Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Проблемы корпоративного права 6 страница



Уклонение реестродержателя от внесения записи в реестр акционеров, отказ от внесения записи (бездействие реестродержателя) могут быть обжалованы (Постановление ФАС Московского округа от 23 ноября 2004 г. по делу N КГ-А40/10631-04). Согласно ст. 8 Закона о рынке ценных бумаг отказ от внесения записи в систему ведения реестра или уклонение от такой записи, в том числе в отношении добросовестного приобретателя, не допускается, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами (закон прямо указывает на добросовестного приобретателя акций. - Прим. авт.)

Таким образом, принципиальное отличие участника ООО от акционера состоит в том, что смена акционеров фиксируется в реестре акционеров и не подлежит обязательной государственной регистрации. Для восстановления в правах акционера необходимо заявлять, как указывалось выше, иск о реституции или виндикации акций. При этом акционер может также обжаловать сделку по уступке акций или действия реестродержателя, если списание акций было совершено в отсутствие сделки без передаточного распоряжения.

Сведения о составе участников ООО содержатся в учредительных документах (какой-либо реестр отсутствует).

Если участник ООО незаконно лишился прав на долю в уставном капитале, восстановление его в имущественных и неимущественных правах (а как полагают арбитражные суды, и правах собственника) происходит в настоящее время без реституции или виндикации путем признания недействительной государственной регистрации налоговым органом вышеуказанных изменений, внесенных в учредительные документы ООО.

При этом участник может оспаривать также действительность сделки по уступке доли в уставном капитале (без требования о реституции и виндикации), а также недействительность решения собрания участников, на котором было принято решение о внесении изменений в учредительные документы общества в части, касающейся исключения участника из состава участников (а может не делать этого, ссылаясь на ничтожность решений и сделок).

В настоящее время сформировалась судебная практика, свидетельствующая о том, что для восстановления в правах участника лицо, лишившееся долей в уставном капитале, как правило, оспаривает государственную регистрацию изменений, внесенных в учредительные документы общества, а не заявляет требования о виндикации долей или реституции.



При рассмотрении спора о признании недействительной государственной регистрации налоговым органом изменений, внесенных в учредительные документы по составу участников, суд проверяет действительность решения участников о внесении изменений, действительность договора уступки доли в том случае, если судебное решение по данным вопросам отсутствует, однако истец ссылается на ничтожность решения и сделок по уступке долей. В большинстве случаев истец указывает, что собрание участников не проводилось (или его подпись на протоколе подделана), а договор уступки доли в уставном капитале сфальсифицирован) (Постановления ФАС Московского округа от 28 сентября 2005 г. по делу N КГ-А40/9311-05, от 9 марта 2004 г. по делу N КГ-А40/1582-04, от 24 сентября 2003 г. по делу N КА-А40/7001-03, от 24 октября 2005 г. по делу N КГ-А41/10135-05, от 21 марта 2005 г. по делу N КА-А40/1734-05, от 25 февраля 2005 г. по делу N КГ-А40/12942-04, от 10 марта 2004 г. по делу N КГ-А40/587-04, от 24 ноября 2004 г. по делу N КГ-А40/10559-04; решение Арбитражного суда г. Москвы от 16 августа 2005 г. по делу N А40-11868/04-125-113).

Показательным в этой связи является Постановление ФАС Московского округа от 18 февраля 2004 г. N КА-А40/442-04, из которого усматривается следующее.

Общество с ограниченной ответственностью "Магеллан-Трейдинг", Титов Александр Григорьевич обратились в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными решений Инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам N 35 по Зеленоградскому административному округу г. Москвы о государственной регистрации записей, касающихся ООО "Магеллан-Трейдинг".

Решением суда первой инстанции от 19 августа 2003 г., оставленным без изменения Постановлением апелляционной инстанции от 27 октября 2002 г., в удовлетворении заявленного требования отказано.

Отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, ФАС Московского округа указал на следующее.

Оспаривая в судебном порядке акты государственной регистрации изменений, касающихся ООО "Магеллан-Трейдинг", заявители ссылались на то, что изменения внесены на основании подложных документов: протокола собрания участников общества от 6 февраля 2003 г. N 1/2003 и Устава общества в новой редакции, утвержденной на основании этого протокола. Между тем Титов А.Г., являющийся единственным участником ООО "Магеллан-Трейдинг", не отчуждал свою долю другим лицам и не проводил 6 февраля 2003 г. собрания.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, Арбитражный суд г. Москвы указал на соответствие оспариваемых решений регистрирующего органа требованиям законодательства о регистрации прав, недоказанность подложности представленных на регистрацию документов, а также отметил, что в рамках настоящего дела не может быть рассмотрен спор между участниками ООО "Магеллан-Трейдинг" о составе участников общества и его руководителе.

