Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

3 страница. Тикхо молча рассматривал портрет Леонии, потом перевел тяжелый взгляд на Кракена:

1 страница | 5 страница | 6 страница | 7 страница | 8 страница | 9 страница | 10 страница | 11 страница | 12 страница | 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Тикхо молча рассматривал портрет Леонии, потом перевел тяжелый взгляд на Кракена:

— Кажется, припоминаю все операции против нее. Вы считаете, что у этой красавицы есть свои источники информации в наших рядах?

— Разделяю ваши опасения, полковник. Каждый раз как только мы расставляем ловушку, оказывается, что мы выбрали очень плохой день,Кракен потер ладонью виски. — Все попытки оказались бесплодными. Я даже поручил Йелле Вессири координировать все операции по обнаружению шпионов, работающих на Тавиру, а вы оба знаете, насколько доскональной может быть госпожа Вессири.

Попробуй тут не улыбнуться. Йелла была моим партнером в КорБезе а также старшим следователем в деле Селчу.

— Если она не найдет шпиона, значит, его и не существует.

Кракен потряс когда-то рыжей шевелюрой:

— Я придерживаюсь аналогичного мнения. Каким-то непостижимым образом, пока непостижимым для нас, Тавира узнает обо всех операциях против нее. И мне начинает надоедать эта игра в догонялки. Необходимо построить свою работу так, чтобы о всех замыслах знал избранный, если хотите, элитный круг людей. Еще раз повторю — утечки быть не должно. Не можете ее предотвратить, меняйте стратегию.

Он резко повернулся ко мне. Ледяные иглы впились в мои расширенные зрачки.

— Кстати, вы в курсе, капитан, что ваша жена также замешана во всей этой истории?

Сказать, что я подскочил, значит, не сказать ничего.

— Вы в чем-то меня обвиняете?

— Нет.

— Ее?

— Нет.

— И правильно. Не стоит обвинять ни меня, ни Миракс. Я знаю, что она жива. Когда люди любят друг друга, это чувствуется. Жду от вас совсем другой информации, генерал.

— Боюсь, не смогу удовлетворить ваш интерес. Сведений очень мало.

— И все-таки…

— Мне не нравится ваш тон, капитан.

Тикхо счел возможным вмешаться:

— Это его жена, и она исчезла. Войдите в его положение.

— Кто бы вошел в мое… Хорошо. Я знаю лишь то, где она может сейчас находиться, — Кракен сделал паузу.

Ситх бы побрал эти инструкции: «Если сделал паузу, то тяни ее сколько можешь!» Воздух свернулся в моих легких, застыв ледяной спиралью. Она, спираль, давила на кости, подбираясь наверх к вискам. Пауза тянулась. Лед обжигающим обручем сковал мозг, и я прохрипел:

— Где она?

— Миракс пришла ко мне несколько дней назад. Выглядела неважно. Спросила, что она может сделать, чтобы свести набеги пиратов на нет. По словам вашей жены, один из ее клиентов, коллекционер антиквариата, потерял чуть ли не все свое состояние во время последнего дебоша этих галактических тварей. Во что бы то ни стало он желал их вернуть и не нашел ничего лучшего, как поручить расследование Миракс. Повторяю, женщина пришла ко мне. Судя по всему, она сочла эту историю очень убедительной и рассчитывала на то, что я буду растроган и брошу все силы на разгром наших общих врагов. Красивая женщина должна быть глупой, но нельзя же быть такой бесконечно прекрасной. Пришлось объяснить, что экипаж «Враждебного» — плохой объект для исследования, они очень опасны. Но она будто потеряла разум, желала немедленно отправиться в это гудящее ядовитое гнездо, причем отправиться в одиночку, несмотря на риск и опасность. Отказалась даже от группы сопровождения. Корран, она произнесла странную фразу. Якобы сможет вздохнуть спокойно только после того, как все ваши враги будут разгромлены и вы исполните ее единственное желание. Ради этого она готова пожертвовать всем.

По моей щеке скатилась слеза, потом другая.

