Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

10 страница. Исследование системы источников международного уголовного судопроизводства по

1 страница | 2 страница | 3 страница | 4 страница | 5 страница | 6 страница | 7 страница | 8 страница | 12 страница | 13 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

Исследование системы источников международного уголовного судопроизводства по делам о военных преступлениях позволяет обратить пристальное внимание и на его процессуальные принципы (принципы международного уголовного судопроизводства), роль которых не сводится к собственно источникам закрепления и содержания соответствующих уголовно-процессуальных норм. Как справедливо отмечают И.П. Блищенко и И.В. Фисенко, процессуальные принципы международного уголовного права - это принципы международного уголовного судебного процесса <1>.

--------------------------------

<1> Блищенко И.П., Фисенко И.В. Указ. соч. С. 16.

 

Принципы международного уголовного судопроизводства - это общие руководящие, исходные положения, определяющие наиболее существенные стороны международной уголовно-процессуальной деятельности, построение всех стадий международного уголовного судопроизводства, содержание всех его форм и институтов, обеспечивающие достижение задач международного уголовного процесса.

Принципы международного уголовного судопроизводства, хотя и не систематизированы в одном источнике международного права, носят императивный характер и содержат предписания, обязательные для всех участников международного уголовного судопроизводства.

В основе принципов международного уголовного судопроизводства, как и большинства национальных уголовно-процессуальных институтов государств, лежат положения международно-правовых актов, определяющих стандарты в области прав человека (Всеобщей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах, уставов международных уголовных трибуналов, Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, Декларации о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство обращения и наказания, Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых любой форме задержания или тюремного заключения, Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, итоговых документов семинаров и совещаний по защите прав человека и т.д.) <1>. Кроме того, следует отметить, что одновременно в международном уголовном судопроизводстве отражаются и принципы национального уголовного процесса. Так, например, гл. 2 УПК РФ содержит следующие принципы уголовного судопроизводства в Российской Федерации: законность при производстве по уголовному делу (ст. 7); осуществление правосудия только судом (ст. 8); уважение чести и достоинства личности (ст. 9); неприкосновенность личности (ст. 10) и жилища (ст. 12); охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст. 11); тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 13); презумпция невиновности (ст. 14); состязательность сторон (ст. 15) и свобода в оценке доказательств (ст. 17); язык уголовного судопроизводства (ст. 18), а также право на обжалование процессуальных действий и решений (ст. 19). Большая часть этих принципов отражается и в международном уголовном судопроизводстве.

--------------------------------

<1> Уголовный процесс: Учеб. / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М., 2003. С. 52.

 

Все принципы международного уголовного судопроизводства представляется возможным условно разделить на две группы:

1. В первую группу входят принципы международного права, являющиеся основополагающими (системообразующими) для собственно процессуальных принципов международного уголовного судопроизводства.

В силу того что международное уголовно-процессуальное право можно рассматривать в качестве формирующейся отрасли международного права, к нему имеют прямое отношение основные принципы последнего:

- принцип суверенного равенства гарантирует государствам право свободно избирать и развивать свою национальную систему судопроизводства, уважая при этом уголовно-процессуальную юрисдикцию других государств;

- принцип сотрудничества обязывает компетентные органы государств сотрудничать в борьбе с преступностью с компетентными органами других государств и с международными организациями;

- принцип уважения прав человека требует, чтобы в ходе международного уголовного судопроизводства уважались эти права;

- принцип добросовестного выполнения обязательств по международному праву охватывает и обязательства по международному уголовному судопроизводству <1>.

--------------------------------

<1> К имеющим основополагающее значение принципам Н.С. Алексеев и И.И. Карпец небесспорно относят также такие принципы правосудия, как подсудность уголовно наказуемого деяния и неотвратимость наказания, равенство перед уголовным законом, определение ответственности на основе доказательств, индивидуальность вины каждого субъекта, учет смягчающих и отягчающих обстоятельств, соучастия и т.д. (Алексеев Н.С. Ответственность нацистских преступников. М., 1966. С. 10; Карпец И.И. Преступления международного характера. М., 1979. С. 205).

 

2. Вторую группу составляют собственно процессуальные принципы международного уголовного судопроизводства.

