|
- Нет. Похищен прямо из машины в Кандагаре, - Джон опускает руку с листком. – Час назад.
- Он у них, - глухо произносит детектив.
- И он знает, где ты.
- Думаешь, он им <i>расскажет</i>? – в голосе Шерлока слышно сомнение.
- Вполне вероятно, - жестко говорит Джон. – Так или иначе, почти из кого угодно можно вытрясти что угодно. А если плевать на последствия допроса, то и времени много не нужно.
- О, господи, - вырывается у Шерлока.
- Тебе нужно бежать, - решает Джон.
Он хватает с пола рюкзак детектива и швыряет его на диван.
– Здесь оставаться нельзя.
- <i>Как?</i> – с отчаянием спрашивает Шерлок. – Джон, они контролируют всю американскую миссию в Афганистане. Они перекрыли <i>все выходы</i>.
-Как ни смешно звучит, но это неверно, - произносит Джон. – Выход есть, вот только…
Он оглядывает комнату.
- Тебе нельзя брать с собой ни ноутбук, ни телефон, ни даже собственные ботинки – ничего, с помощью чего могут отследить твое местоположение, - говорит Джон. – Возьмешь обе винтовки, револьвер и запас сухпайков** на неделю. Водой и патронами мы тебя обеспечим. Все лишнее оставишь тут. Пока не раздобудем другую одежду, останешься в форме. Еще не забудь паспорт, наличные я для тебя организую. Вроде все. Или есть еще что-то, без чего ты не сможешь обойтись?
- Джон, - тихо произносит Шерлок.
- Не забудь полевой медкомплект, - напоминает тот. – И поторопись. Мы уходим отсюда через полчаса.
- Мы? – уточняет Шерлок и чуть расслабляется, опускает напряженно сведенные плечи.
- Я смогу тебя немного… совсем немного проводить, - отвечает Джон.
Шерлок кивает.
- Давай, собирайся, - говорит ему Ватсон и поворачивается к выходу. – А я пока все организую.
- Джон, план – пробиваться с боем?
- Надеюсь, до этого не дойдет, - на губах Джона появляется тень улыбки.
Двадцать пять минут спустя Шерлок идет к вертолету. Тот ожидает его на крохотной бетонной площадке у стены. На детективе бронежилет, кобура пристегнута, за спиной – бледно-синий рюкзак, наверху которого закреплен свернутый спальный мешок. На одном плече штурмовая винтовка, чехол со снайперской - на другом. Джон, Блэквуд, Хинд и Хенн все полностью одеты, в бронежилетах, вооружены, и у всех за спиной вещмешки, кроме Хинда – у него на плечах потертый серо-зеленый рюкзак из брезента. Остальные члены группы Браво Бейкер стоят рядом в неплотно затянутых бронежилетах поверх футболок или рубашек с закатанными рукавами.
- Вернусь завтра, в крайнем случае, послезавтра, - слышит Шерлок слова Джона. Тот обращается к Макмату.
- Постарайся не просрать тут все вконец, пока меня не будет, - добавляет Блэквуд и, хлопнув Макмата по плечу, залезает в вертолет. За ним следует Хенн.
Барр на мгновение дружески приобнимает Хинда за плечи.
- Никаких окружных путей на обратной дороге, - говорит он. – Одна нога здесь, другая там.
Хинд улыбается и кивает, забирается в кабину. За ним идет Джон.
- Холмс, - окликает Макмат. – Не забрасывай сто пятнадцатую, у тебя талант.
Шерлок кивает и слегка недоуменно хмурится.
- И пришли нам открытку, когда доберешься домой, - с улыбкой добавляет Барр.
- Шерлок, залезай, - нетерпеливо говорит Джон. – Уже темнеет, надо торопиться.
Детектив залезает в кабину вертолета и садится рядом с Джоном. Макмат коротко машет рукой на прощание, Каллен показывает отлетающим два больших пальца. Винты начинают крутиться, разгоняются, в воздух поднимается пыль, и провожающие прикрывают лица руками. Вертолет дает небольшой крен, и Шерлок автоматически чуть отшатывается в противоположную сторону, сохраняя равновесие. С воздуха теперь видно всю базу, окружающие ее три стены из мешков с песком и реку. Он поворачивается и встречается взглядом с Джоном. Тот смотрит с нежностью, но губы его горько сжаты.
