Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

6 страница. Ведж; что-то перенастроил в проекторе

1 страница | 2 страница | 3 страница | 4 страница | 8 страница | 9 страница | 10 страница | 11 страница | 12 страница | 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Ведж; что-то перенастроил в проекторе. Некоторое время он нерешительно покусывал губу, потом включил аппарат. Изображение было небольшое, размером с летный шлем, да и качество оставляло желать лучшего. Четырехрукий рыбет нетерпеливо переминался с ноги на ногу, потом заметил, что связь налажена, и переплел перепончатые конечности, принимая степенный вид. Зеленый цвет его тела как нельзя лучше сочетался с цветом одежд, а бурые разводы на лице выглядели так, будто Доол раскрасил себя мелками. Правитель Кесселя наклонился к аппарату, пропорции исказились. Корран чуть было не расхохотался, очень уж комично выглядел рыбет, — но наткнулся на сумрачный взгляд командира и поперхнулся.

— Опять ты, Антилл-ллес? — неприязненно пробулькал Доол; голос его скакал с октавы на октаву, к тому же рыбет почему-то предпочитал произносить в имени собеседника больше звуков "л", чем там их было.

— Нет, твой ночной кошмар, — буркнул в ответ кореллианин. — Ты созрел для обмена или еще помаринуешься?

Ведж смотрел сквозь полупрозрачное изображение на Навару. Тви'лекк кивнул.

— Могу взять пару суллустиан за Арба Синкснекса…

— Нет!!! — с ходу возмущенно булькнул рыбет.

— Нет? — Ведж медленно растянул губы в неприятной усмешке.

Корран поежился. А отец еще называл Антиллеса никчемным оболтусом и разгильдяем, вспомнил он. И ругался, когда узнал, что Ведж начал возить оружие для Альянса. Да если бы босс решил всерьез заняться контрабандой, Бустер Террик и Хэн Соло просто отдыхали бы в сторонке!

— Где ты видел-лл, чтобы покупател-лль назначал-лл цену, а? Товар мой, мне и решать! — рыбет угрожающе растопырил шипастые жаберные крышки. — Арб мой, без него обойдешься!

Некоторое время Доол пыжился, затем успокоился и вновь вперил искусственный глаз в голограмму. Ведж лениво посвистывал сквозь зубы, покачивая ногой.

— Это твое последнее слово? — повторил он.

— Хочешь за сулл-ллустиан Зекку Тина? — быстро поинтересовался рыбет.

Имя Коррана не удивило, а вот реакция Кассара Форжа — очень. Отец Луйяйне вздрогнул, как от удара, его жена Мида стиснула ему руку. Корран помахал ладонью, привлекая внимание Антиллеса. Ведж отключил звук, повернул голову.

— Босс, мне его голос не нравится, — скороговоркой доложил Хорн, — Слишком взволнован. Он страшно хочет избавиться от Тина. За него можно взять больше.

Если судить по лицу командира, он не услышал ни слова. Все та же равнодушная застывшая маска, опушенные ресницы и хмурая усмешка. По-прежнему не сказав ни слова, Ведж вернулся к переговорам.

— Тин мне нужен, как ранкору — набедренная повязка. Сам с ним забавляйся, я не сумасшедший.

— Ты возьмешь его ил-лли вообще никого не пол-ллучишь!

Велж пошарил в кармане комбинезона и достал оттуда комлинк. Подержал на ладони перед проектором, чтобы Морут Доол разглядел миниатюрный приборчик в деталях, потом поднес ко рту.

— Проныра-лидер — двенадцатому, мне перестал нравиться склад номер один. Взорви его.

Изображение рыбета внезапно исчезло, потом появилось вновь, как будто Доол бегал смотреть на внешний дисплей.

— Не посмеешь! — булькнул Доол почти на пределе слышимости.

— С чего ты взял? — поинтересовался Ведж и отвернулся от проектора, скрывая ладонью зевок. Комлинк, впрочем, не убрал.

— Лидер, я двенадцатый, цель вижу, захожу на атаку.