Принципы международного уголовного судопроизводства могут быть классифицированы и по содержанию, в зависимости от того, какую сторону уголовного судопроизводства они определяют. Принимая во внимание то, что принципы определяют порядок производства по уголовным делам или порядок организации и деятельности международных органов уголовной юстиции и лиц, осуществляющих правосудие, вторую группу принципов можно разделить также на судоустройственные и судопроизводственные. Рассмотрим эти группы в изложенной выше последовательности.

Большинство ученых придерживаются той точки зрения, что одним из важнейших принципов международного уголовного судопроизводства, в первую очередь по делам о военных преступлениях, является принцип неотвратимости наказания за совершенное преступление:

- правовые нормы, содержащие данный принцип, зафиксированы в Московской декларации от 30 октября 1943 г., Лондонском соглашении от 8 августа 1945 г., других документах государств антигитлеровской коалиции;

- приговор Нюрнбергского международного военного трибунала, основываясь на нормах, содержащихся в его Уставе от 8 августа 1945 г., определил, что "не только не будет несправедливостью наказать тех, кто совершил эти преступления, но будет несправедливо оставить безнаказанным совершенное ими зло" <1>;

--------------------------------

<1> Статья 1 разд. 1 Устава Международного военного трибунала для Дальнего Востока от 19 января 1946 г. предусматривает, что Международный военный трибунал для Дальнего Востока учреждается для "справедливого и скорого суда и наказания главных военных преступников на Дальнем Востоке".

 

- Комиссия международного права по существу первого Нюрнбергского принципа отмечает, что "всякое лицо, совершившее какое-либо действие, признаваемое, согласно международному праву, преступлением, несет за него ответственность и подлежит наказанию";

- Генеральная Ассамблея ООН 3 декабря 1973 г., формулируя принципы международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества, подтвердила, что "военные преступления и преступления против человечества, когда бы и где бы они ни совершались, подлежат расследованию, а лица, в отношении которых имеются доказательства в совершении таких преступлений, - розыску, аресту, привлечению к судебной ответственности и, в случае признания их виновными, наказанию" <1>;

--------------------------------

<1> Об истории формулирования и международного закрепления данного принципа см., напр.: Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 3 (I) от 13 февраля 1946 г., 95 (I) от 11 декабря 1946 г., 2583 (XXIV) от 15 декабря 1969 г., 2712 (XXV) от 15 декабря 1970 г., 2840 (XXVI) от 18 декабря 1971 г., 3020 (XXVII) от 18 декабря 1972 г. и др.

 

Из принципа неотвратимости наказания за совершение преступления вытекает принцип международного уголовного судопроизводства, согласно которому военные преступники не могут претендовать на убежище <1>. Такое заключение исследователи обосновывают положениями Декларации о территориальном убежище от 14 декабря 1967 г., устанавливающей в п. 2 ст. 1, что "на право искать убежище и пользоваться убежищем не может ссылаться никакое лицо, в отношении которого существуют серьезные основания полагать, что оно совершило преступление против мира, военное преступление или преступление против человечности по смыслу тех международных актов, которые были выработаны для того, чтобы предусмотреть нормы относительно этих преступлений". На наш взгляд, закрепление в вышеуказанной Декларации положения о том, что военные преступники лишены права на убежище, выступает в качестве гарантии реализации принципа неотвратимости наказания за военные преступления и отнюдь не является самостоятельным процессуальным принципом международного уголовного судопроизводства.

--------------------------------

<1> Лобанов С.А. Указ. соч. С. 79.

 

В отношении подсудности дел о военных преступлениях следует сказать, что подсудность таких дел определяет принцип универсальной юрисдикции, согласно которому международное уголовное преследование и судопроизводство осуществляется вне зависимости от места совершения военного преступления и гражданства лица, его совершившего:

- созданные после войны международные трибуналы для суда над главными военными преступниками, по мнению исследователей, в своей деятельности, несомненно, исходили из принципа универсальной юрисдикции <1>;

--------------------------------

<1> Решетов Ю.А. Указ. соч. С. 175; Нюрнбергский процесс: право против войны и фашизма. М., 1995. С. 103.

 

- Женевские конвенции 1949 г. предусматривают обязательства для государств-участников разыскивать предполагаемых военных преступников, предавать их "независимо от их гражданства своим собственным судам" либо передавать таких лиц для суда над ними другим государствам при условии, что такое государство привело достаточно серьезные доказательства для возбуждения дела <1>;

--------------------------------

<1> Статья 49 I Женевской конвенции; ст. 50 II Женевской конвенции; ст. 129 III Женевской конвенции; ст. 146 IV Женевской конвенции.

