Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

В бесконечной войне между людьми и расой бессмертных меняются местами враги и соратники, охотники и дичь. МакКайла Лейн и представить не могла, что ее возлюбленный явится к ней в обличье зверя и что 32 страница



Я загорала, сидя рядом с ним в шелковом шезлонге. Я остужала пальцы в волнах, держа Войну за руку. Я восхищалась обнаженным телом Принца Невидимых. Размышляла, каким был бы секс с ним. Я общалась с врагом и даже не догадывалась об этом. Все это время он выстраивал события, подталкивая нас всех к нужному пути.

И это сработало.

Он добился, чего хотел. И сейчас стоял над Книгой Короля, впитывал смертоносное знание, а королева лежала у его ног без сознания. Он мог убить ее, похитив также и Истинную Магию их расы. Это он запер Королеву во льду темницы Невидимых, чтобы держать живой и беспомощной, пока он не станет самым сильным мужчиной своей расы. Король отрекся от своего темного знания. А когда Круус впитает отвергнутое, станет ли он сильнее Короля?

Я видела, как заклятия «Синсар Дабх» скользят по страницам, переползают на его пальцы, ладони, руки, плечи и исчезают под кожей. Круус почти закончил. Почему Король не останавливает его?

— Он уже начал. Его невозможно остановить. Ты думаешь, что я оставлю две части Книги в разных местах, когда они не смогли удержать и одну? — спросил Король.

Бэрронс и его люди снова колотили по стенам, пытаясь прорваться к Круусу.

Но было слишком поздно. Осталось всего несколько страниц.

Я стояла и, дрожа, переводила взгляд с Короля на Крууса. Я лишь надеялась, что Король знает, что делает.

Круус перевернул последнюю страницу.

И когда финальное заклинание исчезло, Книга осела горсткой мелкой золотой пыли и мерцающих красных камней.

«Синсар Дабх» была наконец уничтожена.

Жаль, что она теперь живет и дышит в теле самого могущественного из Невидимых Принцев.

Переход был незаметным.

Я стояла в пещере со всеми остальными. И вдруг очутилась на травянистом склоне холма с Круусом и Королем.

Огромная луна заслоняла горизонт. Она всплывала над планетой, заполняя ночное небо и оставляя только полоску кобальта с мерцающими звездами над ней.

Закругленный луг плавно переходил в холм, а затем в лунный диск, и казалось, что я могу взобраться на вершину и, одним прыжком преодолев зеленую изгородь, оказаться на луне. Воздух звенел от напряжения, вдали рокотал гром. Черные мегалиты казались пальцами падшего гиганта, нацеленными в немигающее око.

Мы стояли среди камней — Круус лицом к Королю, а я между ними.

Королева распростерлась у ног Крууса.

Я попятилась, чтобы лучше видеть. Интересно, кто перенес нас сюда, оставив остальных позади, — Круус или Король? И зачем?



Ветер растрепал мне волосы. Он был напоен ароматом специй и ночного жасмина. Охотники пролетали на фоне лунного диска, издавая звуки гонга, и луна вторила им.

Я понятия не имела, что это за мир и в какой галактике я оказалась, но какая–то часть меня узнала местность. Мы выбрали его за схожесть с Холмом Тара, но Тара была бледной имитацией. Луна никогда не подходила к Земле так близко, и в небе она была одна, а не три. В скалистой коре и минеральных венах планеты пульсировала мощь, земной же магии давным–давно до смерти надоели люди.

— Почему мы только втроем? — спросила я.

— Дети, — изрек Король.

Мне не понравился этот ответ. Война мне не брат.

— МакКайла, — тихо сказал Круус.

Я холодно на него посмотрела.

— Ты считаешь это забавным? Ты лгал мне. Использовал меня.

— Я хотел, чтобы ты приняла истинного меня, но — как вы говорите? — моя репутация меня опережала. Твою голову забили ложью о Круусе. Мне нравилось открывать тебе глаза.

