Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АрхитектураБиологияГеографияДругоеИностранные языки
ИнформатикаИсторияКультураЛитератураМатематика
МедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогика
ПолитикаПравоПрограммированиеПсихологияРелигия
СоциологияСпортСтроительствоФизикаФилософия
ФинансыХимияЭкологияЭкономикаЭлектроника

Благодарность 5 страница

Благодарность 1 страница | Благодарность 2 страница | Благодарность 3 страница | Благодарность 7 страница | Благодарность 8 страница | Благодарность 9 страница | Благодарность 10 страница | В поисках земли обетованной 1 страница | В поисках земли обетованной 2 страница | В поисках земли обетованной 3 страница |


Читайте также:
  1. 1 страница
  2. 1 страница
  3. 1 страница
  4. 1 страница
  5. 1 страница
  6. 1 страница
  7. 1 страница

На последнем курсе Христианского университета Среднего Запада во время весенних каникул Пол вместе с Юнис ездил в Кентукки, чтобы познакомиться с ее родителями. Сдержанность матери и отца Юнис заставили Пола с удвоенной осторожностью следить за каждым своим словом и поступком, он изо всех сил старался понравиться им. Хотя волнения его оказались напрасными. Родители Юнис были внимательны, добры и предупредительны.

– Если мне удавалось заполучить своего отца на пять минут, я считал этот день удачным, – признался ей Пол позднее. – Он всегда был занят церковными делами.

Теперь же Пол с каждым месяцем становился все более недоступным. Проблема эта беспокоила Юнис, но не угнетала. Она шла по улице, окаймленной с обеих сторон рядами деревьев, и думала о своих родителях. Как им удавалось находить золотую середину между церковными и домашними обязательствами? Никогда не возникало никакого сомнения в их преданности друг другу и Телу Христову.

Отец и мать покинули этот бренный мир один за другим в течение двух лет. Церемонию похорон матери Юнис провел один из церковных старейшин. Когда все разошлись и она осталась одна у могилы родителей, Юнис внезапно почувствовала себя сиротой. На тот момент шел шестой месяц ее беременности. Пол приехал с ней в Коул–Ридж, но ему не терпелось вернуться к своим занятиям. Тогда Юнис в первый и единственный раз поссорилась с ним. Ее переполняли такие тревожные, смятенные чувства, и скорбь была такой пронзительной, такой невыносимой. Пол подумал, что лучшее решение – это отправиться домой. Ему хотелось лично раздать свидетельства о заключении завета. Юнис была оскорблена и сердита и в отчаянии выпалила, что никак не может вспомнить, чтобы Господь требовал от Своих учеников подписывать клочки бумаги о заключении с Ним завета. В конце концов Пол предложил остаться еще на пару дней, но Юнис поняла, что ее горе никогда не будет вписываться в график церковных мероприятий, а посему решила вернуться в Иллинойс.

Жена пастора не может рассчитывать на то, что муж будет всецело принадлежать ей одной.

Пока они были в Коул–Ридже, Юнис все старалась понять, что Пол думает о городке, в котором она выросла. Ветхие, неухоженные домики, на каждом шагу питейные заведения – их было больше, чем каких‑либо других, везде, куда ни глянь, закрытые магазины. Шахта, где работали отец и остальные жители города, навсегда закрылась, а город постепенно и неумолимо умирал. Немногие оставшиеся жители еле–еле сводили концы с концами, живя на пособие по безработице. Ни один пастор не приехал заменить отца. Какой молодой и подающий надежды служитель захочет жить в этом мертвом краю, где у него не может быть никаких перспектив?

Церковь изменилась после смерти отца Юнис, но все равно оставалась действующей. Люди приходили по воскресеньям не для того, чтобы послушать проповеди Сайруса Макклинтока, а для того, чтобы посидеть на скрипящих скамейках и помолиться за своих родных и обо всём, что Господь положит им на сердце. Двери церкви всегда оставались открытыми, и любой мог зайти для молитвы, если вдруг ощущал такую потребность. Юнис нисколько не сомневалась, что эти замечательные люди, столько лет ведомые своим пастырем, ее отцом, будут еще долго приходить в эту церковь с благодарностью и мольбами. Это будет продолжаться до тех пор, пока последний из них не покинет этот мир.