 

- Дополнительный протокол I к Женевским конвенциям 1949 г., принятый в 1977 г., требует от его участников не допустить "сомнений по поводу уголовного преследования и суда в отношении лиц, обвиняемых в военных преступлениях или в преступлениях против человечности", передавать таких лиц "для целей уголовного преследования и суда в соответствии с подлежавшими применению нормами международного права";

- хотя МТЮ и МТР имеют параллельную юрисдикцию с национальными судами в отношении судебного преследования за военные преступления, совершенные на территориях этих государств, юрисдикция международных трибуналов имеет приоритет по отношению к юрисдикции национальных судов всех государств (ст. 9 Устава МТЮ, ст. 8 Устава МТР);

- МУС не подрывает суверенитет независимых государств, а дополняет национальные органы уголовной юстиции, причем его Устав напоминает, что "обязанностью каждого государства является осуществление его уголовной юрисдикции над лицами, несущими уголовную ответственность за совершение международных преступлений".

Принцип осуществления правосудия только судом (закреплен Всеобщей декларацией прав человека 1948 г. и Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г.) <1> означает, что правосудие по делам о военных преступлениях представляет собой осуществляемую только судом (национальными судами или МУС) в пределах их компетенции деятельность по рассмотрению и разрешению дел о военных преступлениях при точном и неуклонном соблюдении требований закона (международного права) и установленного им порядка, обеспечивающего законность, обоснованность и справедливость судебных решений. Международный пакт о гражданских и политических правах (п. 1 ст. 14) предъявляет следующие требования к суду: такой суд должен быть "компетентным, независимым и беспристрастным, созданным на основании закона".

--------------------------------

<1> Права человека и судопроизводство: Собр. междунар. док. М., 1985. С. 7 - 8, 99 - 101.

 

Исключительное право суда осуществлять правосудие обусловлено особой ролью и статусом судей как носителей судебной власти, обеспечивающими их независимость и подчинение только закону, а также процессуальной процедурой осуществления правосудия, предусматривающей особые гарантии вынесения по делу законного и справедливого решения <1>. Принцип независимости судей международных военных трибуналов был впервые, по мнению А.М. Ларина, сформулирован еще в ст. 3 Устава Нюрнбергского международного военного трибунала <2>, хотя, по нашему убеждению, вести речь о том, что ст. 3 этого Устава закрепляет принцип независимости судей, можно с большой долей условности <3>.

--------------------------------

<1> Уголовный процесс: Учеб. / Под общ. ред. В.М. Лебедева. С. 63.

<2> Ларин А.М. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. М., 1985. С. 72 - 79.

<3> Статья 3 Устава Нюрнбергского международного военного трибунала гласит: "Ни Трибунал, ни его члены, ни их заместители не могут быть отведены обвинителем, подсудимым или защитой. Каждая из Подписавшихся Сторон может заменить назначенного ею члена Трибунала или его заместителя по болезни или по другим уважительным причинам. Во время судебного процесса член Трибунала может быть заменен только его заместителем".

 

Принцип независимости судей получил дальнейшее развитие при принятии Устава МТЮ (ст. 13) и Устава МТР (ст. 12), которые закрепляют выборность судей международных трибуналов (на четыре года с возможностью последующего переизбрания) Генеральной Ассамблеей из представляемого Советом Безопасности ООН списка.

Более полное отражение принципа независимости судей содержит Римский статут:

во-первых, положения подп. "a" п. 3 ст. 36 Устава МУС определяют, что "судьи выбираются из числа лиц высоких моральных качеств, являющихся беспристрастными и независимыми, которые удовлетворяют требованиям, предъявляемым в их соответствующих государствах для назначения на высшие судебные должности".

Во-вторых, ст. 40 Устава МУС непосредственно раскрывает содержание рассматриваемого принципа:

1. Судьи независимы при выполнении своих функций.

2. Судьи не занимаются никакой деятельностью, которая может препятствовать выполнению ими своих судейских функций или может заставить усомниться в их независимости.

3. Судьи, от которых требуется выполнять свои функции на постоянной основе в месте пребывания Суда, не должны посвящать себя никакому другому занятию профессионального характера.

