Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Глава 15. Дни и одна ночь Рождения Рона

Читайте также:
  1. V. Изучение гидрогеологических, инженерно-геологических, экологических и других природных условий месторождения
  2. VIII. При всяком половом акте всегда надо помнить о возможности зарождения ребенка и вообще помнить о потомстве.
  3. XXVII. Против утверждающих, что человеческий род имел размножаться посредством плотского совокупления и рождения, хотя бы и не согрешили праотцы.
  4. А чем обусловлена моя фиксация в месте рождения? Ведь я много путешествовал и в общем-то, не ощущаю наличия особых уз...
  5. В ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ
  6. Возраст участника определяется по году рождения, а не по фактическому возрасту в день проведения мероприятия. Но категория бейби – по фактическому возрасту - по дате рождения.
  7. Где можно прочитать, как прошло детство Иисуса? Чем Иисус занимался с рождения до того, как стал проповедовать?

На следующее утро, наступил первый день весны — 1 марта 1997 года. Воскресенье. Великий День — День Рождения и Совершеннолетия Рональда "Рона" Билиуса Уизли! Пока Рон ворошил упаковки подарков, издавая счастливые вопли, и явно был бы рад повторить Совершеннолетие, как принято у маглов и в восемнадцать лет — А неплохо было бы и через год ещё раз в совершеннолетие сыграть! Невилл, Симус и Дин, вручив свои подарки и хлопнув Рона по плечу, вывалились из спальни, отправившись на завтрак. Гарри с интересом рассмотрел золотые часы со стрелочками из движущихся звезд, подумав — Кто же мне подарит такие в июле? Затем он сосредоточился на изучении Карты Мародеров, пытаясь найти на ней точку с именем Малфой, но как назло чёртов слизеринец куда-то пропал. Но вот возле Выручай-комнаты на седьмом этаже торчала одинокая точка с именем Крэбб. Решение пришло к Гарри в блеске внезапного озарения. Он вспомнил хорошенькую девочку, которую он вспугнул на этом этаже. Чёрт! Так это Малфой Крэбба и Гойла в девиц с помощью оборотного зелья превращает и использует в качестве охраны! То-то у них в последнее время вид очень несчастный. Ха-ха, потерять на пару — тройку часов своё оружие между ног! Если это так, то мы сегодня очень славно повеселимся! Мы поздравим Рона так, что это запомнится надолго! Надо продумать с Джинни это дело…

Дверь в спальную комнату тихо отворилась, и в неё проскользнули две девушки. Гермиона и Джинни были не с пустыми руками. Огромный полированный ящик с набором по уходу за метлой, а на нём второй ящик, явно из волшебного магазина Фреда и Джорджа «Всевозможные Волшебные Вредилки Уизли» с названием на верхней крышке «Полный Аварийный Джентльменский Набор». Гарри бросился помогать девчонкам, дотащить всё это богатство к кровати. Поставив дары волхвов на покрывало, две парочки бросились целоваться. Гермиона и Рон сплелись в глубоком поцелуе, рухнули на кровать. Пришлось Гарри и Джинни призвать их к порядку — Эй вы, на голодный желудок это не делают! Захохотав, Гермиона выскользнула из объятий Рона и сказала: — Джинни! А ты не хочешь поздравить братца? Джинни подмигнула Гарри и, подскочив к Рональду, быстро поцеловала в губы и сразу отскочила назад с криком: — Я очень хорошо помню, где эти пухлые рабочие губы были прошлой ночью! Гарри и Гермиона захохотали. Грейнджер добавила — Смотри, а то он пустит в ход язык, и мы вас обвиним в инцесте. Она не договорила, так как Рон запустил в неё подушкой. Дальше состоялась битва на постельных принадлежностях, нет, не та, что могла состояться, а обычная, не на подушках, а с подушками. Пух и перья летели до потолка. Когда все немного угомонились, и, применив заклинание Экскуро, попытались навести порядок, стало ясно, что подушки и перины нуждаются в капитальном ремонте. Гарри со смехом хлопнул в ладоши, прокричав — Кикимер! Хлопок трансгрессии и эльф склонился перед Избранным. — Чего желает хозяин? — Проскрипел он в поклоне. — К нашему приходу все должно сверкать! С фантазией, и рвением, как положено, пожалуйста! У моего лучшего друга День Рождения! Совершеннолетие, эльф… — Будет сделано… хозяин…

