Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Не осуждайте нас://ficbook.net/readfic/1668977 9 страница



И тебе привет, - ответил Жак. – Познакомьтесь, кстати. Софи – это Юра, осветитель работает со студийной техникой и прочим, Юра – это Софи.

 

Да точно, девушка, которую Жак собирался привести сюда на фотосессию. Приятно познакомиться, - Юра доброжелательно пожал мне руку, и мы смогли пройти в дом.

 

Интересно, что я ожидала увидеть? Маленькое модельное агентство и толпу людей в смокингах, носящих на себе поблескивающую в лучах дневного света аппаратуру? Забавно, войдя, я увидела огромный уютный зал с деревянными стенами и кафелем на полу. В одном углу стоял стол на восемь человек, а в другом - телевизор и пара светлых бежевых диванов. За барной стойкой в центре зала сидели две девушки в спортивных костюмах со странными пучками на голове. Я сразу подумала, что это модели ввиду их роста и красивых черт лиц, но именно в тот момент они, видно, были еще не в «рабочем» состоянии.

 

Еще было небольшое пространство, которое, будучи очертанным тумбами, по-видимому, служило кухне с холодильником, плитой и разными шкафчиками светлых тонов. Прямо перед ним на полу, на клеенчатой бумаге, низенький, но крепкий парень с темными волосами раскладывал какие-то железяки, штативы, закрепы и другие разные вещи, очертания которых в этой куче я разобрать просто не смогла.

 

Еще несколько рабочих бегали от холодильника к кофеварке или от телевизора к парню с аппаратурой. Модели громко хохотали, допивая чай с зефиром, а сверху слышался топот нескольких ног. В общем, обстановка больше напоминала домашнюю, нежели пафосную рабочую.

 

Жак! – воскликнули девушки, как только мой спутник вошел следом за мной в зал.

 

Привет. Аня с вами, по-видимому, еще не работала? – равнодушно спросил Жак, кладя нашу с ним верхнюю одежду на подоконник, поверх кучи другой чужой одежды.

 

Нет, тебя же нет, вот мы и сидим в каком-то непонятном состоянии, - произнесла девушка со светлыми волосами, откусывая кусок зефира.

 

Лиля, это состояние называется плачевным. Доедайте давайте и бегите к ней, чтобы через час одеты, накрашены и умыты были. И так опаздываем.

 

Жак деловито ходил по залу, пожимая руки всем, кто суетливо носился с места на место. Девушки же, недовольно фыркнув, встали с высоких стульев и ленивой походкой поплелись наверх, по-видимому, к той самой Ане, которую я видела еще тогда в башне Moscow City.



 

Я чувствовала себя немного не к месту и ловила какие-то странные неопределенные взгляды со всех этих безумно занятых людей. Заметив мою неуверенность, Жак кивнул мне в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, и я пошла за ним.

 

Наверху было еще хуже, чем внизу. Здесь, по коридору туда-сюда сновали люди только одного типа – красавцы и красавицы. Несколько парней с идеальными прическами и ярко выраженными чертами лица, девушки с волосами, достающими до талии – они все деловито расхаживали по комнатам, и каждый раз бросали на меня все более и более неприятный взгляд.

 

Ого, модель-коротышка, таких, как ты, еще не встречал, - театрально и даже надменно произнес один из парней-моделей, у которого были каштановые волосы и зеленые, словно изумруды, глаза.

 

Тебя как зовут? – резко развернувшись к парню лицом, спросил Жак.

 

Леша Макаров, - тут же ответил шатен, не убирая с лица эту самодовольную ухмылку.

 

Знаешь, кто я?

 

Эм, нет, - Леша слегка заерзал, мечась по коридору глазами.

 

Я - главный фотограф, человек, который будет говорить тебе, как встать, чтобы пустота твоей башки не была столь очевидна. Ты - тот парень, у которого это - вторая работа за три месяца. Сделай одолжение, закрой рот и не высовывайся, - Жак говорил холодно, смотря Леше прямо в глаза. Даже мне стало не под себе от сказанного им.

 

Да, я… Простите.