Таким образом, решения судей МУС имеют все основания быть беспристрастными и справедливыми, так как они имеют реальную возможность принимать такие решения самостоятельно, не опасаясь воздействия со стороны кого бы то ни было, вмешательства государств или иных лиц в осуществление правосудия. В обеспечение принципа независимости судей судьям МУС предоставляются реальные гарантии, одной из которых является предусмотренная ст. 70 Устава МУС ответственность за преступления против отправления ими правосудия.

Одним из основных судопроизводственных принципов является законность при производстве по уголовному делу.

Материальное содержание принципа законности характеризуется в международном уголовном судопроизводстве определенной "спецификой действия" применительно к военным преступлениям. Как было отмечено в приговоре Нюрнбергского международного военного трибунала, ссылка на отсутствие в международном праве довоенного периода норм, запрещающих агрессивную войну, являлась несостоятельной, поскольку пакт Бриана-Келлога провозгласил отказ от войны как инструмента национальной политики, что сделало такую войну преступной. Нормы современного международного уголовного права устанавливают преступность тех или иных деяний, а нередко и элементы составов военных преступлений. Так, например, ст. 8 Римского статута предусматривает, что Суд обладает юрисдикцией в отношении военных преступлений, в частности, когда они совершены в рамках плана или политики или при крупномасштабном совершении таких преступлений. Далее в ч. 2 этой же статьи перечислены виды военных преступлений, подпадающие под действие Римского статута. В первую очередь это серьезные нарушения Женевских конвенций от 12 августа 1949 г., а именно любое из следующих деяний против лиц или имущества, охраняемых согласно положениям соответствующей Женевской конвенции:

1) умышленное убийство;

2) пытки или бесчеловечное обращение, включая биологические эксперименты;

3) умышленное причинение сильных страданий или серьезных телесных повреждений или ущерба здоровью;

4) незаконное, бессмысленное и крупномасштабное уничтожение и присвоение имущества, не вызванное военной необходимостью;

5) принуждение военнопленного или другого охраняемого лица к службе в вооруженных силах неприятельской державы;

6) умышленное лишение военнопленного или другого охраняемого лица права на справедливое и нормальное судопроизводство;

7) незаконная депортация или перемещение или незаконное лишение свободы;

8) взятие заложников <1>.

--------------------------------

<1> Нельзя отрицать, что преступления, составы которых определены в Женевских конвенциях 1949 г., могут рассматриваться также национальными судебными системами (Левин Д.Б. Ответственность государств в современном международном праве. М., 1966. С. 48).

 

"Законность" применительно к международному уголовному судопроизводству означает требование осуществлять производство по уголовному делу в точном соответствии с международным правом, соблюдать все нормы международного уголовного материального и процессуального права, распространяющиеся на всех должностных лиц, ответственных за производство по делу, и всех других участников международного уголовного судопроизводства.

Процессуальное содержание принципа законности раскрывает Устав МУС:

- во-первых, в качестве применимого права Суд применяет Статут, элементы преступлений и свои правила процедуры и доказывания;

- во-вторых, в соответствующих случаях, применимые международные договоры, принципы и нормы международного права, включая общепризнанные принципы международного права вооруженных конфликтов;

- если это невозможно, Суд применяет общие принципы процессуального права, взятые им из национальных законов правовых систем мира, включая, соответственно, национальные законы государств, которые при обычных обстоятельствах осуществляли бы юрисдикцию в отношении военного преступления, при условии что эти принципы не являются несовместимыми с Уставом МУС и с международным правом и международно признанными нормами и стандартами;

- Суд может применять принципы и нормы процессуального права в соответствии с тем, как они были истолкованы в его предыдущих решениях;

- применение и толкование процессуального права должны соответствовать международно признанным правам человека и не допускать никакого неблагоприятного проведения различия по таким признакам, как гендерный признак, возраст, раса, цвет кожи, язык, религия или вероисповедание, политические или иные убеждения, национальное, этническое или социальное происхождение, имущественное, сословное или иное положение.