Сентервилльская христианская церковь тоже менялась, но происходящие в ней перемены вселяли в Юнис тревогу. Честолюбие Пола росло вместе с самой церковью. Скамьи в храме заполнялись новыми прихожанами. Люди заходили из любопытства и становились членами общины, потому что им нравился Пол и стиль его проповедей.

Господи, что скрывается за моим беспокойством? Неужели эгоизм? Почему я испытываю такое сильное чувство неудовлетворенности посреди подобной благодати? Помоги мне избавиться от этого ощущения. Помоги мне понять, что не дает мне покоя.

Юнис пыталась поговорить о своих чувствах с Полом, но оказалось, что не так‑то легко выразить их словами. Он все еще ухитрялся уделять время ей и Тимми, просто не так много, как раньше, когда они только приехали в Сентервилль. Это как раз можно было понять. Обязанностей у пастора несравнимо больше, чем у его помощника.

– Когда мы перебрались в Сентервилль, на воскресные богослужения собиралось не больше шестидесяти человек, Юни. Я хочу возродить церковь, не дать ей умереть.

Первой ее мыслью было обратиться к Сэмюелю и Эбби Мейсон, которые оба жили насыщенной духовной жизнью и исповедовали свою веру, как тому учил их предыдущий пастор, Генри Портер. Юнис очень жалела, что они не приехали несколькими днями ранее и не имели возможности познакомиться с этим достопочтенным человеком, который так долго и так преданно служил Господу и до сих пор был любим своей паствой.

– Малочисленность общины вовсе не означает, что вера ее членов умирает.

– Как иначе ты назовешь состояние, когда ничего не происходит? Не спорю, они встречались на молитвенных собраниях, читали Библию в доме Сэмюеля последние двадцать лет, но разве они пытались искать новые души для нашего Спасителя? Как еще можно назвать такую веру, если не умирающей?

– Однако молитвы Сэмюеля были услышаны Богом. Благодаря его молитвам ты оказался здесь.

– Знаю. Именно он и молился о возрождении церкви. Он говорил мне об этом. Юни, я хочу того же самого, что и Сэмюель, – я хочу возродить церковь!

Юнис поняла, что выбрала не самое удачное время для беседы с мужем. По субботам Пол всегда становился раздражительным, доводя до совершенства свою проповедь перед воскресным утром.

– Пойду погуляю с Тимми.

Пол схватил ее за руку:

– Юни, прости. Я совсем не хотел обижать тебя. Просто ты не понимаешь. Ты выросла при маленькой церквушке, которая не имела никакой возможности развиваться. А здесь есть потенциал. Бог послал нас в нужное место и в нужный час, и мы должны выполнить Его поручение.

Сейчас не время говорить ему, что он может переусердствовать и стать таким, как его отец.

– Кстати, – заметил Пол, открывая дверь, – мы должны начать вносить изменения и в музыкальный репертуар, чтобы соответствовать нуждам общины.

– Здешняя община любит псалмы.

– Старшее поколение – возможно, но у новообращенных совсем другие вкусы. В ящике для предложений я обнаружил послания, которые четко указывают на то, что если мы хотим, чтобы наша община росла, перемен нам не избежать. Полностью менять репертуар мы не будем, но мне бы хотелось, Юни, чтобы каждую неделю ты представляла по одной новой песне из сборника, которым мы пользовались в Иллинойсе.

Юнис шла по Мэйн–стрит, испытывая сильное желание поговорить со своими родителями. Они были простыми, малообразованными людьми, но обладали бо́льшей мудростью, чем многие пасторы, которых ей довелось повидать и которые руководили тысячами прихожан. Порой Юнис задавалась вопросом, неужели прошлое Пола, пронизанное горьким чувством никчемности, ничему его не научило. Ведь он из кожи вон лез, чтобы доказать свою состоятельность. Отец же мало интересовался его делами, если вообще снисходил до своего сына. Несмотря на кажущуюся уверенность в себе, Пол отчаянно старался заслужить одобрение отца.

