огненной колонной. А нас портал должен был отправить в воздушный сектор.

– Так почему вы здесь? – удивленно спросил Ясон, он стоял неподалеку вместе с Оливером, – портал отправляет сюда только магиров Земли.

– Замолчите и дайте послушать! – зашипел на нас Александро, он был один без своего маргистра: Мастера Линг нигде не было видно, – ваш бестолковый портал накрылся медным тазом. Потом почините!

– Он никогда не накрывался никаким тазом! – возразила Рита, глядя на Алека так, словно он только что свалился с потолка, – всем порталам несколько тысяч лет. И они еще никогда не ломались за это время.

Я тяжело вздохнул и взглянул на круглую сцену: в ее центре на каменном пьедестале стояла небольшая группа людей в однотонных костюмах по цвету стихий и элементов: лазурный, красный, бирюзовый и золотисто-коричневый. Среди них выделялся высокий стройный мужчина с длинными белоснежными волосами, шелковым водопадом разбегавшимся по его широким плечам. Кажется, он был тут самым древним и сильным, а потому и самым главным. Он первым «толкал» свою речь, рассказывая о том, как здорово и важно быть студентом Академии светлых магиров.

Вверху, прямо над сценой под потолком в воздухе висела огромная голография этого величавого, умудренного годами, а может быть и веками, и все равно довольно молодого мужчины. Каждый отчетливо видел его серьезное лицо с тонкими чертами и большими умными глазами ярко-фиолетового цвета. Одновременно они смотрели каждому прямо в лицо, захватывая дыхание и завораживая на месте. Верховный Мастер Ариес продолжал свою речь.

– Добро пожаловать в Люксард – город светлых магиров! Сегодня наши ряды пополнили двадцать семь новичков со всего света. Это дети-индиго с уникальными способностями. Их собирали по всей Земле наши магистры, девять из которых так и не вернулись. Так, город темных магиров, Одорак, сейчас пополнился на двадцать пять человек. Демоны потеряли шестерых.

Ариес сделал паузу, все собравшиеся, естественно те, кто знал латынь, закричали в один голос:

– Citius, altius, fortius!

Макс и Ясон присоединились к хору, Рита прошептала перевод мне на ухо:

– Быстрее, выше, сильнее!

Я понимающе кивнул, отвлекаясь от сцены и белоснежного оратора:

– Демоны, или как их там, темные магиры, это что мировое зло?

Ясон замотал своей златовласой головой, наклоняясь к моему уху:

– Нет! Это просто силы, противоположные нам! Среди светлых гораздо больше жутких злодеев. Ты что, не слушал речь Ариеса?

– Так что с порталом? – перевел тему Макс, кивнув рыжей головой в противоположный конец Колизея, – я со своими должен был быть там!

Я проследил за направлением его кошачьего взгляда. Прямо напротив нас на ступенях под огненной колонной топились рыжеволосые подростки. Их головы, словно объятые пламенем, переливались самыми яркими оттенками. Красные мантии и полосы на костюмах светились, указывая на принадлежность их хозяев к самому горячему народу среди собравшихся.

– А где Софи? – спросил Ясон, разглядывая сектор под бирюзовой колонной, там мелькали зелено-синие плащи, – вон она! Порядок!

Если смотреть на Колизей сверху, то он был разделен на четыре равных сектора, отгороженных друг от друга очень странными границами. Это было что-то вроде небольших, шириной не более метра, мраморных каналов, внутри которых журчала вода. Ровно по центру рва проходила тонкая каменная полоса, верх которой пылал ярким рыжим пламенем, словно это был не мрамор, а свечи.

Алек пригладил свои иссиня-черные пряди и тяжело вздохнул, его большие электрически-голубые глаза продолжали безуспешно искать среди толпы Мастера Линг. Лиловых волос девушки нигде не было видно.

– Может быть, это китаянка сломала портал? – предложил я свою версию, – это все из-за ее обугленной птицы. Сработала пожарная сигнализация.

– Заткнись, Колтин! – огрызнулся Александро, поворачиваясь ко мне лицом, из-под прядей снова показалось заостренное ухо.

– Сам молчи, лопоухий, – пробормотал я, в тот момент мне, почему-то, совершенно не пришло в голову спросить парня, откуда это он узнал мою фамилию, – ты водяной что ли?