 

Парень тут же исчез в одной из комнат, а мы с Жаком продолжали в молчании под рабочий шум идти в какую-то из комнат. Наконец-то он свернул в одну из них, которая, как мне показалось, служила гримерной в этом доме. Знакомая мне еще с того дня Аня стояла над девушкой в кресле перед огромным зеркалом на стене и что-то колдовала с ее волосами.

 

Привет, - сказал Жак.

 

Аня тут же отвлеклась от работы и перевела свой удивленный взгляд на Жака, стоявшего рядом со мной в дверном проеме.

 

О мой бог, дорогой! – Аня оторвалась от модели и нежно приобняла Жака за плечи. - Софи, и ты тут!

 

Она, к моему удивлению, так же обняла и меня с все той же нежной, почти материнской улыбкой на лице.

 

Как идут дела? – серьезно спросил Жак, смотря на «недорисованных» девушек.

 

Хорошо, скоро начинаем?

 

Да, – на лице Жака заиграла предвкушающая улыбка, и я не смогла не поддаться ей в своих мыслях.

 

========== Глава 31.1 "Неожиданность, порождающая возможность" ==========

<i>Всегда говори то, что чувствуешь, и делай то, что думаешь! Молчание ломает судьбы.

 

Пауло Коэльо</i>

 

_______________________________

 

Фотосъемка проходила на пристани. Сквозь густые облака, наполненные снегом, едва-едва пробивалось уходящее солнце. Жак объяснил мне, что лучшее время для съемки на улице – это либо рассвет, либо закат.

 

Таким образом, уже в пять часов вечера того дня, я, стуча зубами от холода, наблюдала за тем, как Жак увлеченно занимается своим делом. Вся команда вместе с осветителями, свободными моделями и помощниками замирала, смотря на его работу.

 

Попробуй встать лицом к свету, – стоя у штатива, Жак давал модели разные указания. - Правильно, только не щурь глаза.

 

Девушка была в свободном, струящемся, белом платье с белыми кружевами. Я наблюдала за тем, как она стойко выдерживает минуты на таком холоде без всякой теплой одежды, что заставило меня немного поменять свои взгляды на работу модели.

 

Софи! – мои размышления прервал Жак, оторвавшийся от камеры на секунду.

 

Я подошла к нему чуть ближе, пока место модели в белом платье сменял парень в красном костюме.

 

Принеси из машины тот фотоаппарат, что я тебе подарил. Попробуй сделать несколько снимков.

 

А мне можно? – удостоверилась я прежде, чем убежать за подарком.

 

Конечно, я его уже настроил, так что...

 

Хорошо, скоро буду, - не дослушав Жака, я рванула к машине, однако, мне удалось заметить его добрую, снисходительную улыбку.

 

После мне удалось сделать несколько удачных кадров. Жак давал мне советы в перерывах между сменами моделей. Он рассказывал мне что-то про свет, про баланс белого, про горизонт. Все, что он говорил, казалось мне жизненно-важным. Нет, это действительно было важным.

 

***

 

Когда на улице окончательно стемнело, вся команда собрала нужную аппаратуру и вернулась в дом. Аня заварила горячий чай и усадила меня на место за барной стойкой, чтобы я смогла отогреться. После девушка уехала домой праздновать новый год.

 

Жак, стоит заметить, продолжал работать. Он так же, как и все, собирал осветительные приборы и носил тяжелые предметы со второго этажа вниз. Не нужно быть профессионалом, чтобы понять, что это не его работа. Вокруг было еще человека четыре помощника, которые справились бы и без него, но он все равно занимался этим.

 

Замерзла? – я почувствовала, как что-то мягкое легло на мои плечи.

 

Жак подошел ко мне сзади и накрыл теплым клетчатым пледом.

 

Да, немного, - отпивая щедрый глоток чая, сказала я, - но мне правда понравилось.

 

Я знаю, ты так восторженно прыгала от одного места к другому с новым фотоаппаратом, – он сел на второй стул рядом со мной и нежно обхватил мои руки своими, - не слишком сложный?

 

Нет, но мне с ним еще разбираться и разбираться, - едва сдерживая улыбку, сказала я.

 

Я помогу, – одна его рука коснулась моей раскрасневшийся от холода щеки, а сам он наклонился чуть ближе к моему лицу, - скоро ехать.

 

Да, знаю.

 

Наверное, уезжать не хочется?

