Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

СЕВЕРНАЯ ОКОНЕЧНОСТЬ ПОРТЛЕНДА

Читайте также:
  1. Диаметр циркуляции, описываемой кормовой оконечностью
  2. Северная Америка
  3. Северная Италия
  4. Северная оконечность Портленда
  5. Северная пищуха — Ochotona hyperborea
  6. Сфакс, Тунис, Северная Африка

 

 

Он бежал, задыхаясь, несся куда глаза глядят, мчался, не помня себя, по

снегу, по равнине, в пространство. Бег согрел его. Это было ему

необходимо. Если бы не быстрое движение и не испуг, он был бы уже мертв.

Когда у него захватило дыхание, он остановился; но оглянуться он не

посмел. Ему мерещилось, что птицы гонятся за ним, что мертвец, сорвавшись

с цепи, следует за ним по пятам, что даже виселица кинулась с холма вслед

за покойником. Он боялся обернуться, чтобы не увидеть этого.

Немного передохнув, он снова пустился бежать.

Дети не умеют отдавать себе отчет в происходящем. Затуманенное страхом

сознание ребенка воспринимало внешние впечатления без связи, без выводов.

Он мчался, сам не зная куда и зачем. Охваченный щемящей тоской, он бежал с

трудом, как бегут во сне. За три часа, проведенные им в одиночестве, его

стремление идти куда-то вперед, не став определеннее, изменило, однако,

свою первоначальную цель: тогда это были поиски, теперь это было бегство.

Он уже не чувствовал ни голода, ни холода; он чувствовал только страх.

Один инстинкт вытеснил другой. Все его помыслы свелись к одному - убежать.

Убежать от чего? От всего. Жизнь мрачной стеной обступила его со всех

сторон. Если бы он мог убежать от всего на свете, он так бы и сделал.

Но детям неведом тот способ взлома тюремной двери, который именуется

самоубийством.

Он продолжал бежать.

Сколько времени он мчался так - неизвестно. Но наступает минута, когда

и дыхании не хватает и страху приходит конец.

И вдруг, как бы внезапно охваченный приливом энергии и

рассудительности, ребенок остановился; ему, видимо, стало стыдно за свое

бегство; он выпрямился, топнул ногою, смело поднял голову и обернулся

назад.

Ни холма, ни виселицы, ни воронья.

Туман опять окутал весь горизонт.

Ребенок снова пустился в путь.

Теперь он уже не бежал, он медленно шел. Сказать, что встреча с

мертвецом сделала его взрослым, значило бы втиснуть в узкие рамки то

сложное и неясное впечатление, которое она на него произвела. Виселица,

смутно запечатлевшаяся в его еще зачаточном сознании, оставалась для него

лишь видением. Но так как победа над страхом придает нам силы, в нем

пробудилась отвага. Будь он в том возрасте, когда человек способен

разобраться в себе, он нашел бы тысячу поводов к раздумью; но мышление

детей лишено четкости, и ребенок в лучшем случае может ощутить лишь легкую

горечь того, пока недоступного ему чувства, которое он, став взрослым,

назовет негодованием.

Прибавим к этому, что ребенок одарен способностью быстро забывать свои

ощущения. От него ускользают отдаленные, беглые очертания сущности

горестного явления. Самым своим возрастом, своей слабостью дитя защищено

от слишком сложных душевных волнений. Оно воспринимает события, но почти



ничего с ними не связывает. Взрослый доискивается связи между

разрозненными явлениями, ребенок же легко удовлетворяется частичным их

объяснением. Жизненный процесс как нечто целое возникает перед ним

позднее, когда приходит опыт, на который уже можно опереться. Тогда

сопоставляются отдельные группы фактов, просветленный и зрелый рассудок

сравнивает их между собой, и воспоминания детского возраста проступают

сквозь все пережитое, как палимпсест из-под новейшего письма; воспоминания

оказываются точками опоры для логики, и то, что было в уме ребенка

впечатлением, становится силлогизмом в сознании взрослого. Впрочем, опыт

бывает различным и обращается на пользу или во вред в зависимости от

натуры человека. Хорошая натура созревает, дурная - растлевается.

Ребенок пробежал с добрую четверть лье и еще столько же прошел шагом.

Вдруг он почувствовал мучительный голод. Мысль о еде завладела всем его

существом, сразу вытеснив из памяти омерзительную картину, которую он

видел на холме. В человеке, к счастью, есть животное: оно возвращает его к

Загрузка...

действительности.

Но что бы поесть? Где бы поесть? Как бы поесть? Мальчик невольно ощупал

свои карманы, отлично зная, что они пусты.

Он ускорил шаги. Не зная сам, куда идет, он спешил добраться до

какого-нибудь жилья.

Надежда на пристанище в известной мере является источником человеческой

веры в провидение. Верить, что для нас всегда найдется кров, значит верить

в бога.

Однако на этой снежной равнине не было видно ничего, похожего на

кровлю.

Ребенок шел и шел; перед ним по-прежнему простиралось голое

плоскогорье; казалось, ему не будет конца.

На этой возвышенности никогда не было человеческого жилья. Только у

подножия утеса, в расселинах скал, ютились в давние времена первобытные

обитатели этой страны, у которых не было дерева для постройки хижина

оружием им служила праща, топливом - сухой коровий помет, божеством,

которому они поклонялись, был идол Чейл, стоявший на лесной прогалине в

Дорчестере, весь же их промысел сводился к ловле серого коралла, который

валлийцы называют plin, а греки - isidis plocamos.