— Антилл-ллес!

— Ты что-то сказал, Доол?

— Антилл-ллес, подожди! Что ты дел-ллаешь?!

— Лидер, я двенадцатый, торпеды готовы, сэр…

— Антилл-ллес!!!

— Что тебе, Доол?

— Забирай суллустиан и еще…

— Двенадцатый, отставить запуск, но данные цели не стирайте.

— Как прикажете, сэр, конец связи.

Доол облизал толстым фиолетовым языком пересохшие от волнения губы.

— Забирай своих суллустиан. Кого еще?

Ведж сделал вид, что глубоко задумался. Невидимый рыбету тви'лекк поднял пять пальцев.

— И пятерых ботанов, включая Эсрку Пло'кре. Приготовься принять данные.

— Пло'кре… — рыбет неохотно кивнул. — По рукам. Но Тин прихватит с собой еще одного.

— Кого?

— При нем будет резчик. Ведж оглянулся на Форжей, но те либо не слышали, либо ничего не поняли.

— Корран?

Хорн добросовестно порылся в памяти.

— Термин, принятый среди наркодельцов на Кореллии, — с интонациями информационной сети сообщил он. — Тот, кто готовит спайс на продажу или для употребления. Термин обозначает лицо, настолько близкое, что можно ему довериться. Вероятно, он имеет в виду помощника.

— Он имеет в виду любовницу, — глухо сказал Кассар.

Хорн пожал плечами.

— И так бывает.

— Вы знаете, кто это? — спросил Ведж. Кассар только повесил голову; вместо него ответила Мида.

— Да, знаю. Ее зовут Инири.

Навара Вен затрещал клавишами деки.

— Лица с таким именем в списках заключенных не значится.

— И не может значиться. Девочка не совершала никаких преступлений.

— На Кессель просто так не ссылают! — влез со своим мнением пламенный Хорн. — Вы вообще знаете эту Инири?

— Я думала, что знаю ее лучше всех, — женщина вытерла слезы. — Это наша дочь, сестра Луйяйне.

 

 

— Ты там не сдох сл-ллучайно, Антилл-ллес? Мы договорил-ллись или нет? — Договорились. Высылай их, — Ведж остановил передачу. Теперь Морут Доол будет видеть лишь голографическое изображение эмблемы Разбойной эскадрильи. Ведж тем временем подошел к Форжам.

— Только слово, — сказал он, — и мы сделаем все, чтобы она с ним не осталась.

— Ты обещал! — Мида схватила Антиллеса за руку. — Пожалуйста, присмотри за моей девочкой!

Кассар осторожно отцепил супругу от кореллианина, обнял ее.

— Так нельзя, — тихо проговорил он. — Она сама приняла решение.

— Но это ппростакое решение!

— И поэтому мы должны лишить Инири свободы? — Кассар медленно покачал головой. — Принять неверное решение — это еще не преступление, Мида. Даже по законам Империи.

Корран не выдержал.

— Я видел, как многие отправились на Кессель лишь потому, что приняли не то решение! — горячо вступил он. Если что он и не сможет никогда перенести, так это боль в глазах родителей. — Я знаю Тина… он — дурной человек. Ваша дочь хлебнет с ним неприятностей!

Кассар выпрямился.

— Да, если последует своему решению, — согласился он.

— Но она же уходит с Тином! — не унимался Корран.

Кассар Форж бессильно пожал плечами.

— Значит, она что-то в нем находит. Может быть, Инири сумеет спасти Тина от него самого. Корран скривился от отвращения:

— Там есть что спасать?

— Я прожил целую жизнь, пытаясь научить людей и не-людей жить вдали от Кесселя. Но большего мне не дано. Я не могу делать выбор за них. Не могу прожить за них жизнь, — он вытер слезы с бледного лица Миды. — Мы дали нашей дочери… всем нашим детям… всю любовь, на которую были способны. Мы им верим. Мы поверили Луйяйне, когда она ушла к вам, мы должны поверить Инири.