Тикхо и Кракен деликатно отвернулись, синхронно уставившись в стенку.

Какой я идиот! Если бы не глупое условие — первым делом, первым делом эскадрилья, ну а детушки, а детушки потом, она бы никогда не ударилась в эту бессмысленную авантюру. Я должен был предвидеть, я должен был знать… Она никогда не пасовала перед трудностями и привыкла добиваться своего. Не мытьем, так катаньем. Где она?

Всхлип не удалось сдержать, хотя и прикусил язык. Но разве боль физическая сравниться с болью душевной? В горле опять застрял комок, препятствующий словам. Рот раскрылся в безмолвном крике, правая рука метнулась к нему на помощь… Несколько вдохов, и я смущенно произнес:

— Прошу прощения…

— Не стоит, Корран, — Тикхо ответил горьковатой улыбкой. — Не могу себе представить, что бы почувствовал я, если бы моя жена исчезла.

— Возможно, покажусь вам излишнее резким, капитан Хорн, — генерал Кракен наклонился вперед и дружески похлопал меня по колену, — но ваши чувства — ваше личное дело. Хочу лишь отметить, несмотря на то что Миракс до сих пор не вышла на связь, волноваться рано.

Волна раздражения и бессилия прокатилась по пищеводу, отозвавшись предательским холодком в желудке. Как же с ним тяжело…

— Еще раз прошу прощения за минуту слабости. Да, моя жена исчезла. Она не умерла, она просто исчезла. Я спал, и во сне услышал ее голос, произносящий мое имя. Что это, мистика? Или чудеса научно-технической мысли? Обыкновенный ночной кошмар?

— Это не было кошмаром.

— Часть наследства джедаев?

Смутная мысль юркой тенью скатилась в сознание. В этом что-то есть. До сих пор я как-то не связывал прелестную Миракс и Силу. Возможно, он прав.

— Не знаю, генерал, ваше предположение неожиданно. Я просто не ощущаю ее. Кругом пустота. Вот вы, полковник, можете чувствовать свою любимую на расстоянии?

— Мне кажется, понимаю, что ты имеешь в виду, Корран. И на твой вопрос скорее отвечу да, нежели нет. Но пойми, такое родство душ и тел дается не каждому. Это исключение, а не правило. Вам просто повезло. У меня и Зимы немного иначе. Я хорошо ее знаю, но не уверен, случись с моей женой что-либо, ощутил бы это. Тьфу, в какие дебри метафизики мы с вами забрались!

— Спасибо за откровенность. И… за честность. Итак? Когда вы видели ее в последний раз?

Кракен фыркнул:

— Не скажу.

— Должны.

— Не могу и не хочу, капитан Хорн. Задумайтесь хотя бы на минуту. У меня десятки агентов, которые уязвимы.

— Плевать мне на ваших агентов и их уязвимость, меня волнует Миракс. Я беспокоюсь за нее.

Кракен огрызнулся:

— Думаете, я бесчувственный чурбан и ваша сентиментальность мне недоступна? Ошибаетесь. Ваша жена находится в сложном положении, ей поручено ответственное задание. Теперь представим, что я поделюсь-таки с вами информацией. Вы, естественно, помчитесь выручать Миракс. В результате пострадают все. Миракс, вы, другие агенты. Она сейчас на Корусканте. Все, что я могу сказать. Доверяйте своей жене, тогда, быть может, вся эта катавасия закончится хорошо. Или почти хорошо.

— А если плохо? Значит, не хотите сказать мне, где Миракс. А если вам прикажут это сделать?

— Ну, если мне прикажет главный консул Новой Республики, тогда…

— Довожу до вашего сведения, что незамедлительно подам петицию. И мне все равно, что обо мне будут думать и говорить. Вчерашняя слава героя и нынешние лавры ничто в сравнении с Миракс. Я спасу ее.

— А хочет ли она, чтобы вы ее спасали?

