Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

II. Гуманитарная экспертиза образования. приобретенных благодаря длительным специфическим отношениям в школьной среде»

Читайте также:
  1. I. ТРАСОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА СЛЕДОВ КОЖНОГО ПОКРОВА ГОЛОВЫ ЧЕЛОВЕКА
  2. II. Гуманитарная экспертиза образования
  3. II. Реакции образования молекул слабых электролитов и газообразных веществ.
  4. III. Гуманитарная экспертиза образования
  5. III. Медицинская экспертиза и один фунт орехов
  6. III. МЕХАНИЗМ ФОРМИРОВАНИЯ И РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ КАДРОВОЙ ПОЛИТИКИ, СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ И ВОСПИТАНИЯ СПЕЦИАЛИСТОВ СМИ

 


приобретенных благодаря длительным специфическим отношениям в школьной среде» (Мониторинг..., 1998, с. 97). Вскрытие и анализ этих проблем — одна из задач ГЭО.

III.2.2. Блок «Преподаватель»

Учитель (преподаватель) давно стал предметом самого активного изучения. Соответствующих исследований в психологии и педагогике — великое множество. Из бес­численного количества аспектов этой проблемы гумани­тарную экспертизу интересуют в первую очередь два:

а) в какой мере учитель сам реализует себя и разви­
вается как личность, каково ему живется в школе с по­
зиций «человеческого измерения»;

б) в какой мере учитель способствует здоровому,
полноценному существованию детей и их личностному
росту.

Исследование первого вопроса (которое вполне мо­жет рассматриваться как самостоятельная задача ГЭО) строится, по сути, в той же логике, что и в отношении ребенка. Только для взрослого предполагается больший уровень зрелости и компетентности по всем перечис­ленным выше параметрам. Но не потому, что он якобы должен быть для детей примером, идеалом, образцом для подражания (нет — становление личности не осуще­ствляется путем подражания), а потому, что в отноше­нии личностного роста справедливо правило: подобное порождается подобным. Только счастливый, любящий себя, сильный, творческий взрослый может помочь де­тям стать такими же.

Однако сама по себе личностная полноценность и социальная компетентность учителя — необходимое, но не достаточное условие для успешного осуществления им функций педагога, воспитателя. Поэтому особую важ­ность для ГЭО приобретает второй вопрос — способен ли учитель помочь учащимся в сложном и драматичном про­цессе их развития и личностного становления, готов ли


 


он обеспечить необходимые для этого условия. Именно эта способность помогать развитию ребенка (способность быть фасилитатором— тем, кто способствует становле­нию и росту) отличает настоящего Учителя от «просто хорошего человека» и «просто хорошего» специалиста в какой-либо области. И именно эти способности учителя как фасилитатора и составляют предмет ГЭО прежде всего.

Обобщая результаты многочисленных работ на эту тему (Rogers, 1983; Берне, 1986; Корчак, 1986; Лэндрет, 1994; Гиппенрейтер, 1997 и др.), можно представить фасилитативную способность состоящей из 5 основных «искусств»:

• искусство уважения,

• искусство понимания,

• искусство помощи и поддержки,

• искусство договора,

• искусство быть собой.

Искусство уважения.Очень часто к учителю предъяв­ляют требование, что он «должен любить» детей. Однако очевидно — любовь, при всех ее несомненных достоин­ствах, не может быть вменена в обязанность, тем более учитель не может испытывать ее в отношении всех детей. Часто проблема заключается в том, чтобы отнестись по-человечески, поддержать, помочь развиваться и тем, кто учителю не нравится, не вызывает любви или хотя бы симпатии. Ведь учитель призван помогать всем, а не только нравящимся ему. Опорой здесь и служит уважение — иначе, учитель может и не любить ученика, но уважать его обязан.