 

Ты прав, я бы осталась тут еще на неделю, - по моему лицу скользнула горькая улыбка. Жак улыбнулся мне точно так же, а после легонько прикоснулся своим губами к моим, отчего стало очень тепло. Теплее, чем от чая.

 

Эй, не хочется вас прерывать, но, - мы не заметили, как к нам подошел Юра. Пришлось оторваться друг от друга, - мне звонила Аня, у нас проблемы.

 

Что случилось? – равнодушно спросил Жак, желая, по-видимому, как и я, продолжать начатое.

 

На дороге, ведущей к шоссе, случилась авария. Несколько деревьев повалилось вслед за энергостолбом. В обход никак не проехать.

 

Новость огорошила не только Жака, но и меня. Мы и думать забыли о том, что делали до этого.

 

Аня звонила в службу спасения? – озабоченным голосом спросил Жак.

 

Да, и, видимо, не первая. Там такая сильная метель и снегопад, что просто невозможно подобраться. До завтрашнего утра все останется, как есть. – Юра только пожал плечами, - все дороги занесены сугробами.

 

Твою мать… - Жак медленно поднялся со стула, отпуская мою руку. - Ты всем уже сказал?

 

Да, девчонки чуть не плачут. Праздник, вроде как, а домой вернуться нельзя.

 

Неудивительно, для многих это была редкая возможность побыть с семьей. Ладно, собери всех внизу, будем думать, что делать. Я пока позвоню родителям Софи.

 

Я сама могу им позвонить, - мне не хотелось, чтобы Жак вел себя так, словно он мой опекун.

 

Будет лучше, если это сделаю я.

 

Жак, да ладно тебе, - Юра дружески хлопнул Жака по плечу, - с чего это ты будешь оповещать ее родителей?

 

С того, что ей шестнадцать, и я несу за нее ответственность, - Юра тут же напоролся на холодный тон и взгляд Жака. Даже у меня пробежали по телу неприятные мурашки. Больше сопротивляться не хотелось.

 

Оу, прости, не знал, что ты несовершеннолетняя.

 

Юра выглядел немного ошарашенным, однако, не найдя больше слов, он все-таки пошел наверх, чтобы позвать остальных.

 

Жак достал из кармана темных джинс телефон и, узнав у меня номер, набрал родителей.

 

Пока вся команда постепенно собиралась на первом этаже, усаживаясь за стол и за диван, главный фотограф серьезным тоном объяснял ситуацию моим родителям. От знания того, что он сейчас с ними говорит, я неловко ерзала на одном месте.

 

Через минуту он нажал кнопку отбоя и отправился в сторону всех собравшихся.

 

Все уже в курсе дел? – громко спросил он.

 

Да… - ответили несколько девушек, заметно поникнувших с момента фотосъемки.

 

Мы, в любом случае, не сможем вернуться домой до завтрашнего дня. Мне правда жаль, что некоторые не смогут побыть с семьей, но это не повод для страдания в Новый Год, - спокойно говорил Жак. - Олег, ты, кажется, говорил, что здесь неподалеку есть небольшой магазин?

 

Да, буквально в километре отсюда, если ехать в сторону деревень, - ответил светловолосый парень в белой майке.

 

Юр, съезди туда вместе с Олегом на своем джипе. Думаю, по здешним дорогам следует ехать на твоей машине.

 

Мы что, будем праздновать Новый Год тут? – удивленно спросила одна из моделей.

 

К сожалению, другого варианта нет. Праздновать в любом случае лучше, чем сидеть и плакаться маме в трубку, - по лицу Жака проскользнула улыбка, и я тоже улыбнулась.

 

Посидев еще с минуту в шоковом состоянии, все начали постепенно расходится по своим делам. Юра с Олегом оделись и уехали в тот магазин, о котором говорили. Девушки побежали наверх, чтобы привести себя в божеский вид, а уже через пятнадцать минут в дверях показалась недовольная Аня с взъерошенными от сильного ветра волосами.

 

Это же надо! В Новый Год! Это был мой единственный выходной! – поправляя волосы у зеркала, недовольно говорила Аня. Пригладив их кое-как, она бросила на меня взгляд. - Ну, раз уж придется праздновать здесь… Софи, не хочешь, чтобы я тебя слегка подкрасила? – она сощурила глаза, будто прикидывая мой возможный внешний вид.