— Вы этого не знаете, генерал. Я знаю! — вялый салют и, спустя паузу, необходимая ритуальная фраза: — По-прежнему испытываю глубокое уважение к вам обоим и прошу не рассматривать мое поведение как нарушение субординации. Миракс в беде. Мой долг как мужчины и мужа помочь ей. Она всего лишь женщина. Да, забыл сказать: вы не сможете мне помешать. И даже не пытайтесь.

 

Глава 4

 

У генерала Кракена были все основания, чтобы отказать в праве, дарованном мне конституцией Новой Республики, — праве на информацию. И если бы время и ситуация позволяли, я бы целиком встал на его сторону. Если бы… Сослагательное наклонение плохо подходит для реальной жизни. И забросив куда подальше логику и здравый смысл, я рухнул в двойные объятия ярости и боли. Слушай старших, сынок, и все у тебя получится. Приказ есть приказ. Однако в таком случае Миракс никогда не найдется.

Потом меня поставят в известность, что моя жена совершила подвиг во имя государства и погибла. Что значит одна человеческая жизнь супротив системы?! Ничего.

Соображай, Корран, соображай. Подать петицию, конечно, можно. Но… Во-первых, нетрудно себе представить, сколько времени это займет, а во-вторых, будем откровенны, боятся Кракену нечего. Теоретически любой гражданин Новой Республики может обратиться к сенатору, если на низших уровнях власти ему так и не смогли помочь. В идеале у него даже есть шанс попасть на прием к консулу. Но теория теорией, а практика практикой. Поднимите руки те, кому это удалось! Вот! То-то же. В моей ситуации можно направиться сразу же к Доман Берусс, коррелианскому консулу, и добиться аудиенции. Почти уверен, что консул позволит мне изложить суть, но палец о палец не ударит, чтобы помочь. Кому охота связываться с Кракеном! Разве что безумному капитану Хорну.

Перед тем как отправиться подавать петицию, я составил список тех людей, которые могли мне оказать посильную помощь. В высших сферах у меня немало друзей, вот и выясним, кто из них кто. Даже если двое не откажут в просьбе, тем самым мы выиграем день. Придется просить друзей о благосклонности и даже милости.

Моей первой остановкой — первой после возвращения домой и облачения в военную форму — стал офис генерала Веджа Антиллеса. Тратить время на ненужные формальности, типа вежливых звонков, не хотелось. А зря. Секретарь-ассистент-друг-товарищ-и-сестра Веджа, тощая, холодная, словно далекая звезда, осведомилась о цели визита. Секретаршу пришлось оттеснить мощным плечом. Она возмущенно пискнула, но возразить не решилась.

Офис генерала мог многое рассказать о человеке, которого я давно знал и которому доверял. Стена позади его стола была из прозрачного материала и создавала иллюзию, что хозяин кабинета в данный момент работает на балконе. Превосходный вид на Корускант и бескрайнее небо. Его стол был такой величины, что на него можно было посадить «крестокрыл», и содержался в такой чистоте и порядке, как будто Ведж действительно периодически сажал на него свой истребитель. У левой стены стоял еще один стол, длинный и низкий, кушетка и разномастные стулья. Я никак не мог отделаться от впечатления, что только что закончилось совещание, на котором Ведж мылил шеи своим пилотам.

— Надеюсь, что не потревожил вас, генерал.

Ведж вынырнул из-за непомерного для него стола и тепло мне улыбнулся. Полегчало.

— Корран, какими судьбами? Рад тебя видеть. Давненько ты не показывался.

— Что верно, то верно.

Он потащил меня к креслам, мы уселись. Разделял нас низенький столик, точно такой же как в моей спальне. Боль отозвалась в лодыжке. Этот стол был до верха завален барахлом: отчеты о боевых действиях, какие-то исторические доклады, нечитанные чипы, последние электронные журналы по архитектуре. Закралось подозрение, что работает Антиллес именно здесь, с ногами забравшись на кушетку, а большой письменный стол — всего лишь декорация для посторонних.

— Корран, тебе нет нужды быть столь официальным.