У истоков способности (искусства) уважения, в свою очередь, лежат глубинные ценностные установки пре­подавателя, определяющие его общие взгляды на то, что есть сущность человека, каковы возможности его разви­тия и т.п. — все это, в конечном итоге, и предопределяет его отношение к другим людям и, в частности, к детям (ученикам). (Подробнее эти ценностные основания будут рассмотрены далее, при анализе уклада жизни школы.)




/|{j III- Гуманитарная экспертиза образования

Уважение — это признание другого человека (ребен­ка) ценностью, принятие его таким, каков он есть (а не таким, каким «должен» быть, и тем более — каким я хочу, чтобы он был), вера в его возможности (пусть и скрытые, потенциальные). Уважение — это также и готовность при­знать свободу другого человека, его права — и в этом смысле признать его потенциальную равноценность себе и равноправие. Вступить в равноправные отношенияс ре­бенком очень непросто, но именно такого рода отноше­ния направлены на защиту и поддержку «человеческого в человеке» — и потому они непременно должны быть в центре внимания ГЭО. Остановимся на этом подробнее. Одним из первых ярко и страстно заявил о проблеме прав ребенка Я.Корчак. Он считал, что человечное отно­шение к ребенку не может быть без признания за ним права на «человеческую сегодняшнюю жизнь», права быть самим собой, права быть личностью, права на высказы­вание своих мыслей, на свое творческое «Я» и т.п. (Кор-чак, 1992, с. 133—134). Однако, к великому сожалению, идеи эти в отечественной педагогике и психологии раз­вития не получили.

Загрузка...

Для операционализации понятия равноправия (сна­чала — в более общем контексте общения любых собеседников) я предлагаю использовать конструкт «коммуникативные права личности»(КПЛ), с помощью которого может быть описана система психолого-пра­вовых оснований общения, определяющих границы сво­боды собеседников таким образом, чтобы обеспечить их взаимодействие на^ основе взаимного признания и /ненасилия. Совокупность КПЛ определяет «коммуни-катмно^^ространство» личностного взаимодействия и фиксирует условия, при которых возможно бытие лич­ности не в ущерб со-бытию с другими.

Среди основных, базовых КПЛ следует назвать прежде всего:

• право на свою систему ценностей, свою веру;

• право быть ответственным за свое развитие и свою
судьбу;


III.2. Объект и предмет /Щ

• право на достоинство и его уважение;

• право на индивидуальность и отличие от других;

• право на независимость и суверенитет;

• право на свободную, ничем не регламентируемую
мысль;

• право на отстаивание своих прав.
Перечисленные КПЛ — основа, непременное условие

межличностного диалога, который при их насильственной депривации никак не может состояться. Можно выделить также группу более частньгх^__цще^ менее важных КПЛ:

• право на позицию, свою точку зрения;

• право на свободное изъявление своей позиции (пра­
во голоса);

• право на отстаивание и защиту своей позиции;

• право на доверие со стороны собеседника (презум­
пция искренности);

• право на понимание собеседника, на прояснение
для себя его позиции, точки зрения;

• право на вопрос к собеседнику;

• право на сомнение в отношении любых суждений;

• право на несогласие с позицией, точкой зрения
собеседника;

• право на высказывание сомнения или несогласия;

• право на изменение, развитие своей позиции, точки
зрения;

• право на поиск, на искреннее заблуждение и ошибку;

• право на чувства и переживания и открытое их вы­
ражение в отношении личностно-значимых проблем;

• право на сокровенное, на непубличную сферу в
собственном внутреннем мире (коммуникативное прай-
веси);

• право строить общение на принципах равноправия
независимо от статуса собеседника;

• право на завершение общения.

Эта группа КПЛ носит более «технологичный» ха-' рактер, но имеет большое значение для осуществления


. i/


{j|J III. Гуманитарная экспертиза образования

базовых КПЛ и диалога в целом. Нарушение этих прав тоже деформирует коммуникативное пространство и изменяет качество общения, перестающего быть диало­гическим. Например, ограничение такого, на первый взгляд, несущественного элемента КПЛ как «право за­давать вопросы дает серьезнейшие преимущества той стороне в общении, которая зашмщена от вопросов, т.к. перед ней открываются широчайшие возможности ма­нипулирования» (Сергеев, 1987, с. 8).

