Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Категория «деятельность» в психологической науке. Предварительные определения объекта и предмета психологии

ВВЕДЕНИЕ В ПСИХОЛОГИЮ | ISBN 5-7695-2243-7 (т. 1) ISBN 5-7695-2051-5 | ОТ АВТОРА | Психология и естественные науки | Психология и общественные науки | Психология и технические науки | Другие отрасли психологии, в том числе фундаментальные | Отрасли психологии как система | Психология — наука или искусство? Психологическая наука и психологическая практика | Проблема соотношения житейской и научной психологии |


Читайте также:
  1. I. Внесение сведений в форму ДТС-1 при использовании метода определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимыми товарами
  2. I. Наименование объекта культурного наследия
  3. I. ОПРЕДЕЛЕНИЯ КУЛЬТУРНОГО И ПРИРОДНОГО НАСЛЕДИЯ
  4. II. В следующих предложениях подчеркните определения, выраженные именем существительным, и переведите эти предложения на русский язык.
  5. II. Внесение сведений в форму ДТС-2 при использовании метода определения таможенной стоимости по цене сделки с идентичными товарами
  6. II. Основные определения
  7. II. Порядок разработки и определения технологических сроков

В деятельностном подходе, подробный рассказ о котором у нас впереди, категория деятельность считается исходной в системе

1 Здесь мы говорим о человеческой деятельности как главном объекте психологического изучения; однако у животных есть свои специфические формы деятельности, которые изучаются в зоопсихологии и сравнительной психологии.

психологических категорий1. Деятельностью называется система различных форм реализации отношений субъекта к миру объектов2. Так определял понятие «деятельность» создатель одного из вариантов деятельностного подхода в психологии Алексей Николаевич Леонтьев (1903— 1979). Для понимания этого определения необходимо обратиться к понятиям субъекта и объекта, которые являются соотносительными философскими категориями. Под субъектом, читаем мы в недавно изданной Новой философской энциклопедии, понимается «носитель деятельности, сознания и познания» [59, 659]; под объектом — «то, на что направлена активность (реальная и познавательная) субъекта» [57, 136]. Без субъекта нет объекта и наоборот. Это означает, что деятельность, рассматриваемая как форма отношения (точнее, форма реализации отношения) субъекта к объекту, является осмысленной (необходимой, значимой) для субъекта, она совершается в его интересах, но всегда направлена на объект, который перестает быть «нейтральным» для субъекта и становится предметом его деятельности.

Таким образом, мы ввели еще одно понятие — предмет, которое определяется как философская категория, «обозначающая некоторую целостность, выделенную из мира объектов в процессе человеческой деятельности и познания» [114, 329]3. Как исходно неразделимы субъект и объект, так же неразделимы деятельность и предмет (поэтому постоянно говорят о «предметности» деятельности; «беспредметной» деятельности не бывает). Именно благодаря деятельности объект становится предметом, а благодаря предмету деятельность становится направленной. Таким образом, деятельность объединяет понятия «субъект» и «объект» в неразделимое целое.

А. Н.Леонтьев

1 К созданию этого психологического направления причастны выдающиеся отечественные психологи С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, П.Я.Гальперин, Д. Б. Эльконин и другие. Здесь и далее мы будем говорить о том варианте деятельностного подхода в психологии, который был создан А.Н.Леонтьевым и его школой.

2 Здесь термин «деятельность» употребляется в широком смысле слова. В узком смысле деятельностью называется отдельная «единица» жизни субъекта, побуждаемая конкретным мотивом, или предметом потребности (А.Н.Леонтьев).

3 В менее строгом смысле предметом называется объект (вещь). В современной философской литературе, как мы уже говорили, наблюдается тенденция отождествлять понятия «объект» и «предмет».

Для иллюстрации этого кажущегося, вероятно, чрезвычайно абстрактным положения приведем конкретный пример превращения ненаправленной активности субъекта в направленную на определенный предмет деятельность. Этот пример взят из исследований австрийского этолога Нобелевского лауреата Конрада Лоренца (Lorenz, 1903—1989) поведения птенцов выводковых птиц (например, гусят или утят), только что вылупившихся из яиц (впрочем, сам К.Лоренц не описывал изучаемые им феномены в философских терминах «субъект», «объект» и т.п.; это делаем мы в целях иллюстрации вышеизложенных положений). Для продолжения существования в незнакомом для птенца мире объектов он как субъект должен «вписаться» в него, учитывать его свойства и взаимосвязи. В момент вылупления активизируется генетически заданная программа — найти тот объект, за которым птенец будет следовать до тех пор, пока не начнет самостоятельную жизнь. К.Лоренц говорил о том, что у птенца возникает специфическая «энергия действия» (другие авторы, например А.Н.Леонтьев, говорили об актуализации у птенца потребности следования), требующая своей разрядки (удовлетворения).