— Извини, Ведж. Официальность — знак уважения. В эскадроне мы не удивились, когда тебя перевели в высшее командование. С Империей не шутят. Парни вытерпели даже последние четыре месяца, когда ты летал на низкой орбите и разгребал обломки, чтобы они кого-нибудь не пришибли. Но вместо того чтобы вернуться, ты осел на этом странном посту, и у многих из нас родилась одна и та же мысль: а в чем подвох-то? это ведь неспроста! спроста генерал ничего не делает… И кое-кто стал задавать вопрос: может быть, тебе просто нравится как это звучит — генерал Антиллес?

Ведж рассмеялся, ив его карих глазах я увидел подтверждение своим мыслям.

— Мне бы очень хотелось вернуться к вам. Но, знаешь, я одиннадцать лет воевал без передыха… все время что-то взрывал… Мы вернулись на Корускант, я увидел разрушенные дома, бездомных людей… тебя и Миракс… и я не знаю, но вдруг захотелось все это поменять. Исправить.

Он откинулся на спинку, прикрыв глаза. На какую-то секунду лицо напоминало трагическую маску забытого героя, но всего лишь на секунду. Потом непокорная прядь темных волос упала ему на глаза, он опять стал похож на подростка. Ведж взял в руки журнал по архитектуре.

— Когда-то очень давно, я еще жил с родителями на Гус Трета, у меня была мечта. Я мечтал иметь собственный дом — не на орбите, не в космосе, а на обычной планете — и строить невероятные здания. Потом случилось… ну, то что случилось, и я почти забыл о детских грезах, вспомнил о них только сейчас. Так что подвох в одном — я хочу, чтобы у людей на Корусканте был свой дом. Не знаю, застряну я здесь навсегда или нет, но сейчас я хочу заниматься именно этим.

Странное признание. Странные ассоциации. С одной стороны, хотелось громко протестовать, взывать к воинскому долгу, убеждать вернуться в эскадрилью. С другой — он казался таким счастливым… Только и осталось, что промямлить:

— Мы будем рады, если ты окажешься в наших рядах.

— Спасибо, — Ведж смахнул с глаз длинную челку. — Итак, что же тебя сюда привело? Визит вежливости?

— Нет. Скорее, вопль о помощи и о сострадании. Громкий вопль.

Ведж тут же стал сумрачнее и серьезнее:

— Что случилось, Корран?

— Миракс исчезла, и мне необходимо ее найти. Генерал Кракен в курсе ее местопребывания — он поручил ей задание, — но он не счел нужным поставить меня, ее мужа, в известность.

Ведж хмыкнул:

— А ты как думал! Ведь сломя голову помчишься в самое пекло и тем самым поставишь жизнь Миракс и всю операцию под угрозу.

— Сговорились вы что ли?! Понимаешь, Миракс в беде, и я должен помочь ей. Спрошу прямо — сможешь ли ты поговорить сенатором Органой Соло и повлиять на нее, чтобы она помогла мне с петицией у консула? Если консул прикажет Кракену, тому придется поделиться со мной информацией. Ты же… вроде как дружишь с Лейей Органой…

По мере того как нужные и правильные слова слетали с языка, я понимал, что все бесполезно. Даже если мой нынешний собеседник и поможет, консул никогда не подпишет подобный приказ.

Ведж не успел ничего сказать, потому что в кабинет ворвался долговязый парень с горящим взором. Еще один ассистент-друг-товарищ-и-брат? Нет, тут чин будет повыше.

— Секунду, и я исчезну, — вошедший оглянулся на напирающую на него сзади секретаршу хозяина кабинета, и на лице его отразилась вся гамма незатейливых эмоций. — Ведж, хочешь со мной на Кессель?

— Куда-куда? Это последнее место, где бы я хотел очутиться! — изумление в голосе генерала было неподдельным. — Спасибо за приглашение, конечно, Хэн, но у меня здесь есть дела.

— Какие еще дела?! Дела могут подождать! Строительные дроиды без тебя обойдутся! Тебе нужно лететь со мной, а все остальное. вполне реально поручить подчиненным, — Хэн Соло укоризненно взглянул на генерала и обратился ко мне, поприветствовав коротким кивком: — Извините, что прервал беседу.