Ребенок искал дорогу, как умел. Вся наша судьба - перепутье; выбрать

надлежащее направление очень трудно, а этому маленькому существу уже на

заре его жизни предстояло сделать выбор вслепую. Тем не менее он продолжал

идти вперед. Но хотя мышцы ног у него были точно стальные, он начал

уставать. На всем пространстве не было ни; одной тропы, а если они и были,

их занесло снегом. Безотчетно он продолжал двигаться на восток. Он изранил

ступни об острые камни. Если бы было светло, можно было бы увидеть на

следах, оставляемых им на снегу, алые пятна крови.

Местность была ему совсем незнакома. Он пересекал Портлендскую

возвышенность с юга на север, а шайка, с которой он сюда попал, вероятно

избегая нежелательных встреч, пересекла ее с запада на восток. Невидимому,

она бежала в рыбацкой или контрабандистской лодке с какого-нибудь пункта

на Эджискомбском побережье, из Сент-Катрин-Чипа или из Суонкри,

направляясь в Портленд, где ее ожидала урка, и должна была высадиться в

одной из бухт Уэстона, с тем чтобы пересесть на другое судно в одном из

заливчиков Истона. Путь этот под прямым углом перекрещивался с

направлением, по которому шел теперь ребенок. Потому-то он и не узнавал

местности.

На Портлендском плоскогорье сплошь и рядом попадаются высокие холмы,

нависающие прямо над берегом и отвесно обрывающиеся к морю. Блуждая,

ребенок взобрался на один из таких холмов, остановился и стал

всматриваться в даль, надеясь, что с высокого места ему будет виднее. Но

перед ним, заслоняя горизонт, расстилалась синеватая туманная мгла. Он

стал внимательно всматриваться в нее, и пристальный взгляд его постепенно

начал улавливать в ней какие-то очертания. На востоке, на дне отдаленной

лощины, пониже синеватой мглы, которую можно было бы принять за движущийся

в мутном сумраке ночи утес, стлались по земле и развевались в воздухе

какие-то черные клочья. Синеватая мгла была туман, а черные клочья - дым.

Где есть дым, там есть и люди. Ребенок направился в ту сторону.

На некотором расстоянии от себя он увидел спуск и внизу у спуска, среди

неясных очертаний скал, окутанных туманом что-то вроде песчаной мели или

косы, которая, вероятно, соединяла видневшиеся на горизонте равнины с

только что пересеченным им плоскогорьем. Очевидно, надо было идти в этом

направлении.

Действительно, он достиг Портлендского перешейка, образованного

дилювиальными наносами, который называется Чесс-Хилл.

Он стал спускаться по склону. Скат был трудный и неровный. Это была

противоположная сторона той возвышенности, на которую он карабкался,

выбираясь из бухты. Правда, спускаться было легче. Всякий подъем

вознаграждается спуском. Раньше он карабкался, теперь скатывался кубарем.

Он перепрыгивал с утеса на утес, рискуя вывихнуть себе ногу или

свалиться в невидимую пропасть. Чтобы удержаться на льду при спуске со

скалы, он хватался руками за тонкие, длинные ветки дикого терна или за

усеянные шипами кусты утесника, и колючие иглы их вонзались ему в пальцы.

Кое-где скат был не так крут, и тогда ребенок немного отдыхал, но рядом

опять начинался обрыв, и снова приходилось рассчитывать каждый шаг. При

спуске в пропасть надо быть ловким, иначе грозит смерть; каждое движение -

решение задачи. Эту задачу ребенок разрешал с врожденным искусством,

которому позавидовали бы обезьяны, и с таким умением, которому подивился

бы акробат. Склон был крут и длинен. Тем не менее ребенок уже находился

почти внизу.

Мало-помалу приближалась минута, когда он вступит на перешеек, издали

представший его взору.

Он то перескакивал, то переползал с утеса-на утес и временами вдруг

начинал прислушиваться, насторожившись, как чуткая лань. Он различал

вдали, налево от себя, слабый протяжный гул, похожий на низкий звук рожка.

Действительно, в вышине уже происходили сдвиги воздушных слоев -

предвестники того страшного северного ветра, который каким-то трубным воем

дает знать о своем прибытии с полюса. В то же время ребенок почувствовал у

себя на лбу, на веках, на щеках нечто, напоминавшее прикосновение к лицу

холодных ладоней. Это были крупные хлопья снега, сначала незаметно

порхавшие в воздухе и вдруг закружившиеся вихрем. Они предвещали снежную

бурю. Ребенок уже был с головы до ног покрыт снегом. Снежная буря, более

часа свирепствовавшая на море, захватила теперь и берег. Она постепенно

простирала свою власть и на горные равнины. Надвигаясь под косым углом с

северо-запада, она готовилась разразиться над Портлендским плоскогорьем.

 

 


Дата добавления: 2015-07-08; просмотров: 274 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: КОМПРАЧИКОСЫ | ЮЖНАЯ ОКОНЕЧНОСТЬ ПОРТЛЕНДА | БРОШЕННЫЙ | ДЕРЕВО, ИЗОБРЕТЕННОЕ ЛЮДЬМИ | ОБРИСОВКА ПЕРВЫХ СИЛУЭТОВ | ВСТРЕВОЖЕННЫЕ ЛЮДИ НА ТРЕВОЖНОМ МОРЕ | ПОЯВЛЕНИЕ ТУЧИ, НЕ ПОХОЖЕЙ НА ДРУГИЕ | ХАРДКВАНОН | ОНИ УПОВАЮТ НА ПОМОЩЬ ВЕТРА | СВЯЩЕННЫЙ УЖАС |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
БИТВА СМЕРТИ С НОЧЬЮ| ЗАКОНЫ, НЕ ЗАВИСЯЩИЕ ОТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ВОЛИ

mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.019 сек.)