 

Я… ну… - я с трудом представляла себя с тонной косметики на лице.

 

Я бы посмотрел на это, - ехидно улыбаясь и не отрывая глаза от телефона, тут же сказал Жак, что быстро изменило мой выбор.

 

Хорошо, - уповая на удачу, сказала я.

 

***

 

Ты уверена? – спрашивала я у Ани, спускаясь вниз по лестнице.

 

Конечно! Ты такая милая во всем этом. Жак просто челюсть уронит, я тебе это гарантирую, - быстро тараторила Аня, идя следом за мной.

 

Ну конечно. Если я когда-нибудь увижу хоть какую-нибудь эмоцию за его спокойствием, я от счастья с ума сойду, - не сдерживая саркастического тона, ответила я, и она, понимая о чем я говорю, засмеялась.

 

Внизу уже все было готово к новому году. Накрытый купленной едой стол, много бутылок с дорогим алкоголем, девушки, суетящиеся у плиты в коротких платьях и с пышными прическами. Кто-то из осветителей помогал на кухне. Еще пару парней уже начали распивать виски у дивана. Жак, к моему удивлению, в одиночестве сидел за ноутбуком у барной стойки. Рядом с ним стоял небольшой стакан с алкоголем.

 

Я подошла к нему чуть ближе и легонько постучала его по плечу, требуя внимания к своей персоне.

 

Жак повернулся ко мне лицом и ошарашенно округлил глаза. На мне было короткое бежевое платье свободного кроя из коллекции нарядов для фотосъемки. Аня сделала мне легкий макияж, который почти не чувствовался, и уложила волосы. Наверное, у меня было такое же, как у него лицо, когда я увидела себя в зеркало. Он немного приоткрыл рот, правильно подбирая слова, но, в конечном счете, просто улыбнулся и притянул меня к себе за талию.

 

Жак, ты можешь считать это моим подарком тебе на Новый Год, - театрально взмахнув рукой, сказала Аня и отправилась к остальным за стол.

 

Жак ничего не ответил. Он все так же нежно, словно фарворовую куклу, прижимал меня к себе. Его голова лежала на моем плече, а я пользуясь тем, что он не видит моего лица, широко улыбалась, обнажая ямочки на щеках.

 

Когда ты меня так обнимаешь, у меня появляется такое чувство, будто ты любишь меня, - не думая, произнесла я. Поняв, что только что сказала, я стыдливо поморщилась.

 

Правда? – он слегка отстранился, всматриваясь в мои глаза.

 

Прости, я не хотела этого сказать. Вырвалось…

 

Жак промолчал и только как-то странно на меня посмотрел. Нет, не с сожалением или грустью, а очень тепло. Его губы коснулись моего лба и я, решив, что мне нечего терять, начала нежно водить руками по его лицу. Мне казалось, будто мои пальцы дрожат от волнения, но стоило ему, Жаку, поцеловать мою кисть, как всякие сомнения прошли.

 

Вы идете? Новый год через полчаса, - спросил у нас Юра, перевалившись через другую сторону стойки.

 

Тебе не говорили, что ты всегда появляешься в неподходящий момент? – с улыбкой спросил Жак.

 

Вам обоим стоит быть чуть посоциальнее. Ночью будете вдвоем развлекаться. У вас же, в конце концов, одна комната.

 

Сказать, что от слов Юры я опешила – это ничего не сказать. Я потеряла дар речи, онемела, была готова провалиться сквозь землю, представляя, с чего может начаться для меня этот Новый Год.

 

__________________

 

Я с ужасом осознала, что последние несколько глав, написанные мной, попросту ни о чем. Я так расстраивалась, читая ваши комментарии, и главное ведь то, что вы правы. Я постаралась наполнить эту главу, следуя вашим советам. Однако, стоит заметить, что это только первая ее часть. Очень уж много всего происходит.

 

Еще раз простите, что я немного запуталась в том, как правильно писать. Исправлюсь.

 

========== Глава 31.2 "Без имен, без чисел". ==========

<i><i>Горит закат, прошла гроза,

 

Твоё лицо сияет вновь.

 

Я загляну тебе в глаза

 

И там найду свою любовь.

 

Николас Спаркс, "Дневник Памяти"</i>

 

___________________________

 

С Новым Годом!