Данный перечень коммуникативных прав, конечно, может (и должен) быть конкретизирован и дополнен. Но сам принцип равноправия собеседников в предлага­емом подходе рассматривается как очень существенная, неотъемлемая черта подлинно человеческих взаимоот­ношений.

В то же время, реализуя свои КПЛ, необходимо од­новременно уважать такие же права собеседника. Их на­рушение — т.е. отказ от коммуникативной ответственности

личности— это препятствие для осуществления диалога и проявление агрессивных или более «мягких» (напри­мер, манипулятивных), но по существу насильственных, антидиалогических форм взаимодействия.

Одна из центральных проблем диалога как раз и со­стоит во взаимном согласовании собеседниками своих прав и свобод. Одновременно — это и один из важней­ших источников и механизмов личностного роста. Ведь «освобождение» моего пространства коммуникативной самореализации актуализирует мою ответственность за все, что может произойти в этом пространстве (не на кого теперь переложить ответственность), т.е. я вы­нужден осваивать это пространство моей и нашей сво­боды. Социальность человеческого существования в том, что это всегда со-существование; суверенитет, свобода каждого человека неизбежно взаимосвязаны и посто­янно со-прикасаются со свободой других. Поэтому возможности неагрессивной личностной самореализа­ции во многом определяются культурой межличност­ных «границ» — способностью к их оптимальному


 

11.2. Объект и предмет

определению в каждом конкретном случае, «установ­лению», «переходу», «защите» и т.д.

В реальном общении достижение равноправия зачас­тую представляет собой очень непростую проблему, осо­бенно в ситуациях, где собеседники имеют определенные объективные (неличностные) признаки неравенства, например в общении взрослого и ребенка и т.п. К.Род­жерс неоднократно подчеркивал, что возможность реа­лизации гуманистического подхода в обучении и воспитании во многом зависит от готовности взрослого «поделиться свой властью». Коммуникативные права и ответственность в диалоге и призваны зафиксировать границы моей свободы, вывести другого из сферы моей власти (равно как и меня — из сферы его власти) и перейти, таким образом, к невластным отношениям. Это и значит — перестать относиться к другому человеку как к вещи, объекту и признать его субъектность, отнестись к нему как к личности. Я не могу ничего навязать тебе, но я могу (имею право) обратиться к тебе и быть услы­шанным — однако обратиться так, чтобы при этом не нарушить твои права. В этой взаимной «притирке» ком­муникативных прав есть глубокий психологический смысл — прежде всего в том, чтобы научиться быть со­бой и выражать себя, не подавляя при этом других, т.е. научиться пользоваться своей свободой.

Таким образом, во взаимодействии взрослого и ре­бенка коммуникативные права и коммуникативная от­ветственность являются ключевыми личностно-развиваю-щими факторами и, соответственно, должны быть среди наиболее значимых критериев ГЭО.

Искусство понимания.Без понимания собеседниками друг друга вообще не может по-настоящему состояться никакое межличностное взаимодействие. Но для учителя важно уметь понять ребенка как такового, а не сквозь призму соответствия взрослым стандартам. При этом нельзя ограничиться только рациональным пониманием ребенка. Не менее (а как правило — более) важно почув­ствовать ребенка, уловить его внутреннее эмоциональное


состояние, вступить с ним в глубинный и одновремен­но очень тонкий и деликатный контакт на уровне пере­живаний и личностных смыслов. Для этого учителю необходимы не только развитые способности рациональ­ного понимания, но также эмпатия и интуиция.Последнее часто недооценивается, а ведь недаром великий педагог-гуманист Януш Корчак, так тонко и глубоко понимав­ший детей, называл интуицию «ангелом-хранителем твоего ребенка», «ясновидением, которое складывается из проницательности, чуткого мышления и сердечного уча­стия» (Корчак, 1992, с. Л 8).