— С помощью очередной лжи? В'лейн не убил Крууса в день битвы Короля и Королевы. Ты поменялся с ним местами.

— С тремя амулетами, которые Король считал недостаточно хорошими, я смог обмануть всех. Вместе они сильнее. — Он самодовольно коснулся шеи, и, хоть я не видела амулетов, я поняла, что он все еще носит их. Круус использовал их, чтобы поддерживать личину Светлого Принца. Лишь изредка, когда он приближался к барьерам аббатства, я видела проблеск правды.

— В тот день, когда я попросила тебя помочь мне победить стража в аббатстве, ты зашипел и исчез…

— Это был барьер правды, созданный из крови и костей. Он опознал во мне Невидимого. Останься я, и я не смог бы удержать гламор. Но ты тоже не смогла преодолеть этот барьер. Почему?

Я не ответила.

— Королева убила В'лейна собственным мечом и даже не узнала этого. С тех пор ты заменял его.

— В'лейн был глупцом. После моей аудиенции у Королевы именно его она отправила, чтобы заключить меня в ее поместье. Я отнял его лицо и дал ему свое. В'лейн и вполовину не был таким Фейри, как я. Он ничего не знал о настоящих иллюзиях, не мог бы создать подобный амулет, даже если бы прожил еще миллион лет. Я привел его к Королеве, чтобы она убила его. Он был жалок. Клялся в невиновности. Скулил и превратил мое имя в насмешку. Другие Принцы Невидимых приложили руку к проклятию и обвинили в нем меня.

— И на этот раз ты скрылся среди Светлых.

— Я никогда не пил из котла. Я наблюдал. Ждал идеального стечения обстоятельств. Книга была потеряна вечность назад. Старый дурак спрятал ее. Двадцать три года назад я почувствовал, что время пришло. Но хватит обо мне. Кто такая ты, МакКайла?

— Ты подставил Дэррока.

— Я лишь подстрекал его.

— Ты хотел стать Королем.

Радужные глаза Крууса вспыхнули.

— А почему бы и нет? Кто–то же должен им быть. Нынешний Король отвернулся от собственных детей. Мы были случайным творением, которое он хотел хранить и прятать. Он боится силы? Я — нет. Он отказывается вести наш народ? Я стану лидером, которым ему не бывать.

— А когда они устанут от твоего правления? — спросил Король. — Когда ты поймешь, что они никогда не будут тобой довольны?

— Я сделаю их счастливыми. Они полюбят меня.

— Так думают все боги. Поначалу.

— Заткнись, старик.

— Ты все еще в обличье В'лейна. Чего ты боишься? — сказал Король.

— Я ничего не боюсь. — Но взгляд Крууса был прикован ко мне. — Я сражался за свою расу, МакКайла. С тех пор как был рожден. Король хотел скрыть свой позор и обрек нас на жалкое существование. Помни это. У всего, что я делал, были причины.

Внезапно золотая грива почернела, золотисто–бархатная кожа стала бронзовой.

Радужные глаза опустели. Переплетенный серебром ошейник сдавил шею. Под кожей, словно волны штормового моря, взвились татуировки. Он был прекрасен. Он ужасал. Уничтожал душу. Золотое свечение окружало его тело.

А его лицо, боже, его лицо было мне знакомо! Я видела его раньше. Он держал мою голову в ладонях. Баюкал меня.

Когда двигался во мне.

— Ты был четвертым в церкви! — закричала я.

Он изнасиловал меня.

Вместе со своими Темными собратьями превратил меня в бездумную оболочку, оставив лежать на улице. И я бы навеки осталась разбитой, если бы Бэрронс не привел своих людей, не забрал меня и не склеил снова.

Темный Принц вздернул подбородок. Он выглядел таким же невозможно прекрасным, как и его братья. Острые зубы сверкали на фоне темной кожи.

— Они бы убили тебя. Они никогда раньше не были со смертной. Дэррок недооценил их жажду.

— Ты изнасиловал меня!

— Я спас тебя, МакКайла.

— Ты бы спас меня, если бы забрал оттуда!

