Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Петр Яковлевич Чаадаев

ЧТО ТАКОЕ КУЛЬТУРНАЯ ЛИЧНОСТЬ! | Логика любви | Что нас ждет за чертой | Бессмертие и смысл | Облик смерти в кульутре | Общество как система. | Политические отношения | Проблемный блок | Понятие общественного сознания | Структура общественного сознания |


Читайте также:
  1. Костров Егор Яковлевич
  2. Кузьма Яковлевич Наякшин.
  3. Новое учение о языке Николая Яковлевича Марра.
  4. Философия истории П.Я. Чаадаева
  5. Чиркин Геннадий Яковлевич, директор училища культуры, заслуженный работник культуры Чувашской Республики

Многие мыслители, занимающиеся исследованием истории русской философии, отмечают, что русская самобытная философия возникла лишь в XIX в. Это не значит, что до этого времени в России вообще не было философии. Это означает лишь то, что философы занимались теми проблемами, которые предлагал Запад.

Дело в том, что Российское государство сформировалось только в IX в. До этого времени существовали разрозненные славянские племена, с племенным или мифологическим мировоззрением. Когда Владимир объединил племена в единое государство, перед ним встала задача, сходная с той, которую в своё время пытался решить римский император Константин: нужно было сплотить разные народы в единое целое. И Владимир принял то же решение, что и Константин. Он решил, что единой идеологией может стать христианство в его православном варианте.

Нужно сказать, что православие к моменту принятия его в качестве государственной религии уже было довольно широко распространено в России. Бабушка Владимира княгиня Ольга была христианкой. Кроме того, Владимир, по-видимому, оценил тот факт, что в Византии церковь подчинялась императору, в то время как в его княжестве жрецы постоянно посягали на светскую власть.

Вместе с принятием православия Россия подпала под духовную зависимость от Византии. Дело в том, что в Византии официальной идеологией был христианский мистицизм, получивший название «византийского исихазма» (от греч. Исихия – молчальничество).

В Россию из Византии хлынул поток мистической литературы, под влиянием которой наша культура оказалась на долгие века. На Западе культура тоже находилась под гнётом церкви. Но если там, начиная с XIV в. начинается формирование светской культуры, науки, то в России ничего этого не было. Робкие проявления светской мысли появились лишь в конце XVIII в.. И только в середине XIX в. формируются самостоятельные философские направления и школы. Самобытная русская философия – это социальная философия. Как писал Н. А. Бердяев, русские мыслители задумались: «Что замыслил творец о России?»

Отвечая на этот вопрос философы разделились на западников и славянофилов. По сути дела, критерием такого деления стало их отношение к реформам Петра I. Западники его всячески возвеличивали, т. к. думали, что он совершил для России благое дело, а славянофилы наоборот, считали, что он чуть ли не предал интересы России.

Западники исповедовали западноцентристскую идеологию, сформировавшуюся в рамках западной культуры, заключающуюся в том, что именно Запад обозначил вектор прогрессивного исторического развития для всех народов. Все должны идти именно по этому пути – демократии и НТП. Если кто-то этого не делает – значит это народ отсталый.

Славянофилы же исповедовали идею о самобытности русской культуры и о ненужности и даже вреде копирования западных образцов жизни. И славянофилство и западничество прошло в своем развитии несколько этапов, которые отличаются друг от друга. Мы поговорим лишь о раннем западничестве и славянофильстве.

Первым западником является П. Я Чаадаев. Один из безусловных духовных лидеров российского высшего общества середины XIX в. Друг Пушкина, который посвятил ему знаменитое стихотворение: «Пока свободою горим, пока сердца для счастья живы, мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы».

В ранней молодости Чаадаев несколько лет провёл за границей. Это время он посвятил подробнейшему изучению западной цивилизации. Он изучал науку, технику, искусство, сельское хозяйство. А потом у него закончились деньги, и он был вынужден уехать в Россию, причём не в Москву или в Петербург, а в российскую глубинку, очень далёкую от высот западной цивилизации. И контраст цивилизаций настолько поразил Чаадаева, что он начал работать над «философическими письмами», в первом из которых он проводит сравнительный анализ западной и восточной культуры. Всего было написано восемь писем. Первое было опубликовано при жизни Чаадаева, остальные семь – при советской власти.

Чаадаев считал, что Россия, в духовном отношении – совершенно бесплодная страна: «…мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, и у нас нет традиций ни того, ни другого. Одинокие в мире, мы ничего не дали миру, ничему не научили его; мы не внесли ни одной идеи в массу идей человеческих. Если бы мы не раскинулись от Берингова пролива до Одера, нас и не заметили бы. И, в общем, мы жили и продолжаем жить лишь для того, чтобы послужить каким – то важным уроком для отдалённых поколений».

Причину такого тягостного положения нужно искать в прошлом России. В отличие от «энергичного Запада», воздвигшего «храмину современной цивилизации», Россия с самого начала оказалась в стороне от «великой мировой работы». Причина этого – её вековая зависимость от жалкой и презренной Византии, чей нравственный устав она положила в основу своего воспитания. А устав этот был – мистицизм и аскетизм, который способствовал развитию национального и религиозного самомнения и привёл к тому, что Россия надолго оказалась оторванной от Запада.