– Пройдя через портал стихий, все новички сильно изменились, – продолжал Верховный Мастер, – все увечья и болезни остались позади: очки, брекеты, протезы. Спины распрямились, глаза стали ярче и больше, плечи шире. У многих появились хвосты, у кого-то поменялся цвет радужной оболочки глаз. Вы собраны из разных уголков света, но национальность никак не влияет на ваши магические способности. В Пармире есть только одна нация – магиры, и они понимают друг друга на любом языке. Сейчас вы настоящие, все, что осталось за порталом – было вашей маской, своеобразным пропуском в мир человечества. Впредь, возвращаясь к смертным, вы будете преображаться обратно, становясь такими, какими вас знают ваши родители, знакомые и друзья.

По залу пронеслись обреченные вздохи вперемешку с недовольными возгласами – никто не хотел превращаться обратно в самих себя и возвращаться к обычной земной жизни. Я был абсолютно с ними согласен.

– Почему ты не изменился, Колтин? – потребовал объяснений Алек, мало по малу этот парень начинал меня сильно раздражать, – а?

– Я и так хорош, ушастик, – ответил я, нельзя было давать ему спуску, – интересно, насколько ты страшный в обычном мире?

– Прекратите оба! – вмешалась Рита, смерив меня строгим взглядом, Макс и Оливер ухмылялись за ее спиной – процесс пошел.

– Приношу сердечные извинения, если что-то из ваших земных вещей сгорело в портале. Как вы знаете, он не пропускает в Пармир ничего человеческого.

И снова раздались недовольства: у каждого из новичков что-то да пропало. Ариес оглядел всех фиолетовым взглядом и приветливо улыбнулся в лучшем стиле страхового агента:

– Все, что сгорело, вы можете попросить у Мастера Люка, – он кивнул в сторону, голография под потолком тут же сменилась. Теперь это был огромный мускулистый великан с бронзовой от загара кожей и большими добрыми, однако, разного цвета, глазами. Правый – зелено-серый, как гранит, а левый – песочный рыже-желтый, словно старый кирпич. Вместо стандартного серебристо-белого костюма на нем был странный серо-зеленый плащ, словно форма военного, а на голове – ярко-рыжая чалма. Мастер Люк стоял среди собравшихся, будто визирь неведомого халифа. Хотя, нет, он был слишком высокий и мускулистый для дворянина, скорее – личный телохранитель султана, гроза воров и наемников.

Сверкая ослепительно белой улыбкой, Люк быстро оглядел присутствующих хитрым прищуренным взглядом, затем вытянул правую руку вперед, широкой ладонью вверх и накрыл ее легким, непонятно откуда взявшимся, платком ярко-рыжего цвета. В огромном зале раздался синхронный громкий возглас. И... громче всех кричал именно я. На широченной ладони великана стояла пара новеньких фирменных кроссовок, стильных, удобных и, по всей видимости, самых дорогих.

– iPad! Там их три штуки! – голосил Оливер, белоснежные зубы блестели, словно жемчуг, на шоколадном лице, – как он это делает?

– Глаз-алмаз! – тихо передразнил я, – неужели ты не видишь, что это кроссовки?

Алек судорожно схватился за запястье своей левой руки – там когда-то были золотые часы, подаренные ему отцом. Рита в ужасе закрыла лицо руками, глядя на кроссовки, которые протягивал бронзовый здоровяк, словно на клубок ядовитых змей. Странно, что она там увидела?

– Шарлатан в зеленом платье! – процедил я сквозь зубы, пристально глядя в невозмутимые разноцветные глаза волшебника, – я что, похож на идиота?

Конечно, если у здоровяка на ладони одновременно лежит и iPad, и золотые часы, и новенькие кроссовки, то это значит, что там, скорее всего, ничего нет. Просто каждый из толпы видит то, о чем давно мечтал и хотел бы получить. Иллюзия и ловкость рук...

– Парни, у него есть iPhone! – вопил Оливер, его черная кудрявая голова выныривала из толпы вверх – мальчишка буквально подпрыгивал на месте, пытаясь стать выше, – это же Mac!