— Я нашел тебя, когда ты уже стала при–йа. Твоя жизнь подходила к концу. Я дал тебе свой эликсир…

— Твой эликсир? — мягко переспросил Король.

— …чтобы исцелить твои раны.

— Для этого не надо было заниматься со мной сексом!

— Я желал тебя. Ты отказала мне. Я устал от твоих возражений. Ты хотела меня. Ты думала об этом. Тебя там даже не было. Какая разница?

— И, по–твоему, это нормально?

— Я не понимаю твоих возражений. Я не сделал ничего, что уже не было сделано другими. Ничего, о чем бы ты не думала. И я сделал это лучше.

— Что конкретно ты мне дал?

— Я конкретно не знаю. — Он идеально скопировал мой тон. — Раньше я не давал этого людям.

— Это был эликсир Королевы?

— Мой, — сказал Король.

— Я усовершенствовал его. Ты уже в прошлом. А я — это будущее. Пришло время отменить твое существование.

Круус собирался отменить существование Короля? А это возможно?

— Дети. Заноза в заднице. И зачем я только их создал? Чертова прорва отношений.

— И не говори, — сказал Круус. — Убийство В'лейна Королевой не было первой иллюзией, на которую ты попался, старый дурак.

Было вот это.

Он наклонился и схватил Королеву за волосы, поднимая. Одеяла упали на землю.

Король замер.

В его глазах я видела черно–белый будуар, череду пустых воспоминаний, долгие бесплодные годы, вечное горе. Я видела одиночество, безмерное и всеохватывающее, как его крылья. Я знала радость их единения и отчаяние расставания.

Но я больше не доверяла выражению лиц. Я потянулась чутьем ши–видящей, усилив его амулетом, и потребовала показать мне правду.

Она все еще оставалась фавориткой. Смертной возлюбленной Короля, той, по которой он сходил с ума, из–за кого создал «Синсар Дабх» и отвернулся от своей расы.

— Ее смерть позволит мне заполучить Истинную Магию. Я пощадил ее, чтобы убить у тебя на глазах, прежде чем уничтожить тебя. На этот раз, когда увидишь ее мертвой, знай, что это не иллюзия.

Король ничего не ответил, и Круус нетерпеливо добавил:

— Не хочешь узнать, как я это сделал, упрямый старый козел? Нет? Ты всегда молчишь, если неравнодушен к теме. В тот день, когда ты отправился сражаться с Королевой, я принес фаворитке твой очередной гениальный эликсир, но заменил его другим зельем, которое зачерпнул из котла забвения. Она стояла в твоем будуаре, а я стирал память о тебе. А когда она все забыла, я нагнул ее над твоей кроватью и трахнул. Я спрятал ее от тебя там, где ты не стал бы ее искать. При Дворе Светлых. Заняв место В'лейна, я притворился, что люблю эту смертную. Со временем придворные выпили из котла и все забыли, Принцессы Видимых набрали силу и были замещены, а она стала одной из нас. Я достиг того, чего не смогли дать твои эликсиры. Время в Фейри, наши зелья, образ жизни сделали ее Фейри. Разве не забавно? И настал день, когда она набрала столько силы, что стала нашей Королевой. Она всегда была там — живая, — но ты даже не взглянул на нее. Я держал ее в месте, в которое надменный Король Невидимых точно не явился бы. Ты трахался, со своими сожалениями, а я трахал твою суку. Твоя фаворитка стала моей любовницей, моей королевой. А теперь ее смерть сделает меня тобой.

Глаза Короля были печальны.

— Более, чем ты можешь себе представить, если это так. Но на твоем пути стою не я. — Он покосился на меня.

Я распахнула глаза и помотала головой.

— Что ты пытаешься сделать? Заставить его убить меня? Я ему не помеха.

— Наша магия предпочитает женщин. Уверен, что она выберет тебя.

— У меня «Синсар Дабх», — сказал Круус. — А у нее нет. Король рассмеялся.