Хорн упрямо мотнул головой:

— Мне это все не нравится, командир!

— Мне тоже, Корран, — устало согласился Антиллес. — Но это не наш бой. И мы в нем не победим… по крайней мере, не сейчас.

Ведж удивленно посмотрел на свои руки, как будто только сейчас заметил, как крепко стиснуты кулаки. Потом осторожно, морщась от боли, разжал пальцы.

— Может быть, мы послужим Тину тормозом, — неуверенно предположил он.

— А когда тормоза прогорят?

— Придумаем что-нибудь…

— Как прикажете, сэр, — неприязненно отчеканил Корран и уткнулся в список.

Первоначальный список был взят из Имперского архива. Возле каждого пункта стояла небольшая приписка — ценность каждого преступника. Из нескольких тысяч ценными были признаны лишь семнадцать. Вернее, уже шестнадцать, поскольку Доол вычеркнул Арба Скинкснекса. И все они были восходящими звездами «Черного солнца». Ни один из них не добрался до верхних уровней организации, но каждый был инициативен и полон решимости сделать карьеру. Если бы арест и ссылка не оборвал их взлета, они со временем могли бы сравниться с Джаббой Хаттом по власти и влиянию.

А Корран Хорн предавался воспоминаниям, уже в который раз отметив, что в ностальгию он впадает всякий раз, когда это сильно мешает делу. Отец жаловался, что характер организованной преступности изменился. Когда-то давным-давно «Черное солнце» было дочтенной организацией, которая знала и чтила мораль и кодекс чести. Разумеется, своеобразную мораль и свой собственный кодекс. Бросил груз, заплати или отдай равноценный товар. Настучал на коллег, готовься к неминуемой и жестокой смерти. Офицеры сил правопорядка — законная мишень номер один. Но если тебя приходили убивать, то убивали только тебя, хотя честным поединком назвать это было трудно.

Новое поколение охотнее кидало бомбу в переполненную кантину, чтобы избавиться от неугодного. Смерть ждала не только информатора, но и всю его семью, и никто не видел в том ничего необычного. Убийство политических противников организации стало правилом, а не исключением. Хэл Хорн обвинял во всем Альянс. Мол, повстанцы открыто демонстрируют неповиновение законной власти и творят, что хотят, вот преступники и осмелели.

Между тем в воздушный шлюз ввели необычную пару. Первым внутрь впустили закованного в кандалы мужчину. Он споткнулся, неуклюже пошатнулся, восстанавливая равновесие. Потом стряхнул с лица дыхательную маску и нагло осклабился, обводя взглядом присутствующих.

— Я — Зекка Тин, — объявил он, безошибочно угадывая в Антиллесе главного и обращаясь только к нему. — Звал, начальник?

Пять лет, проведенные на Кесселе, на нем никак не отразились. Тот же лоснящийся голый череп, безволосая, будто всегда выбритая морда. Волос у Лоскута отродясь не было; наверное, родители интересовались генной инженерией, потому что в досье он значился как человек. По блестящей, будто отполированной коже, розовой, как у младенца, расплескались бледно-голубые брызги, словно Тин в том же младенчестве чихнул в миску с краской, да так и не сумел отмыться. Самое большое пятно украшало переносицу, расплывалось по левой скуле и заканчивалось где-то на затылке.

В дополнение к остроконечным ушам и зубной эмали черного цвета, картинку довершали глаза, окончательно вычеркивая Лоскута из мира людей.

Глазные яблоки были цвета артериальной крови, а ромбики зрачков окаймляла золотистая полоска. Все остальное Лоскут еще мог как-то спрятать или замаскировать, но именно необычная форма зрачков выдала его при облаве и обеспечила длительный отдых на Кесселе.

Ведж коротко глянул на Хорна:

— Это он?

Корран кивнул.

— Все в порядке, сэр, это точно Лоскут.

— Никак Хорнов сынок? — развернулся к нему Зекка.