Данный вывод суда является ошибочным.

Рассматривая спор, Арбитражный суд г. Москвы не проверил утверждение истцов о том, что документы представлены в налоговый орган неуполномоченным лицом - Литвиненко С.Б., которому не выдавалось соответствующей доверенности на совершение каких-либо действий от имени общества.

В соответствии с пп. б п. 1 ст. 17 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" для государственной регистрации изменений в учредительных документах общества требуется решение о внесении изменений в учредительные документы юридического лица. Такие решения на основании п. 3 ст. 91 ГК РФ, п. 4 ст. 12, п. 2 ст. 23 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" принимаются общим собранием участников общества.

Согласно зарегистрированным 12 ноября 2002 г. изменениям в учредительных документах ООО "Магеллан-Трейдинг" его единственным участником является Титов А.Г.

Разрешая спор, Арбитражный суд г. Москвы не исследовал заявление Титова А.Г. о том, что он не продавал свою долю другим лицам, не принимал никаких решений о внесении изменений в учредительные документы общества в соответствии с оспариваемыми записями и не назначал другого генерального директора.

Утверждение суда о том, что в рамках данного дела не подлежат исследованию приводимые истцами обстоятельства, касающиеся участников ООО "Магеллан-Трейдинг" и его руководителя, является ошибочным. Без выяснения вопроса о том, кем фактически принималось решение об изменении учредительных документов общества и его руководителя, невозможно сделать вывод о законности оспариваемых актов регистрации налогового органа.

Согласно Постановлению ФАС Центрального округа от 15 декабря 2004 г. по делу N А23-1517/04Г-12-127, если заинтересованные лица ссылаются на недействительность государственной регистрации изменений в учредительные документы на том основании, что решение о внесении этих изменений юридически ничтожно, суд обязан проверить этот довод и в зависимости от своих выводов относительно него разрешить вопрос о действительности такой регистрации.

В то же время суд может продемонстрировать и другой (формальный) подход к такому же иску.

Показательным представляется в этой связи Постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 7 октября 2004 г. по делу N А56-46098/03, оставленное без изменения Постановлением ФАС Северо-Западного округа от 18 февраля 2005 г. (за тем же номером), из которого усматривается следующее.

Лаврентьевой М.В. заявлены требования с учетом их уточнения о признании недействительным ненормативного акта Инспекции МНС России по Приморскому району Санкт-Петербурга от 19 сентября 2003 г. о регистрации изменений в уставе ООО "Иллан-Автоцентр" за N ГРЮ 203783044138; обязании налогового органа исключить из ЕГРЮЛ сведения о том, что единственным участником ООО "Иллан-Автоцентр", владеющим 100% уставного капитала общества, является МКК "Лорин Инвест энд Трейд ЛТД", расположенная на Сейшельских островах.

Решением от 15 июня 2004 г. признано недействительным решение инспекции от 23 сентября 2003 г. о регистрации изменений в уставе ООО "Иллан-Автоцентр" N ГРЮ 2037832044138 с исключением из ЕГРЮЛ сведений (записи) о том, что единственным участником ООО "Иллан-Автоцентр" является международная коммерческая компания "Лорин Инвест энд Трейд ЛТД".

Заявитель указывал, что:

- генеральным директором ООО "Иллан-Автоцентр" Бероевым В.Л. представлены в налоговый орган не соответствующие действительности сведения, а именно:

- протокол внеочередного общего собрания от 3 сентября 2003 г., в котором якобы принимал участие умерший более года назад Лаврентьев Н.Н., Лаврентьева М.В. и Демидов В.Г. Из текста протокола следует, что Демидов В.Г. подарил Лаврентьевой М.В. 20% долей, а умерший Лаврентьев Н.Н. подарил свои 40% долей Рыбакину А.В.;

- протокол общего собрания от 19 сентября 2003 г., из текста которого следует, что Лаврентьева М.В. и Рыбакин А.В. передали свои доли компании "Лорин Инвест энд Трейд ЛТД";

- общие собрания 3 и 19 сентября 2003 г. не проводились, ни Лаврентьева М.В., ни другие перечисленные в протоколах лица участия в подобных собраниях не принимали, о проведении подобных собраний не извещались;

- сделки по отчуждению долей, якобы совершенные Лаврентьевой М.В., Лаврентьевым Н.Н., Демидовым В.Г. и Рыбакиным А.В., являются ничтожными независимо от признания их таковыми судом в силу ст. ст. 166, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как не соответствующие требованиям действующего законодательства.

