Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 2. О том, как жестоко шутит Сохатый, а Лили Эванс напивается на спор

Глава 4. О том, как Сириус Блэк ведёт квиддичный матч, и о романтическом полёте на метле | Глава 5. О жизненном призвании Блэка и о женском непостоянстве | Глава 6. Глава с моралью о том, что не следует напиваться до зелёных человечков | Глава 7. Об «интересных» частях тела Сириуса Блэка, прекрасных француженках и самом ужасном Рождестве Лили Эванс |


Читайте также:
  1. Встречает он такое испытание. Эгоизм, черствость, равнодушие, бессердечность жестоко мстят за себя. Слепым страхом.
  2. Глава 7. Об «интересных» частях тела Сириуса Блэка, прекрасных француженках и самом ужасном Рождестве Лили Эванс
  3. Если он любит трунить (шутить) над женой или детьми, не щадя их самолюбия, особенно при посторонних, то тут
  4. Жестокое обращение с детьми
  5. Жестокость белогвардейцев-казаков
  6. Змеи жестокости свет ограждают

 

Сегодня на Зельях мы со слизеринцами (иногда мне кажется, что Дамблдору по приколу ставить нас вместе) готовили костерост для Больничного крыла.

Заправив лезущие, куда не надо, волосы за уши, я медленно помешивала почти готовое зелье против часовой стрелки. До конца урока оставалось семь минут. Профессор Слизнорт ходил по классу с коробкой засахаренных ананасов под мышкой и заглядывал в бурлящие котлы. Возле одних он хмурился, возле других чесал подбородок, возле третьих довольно мурлыкал, как кот.

Моё зелье уже пять минут, как было готово и разлито по колбам. Стуча носком ботинка по полу, я по привычке оглянулась на соседнюю парту. Поттер и Блэк сидели, откинувшись на стульях и откровенно плюнув на вонючее варево в своём котле. Профессор, попав под бесконечное обаяние этих двоих, никогда не ставил им тролли, только качал головой над котлом с испорченным зельем и добродушно махал рукой. А они таскали ему его любимые засахаренные ананасы.

Тем временем очередь дошла и до меня.

- Замечательно, Лили! Как всегда превосходно! – профессор Слизнорт гладил пышные усы и довольно улыбался. – Поппи будет непременно рада костеросту такого высокого качества! И Северус, конечно, и Северус тоже молодец! Как же без него! Отлично, просто замечательно!

Он даже потрепал меня по макушке, словно щенка.

- Хотите засахаренный ананас? – любезно предложил профессор. – Угощайтесь, моя дорогая, не стесняйтесь. Я всегда говорил, что нет ничего вкуснее засахаренных ананасов.

Ну да, Дамблдор тоже так говорит про свои лимонные дольки, а Макгонагалл – про лакричные леденцы.

Потому я вежливо отказалась и стала собирать сумку.

- И не забудьте про Клуб Слизней, Лили! Я обижусь, если вы снова не придете, – профессор добродушно погрозил мне пальцем, после чего пихнул в рот очередной ананас и вперевалочку направился к учительскому столу.


***
Потом мы всей этой разношёрстной гурьбой отправились на ЗОТС, которую вела профессор Меррисот, древняя седовласая старушка из английского фольклора. Она была наполовину глуха, наполовину слепа и двигалась, едва переставляя конечности. Никто не знал, сколько ей лет и, как однажды выразился Блэк, «с какого такого кладбища Дамблдор вообще её выкопал».

Усевшись за свободную парту, мы с Алисой полезли в сумки за перьями и пергаментами.

Спустя некоторое время из смежного с кабинетом помещения выплыла старушка с большой родинкой на крючковатом носу и седым пучком на голове. Пробурчав тему урока «Великаны, полувеликаны и способы защиты от них», так что пришлось напрячь весь свой слух, она села за преподавательский стол и уткнулась в свои листы. Минут пять мы ждали, пока профессор начнёт лекцию, но она самозабвенно подрёмывала.

Студенты, расслабившись, принялись переговариваться между собой.

Мы, в общем-то, уже порядком привыкли к странностям профессора Меррисот. Вот она, сидя, похрапывает, вдруг резко дёргается и выпрямляется с самым невинным выражением лица (мол, чего уставились так, будто я уснула прямо на лекции?).

Писали мы мало, больше слушали. Голос у профессора был тихий, хрипловатый. Она то и дело случайно засыпала, потом резко просыпалась, вспоминала, о чём говорила, и начинала рассказывать заново.

В общем, с Защиты я вышла в таком сонном состоянии, что Алисе приходилось практически тащить меня на обед в Большой Зал. Шум и гам всех четырёх факультетов быстро привели меня в чувство. Рухнув на свободную скамью, я стала критически осматривать сегодняшние блюда. Есть не хотелось.