— Вы знакомы? — с непередаваемой ухмылкой осведомился Антиллес.

Тон его мне не понравился.

— Нет, — признал я. — Но много слышал о генерале Соло. Его репутация безукоризненна.

Если я посчитал, что сумею этим признанием сбить широчайшую улыбку с физиономии Соло, то здорово ошибся.

— Уже не генерал, а гражданское лицо, спасибочки.

— Осторожно, Хэн, — предупредил его Ведж, — я не знаю, о какой из твоих репутаций идет речь, но на всякий случай не расслабляйся. Это капитан Хорн. Раньше служил в КорБезе.

Хэн, ничуть не смутившись, протянул мне руку:

— Что ж, тогда и я наслышан о ваших подвигах. А также о подвигах вашего отца.

— Моего отца?

— Он как-то раз сел мне на хвост. Пришлось вступить в Имперскую военную академию, чтобы стряхнуть его.

В голосе Хэна Соло прозвучали нотки самодовольства, по ассоциации они мне напомнили самодовольство и наглость контрабандистов и пиратов, и я почти возненавидел его за это — внезапно и на секундочку. Память услужливо подкинула информацию об этапах большого пути Хэна Соло. Контрабандист, авантюрист с большой дороги. Блистательная военная карьера и позорное изгнание, снова взлет и почести. Было что-то в его глазах и манере поведения, выдававшее в нем личность незаурядную и сильную. Конечно, проще всего высмеивать Соло, как мелкого торгаша, паразитирующего на принцессе Лейе, но подобные обвинения рассыпались, как только речь заходила о смелости Хэна во время сражений против Империи. Мужчина, который, отбросив корысть, сражается против зла, это мужчина. Возможно, его тогдашнее поведение — стремление добиться успеха или обыкновенное тщеславие. Возможно, и то и другое. Но в любом случае список преступлений и смертей, которые сделали из него личность, обширен.

— Рад вас встретить, сэр.

— Ну, раз ты из КорБеза, то предполагается, что я тоже буду называть тебя «сэр». Хотя этикет никогда не считался моей сильной стороной, — Хэн усмехнулся.

Ведж пригласил Хэна присесть, но тот остался стоять.

— Корран сейчас просил меня поговорить с твоей женой на одну очень важную тему. Ты помнишь Бустера Террика?

Лицо Хэна просияло:

— Бустера? Его трудно забыть. Он был легендой среди контрабандистов еще до того, как появилась Кореллия. Корран, это не твой папаша, загнал Бустера на Кессель?

— На пять лет.

— Большой срок, — Хэна аж передернуло.

— Корран женат на дочери легенды, — вставил провокатор Антиллес.

— Неужели? Забавно, меня всегда интересовало то, что развивается вопреки всем законам. Так и о чем ты хотел поговорить с Лейей?

Нет, я точно рехнусь, повторяя всем одно и то же!

— Миракс исчезла, и я хочу отыскать ее. Но Айрен Кракен скрывает местонахождение моей жены. Надеюсь, что консул поможет мне получить информацию.

— Я поговорю с Лейей. Но, как мне кажется, ты совершаешь ошибку — путаешь личное со служебным, — бровь бывшего контрабандиста взметнулась вверх. — Конечно, как женщина Лейя тебе поможет, но твое имя окажется в конце списка. Приоритеты в Новой Республики давно установлены. Хорошенько подумай о моих словах, прежде чем сделаешь роковой шаг. Лучше наслаждайся холостяцкой свободой.

— Понимаю, сэр.

— Как бы там ни было, разведка Новой Республики — не то место, где ты сможешь узнать что-либо о Миракс. Она продолжает летать на «Коньке-пульсаре»?

— Да, сэр.

— Перед тем как я отправлюсь на Кессель, Лейя заставит меня связаться кое с кем из тамошних обитателей, раз я в тех краях не в первый раз. Запущу ребятам слово, посмотрим, не видели ли «Конька» где-нибудь в любимых портах Миракс. Может, что и всплывет, — Соло разглядывал меня прищуренными глазами. — Но это все, чем я смогу помочь.