Лаврентьев Н.Н. умер 14 января 2002 г., следовательно, не мог присутствовать на собрании 3 сентября 2003 г. и совершить какие-либо сделки, так как в силу смерти не является физическим лицом и участником ООО "Иллан-Автоцентр".

Суд, установив ничтожность ряда сделок, предшествовавших сделке купли-продажи доли в уставном капитале ООО "Иллан-Автоцентр" - договору от 19 сентября 2003 г., заключенному между Рыбакиным А.В. и МКК, указал, что указанный договор заключен с нарушением требований ст. 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. п. 1, 2 ст. 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 7.2.3 устава ООО "Иллан-Автоцентр".

По мнению суда первой инстанции, в соответствии с п. 1 ст. 51 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушение установленного порядка образования юридического лица или несоответствие его учредительных документов закону влечет отказ в государственной регистрации.

Апелляционная инстанция Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области (с которой согласился ФАС Северо-Западного округа) указала, что признав недействительным решение налогового органа о регистрации изменений к уставу, суд не указал на нарушение налоговым органом требований Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", которым должен руководствоваться регистрирующий орган.

Отказ в государственной регистрации допускается в случаях, определенных ст. 23 Закона N 129-ФЗ, а именно в случае:

- непредставления определенных настоящим Федеральным законом необходимых для государственной регистрации документов;

- представления документов в ненадлежащий регистрирующий орган (в редакции Федерального закона от 23 июня 2003 г. N 76-ФЗ);

- предусмотренном п. 2 ст. 20 или п. 4 ст. 22.1 настоящего Федерального закона (п. 4 ст. 22.1 введен Федеральным законом от 23 июня 2003 г. N 76-ФЗ и не относится к данному случаю).

Наличия оснований для отказа в государственной регистрации изменений к уставу ООО "Иллан-Автоцентр" со стороны инспекции не установлено.

Примечателен вывод суда.

Действуя в рамках указанного Закона, в рамках императивных норм, налоговый орган несет ответственность за необоснованный отказ, т.е. не соответствующий основаниям, указанным в ст. 23 указанного Закона, и не вправе самостоятельно оценивать ряд предшествующих представленным договорам сделок, не имея при этом информации и соответствующих полномочий.

Таким образом, суд признал возможность существования законной регистрации на основании решения, принятого умершим человеком.

Автор полагает, что подобный формализованный подход к данного рода спорам не является достаточно обоснованным. Несмотря на отсутствие у налогового органа обязанности по юридической экспертизе документов, представленных на регистрацию (согласно Федеральному закону от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей) <29>, законность регистрации напрямую зависит от законности (юридической силы) оснований для регистрации - решения участников о внесении изменений, сделки по уступке доли в уставном капитале.

--------------------------------

<29> СЗ РФ. 2001. N 33 (ч. I). Ст. 3431.

 

Обращает на себя внимание тот факт, что восстановление в правах собственника на доли в уставном капитале общества фактически происходит путем рассмотрения судом спора, вытекающего из административных правоотношений (административной коллегией суда) по иску к налоговому органу о признании незаконным его акта государственной регистрации. То есть право собственности защищается не путем реституции и виндикации, как это предусмотрено ГК РФ.

Очень интересными представляются выводы, изложенные в Постановлении ФАС Московского округа от 24 октября 2005 г. по делу N КГ-А41/10135-05. Данное Постановление настолько интересно, что автор полагает возможным его подробное изложение.

Граждане А.В.А., А.Т.Б. обратились в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Сатурн-2003", гражданам К.З.А., Л.Р.К., Д.Е.В., Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Балашихе Московской области, в котором просили признать недействительными договор уступки прав 100% уставного капитала ООО "Сатурн-2003" в пользу К.З.А., решение N 6 участника ООО "Сатурн-2003" Л.Р.К. от 2 апреля 2004 г., изменения, внесенные в учредительные документы общества, на основании решения участников общества от 2 апреля 2004 г., зарегистрированные ИФНС РФ по г. Балашиха.

