Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Среда, 4 июня, 12.00. Морг Института судебной медицины. Эппендорф, Гамбург

Читайте также:
  1. II. Организация и порядок производства подрядных работ на территории института.
  2. Автоматизированные информационные системы в правоохранительной и судебной сферах.
  3. АЗАҚСТАН ИНВЕСТИЦИЯЛЫҚ НАРЫҒЫНДАҒЫ ҚАРЖЫЛЫҚ ИНСТИТУТТАРДЫҢ, ДАМУ ИНСТИТУТАРЫНЫҢ ОРНЫ МЕН РӨЛІ
  4. Анализ административной и судебной практики, причин и условий, оказывающих влияние на обстановку в сфере незаконного оборота наркотиков.
  5. АРБИТРАЖНЫЕ СУДЫ, ИХ МЕСТО И РОЛЬ В СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ РФ
  6. Бэкон как реформатор медицины. Основные положения.
  7. В судебной стадии прокурор поддерживает гос. обвинение.

 

Вся гамбургская судебная медицина сосредоточена в Институте судебной медицины. В институтском морге неизбежно оказываются все, погибшие насильственной смертью или умершие при подозрительных обстоятельствах.

Фабеля затошнило от ударившего в нос крепкого духа. Запах, конечно, знакомый, но к нему он так и не привык. Морг был пропитан не смрадом тления, как можно было ожидать, а затхлым сладковатым ароматом дезинфекции. На стальных столах мертвецкой, залитых уныло-ярким безжалостным светом, не лежало ни одного трупа. Мёллер, в зеленом медицинском халате, сидел за столом и, заглядывая в свои записи, одной рукой печатал что-то на компьютере. В другой руке у него была вилка, которую он периодически запускал в пластмассовый контейнер с винегретом. На появление Фабеля он никак не отреагировал.

– А я думал, тут есть не полагается, – сказал Фабель, без приглашения беря стул и садясь.

– Не полагается, – вяло согласился Мёллер, не поднимая глаз от записей. – Если желаете – можете арестовать.

– Что насчет сегодняшней женщины?

– Получите отчет ближе к концу дня. Как раз над ним работаю.

– Будьте другом, сообщите главные пункты прямо теперь.

Мёллер отложил вилку и откинулся на спинку кресла, беря свой затылок в замок из ладоней. Глядя на гостя по бессознательной привычке надменно, он спросил:

– Уже получили весточку от дружка по переписке?

– Мёллер, мне некогда лясы точить. Что любопытного узнали?

– Интересненького много, герр гаупткомиссар, – протянул Мёллер, сгребая свои записки. – Так… Жертва – женщина от двадцати пяти до тридцати пяти лет, рост метр шестьдесят пять, глаза синие, волосы каштановые, осветленные под блондинку. Причина смерти – остановка сердца, вызванная болевым шоком и массивной потерей крови в связи с обширной травмой грудной клетки. Легкие вырвали, когда она была уже мертва. Так… Ага! Вы считаете, что эта молодая особа была проституткой?

– Да. А что?

– Во-первых, в последние сорок восемь часов она не имела половых сношений. Во-вторых, у нее поразительно ухоженное тело.

– Ну и что?

– Мускулы крепкие, а соотношение жира и мускульной массы почти оптимальное. Я рискнул бы предположить, что она или профессионально занималась спортом, или регулярно посещала фитнес-клубы. Не курила. В крови ни малейшего следа алкоголя. Похоже, предпочитала здоровую пищу: в желудке какая-то рыба с бобами, да и содержание липидов в крови низкое. Ну, на наркотики мы ее тоже уже проверили. Чистая как стеклышко. – Откладывая записи, Мёллер добавил: – Если в этой леди не была заложена какая-либо генетическая бомба, то с таким организмом она, может, и до ста лет дотянула бы. Но дорога бедняжки пересеклась с вашим любителем переписки…

– А можете сказать что-нибудь об убийце?