Процессуальное содержание принципа равенства всех перед законом и судом заключается в предоставлении всем равных прав, возможностей для их реализации, возложении одинаковых обязанностей, равной возможности применения ответственности <1>. Прежде всего рассматриваемый принцип закреплен Всеобщей декларацией прав человека 1948 г. (ст. ст. 2, 7), ст. 3 Декларации прав и свобод человека и гражданина, а также Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г. Так, например, п. 1 ст. 14 Международного пакта устанавливает, что "все лица равны перед судами и трибуналами". Статья 26 этого же документа подчеркивает, что "все люди равны перед законом", а также "имеют право без всякой дискриминации на равную защиту закона" <2>. Рассматривая права обвиняемых, установленных в уставах международных трибуналов, следует подчеркнуть, что в первую очередь речь идет о равенстве всех лиц перед международными трибуналами (п. 1 ст. 21 Устава МТЮ, п. 1 ст. 20 Устава МТР).

--------------------------------

<1> См., напр.: Уголовный процесс: Учеб. / Под общ. ред. В.М. Лебедева. С. 59.

<2> Международное сотрудничество в борьбе с преступностью: Сб. док. / Сост. П.Н. Бирюков, В.А. Панюшкин. Воронеж, 1977. С. 14 - 15.

 

Одним из результатов дальнейшего развития данного принципа в международном уголовном судопроизводстве явилось закрепление в Уставе МТЮ и Уставе МТР положения о недопустимости ссылки на должностное положение лица, обвиняемого в совершении военных преступлений. Должностное положение обвиняемого в качестве главы государства или правительства или ответственного чиновника не освобождает это лицо от уголовной ответственности и не является основанием для смягчения наказания <1>. Данное положение (равенство всех перед законом и судом вне зависимости от должностного положения) наиболее точно конкретизировано в ст. 27 Устава МУС, в которой отмечается, что:

--------------------------------

<1> См.: п. 2 ст. 7 Устава МТЮ, п. 2 ст. 6 Устава МТР, ст. 27 Устава МУС.

 

Во-первых, Римский статут применяется в равной мере ко всем лицам, без какого бы то ни было различия на основе должностного положения. В частности, должностное положение как главы государства или правительства, члена правительства или парламента, избранного представителя или должностного лица правительства ни в коем случае не освобождает лицо от уголовной ответственности согласно названному Статуту и не является само по себе основанием для смягчения приговора.

Во-вторых, иммунитеты или специальные процессуальные нормы, которые могут быть связаны с должностным положением лица, будь то согласно национальному или международному праву, не должны препятствовать осуществлению Судом его юрисдикции в отношении такого лица.

Более того, уставы МТЮ и МТР устанавливают дополнительную ответственность такого должностного лица (начальника) за преступные деяния, совершенные его подчиненными, если он "знал или должен был знать, что подчиненный собирается совершить или совершил такое деяние, и если начальник не принял необходимых и разумных мер по предотвращению таких деяний или наказанию совершивших их лиц". Тем не менее тот факт, что обвиняемый действовал по приказу правительства или начальника, не освобождает его от уголовной ответственности, однако может рассматриваться как основание для смягчения наказания, если международный трибунал признает, что этого требуют интересы правосудия (п. 4 ст. 7 Устава МТЮ, п. 4 ст. 6 Устава МТР). Статья 33 Устава МУС определяет, когда в таком случае может идти речь об освобождении от уголовной ответственности:

- когда лицо было юридически обязано исполнять приказы данного правительства или данного начальника;

- когда это лицо не знало, что приказ был незаконным;

- когда приказ не был явно незаконным.

Причем п. 2 указанной статьи предусматривает, что приказы о совершении преступления геноцида или преступлений против человечности являются явно незаконными. Таким образом, международное уголовное судопроизводство, в отличие от национального законодательства большинства государств, не допускает каких-либо изъятий из принципа равенства всех перед законом и судом.

Право на справедливое и публичное разбирательство уголовного дела в суде как принцип международного уголовного судопроизводства означает, что "каждый имеет право на... справедливое и публичное разбирательство его дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основе закона" <1>. Пятый принцип международного права, признанный Уставом Нюрнбергского международного военного трибунала, нашедший выражение в решении этого Трибунала, определил, что каждое лицо, обвиняемое в международно-правовом преступлении, имеет право на справедливое рассмотрение дела на основе фактов и права. Право на справедливое рассмотрения дела содержится также в ст. 10 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. Принцип справедливости также означает, что суд при назначении наказания должен руководствоваться не эмоциями, не чувством мести, а абсолютной оценкой как совершенного преступления, так и личности виновного. Справедливость, с одной стороны, выражается в соразмерности наказания совершенного деяния и, с другой стороны, в соответствии назначенного наказания личности осужденного <2>.