Они летят на северо-восток, навстречу сгущающейся синеве наступающих сумерек. Низкие, покрытые пыльно-зелеными деревьями холмы сменяются высокими склонами со скудной растительностью, основные цвета – серый и бурый. Вертолет поднимается выше, и в воздухе постепенно разливается прохлада. Они сворачивают к северу, и вдали проявляется, а потом становится все ближе длинная цепь гор, увенчанных сияющими снежными шапками. Высокие пики Гиндукуша*** пронзают небо.
Солнце еще висит над горизонтом на западе. Внизу проносятся низкие обрывистые склоны, бросающие на землю густую тень. У их подножия вьется узкая дорога, местами мелькают и тут же исчезают пешие тропы. Вертушка снижается и кружит, облетает склон за склоном в поисках подходящего места для посадки. Наконец, пилот замечает широкий и почти ровный участок земли, разворачивается и садится. Все выбираются наружу, выкидывают на землю припасы и собственные вещмешки. Джон подает знак пилоту, вертушка снова взмывает в воздух, кружит над ними и улетает на запад.
- Пойдем, - говорит Джон. – Хотелось бы убраться от столь очевидного пункта выброски засветло.
Они распределяют между собой запас воды и патронов, вскидывают вещмешки на плечи и уходят. Хинд и Хенн шагают впереди, за ними следуют Джон и Шерлок, замыкает Блэквуд. Солнце опускается за холмы на западе, дует прохладный ветер. Хинд с Хенном с самого начала задают просто бешеный темп, так что вскоре все тяжело дышат и смахивают выступивший, несмотря на прохладу, пот. На западе небо полыхает багрянцем, на востоке сгущается чернильно-лиловая тьма. Путники, наконец, останавливаются на привал у крутого склона. Под ними внизу бежит дорога, а выше вздымается горная вершина. На иссушенной каменистой земле колышутся под ветром редкие чахлые травинки.
Последние лучи заходящего солнца освещают группу. Пятеро человек сидят на спальниках полукругом, облокотившись на вещмешки, и смотрят на горы. Рядом несколько опустошенных упаковок от сухпайков.
- Значит, Пакистан на той стороне, - задумчиво роняет Шерлок.
- Ворону по прямой сто семьдесят миль будет, - откликается Блэвкуд.
- Полцарства за ворона, - невесело шутит детектив. – Сколько идти?
- Если повезет, то неделю, - Джон смотрит вдаль, не отрываясь, и не поворачивается, отвечая на вопрос.
Шерлок кивает с тихим вздохом. Над горами зажигаются, мерцают в сгущающейся лиловой тьме первые звезды. Неожиданно, Блэквуд поднимается на ноги.
- Док, - окликает он, и тот оглядывается.
Блэквуд указывает пальцем на себя, на него, а потом за спину. Джон слегка сводит брови, но кивает и тоже встает. Блэквуд отходит в сторону.
- Ждите тут, - бросает Джон и идет вслед за ним.
Они отходят подальше, чтобы их разговор был не слышнен остальным. Блэквуд замирает, и Джон смотрит на него, вопросительно подняв брови.
- Разрешите обратиться, сэр, - отрывисто произносит Блэквуд.
Джон хмурится, но коротко кивает.
- При всем моем уважении, сэр, - начинает Блэквуд, и на лице его появляется странное выражение, как будто он босиком шагает по раскаленным углям. - При всем уважении, я считаю, что вам и мистеру Холмсу отойти бы ненадолго, прогуляться вверх, на холм.
Джон сводит брови еще сильнее, сжимает губы.
- Сержант, едва ли это, - начинает он.
- Док, - перебивает его Блэквуд и добавляет уже мягче, - Джон, я прикрываю тебе спину уже давно и надеюсь, что буду прикрывать еще долго, но тебе надо признать и понять, что происходит, куда уходит он, и куда – ты. Не совершай ошибки, о которой, возможно, будет сожалеть лишь один из вас. Тот, кто выживет.