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 марта 2005 г. по делу N А41-К1-2353/05 исковые требования удовлетворены.

Десятый арбитражный апелляционный суд Постановлением от 7 июля 2005 г. за N 10АП-976/05-ГК отменил судебное решение, в иске отказал.

ФАС Московского округа отменил Постановление апелляционного суда, оставив в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование заявленных требований истцы указали на то, что были единственными учредителями ООО "Сатурн-2003", каждому из них принадлежало по 50% долей уставного капитала общества.

По сфальсифицированному договору уступки 100% доли уставного капитала зарегистрировано за другим лицом - К.З.А. Будучи владельцами общества, истцы не отчуждали своих долей. В связи с чем на основании ст. ст. 167, 168, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации просили признать недействительными договор уступки прав, решение участника общества, внесенные изменения в учредительные документы.

При рассмотрении дела арбитражными судами установлено, что в материалах дела представлено решение N 4 участников общего собрания ООО "Сатурн-2003" от 19 декабря 2003 г., в котором указано об уступке А.В.А. и А.Т.Б. 100% доли в уставном капитале общества Д.Е.В.

Оценив заключение экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, возбужденного по факту мошенничества, арбитражные суды установили, что подписи на указанном протоколе истцам не принадлежали.

Решением Арбитражного суда Московской области от 2 марта 2005 г. по делу N А41-К1-9645/04 указанное решение участников общества признано недействительным. Арбитражным судом по данному делу установлено, что истцы своих долей в уставном капитале общества не отчуждали.

В соответствии с п. 1 ст. 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества или ее часть одному или нескольким участникам данного общества.

Поскольку истцы не уступали принадлежащие им доли другим лицам, Д.Е.В., не являясь владельцем 100% долей в обществе, не мог уступить ее Л.Р.К. (решение N 5 единственного участника общества от 25 декабря 2003 г.), Л.Р.К. не мог переуступить права на долю общества К.З.А. (решение N 6 от 2 апреля 2004 г.).

Учитывая, что у ответчиков не возникло права собственности на 100% доли в уставном капитале общества, оспариваемый договор об уступке права на долю от 2 апреля 2004 г., заключенный между Л.Р.К. и К.З.А., обоснованно признан арбитражным судом недействительным как не соответствующий требованиям ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу ст. 168 Кодекса признан ничтожной сделкой.

На этом основании правомерно признаны недействительными решение участника N 6 от 2 апреля 2004 г. и изменения в учредительные документы.

Апелляционный суд установил, что сделки, по которым переходили права на доли от А.В.А., А.Т.Б. к Д.Е.В., а затем к Л.Р.К., не оспаривались. Письменная форма сделок соблюдена, в связи с чем арбитражный суд не нашел оснований для удовлетворения требований.

При этом арбитражный суд исходил также из того, что истцы не заявляли требования о применении последствий недействительности сделки.

Сославшись на ст. 302 Кодекса, апелляционный суд признал К.З.А. добросовестным приобретателем имущества, к которому могло быть предъявлено требование лишь путем виндикационного иска, если имеются для этого основания, предусмотренные указанной нормой.

Кассационная инстанция считает, что законодательство, регулирующее отношения в обществе с ограниченной ответственностью, не предусматривает возможность истребования доли, как это определено в ст. 302 Кодекса, а также реституции в порядке ст. 167 Кодекса.

Добросовестность приобретения может устанавливаться лишь в случаях истребования имущества, применения реституции.

В данном случае таких требований не заявлялось.

С учетом изложенных обстоятельств решение арбитражного суда подлежит оставлению в силе с отменой Постановления апелляционного арбитражного суда.

Как видно из приведенного Постановления, суды рассмотрели случай, когда доля в уставном капитале была незаконно отчуждена и в последующем дважды перепродана. Последний владелец доли был лишен права ссылаться на обстоятельства, связанные с добросовестностью приобретения доли, так как ФАС Московского округа сделал следующие выводы:

- существование права собственности на долю в уставном капитале (не вещь) возможно и подлежит защите;

- защита права собственности участника на долю в уставном капитале возможна путем признания договоров уступки доли в уставном капитале, решений о внесении изменений в учредительные документы недействительными, без реституции и виндикации, так как законодательство, регулирующее отношения в обществе с ограниченной ответственностью, не предусматривает возможность истребования доли, как это определено в ст. 302 ГК РФ, а также реституции в порядке ст. 167 ГК РФ.