- Теперь, когда меня в следующий раз будет мучить бессонница, попрошу профессора почитать мне лекцию о великанах – усыпля-я-яет, - зевнула я во весь рот, - отлично.

Алиса покачала головой.

- Кстати, по секрету, вчера на собрании старост профессор Макгонагалл намекала о Святочном бале, - сказала она, наливая себе тыквенного сока.

- С чего это вдруг? Пять с половиной лет учимся, и ни разу ещё нам балы не устраивали.

- Ну, наверное, в качестве развлекательной программы. Не всё же время учиться.

- И это говоришь мне ты, - отхлёбывая из её кубка, хмыкнула я.

- Мне, в отличие от некоторых (не будем показывать пальцем), не дана ни прекрасная память, ни какие-нибудь другие природные таланты. Вот и приходится брать зубрёжкой, - парировала Алиса, с удовольствием откусывая от сэндвича с индейкой. - Ну, с кем думаешь пойти?

- Гений травологии и всея ботаники, да ты просто напрашиваешься на комплименты. Не знаю, до этого бала ещё, как до луны пешком. Будем надеяться, без пары не останусь.

Хорошо, когда у человека выбор ограничен. Вот есть у Алисы Фрэнк, значит ей и париться не надо по поводу партнёра.

Подперев рукой щёку, я тяжело вздохнула и принялась выковыривать изюм из алисиной булочки.

Меня стали одолевать мысли разной тяжести. Мысль о том, что это мой первый в жизни бал, впечатления не произвела. Волновало более насущное: кто будет моим потенциальным партнёром на вечер. Мысленно составив список всех возможных претендентов, я принялась их между собой сравнивать.

Итак:

1. Бертрам Обри. Высокий (но до Поттера ему ещё, конечно, расти и расти). Телосложение так себе (если сравнивать опять-таки с Поттером). Рейвенкловец. Значит, весь вечер будет пересказывать мне какой-нибудь научный трактат (и опять же Джеймс в этом плане куда интересней). Кудрявый. С веснушками. И ещё эти его торчащие уши! Однозначно, не подходит. С Поттером даже рядом не стоит. Да и все равно у него имя дурацкое!

2. Северус Снейп. Зачеркнуть!

3. Ремус Люпин. Среднего роста (ниже Поттера на пол головы). Худощав (по сравнению с Джеймсом вообще скелет). Гриффиндорец, что, несомненно, даёт ему преимущество. Что-то среднее между симпатичностью и заурядностью (и здесь Поттер в выигрыше). Молчалив. М-да… И будем мы с ним весь вечер наслаждаться тишиной...

4. Сириус Блэк. Высок (почти одного роста с Поттером). Телосложение. Без одежды я его не видела, но, думаю, сойдёт. Самый настоящий гей (значит, есть вероятность, что он пригласит мальчика, а не девочку). Красив. Даже очень (хотя Поттер тоже не урод). Болтливый, самоуверенный, хвастливый, тщеславный…

5. Питер Петтигрю. Карлик (Поттеру будет до пупка). Полноват. Да и вообще похож на хомяка. А эти его огромные передние зубы… Брр… Симпатичным назовёшь только по пьяни...по исключительно сильной пьяни. И я всё ещё уверена, что Шляпа пошутила, оправив его в Гриффиндор. Зато тихий, раболепный, скромный… Да-да-да, и весь бал будет смотреть мне в рот!

6. Дирк Кросвелл. Длинный, как шланг (рост Поттера мне нравится куда больше). Тощий. Уж не знаю, кто кого тогда будет вести в танце… Хаффлпаффец. Тупой, как пробка. Страшный, прыщавый, желтозубый… И какого лешего он вообще делает в моём списке?!

7. Дэйви Гаджеон. Ростом, наверное, эдак с Люпина. Мощный, как Портос. Играет в квиддич (но в этом плане Поттер его всё равно сделает). На лицо не сказать, чтобы красавец, но и не страшный. Гриффиндорец, но бестолковый до одури (Поттер, по сравнению с ним, просто профессор).

8. Альфред Уилкес. Ростом не вышел. Внешностью тоже. Да ещё и хаффлпаффец. Неуверенный в себе малый, застенчивый до дрожи, поэтому мне самой придётся его приглашать (зато Поттеру палец в рот не клади)…

И тут я осеклась и, кажется, покраснела до корней волос… Стоп! И с какой это, интересно, стати в моём списке слов «Джеймс» и «Поттер» в два раза больше остальных букв и знаков препинания вместе взятых?! И что Поттер вообще делает у меня в голове, когда его даже в списке нет?!

