Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 9. Шесть видов одиночества

Чодрон П. | Введение | Глава 1 | Глава 2 | Глава 3 | Глава 4 | Глава 5 | Глава 6 | Глава 7 | Глава 11 |


Шесть видов одиночества

Обычно мы считаем одиночество своим врагом. Будучи одино­кими, мы ощущаем острую боль в сердце — но ведь мы хотим совсем не этого. Нашему сердцу тревожно, у него горячка и желание как можно скорее сбежать в чьи-то объятия, найти себе компанию. Но стоит остановиться на полпути, успокоиться, и мы вступим с одиночеством в особые отношения: в них нет страха, есть только тишина и безмятежность, переворачивающие наш привычный мир с ног на голову.

На полпути никаких указателей нет. Ум, не имеющий ориентиров, перестает функционировать, ему не за что ухватиться. Как этого достичь? Лишиться карты — значит отказаться от хорошо усвоенной привычки требовать от мира быть таким, каким мы хотим его видеть в данный момент. Если нам нельзя податься ни влево, ни вправо, мы чувствуем себя как в наркологической клинике. Мы резко слезли с иглы и теперь связаны по рукам и ногам, переживая острую ломку.

Однако за все те годы, в течение которых нам приходилось выбирать между «вправо» и «влево», между «да» и «нет», между правдой и неправдой — ничего, в сущности, не изменилось. Мы рвались к безопасности, но получали лишь временное удовольствие. Это все равно что менять положение ног во время медитации. Нам кажется: «Ого! Какое облегчение!» Но через пару минут снова хочется сесть по-другому. И так мы все время ерзаем в поисках комфорта, но чувство удовлетворения живет совсем недолго.

Мы часто слышим о боли сансары и столько же — об освобождении. Но ничего не слышим о том, как же это тяжело — совершить переход от полной зависимости к полной независимости. Нужно быть не на шутку смелым, чтобы освободиться, ведь в результате способ восприятия реальности кардинально меняется, а это почти то же, что смена ДНК. Мы переделываем шаблон, который является общечеловеческим: мы проецируем во Вселенную миллиарды возможностей достичь чего-то. Можно стремиться к идеально белым зубам, к газону без сорняков, к безбедной жизни, к миру во всем мире. Каждый раз мы находим для себя очередной вариант более счастливой жизни. И эта модель восприятия мира лежит в основе нашей вечной неудовлетворенности и связанных с ней страданий.

Люди не просто ищут лучшей жизни — они убеждены, что заслуживают ее. Но выходит так, что от лучшей жизни мы еще и страдаем. Не зря говорят: «Лучшее — враг хорошего», ведь нам постоянно нужно нечто большее. Срединный путь1 широк, но идти по нему непросто, поскольку дорога усыпана зернами старых, как мир, невротических привычек, свойственных всем людям. Когда нам одиноко, когда чувство безнадежности давит на нас, сразу хочется двинуться влево или вправо. Мы не хотим сидеть, погружаясь в эти эмоции. Однако Срединный путь толкает нас именно на это. Он мотивирует к тому, чтобы пробудить свойственную каждому — даже мне и вам — смелость. Медитация помогает подготовиться к Срединному пути — для этого нужно оставаться на месте. Что бы ни возникало в нашем уме, не следует давать этому никаких оценок. Не пытайтесь ухватиться за свои мысли; пусть они возникают и исчезают сами по себе, не мешайте им. Все, что обычно называют плохим или хорошим, — всего лишь мышление, и к нему не стоит добавлять ничего другого, разделяя понятия на противоположные. Эта дисциплина готовит нас к отказу от сопротивления, в результате чего перед нами открывается беспристрастное состояние бытия.