Отец Юнис увидел это в Поле и посоветовал ей поддерживать и любить его и все дальнейшие годы мудро решать возникающие противоречия. Мать тоже посоветовала набраться терпения и всегда уступать тем, кто в бо́льшей нужде. Юнис всегда следовала этим советам.

О, Господи, Ты подарил мне такого чудесного мужа. Я не заслуживаю его.

Чудом было уже то, что Пол обратил внимание на нее – девушку из захолустного городка, первую в своей семье, кто получил высшее образование. Познакомившись с Полом – богословом в третьем поколении, Юнис решила, что не заслуживает его. Что, кроме обожания, она могла предложить такому человеку, как он? Все в студенческом городке знали, кто такой Пол Хадсон – юноша из семьи с безупречной христианской родословной.

Поначалу Юнис не хотела идти на свидание с Полом, потому что считала, что недостойна такого молодого человека. Но потом, польщенная его искренней просьбой, она согласилась, а после первого свидания с ним без памяти влюбилась в него. Потом Юнис дважды отвечала отказом на его приглашения. Она была абсолютно уверена в том, что он разобьет ей сердце. Но Пол не сдавался.

Только через несколько месяцев его ухаживаний Юнис поняла, как сильно он переживал из‑за своих отношений с отцом – это был тяжкий груз, который он нес на себе с детства. Она вспомнила, как неуютно чувствовала себя среди прихожан, одетых в изысканные костюмы и носивших золотые ювелирные украшения, когда впервые посетила церковь, построенную отцом Пола. Все они сидели словно загипнотизированные проповедью Дейвида Хадсона. Он возвышался над многочисленными слушателями за кафедрой, в одной руке держа Библию, а другой активно жестикулируя. Блестящий оратор, он говорил ярко и убедительно.

Юнис смешалась, когда осознала, что мать Пола внимательно наблюдает за ней. Может, она не сумела скрыть свои неспокойные мысли? Тогда впервые за все время знакомства с Полом у нее появилось «это нехорошее предчувствие», как говорил ее отец. Будто Господь пытался показать ей что‑то, а она никак не могла понять, что именно должна увидеть. Юнис присматривалась и прислушивалась, но все же никак не могла определить, что было не так и почему она беспокоилась. Вроде бы Дейвид Хадсон все правильно говорил…

Теперь у нее снова появилось то же самое предчувствие.

Поскольку Юнис родилась и выросла в семье пастора, иллюзий у нее было немного. Она знала, что ей всегда придется делить Пола с другими. И от ее мужа всегда будут многого требовать. А нужды других людей всегда будут перевешивать ее собственные. Юнис могла принять это. Но все‑таки она так скучала по их совместным обсуждениям Библии. Она была так же страстно увлечена изучением Божьего Слова, как и он. Однако со временем Пол стал раздражаться, если она не соглашалась с ним. Он занял оборонительную позицию.

Юнис всегда молилась о том, чтобы выйти замуж за пастора – такого же, как ее отец. Осознавая, что благочестивого человека можно встретить в богоугодной среде, она всю себя посвятила учебе и добилась поступления в Христианский университет с правом на стипендию. Правда, отец, провожая ее, заметил, что не каждый молодой человек в кампусе христианского университета может считаться христианином. Через год Юнис поделилась с отцом своими наблюдениями. Оказалось, что и не каждый профессор в религиозном учебном заведении может считаться христианином.

Юнис ни разу не подвергла сомнению веру Пола, и сейчас этот вопрос не возникал. Он любил Бога. Он был призван к служению людям.

О, Господь, помоги Полу почувствовать Твою благодать. Помоги ему ощутить Твою изумительную любовь. Он видел так мало любви от своего родного отца.