Сопровождающий его десантник без особых усилий развернул упирающегося Лоскута лицом к Антиллесу. Тин продолжал скалиться. Ростом он был примерно с Хорна, но из-за худобы казался выше, а поскольку знал о том, как нервно Корран относится ко всем, кто выше него хотя бы на сантиметр, постарался еще больше выпрямиться.

— Ты что, не получил от меня весточки? Или ты такой тупой, что до тебя не дошло?

— Какой еще весточки?

— А у тебя, случаем, папаша не помер?

Первым побуждением было удавить мерзавца или хотя бы заорать на него, но сначала подвело сбившееся дыхание, потом не хватило слов, а потом Хорна, бросившегося на Лоскута с кулаками, перехватил на половине дороги Антиллес. Вырваться из рук командира не удалось.

— Он не первый и не последний, — негромко сказал Ведж.

Зекка Тин откровенно веселился, глядя, как Хорн барахтается в объятиях Антиллеса.

— Может быть, Лоскут виноват, — продолжал Ведж. — А может, он просто слышал новости и дразнит тебя.

Слишком поздно Корран сообразил, что отец погиб через полтора стандартных года после того, как Тин отправился отдыхать. Обычно «Черное солнце» не отличалось терпением.

Корран прищурился.

— Полагаю, ты мог бы убить его, — произнес он медленно и раздельно. — В конце концов, ты постоянно нам угрожал. Только выполнить угрозы — кишка тонка.

Видимого эффекта на Лоскута его слова не оказали. Зекка Тин сплюнул и посмотрел на Антиллеса. Ведж как раз отпустил своего лейтенанта и отряхивал рукав комбинезона от несуществующих пылинок.

— А ты еще кто? Джедай?

Ему пришлось ждать ответа. Судя по тому, как пристально Антиллес разглядывал свои старые космоботы, он размышлял, не навести ли на них глянец. Хорн был готов поклясться, что Ведж вот-вот раздобудет где-нибудь тряпку и возьмется за дело.

— Нет, — Ведж вздохнул, и глянец на потрепанной обуви остался дожидаться лучших времен. — Просто человек, который решает, будешь ли ты жить и если да, то где. Первый твой ход был не слишком удачен.

— Ах, простите, я совсем позабыл, что повстанцы как на подбор душки и лапочки. По крайней мере, те ваши, которых сослали сюда, все время об этом твердят, — Тин осторожно ухмыльнулся. — Так-так, значит, вывозим таких, как я, с Кесселя. Что, чистеньким перестало быть выгодно?

Ведж вновь заинтересовался своими ботинками. Десантник выпустил из шлюза девушку. В первое мгновение Коррану показалось, что это Луйяйне, но в следующую секунду девушка сняла маску. Сестры были очень похожи, только у Инири вблосы были гораздо длиннее, а одна прядь выкрашена в бледно-синий цвет.

Инири не ожидала увидеть родителей, но почти сразу же отвернулась и положила ладонь на плечо Лоскута.

Антиллес некоторое время смотрел на нее, потом перевел взгляд на Тина.

— Новая Республика поручила мне предоставить вам транспорт с Кесселя, — ничего не выражающим голосом сказал Ведж. — Место назначения узнаете позже. Перед вами будет поставлено несколько задач. Выполните их, Новая Республика гарантирует вам амнистию. Вы все поняли?

— А если я соглашусь, а потом пошлю тебя к ситхам?

— Вернетесь сюда, — улыбнулся Антиллес.

Если бы Корран стоял на месте Лоскута, он бы поостерегся. Улыбка Веджа ему совсем не понравилась.

— Галактика велика.

— Таково ваше мнение, но она может оказаться гораздо меньше, чем кажется, — Антиллес безразлично пожал плечами. — Император не сумел от нас спрятаться, так что не стоит обольщаться на собственный счет.

— Ты и раньше не был настолько сообразительным, чтобы это понять, Лоскут, — вставил Корран. — И сейчас ничего не выйдет.

— Какой ты страшный, Хорн. Я весь дрожу.