Я почувствовал, что улыбаюсь:

— Спасибо, Хэн. И несмотря на мою службу в КорБезе, меня можно называть по имени.

Хэн тоже улыбнулся:

— Галактика — огромное место, следовательно, поиски не будут легкими, так что желаю удачи, даже вопреки своему мнению. Вряд ли тебя остановят трудности.

— Вы правы.

— Возможно, и с вами пребудет Сила, — Хэн повернулся к своему другу.Так ты точно не хочешь на Кессель?

Антиллес решительно замотал темноволосой головой.

— Сегодня — нет. В другой раз. Последний раз, когда я там был, отбил всякую охоту вернуться. Еще одна встреча с Морутом Доолом меня не впечатляет. Он меня не любит. Сделай себе одолжение, не говори ему обо мне.

— Понял тебя. Когда я вернусь, дам знать, Корран, о своих достижениях, — и Хэн отсалютовал. — Удачного полета вам обоим.

Как только за Соло закрылась дверь, я рассмеялся:

— Он всегда сохраняет присутствие духа.

— Да, что есть, то есть.

— Кто бы взял смелость и объяснил ход мыслей Соло. Кстати… Не знаю, планировал ли ты встречаться с Йеллой, пока разгребаешь земную грязь, но если это произойдет, не говори с ней о Миракс. Она работает у Кракена, и потому я не хочу ее впутывать в эту историю.

— Я запомню, — Ведж хмурил брови. — Думаешь, нам с ней нужно опять… возобновить… знакомство?

Началось. Когда дело доходит до Йеллы, Антиллес — не разумнее новорожденного эвока.

— Вы двое слишком долго были поодиночке. Может быть, пришло время это исправить?

— Надеюсь…

Если он сейчас же не скажет «да», мне придется угнать строительный дроид и… и что я с ним буду делать?

— Вы отлично с ней ладили раньше. Вообще-то я думал, что у тебя были серьезные намерения.

— Были… и все еще есть… — он заерзал в кресле, как будто собирался протереть в нем дыру. — Я хотел рассказать ей о своих чувствах, а потом оказалось, что ее муж все еще жив… а потом он погиб… столько всего произошло. Тайферра, Призраки, Траун…

— Закон подлости. Должно произойти немало событий, прежде чем мы поймем, что нужно делать. Зачем связывать свою судьбу с первой встречной, когда есть женщина, готовая разделить с тобой Вселенную?

— Вы с Миракс доказали это. Кто знает, закончу со строительством… вдруг и в моей жизни еще будет счастье.

Смотрел он на меня с откровенной завистью.

— Как сказал Хэн, Галактика — большое место, но не думаю, что ты найдешь лучше, чем она. Эта женщина создана только для тебя. А жизнь есть жизнь. Когда она была легкой?

— Никогда, Корран.

Ну, наконец-то у него заблестели глаза. Он даже опять начал улыбаться. Только я обрадовался, как мой бывший командир взялся за прежнее:

— И все-таки прежде всего мы должны решить твою проблему.

— То есть?

— Люк. Он здесь, на Корусканте. Тебе нужно с ним поговорить. Найти Миракс — означает ввязаться в очередную политическую интригу, но если ты решил не отступать, то без джедая не обойтись. Верно?

 

Глава 5

 

Несмотря на ранний час, Ведж позвонил Люку Скайуокеру, и нас пригласили в Имперский дворец. Ведж арендовал флаер, привычно устроившись в кресле пилота. Мне всегда нравилась его манера вождения — резкая, чуть агрессивная, но полная уверенности и силы. Мы летели едва не касаясь вершин домов — по направлению к дворцу, то резко опускаясь вниз, то стремительно взмывая. Ведж резко завалил флаер на левый борт — машина проскользнула в невероятно узкую щель между двумя грузовиками,потом резко взял штурвал на себя. У меня заложило уши от перепада давления. На территорию дворца Антиллес ворвался так, будто собирался уничтожать наземные цели.