Однако объект, способный «разрядить» ситуацию напряжения («опредметить» потребность), еще не найден и должен быть обнаружен в результате специфической (хотя по времени и не долгой) поисковой активности птенца. При встрече с этим объектом (им, как правило, оказывается мать) происходит снятие напряжения (по К.Лоренцу), или опредмечивание потребности (по А. Н.Леонтьеву), и теперь выделенный из мира объектов предмет становится предметом потребности птенца и направляет его деятельность (он следует за матерью). При этом происходит так называемый импринтинг запечатление (буквально: «впечатывание») образа именно этого объекта в памяти птенца. Теперь отношение субъекта (птенца) к миру объектов приобретает подлинно деятельностный характер: эта деятельность имеет определенный смысл для субъекта (обеспечивает его защиту от возможных опасностей), направлена на конкретный предмет (за которым птенец следует) и им (этим предметом) фактически определяется.

Важно подчеркнуть, что образ конкретного объекта не записан в генетической программе птенца — в ней имеются лишь возможные и довольно общие параметры объекта, который в результате поисковой активности птенца становится предметом его последующей деятельности. Это должен быть первый попавший в поле зрения птенца объект, который движется и имеет определенный угловой размер1. Если бы в генетической программе птенца был бы жестко записан образ необходимого объекта, то мно-

1 Это означает, что за меньшим по размеру объектом птенец будет следовать на меньшем расстоянии до него, за большим — на большем (угловой размер предмета будет и в том и другом случае одинаковым).

гие гусята погибли бы, так как цвет оперения матери, ее размеры и иные индивидуальные особенности могли бы не подойти под имеющийся образец. Однако, если вместо матери перед взором птенца окажется иной движущийся объект — например, сам К.Лоренц или мяч, который он тянул перед птенцом за веревочку, и т.п., — импринтинг все равно происходит — и с этого момента птенец следует только за данным предметом. Иногда подобные драматические для птенца случаи происходили вне рамок эксперимента. Однажды птенец журавля вылупился из яйца в тот момент, когда мать отлучилась. Недалеко от гнезда, сооруженного на обочине поля, по полю перемещался трактор — и птенец буквально через несколько минут после вылупления зашагал за движущимся трактором [137].

Деятельность как связь субъекта и объекта имеет сложную структуру (подробнее см. в главе 5). Кратко перечислим составляющие этой структуры. Каждая отдельная деятельность побуждается мотивом (мотив — предмет потребности, то, ради чего осуществляется та или иная деятельность; отметим, что сам субъект может не осознавать свои мотивы, т.е. не отдавать себе в них отчета). Побуждаемый тем или иным мотивом к деятельности, субъект ставит перед собой определенные цели, т.е. сознательно планирует своими действиями достичь какого-либо желаемого им результата. При этом достижение цели всегда происходит в конкретных условиях, которые могут меняться в зависимости от обстоятельств, и тогда мы говорим о способах осуществления действий — операциях. Наконец, субъект выступает в процессе совершения им той или иной деятельности как организм со своими психофизиологическими особенностями, и они также вносят свой вклад в специфику совершаемой субъектом деятельности.

С точки зрения школы А. Н.Леонтьева, знание свойств и структуры человеческой деятельности необходимо для понимания психики человека. Для предварительного определения объекта и предмета психологической науки представим возможное соотношение категорий «деятельность» и «психика». С этой целью рассмотрим деятельность с динамической (процессуальной) стороны.

Традиционно в деятельностном подходе выделяются несколько динамических составляющих («частей», или, точнее, функциональных органов') деятельности2, необходимых для ее полноцен-

1 Слово «часть» здесь поставлено в кавычки потому, что речь не идет о выделении в деятельности каких-то отделяемых друг от друга «кусков»; поэтому чаще мы будем называть составляющие деятельности ее функциональными органами. Мы используем термин «функциональный орган» в определении, данном когда-то отечественным физиологом и философом А.А.Ухтомским: это временное сочетание сил, способное совершить определенную работу.

2 Обычно в деятельностном подходе говорят о «частях» действия, а не деятельности. В данном случае мы не видим необходимости разделять эти понятия.