Глаза Джона на секунду угрожающе темнеют, но затем он перестает хмуриться и коротко, чуть заметно кивает. Блэквуд отворачивается и возвращается к остальным, Ватсон идет следом. Шерлок кидает на него вопросительный взгляд, Джон останавливается и скатывает свой спальный мешок. Удивление в глазах Шерлока растет, и Джон прикрывает глаза – безмолвный ответ на невысказанный вопрос. Холмс встает и, стараясь не смотреть ни на кого, берет свой спальник и кобуру с револьвером. Джон уже поднимается на холм. Шерлок нагоняет его несколькими широкими шагами, и дальше они идут вместе.
Они поднимаются примерно на сто ярдов и останавливаются на крохотном участке ровной земли. Острые скалы защищают его от ветра. Джон и Шерлок расстилают спальные мешки, опускаются на них и долгое время не двигаются, всматриваются друг в друга сквозь сгущающийся мрак. Джон двигается первым, кладет ладонь на грудь Шерлока, закрытую бронежилетом. Шерлок закрывает глаза, морщится, меж бровей и на переносице пролегают глубокие складки. Джон опускает руку и расстегивает бронежилет снизу, а затем сверху. Шерлок сводит брови еще сильнее и поднимает плечи, помогая снять его. Джон кладет бронежилет рядом и тянется отстегнуть кобуру.
- Посмотри, - мягко просит он. – Ты должен знать, где лежит твое оружие.
Шерлок открывает глаза, смотрит вниз, на мирно покоящийся в кобуре «Зиг-зауер», и едва заметно кивает. Вокруг тихо, только ветер свистит за скалами. Наконец, Шерлок поднимает взгляд, но смотрит на Джона не прямо, всего лишь краем глаза. Ватсон начинает расстегивать его рубашку, и только тогда он, наконец, оборачивается и смотрит ему в глаза.
- Не хочу уходить, - шепчет Шерлок, вытягивая руки из рукавов.
На лице Джона проступает грусть.
- Не хочу, чтобы ты уходил, - тихо говорит он.
Губы Шерлока дрожат. Он расстегивает бронежилет Джона - тот быстро его сбрасывает - и кладет ладонь ему на грудь, напротив сердца, вглядывается в лицо, смутно различимое в полумраке, и страдальчески мотает головой. Джон вздрагивает и обнимает его за плечи.
- Все хорошо, - шепчет он ему в губы, - все хорошо.
Они целуют друг друга. Нежное, невесомое соприкосновение губ.
- Хочу остаться с тобой, - глухо произносит Шерлок, когда Джон скользит поцелуем ниже, к подбородку.
- Я тоже этого хочу, - отвечает Джон.
Он укладывает Шерлока на спину, распахивает расстегнутую рубашку и закатывает футболку до груди. Потом отстраняется, снимает рубашку и футболку, наклоняется снова. Жетоны ложатся в ямку между ключиц Шерлока, тот вздрагивает и обхватывает Джона обеими руками. Джон наклоняется, целует его в уголок рта, слегка двигает бедрами. Шерлок обнимает его еще крепче, прижимает к себе и тихо вздыхает. Джон покрывает поцелуями его лицо, скулы, прижимается губами к бьющейся за ухом жилке, немного отстраняется и склоняется ниже, оставляет поцелуй на гладкой коже живота под грудиной. Шерлок закрывает глаза, отворачивается, когда Джон начинает расстегивать его ремень и штаны, и слегка приподнимается, давая возможность стянуть их до колен. Он уже начал возбуждаться, член его напрягается все сильнее. Джон поочередно прижимается губами к левой и правой тазовой кости, нежно и ласково, Шерлок прикусывает нижнюю губу, обхватывает ладонью его затылок.
Джон встает на колени, садится Шерлоку на ноги, расстегивает ремень и штаны. В глазах смешались печаль и нежность, застывшее лицо кажется хрупкой маской. Он спускает одежду ниже, сжимает губы, обхватывает свой член рукой и проводит по нему несколько раз, доводя себя до полного возбуждения. Зажмуренные веки Шерлока дрожат, он делает глубокий прерывистый вдох и раздвигает ноги, насколько это позволяют спущенные до колен штаны. Джон ложится на него, и оба вздрагивают, медленно выдыхают, чувствуя, как прижимаются друг к другу их члены.