 

Звонкий стук бокалов, бой курантов из телевизора и улыбки на лицах каждого из присутствующих. Стол был накрыт быстро приготовленной едой, на чьем-то ноутбуке играла легкая музыка. Они уже все давно забыли, что в этот день не смогут увидеть родных. Раскрасневшиеся и развеселившие, они сидели за столом, обсуждая то незначительные мелочи, то случаи, сыгравшие в их жизни немалую роль.

 

Я же украдкой посматривала на Жака, сидящего справа от меня. Он уже давно вышел из рабочего режима, закатал рукава белой рубашки и громко смеялся над чьими-то шутками. Мне казалось, что мы с ним находимся в гостях у какой-то большой семьи. Членов этой семьи связало одно и тоже. И как и во всякой другой семье, кто-то недолюбливал другого. Но на празднике об этом было принято забывать.

 

Как ты? – спросил у меня Жак.

 

Все хорошо, только голова немного кружится.

 

Неудивительно, сколько бокалов шампанского тебе уже успела наполнить Аня? - его губы согнулись в заботливой улыбке, а рука коснулась моей ладони под столом.

 

Три, может, четыре, не помню.

 

На мои слова Жак только закатил глаза. Тем временем, все уже повставали из-за стола и вновь разошлись по разным углам. Кто-то встал поближе у окна, доставая из карманов сигареты, а кто-то решил посплетничать за барной стойкой.

 

Модели в эту ночь приняли для меня окончательно иной облик. Это были парни и девушки ненамного старше меня. Они громко смеялись, неумело пили и отвечали на звонки обеспокоенных родителей. Видимо, к некоторой надменности и чопорности их привела камера, требующая от них постоянного напряжения.

 

Раскрасневшись от алкоголя, я также встала из-за стола.

 

Ты куда? – равнодушно, не отрываясь от сообщений в телефоне, спросил Жак.

 

Хочу пообщаться с кем-нибудь, надоело сидеть на одном месте.

 

Софи! – к нам подошел Юра, держа в руках добротный стакан с виски. - Как вы тут?

 

Отлично, мне даже нравится так праздновать, - ответила я, потягиваясь от долгого сидения.

 

Хах, не хочешь выпить со мной? – Юра не без улыбки кивнул на свой стакан.

 

Дашь ей крепкий алкоголь, и я тебя убью, - буквально пропев, выговаривая каждое слово, но не поднимая глаз от все того же телефона, сказал Жак.

 

Да ладно тебе, не мешай ей веселиться. Тем более, она совершенно не выглядит выпившей, да, Софи?

 

Обращаясь ко мне, Юра легонько подмигнул, но Жак был все так же непреклонен и только качал головой из стороны в сторону.

 

Последний раз, когда я видел ее в таком состоянии, она ворвалась ко мне домой ночью и отказалась уходить.

 

Я почувствовала, как щеки начинают смущенно гореть. Это был именно один из тех дней, проснувшись после которых хочется задушить себя подушкой или, как минимум, лишиться памяти.

 

Для вас это нормально, вы же встречаетесь, - Юра пожал плечами.

 

Тогда мы еще не встречались, а Софи еще и шестнадцати не было, - Жак поднялся со своего места и с улыбкой приобнял меня за талию.

 

Серьезно? Софи, да ты не из робкого десятка.

 

Временами приходится, если речь идет о Жаке, - буднично проговорила я и закатила глаза.

 

Жак на мои слова прыснул от смеха, и я вслед за ним, вспоминая все те моменты, когда мне приходилось смущаться, пугаться и краснеть перед ним.

 

Юра смотрел на нас с улыбкой и еще несколько минут проговорил с нами, расспрашивая о том, где мы познакомились, как общаемся, или чем я хочу заниматься. Это напоминало обыкновенные будничные разговоры на семейных встречах. Словно мы с Жаком много лет вместе, и какой-то человек заинтересованно задает нам самые простые вопросы. Произносятся шутки и раздается смех. Легко, глупо и беззаботно.

 

Вот черт, я обещал, что выпью с Олегом водки. Думаю, это будет последней каплей, - оглядываясь на парней в стороне, озабоченно произнес Юра. - Пока я не упал безжизненным телом где-нибудь в углу, не хотите, чтобы я вас сфотографировал?