Переживание некоторых чувств сопровождается острой потребностью в их разрешении — особенно это касается одиночества, скуки и тревоги. Необходимо на­учиться находить покой в их компании, иначе будет крайне трудно оставаться на полпути. Нам нужны победы или поражения, хвала или порицание. Поясню. Допустим, нас бросает близкий человек. Мы не хотим погружаться в свои эмоции, поэтому стремимся отвлечься и «поиграть» в эту ситуацию. Например, мы представляем себя в образе несчастной жертвы. Или же начинаем открыто заявлять этому человеку, какая же он мерзкая дрянь. Люди автоматически стремятся так или иначе залечить рану и отождествляют себя либо с жертвой, либо с победителем.

Обычно мы считаем одиночество своим врагом. Будучи одинокими, мы ощущаем острую боль в сердце — но ведь мы хотим совсем не этого. Нашему сердцу тревожно, у него горячка и желание как можно скорее сбежать в чьи-то объятия, найти себе компанию. Но стоит остановиться на полпути, успокоиться, и мы вступим с одиночеством в особые отношения: в них нет страха, есть только тишина и безмятежность, переворачивающие наш привычный мир с ног на голову.

Такое «другое» одиночество обладает шестью характеристиками: свобода от желаний, удовлетворенность, никаких лишних действий, дисциплинированность, отказ от блужданий в мире фантазий и отречение от поиска убежища в рассуждениях.

Остановимся на первой характеристике — свобода от желаний. Желать меньше — значит быть готовым к одиночеству и не искать выхода из него, даже если все внутри стонет и просит близости с кем-то, кто придаст вам сил и бодрости, поднимет настроение. Практикуя этот метод, вы сеете зерна, из которых вскоре вырастает безмятежность. Например, во время медитации (обозначая беспокойство ума «мышлением») мы тренируемся быть в «здесь и сейчас» вместо того, чтобы падать в бездну хаотичных мыслей. Со временем развивается стойкость. Если мы постоянно и упорно занимаемся, что-то начинает меняться. Сильные эмоции захваты­вают нас все меньше. И, если одиночество все еще грызет нас, сегодня мы способны пребывать наедине с этим смятением в течение двух секунд, в то время как еще вчера не могли высидеть и одной. В этом и заключается путь воина. Это путь смелых. Чем меньше мы сходим с ума, тем отчетливее удовлетворение от этого спокойного уединения. Мастер дзен Катагири Роси часто говорил: «Можно быть человеком одиноким, но цельным».

Вторая характеристика — удовлетворенность. Когда у нас ничего нет, нам нечего терять. В действительности именно так и есть, но мы запрограммированы на уверенность, будто обладаем чем-то. Ощущение потери коренится в страхе — страхе одиночества, страхе перемен, страхе чего-то неразрешимого, страхе небытия. Мы надеемся, что сможем избежать этого чувства, но в то же время боимся утратить ориентиры.

Удовлетворенность — это синоним спокойного одиночества. Мы больше не верим, что его можно избежать, получив взамен вечное счастье или радость, или ощущение силы и благополучия. Обычно приходится отрекаться от этой веры миллион раз, снова и снова примиряясь со своими неврозами и страхом, — нужно делать это непрерывно и осознанно. Внезапно что-то начнет меняться, поначалу мы этого даже не заметим. Оказывается, можно быть одиноким, не иметь никаких альтернатив и быть довольным таким положением дел.

Третья характеристика заключается в том, чтобы не делать ничего лишнего. Когда одиночество заедает нас, мы сразу думаем, чем бы заняться — то есть ищем спасения. Когда нас тошнит от того, что мы называем одиночеством, ум начинает рыскать вокруг в поисках какой-нибудь компании, чтобы избавиться от отчаяния. Это и есть лишняя деятельность. Занятостью мы заглушаем боль. Причем эти занятия могут принимать самые разные формы: мечты о прекрасной любви, бесконечные разговоры или вообще уход в пустыню, отшельничество. По сути, все эти действия так или иначе направлены на поиск кого-то, кто мог бы заполнить пропасть, в которой бесятся демоны вашего одиночества. Но не лучше ли успокоиться и принять себя с уважением и сочувствием? Может, хватит бежать? Начните с простой практики: когда паника подкрадывается к вам, не пытайтесь скрыться и не хватайтесь за спасательный круг. Попробуйте обрести покой в своем одиночестве — это достойное, благородное занятие. Как сказал японский поэт Рёкан: «Если хочешь найти смысл, перестань гоняться за всем подряд».