Одной рукой Джон обхватывает и поддерживает Шерлока за плечи, второй скользит вдоль его бока вверх и вниз, медленно поглаживая. Шерлок обнимает его за шею, вторая рука лежит на пояснице. Шерлок и Джон медленно двигаются, толчки настолько легкие, что, кажется, это не более чем последствия учащенного дыхания. Джон напрягается, упирается носками ботинок в землю и начинает двигаться резче. Кожа на животе становится влажной от пота и выделившейся смазки. Джон подносит руку ко рту, сплевывает и отклоняется в сторону, проводит влажной ладонью по члену Шерлока, потом ложится обратно, трется своим членом о его член. Скольжение теперь легче, сладостней. Одной ногой Шерлок обхватывает лодыжки Джона и прижимается к нему еще крепче.
Джон крепко вцепляется в бедро Шерлока свободной рукой и продолжает двигаться – короткие резкие толчки. Каждый из них сопровождается резким выдохом, и жаркое влажное дыхание касается приоткрытых губ. Плечи Джона округлены, спина прогибается и напрягается. Любовники тесно прижимаются друг к другу, это сдерживает ритм движений, но им все равно – главным кажется быть как можно ближе. Возбуждение и напряжение все усиливаются, и вскоре происходящее напоминает яростную погоню за наслаждением.
- Нет, не сейчас, - вырывается у Шерлока отчаянное. – Я не… не сейчас.. не сейчас…
Джон замедляется, тяжело и громко дышит, пытаясь держать себя в руках и не продолжить. Шерлок под ним выгибается, отрывает спину от земли и замирает, напряженный, дрожащий.
- Я так близко, - выдыхает он и опускается обратно на спальный мешок.
Джон не двигается, он смотрит на Шерлока, смотрит, как тот дрожит, замерев на тонкой грани удовольствия, а затем делает один-единственный толчок. Кожа скользит по коже, член Джона трется о член Шерлока, и этого легкого движения достаточно, чтобы с губ Шерлока сорвался выкрик, полный болезненного наслаждения. Джон медленно приподнимает бедра и толкается снова.
- О, мой бог, - выдыхает Шерлок и снова выгибается. – Я… боже… <i>Джон</i>.
Его член пульсирует, и Шерлок тихо вскрикивает, по телу его проходят, постепенно слабея, волны дрожи. Выплеснувшееся на живот семя стекает набок. Джон скользит ладонью меж их тел, проводит пальцами по лужице спермы на животе и обхватывает свой член. Шерлок все еще дрожит, он не пришел в себя после накрывшего его оргазма, но все равно подается бедрами навстречу движениям Джона, пытаясь попасть в ритм, обнимает его ослабевшими руками. Несколько быстрых, резких движений рукой, и Джон кончает, с шипением выдохнув сквозь зубы.
- Господи…Чтоб меня, - хрипит он и, уткнувшись лицом в шею Шерлока, тяжело и жарко дышит.
Тот вздрагивает под ним, Джон поднимает голову.
- Не может все закончиться вот так, - произносит Шерлок. – Должно быть продолжение, Джон. Должно…
Джон крепко зажмуривается, прижимается лбом к его лбу.
- Послушай меня, - говорит он. – Будет. Я клянусь. Вся моя жизнь, сколько бы ее не осталось, клянусь…
Шерлок громко и резко выдыхает.
- Пообещай мне. Снова, - сдавленно, почти неслышно просит он. – Обещай, что с нами все будет хорошо.
Джон отстраняется, смотрит ему в глаза, но уже слишком темно, все, что он видит – неясный блеск.
- Шерлок… Даже если я тебя больше никогда не увижу, - говорит он, и чуть хриплый, дрожащий выдох на этих словах отдаленно напоминает смех, - ты все равно останешься самым потрясающим, что только со мной было.
- Нет! - выкрикивает тот. – Не… Не смей. Ты обещал. Джон, <i>ты обещал</i>.
- Знаю, - в голосе Джона раскаяние, он целует его закрытые веки. – Обещал. И… Обещаю.