 

Нас? – немного удивившись, переспросила я.

 

Ну да, типа, воспоминание и все такое…

 

Я даже не знаю, - я неловко перевела взгляд на Жака, стоящего вплотную ко мне и будто спрашивала у него разрешение.

 

Конечно, почему нет, - он непринужденно пожал плечами.

 

Юра отошел к барной стойке и взял оттуда свой фотоаппарат. Этот парень с дредами был главным помощником Жака на большинстве фотосъемок. Он вернулся из Санкт-Петербурга только несколько недель назад, поэтому нам с ним не довелось познакомиться раньше.

 

Я перевела взгляд на Жака. Этой ночью он был очень красивым. Волосы слегка взлохматились, а лицо было как никогда умиротворенным. Его рука, которая легла на мою талию, была такой невесомой, и потому особенно теплой и ласковой.

 

Неожиданно для меня прозвучал знакомый щелчок. Я не заметила, как перед нами уже стоял Юра с включенным фотоаппаратом.

 

Отличный снимок. Жак, я перешлю его тебе на днях.

 

Из-за стороны послышалось, как другие зовут Юру.

 

Ладно, долг зовет, веселитесь.

 

Ага, спасибо, - произнес Жак, и Юра направился к опьяневшей толпе.

 

Веселье продолжалось. Через несколько минут к нам подошла Аня, и они вместе с Жаком начали спорить о каких-то глупостях очень громко и оживленно. Я успевала только смеяться над каждой их репликой. Потом все откуда-то достали напольную игру твистер и несколько моделей вступили в бой за гибкость с Юрой, который, стоит сказать, будучи совершенно неигроспособным к двум часам ночи, все же победил.

 

Шутка за шуткой, игра за игрой, бокал за бокалом, я захотела спать. Веки лениво накрывали глаза, а в полутьме мне виделись белые прыгающие огоньки.

 

Жак, я хочу спать, - лениво пробормотала я, потирая закрывающиеся глаза, - я, наверное, пойду.

 

Давай, провожу тебя до комнаты.

 

Мы встали из-за стола и побрели вверх по лестнице. Я слегка оступилась на ней то ли от сонливости, то ли от алкоголя. Но Жак придержал меня за талию и нежно произнес над самым ухом: «Аккуратно».

 

Мои щеки начали пылать, и я незаметно для себя, вспомнила, что этой ночью мне придется делить с ним комнату. Ноги начали двигаться быстрее, и я на несколько ступеней опередила Жака, так, будто мне хотелось убежать.

 

В коридоре второго этажа был погашен свет, отчего я немного замедлилась. Меня с детства пугала темнота. Я вспоминала, как часто пряталась под одеялом от неизвестных мне монстров и с опаской заглядывала под кровать. Как не любила сама гасить свет, и как, просыпаясь по ночам, звала маму.

 

Ты боишься темноты? – спросил Жак, заметив, что я стала идти чуть ли не прижимаясь к нему.

 

Нет, просто немного неприятно. Идешь и не видишь своих ног, будто у земли нет дна.

 

Так значит, ты боишься наступить на акулу.

 

Ха-ха.

 

Дойдя до конца коридора, Жак открыл крайнюю правую дверь, и мне в лицо ударил желтоватый тусклый свет напольного ночника у стенки рядом с окном, занавешенного ажурными белыми шторами. Комната напоминала обыкновенную деревенскую спальню. Большой старый комод и двуспальная кровать, высокий ночник и огромное двухдверное окно.

 

Я поставил твою сумку на пол с той стороны, - Жак указал мне в сторону окна.

 

Да, спасибо.

 

Ладно, я пойду, - он нежно поцеловал меня в макушку и собирался выйти, но мои руки не думая схватились за край его рубашки.

 

Так вот что означает сначала сделать, а потом подумать. Я, видимо, даже не осознавала, что невольно заставляю Жака остаться. Он перевел на меня удивленный взгляд с нахмуренными бровями, а я тем временем уже не так сильно держалась за его рубашку. Ноги нервно начинали перетаптываться с места на место, а глаза бегали из стороны в сторону, не зная, куда все-таки себя деть.