Пол отдавал всего себя без остатка Сентервилльской христианской церкви. Разве мама не предупреждала ее о том, что жизнь пастора нелегка, а жизнь его супруги порой еще тяжелее?

– Посреди ночи будут раздаваться звонки, и в любую погоду, в снег и дождь, он будет вынужден уходить из дому, потому что кто‑то заболел, или умирает, или находится в тяжелом психологическом состоянии. А тебе придется вставать вместе с ним, готовить ему завтрак – и благодарить Бога за каждую совместную и не потревоженную звонком трапезу.

По крайней мере, Пол получает хорошую зарплату, и ему не приходится подрабатывать, чтобы содержать семью. Сайрус Макклинток был вынужден работать на шахте, но Юнис не могла припомнить ни одного случая, когда ее отец не откликнулся бы на просьбу своей жены. Или дочери. Он всегда находил время. Юнис никогда не сомневалась в том, что занимает в его жизни и сердце важное место.

Нужно срочно прервать поток подобных мыслей. Ей не станет легче, если она продолжит жалеть себя. Конечно, она хочет, чтобы муж уделял ей больше внимания, но ей не следует быть настолько эгоистичной, чтобы требовать этого от него. Пару дней назад он огорошил ее, заявив:

– Не думал я, что ты такая беспомощная.

Вспомнив об этих словах, Юнис от стыда покраснела. Беспомощная. Разве? Вечно нуждающаяся в муже жена мешает ему выполнять работу, порученную Богом. Она должна научиться стоять рядом с ним, а не у него на пути.

Все смешалось. Одно сомнение тянуло за собой другое, потом следующее, пока в голове не образовывалась путаница. Юнис решила прогуляться, чтобы муж почувствовал себя свободнее и смог спокойно позаниматься своими делами. Да и Тимми приставал к отцу с просьбами поиграть с ним в футбол, а Полу нужно готовиться к очередному воскресному богослужению.

– Отриньте от себя все, что мешает вам служить Господу Богу от всего сердца, – заявил в прошлое воскресенье Пол.

Может, из‑за своей беспомощности она чувствует себя одинокой? Или Пол так сосредоточился на своем деле, что не замечает, как сильно она нуждается в нем? Он был нужен ей так же, как в день их свадьбы. Господи, Ты всегда со мной. У Тебя всегда есть для меня время.

– Юнис!

От удивления Юнис рассмеялась, вдруг осознав, что прошла целую милю до самого дома Мейсонов.

– У вас изумительный сад, Эбби.

Абигайль отложила корзину с выполотыми сорняками, вытерла руки о свой передник и открыла калитку. Глаза ее сияли гостеприимством.

– Как раз подумывала о перерыве. Не присоединишься ко мне на чашечку кофе?

– С удовольствием, Эбби.

– Сэм! – Тимми вприпрыжку бросился в сторону дома. – Сэм! – Его голос звучал так, словно он молил о помощи.

Юнис почувствовала, как покраснели ее щеки.

Мистер Мейсон, Тимми. Следует обращаться «мистер Мейсон».

Эбби улыбнулась:

– Сэм дома, Тимми. И он ужасно обрадуется приходу своего закадычного друга.

– Сэм! – Тимми остановился на крыльце.

Эбби открыла входную дверь:

– Сэмюель, у тебя появилась компания.

– Сэ–мю–ель, – нараспев произнес Тимми.

– Все в порядке, Юнис, – с улыбкой заверила Эбби.

Выбрав наикратчайший путь, Тимми пронесся через гостиную к открытой двери, которая вела в небольшой кабинет Сэмюеля Мейсона.

– Сэ–мюююю–ель.

Юнис подумала об отце, о том, как сильно он любил бы Тимми. Она прижала пальцы к задрожавшей губе. Папа, родной, как бы я хотела, чтобы ты прожил подольше и чтобы мой сын мог бежать к тебе точно так же, как он сейчас несется к Сэмюелю Мейсону.

Смех Эбби стих. Выражение ее лица вмиг смягчилось, она обняла Юнис за талию.