Две счастливые хохочущие парочки отправились на завтрак. Решили, что продолжать поздравление голодного Рона сейчас весьма опасно для жизни. Позавтракав и вернувшись в спальную, они очень удивились, так как был наведен идеальный порядок, окно было открыто, и воздух первого дня весны наполнил круглую комнату, стоял изящный столик с пирожными, любимыми Роном эклерами, бутылочки со сливочным пивом, различными соками и напитками, горы различного шоколада и ещё много всякой всячины. На полу был расстелен огромный круглый пушистый ковёр идеально белого цвета а ля милая комнатка Джинни в «Норе». Гарри не удержался и подмигнул слегка улыбнувшейся ему подруге. Везде висели украшения и транспаранты с поздравлениями Рону с Днем Рождения. Добби склонился в поклоне и произнёс — Я проследил за качеством уборки, сэр. Рон с хохотом пожал руку потрясённого домовика. Кикимер и Добби с поклоном и последовавшем за ним треском трансгрессии исчезли, оставив четвёрку одних. К сожалению, из-за ужесточившихся мер безопасности все посещения Хогсмида были отменены, и теперь придется веселиться, не покидая замка. Но, Добби явно мастер подготавливать тёплые дружеские и очень интимные вечеринки. Не в поместье ли Малфоев он это всё так мило освоил…

Две парочки расселись на двух кроватях, стоящих напротив. Объятия и поцелуи. Когда они немного приелись, Гермиона вспомнила, что Невилл где-то гуляет с Ханной Эботт, а Дин и Симус внезапно вспомнили, что им очень надо в библиотеку. Это сообщение сопровождалось взрывом хохота, и комментариями, что жестокость Гермионы, по-видимому, не знает границ. Главное, не забыть бедных мальчишек вытащить из читального зала на обед. Грейнджер, обратившись к новорожденному, сообщила, что они с Джинни приготовили ему подарок, но так как участвовать будет в этом поздравлении и сестрёнка, то, дабы не доводить дело до греха, Рона придется связать, ну и Гарри тоже, за компанию. Рон и Гарри были весьма заинтригованы, но не успели они и слово молвить, как оказались на соседних кроватях, с помощью забавного заклинания Инкарцеро Секси Максимум, явно изобретённого, или модернизированного, или вычитанного Гермионой из её запретных заветных книжек. Гарри еще успел мило сострить, оказавшись без штанов, ну только с Гриффиндорским форменным галстуком на шее, крепко привязанным за руки и за ноги к столбикам, поддерживавшим полог над кроватью, что ничего особо будет не видно. Но, кровати сразу медленно поднялись под углом градусов сорок пять, и всё стало очень хорошо видно. Две бесстыжие ведьмы стали, медленно танцуя, раздеваться перед ними, причем явно была проведена определенная хореографическая подготовка. Джинни танцевала естественно перед Гарри, а Гермиона перед Роном. Приличия, да, были почти соблюдены! Но никто не мешал смотреть и на соседей, с удовлетворением отмечая похожесть фигурок и таких милых прелестей обеих чаровниц. Они умудрялись иногда двигаться вполне синхронно, а когда поворачивались спинкой, заманчиво двигая задками, казалось, двигался, переливаясь разными цветами кельтский орнамент на их спинках, крестце и попках. Когда последние предметы гардероба соскочили с них и улетели на голову к мальчишкам, повиснув на голове, плечах или на боевом товарище, который тоже с большим интересом и запредельным напряжением рассматривал всё происходящее своим единственным широко раскрытым безумным глазом. Запах благовоний медленно наполнял комнату, играла негромкая, но очень волнующая музыка. Когда пошла работа с шестом, ну, со столбиком кровати, удавалось и прикоснуться к ножкам волшебницы, вытворявшей такие забавные акробатические вещи! А что выражали их похотливые личика! Эти глаза! Миндалевидный разрез, а там светились сумасшедшим огнём темно-карие глазки Гермионы и светло-карие с зеленоватым отливом глазки Джинни. И эти шаловливые язычки, облизывающие губки, манящие, зовущие, дразнящие, что-то шепчущие, такие соблазнительные пухленькие губки, которым так хочется доверить всё своё самое дорогое… оружие…

