Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава XXXVII

Читайте также:
  1. CXXXVIII
  2. LXXXVII
  3. LXXXVII
  4. XXXVII БАШЕНКА
  5. XXXVII.
  6. XXXVIII
  7. XXXVIII

 

 

Свобода

 

А теперь оставим нашего Тома в руках его мучителей и займемся судьбой

Джорджа и Элизы, которых мы видели в последний раз на чистенькой придорожной

ферме в штате Огайо.

Том Локкер, если вы помните, стонал, лежа в белоснежной постели, под

материнским оком тетушки Доркас, не замедлившей убедиться, что ухаживать за

таким пациентом так же легко, как за больным бизоном.

Представьте себе дородную, полную достоинства женщину в белом чепце на

серебристых волосах, разделенных пробором и обрамляющих высокий чистый лоб,

- это и есть тетушка Доркас. Взгляд ее серых глаз умный, сосредоточенный; на

груди крест-накрест повязана белая косынка; коричневое платье уютно шуршит

при каждом ее движении.

- Фу ты, черт! - рычит мистер Локкер, сбрасывая с себя простыню.

- Слушай, Томас, очень тебя прошу - не бранись! - говорит ему тетушка

Доркас и спокойно оправляет его постель.

- Ладно, бабушка, постараюсь. Только как тут не ругаться - жарко мне,

дышать нечем!

- А этот мулат с женой тоже здесь? - сердито спрашивает он после паузы.

- Здесь, здесь, - отвечает тетушка Доркас.

- Им надо скорее добираться до озера, - продолжает Том. - Нечего время

терять.

- Они, наверное, так и сделают, - говорит тетушка Доркас и с

безмятежным видом принимается за вязанье.

- И слушай, что я тебе скажу, - говорит Том. - Теперь уж мне нечего

скрывать. Наши подручные в Сандаски следят за посадкой на пароходы. Надеюсь,

что они прозевают этого Гарриса со всей его компанией. И пусть прозевают

назло Мэрксу, будь он проклят!

- Томас Локкер! - останавливает его Доркас.

- Э-э, бабушка! Если ты будешь затыкать мне рот, меня разорвет на

части, как засмоленную бутылку... А насчет его жены вот что скажу: пусть

оденется как-нибудь по-другому, так, чтобы и узнать было нельзя. Ее приметы

известны в Сандаски.

- Мы об этом подумаем, - с полной невозмутимостью говорит Доркас.

Прощаясь с Томом Локкером, скажем напоследок, что раны и горячка

продержали его в квакерском домике около трех недель, после чего он встал

значительно поумневшим и остепенившимся и, бросив охоту на беглых негров,

обосновался в одном из отдаленных поселков, где его таланты нашли себе такое

прекрасное применение в ловле медведей, волков и других обитателей лесных

чащ, что это принесло ему немалую славу.

Предупрежденные Томом об опасности, грозящей им в Сандаски, беглецы

решили разделиться. Первыми выехали из поселка Джим со своей старухой

матерью, а на третью ночь отправились в Сандаски и Джордж с Элизой и

ребенком. Там их приютила одна гостеприимная семья, и они стали готовиться к

последнему этапу своего пути - переезду через озеро.

Ночь близилась к концу, утренняя звезда - звезда их свободы - сияла

высоко в небе. Свобода! Заветное слово! Что такое свобода для молодого

человека, который сидит сейчас, скрестив руки на груди, устремив куда-то

вдаль сосредоточенный взгляд горящих глаз? Что такое свобода для Джорджа

Гарриса? Свобода для него - это право быть человеком, а не рабочим скотом;

право называть любимую женщину своей женой и ограждать ее от насилия и

беззакония; право защищать и воспитывать своего ребенка; право жить с ними

под одной кровлей, жить по своей воле, независимо от воли другого.

Джордж склонил голову на руку и задумчиво посмотрел на жену,

переодевавшуюся в мужское платье, которое должно было изменить ее хрупкую

фигурку до неузнаваемости.