– Ни единого следа. Никаких свидетельств проникновения, равно как и любых других сексуальных действий. Убийца определенно тот же самый – или, строго говоря, метод убийства совпадает с предыдущим во всех подробностях. Грудина рассечена одним ударом – мощнейшим, но при этом невероятно точным. Возможно, убийца использовал что-то вроде массивного ножа с широким лезвием или даже меч. После этого он развел ребра далеко в стороны и вынул легкие. Характер разломов и малое количество осколков указывают на опять-таки очень профессиональную работу. Как и рассечение грудины одним ударом, выворот ребер требует огромной физической силы. Действовал мужчина недюжинной физической силы… Судя по траектории движений, рост не ниже метра семидесяти. Как минимум среднего телосложения.

– Это сужает поиски до девяноста процентов мужского населения Гамбурга, – сказал Фабель без сарказма и не столько Мёллеру, сколько самому себе.

– Я, Фабель, не волшебник – имею дело исключительно с вещественными доказательствами и только на их основе делаю заключения… Но вообще-то я заинтригован трепетным отношением жертвы к своему здоровью и мышечному тонусу. – Мёллер рассмеялся. – Впрочем, в отличие от вас темная сторона нашей городской жизни мне практически неизвестна. Однако мне всегда почему-то казалось, что средняя гамбургская проститутка не слишком печется о своем здоровье – равно как и о здоровье своих клиентов.

– Средняя – наверное. А эта, похоже, была ночной пташкой высокого полета. Заботясь о здоровье, она инвестировала в свое тело – за хорошие деньги можно продать только качественный продукт! Но вы правы. С этой женщиной всё как-то… нестандартно. Мои ребята взяли отпечатки ее пальцев?

– Да, уже забегали.

– Хорошо. Большое спасибо, герр доктор Мёллер, – сказал Фабель, вставая. – Жду ваш подробный отчет до конца рабочего дня.

– Постойте, Фабель.

– Да?

– Есть еще кое-что…

– А именно?

– У нее на правом бедре шрам от старой раны.

– Достаточно заметный, чтобы помочь при опознании тела?

– Думаю, при опознании он очень поможет. Однако тут другое…

– Что вы имеете в виду?

Мёллер придвинулся к компьютеру и застучал по клавишам.

– Я приложил к отчету фотографию, сделанную цифровой камерой. Вот, смотрите.

На почти противоестественно белом бедре виднелось что-то вроде кратера, обведенного валиком затвердевшей кожи. Кратер наподобие лунного. Мёллер нажал на клавишу – и появился второй снимок, теперь задней части бедра. Тут кожа была не бледной, а противоестественно пестрой – аляповатые разводы багрового. Это объяснялось просто: труп лежал на спине, а сила притяжения сгоняет кровь в те части тела, которые ниже.

– А вот и выходное отверстие, – сказал Мёллер, постучав шариковой ручкой по соответствующему месту на экране. – Шрамы почти незаметны… Им лет пять или шесть. Узнали, что это?

– Да, конечно, – сказал Фабель. У него самого имелась подобная парная отметина: входное и выходное отверстие от пули.

Мёллер опять откинулся на спинку кресла.

– Уверен, это серьезно сузит круг поиска. Вряд ли в последние десять лет гамбургские врачи лечили много женщин с пулевыми ранениями.

 

На улице лило как из ведра. Но невзирая на ливень, Фабелю было приятно оказаться на свежем воздухе: все лучше спертой атмосферы мертвецкой с ее неповторимым набором одуряющих запахов! Машина была припаркована в сотне метров от морга, и он основательно промок, пока до нее бежал.

Через несколько минут он въехал в район доков, где главным в пейзаже были могучие, высокие подъемные краны на берегах Эльбы. Фабель позвонил по сотовому своей секретарше и попросил соединить с Вернером Мейером. Подошла Мария Клее и сказала, что Вернер сейчас с бригадой, которая следит за Клугманном. Фабель рассказал Марии о старом шраме на бедре покойной и попросил ее просмотреть отчеты всех гамбургских больниц и клиник о пулевых ранениях – все случаи, зафиксированные от пяти до пятнадцати лет назад. По закону, любая больница и любой врач обязаны докладывать полиции об обращениях с огнестрельными ранами. Мария была настроена скептически: если эта женщина действительно была проституткой и ее подстрелили в результате какой-то разборки в преступном мире, то рану, вероятнее всего, лечил медик из «своих» – ничего не документируя и полицию не уведомляя. Фабель возразил: такое возможно в принципе, но в данном случае очень маловероятно.