Все опаснее и опаснее, все ближе и ближе! Но, когда до боевых дружков оставались считанные миллиметры, ну, дюймы, когда Гарри и Рон уже просто орали и бились в тщетных попытках разорвать удерживающие их путы, приблизиться к своим мучительницам хоть на долю дюйма, все пошло в обратном порядке. Сначала на совершенных обнажённых телах девушек стало происходить нечто забавное. На самых интересных местах, появились милые золотые украшения, с небольшими такими колокольчиками, издававшими мелодичный, тихий — тихий, но такой чистый звон. Золотые цепочки на стопе, запястьях и талии. Затем, как в замедленном кино, на руках и ногах стали как бы возникать из воздуха ослепительно золотые нити, и они стали превращаться в красно-золотые и розово-золотые ажурные чулочки до середины бедра, длинные перчатки до середины плеча. Медленно, в подробностях, волшебные косметические наборы, вращаясь в воздухе всеми своими кисточками, щипчиками, пилочками, карандашиками, помадками и прочей тряхомудией девчонок, продемонстрировали очень быстрое наложение вечернего макияжа, запахи духов с характерными для Джинни и Гермионы цветочными оттенками, медленно наполнили комнату, вытеснив ароматы благовоний. Причем танец не прекращался ни на секунду. Красивое одевание девушек выглядело ещё сексуальнее, чем пикантное обнажение. Наконец, на ножках появились изящные туфельки-лодочки, тела прикрыли шикарные обтягивающие вечерние платья с разрезом до верхней трети бедра, красное на Джинни и розовое на Гермионе, и наконец, волосы завились в высокие замысловатые прически, явно скопированные из последнего номера «Ведьмополитена». Когда, наконец, истинные ученицы Беллы, закончили пытку, угомонились и сжалились над своими несчастными жертвами, освободили их, когда все путы были окончательно сорваны и мальчики уже точно убедились, что никакого нижнего белья под платьями нет…

Ну, зачем Гермионе понадобилось втолкнуть Рону в рот именно эту чёртову конфету? А! Я вас спрашиваю! Чего этому счастливому из смертных сейчас, в эту минуту не хватало? Рон! Тебя, проглота, накормили отличным Хогвартским завтраком утром! Гермиона запихнула в тебя несколько эклеров до исполнения танца без сабель! Что ёще тебе ослу не хватало? Гарри уже задрал на Джинни платье, решительно раздвинул ей ноги, она откинулась на спинку и закрыла глазки, и уже, вот-вот… цель…

— Я люблю Ромильду Вейн… — здрасьте, приехали, блин!

* * *

Рон! Ты как? — Ерминнннаааа… Значит, уже лучше. Ну, какого чёрта Рональд слопал именно эту конфету вечно озабоченной Ромильды Вейн? Её должен был съесть Гарри. И «трахалась» бы с ним Джинни. Нет, ну какое свинство! Смешать все любовные напитки, какие есть в легальной продаже! Если Гарри и Рон решат Ромильду наказать, трахнуть в два смычка, поиграть в «бутербродик», я, клянусь Мерлином, буду свечку держать! Дура хренова! Неужели не потащила бы я Гарри на себе к Слизнорту, бросила бы на койку, связав опять путами любви, и издевалась бы дальше, ржала бы над ним? Ну, конечно же, нет. Все вместе тащили бы Избранного к Слизнорту, как и Ронни. Вечно он все в рот тянет! Не лежал бы он сейчас в медицинском блоке. А тогда это отравленное вино попало бы от Слизнорта… кому? Такую вкуснятину он бы оставил себе и погиб? Или не пожадничал и подарил бы, как ранее планировал, Дамблдору и директор бы погиб? О Мерлин, они же оба посвящены в тайну крестражей! — Крутились в голове у Гермионы дикие мысли. Чуть раньше её тайных мыслей, предположение о главной цели отравителя — Дамблдоре, высказала вслух Джинни. — Первая сказала. А ведь рядом сидели Фред, Джордж и Гарри. Да, а у сестрёнки голова варит неплохо. Достойная была бы соперница… если… Слава Мерлину, что есть это если, иначе жестокая война в Волшебном Мире разразилась бы гораздо раньше, между Гермионой Джейн Грейнджер и Джиневрой Молли Уизли за Избранного, бедным Пожирателям и Орденцам пришлось бы очень быстро выбирать, на чью сторону встать, пленных бы точно не брали… бедный Волди… не знает он любви…