Дисциплина, послушание — вот третья составляющая безмятежного одиночества. Суть ее заключается в том, что при возникновении малейшей возможности мы отступаем немного назад, возвращаемся в настоящий момент и продолжаем спокойно сидеть в уединении. Не нужно намеренно уделять много сил этому методу, но стоит достаточно долго побыть в тишине, чтобы осознать истинный ход вещей. Необходимо понять, что мы в принципе одни, и нам не за кого и не за что хвататься. И более того — в этом нет никакой проблемы. Наоборот, так мы получаем доступ к состоянию чистого бытия. Люди воспринимают реальность сквозь призму стереотипов и в итоге оказываются не способными увидеть истинное положение вещей. Нам трудно смотреть правде в глаза, и мы всячески избегаем этого. Поэтому полезно иногда сделать шаг назад, отступить в собственное одиночество, в глубине которого как нигде лучше осознаются неразрешенные вопросы жизни.

Уход от фантазий — еще одна характеристика спокойного уединения. Бегство в страну грез предполагает поиск неких альтернатив — будь то еда, алкоголь или общение. В самом желании есть нечто от тяжелой зависимости: мы то и дело пытаемся ухватиться за что-то, чтобы все стало хорошо. Это качество свидетельствует о незрелости. Мы до сих пор мечтаем прийти домой и обнаружить там холодильник, набитый любимыми деликатесами. Когда жизнь прижимает нас к ногтю, нам хочется позвать на помощь, отчаянно крича. Прекратить витать в облаках — значит посмотреть на истинное положение вещей. Одиночество — не проблема. С ним не нужно ничего делать, не нужно искать решения.

Следующий аспект спокойного одиночества состоит в том, чтобы не искать убежища в размышлениях. Из-под ваших ног выдернули ковровую дорожку, все кончено! Мы не ищем компании даже своих собственных мыслей, не вступаем в разговор с самим собой. Мы пребываем в безмятежном уединении и не пытаемся найти выход в непрерывном трепе, помечая его как «мышление». Можно лишь слегка коснуться этой болтовни и затем отпустить.

В спокойной прохладе одиночества можно честно, без агрессии, заглянуть в свое сознание. Постепенно мы сможем развенчать один за другим воображаемые идеалы того, какими мы должны быть, или какими мы себя представляем, или что, как нам кажется, про нас думают другие, какими хотят видеть. Все это следует отбросить в сторону и взглянуть с юмором и состраданием на свое истинное лицо. Тогда одиночество перестает быть угрозой или наказанием и не причиняет никакой боли.

Такое одиночество не дает нам никакого решения или даже ощущения почвы под ногами. Напротив, оно толкает нас туда, где нет никаких ориентиров и ничего надежного. Это и есть Срединный путь, или священный путь воина.

Если утром вы просыпаетесь с болью в сердце от осознания своего одиночества и отчужденности, воспользуйтесь этим состоянием как уникальной возможностью — это ваш золотой шанс. Не нужно устраивать гонений или думать, что происходит что-то ужасное и неправильное. В этот момент печали и тоски попробуйте успокоиться и ощутить безграничность своего сердца. Помните, это ваш шанс.

1 Срединный путь — понятие буддистской философии. Доктрина Срединного пути Будды утверждает, что все непостоянно, однако все подчиняется причинно-следственной связи согласно трем характеристикам причинности — объективности, необходимости и неизменности. Подобный подход помог Будде глубже истолковать закон кармы, нежели это было сделано в индуизме. Будда увидел, что избавление от сансары или циклического перерождения в шести мирах существования зависит от самого человека, от очищения им своей кармы и сознательной работы над собой.

 


Дата добавления: 2015-08-20; просмотров: 58 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 8| Глава 10

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.008 сек.)