ного осуществления. Главными из них являются ориентировочная и исполнительная составляющие, функциями которых выступают соответственно ориентировка субъекта в мире и исполнение действий на основе полученного образа мира в соответствии с поставленными им целями.

Разберем чуть более подробно задачи каждой из них. Задачей исполнительной составляющей деятельности (ради которой деятельность вообще существует) является не только приспособление субъекта к миру объектов, в котором он живет, но и изменение и преобразование этого мира.

Приведем пример из художественной литературы (из произведения А. И. Куприна «Молох»), в котором деятельность предстает прежде всего в ее исполнительной функции: «Еще дальше, на самом краю горизонта, около длинного товарного поезда толпились рабочие, разгружавшие его. По наклонным доскам, спущенным из вагонов, непрерывным потоком катились на землю кирпичи; со звоном и дребезгом падало железо; летели в воздухе, изгибаясь и пружинясь на лету, тонкие доски. Одни подводы направлялись к поезду порожняком, другие вереницей возвращались оттуда, нагруженные доверху. Тысячи звуков смешивались здесь в длинный скачущий гул: тонкие, чистые твердые звуки каменщичьих зубил, звонкие удары клепальщиков, чеканящих заклепы на котлах, тяжелый грохот паровых молотов, могучие вздохи и свист паровых труб и изредка глухие подземные взрывы, заставлявшие дрожать землю.

Это была страшная и захватывающая картина. Человеческий труд кипел здесь, как огромный, сложный и точный механизм» [53, 7—8].

Однако для полноценного осуществления исполнительной функции деятельности ее субъекту необходимо ориентироваться в свойствах и закономерностях объектов, т.е., познав их, уметь изменить свою деятельность (например, использовать те или иные конкретные операции как способы осуществления действий в определенных условиях) в соответствии с познанными закономерностями. Именно это является задачей ориентировочной «части» (функционального органа) деятельности. Как правило, человек должен, прежде чем что-то делать, сориентироваться в мире для построения адекватного образа этого мира и соответствующего ему плана действий, т.е. ориентировка должна забегать вперед исполнения. Так чаще всего поступает взрослый человек в обычных условиях деятельности. Однако на ранних ступенях развития (например, у маленьких детей) ориентировка совершается в процессе исполнения, а иногда и после него. Например, в одном из психологических экспериментов школы А.Н.Леонтьева, проведенных еще в 30-е гг. XX в. В. И.Лениным, ребенок полутора-двух лет, решая задачу на открытие запора ящика, где лежит привлекающая его игрушка, не исследует запор, прежде чем открыть ящик: он просто пытается открыть его различными доступными

ему способами и в процессе различных действий (в том числе не приводящих к успеху) познает закономерности устройства запора (т.е. исходно познание осуществляется в форме реальных практических действий). Лишь гораздо позже ориентировка, которая ранее «плелась в хвосте» исполнения, начинает забегать вперед него.

На наш взгляд, именно ориентировочная функция деятельности (или, иначе говоря, функциональный орган деятельности, решающий задачи ориентировки в мире) и есть психика. Последняя изначально неотделима от деятельности. Поэтому для понимания психики как функционального органа деятельности необходимо изучение структуры и динамики деятельности вообще.

Вернемся теперь к перечисленным в § 2 явлениям, которые выступали в разные годы и в разных школах предметом эмпирического изучения в психологии. Мы утверждали, что все эти явления имеют нечто общее, так как выступают формами существования, выражения и результатами каких-либо форм деятельности. Рассмотрим данное положение более подробно.

Явления внутреннего мира представляют собой особую «внутреннюю» форму существования деятельности и ее результатов. В самом деле, возьмем, к примеру, решение той или иной алгебраической задачи человеком «в уме». Процесс решения, несомненно, деятельность, так как предполагает ту или иную заинтересованность субъекта в решении и при этом направленность его активности на определенный объект, который становится в данном случае предметом умственного действия субъекта. Полученное в результате процесса решения новое знание, которое представляет собой «понимание» принципа решения данной задачи, переживается также как «внутреннее явление». Все явления внутреннего мира (переживания, образы, воспоминания и т.п.) выступают либо в форме процессов, либо в форме результатов какой-либо деятельности (как в ее «внутренних», так и «внешних» формах1).