— Ты думаешь, что станешь мной. Она станет ею. Это вероятнее всего.

Я была в ужасе. Я начала догадываться, что он имел в виду, и мне это совсем не нравилось.

— Возможно, Бэрронс станет Круусом. И кто кого тогда будет осуждать?

— Бэрронс не станет Войной! — выпалила я.

— Или мной. Вся соль в нюансах. — Король посмотрел на фаворитку в руках Крууса. — Но все это не важно. Со мной пока не покончено.

Она исчезла.

— Какого…

Руки Крууса опустели. Он ринулся вперед и натолкнулся на невидимый барьер. Сузив глаза, он начал читать заклятие, и от его голоса заледенела кровь. Он звенел, как истинный Принц Невидимых.

Король взмахнул рукой, и Круус замолчал.

Сузив глаза, Король начертил в воздухе сложный символ. Ничего не случилось. Круус снова зазвенел. Король заставил его замолчать.

Круус призвал руну и бросил ее в Короля. Руна ударилась о невидимый барьер и упала. Он швырнул еще с десяток. С тем же результатом. Я словно наблюдала за дракой между мужчиной и женщиной, когда мужчина просто пытается не позволить женщине слишком уж навредить самой себе.

Круус отшатнулся, и за его спиной начали расправляться крылья. Бархатные, черные, огромные, они обрамляли тело такой красоты, что я почувствовала влагу на щеках. Длинные черные волосы струились по его плечам, под бронзовой кожей переливались яркие цвета.

Я коснулась лица и взглянула на свои окровавленные пальцы.

Меня восхищало его темное величие. Я знала, почему Войну не только боялись, но и обожествляли. Мне было известно, на что похоже объятие его крыльев и каково это — ощущать его внутри.

Король наблюдал за ним, и в его глазах светилась отцовская гордость.

Круус пытался уничтожить его, а он им гордился.

Как отец, который глядит на ребенка, отвинтившего запасные колесики от велосипеда и впервые пытающегося ехать без них.

И я поняла, что у Крууса нет шансов победить, пока Король не устанет от жизни.

Дело было не в том, хватит ли Королю сил, — он всегда был самым могущественным из Фейри.

Истинная опасность заключалась в том, хватит ли ему интереса.

Он смотрел на существование совсем не так, как мы. То, что нам казалось разрушением и поражением, для него — как и для Книги, которую он создал, — было актом творения, отсроченным во времени.

Кто знает? Возможно, он прав.

Но мне хотелось существовать здесь и сейчас, и я боролась за это. Я не видела и не желала видеть жизнь с высоты птичьего полета. Мне нравилось скакать на собачьих лапах, взбивать опавшие листья и рыться в весенней земле, вдыхая ее богатый аромат. Мне нравилось жить. Настолько нравилось, что полет я без сожалений оставляла крылатым.

Я потянулась за копьем. Оно было в ножнах. И, как я теперь поняла, оно было там и во время встреч с лжеВ'лейном. Исчезновение копья было лишь частью его сложной иллюзии. Он, как Невидимый, не мог коснуться копья, но мог погибнуть, поэтому при встрече зачаровывал меня, и мне казалось, что копья в ножнах нет. И то, что в церкви я направила копье на себя, тоже было иллюзией Темных Принцев.

Я этого не делала. Но выбросила оружие, поскольку поверила их магии. Я могла бы убить их в ту ночь. Сила всегда была под рукой, во мне. Если бы только я это знала…

Я убью его сейчас.

— Даже не думай, — сказал Король Невидимых.

— Он отнял твою фаворитку. Инсценировал ее смерть. Он изнасиловал меня!

— Все хорошо, что хорошо кончается.

— Ты что, смеешься?

Он посмотрел на фаворитку.

— Сегодня весело.

Внезапно луна и мегалиты пропали. Мы снова оказались в пещере.

Круус звенел, его крылья развернулись во всей своей красе, глаза сияли праведным гневом, губы растянулись в оскале.

Король так его и заморозил.