— Не хочу тебя пугать. Гораздо больше я хочу тебя поймать, Тин, — Корран нагнулся, подобрал дыхательную маску и швырнул ее Зекке в лицо. — Запомни, невадою, куда ты отправишься, я всегда тебя найду, как в прошлый раз.

Ведж мотнул головой, подавая сигнал охране. Не хватало еще, чтобы эта парочка схватилась здесь не на жизнь, а на смерть.

— Выводите его наружу и готовьте к погрузке. Инири шагнула следом за Лоскутом, но десантник, повинуясь жесту Антиллеса, остановил ее.

— Мисгрисс Форж, я хотел бы поговорить с вами.

Инири медленно развернулась к нему, вздернув упрямый подбородок. На какое-то мгновение Веджу показалось, что перед ним стоит Луйяйне: те же волосы, то же лицо, те же глаза…

— Едва ли мы с вами наедине. Даже голос у них был один на двоих.

— Вам не обязательно следовать за Тином. Девушка ожгла взглядом стоящих в стороне родителей и вновь посмотрела на Веджа.

— Я свой выбор сделала и останусь с ним. Не вам заниматься моей нравственностью. И снова вмешался Корран:

— Мы сможем вас защитить…

— Так же, как защитили сестру? — язвительно усмехнулась она.

Ведж понял: он ей ничего не докажет. Ни он, ни Корран. Никто. Она просто не станет слушать.

И пока он не избавится от ощущения, что говорит с Луйяйне, вообще ничего не получится.

Протянутая было рука Хорна бессильно упала. Похоже, у него возникло то же самое ощущение — как будто Луйяйне только что вновь умерла. Если бы их обоих сейчас спросили, что гложет их больше, собственные воспоминания или боль Инири, они не сумели бы сделать выбор. Но невозможность исправить случившееся злила обоих больше всего.

— Я… все мы… — Корран первым сумел заговорить, — сделали все возможное, чтобы уберечь Луйяйне. Мы не знали ее так долго, как вы, и совсем не так хорошо, но вам-то известно, какой была ваша сестра. Вы же знаете, как она умела располагать к себе людей, как умела ценить друзей и облегчать их страдания. Она была с нами именно такой, — он указал на шлюз. — Может быть, не наше дело, чем вы там занимаетесь с Зеккой Тином, но я лично уверен, что ваша сестра не хотела бы, чтобы вы ушли с ним. Луйяйне больше нет, но зачем тем, кто любил и уважал ее, стоять и смотреть, как вы впутываетесь в неприятности? Тин — все то, чему всегда сопротивлялась Луйяйне.

— Вы не знаете его.

— Может быть, вы тоже не знаете. Не нужно так поступать, Инири.

— Я поступаю, — девушка решительно сложила на груди руки. — Я так хочу.

Ведж покачал головой.

— У вас будет время передумать, — сказал он.

— Все сказали?

Антиллес хмуро смотрел на нее.

— Не хотмте попрощаться с родителями?

— Зачем? Луйяйне это не уберегло.

— И не убило.

Что-то в ею голосе задело ее. Мгновение Инири смотрела на родных, у нее почти дрогнули губы, но потом она решительно натянула на лицо маску. Не проронив ни единого слова, она вошла в шлюз.

Ведж беспомощно повернулся к Кассару. Тот обнимал жену.

— Ничего, коммандер, — вздохнул Кассар Форж. — Вы хотя бы попытались. О большем мы и просить не могли…

 

 

* * *

Остальной обмен прошел на удивление гладко. Антиллесу пришлось прибегнуть к угрозам всего пару раз, когда Доол вдруг менял свое решение относительно некоторых кандидатур, но в конце концов Ведж все-таки ухитрился забрать сто пятьдесят политических заключенных вместе с шестьюдесятью самыми закоренелыми бандитами, каких только знала Галактика.

Ведж чувствовал себя вывалянным в грязи с макушки до пяток, мечтал только о душе или хотя бы ведре воды, но подозревал, что купание не поможет. В довершение всего Корран вдруг отыскал в списках какое-то имя и восторженно заорал, что уж этот-то сумеет удержать Зекку Тина в узде. Ведж не поверил. Хорн продемонстрировал ему список.