Таким образом, добросовестный приобретатель доли не может использовать механизм защиты, предусмотренный ст. 302 ГК РФ.

Возникает вопрос: необходимо ли суду при разрешении иска о признании недействительными последующих государственных регистраций исследовать обстоятельства, связанные с добросовестностью приобретения долей новыми участниками?

Понятие "добросовестный приобретатель" в силу ст. ст. 301 - 303 ГК РФ относится исключительно к обладателю вещных, а не имущественных и неимущественных прав.

Таким образом, если не приравнять доли в ООО к вещи, то применение к ним института "добросовестного приобретателя" невозможно. Соответственно, лицо, которое стало участником ООО после нескольких сделок, совершенных на основе первоначально недействительной сделки, может лишиться статуса участника в результате признания недействительной совершенной им сделки и (или) признания недействительной государственной регистрации изменений в учредительные документы ООО (как основанной на произведенной ранее незаконной регистрации предыдущих изменений).

Таким образом, если не приравнять доли к вещи, вполне возможно возникновение ситуации, при которой добросовестный приобретатель долей будет исключен из устава общества.

Если исходить из судебной практики, иск о признании права собственности на долю в этом случае возможен. Однако возможно ли заявление такого требования в случае признания судом недействительной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы общества, в которых истец был указан в качестве участника? Судебная практика не дает ответа на такой вопрос.

Можно предположить, что в таком случае возможен иск о признании данного лица участником общества как владельца имущественных и неимущественных прав. Однако такой правовой конструкции судебная практика не знает. Кроме того, основанием для удовлетворения такого иска может быть только ссылка истца на добросовестность приобретения долей, однако эта ссылка будет некорректной, так как:

- глава 20 ГК РФ "Защита права собственности и других вещных прав" регулирует вопросы, связанные с защитой прав собственника имущества и других вещных прав, основанных на владении имуществом.

Механизм защиты имущественных прав участника, не основанных на владении имуществом (в данном случае доля в ООО), гл. 20 ГК РФ, как и вообще ГК РФ, не предусмотрен;

- примечательно, что защита неимущественных прав участника (нематериальных благ), принадлежащих гражданину, регламентируется гл. 8 ГК РФ ("Нематериальные блага и их защита").

Таким образом, гражданин - участник ООО вправе защищать свои неимущественные права участника общества. При этом гл. 8 ГК РФ (помимо защиты деловой репутации) не регламентирует вопросы защиты неимущественных прав владельца доли в уставном капитале общества.

Можно сделать вывод о том, что, не приравняв доли в уставном капитале по правовому статусу к вещи, мы не сможем наделить участника ООО - добросовестного приобретателя долей механизмами правовой защиты в случае, если будет признана недействительной государственная регистрация изменений, внесенных в учредительные документы общества, основанная, в свою очередь, на незаконности предыдущих регистраций.

Если взять за основу позицию, что доли в уставном капитале не являются имуществом, то при рассмотрении административного (а не гражданского) спора по требованию о признании недействительной государственной регистрации суд не должен проверять обстоятельства, связанные с добросовестностью приобретения долей новым участником (прав на участие в обществе). При этом, как уже указывалось выше, законность государственной регистрации не зависит от обстоятельств, связанных с добросовестностью приобретения долей.

Как обозначить лицо, которому принадлежат имущественные права?

На первый взгляд, очевидно, - собственник имущественных прав. Однако если данные права не являются вещными, то на них не может распространяться правовой режим права собственности. Это прямо следует из названия разд. II ГК РФ "Право собственности и другие вещные права".

Очевидно, что в силу требований ст. 128 ГК РФ имущественные права являются имуществом. Однако для защиты прав на данное имущество в порядке ст. 302 ГК РФ необходимо, чтобы данные права являлись вещными.

Согласно ст. 6 ГК РФ в случаях, когда предусмотренные п. п. 1 и 2 ст. 2 ГК РФ отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким правоотношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона). При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Статья 305 ГК РФ допускает возможность защиты прав владельца, не являющегося собственником, но владеющего имуществом по основаниям, в том числе предусмотренным законом. Нет сомнений, что владелец имущества - доли в уставном капитале - владеет ею на основании закона.