– Заходи, родная. Пойдем‑ка мы на кухню. Я приготовлю нам кофе, а ты расскажешь, что тебя беспокоит.

Юнис показалось, будто она пришла к себе домой.

 

* * *

 

Сэмюель молился, стоя на коленях, когда услышал голос Эбби. Звонкий голосок Тимми тоже донесся до его слуха и вызвал улыбку. Старые косточки, пока он поднимался, протестующе заскрипели. Все утро мысль о Поле Хадсоне не выходила у него из головы, и он решил обратиться к Богу. Большинство посещающих церковь женщин считали его «душкой», но мужчины были настроены не так добродушно, осознавая суровость новых требований.

– Он говорит так, что можно подумать, будто раньше мы никогда не проводили никаких молитвенных собраний, – вспыхнул Отис несколько дней назад в разговоре по телефону. – Сказал, что ему нужна программа следующего собрания. Я все подготовил! Он же хочет, чтобы на сей раз программа была распечатана в большом количестве, чтобы все прихожане могли с ней ознакомиться. Можно подумать, что‑то изменится в обычном порядке хода собрания и ведения дел. Потом он дал мне список, озаглавленный «Новая работа». А еще он хочет новую аудиосистему.

Сэмюель пытался объяснить, что Пол просто старается привлечь больше молодежи, однако Отис уже завелся, сев на любимого конька.

– Привлечь чем? Рок–н‑роллом?

Сэмюель попытался образумить старого друга:

– Остынь, Отис. Не думаешь же ты, что он заставит Юнис играть рок? Ты можешь себе это представить?

– Нет, но другие его нововведения кажутся мне абсолютно дикими. Как ты относишься, например, к раздаче попкорна и шипучки во время просмотра фильма в зале собраний?

– Фильм был об Иисусе.

– Ну, хоть на этот раз он показал что‑то стоящее. С чем он придет в следующий вторник? Я даже не помню, чтобы он советовался с нами насчет демонстрации фильмов в зале собраний. А ты, случаем, не помнишь?

Сэмюель обнаружил, что тоскует по прежним дням, когда он и Генри выходили на поле для игры в гольф и обсуждали нужды церкви. Теперь же ему приходилось звонить и договариваться о встрече с Полом заранее. И у молодого пастора всегда был готовый аргумент, который обычно начинался со слов:

– Это неплохо работало в церкви Маунтин–Хай.

Полу Хадсону было бесполезно напоминать, что Сентервилльская община не мегацерковь, собирающая на свои богослужения тысячи прихожан. К тому же, тот факт, что молодые люди действительно стали ходить в церковь, только придал ему уверенности в правильности его методов. Он загонял людей в общину, словно пастух овец. Но Сэмюель очень опасался того, что Пол использует свой Богом данный талант для выживания из общины таких старых членов, как Отис, которые просто не способны или не желают меняться, чтобы поспевать за быстрым темпом перемен.

– Сэ–мю–ель! – постучал в дверь Тимми.

Сэмюель подошел к двери:

– Кто там?

–Я.

– Кто это «я»?

– Я–у‑у… Мяу…

Оба рассмеялись. Это была глупая игра, но Тимми она ужасно нравилась. Сэмюель впустил мальчика в свой кабинет и потрепал его по волосам. Тимми прямиком направился к стопке детских книжек, лежащих на нижней полке рядом с рабочим столом Сэмюеля. Старик сел в свое кресло в ожидании. Последние три раза, когда Юнис приводила Тиммц, малыш выбирал одну и ту же книжку. Она теперь лежала где‑то в середине стопки. Мальчик методично, по одной, разобрал книжки, пока не нашел нужную ему. Сэмюель поднял Тимми, посадил его на колени и раскрыл книгу, прочитанную им более дюжины раз.

Когда он закончил читать рассказ, мальчик посмотрел на него:

– Рыбки?

– Точно. Уверен, они уже проголодались.