Торг вспыхнул с удвоенной силой. Ведж сделал Доолу предложение, рыбет отказался, сообщив, что от этой сделки ему ничего не перепадает. Ведж посоветовал считать это актом доброй воли, Доол спросил, не держит ли его коммандер Антиллес за идиота? Ведж потянулся к кобуре, Доол расхохотался ему в лицо, заявив, что надо быть кореллианином, чтобы развлекаться стрельбой по голограммам. Тогда с неприятной ухмылкой Ведж вынул комлинк и связался с эскадрильей. На втором заходе на цель Морут Доол решил, что в его интересах согласиться на предложение.

— И я в последний раз имею с тобой дело! — напоследок объявил он. — Отныне Кессель сам по себе, ты — сам по себе! И только сунь сюда свой длинный нос…

— Ну тогда я не стану возвращаться, — Ведж широко улыбнулся голографическому изображению. — Да разве что привезу обратно некоторых ваших друзей.

Он успел оборвать связь на самой драматической ноте рыка собеседника.

Десятью минутами позже два десантника ввели в палатку пожилого человека в наручниках. Голограмма, предоставленная им командованием, не смогла передать ни роста, ни живости взгляда, ни исходящего от человека ощущения уверенной силы. Гордо посаженную голову венчала, шапка седых волос, возвращая пленнику достоинство, которое отобрали у него грязный комбинезон и изнуренный вид.

Корран покосился на командира. Даже того впечатлило.

— Мофф Флири Ворру? — произнес Ведж, вставая. — Я — коммандер Антиллес.

Заключенный вежливо улыбнулся.

— Бывший мофф, — поправил он. — Польщен. Мне показалось или я действительно слышу в вашем выговоре кореллианскии акцент?

— Действительно слышите, — сознался Ведж.

— Верный сын Старшего Брата пришел освободить меня из тюрьмы?

— Может быть.

Коррану не приходилось встречать моффа Ворру, но дед часто о нем рассказывал. На посту губернатора Кореллианского сектора Ворру закрывал глаза на деятельность контрабандистов, которыми их планета славилась на всю Галактику. Когда сенатор Палпатин объявил себя Императором в лице Ворру он увидел опасного конкурента. Принц Ксизор придумал интригу, чтобы передать мятежного губернатора в руки Палпатина, но Император к всеобщему изумлению не стал казнить его. Официальная версия гласила, что Ворру обменял свою жизнь на сведениях о заговоре сенаторов.

И хотя прошло немало лет с тех пор, как Ворру правил сектором, преступники всех мастей, пираты и контрабандисты вспоминали Кореллию под его управлением как сладостную идиллию. Ворру стал легендой преступного мира Империи, и месяца не проходило, как в КорБез поступали новые слухи о попытке спасти его с Кесселя.

Бывший имперский мофф пожал плечами, насколько ему позволяли наручники.

— Чем обязан знакомству?

— Вы знаете Зекку Тина?

Ворру вздохнул.

— Знаю. Агрессивен, очень умен. В первую очередь — агрессивен. Застаньте его врасппростак, он ответит ударом. Непредсказуем.

— Мы собираемся использовать его против Империи, но не слишком хочется спускать его с поводка.

Пожилой человек неторопливо улыбнулся.

— Когда стратегическое оружие используют в тактических целях, я начинаю думать о ппростаком знании предмета или об отчаянии.

— Сейчас отчаянные времена, — Ведж кивнул в сторону Коррана. — Лейтенант Хорн считает, что вы можете контролировать Тина.

— Контролировать его? Нет, — Ворру на мгновение прикрыл глаза. — Контролировать тех, кто ему нужен, да, это я могу для вас сделать.

— Сделаете?

— С удовольствием, — Ворру улыбнулся. — Это будет опасно, но вновь увидеть Центр Империи… это стоит риска.