Я мельком взглянул на довольное лицо своего спутника.

— Верь или не верь, но ты уже тоскуешь по военным будням. Мирная жизнь не для тебя.

— «Тоска» — не мужское слово. Конечно, я уже сейчас скучаю по высоте и скорости. Но терпеть выходки подчиненных, которые только и думают, как бы поскорее отправиться на тот свет, и утихомиривать ваше общее эго… сожаление становится мимолетным. Да и к тому же нынче я выгляжу моложе и стройнее — без комбинезона и тяжелых ботинок.

Я не стал ему говорить, что он и в мешковатом комбинезоне и тяжелых ботинках был ниже всех ростом в эскадрилье. И во всем полку. А о том, чтобы выглядеть моложе, ему вообще никогда не приходилось и не придется заботиться.

— Раньше на этих ботинках оседала звездная пыль, сегодня — пыль политическая. Тебе не кажется, что цели несколько измельчали?

Пауза царапнула салон.

— По мелкой цели сложнее стрелять. Но в чем-то ты прав. Подумаю об этом. Завтра.

Впереди возвышался Имперский дворец. Массивное и величественное здание — воплощение мощи и угрозы врагу. По крайней мере, так задумывалось раньше. И почти удалось. Только самый внимательный мог бы заметить следы переделок — местные мастера попытались смягчить формы и сделать дворец более изящным. Получилось ли — судить трудно, мешал свет. Мелькающие прожекторы пересекались крест-накрест и затем образовывали причудливые хитросплетения. Рябило в глазах. Нет, не спорю, стало чуть веселее. Но лучше ли? При взгляде на Имперский дворец на ум приходило полузабытое слово — комплекс. Чего уж тут объяснять! Комплекс, он в любой Галактике комплекс.

Правительство Новой Республики попыталось переименовать Имперский дворец, и во многих компаниях склоняли здание, как только могли. То его называли Домом Республики, то просто и изысканно — Капитолием. Были еще варианты-однодневки. Ни одно из имен не прижилось: изменить стереотип подчас бывает гораздо сложнее, чем выиграть сражение. Народ упорствовал и не желал лингвистических перемен.

Ведж неплохо здесь ориентировался. Он уверенно набрал код, и мы беспрепятственно прошли внутрь, петляя по длинным коридорам. Цель — апартаменты джедая.

Плохой из меня покоритель лабиринтов: уже после второго поворота я перестал обращать внимания на залы, ниши и переходы. Лишь чувство нескончаемого пути. Смутные воспоминания теснились в моей бедовой голове, но времени поймать их не было. Внутренний интерьер — смесь всех стилей и эпох, эклектика. Доминирующие цвета — золотистый, синий и зеленый. Яркие цветовые пятна сменяли размытые панели — казалось, мы путешествуем по Галактике от системы к системе. Я уже бывал здесь, и с тех пор убранство залов, оставшееся еще от эпохи Императора, почти не изменилось. И. если их не назвали военными, то лишь потому, что никто не обращал сейчас на это внимания.

Дворец не изменился со времени моего последнего визита. Я всегда приходил сюда вместе с женой. Миракс весьма интересовалась искусством, ее знание стилей, направлений и биографий художников неизменно меня восхищало и ставило в тупик. Чтобы доставить ей удовольствие, я останавливал внимание на тех вещах, которые нравились Миракс, и равнодушно проходил мимо остальных. И меня вполне устраивало такое положение дел. Миракс обладала безупречным вкусом, и, следовательно, наши вкусы совпадали. Оцените пассаж. Поэтому сопровождать любимую женщину по музеям я почитал за честь. Сейчас краски померкли.