– Дурак! – беззвучно хмыкнул я, закатывая глаза к потолку, вокруг меня хвостатая и ушастая толпа просто сходила с ума, – все дураки! Неужели никто не понимает? Ай!

Что-то больно ударило меня по щиколотке, я наклонился и тут же зажмурился от блеска граней огромного алмаза, что украшал наконечник хвоста Олли. Его хозяин буквально потерял голову, ничего не замечая вокруг. Широченные голубые глаза прочно приклеились к ладони здоровяка, словно там лежали не дорогие гаджеты, а стояла новенькая Феррари. Тем лучше! Я быстро присел на корточки и поднялся, крепко сжимая в руке огромный дорогущий алмаз. Если шоу на сцене будет продолжаться в том же духе, может быть, я успею оторвать этот камешек? Парень таскает за собой целое состояние с роскошной виллой и десятком дорогих машин, сам того не понимая. Но даже они, несмотря на всю свою красоту и роскошь, мне были совершенно не нужны. Я мечтал об экспедиции в море, которая могла бы найти моего отца. Несколько хорошо оборудованных катеров и вертолетов – дорогое удовольствие. Но я-то знаю, что почем! Алмазы на дороге не валяются!

– Мастер Люк – самый знаменитый волшебник в Пармире! – объявил белобрысый Ариес, его фиолетовые глаза расширились, он явно видел на широкой ладони великана что-то бесценное, – Мастер Люк...

– Мастер Глюк! – передразнил я себе под нос и легонько дернул Оливера за хвост – драгоценный камень держался крепче, чем хотелось.

– Что ты творишь? – зашипела на меня Рита, ее лазурные глаза округлились от ужаса, – ты с ума сошел?

– Тихо ты! – процедил я сквозь зубы, – это не то, что ты подумала!

– Ай, щекотно! – возмутился Олли и почти развернулся, чтобы отвесить мне заслуженного тумака за покушение на собственный хвост, но так и не успел.

Прямо над нашими головами из неоткуда (здесь это было весьма обычной практикой) материализовался огромный крылатый ящер, весь покрытый серебристо-серой блестящей чешуей, словно металлической броней. Во рту он держал небольшой, но ярко пылающий факел, горящий мистическим голубым огнем. Широкие перепончатые крылья дракона, сплошь покрытые узорами инея, поднимали леденящий ветер, пронизывающий до костей. На наши головы, кружась, посыпались снежинки.

– Дракон! – закричал Макс, накрывая своей огненной мантией восточных близнецов – весьма кстати, так как температура воздуха тут же понизилась градусов на пять, – дракон из Одорака! Синий факел, значит... будет поединок!

Я поежился, сильнее кутаясь в Ритину голубую мантию, и совершенно позабыл об алмазе, крепко зажатом в моей руке. Да и все остальные тоже забыли все на свете. Еще бы!

Дракон совершил несколько широких кругов вокруг сцены. При каждом взмахе его огромных сильных крыльев огненные границы между четырьмя народами гасли, вода в каналах прекращала журчать и покрывалась блестящей корочкой льда. Мои зубы застучали от холода.

– Снег! – прохрипел я, кутаясь в ярко-голубую Ритину мантию – невесомая ткань быстро покрывалась замысловатыми узорами инея, – бррр!

– Всадник! Там всадник! – звонко пропищал Олли, сам не свой от холода и переполняющих эмоций, – там, на динозавре!

Он был прав: прямо между широких, покрытых инеем, крыльев была отчетливо видна человеческая фигура, закутанная с ног до головы в темно-серый плащ с подозрительно знакомым металлическим отблеском. Должно быть, там был адский холод, и всадник крепко примерз к седлу. Между тем, дракон совершал уже третий «круг почета» вокруг сцены, щедро осыпая снегом головы продрогших четырех народов, выбивающих от холода зубами мелкую дробь. Впрочем, многие совсем не стучали зубами, ввиду того, что их рты были широко открыты. Кое-где слышались возгласы, а где-то и тихие ругательства – мерзнуть не нравилось никому. Я присоединился к последним.

– Скоро будет жеребьевка! – тихо сказал Ясон, словно не хотел, чтобы кто-то услышал, но в итоге его слова не только услышали все, но и запомнили, – до затмения меньше месяца. Вестник из Одорака...