Корран сообразил, что сидит с раскрытым ртом, подобрал отвисшую челюсть и покосился на командира. У Веджа рот был закрыт, но выражение на лице — тоже еще то. Как будто Антиллес получил пыльным мешком по затылку в самое неожиданное мгновение собственной жизни.

Пожилой человек внимательно посмотрел на обоих юнцов по очереди и рассмеялся.

— Не стоит так изумляться, мальчики, лучше порадуйтесь, — он поднял скованные руки и постучал указательным пальцем себя по лбу. — Не обладай я хоть каплей ума, то не смог бы выполнить то задание, которое вы собираетесь мне поручить.

 

 

Темные длинные коридоры под императорским дворцом, как правило, приводили Киртана Лоора в состояние глубокой депрессии, особенно когда прогулка по ним была вызвана звонком от Эвира Деррикота. Генерала Эвира Деррикота, напомнил себе Лоор. Хочешь жить, не забывай этих тонкостей. Сам Деррикот, похоже, вновь пребывал в состоянии маниакально-депрессивного психоза. Как правило, это заканчивалось жалобами на всех и вся и в частности — на Лоора. Что никак не способствовало улучшению настроения.

Корран Хорн побывал на Кесселе, вспомнил Лоор. И даже участвовал в освобождении преступников. Лоор позволил себе рассмеяться. Эхо раздробило смех на кусочки и угасло в полумраке под потолком. Какая ирония!. За последние две недели преступники перебрались в Центр Империи. Повстанцы оказались осторожнее, чем предполагалось. Службы безопасности рыли носом землю, но тем не менее мятежники все-таки очутились на планете, а это означало, что кто-то кому-то дал жирную взятку. Не будь Лоор предупрежден, наверняка пропустил бы пополнение в трущобах Корусканта.

А вообще план Альянса Лоору даже понравился. Преступники никогда не славились способностью вести себя тихо и скромно. Империи пришлось заняться восстановлением порядка в собственной столице, на что ушло немало сил и ресурсов. Альянс-таки ухитрился вдохнуть новую жизнь в разлагающийся труп «Черного солнца».

И все-таки Лоор веселился, воображая чистоплюя Хорна, помогающего вывезти с Кесселя тех, кого так активно посылал туда. Представляю, какое у него было лицо! Жаль, не довелось увидеть…

Киртан вновь невесело рассмеялся. А ведь ты боишься Хорна, сказал он себе. Ну, хорошо, не боишься. Скажем мягче: ты его опасаешься. Хорн, Гил Бастра и Йелла Вессири довольно долго морочили ему голову на Кореллии. И сумели ускользнуть из-под самого его носа. Ну, Бастру он потом отыскал, потратив на поиски полтора года. Правда, Бастра так наследил, что не нашел бы его разве что слепой. Один раз Киртан был уверен, что сумел зацепить Хорна, был уверен и — ошибся. А где сейчас Вессири и ее муж, он понятия не имел.

Все же Лоор был реалистом. Он не вынашивал злобных планов мести, когда кто-то обманывал его, он ставил галочку в своем мысленном досье: обманул один раз, сумеет надуть и вторично. Давно, еще до того, как Исанн Айсард вызвала его в Центр Империи и строго отчитала за склонность к необоснованным предположениям, он предположил бы, что дважды на одно и то же сельскохозяйственное орудие он не наступит. Но с тех пор он стал умнее.

И поэтому вновь оценил возможности Хорна. Из новой оценки родился страх… хорошо, опасение. Лоор всегда знал, что Хорн сначала стреляет, а затем думает, и предположил, что тот способен хладнокровно перестрелять компанию контрабандистов. Потом Лоор обнаружил обман. У него до сих пор начинали гореть от стыда уши при воспоминании, что предположения он строил на докладах, написанных Бастрой.

Чтобы «сподвигнуть» Лоора на надзор над проектом, Айсард на всю Галактику раструбила, кто убил Гила Бастру. Разумеется, об этом узнали повстанцы. Но Айсард было мало, она дала всем понять, что Лоор находится в Центре Империи. Сказала, что надеется, будто подобная информация отвлечет Хорна от поисков в других местах, но Лоор понимал, что эти данные привлекут Хорна прямиком на Корускант так же неотвратимо, как порок притягивает хаттов.