 

Наши глаза встретились и в свете ночной лампы его казались просто прекрасным. Он развернулся ко мне всем телом и подошел чуть ближе, захлопывая за собой старую деревянную скрипящую дверь.

 

Прости, я просто… не хотела, чтобы ты уходил, - неловко сказала я.

 

Глупышка, почему просто не сказать: «я хочу, чтобы ты остался»?

 

Ты не знаешь, каково это говорить такие слова любимому человеку.

 

А ты не знаешь, каково это уходить отсюда, так и не услышав: «останься».

 

Но ты ведь не ушел.

 

Жак ласково улыбнулся и прошел к окну. Он несколько секунд вглядывался в ночное небо звезд, тучи на котором уже развеялись, а потом сел на широкий подоконник под ним.

 

А, точно, - вспомнила я. - Твой подарок, я так и не отдала его.

 

Я подбежала к своей сумке и достала оттуда красивый сверток, в котором лежала шкатулка. Жак медленно раскрыл упаковку, стараясь не порвать ее ни в одном уголке.

 

Это шкатулка, - тихо произнесла я.

 

Он легонько улыбнулся и, опустив маленькую щеколду, раскрыл деревянную коробочку. Комната с бревенчатыми стенами наполнилась красивыми звуками, издававшимися маленьким железным механизмом, который тихонько, лишь время от времени поскрипывал, словно деревянная половица.

 

Красивая музыка, - не отрывая взгляда от шкатулки, произнес Жак, - мне нравится, она грустная.

 

Я подумала, что она похожа на тебя.

 

Чем? – он поднял на меня свои глаза, и я тут же засомневалась в своих мыслях.

 

Она красивая снаружи, но… Внутри ей грустно, - ноги подвели меня ближе к Жаку, внимательно слушавшему, что я говорю под звуки шкатулки, - она слегка запылившиаяся, и ее, наверное, уже много лет никто не слушал. Но все-таки она очень красивая. Тебе ведь нравится?

 

Да, очень.

 

Так и мне нравишься ты.

 

Сказанное мной прозвучало не столько романтично, сколько печально. Под звуки скрипящий коробки, я в которой раз признавалась этому человеку в своих чувствах. Он хоть и был несколько растерянным, но ему было по-прежнему двадцать пять, хотя… Хотя, и это ведь не столь важно. Важно то, что он не любил меня. Я тогда не понимала, говорила себе: «Ах, если бы я была чуть взрослее». Но ведь дело было не в этом. Дело было не в возрасте. Просто мы были разными, люди с разных планет, заскучавшие и очень одинокие. Мы случайно нашлись друг у друга, и это прекрасно, но наш срок не вечен. Никто и не думал прожить с другим остатки своих дней, просто красиво все это было, мило и нежно. Просто нам было важно «сейчас», а потом… потом каким-то далеким казалось. Далеким и грустным.

 

Софи, иди сюда.

 

Он протянул ко мне две руки, как это обычно делают маленькие дети. В его глазах было много грусти, наверное, столько же, сколько было в моих. Я молча подошла к нему и крепко-крепко обхватила его плечи руками. Я прижималась к нему всем телом, стоя между колен, и едва сдерживалась, чтобы еще раз не сказать эти три слова. Чтобы еще раз его не побеспокоить.

 

Спасибо тебе, правда, спасибо, - нежно шептал он.

 

Я чувствовала, как дрожит моя грудь, как безысходно слабеют мои руки, а тело по-прежнему льнет к нему, желая успокоить, уберечь, помочь. Впервые я чувствовала, что так нужна ему.

 

Жак, почему ты такой одинокий? – едва слышно обронила я.

 

Он был один дома, когда я приходила к нему, он был один в этом городе без семьи и родных, он был один на этой фотосъемке, держась все время как будто в стороне, и он был один, когда все праздновали Новый Год. Да он даже в моих объятиях один был!

 

Потому что, - он положил свои руки мне на талию и слегка отодвинул, вглядываясь в мои глаза. - Потому что люди, которые вечно куда-то идут, должны быть одни. Люди, у которых есть цель, должны быть одни. Невозможно идти в будущее с кем-то за компанию. Это страшно, это тяжело. Возможно, я слаб.


Дата добавления: 2015-08-27; просмотров: 42 | Нарушение авторских прав







mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.06 сек.)







<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>