– Одорак – это радиоактивная станция? – неудачно пошутил я, пытаясь разрядить обстановку, – ну... мутанты и все такое прочее?

– Умолкни, Кильт! – зашипел на меня Алек, в его черно-синих волосах искрились снежинки, – что за жеребьевка? Ай... е!

Я больно дернул его за остроконечное ухо, да так сильно, что едва не оторвал. Будет знать, гаденыш, с кем имеет дело.

Алек так и не успел мне ответить, ледяной дракон громко протяжно взвыл, словно металл заскрипел по металлу. Его большие электрически-голубые глаза выбрали удобное место посадки чуть ли не в самом центре сцены, недалеко от столпившихся вместе Мастеров. И, поднимая в воздух снег с песком, чудовище, наконец-то опустилось вниз.

С его широкой спины проворно спрыгнул всадник в темном плаще, из-за объемного глубокого капюшона его лицо невозможно было рассмотреть. Над сценой снова вспыхнула увеличенная голография и принялась транслировать происходящее всем присутствующим, замолкшим от удивления и испуга.

– Ну и рожа должна быть у этого гостя, – пробормотал я себе под нос, – раз он ее так укутал!

Действительно, стройная худощавая фигура незнакомца, завернутая в длинный металлический плащ, очень напоминала какого-то мистического жреца из древней опасной секты, практикующей черную магию. Я вздрагивал, представляя тот момент, когда он снимет свой безразмерный капюшон, и все присутствующие увидят его мерзкий пожелтевший череп, кое-где обтянутый сухой кожей и покрытый редкими седыми волосами. Три, два, один...

Я приготовился крепко зажмурить глаза, но вместо того широко их распахнул. С моих губ невольно сорвался восхищенный возглас, от которого Рита недовольно закатила глаза. Под капюшоном скрывалась голова прекрасной светловолосой девушки. Но что самое интересное – я уже был с ней хорошо знаком. Мои щеки постепенно заливались краской, уж очень ее серебристое каре напоминало Анжелику.

– Светлого дня, Мастер Ариес! – с уважением произнесла юная наездница, слегка наклонив голову вперед, – доброго дня всем светлым Мастерам!

– Темной ночи, Гера! – приветливо улыбнулся Ариес, словно увидел свою давнюю знакомую, – добро пожаловать в Люксард!

– А этой-то чего тут надо? – занервничал я вслух, – она ж уже получила раз по шее!

– Заткнись, Кольт! – огрызнулся Алек, – дай послушать, или я собственноручно выкину тебя на сцену!

– Прекратите оба! – спешно вмешалась Рита и крепко взяла меня за руку, к счастью, не за ту, в которой я сжимал огромный алмаз, – не бойся, она ничего не сделает тебе на нашей земле.

С этого момента я твердо решил молчать: не хотел, чтобы меня заметили со сцены, особенно – Гера. Да и Оливер мог обернуться и надавать мне по ушам за неудачную попытку оторвать драгоценный конец его хвоста. Я крепко сжал Ритину ладонь и уставился на сцену.

– Среди светлых есть один лишний, – объявила Гера, внимательно вглядываясь в толпу прищуренными серебристо-серыми глазами, – сегодня по ошибке вы забрали нашего новичка!

Я съежился, стараясь выглядеть как можно незаметней, и даже немного присел, прячась за высоким Александро. Ой, не нравится мне все это!

– Лишнего? – удивленно переспросил Ариес, его фиолетовые глаза остались невозмутимыми, – новички не бывают лишними. Они либо наши, либо ваши. Кто не успел, тот опоздал. Это вечный закон.

Среди присутствующих пробежал тихий шепот и даже – легкий смешок. Но девушка нисколько не смутилась и совершенно не думала отступать. Мгновенно из ее длинных рукавов появились знакомые металлические хлысты. Она, что носит с собой целый склад арсенала плетей?

– Ты нарушаешь Великий Кодекс, Гера, – нахмурился Ариес, резко откинув со лба белоснежные пряди, – в Колизее нельзя обнажать оружие, за исключением...

– Бой! – нетерпеливо перебила девушка, громко щелкнув в воздухе одним из хлыстов, – я требую поединка со светлым магиром! Пусть сюда выйдет тот, кто сегодня привел своего новичка самым последним!