Гермиона встретилась глазами с Джинни, улыбнулась ей, продолжая размышлять, — Слава Мерлину, милая Помфри сказала, что Гарри вовремя применил антидот широкого спектра действия — безоар, счастье, добавил, уточняя, Гарри, что он вообще оказался под рукой, нашелся у вконец растерявшегося Слизнорта. Как же я благодарна Гарри, ведь он спас Рона, милого Рона, это милое, по напускному грубоватое, но такое милое, слегка брутальное животное. Сильное… и такое нежное. Как он пахнет, как он пахнет потом, сексом, желанием, страстью, когда кончает на мне, рычит как дикий зверь, бьется в конвульсиях, содрогается в волнах сладостных спазмов, когда изливается в меня. Но, не это главное, как он все эти годы ревновал к любому, маломальскому интересу Гарри ко мне, иногда неосознанно, так иногда бывало забавно. О Мерлин… люблю я его…

Гермиона и Джинни сидят с обеих сторон кровати Рона. Гермиона гладит его по руке. Гарри стоит за спинкой стула Джинни и слегка массирует ей плечи, затёкшие после многочасового бдения. Но их тревожное ожидание было вознаграждено, Рон периодически приходит в себя, но пока ненадолго. Все сидящие вокруг, особенно близнецы, перемигиваются друг с другом, когда Рон слабо шепчет своими пересохшими губами — Гермионаааа… Она счастливо улыбается, старается ни на кого в этот момент не смотреть, протягивает ему бутылочки с его любимыми соками с соломинкой. А он, поймав её ртом, начинает, слегка потягивая, пить. Джинни внезапно отворачивается, уткнувшись в живот к Гарри, она не хочет, чтобы кто-то увидел её слезы, слезы счастья. Гарри снова спас члена семьи Уизли…

Они приходят к уже выздоравливающему Рону каждый день. Ночью Помфри оставаться, конечно же, не даёт. И вот теперь, Гарри с Джинни надо идти. И Гермионе тоже. Скоро второй матч по квиддичу с Пуффендуем. Рон окончательно пришёл в себя. Все клятвенно убеждают его, что за Маклаггеном будет глаз да глаз. Пуффендуйцы забьют столько, сколько смогут, а так как Джинни и Демельза в самой совершенной форме, они забьют этим тормозам столько, сколько захотят. Дин тоже неплохо летает, прикроет их попки, если что пойдёт не так. Кэти Белл в клинике Святого Мунго уже поправляется, ей передают домашние задания и контрольные в больницу. Красивая победа у них в кармане! Ведь Поттер, конечно же, должен сделать их ловца, он никогда не упускает свой снитч…

— В небе Поттер! Интрига сегодняшнего матча в том, на какой минуте он поймает свой снитч. Даст он Пуффендую хоть малейший шанс поиграть в эту замечательную древнюю игру! — Восхищенно тарахтела Полумна.

— Мисс Лавгуд, все знают про интересную древнюю игру! — Направляет отстраненные, не от мира сего комментарии Макгонагалл.

— Квофл у Джинни Уизли! Все запомнили её триумф в прошлом сезоне, когда она выхватила из-под самого кончика носа у Чжоу Чанг снитч и вырвала первое место для Гриффиндора в сезоне. Какая тогда была интрига! Бывшая подружка Избранного против будущей! Жаль, что в этом сезоне Поттер будет разбираться с Чжоу в финале сам. Девочки устроили бы такую грандиозную битву!

— Мисс Лавгуд! Вы комментируете матч, а не подружек!

— Джинни! Ну, разве можно заехать рукояткой метлы мальчику туда! Его подружка вас…

— Ещё одна шуточка ниже пояса и матч останется без комментатора!

— Переворот, уход, ещё раз, о Мерлин, что вытворяет Джинни! Сесть в кувырке на лицо Стокинсу… нет Быкинсу… это так эротично…

— Бугайни! Чёрт… шестьдесят — двадцать! Ведёт Гриффиндор! — Орёт уже Макгонагалл.