Разозлённая на себя, весь белый свет и Поттера в частности, я схватила сумку, Алису, пару сэндвичей с индейкой и отправилась в Гриффиндорскую Башню.


***
Как и предсказывал Поттер, Рейвенкло победил с разгромным счётом. Победители ходили, задрав носы, хаффлпаффцы - понуро, наши – в предвкушении, а слизеринцы как всегда делали вид, что они короли вселенной.

Я сидела за столом в гостиной и рисовала карту созвездий по Астрономии. Стоял раздражающий гул, поэтому мне всё время приходилось отвлекаться. На полу у камина расположилась кучка факультетских мальчишек и, попивая тайком притащенное в школу сливочное пиво, обсуждала предстоящий матч.

- Да ты че, Рейвенкло нам что ли соперник? Ха! - пробасил Гаджеон. – У них теперь защита, как у дилетантов, из-за этого новичка ихнего - Кинга. Девчонка и та на метле лучше держится, ей-Богу. Профессионалы так не работают.

- У них сильные охотники, - Джеймс.

Вот ведь хвастун! А как завуалировано хвалится!

- Смотри, чтобы твоё раздувшееся эго случайно не лопнуло, Поттер, - не удержавшись, съязвила я.

Даже последняя в Хогвартсе таракашка знала, что самый лучший в школе охотник – Джеймс Поттер. «Хвастун», как ни странно, не отреагировал.

Я уже хотела было повернуться посмотреть, чего это он молчит (ведь наши с ним перебранки – святое дело!), как мой стул резко взмыл в воздух. От неожиданности у меня сердце, печень, почки и остальные внутренности ушли в пятки. Умудрившись каким-то образом не свалиться со стула, я уставилась на виновника сего деяния с самым грозным видом, какой только имелся в моём арсенале. «Грозный вид» впечатления не произвёл. Поттер полулежал на полу, прислонившись спиной к дивану, и с улыбкой чеширского кота следил за объектом своей забавы - то есть за мной.

- Поттер, дракл тебя задери, ты мне до смерти надоел своими выкрутасами!!! Да чтоб тебя гиппогриф клюнул!!! Да, именно в то место, о котором ты сейчас подумал! Да чтоб тебя мантикоры забодали!!! Да чтоб у тебя мандрагоры из ушей полезли!!! А ну быстро поставил меня на место!!!

Сопрано у меня было ещё то. Между прочим, в детстве я пела в церковном хоре.

- Откуда столько красноречия, Эванс? – лениво отозвался Джеймс. – А с виду и мухи не обидишь.

Я насупилась.

Дискуссия о квиддиче на некоторое время прервалась. Все с интересом наблюдали за разыгравшейся картиной. Некоторые даже посмеивались.

- Повиси пока, подумай о прекрасном.

- Только спусти, придурок, и я тебе покажу «о прекрасном»! – зарычала я, судорожно хватаясь за стул, чтобы ненароком не свалиться.

Ох, моя любимая, родная, дорогая, бесценная волшебная палочка... Ну что за привычка оставлять тебя в спальне?!

- Ладно, Эванс, - согласился вдруг Джеймс, – предлагаю сделку.

- Какую ещё сделку? – насторожилась я.

От Поттера ничего хорошего не жди.

- Всегда хотел увидеть, какая ты пьяная…

- Чего-о-о?

- Погоди, Эванс, - он поднял палочку на несколько сантиметров вверх, отчего мой стул взмыл под самый потолок. – Ты выпиваешь бокал огневиски – я отпускаю тебя на пол.

- Да иди ты знаешь куда?!

Поттер развёл руками – мы со стульчиком чуть не улетели в окно. Восстановив равновесие, я принялась буравить взглядом затылок наглеца. А он, как ни в чём не бывало, возобновил разговор о квиддиче.

Прошло двадцать минут. Младшекурсники, с сочувствием поглядывая в мою сторону, уходили в свои комнаты. В гостиной остались одни только мальчишки-старшекурсники. А Джеймс словно и забыл про меня. Увлечённо рассказывая о том квиддичном матче, на котором они с Сириусом побывали летом, он то и дело жестикулировал, отчего мой стул выписывал красивые виражи.

Прошло ещё пятнадцать минут. Железная что ли у Поттера рука? Моя злость давно прошла, остались только принципы наполовину с упрямством. А вот интересно, я гриффиндорка, он гриффиндорец, оба упрямы, как стадо баранов. Это что получается (ну вот чисто гипотетически) - я могу висеть тут до бесконечности?

Прошло ещё гиппогриф знает сколько, когда портретный проём отошёл в сторону, и в гостиную вошли улыбающиеся Алиса и Фрэнк. Наткнувшись на неожиданную картину, Алиса посмотрела сначала на меня, потом на Джеймса, потом снова на меня и снова на Джеймса.