Когда он появится здесь, мне придется быть осторожнее. Пусть наша встреча произойдет так, как запланирую я, а не он. И не Айсард.

Дверь в лабораторию открылась, как только он протянул к ней руку. На пороге его встречал сам генерал Деррикот. Генерал буквально светился от радости. Несмотря на то, что худобой Лоор мог соперничать со скелетом, ему не удалось протиснуться мимо округлого Деррикота.

— Мне казалось, что вы хотите, чтобы я взглянул на что-то внутри лаборатории, генерал, — вежливо осведомился Лоор. — Я ошибся?

Деррикот обеими ладонями пригладил жиденькую шевелюру.

— Нет, не ошиблись. Куаррены нам так помогли, так помогли!

— Изложите все в рапорте, генерал.

— Нет, вы должны видеть все собственным глазами!

Вот чего ему не хватало для полного счастья! Лоор прекратил попытки проникнуть в лабораторию. Запись, переданная Деррикотом, уже вызвала у него тошноту. Мысль же о том, что любоваться на это придется воочию, стала причиной второго позыва расстаться с содержимым желудка. Склонности к нездоровому любопытству Лоор не испытывал.

— Ведите, — вздохнул он.

Прощай, ужин!

Деррикот отодвинулся, давая дорогу.

В лаборатории — в отличие от остальных помещений Дворца — все было функционально и стерильно. Яркий свет отражался от белых и зеркальных поверхностей, а единственной вещью, которую можно было принять за украшения, были желто-красные надписи, предупреждающие об опасности заражения и работающих лазерных установках. Сквозь прозрачные стены было видно, как возятся жутковатого вида фигуры в скафандрах высшей биологической защиты и роботы.

Дверь закрылась с характерным свистом. Лоор оглянулся, Деррикот пустился в длительные нудные разъяснения. Лоор подождал, не вслушиваясь, когда генерал завершит лекцию, потом произнес:

— Я считал, что люди иммунны.

— Н-ну… это не совсем так, я бы сказал, — генерал радостно улыбнулся.

Он обожал демонстрировать окружающим пробелы познаний Киртана Лоора, особенно, когда дело касалось проекта. Лоор знал об этом и не обижался. Деррикот в который раз поведал о том, что не все вирусы одинаковы, о мутагенных факторах и о штаммах, о генной инженерии и широких возможностях современной, науки. Киртан привычно пропускал его слова мимо ушей и ждал рвотных позывов.

Потом сообразил, что Деррикот ждет ответной реплики.

— Но ведь можно создать вакцину, не так ли? — наугад ляпнул Киртан, понадеявшись, что попал в тему.

— Не все так просто, агент Лоор, не все так просто!

Да, кажется, попал. Во всех смыслах.

— Иммунитет не решение, а на создание первосортной вакцины уйдут годы, — Деррикот просиял. — Нет ничего невозможного, мой драгоценный Киртан, но затраты превысят нынешний бюджет раз в десять… нет, что это я? В двадцать раз!

Одна радость: у Альянса не будет ни времени, ни ресурсов, мысленно поздравил себя Лоор.

— Но инфекция все же лечится? — уточнил Киртан, пережив очередную лекцию.

— Бактой, — кивнул Деррикот.

— И все?

Разумеется, бактой лечили что ни попадя от порезов до серьезных травм, от заложенного носа до бандолианской лихорадки.

— Если бакта убивает вирус, зачем он нам?

— Не согласен. Чем тяжелее случай, тем больше требуется бакты, — генерал едва не подпрыгивал от возбуждения. — А на последней стадии поражение затрагивает столь важные органы и столь серьезно, что требуется кибер-протезирование и импланты. Пойдемте же скорее, то, что вы увидите — поразительно.

И заразительно…


Дата добавления: 2015-11-03; просмотров: 52 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
5 страница| 7 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.033 сек.)