Обнаженный ангел мести был заключен в прозрачный кристалл. Черно–синие прутья клетки выстрелили из пола, замыкая его темницу.

Зря я не сказала Королю, что Крууса нужно одеть.

Или сделать лед непрозрачным, чтобы его не видели. Спрятать эти восхитительные бархатные крылья. Погасить золотой ореол.

Сделать его менее… сексуальным, эротичным. Но вы знаете, что говорят про тех, кто крепок задним умом.

Король обратился к Кэт:

— Теперь это ваша «Синсар Дабх».

— Нет! Мы не хотим!

— Она вырвалась по вашей вине. На сей раз храните ее лучше.

Я услышала голос Бэрронса:

— МакКейб? Какого черта ты тут делаешь?

В пещере начали материализовываться люди. МакКейб в белом костюме, знакомый мне по «Касабланке»; похожий на лепрекона клерк, встретивший меня за стойкой «Кларин–хауса»; газетчик с улицы, который объяснял мне дорогу к Гарде и назвал меня «голой квочкой».

— Лиз? — спросила Джо. — Откуда ты взялась?

Лиз ничего не ответила, она просто шла, как и все, чтобы воссоединиться с Королем.

— Он слишком велик для одного тела, — пробормотала я.

— Я знала, что с ней что–то не так! — воскликнула Джо.

Король наблюдал за ши–видящими и Бэрронсом. Он притворился одним из игроков, охотящихся за Книгой. Все это время он следил и за мной. С первого дня в Дублине. Это он поселил меня в «Кларин–хаусе».

— Намного раньше, красавица.

Я вздрогнула от ужаса, увидев его взгляд. В звездных глазах сияла гордость.

К нему присоединился мой школьный тренер. Когда возник директор начальной школы, я потеряла дар речи и бросила на Короля гневный взгляд. С самого начала.

— Мог бы хоть немного мне помочь.

Король нежно баюкал фаворитку на руках.

— А что бы это изменило?

— Ты должен ее отдать, — потребовала Дрии'лья. — Она нужна нам. Коль В'лейн пропал, кто поведет нас?

— Найдите себе новую Королеву. Она моя.

Вэлвет ощетинился.

— Но у нас нет ни одной…

— Так вырасти парочку, Вэлвет, — отрезал Король.

— Мы не хотим Крууса. Забери его себе, — настаивала Кэт.

— Какого черта тут происходит? Ты не можешь отнять у нас Королеву. Мы на нее работаем, — вмешался Драстен.

— А что с Договором? Мы должны заключить его заново! — добавил Кейон.

— Верни меня в прежнее состояние! — потребовал Кристиан. — Я съел только кусочек плоти Невидимых. Этого мало, чтобы превратить меня в Фейри. За что меня наказывают?

Но Король смотрел только на женщину, которую держал на руках.

— Ты не можешь уйти, пока не восстановишь гребаные стены! — прорычал Дэйгис. — Мы понятия не имеем, что делать….

— Так разберитесь.

На пол начала опадать кожа, пустые оболочки его частей. На миг я даже испугалась, что со мной случится то же самое, но этого не произошло.

Бэрронс вытащил меня из состояния при–йа. Я не сомневалась, что Король найдет свою возлюбленную. Где бы она ни была, в какую бы пещеру амнезии ни забилась, он отыщет ее. Он будет рассказывать ей истории. Займется с ней любовью. И однажды наступит день, когда они вдвоем выйдут оттуда.

Парень с чудесными глазами начал изменяться, вбирая тени, отбросившие шелуху.

Он растягивался и расширялся, возвышался над нами, как «Синсар Дабх», в форме чудовища, но без ее жестокости. Его крылья широко распахнулись, погружая пещеру в ночь. Звезды и миры закачались на перьях, и я почувствовала его радость.

Мысль о том, что любимая ушла из жизни осознанно, сводила его с ума.

Но оказалось, что она не бросала его. Ее похитили.

Он любил ее вечно.

До того как она родилась.

После того как он поверил в ее смерть.