Тем не менее ст. 305 ГК РФ системно относится к гл. 20 "Защита права собственности и других вещных прав" и соответственно без овеществления доли применение ст. 305 ГК РФ невозможно.

Исходя из того что арбитражные суды, признавая за владельцем доли право собственности, тем самым овеществляют долю, можно сделать вывод о возможности применения ст. 305 ГК РФ к собственнику доли в уставном капитале. При этом, имея в виду, что сходный объект правовой защиты - бездокументарная акция уже овеществлена, суды могли бы (в теории) применять ст. 6 ГК РФ ("Применение гражданского законодательства по аналогии").

В то же время представляется, что данная правовая коллизия была бы разрешена, если бы арбитражные суды не рассматривали доли в уставном капитале в качестве объекта, на который возможно признание права собственности (вещь). В таком случае невозможность виндикации или реституции доли в уставном капитале была бы закономерна. Овеществление же арбитражными судами доли в уставном капитале общества порождает вопрос: почему добросовестный приобретатель долей не вправе заявлять свои возражения лицу, оспаривающему государственную регистрацию, и как вообще в этом случае он может защитить свои права?

Можно согласиться с выводом, изложенным в вышеуказанном Постановлении ФАС Московского округа от 24 октября 2005 г. по делу N КГ-А41/10135-05, что законодательство, регулирующее отношения в обществе с ограниченной ответственностью, не предусматривает возможность истребования доли, как это определено в ст. 302 ГК РФ, а также реституции в порядке ст. 167 ГК РФ.

Примечательно, что и Закон об АО не регулирует проблемы, связанные с виндикацией или реституцией бездокументарных акций. Данный вопрос не возникает по той простой причине, что бездокументарные акции отнесены законодателем к вещам (овеществлены).

Очень схожие по своей правовой природе с бездокументарными акциями доли в уставном капитале напрямую законодателем не отнесены к какому-либо виду имущества. Однако из общих начал гражданского законодательства также следует и невозможность причисления акций к вещам в силу отсутствия вещных признаков.

Таким образом, без решения этого вопроса на законодательном уровне необходимо принять за данность, что защита прав добросовестного приобретателя долей в уставном капитале (в отличие от акционера) невозможна.

Необходимо остановиться еще на одной проблеме, связанной с механизмом защиты прав участника общества. Это проблема, связанная с уклонением общества (участников) от внесения изменений в учредительные документы, связанные с уступкой доли (отказ признавать права нового участника).

Законодательство РФ не содержит прямого указания на то, в каком порядке возможно обжаловать уклонение общества (участников) от внесения изменений в устав в части, касающейся изменения состава участников.

Так, согласно ст. 35 Закона об ООО участник или участники общества, обладающие не менее 1/10 от общего числа голосов, вправе заявить требование о созыве собрания участников, на котором они вправе поставить вопрос о внесении изменений в устав общества. При этом согласно ст. 36 Закона любой участник общества вправе вносить предложения о включении вопросов в повестку дня собрания. Если решение о проведении собрания по требованию участников, обладающих не менее 1/10 голосов, не принято или отказано в проведении собрания, собрание может быть созвано лицами, требующими его проведения.

Таким образом, вполне возможны ситуации, при которых:

- требование участника, владеющего не менее 1/10 голосов, удовлетворено, но на собрании не принято решение о внесении изменений в устав (незаконное противодействие других участников);

- требование участника, владеющего не менее 1/10 голосов, не удовлетворено. Данный участник сам провел собрание, но вышеуказанное решение не было принято (незаконное противодействие других участников);

- участник не обладает 1/10 голосов и просил рассмотреть на очередном годовом собрании вопрос о внесении изменений в устав, однако такое решение на собрании не было принято.

Очевидно, что можно признать незаконным решение собрания об отказе от внесения изменений в устав, решение исполнительного органа об отказе созвать собрание участников, однако приведет ли это к восстановлению нарушенных прав участника? Разумеется, нет, так как участник крайне заинтересован, чтобы в устав были внесены изменения в части, касающейся указания в уставе общества на данного участника, а также в том, чтобы эти изменения были зарегистрированы и стали обязательными, имеющими юридическую силу для третьих лиц.

Когда речь идет об акционером обществе, то проблем с определением предмета иска не возникает. Обжалуется (как было указано выше) уклонение реестродержателя от внесения записи в реестр акционеров.


Дата добавления: 2015-08-29; просмотров: 23 | Нарушение авторских прав







mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.024 сек.)







<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>