- <i>Не умирай</i>, - яростно шепчет Шерлок. – Только не умирай, тогда не умру и я.
- Не умру, - шепчет Джон в ответ. – Обещаю тебе.
Постепенно дрожащее дыхание Шерлока выравнивается, Джон вытягивается рядом, и какое-то время они лежат молча, слушают, как свистит, разбиваясь о скалы, ветер.
<i> 17 июля
Провинция Пактика, недалеко от провинции Хост</i>
В прозрачное и чистое небо взбирается яркое солнце, но тепла рассвет не приносит, с гор долетают резкие порывы ветра. Шерлок и Джон сидят рядом, завернувшись в спальные мешки, и смотрят на выцветшую и бесплодную долину. По их глазам видно, что большую часть ночи они не спали. Рядом ворочаются, потягиваются, выбираются из спальных мешков, кашляют и сонно бормочут «доброе утро» остальные.
- Ну вот, - произносит Джон.
На дороге внизу видно облачко пыли, оно приближается, и скоро уже можно рассмотреть, что поднял его грязно-серый грузовик. Джон и Шерлок поднимаются на ноги, собирают вещи.
Грузовик подъезжает по узкой горной дороге к их временному лагерю так близко, как может, останавливается, и оттуда выходят трое афганцев. В руках у них винтовки и какие-то свертки. Афганцы поднимаются по склону к лагерю, быстро и уверенно. Джон спускается им навстречу. Они обмениваются быстрыми объятиями в знак приветствия и все вместе поднимаются наверх.
Прибывшим на вид можно дать лет тридцать. Высокие, черноволосые и худые, с ястребиными лицами, они одеты в простые, светлые длинные рубахи и штаны, на плечах - тонкие темные накидки, на лицах - густая щетина.
- Шерлок, это Фархад, Махар и Усман, - представляет их Джон.
Услышав свое имя, каждый афганец кивает.
- Скажи им, что это тот, о котором говорили, - просит Джон Хинда, - и что ты пойдешь с ним, будешь переводчиком.
Хинд что-то произносит на дари. Фархад внимательно оглядывает Шерлока и коротко кивает. Хинд продолжает говорить, указывает то на себя, то на детектива. Фархаду услышанное явно не по душе, но он снова кивает. Двое других отдают Хинду и Шерлоку свернутую одежду, и те начинают переодеваться.
- Хенн, Блэквуд, грузите воду и боеприпасы в грузовик, - командует Джон.
Блэквуд кивает, и они с Хенном уходят. Фархад дает знак Махару и Усману, и те идут помогать с погрузкой.
- Уточни еще раз, что вам нельзя передвигаться по дорогам, - говорит Джон Хинду и смотрит на Фархада. – Убедись, что он это понял, понял, что вас разыскивают.
Стоит Хинду закончить речь, как Фархад разражается ответной. Он говорит резко и с горячностью, не отрывая взгляда от лица Джона.
- Он все понял, - произносит Хинд. – На грузовике доберемся до Хоста, а потом - пешком через горы. Он сказал, будем держаться в стороне от троп, пойдем по склонам. Говорит, что одному только Аллаху под силу обозреть все горы разом.
Шерлок уже переоделся в принесенное афганцами: широкие серые штаны-изар,**** плотные, но мягкие, и просторную светлую длиннополую рубаху из чуть более легкой ткани. Поверх он надел бронежилет, закрепил кобуру, и накинул свободную жилетку-васкат***** в серо-голубую полоску; тонкий и длинный отрез темно-синей ткани он обмотал вокруг шеи. Он вскидывает на плечи рюкзак, к которому прикреплены спальный мешок и брезентовый чехол со снайперской винтовкой. Штурмовую винтовку он вешает на грудь.
Волосы детектива короче, чем у Фархада, но все равно, подстриженные в спешке, разлохмаченные и чуть вьющиеся, они гораздо лучше сочетаются с его теперешним обликом, нежели аккуратная стрижка Хинда. На щеках и подбородке Шерлока легкая тень – пробивается щетина: попытки тщательно побриться, имея в распоряжении только тепловатую грязную воду, были не особенно успешными. Высокий, худой, с пронзительно светлыми миндалевидными глазами, он вдруг становится удивительно схож с приехавшими афганцами.