Из середины толпы ошарашенных учителей вперед вышла Мастер Линг.

– Я отказываюсь проливать твою кровь, Гера! – четко произнесла она, – убери оружие!

– Боишься меня? – следовал ответ, – тогда отдай мне своего новичка!

– Ни за что! Ты нарушаешь Кодекс, придя сюда с оружием и требуя нашего ученика! – сказала китаянка, ее красивые медово-карие глаза с кошачьими вертикальными глазами остановились на Ариесе, словно спрашивая его разрешения. Тот еле заметно кивнул.

– Бой! – потребовала Гера, – одному новичку – один магистр!

Ловкими движениями рук Лиу взяла густые пряди своих ярко-лиловых волос и связала их за спиной, чтобы те не мешали в поединке. На голографии были хорошо видны ее обычные человеческие уши, не заостренные вверх. Она же из народа огня! Как же она может быть магистром Алека? Тот явно водяной, да еще и тупой, как пробка.

– По Кодексу, перед тем, как проливать кровь, – вмешался Ариес, он явно нервничал – должно быть, такой инцидент произошел впервые, – мы должны спросить самого новенького, на чью сторону он хочет – света или тьмы? И пусть его заберет тот магистр, которого он выберет.

Александро быстро пригнулся, став ниже почти на целую голову, однако, это совершенно не помогло. Его красивое побледневшее лицо, перекошенное недоумением и страхом, тут же вспыхнуло на огромной голограмме. Яркие, василькового цвета, глаза попеременно смотрели то на Ариеса, то на Геру, и, наконец, остановились на Мастере Линг. Парень молчал, не зная, какую девчонку ему выбрать. Любой бы запутался.

– Ну же, малыш, смелее, – подбодрила Гера, улыбка коснулась и ее серебристых глаз, – темные и светлые не значит плохие и хорошие. Это скорее – сильные и слабые. Демоны гораздо сильнее...

– Ломать – не строить! – горько улыбнулся Ариес, – без светлых Земля бы давно лежала в руинах.

– Но без нас вы бы не смогли ничего построить! – не унималась Гера, при каждом движении, ее серебряные волосы блестели, на черном трико переливались семь длинных металлических полос, – новое создается только на месте старого. Если есть жизнь, то должна быть и смерть.

Последняя фраза была явно лишней – Алек побледнел еще сильнее и нахмурился. Васильковые глаза забегали по сторонам в поисках выхода, под черно-синими растрепанными волосами готовился план побега. Я прятался за его спиной, пригибаясь, как мог, и тихонько проклиная свои крылья – их-то уж точно нельзя было не заметить!

– Мастер Ариес! – воскликнула Гера, словно вспомнила что-то важное, она достала из-под полы плаща небольшой, но крепко скрученный свиток пергамента, – затмение через двадцать шесть дней. Готовьте своих игроков к Великому Турниру. Для ангелов это последний шанс, – она специально сделала небрежный акцент на слове «ангелы», – в Кодексе сказано, если одна из сторон побеждает в Турнире седьмой раз подряд, то она забирает Талисман себе, обретая бесконечную власть над всем Пармиром. Люксард, со всеми светлыми магирами полностью переходит в подчинение Одорака. Но не волнуйтесь, Мастер Ариес, наша Королева оставит вас своим наместником.

– Конец света! – пробормотал я себе под нос и добавил, – пора отсюда сваливать!

– Нет, не конец света, – прошептала мне на ухо Рита, – просто начало тьмы. Хуже всех придется человечеству – начнутся войны, природные катаклизмы, многие города будут стерты с лица Земли. Так было всегда, когда светлые проигрывали Турнир в седьмой раз. Римская империя, Татаро-монгольское иго, Первая и Вторая мировые войны.

– А светлые хоть раз выигрывали этот турнир? – шепотом спросил я, – зачем он вообще нужен?

– Да, мы выигрывали, – оскорбленно ответила Рита, смерив меня самым недовольным взглядом лазурных глаз, и грустно добавила, – три раза за три тысячи лет...

– Сколько? – невольно вскрикнул я, Алек резко обернулся в мою сторону, – за три тысячи лет вы надрали им хвосты всего три раза?