- И теперь последнее, - сказала Элиза, глядя на себя в зеркало и

распуская свои волнистые иссиня-черные волосы. - Жалко Джордж, правда? - И

она подняла на ладони густую шелковистую прядь. - Да, жалко с ними

расставаться.

Джордж грустно улыбнулся и ничего не ответил.

Элиза снова повернулась к зеркалу. Ножницы блеснули в ее руке, и

тяжелые пряди одна за другой упали на пол.

- Вот и все! - сказала она, берясь за головную щетку. - Теперь я буду

прихорашиваться... Ну, как тебе нравится этот молодой человек? - Элиза

повернулась к мужу, смеясь и заливаясь румянцем.

- Твоей красоте ничто не страшно, - сказал Джордж.

- Почему ты такой грустный? - Опустившись перед Джорджем на колени, она

коснулась его руки. - Еще сутки, и мы будем в Канаде. Один день и одна ночь

на пароходе, а потом... потом...

- В том-то и дело, Элиза! - сказал Джордж, обнимая ее. - Теперь все

висит на волоске. Подумай только: быть так близко, почти видеть перед собой

берега Канады, и вдруг потерять все! Я не перенесу этого!

- Не бойся! - с надеждой в голосе прошептала его жена.

- Да благословит тебя бог, дорогая! - воскликнул Джордж, крепко

прижимая ее к груди. - Но неужели эта горькая жизнь скоро кончится? Неужели

мы будем свободны?

- Я уверена в этом, Джордж. - Элиза подняла на него глаза, и слезы

восторга блеснули на ее длинных темных ресницах.

- Ты меня убедила, Элиза! - Джордж быстро встал с кресла. - Я верю

тебе. Идем! Пора собираться!.. А ведь и правда, - сказал он вдруг, отстраняя

от себя жену и с восхищением разглядывая ее. - Какой очаровательный юноша! И

как к тебе идут эти кудри! Надень шляпу... нет, вот так: немного набекрень.

Да ты никогда не была такой красавицей!.. Однако пора посылать за коляской.

И надо узнать, как там миссис Смит - успела она переодеть Гарри?

В эту минуту дверь открылась, и в комнату вошла почтенного вида пожилая

женщина, ведя за руку маленького Гарри, одетого в платьице.

- Какая из него получилась прелестная девочка! - воскликнула Элиза,

осматривая сына со всех сторон. - Мы будем звать его Гарриет - самое

подходящее имя!

Ребенок, удивленный странным нарядом матери, поглядывал на нее

исподлобья и глубоко вздыхал.

- Гарри не узнал свою маму? - сказала Элиза и протянула к сыну руки.

Он застенчиво прижался к миссис Смит.

- Не надо, Элиза, не приваживай его. Ты же знаешь, что ему нельзя будет

даже подойти к тебе на пароходе.

- Да, правда! Но зачем он отворачивается от меня? Каково матери терпеть

это! Ну хорошо! Где мой плащ? Вот он! Джордж, покажи мне, как их носят.

- Вот так, - сказал Джордж, набросив плащ себе на плечи.

- Так? - спросила Элиза, подражая ему. - И что еще я должна делать?

Ходить большими шагами, топать и дерзко поглядывать на всех?

- Смотри не перестарайся, - усмехнулся Джордж. - Бывают на свете и

скромные юноши. Такая роль тебе больше подходит.

- Боже мой, ну и перчатки! Да я в них утону!

- Тем не менее советую тебе не снимать их с рук, - сказал Джордж. -

Твои нежные лапки могут выдать нас всех... Итак, миссис Смит, не забудьте:

вы тетушка Гарри и едете под нашей охраной.

- Говорят, на пристань приходили какие-то люди и предупредили всех

капитанов, что надо выследить мужчину, который путешествует с женой и

ребенком, - сказала миссис Смит.

- Вот как! - воскликнул Джордж. - Ну что ж, если они попадутся нам на

глаза, мы немедленно сообщим об этом.

К дверям подъехала коляска, и радушные хозяева вышли проститься со

своими гостями.