Хинд вскидывает на плечи свой рюкзак. Теперь они готовы идти.
- Удачи тебе, - говорит Хенн. – И давай сразу назад. Никаких, мать твою, «загляну по пути в Амстердам».
Хинд тихо, весело фыркает.
- Удачи, - Блэквуд коротко хлопает Хинда по плечу. – И тебе тоже, Холмс.
Шерлок коротко кивает.
- Да, удачи, - добавляет Хенн.
- Увидимся примерно через неделю, - мрачно говорит Джон Хинду.
- Да, сэр, - кивает тот, смотрит на Шерлока, потом на Фархада и произносит что-то на дари.
Кажется, Фархад слегка удивлен, но он отворачивается и спускается вниз вместе с Хиндом.
- Эй, Хенн, какого хрена тут до сих пор срач? – возмущается Блэквуд и уходит к наполовину разоренной ночной стоянке.
Хенн слегка ухмыляется, но следует за ним. Джон и Шерлок остаются одни. Взгляд детектива нервно перебегает со скал к небу и обратно.
- Шерлок, - произносит Джон
Тот оглядывается на Блэквуда с Хенном, затем смотрит вниз, на Хинда и Фархада, спускающихся по склону к грузовику, где ждут их Махар и Усман.
- Я тебя люблю, - тихо, но уверенно говорит Джон.
И Шерлок смотрит ему в глаза, открывает рот, но у него не вырывается ни звука. Джон смотрит в ответ, строго и прямо, не отводит взгляда.
- Да, - наконец выдавливает Шерлок. – Я… я…
- Иди, - твердо произносит Джон. – Увидимся после Рождества.
Он делает шаг назад и улыбается, слабо, но уверенно.
- Я тоже тебя люблю, - отрывисто и резко произносит Шерлок, голос его чуть хриплый и кажется тоньше.
Джон смаргивает, улыбается широко и тепло.
- Знаю, - говорит он.
В глазах Шерлока вспыхивает неподдельное изумление, он улыбается в ответ, поправляет рюкзак, отворачивается и спускается вниз. Еще какой-то час, и будет ровно одна неделя с тех пор, как он впервые увидел Джона.
<b>Конец второй части</b>
______________________
<b><i>От переводчика</i></b>
<i>Арт к этой главе
[http://img269.imageshack.us/img269/1967/168hoursfinal.jpg]</i>
<i>*В оригинале – «All that we avow», строчка из песни «Hostage of love», исполнитель - Razorlight
Послушать – [http://www.youtube.com/watch?v=mclJKzyxX9o]
Перевод дам ниже, так как в интернете его не нашла.
**Сухпаек - в оригинале MRE (meal-ready-to-eat) индивидуальный рацион питания, индивидуальный паек в виде набора готовых к употреблению продуктов для одноразового приёма пищи со средствами разогрева: готовый завтрак, обед или ужин. Для разогрева продуктов в MRE включён специальный пакет с беспламенным химическим нагревателем. В нагреватель следует залить небольшое количество воды, а затем поместить внутрь него пакет с едой или напитком.
Один из вариантов MRE [http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/a/ad/MRE_contents.jpg]
Слева вверху — вскрытая наружная оболочка, слева внизу — беспламенный химический нагреватель.
*** Гиндукуш — горная система в Средней Азии. Большая часть Гиндукуша расположена на территории современного Афганистана, восточная часть с наиболее высокими пиками принадлежит Пакистану.
http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/b/b3/Afghanistan_18.jpg/800px-Afghanistan_18.jpg
**** Изар – традиционные афганские штаны. Их ширина намного превышает длину, в поясе они собраны в многочисленные мелкие сборки. В отличие от шаровар их просторные штанины книзу постепенно сужаются.
***** Васкат - поверх рубахи почти все афганцы носят жилетку или национальную безрукавку, и то и другое называют «васкат» (английское waistcoat).
Перевод (подстрочник) песни к главе.
Ты превратился в моего заключенного,
Ослепил сам себя, и потому не видишь,
Что подчинился высшей силе
И сделался заложником любви.