Сэмюель спустил Тимми на пол. Из кухни доносились голоса Эбби и Юнис. Осторожно, чтобы не помешать беседе женщин, Сэмюель прошел через гостиную и открыл стеклянную раздвижную дверь. Тимми выскочил во двор и прямо по газону помчался к искусственному водопаду в углу сада. Остановившись на краю небольшого водоема, он стал всматриваться в водную гладь.

– Кои![17]

Сэмюель достал из пластикового пакета горсть маленьких шариков и отсыпал часть в ладошку Тимми. Малыш крепко сжимал шарики и по одному бросал их в воду, радуясь и заливаясь смехом каждый раз, когда бело–золотые рыбки выныривали на поверхность, проворно скользили по воде, перепрыгивали друг через друга, охотясь за добычей.

– Господь создал красивых рыб для того, чтобы мы любовались ими, правда, Тимми?

– Мы едим рыб.

– И едим тоже. Рыба очень полезна. Но мы не будем есть этих рыбок.

– Потому что они такие хорошенькие?

– Нет, потому что они питаются всем, что найдут на дне. Видишь, как устроены их челюсти? Когда они покончат с этим кормом, они нырнут на дно пруда и примутся выедать весь мусор, какой только смогут найти.

Сэмюель присел на корточки рядом с Тимми, наблюдая за кружащимися кои и думая о том, как люди могут проглатывать небольшие кусочки правды по воскресеньям, а потом всю неделю питаться отбросами. Они могут казаться красивыми, лощеными и здоровыми, но при этом их души могут быть черными, а сердца черствыми. Однако сказать обо всем этом маленькому мальчику Сэмюель не мог. Это было наставлением для кого‑нибудь постарше, для того, кто готов слушать. Для юной души, только–только начинающей познавать мир вокруг себя, жаждущей знаний, открытой Создателю, существует множество других уроков.

– Господь создал все сущее на земле, всех живых тварей: больших и маленьких. И у каждого живого существа свое предназначение. Возможно, Господь создал этих рыбок такими красивыми, потому что им приходится выполнять такую грязную работу, очищая дно водоема.

Тимми потерял интерес к рыбкам и побрел к розовым кустам, растущим вдоль изгороди. Сэмюель последовал за мальчиком и снова присел на корточки рядом с ним, когда Тимми указал рукой на бутон и спросил, что это такое.

– Это начало цветка. Видишь, как длинный стебель тянется вверх, к солнечному свету? Вскоре этот бутон распустится, и мы увидим цветок такой же прекрасный, как вон те красные, оранжевые и желтые розы, что уже расцвели. Некоторое время они будут цвести, потом все лепестки опадут, и головка цветка станет похожей на небольшие красноватые яблочки, что растут вон там. Плоды можно будет собрать и приготовить из них очень полезный для тебя чай.

Сэмюель развернул Тимми к себе и пальцем постучал по его груди.

– Твое сердце похоже на этот розовый бутон, Тимми. Ты будешь взрослеть, стремиться ввысь, и у тебя появится некое желание, неподвластное объяснению. Затем ты познаешь Иисуса, почувствуешь Божий свет и тепло, изливающееся на тебя, и сердце твое понемножку начнет распускаться, пока широко не откроется миру. – Сэмюель притянул цветок ближе к Тимми, чтобы тот смог вдохнуть его аромат. – Люди посмотрят на тебя и скажут: видите, какая насыщенная, яркая жизнь у Тимми благодаря Иисусу. Пройдет много–много лет, ты станешь таким же древним, как я, стариком, и я надеюсь, ты оставишь после себя что‑то такое, что поможет людям понять: человек обретает счастье в служении Богу.

– Я знаю Иисуса.

– Правда?

– Он любит меня.

– Папа тебе рассказал об этом?

– Ага. И мама.

В глазах Сэмюеля защипало от навернувшихся слез, он погладил мальчика по светловолосой головке.

– Иисус Христос очень сильно любит тебя, Тимми. – Он достал из кармана свой перочинный ножик и срезал только–только начинающий распускаться бутон. – Подари эту красоту своей маме.

Тимми направился к раздвижной двери. Сэмюель открыл ее для мальчика, и Тимми помчался в сторону кухни.

