Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

На смерть Т. С. Элиота

Сонетик | Псковский реестр | Румянцевой победам | Чаша со змейкой | Письмо в бутылке | Услышу и отзовусь | Einem alten Architekten in Rom | Северная почта | Новые стансы к Августе | Неоконченный отрывок |


Читайте также:
  1. III. Жизнь и смерть
  2. IX. Смерть Калы
  3. Quot;Удивительно, почему человек смеется, в то время как Адский Огонь позади него, и странно, когда человек празднует и веселится, в то время как позади него смерть!".
  4. XV. Смерть Суворова
  5. Б. Закон, грех и смерть
  6. Возвращение в Россию. Смерть
  7. Воцарение самозванца, правление и смерть.

 

 

I

 

Он умер в январе, в начале года.

Под фонарем стоял мороз у входа.

Не успевала показать природа

ему своих красот кордебалет.

От снега стекла становились у'же.

Под фонарем стоял глашатай стужи.

На перекрестках замерзали лужи.

И дверь он запер на цепочку лет.

 

Наследство дней не упрекнет в банкротстве

семейство Муз. При всем своем сиротстве,

поэзия основана на сходстве

бегущих вдаль однообразных дней.

Плеснув в зрачке и растворившись в лимфе,

она сродни лишь эолийской нимфе,

как друг Нарцисс. Но в календарной рифме

она другим наверняка видней.

 

Без злых гримас, без помышленья злого,

из всех щедрот Большого Каталога

смерть выбирает не красоты слога,

а неизменно самого певца.

Ей не нужны поля и перелески,

моря во всем великолепном блеске;

она щедра, на небольшом отрезке

себе позволив накоплять сердца.

 

На пустырях уже пылали елки,

и выметались за порог осколки,

и водворялись ангелы на полке.

Католик, он дожил до Рождества.

Но, словно море в шумный час прилива,

за волнолом плеснувши, справедливо

назад вбирает волны, торопливо

от своего ушел он торжества.

 

Уже не Бог, а только Время, Время

зовет его. И молодое племя

огромных волн его движенья бремя

на самый край цветущей бахромы

легко возносит и, простившись, бьется

о край земли, в избытке сил смеется.

И январем его залив вдается

в ту сушу дней, где остаемся мы.

 

II

 

Читающие в лицах, маги, где вы?

Сюда! И поддержите ореол:

Две скорбные фигуры смотрят в пол.

Они поют. Как схожи их напевы!

Две девы -- и нельзя сказать, что девы.

Не страсть, а боль определяет пол.

Одна похожа на Адама впол-

оборота, но прическа -- Евы.

 

Склоняя лица сонные свои,

Америка, где он родился, и --

и Англия, где умер он, унылы,

стоят по сторонам его могилы.

И туч плывут по небу корабли.

 

Но каждая могила -- край земли.

 

III

 

Аполлон, сними венок,

положи его у ног

Элиота, как предел

для бессмертья в мире тел.

 

Шум шагов и лиры звук

будет помнить лес вокруг.

Будет памяти служить

только то, что будет жить.

 

Будет помнить лес и дол.

Будет помнить сам Эол.

Будет помнить каждый злак,

как хотел Гораций Флакк.

 

Томас Стерн, не бойся коз.

Безопасен сенокос.

Память, если не гранит,

одуванчик сохранит.

 

Так любовь уходит прочь,

навсегда, в чужую ночь,

прерывая крик, слова,

став незримой, хоть жива.

 

Ты ушел к другим, но мы

называем царством тьмы

этот край, который скрыт.

Это ревность так велит.

 

Будет помнить лес и луг.

Будет помнить вс? вокруг.

Словно тело -- мир не пуст! --

помнит ласку рук и уст.

 

12 января 1965

 

--------


Дата добавления: 2015-08-26; просмотров: 46 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Отрывок| Января 1965 года

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.006 сек.)