Доля истины здесь присутствует, поскольку первые российские священники действительно, крайне враждебно относились к западу. Например, в XI в. жил в Киево-Печерской лавре – тогдашнем центре православия - очень влиятельный христианский подвижник Феодосий Печерский, который считал, что с латинянами нельзя общаться, поскольку они «неправильно веруют». Эта борьба за чистоту веры привела к тому, что в XVI в. самом российском православии произошёл раскол.

Патриарх Никон, с благословения тогдашнего российского царя Алексея Михайловича, решил провести церковную реформу, с целью приведения богослужебных книг и культовой практики в соответствие с греческими образцами. Некоторые священники со своей паствой этому мероприятию воспротивились, т. к. считали, что на Руси сложилось своё, истинное православие и греки нам не указ. Кроме того, греки запятнали себя тайным союзом с Западом, с которым мы не дружили. Те, кто реформу не принял стали называться раскольниками и в течение нескольких веков подвергались гонениям.

Чаадаев считал, что путь развития цивилизации для всех народов един и этот путь начертан Западом. Сегодня такая идеология называется западоцентризмом. Он считал, что на Западе созданы зародыши царства божьего на земле. Во-первых, разумная жизнь в эмпирической действительности: бытовой комфорт и благоустроенность, цивильные привычки и правила. Во-вторых, высокий уровень просвещения и культуры западных народов, которые «постоянно творили, выдумывали, изобретали». В-третьих, наличие отлаженных юридических отношений и развитого правосознания. Поэтому атмосферу Запада, «физиологию европейского человека» и составляют «идеи долга, справедливости, права, порядка».

Почему же мы не умеем жить разумно в эмпирической действительности? Почему то, что у других народов обратилось в инстинкт и привычку, нам «приходится вбивать в головы ударом молота»? «В нашей крови есть нечто враждебное всякому истинному прогрессу, мы живём в тесных пределах настоящего, без прошедшего и будущего». Вся наша история – тусклое и мрачное существование, злодеяние и рабство. «Сначала дикое варварство, потом грубое невежество, затем свирепое и унизительное чужеземное владычество, дух которого позднее унаследовала наша национальная власть».

Чаадаев считает, что все достижения в культуре, которыми может гордиться Запад стали возможны лишь благодаря католицизму. В католицизме сформировалась ярко выраженная социальная доктрина. Оно не отгораживалось от политики и науки, а наоборот, всегда активно внедрялось во все сферы жизни западного общества и вело его к построению царства Божьего на земле. Конечно, были и заблуждения в виде инквизиции, но это досадная оплошность. Православие же никогда не интересовалось светской жизнью и не было заинтересовано в её преобразовании. Далее в письме Ч. критиковал российские крепостнические порядки.

Письмо было опубликовано в журнале «Телескоп». Скандал разразился ужасный. Журнал закрыли, редактора сослали, Чаадаева объявили сумасшедшим. Посадили его под домашний арест. Царь был возмущён. Многие друзья Ч. Выражали своё с ним несогласие. Через год он написал «Апологию сумасшедшего» - плод определённой духовной эволюции.

Что касается прошлого России, тут точка зрения в целом не изменилась, за исключением одного момента: Чаадаев высказал идею, оказавшейся очень важной для всей последующей русской религиозной философии. Эта идея о том, что Православие сохранило в чистоте первоначальное христианство. В Католицизме христианство стало чересчур модернизированным, приспособленным к мирской жизни

Что касается будущего России, то в этом вопросе у Чаадаева появился оптимизм. Оказывается, бесплодность культурного прошлого России является в определённой степени благом. Русский народ, не будучи скованным окаменелыми догмами, обладает чистым и восприимчивым сознанием ребёнка, что позволит ему выполнить великие задачи грядущего.

Ч. приходит к мысли об особой роли русского народа, которая всегда была присуща русской культуре. Здесь можно упомянуть идею «Москва – третий Рим», выдвинутую в начале XVI в. монахом Филофеем в послании Василию III. Суть её заключалась в том, что первый и второй Рим пали, т. к. там забыли заветы христианства и погрязли в разврате. Третий Рим – Москва – будет стоять до светопреставления. Здесь опять акцентируется особая роль русского православия.

Историческая роль России заключается в том, что она должна продолжить ту работу по построению царства божьего на земле, которую начал Запад. Но для этого ему нужно учиться у Запада. Другого пути нет. Царство божье на земле Чаадаеву виделось как осуществление буржуазных принципов равенства, свободы, демократии под эгидой христианства.

К докладу 2 (б): Левицкий С. А. Очерки по истории русской философии. М., 1996. С. 87-94.


Дата добавления: 2015-08-02; просмотров: 47 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Столкновение мировоззрений: язычество и христианство| Александр Иванович Герцен

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.008 сек.)