Отвернись от меня, откажись от влечения,
Верни власть себе,
Отрекись от всех наших клятв.
Но ты нарушил эти правила,
И стал моим заложником.
Я грешник,
И я святой.
Я – это дьявол,
И бессонный призрак.
Я заставлю тебя разрыдаться,
И я же утолю твои слезы.
Я – тот предел,
Больше которого тебе не выдержать.
Ты груз,
Который я поднимаю.
Я – твое спасение,
И твой вестник греха.
Я заставлю тебя перешагнуть
Границы доверия.
Так выкупи же себя,
Заложник любви.
Ты говоришь, что родился заново,
Что раньше спал в логове лжи,
Что тебя не спасти,
И что безгрешность твоя утрачена.
Я подставил щеку
Под удар и получил его.
Правда обо мне
Никому не известна.
Слова насмешек
Я встречал с улыбкой.
За правду
Меня распнут.
И как безумец,
Передаю тебе свой лавровый венок,
Подобно герою,
Кладу трофеи к твоим ногам.
Следовать за дьяволом
У нас с тобой в крови.
И разве я тоже
Не заложник любви?
Ты говоришь, что должен жить один.
Что будет больно, но ты справишься…
Ты сказал, что родился заново…
Но ты так и останешься заложником любви.</i>
========== Глава 15: И пусть кто-то мудрый услышит... ==========
<i>21 июля
К северо-востоку от Марьям Шах, граница Пакистана</i>
Шерлок и Хинд лежат бок о бок, растянулись на животе, на широком отрывистом склоне. Хинд смотрит вдаль сквозь зрительную трубу,** Шерлок прислонился щекой к прикладу и смотрит в прицел.
- Семьсот пятьдесят ярдов, двигается быстро, справа налево, точно под той трещиной в скалах, - ровным тоном сообщает Хинд.
- Вижу, - тихо откликается Шерлок.
Они провели в горах четыре дня, и скулы Шерлока окрасились карамельно-коричневым загаром. Светлые глаза на фоне потемневшей кожи выделяются теперь особенно ярко, кажется даже, что радужки из светло-серых превратились в жемчужные. Шерлок оброс – над верхней губой появились темные усы, на подбородке пробивается густая борода. В загорелые руки въелась грязь, а губы покраснели и потрескались - в горах нещадно палит солнце, очень ветрено.
Бегущий по камням заяц замирает в тени высохшего кустарника.
- Семьсот семьдесят ярдов, - тихо произносит Хинд.
Затаив дыхание и не моргая, Шерлок смотрит в прицел. Заяц срывается с места. Эхо разносит по горам хлесткий звук выстрела, и пуля крупного калибра швыряет на камни окровавленный комок меха. Хинд невольно морщится.
- Чтоб меня, - выдыхает он.
Шерлок слегка разочарованно качает головой.
- Это едва ли половина действительной дальности стрельбы.
- Холмс, твою мать, это был сраный мелкий кролик, - резко возражает Хинд. – И он, черт дери, не стоял на месте. Маку о такой меткости только мечтать остается.
Шерлок прячет довольную улыбку. Они оба садятся, снизу их окликает Фархад.
- Говорит, хватит штаны протирать, пора двигать, - переводит Хинд.
Шерлок смотрит на Хинда. Тот пристально уставился вниз, на Фархада и двоих его спутников.
- Ты им не доверяешь, - говорит детектив.
- Не склонен доверять тем, кто когда-то в меня стрелял, - пожимает плечами Хинд.
Шерлок наклоняет голову и чуть приоткрывает рот в безмолвном вопросе.
- Фархад и его братья воюют на два фронта: и с нами, и с талибами, - нахмурившись, объясняет Хинд. – Ну, точнее, так оно было, пока на Дока не нашел приступ человеколюбия, и он не спас жизнь их отцу. Пуштуны ненавидят быть у кого-то в долгу – им нельзя сражаться против тех, кому они обязаны. Расплатившись по счетам, они смогут снова палить по Доку с чистой совестью.
Дата добавления: 2015-08-28; просмотров: 54 | Нарушение авторских прав
<== предыдущая лекция | | | следующая лекция ==> |