– Турнир проходит раз в сто лет, – оправдывалась Рита, – по Великому Кодексу он проводится в самое продолжительное солнечное затмение, когда силы обоих сторон равны.

–... вызов принят, – громко произнесла Мастер Линг, одновременно доставая откуда-то из-за спины, а точнее – просто из воздуха, отличный самурайский меч «катана», – и пусть новичка заберет лучший из нас!

– Это будет тот, кто останется в живых, – добавила Гера ледяным тоном, в воздухе громко щелкнули хлысты, она повернулась к самому главному из светлых, словно спрашивая разрешения, – Мастер Ариес?

Тот сжал губы в твердую тонкую линию и тяжело вздохнул:

– Да будет так. И пусть останется сильнейший.

Плети засвистели, словно пули, посыпались удары меча, сопровождаемые ужасным скрежетом металла. Начался смертельный бой.

– Рит! Неужели белобрысый разрешил им драться насмерть? – тихо спросил я, не веря своим глазам, – этот задохлик того не стоит! Ой, извини, Алек! Я думал, ты не услышишь!

Александро смерил меня презрительным взглядом, полным отвращения и злобы, и быстро отвернулся, не желая тратить свое время и силы.

– Кольт! Я же просила звать меня Марго, – зашипела на меня Рита, здесь наши имена, как пароли доступа к нашим слабостям, – и да, они бьются насмерть! Гера и Лиу Линг враждуют уже почти четыре столетия. На последнем Турнире девочка, у которой Гера была магистром, случайно погибла от руки подопечного Лиу. Из мести Гера убила парня прямо на глазах у Линг. С тех пор ни у той, ни у другой больше не было учеников... пока они не встретились с Алеком.

– Сколько? Четыре столетия? Они что такие старые?

Я нахмурился и прикусил нижнюю губу. Дело оказалось гораздо хуже. Старшие дерутся до смерти, младшие убивают друг друга на турнирах. Я посмотрел на Алека, тот стоял, не шелохнувшись. В его ярко-голубых широко раскрытых глазах сверкали отблески самурайского меча и серебристых волос Геры. Кажется, парню абсолютно все равно, кто погибнет, а кто останется победителем. Он охотно уйдет с убийцей, ведь она будет сильнейшей, а соответственно и лучшим наставником для него.

Мои печальные мысли прервал громкий стон со сцены. Только что один из хлыстов Геры ловко поддел за ногу Линг, бедняга моментально рухнула на песок. Ее правое бедро тут же обагрилось кровью из глубокой рваной раны. В воздухе снова мелькнул хлыст, на этот раз его конец быстро обернулся вокруг изогнутого лезвия катаны, раздался громкий скрежет металла. К счастью, Линг оказалась сильнее и быстрее, девушка ловко вырвала плеть, обкрутившуюся вокруг меча, из рук соперницы. В толпе раздались воодушевляющие крики, которые быстро смолкли. Это была ловушка.

На Лиу тут же обрушился оглушительный удар второй плети, хлыст попал ей прямо по кисти руки. Окровавленный меч с обернувшимся вокруг него хлыстом кубарем покатился по песку прямо к ногам Ариеса.

– Бой окончен, ничья, – объявил он, поднимая меч с земли, – вы обе потеряли оружие.

Все присутствующие облегченно вздохнули. Рита, то есть Марго, наконец-то отпустила мою руку, но в следующий момент, она снова крепко ее сжала. Гера, громко безжалостно смеясь, скинула на окровавленный песок свой металлический плащ и подошла вплотную к уже поверженной сопернице. За спиной демоницы извивался, словно змея, тонкий металлический хвост, с каждой секундой становясь все длиннее и тоньше. На его конце сверкало острое ядовитое жало, готовясь к своему последнему смертельному удару. Так вот зачем им хвосты!

Гера присела на корточки, Линг лежала на песке, облокотившись на локти, и до самого последнего момента бесстрашно смотрела своей смерти в лицо.

– Извини, – тихо сказала Гера, ядовито улыбаясь, острое жало мелькнуло за ее спиной, – я должна была сделать это раньше!


Дата добавления: 2015-11-04; просмотров: 40 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 6. По ту сторону портала| Глава 8. С легким паром

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.032 сек.)