Солнечный свет для его льда. Холод для ее лихорадки.

Я пожелала им вечности.

«И тебе, красавица».

Король Невидимых исчез.

ЧАСТЬ V

Когда моя вера слабеет

И я собираюсь сдаться,

Ты вдыхаешь в меня жизнь…

 

Вывеска была тяжелой, но мне хватило решимости.

Бэрронс, при его–то силе, значительно облегчил бы мою задачу, но я справилась без него. Я была не в настроении спорить.

Когда я отвинтила последний кронштейн веселой вывески от шеста над дверью магазина, она выскользнула из моих рук, упала на тротуар и треснула посредине.

Вывеска «МАНУСКРИПТЫ И МЕЛОЧИ МАККАЙЛЫ» рухнула в пыль прежде, чем ее увидел хоть один покупатель.

И меня это радовало. Я не имела права на эти слова. И хотя мне нравилось видеть свое имя над входом, от этой вывески мне было неуютно. Это место было… ну, уж точно не «МММ».

Я не собиралась возвращать Бэрронсу магазин.

Он останется моим навсегда. Но название будет прежним. Я просто не смогу называть его иначе.

Двадцать минут спустя прежняя вывеска вернулась на место.

Я отряхнула руки от пыли, прислонила лестницу к колонне и отступила, чтобы полюбоваться на дело рук своих.

Четырехэтажное… я посмотрела вверх. Сегодня пятиэтажное. Итак, пятиэтажное здание снова официально считалось «Книгами и сувенирами Бэрронса». Собственностью МакКайлы Лейн. Прошлой ночью прежний владелец передал мне все права на него.

Я вышла на середину улицы и окинула магазин критическим взглядом. Он был мой, и я о нем позабочусь, ни дюйма не уступив вандалам или стихиям. Шторм Невидимых мой магазин выдержал лучше многих зданий в городе, поскольку его защищали барьеры бессмертного.

Я вспомнила, как впервые увидела это место. Тогда я в ужасе бежала из Темной Зоны. Я была одинока и отчаянно хотела получить ответы на свои вопросы. В ту ночь магазин встретил меня святым светом спасения.

Мое убежище. Мой дом.

Обновленный фасад сиял темной вишней и хромом. Над входом был вмонтирован новый светильник, заливающий янтарным светом дверь и витражи.

Высокие окна по бокам обрамлялись коронами и тонкими коваными решетками. В стеклах не было ни трещинки, на пилястрах не было выбоин. Фундамент был плотным и надежным. Мощные прожекторы на крыше контролировались таймерами. Скоро они включатся. В старомодном зеленом окошке светился неоновый знак «Открыто».

Темная Зона опустела, но, пока я владею магазином, он останется бастионом света. Он мне нужен. Он спас меня. Я любила это место.

И этого мужчину.

В этом–то и была загвоздка.

С финального акта пьесы, разыгравшегося под аббатством, прошло уже несколько дней, а мы так и не поговорили об этом.

Когда Король исчез, мы переглянулись и направились к выходу. Мы словно торопились вернуться туда, где будем чувствовать себя уютно и в безопасности.

Мама и папа посмотрели на Бэрронса, потом на меня и мудро решили отправиться в «Честере». У меня самые умные, самые классные родители. Мы с Бэрронсом вернулись в книжный магазин и сразу пошли в постель. Из которой нас смог выгнать лишь зверский голод на грани истощения.

Финал оказался неидеальным и вовсе не таким, как я представляла прошлой осенью, когда мы строили отчаянные планы по спасению стен между мирами.

«Синсар Дабх» была уничтожена.

Но, как бывает со всеми предметами из мира Фейри, она стала чем–то иным.

Ши–видящие были в ярости от того, что им пришлось охранять новую Книгу, но сложно спорить с отсутствующим Королем.

Кэт заняла место Ровены, согласившись возглавлять ши–видящих, пока аббатство не будет очищено от Теней, а численность ордена не восстановится. Затем будет устроено голосование и избран новый Хевен.