– Есть еще новости? – спросил он.

– Вернер оставил сообщение, что договорился о вашей встрече с профессором Дорном. Завтра в три часа дня. – После короткой паузы Мария полюбопытствовала: – А что, профессор Дорн – специалист в области судмедэкспертизы?

– Нет, – сказал Фабель, – по профессии он историк. – И, помолчав и тяжело сглотнув, добавил: – И я был уверен, что он – перевернутая страница моей истории… Что-нибудь еще?

Мария доложила, что несколько раз звонила некая Ангелика Блюм, журналистка. Имя Фабелю ничего не говорило.

– Послали бы ее куда подальше – в наш отдел связи с прессой!

– Я так и сделала. Да от нее не отвяжешься – говорит, ей нужны конкретно вы. Я прямо сказала: на вопросы отвечает только отдел связи с прессой, он же организовывает интервью с нашими сотрудниками. Но она утверждает, что не тему для статьи ищет, а хочет обсудить с вами некий вопрос большой важности.

– Спросили, что за вопрос?

– Разумеется. Ответ сводился к тому, что это не мое дело.

– Записали номер телефона?

– Ага.

– Ладно, увидимся, когда вернусь. В два тридцать у меня встреча в отделе по борьбе с организованной преступностью.

 

Рядом с гигантскими подъемными кранами закусочная у доков на берегу Эльбы казалась предназначенной для лилипутов. Торговля велась под ярким навесом из фургона с широким окном в боку. Чуть в стороне под большими пляжными зонтами стояли высокие столы, за которыми несколько человек жевали сосиски, пили пиво или кофе. У окна обслуживания был газетный стенд. В этой серой округе и на фоне серого неба, с которого лил дождь, закусочная производила впечатление чистого и веселого островка.

Фабель остановил машину у тротуара и бегом преодолел несколько метров до навеса закусочной. За прилавком стоял дородный краснощекий мужчина лет пятидесяти в белом халате и белом поварском колпаке. Увидев Фабеля, он лег локтями на прилавок и наклонился в сторону давнего знакомого.

– Доброе утро, герр гаупткомиссар, – сказал толстяк с сильным фризским акцентом. – Что-то неважно сегодня выглядишь!

– Хлопотная ночь, Дирк, – ответил Фабель, естественно соскальзывая с хохдойча – строгого литературного немецкого языка – на фризский диалект. – Кружку «Йевера» и кофе.

Глядя, как Дирк наливает пиво из металлической бочки, Фабель спросил:

– Давно не видел Махмуда?

– Э-э… да, пожалуй, давненько. А что, какие-то неприятности?

Сделав хороший глоток пива, Фабель отозвался:

– Ничего особенного. Просто надо переговорить. Я попробую ему звякнуть, но ты же знаешь – он у нас неуловимый.

Фабель запил пиво густым горячим черным кофе и тут же остудил рот новым большим глотком пива.

– И это что, весь твой обед? – неодобрительно покачал головой Дирк.

– Ладно, дай-ка мне бутерброд с сыром. Увидишь Махмуда – передай ему, что я его разыскиваю. Не мне тебе объяснять – шепни осторожненько. Этого парня нам подставлять нельзя, – сказал Фабель, глядя мимо хозяина заведения на стену фургона, где красовалась фотография Дирка, сделанная лет пятнадцать назад, – сухощавый молодой мужчина в зеленой полицейской форме. Фабель кивком показал на снимок и спросил: – У тебя не бывает неприятностей из-за этой фотографии?

Дирк вручил Фабелю половинку багета с сыром и корнишонами и пожал плечами:

– Всякое бывает. Иногда тут собирается хамоватая публика, но у меня с ними своя дипломатия. Срабатывает без осечки.

Владелец закусочной вытащил из-под прилавка массивный черный «глок». Фабель подавился пивом и быстро оглянулся – удостовериться, что никто на них не смотрит.

– Да убери ты, Христа ради! – прошипел он. – А я притворюсь, что не видел этого безобразия.