Искусство помощи и поддержки.Суть этого искусства не в том, чтобы давать советы (и тем более — решать или делать что-то за другого человека), а в том, чтобы со­здать особые «помогающие отношения» — т.е. такие «от­ношения, в которых по крайней мере одна из сторон намеревается способствовать другой стороне в личност­ном росте, развитии, лучшей жизнедеятельности, раз­витии зрелости, в умении ладить с другими» (Роджерс, 1994, с. 81). Непременным условием помогающих отно­шений является создание атмосферы психологической безопасности. Такая атмосфера в общении складывается из: а) признания безусловной ценности собеседника, б) отказа от использования в его отношении «внешнего оценивания» и в) глубокого эмпатического понимания (там же, с. 419—421).

Взрослый может поддержать ребенка, если будет (Практическая психология..., 1997, с. 456):

— опираться на сильные стороны ребенка;

— избегать подчеркивания промахов ребенка;

 

— уметь помочь ребенку разделить большие задания на
более мелкие (такие, с которыми он может справиться);

— позволять ребенку самому решать проблемы там,
где это возможно;

— проявлять оптимизм, веру в возможности ребенка
и т.д.

Искусство договора.В любом общении (тем более в i

общении взрослого и ребенка) постоянно возникают |

\


\

I

i


 

11.2. Объект и предмет

противоречия, проблемы, обострение взаимоотноше­ний. Искусство договариваться состоит в том, чтобы уметь эти проблемы разрешать не силой (или хитростью), а на основе открытого и справедливого соглашения, достиг­нутого в процессе равноправного диалога. Это, в свою очередь, предполагает готовность осознавать и ясно выс­казывать свои желания и проблемы, выслушивать и по­нимать интересы и трудности собеседника (т.е. владение соответственно приемами «Я-высказываний», активно­го слушания и т.п.), а также способность конструктивно обсуждать их и согласовывать. При этом существенно важно придерживаться принципов справедливых отно­шений и равноправия. Последнее (равноправие) часто и легко нарушается именно во взаимоотношениях с деть­ми (см. выше) и потому при проведении ГЭО требует особого внимания.

Искусство быть собой.Одна из проблем образования состоит в том, что за всеми сложностями, заботами, многочисленными педагогическими ролями и функция­ми учитель имеет много шансов «сгореть», потерять свою индивидуальность и перестать быть собой. А ведь ребен­ку нужны не только «учебная деятельность», не только «педагогическое мастерство», ему жизненно необходи­мы живое человеческое участие, подлинные человечес­кие отношения — т.е. отношения с Человеком. Человеком искренним, открытым, не утратившим свое лицо, са­мобытность, свою человечность. Огромное количество проблем (и даже болезней) — причем и для детей, и для взрослых — создает «профессиональная деформация» учителей, выражающаяся в «поглощенности ролью».Не меньше сложностей связано и с их «эмоциональным сго­ранием».В обоих случаях в основе лежат не только чисто технологические, но и экзистенциальные проблемы лич­ностной идентичности, самореализации (см. об этом подробнее Форманюк, 1994; Гришина, 1997 и др. работы).

Кроме взгляда на учителя сквозь призму освоения им «основных искусств», еще одним важным в ГЭО аспек­том изучения учителя является исследование реального


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 177 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Постановка проблемы | Гуманитарный подход | Гуманитарная экспертиза | Предназначение | Гуманитарная экспертиза образования | Объект и предмет | И.2. Объект и предмет | III.2. Объект и предмет | Объект и предмет | III.2. Объект и предмет |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Ш.2. Объект и предмет 45| III.2. Объект и предмет

mybiblioteka.su - 2015-2017 год. (0.009 сек.)