В апартаментах мастера Скайуокера меня уже ждали. Дверь отворилась прежде, чем мы дотронулись до нее Ведж ни секунды не колебался и вошел. Я последовал за ним. Огни, расположенные внизу, мягко освещали помещение. И хотя палаты считались проявлением имперского стиля, все же до безвкусных статуй в виде крылатых праведников и героев дело не дошло. По стенкам — полки, на одной скопились чипы и прочие необходимые в работе документы. Тут же — летный шлем, пара подлинных джедайских вещичек. Остальные полки были пусты.

Обстановка напомнила мне наш прежний счастливый дом с Миракс. Минимум вещей и свобода пространства делали наше жилище самым лучшим во Вселенной. Время там текло медленно, и казалось, мы будем счастливы вечность, пока шторм потери не свел все на нет.

Люк выглянул из маленькой кухни. Он был рад нашему визиту:

— Ведж, старина, как я рад тебя видеть! И вас тоже, капитан Хорн! Хотите что-нибудь выпить?

— Каф, если он, конечно, у тебя есть, — Ведж с удовольствием потянулся. — Он у тебя получается достаточно крепким, чтобы я проснулся.

— Момент — и все будет готово!

Светлые глаза Люка сверкнули. Когда мы с ним встречались, я всегда чувствовал внутреннюю силу, исходящую от джедая. Но сейчас в нем что-то надломилось. Внешне Люк выглядел неплохо, хотя заметно нервничал, крути под глазами свидетельствовали о долгих ночных раздумьях и бессоннице. И хотя мы примерно одного возраста, Люк казался старше. Знание старит, а опыт разочаровывает.

— Так, а что для вас, капитан? Я держу здесь немного бледно-голубого эля для Хэна. И еще есть немного горячей какавы.

Я подумал и отрицательно мотнул головой. Лучше бы этого не делал: усталость сказалась сразу.

— Нет. Слишком рано для выпивки. Вдобавок опасаюсь, что начав, не захочу остановиться. А время дорого.

— Аргументация выше всяких похвал! — Люк указал на удобные кресла. — Так почему бы не объяснить, в чем заключается проблема?

Мягкий тон слегка меня успокоил и помог загнать эмоции вглубь.

Ведж сел справа от меня, Люк пристроился напротив.

Сделав вдох, я в очередной раз начал свой рассказ:

— Моя жена, Миракс, исчезла. Она отправилась в неизвестном направлении по заданию генерала Кракена. Суть заключается в том, что если она обнаружит местонахождение крейсера «Враждебный», то мы навсегда сможем с ними покончить. Рейды Леонии Тавиры уже надоели многим. — Я прикусил губу, заколебавшись на мгновение. — На ее решение повлияли наши ссоры и отсутствие детей. Я поставил условие — только когда последний пират исчезнет, мы позаботимся о прибавлении в семействе. Миракс не нашла ничего лучше, как отправиться к генералу Кракену. А тому только и подавай добровольцев, готовых на смерть во имя идеи. Если бы не мое упрямство, она не осмелилась бы на подобную глупость.

Люк участливо дотронулся до меня:

— Успокойся. И подумай. Хорошо подумай. Ты построил здание, хрупкое, почти ирреальное, но это здание стоит отнюдь не на песке.

— Что вы имеете в виду?

— Капитан, ваша основная ошибка в том, что вы берете ответственность за все действия жены, однако это неправильно, и так не должно быть, — Люк говорил шепотом, но я отчетливо слышал каждое слово. — Она могла отправиться к Кракену исходя из сотни причин, каждая из них имеет вес — и какой вес! Да, она хотела помочь вам и Разбойному эскадрону в благом деле. А что ты, собственно, хотел — женщины, они такие… Им всегда надо, чтобы здесь и только сейчас. Вы думаете, что она подчинилась вашему решению, на самом деле Миракс хотела вас спасти. Вас и ваших товарищей.

Ведж одобрительно выдохнул:

— Согласись, Корран, Люк сейчас объяснил все предельно ясно и четко.

Ясно и четко. Когда дело касается других, легко давать советы и сыпать мудрыми изречениями. Почему же мы так теряемся и глупеем от собственных бед и проблем?


Дата добавления: 2015-11-03; просмотров: 45 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
2 страница| 4 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.031 сек.)