Бессознательные процессы также имеют непосредственное отношение к деятельности. С точки зрения школы А. Н.Леонтьева,

1 Слова «внутреннее» и «внешнее» поставлены в кавычки неслучайно. В психологической теории деятельности признается определенная условность разделения деятельности на ее «внешние» и «внутренние» формы. Так, например, явно внешняя деятельность — хождение по специально сконструированному как аттракцион лабиринту с высокими стенками в поисках выхода из него — приводит рано или поздно к формированию «во внутреннем плане» образа этого лабиринта (своеобразной «когнитивной карты») как «свернутого» опыта «внешних» действий. Напротив, результаты произведенных в уме расчетов участвуют как необходимое ориентировочное звено в реальной внешне-практической деятельности (например, в построении математически выверенного архитектурного сооружения). О соотношении понятий «внутренняя деятельность» и «психика» см. главу 6.

деятельность человека всегда побуждается каким-то конкретным мотивом, который часто (или даже как правило) не осознается1.

Поведение человека (как внешне наблюдаемая реальность, изучаемая в бихевиоризме) выступает внешним проявлением деятельности, но необходимо помнить, что «пружины» деятельности (ее мотивы — то, ради чего деятельность совершается) скрыты от прямого внешнего наблюдения.

Общественные отношения не существуют иначе, как в формах человеческой деятельности и общения (последнее многими авторами рассматривается как особый вид деятельности). Вспомним приводимый выше пример из «Молоха» А.И.Куприна — отдельные трудовые операции каждого рабочего по изготовлению какого-либо «промежуточного» продукта являются необходимым звеном деятельности всего коллектива, направленной на изготовление «окончательного» продукта. В данном случае формой реализации общественных отношений выступает конкретная трудовая деятельность человеческого сообщества. Общение людей друг с другом также можно рассматривать как деятельность, т.е. как форму реализации особого отношения субъекта к объекту — этим последним в данном случае выступает другой человек. Это вовсе не означает, что другой человек перестает быть субъектом и выступает лишь объектом манипуляций другого человека (хотя и так бывает). Это значит, что общение с другим человеком, как и любая деятельность, всегда чем-то мотивировано, направлено на реализацию каких-либо целей общения, опосредствованно соответствующими «орудиями» общения и т.д.

Предметы материальной и духовной культуры выступают непосредственными результатами различных форм деятельности субъекта. Деятельность как бы умирает в предмете, превращаясь в его свойства. Мы часто говорим о «душе» предмета — это перед нами предстал теперь уже в предметной форме создавший его субъект и его деятельность — его мысли, его чувства, его желания, его видение мира и себя в нем. Так, в статуях известного французского скульптора О. Родена воплощен его взгляд на отношения мужчины и женщины. В «Седьмой» («Ленинградской») симфонии Д.Д.Шостаковича нашли отражение размышления композитора о странностях истории: как мог народ, давший миру Л. Бетховена, принять фашизм! Когда мы, напротив, используем предметы (пьем из созданной другим человеком чашки, слушаем написанную кем-то симфонию и т.п.), мы «распредмечиваем» скрытые в них результаты человеческой деятельности, превращая

1 Впервые об этом научно обоснованно заговорил З.Фрейд, открывший пути эмпирического изучения бессознательных мотивов (влечений). Другие бессознательные явления (установка, автоматизированные операции и т.п.) также выполняют свои особые функции в деятельности (см. главу 7).

их в наше собственное достояние, приобщаясь к мыслям, чувствам, смыслам другого человека.

Наконец, телесные (физиологические) процессы не просто сопровождают деятельность — без них никакая деятельность вообще не была бы возможна. Однако они не определяют деятельность. Они являются формами реализации различных деятельност-ных структур (подробнее см. главу 9).

Вышесказанное дает нам право утверждать, что все феномены, изучаемые психологами разных школ, представляют собой многообразие форм существования, механизмов реализации и результатов человеческой деятельности. Именно деятельность, на наш взгляд, и является объектом психологической науки, т.е. той реальностью, которая может и должна изучаться не только психологами, но и представителями других наук (например, социологии, эргономики, педагогики и др.). Предметом же психологии (т.е. той стороной объекта, которая выделяется в специфической исследовательской деятельности только представителями данной науки) выступает ориентировочная функция различных форм (внешней и внутренней) этой деятельности, т.е. психика.

Подробное обоснование данного вывода мы оставим на будущее, поскольку оно предполагает более фундаментальное знакомство с основными понятиями психологической науки, в частности понятием «психика» (научному определению которого посвящена глава 6) и понятием «деятельность» (см. главу 5). В данном параграфе мы ограничились самыми общими, предварительными определениями понятий объекта и предмета изучения, необходимых для каждой науки.


Дата добавления: 2015-07-11; просмотров: 84 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Трудности определения предмета психологической науки| Место психологии в системе наук

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.01 сек.)