Беглецы послушались советов Тома Локкера и пошли на хитрость,

рассчитывая обмануть сыщиков. Миссис Смит, почтенная женщина, возвращавшаяся

в тот поселок в Канаде, куда они держали путь, согласилась взять на себя

роль тетушки Гарри, и мальчика отдали на ее попечение, чтобы он успел

привыкнуть к ней за эти два дня. Ласки, подкрепленные немалым количеством

мятных пряников, сделали свое дело, и юный джентльмен всей душой привязался

к своей новоявленной родственнице.

Коляска остановилась у пристани. Двое молодых людей поднялись по

сходням на пароход. Один из них - это была Элиза - галантно вел под руку

миссис Смит, а другой - Джордж - нес вещи.

Подойдя к капитанской каюте за билетами, Джордж услышал разговор двух

мужчин, остановившихся сзади него.

- Я присматривался ко всем пассажирам. Ручаюсь, что на нашем пароходе

их нет.

Это говорил один из корабельных служащих, а его собеседником был наш

давнишний знакомый Мэркс, который со свойственным ему упорством добрался до

Сандаски, надеясь изловить здесь свою ускользнувшую добычу.

- Женщину почти не отличишь от белой, - сказал Мэркс, - а мужчина -

мулат, тоже совсем светлый, и на руке у него должно быть клеймо.

Рука Джорджа, державшая билеты и сдачу, едва заметно дрогнула, но он

спокойно повернулся, равнодушно глянул на говорившего и как ни в чем не

бывало пошел в дальний конец палубы, к поджидавшей его там Элизе.

Миссис Смит сразу же удалилась с маленьким Гарри в дамскую каюту, где

красота девочки-смуглянки исторгла восхищенные возгласы у всех пассажиров.

Колокол зазвонил в последний раз, Мэркс спустился по сходням на берег,

и Джордж вздохнул всей грудью, видя, что расстояние между ним и этим

человеком с каждой минутой становится все больше и больше.

День был чудесный. Голубые волны озера Эри плясали и весело искрились в

солнечных лучах. С берега веял прохладный ветерок, и величавое судно смело

неслось вперед, к берегам Канады. О, сколько неведомого таится в каждом

человеческом сердце! Кто, глядя на Джорджа, спокойно разгуливавшего по

палубе бок о бок со своим застенчивым спутником, мог угадать, какие чувства

жгли ему грудь? Счастье, которое ждало его в недалеком будущем, казалось

несбыточным! Оно было слишком прекрасно, слишком сказочно. И Джордж не знал

ни минуты покоя, боясь, что какая-нибудь злая сила выхватит это счастье у

него из рук.

Но часы бежали, и вот вдали показался маленький канадский городок

Амхерстберг. Джордж задыхался от волнения. Глядя прямо перед собой ничего не

видящими глазами, он молча сжал маленькую ручку, дрожавшую в его руке.

Зазвонил колокол; пароход остановился. Едва сознавая, что он делает, Джордж

разыскал свой багаж, созвал своих спутников, и, сойдя на берег, они,

предводительствуемые миссис Смит, сразу же отправились к одному священнику,

который принял их как добрых знакомых.

Кто сможет выразить словами всю сладость первого дня на воле? Какое

блаженство двигаться, говорить, дышать, ходить куда вздумается, не боясь

никого и ничего! А кто передаст радость матери, которая не сводит глаз со

своего спящего ребенка, ставшего ей во сто крат дороже после всех невзгод и

опасностей! Разве могли они с Джорджем заснуть в эту ночь, потрясенные своим

счастьем? А ведь у них, у этих счастливцев, не было ни клочка земли, ни

крыши над головой, ни денег... И все-таки радость, наполнявшая их сердца, не

давала им сомкнуть глаз до утра.

 

 


Дата добавления: 2015-08-21; просмотров: 61 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ГЛАВА XXVI | ГЛАВА XXVII | ГЛАВА XXVIII | ГЛАВА XXIX | ГЛАВА XXX | ГЛАВА XXXI | ГЛАВА XXXII | ГЛАВА XXXIII | ГЛАВА XXXIV | ГЛАВА XXXV |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ГЛАВА XXXVI| ГЛАВА XXXVIII

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.016 сек.)