Дирк рассмеялся, спрятал пистолет, перегнулся через стойку и ласково потрепал Фабеля по щеке:

– Не кипятись, Йеник…

Так он называл Фабеля, когда они вместе служили в полиции. Хотя Дирк был всего лишь обермейстером – чин весьма скромный, еще совсем зеленый сыщик Фабель быстро угадал, что у старшего по возрасту товарища огромный опыт и хорошая смекалка. Дирк охотно делился знаниями и вводил Фабеля в курс полицейских тонкостей. Так же по-отечески он относился и к Францу Веберну, молоденькому полицейскому, который погиб в тот день, когда Фабель получил пулевое ранение. Для Дирка смерть Франца была огромным ударом. Когда он пришел навестить Фабеля в больнице, тот впервые увидел «папашу» Дирка в расстроенных чувствах – обычно он всегда был в заразительно прекрасном настроении.

Дождь прекратился, и солнце осторожно выглянуло в просвете облаков, опрокинув в реку гигантские тени гигантских кранов. Заплатив за бутерброд, пиво и кофе, Фабель положил на стойку еще несколько монет.

– Возьму-ка я, пожалуй, еще и «Шау маль!»,[2] – сказал он, беря с прилавка пеструю газету.

– Вот уж не думал, что ты читаешь подобную дребедень! – удивился Дирк.

– Я и не читаю. Но тут что-то про…

Гаупткомиссар развернул сложенный пополам таблоид. Огромные красные буквы на первой странице были как пощечина.

 

МАНЬЯК-ПОТРОШИТЕЛЬ НАНОСИТ НОВЫЙ УДАР!

ПОЛИЦИЯ ГАМБУРГА НЕ СПОСОБНА ОСТАНОВИТЬ СУМАСШЕДШЕГО!

 

Под заголовком была фотография Хорста Вана Хайдена с подписью:

 

КРИМИНАЛЬДИРЕКТОР ВАН ХАЙДЕН – ЧЕЛОВЕК, БЕССИЛЬНЫЙ ОБЕСПЕЧИТЬ БЕЗОПАСНОСТЬ ГАМБУРГСКИХ ЖЕНЩИН.

 

– Ах ты, черт! – пробормотал Фабель. Ван Хайден на стену полезет от злости.

В передовой статье гамбургскую полицию разносили в пух и прах. В конце газета предлагала награду за любую подсказку, которая может вывести на след преступника. Этой же мрачной истории был посвящен и разворот. Еще один ряд огромных красных букв кричал:

 

КТО ОЗАБОЧЕН ПОИМКОЙ МОНСТРА БОЛЬШЕ ВСЕХ?

КОНЕЧНО, «ШАУ МАЛЬ!»!

МЫ ЗАПЛАТИМ 10 ТЫСЯЧ ЕВРО ЗА ИНФОРМАЦИЮ, КОТОРАЯ ПРИВЕДЕТ К АРЕСТУ И ОСУЖДЕНИЮ МАНЬЯКА!

 

– Что там особенного? – спросил Дирк.

Фабель развернул газету и положил ее перед Дирком.

– А-а, теперь понятно… Наверное, именно ты расследуешь это дело, да?

– Верно, оба трупа на моей шее…

Фабель залпом допил холодное пиво, закусил чашкой уже остывшего кофе, а бутерброд оставил нетронутым на стойке.

– Ладно, пора двигать. А то Ван Хайден назначит награду за мою голову.

– Удачи, Йен.

 


Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 78 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Крейг Расселл Кровавый орел | Среда, 4 июня, 4.00. Пёзельдорф, Гамбург | Среда, 4 июня, 6.00. Санкт-Паули, Гамбург | Среда, 4 июня, 7.30. Санкт-Паули, Гамбург | Среда, 4 июня, 16.30. Пёзельдорф, Гамбург | Среда, 4 июня, 16.30. Гостиница «Альтона Кроне», Гамбург | Среда, 4 июня, 19.40. Альстер, Гамбург | Среда, 4 июня, 20.45. Кафе на берегу Альстера, Гамбург | Четверг, 5 июня, 10.00. Пёзельдорф, Гамбург | Четверг, 5 июня, 10.00. Куксхавенская городская больница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Среда, 4 июня, 10.00. Управление полиции, Гамбург| Среда, 4 июня, 14.45. Управление полиции, Гамбург

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.013 сек.)