--------------------------------

<1> См., напр.: п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г.; п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (Международное сотрудничество в борьбе с преступностью: Сб. док. С. 7, 14).

<2> Костенко Н.И. Международная уголовная юстиция. Проблемы развития. М., 2002. С. 65.

 

Требование справедливого и публичного разбирательства уголовного дела закреплено в уставах МТЮ и МТР, которые определяют, что "слушания должны быть публичными, если только Судебная камера не примет решения о проведении закрытого разбирательства в соответствии с ее правилами процедуры и доказывания" (п. 4 ст. 20 Устава МТЮ, п. 4 ст. 19 Устава МТР).

Статья 67 Устава МУС, раскрывающая права обвиняемого, в п. 1 устанавливает, что "при определении любого обвинения обвиняемый имеет право на публичное слушание...". Аналогичные положения содержатся в п. 2 ст. 21 Устава МТЮ и п. 2 ст. 20 Устава МТР.

Судебное разбирательство не является частным делом. Уголовное преследование по делам о военных преступлениях осуществляется уполномоченными на то должностными лицами национальных правоохранительных органов или международных трибуналов (МУС). Только национальные государственные органы и должностные лица, а также должностные лица международных трибуналов (МУС) в судопроизводстве по делам о военных преступлениях могут применять нормы права, процессуально-принудительные меры, принимать решения о направлении движения уголовного дела и т.д.

"Каждый человек, для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения, имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом", - говорится в ст. 10 Всеобщей декларации прав человека <1>. Анализ уставных документов и практики деятельности международных трибуналов <2> позволяет нам согласиться с мнением, что один из принципов уголовного судопроизводства - гласность - традиционно действует в полной мере лишь в стадии судебного разбирательства по делу, а на досудебных стадиях процесса присутствуют лишь отдельные элементы гласности <3>.

--------------------------------

<1> Всеобщая декларация прав человека. Декларация прав и свобод человека и гражданина. М., 1993. С. 8.

<2> См., напр.: Белый И.Ю. Международное преследование за военные преступления: правовые и процессуальные аспекты. М., 2004.

<3> Уголовный процесс: Учеб. / Под общ. ред. В.М. Лебедева. С. 65 - 66.

 

Судебные заседания по делам о военных преступлениях в международных трибуналах (начиная с Нюрнбергского - правило VII Регламента) и МУС являются открытыми, а слушание дел в закрытом судебном заседании допускается в случаях, предусмотренных международными правовыми актами или уставами. Так, например, п. 7 ст. 64 Устава МУС предусматривает, что "судебное разбирательство является открытым. Однако Судебная палата может установить, что особые обстоятельства требуют того, чтобы некоторые заседания проводились в закрытом заседании для целей, предусмотренных в статье 68 <1>, или в интересах защиты конфиденциальной или чувствительной информации, которая должна быть представлена в качестве доказательства". В частности, такие меры принимаются в случае, когда речь идет о жертве сексуального насилия или ребенке, который является потерпевшим или свидетелем, если Судом не предписано иное, с учетом всех обстоятельств, в особенности мнения такого потерпевшего или свидетеля (п. 2 ст. 68 Римского статута).

--------------------------------

<1> Статья 68 Устава МУС предусматривает принятие мер по защите интересов потерпевших и свидетелей, участвующих в судебном разбирательстве: безопасности, физического и психического благополучия, достоинства и неприкосновенности личной жизни.

 

Печать и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или его часть по соображениям морали, международного (национального) порядка или безопасности, или когда того требуют интересы частной жизни лиц, участвующих в деле, или - в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, - при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы международного уголовного правосудия. Тем не менее любое судебное постановление по уголовному делу должно быть публичным (за исключением, когда интересы несовершеннолетних требуют другого). Так, например, решение по делам о военных преступлениях "выносится большинством судей Судебной камеры и объявляется Судебной камерой публично" (п. 2 ст. 23 Устава МТЮ, п. 2 ст. 22 Устава МТР, п. 4 ст. 76 Римского статута).


Дата добавления: 2015-08-02; просмотров: 53 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
9 страница| 11 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.021 сек.)