– Ма!

– О, какой чудесный цветок!

Когда Сэмюель вошел через заднюю дверь, он увидел, как Юнис наклонилась и поцеловала сына.

– Держу пари, вы оба пришли сюда ради печенюшек. – Эбби держала тарелку низко, чтобы Тимми смог достать угощение.

Сэмюель заметил слегка покрасневшие глаза Юнис. Неужели она плакала? Почему? Он потом спросит у Эбби.

– Я только налью себе чашечку кофе, а Тимми может взять стакан молока и печенье и поесть со мной в гостиной. Что скажешь, Тимми, не посмотреть ли нам «Винни Пуха»? Я уже давно не смотрел этот мультик.

– Пух!

Тимми удобно расположился на диване, положил ноги на пуфик и прижался к Сэмюелю. Пока Пух вертелся и пел на экране, Сэмюель молился за Юнис. Он не знал, что произошло, но просил Бога благословить беседу, которая тихо велась на кухне. Юнис – милая молодая женщина с нежным сердцем. Сэмюель благодарил Бога за то, что она была добра ко всем людям в церкви, даже к тем, кто вечно брюзжал и был всем недоволен. Она сумела завоевать их сердца за считанные недели. И всегда сглаживала острые углы, которые неосознанно создавал Пол.

Будь добр к ней, Господи, как она добра к нам.

Пол – сгусток энергии, рьяный, ревностный, но он молод. Он еще не научился продвигаться вперед осторожно, не торопясь. Некоторые из его нововведений раздули огонь негодования в общине. К счастью, Господь был настолько великодушен, что указал Эбби на очаги возгорания, и она посоветовала Сэмюелю, где необходимо погасить огонь, чтобы не случился большой пожар.

Почему Пол перестал приходить к ним? В течение первого месяца своего пребывания в Сентервилле Пол посетил каждого члена общины. Он хотел, чтобы все прихожане имели ясное представление, к чему именно он стремится и чего хочет достичь, и его рвение, если не сами его идеи, было встречено с одобрением. К сожалению, он не очень серьезно относился к замечаниям людей.

Теперь одни уперлись лбами и упрямо сопротивлялись любым переменам. А других смутило количество новых людей, приходящих в их церковь. На последнем богослужении присутствовали девяносто два человека. На пятьдесят пять больше, чем на первой воскресной проповеди Пола. Если бы значение имели только цифры, тогда бы можно было считать, что Пол стоит на пороге больших свершений.

Он все еще ходил с визитами, в основном занимаясь «вербовкой» новых людей. Пол организовал занятия по изучению основ христианского вероучения. Отис и Холлис намного лучше отнеслись бы к этому нововведению, если бы активно участвовали в обсуждении и решении этого вопроса. А если быть до конца честным, то и сам Сэмюель обиделся на Пола за то, что тот проигнорировал его. Обиделся и встревожился. Последнее, что было нужно церкви, так это чтобы началась борьба за власть. Сэмюель попытался поговорить об этом с Полом, но молодой человек, видимо, еще не понял, что нельзя идти напролом, устанавливая новые правила.

– Безусловно, вы не будете возражать против того, чтобы мы проводили занятия по изучению основ христианского вероучения.

– Мы должны работать сообща, Пол. Невозможно без сбоев управлять церковью, если не вовлекать в работу старейшин. Отис и Холлис – хорошие люди, которые хотят того же, что и вы: поставить Христа во главу всего, что мы делаем. Будьте терпеливы.

Сэмюель увидел, как сверкнули глаза Пола. Молодой человек понял намек. Он наступил сразу на три пары ног, и ему было необходимо возместить моральный ущерб. Найдется ли в нем достаточно смирения, чтобы так поступить?

Пол ничего не ответил. У него был вид человека, обремененного проблемами и немного напуганного. Время поможет ему увидеть происходящее более отчетливо. Все, чего хотел Сэмюель, так это помочь ему.

– Мы избежим проблем, если предложим старейшинам ознакомиться с программой занятий и получим их одобрение.