Я собиралась войти в него и настоять на важных изменениях — для начала надежно запечатать пещеру с «Синсар Дабх», замороженной в слишком уж искушающей оболочке. Оградить ее железом. Залить бетоном.

Келтары вернулись в Шотландию, забрав с собой Кристиана, но никто не верил, что мы видели их в последний раз.

До Хеллоуина все мы считали, что однажды жизнь может снова вернуться в норму. Эти дни ушли навсегда.

Мы потеряли почти половину населения Земли — более трех миллиардов.

Стены были разрушены, и в отсутствие Королевы Видимых никто их не восстановит. А я не сомневалась, что Король отправился в длительный отпуск.

Джайн и его люди по–прежнему были при деле, очищали улицы от Невидимых, а небо от Охотников. Я собиралась с ним об этом поговорить. Возможно, с Охотниками удастся заключить сделку. Мне не нравилась мысль о том, что в К'врака могут стрелять.

Кэт связалась с филиалами «Почтовой службы инкорпорейтед». Она рассказала мне, что Темные Зоны распространились по всему миру, но рецепт Тенебойки Дэни уже переведен на все возможные языки, а изготовление МакОреолов стало выгодным бизнесом. В некоторых частях света можно было выменять Ореол на корову. Миллионы оставленных домов, машин, техники, всего, о чем я когда–то мечтала, были теперь доступны бесплатно. А я могла думать лишь о том, что запросто отдам «Порше Турбо 911» за стакан свежевыжатого апельсинового сока.

МФП блуждали повсюду, как маленькие торнадо, но Риодан и его люди знали, как с ними справиться, и выводили самых опасных из города. Не ради заботы о людях, как холодно сообщил мне Риодан, а потому, что МФП мешали его бизнесу.

«Честере» гремел, как никогда. Сегодня, когда я отправилась пополнить запасы, какая–то девушка прочирикала мне: «Увидимся в Фейри». Хотела, видимо, пожелать приятного дня.

Это был странный новый мир.

Война продолжалась, но велась подпольно. Видимые и Невидимые дрались, но держались тихо, словно не были уверены в том, что наш мир выдержит их бой, и не хотели проверять.

Пока.

Хороший Фейри — мертвый Фейри, считаю я. P.S. Охотники — не Фейри.

Электричество в большинстве мест все еще отсутствует. Генераторы раскупают, как горячие пирожки. Мобильная связь не работает — телефоны Бэрронса и его людей являются загадочным исключением. Несколько месяцев назад исчез Интернет. Некоторые люди говорили о том, что можно не восстанавливать прежний, завязанный на электроэнергии, порядок, а начать создавать нечто новое. Я могла представить, как разовьются философские школы, новые анклавы с собственным общественным строем.

Я не знала, что ждет нас в будущем.

Но я радовалась, что живу и что именно в этом городе буду наблюдать за развитием событий.

Я чувствовала себя, как Бэрронс: я никогда не устану жить.

Только вчера Риодан и его люди обнаружили Телли, и мне удалось кратко переговорить с ней по телефону Бэрронса. Она сказала, что Исла О'Коннор действительно была беременна в ночь побега Книги. Я действительно родилась. У меня была биологическая мать. Телли готова была рассказать мне всю историю через несколько дней, когда приедет в город.

Мои родители были здоровы и счастливы. Плохие парни побеждены, хорошие победили. На этот раз.

Это была прекрасная жизнь.

С одним только исключением.

Под моим магазином, под гаражом, это исключение мучилось каждый миг своей жизни.

И был его отец, который ни слова не сказал мне о заклятии с тех пор, как мы вышли из пещеры под аббатством.

Я не понимала почему. Я ждала, что он начнет требовать заклинание, как только мы вернемся в магазин. Ведь Бэрронс охотился за ним целую вечность, так ждал его.

Но он не стал меня расспрашивать, и с каждым днем я все больше боялась признаться. Ложь росла, и мне казалось, что еще немного — и возвращение к правде будет невозможно.