Меня вдруг осенило! Перехватив взгляд подруги, я стала передавать ей знаки. Сначала показала на неё, потом на Поттера, стукнув кулаком по воздуху. Но, подумав, решила, что так не пойдёт. Если она сначала врежет Поттеру, палочка вылетит из его руки, и я свалюсь вместе со стулом. Если она отнимет у Джеймса палочку, то логично, что он в ответ тоже может отнять её у Алисы. Начнётся драка, в разгаре палочка улетит, и я опять же свалюсь вместе со стулом…

Пока я придумывала стратегические планы по спасению себя, Алиса виновато пожала плечами, отправила мне воздушный поцелуй и упорхнула в свою комнату.

Я осталась совсем одна. Обиженная предательством подруги, разозлённая на Поттера и его чёртову руку, я решила давить на жалость.

- У меня спина затекла! Опусти-и-и! – заканючила я. – Ну, пожалуйста, Джеймс!

Его рука дрогнула. Аха.

- Принимаешь сделку, Эванс?

От бессилия хотелось плакать и топать ногами. Ненавижу его! Ненавижу! Ненавижу!!! Пусть только опустит – уши оторву!

- Как бы не так, Поттер. Перебьёшься!

До коликов раздражающим жестом тот пожал плечами. Мне стало думаться, что эдак он из принципа до утра тут будет сидеть – на что ведь только не пойдёшь, чтобы Эванс позлить. А мне всё равно нужно было закончить карту по Астрономии, и вообще завтра день тяжёлый, и вставать рано...

- Ладно, Поттер, - сказала я таким деловым тоном, будто бы это он, а вовсе не я, находился в столь унизительном положении. - Ты победил. Тащи сюда свой огневиски.

Рука Джеймса сместилась вправо – злосчастный стул и я вместе с ним поплыли по комнате. Теперь я видела поттеровскую ухмыляющуюся физиономию и совершенно точно убедилась в том, что обязательно оторву ему уши, как только спущусь.

Джеймс что-то сказал Питеру (я не расслышала), и тот пулей побежал в спальню мальчиков. Вернулся он через минуту, неся в руках пузатую бутылку из тёмного стекла. Поттер деловито наколдовал бокал и до краёв наполнил его огневиски, после чего отлевитировал бокал мне.

Я принюхалась. В нос ударил противный терпкий запах.

- Фу, гадость.

Поттер присел на подлокотник кресла и скрестил на груди руки.

Напоследок смерив всю компашку презрительным взглядом, я осторожно взяла бокал двумя руками и сделала глоток… Совсем малюсенький… Горлу стало так больно, что из глаз брызнули слёзы, а я закашлялась. Мерлин, какая же гадость!

Ну а публика наслаждалась. Все трое - Поттер, Люпин и Петтигрю - стояли с широкими улыбками. Я нахмурилась. Ремус, как староста, мог бы с этим разобраться, но он был слишком бесхарактерный.

Так как никто меня опускать не собирался, я зажмурилась, зажала нос рукой и сделала большой глоток. Закашлялась. Не дав себе отдышаться, сделала ещё один и ещё.

Горло больно жгло, глаза без конца слезились. Но происходило ещё что-то странное… Мне вдруг стало так легко… И ещё комната закружилась, и лица мальчишек превратились в размытые пятна... И вообще реальность сделалась какой-то мутной...

В этот момент я поняла, что уже не вишу, а очень даже сижу, причём на полу. Кое-как поднявшись, я сделала шаг вперёд, как вдруг не удержала равновесие и покачнулась в сторону. И, в панике замахав руками в поисках опоры, наткнулась на что-то твёрдое.

- Оу.

- Обалдеть, Эванс, да ты на ногах не стоишь!

«Поттер?» – пронеслось в голове.

- Нужно отнести её в спальню. Пойду позову Алису, - кажется, Рем. – Она совсем никакая.

Ещё бы! Сами ведь напоили, паразиты!

Мне было так спокойно, что я забыла обо всех припасённых для Поттера кознях. Почувствовав, что ватные ноги (предатели!) меня не держат, я схватилась за свою единственную опору. Она оказалось твёрдой и тёплой.

Внезапно меня подхватили чьи-то руки. Блаженно вздохнув, я уткнулась в шею (кому не знаю, глаза-заразы ни в какую не разлеплялись). Она так хорошо пахла! Что-то сандаловое, кофейное… Втянув носом божественный аромат, я банально отключилась.


Дата добавления: 2015-09-01; просмотров: 39 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 1. О том, как Лили и Мародёры едут в Хогвартс, и об одном интересном факте, с которого и начинается эта история| Глава 3. О том, какой страшной бывает мстя, и как разоблачают Лили

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.014 сек.)