Пол с готовностью согласился.

Сэмюель постарался сделать все, что от него зависело, чтобы подготовить почву, но Отису понадобилось несколько недель, чтобы выпустить порядком поднакопившийся пар. Только через месяц Сэмюель сумел уговорить Отиса и Холлиса прочитать программу шестимесячного курса по изучению основ христианского вероучения. Ну а пока суд да дело, Сэмюель сам изучил эту программу. Он молился, чтобы Святой Дух указал ему на малейшее несоответствие учебного плана Писанию. Но курс представлял учение Иисуса Христа в неискаженном виде. Подкрепленная авторитетом Слова Божьего, программа занятий была составлена просто и по существу. Каждое слово излучало Божью благодать и милость и вдохновляло на богоугодные дела, чтобы человек мог преисполниться радости и благодарности Всевышнему. Старейшина был приятно поражен.

Юнис рассказала Сэмюелю, что этот учебный план Пол составил на последнем курсе в университете. Его работа была оценена по достоинству, и ему предложили должность в одной крупной церкви в Иллинойсе.

– Пол – одаренный учитель.

Сэмюель признал это. Но он также понимал, что этого таланта недостаточно, чтобы руководить церковью, особенно такой маленькой, где члены общины связаны между собой прочными, чуть ли не родственными, узами. Сэмюель ни секунды не сомневался в том, что именно Пол явился ответом на его многочисленные молитвы. Однако хорошими пасторами не рождаются, ими становятся.

То, что на бумаге кажется выдающейся идеей, реализовать в жизни оказывается не так‑то просто. Полу Хадсону еще предстоит научиться вести за собой людей, которые вдвое или втрое старше его самого. Отиса время от времени необходимо утихомиривать, но если Пол решил стать пастором, он должен обращаться со стариком мягко, как сын с отцом, а не как молодой капитан корабля с обессилевшим моряком, у которого за плечами больше жизненного опыта, чем у него самого.

Господи, именно мне предстоит наставлять Пола Хадсона? Но как советовать молодому человеку, который считает, что выучил все, что нужно знать, за несколько лет учебы в университете? Тем более его отец всегда будет примером для него. Пол любит Тебя. У меня нет никаких сомнений на этот счет. Он увлеченно работает. Проблема в том, что у него просто какой‑то талант разжигать ссоры. Боже мой, а эта аудиосистема! Господи, Ты ведь знаешь, какие жаркие споры всегда ведутся из‑за музыки. Он всего лишь год управляет приходом, а я, Господи, уже чувствую себя пожарным, который бегает с ведром воды от одного дома к другому. Я не хочу потушить огонь его рвения, Господи. Я только хочу, чтобы Ты указал мне, как направить его силу в правильное русло.

– Слонопотамов создал Бог?

Сэмюель был пойман врасплох и, пока не посмотрел на экран, не сообразил, о чем идет речь.

– Так… – произнесла Эбби с порога комнаты. Позади нее стояла повеселевшая Юнис.

– Бог создал людей, а люди – слонопотамов, – быстро сориентировалась Юнис и улыбнулась Сэмюелю, обнимая сына.

Чашка кофе с печеньем в обществе Эбби благотворно сказалась на настроении молодой женщины.

– И Буку и Бяку[18], – добавила Эбби.

Юнис улыбнулась Тимми.

– Спасибо, что присмотрели за ним, Сэмюель.

– Всегда рад.

Сэмюель проводил Юнис и Тимми до двери.

– Попрощайся с мистером и миссис Мейсон, Тимми.

– До свидания, – помахал он ручкой.

Эбби проводила их уже до калитки. Юнис обняла Эбби и поцеловала в щеку.

Сэмюель тоже помахал им рукой.

– Возвращайся поскорее, дружище.

Сэмюель подождал, пока Эбби не заперла калитку и не подошла к дому.


Дата добавления: 2015-11-16; просмотров: 57 | Нарушение авторских прав


<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Благодарность 4 страница| Благодарность 6 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.03 сек.)