Я никогда не забуду надежду в его глазах. Радость в его улыбке.

Это я их вызвала. Своей ложью.

Бэрронс никогда не простит мне этого, когда узнает.

Ты все еще можешь это сделать…

Я зажмурилась.

Этот внутренний голос мучил меня с момента выхода из аббатства. «Синсар Дабх». Я не могла решить, воспоминание ли это о том времени, когда она пыталась уговорить меня слиться с ней, или же она действительно находится во мне.

Неужели Книга и вправду «загрузила» в меня свою копию, когда я была еще зародышем в животе у мамы?

Двадцать три года назад она сделала из меня идеальную «хозяйку», человеческий вариант своего факсимиле, и ждала, пока я вырасту?

Но вот что важнее всего: действительно ли в ней было заклятие, способное упокоить сына Бэрронса?

Смогу ли я добыть его для Бэрронса? Снова услышать радость в его смехе? Освободить их обоих? И какой ценой?

Я впилась ногтями в ладони.

Прошлой ночью, уже задремав, я услышала вой ребенка/зверя. Голодное, больное, вечное страдание.

Мы оба его слышали. А позже, когда Бэрронс отправился к нему, я давилась слезами стыда.

Он попросил меня об одной вещи. А мне не хватило сил добыть эту вещь и при этом выжить.

Я открыла глаза и уставилась на магазин, на покачивающуюся от ветра вывеску. Окна отблескивали серебристым металлом, еще один «подарок» от Фейри.

Бэрронс скоро должен вернуться. Я не знала, куда он ушел и когда. Но я научилась узнавать о его присутствии. Я моментально услышу биение его сердца.

Я не позволяла себе думать об этом. Стоило мне задуматься, и я бы не решилась. Я позволила зрению «поплыть» и нырнула. Вода была ледяной, неприятной, мрачной, как могила, черной, как первородный грех. Ничего не было видно. Я нырнула глубже.

Почувствовала себя маленькой, юной, напуганной.

Нырнула еще глубже.

Озеро было огромным. Во мне скрывались многие мили темной ледяной воды. Я удивилась, что моя кровь не стала черной и холодной.

«Мелодрама. Вижу, ты наконец набралась сил. И как такое цветастое создание решилось прийти сюда? — мурлыкнул знакомый голос. — Вселенная не терпит глупых девчонок».

— Где ты?

«Продолжай плыть, МакКайла».

— Ты правда здесь?

«Всегда была».

Я сильнее задвигала руками и ногами, все глубже погружаясь в черноту. Я ничего не видела. Словно ослепла. И внезапно появился свет.

«Потому что я сказала «да будет свет»».

— Ты не Бог, — пробормотала я.

«Но и не дьявол. Я — это ты. А ты готова наконец встретиться с собой? Узнать, что лежит на дне, где твой главный корень?»

— Готова.

И как только я это сказала, она появилась. Блестящая, мерцающая на дне моего озера. Она испускала золотые лучи, рубины сияли, замки блестели.

«Синсар Дабх».

«Я все время была здесь. Еще до твоего рождения».

— Я победила тебя. Я дважды распознала твою игру. И не поддалась искушению.

«Нельзя выхолостить собственную сущность».

Я больше не плыла. Я нащупала ногами пол черной пещеры. Огляделась. Где я? В темной части своей души? Открытая «Синсар Дабх» лежала на величественном черном постаменте. Золотые страницы мерцали. Она ждала.

Она была так прекрасна…

И все это время находилась во мне. Все ночи, когда я за ней охотилась, Книга была у меня перед носом. Нет, точнее, за ним. Как и Круус, я была «Синсар Дабх», вот только, в отличие от него, я никогда не открывала ее. Никогда не желала заполучить и не читала. Вот почему я не понимала рун, которые она мне давала. Я никогда не заглядывала в нее, лишь принимала то, что она считала нужным мне дать.


Дата добавления: 2015-09-30; просмотров: 27 | Нарушение авторских прав







mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.047 сек.)







<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>