Тошнотворная боль. Гарри Джеймс Поттер! А вам добро пожаловать в медицинский пункт — лазарет добросердечной мадам Помфри!

* * *

— Джинни! Что это у него на голове? Похож на султана…

— Ага, и гарем, кстати, собрался…

— Не льсти себе. Без Полумны, никак. Во… кажется шевелится.

— Главное чтобы там, внизу, все по-прежнему шевелилось. Хотя, если бы у Избранного были мозги, то… было бы явное сотрясение.

Гарри сел на кровати. Надел очки и огляделся. Да, это не сон. После того, как они с Роном поставили конкретную задачу Кикимеру и Добби на круглосуточную слежку за Малфоем, раненые бойцы завалились спать, и теперь их нагло будят. Да, этим ведьмам как-то удалось проникнуть в медицинский пункт, не поднимая лишнего шума. Что эти две подружки сделали с мадам Помфри?

— Не волнуйтесь, мальчики. Милосердная Помфри устала от лечебного процесса с вами, двумя ослами. С травленым и стукнутым. И благодаря Сонным Чарам будет спать до утра как убитая. И Коллопортус, и Оглохни нас не подводят никогда. Так что вашим лечением займёмся мы… — засмеялась Гермиона, присаживаясь на кровать Рона.

— Так что ты там говорил про Малфоя? Сидит, говоришь круглые сутки в Выручай-комнате? Дай, пожалуйста, Карту Мародеров, готовим Мантию-невидимку и вперёд, милая… — попросила и одновременно спланировала Джинни, плюхнувшись на ноги к Гарри. — Так, что тут у нас. Без десяти двенадцать, а Крэбб и Гойл стоят возле Выручай-комнаты. Интересно. Так Малфой внутри?

— Э! Девочки, кто вам разрешил шарить в моём чемодане?

— Дорогой, я считаю, что это уже наше совместное имущество!

— Джинни! Не отвлекайся ты на этих больных! Им нельзя волноваться! Подходим на этаж к входу в Выручай-комнату. Империо из-под Мантии на двух девиц. Как бы их точнее назвать? А! Вот! Гойла и Крэббилетта! Отправляем их обеих сюда, к входу. Сами становимся на их место и ждём Драко. Он выходит — Петрификус Тоталус, Инкарцеро, Вингардиум Левиоза и Локомотор. Оп ля и наш чистокровный пленник здесь!

— Девчонки, а вы уверены…

— Заткнитесь.

Примерно через час, в медицинский пункт, в лазарет, проследовала торжественная процессия: впереди торжественным церемониальным шагом вышагивали Гойла и Крэббилетта, походку манекенщиц они ещё не освоили, за ними по воздуху плыло опутанное канатами чистокровное тело Драко Малфоя с бешено вращающимися глазами, рот был запечатан для верности заклятием Обезьяз. Шествие замыкали гнусно ухмыляющиеся Гермиона и Джинни в кремовых пижамах, состоящих их штанишек до колен, курточками на молниях, с накинутыми на плечи теплыми халатами с капюшонами, с волшебными палочками наизготовку. Нельзя сказать, что мальчики просто валялись, соблюдая строгий постельный режим. Срочно вызванные Добби и Кикимер, воссоздали в больничной палате эротический антураж спальной мальчиков на факультете. День Рождения Рона перенесённый на три дня позднее, должен был всё-таки завершиться торжественным финалом.

Отметив качественную подготовительную работу, проведённую Гарри, Роном и эльфами, Гермиона одним изящным движением установила в центре большой палаты единственную магловскую функциональную кровать для тяжелобольных, с изменяемыми характеристиками наклона и другими прибамбасами. Пока она транспортировала на неё тело пленного Драко, Джинни создала справа и слева от кровати два помоста с блестящими шестами до потолка, с основанием, интимной подсветкой, рюшечками по кругу. Попробовала было создать две золотые клетки с прозрачным дном и возможностью перемещения по вертикали и горизонтали, но что-то не заладилось, и Джиневра плюнула на эти магловские клубные извращения.

Малфой с ополоумевши — злобным видом, с отвратными, беспомощно вращающимися глазами, был полностью магически лишён одежды, которая улетела комом в дальний угол у выхода из палаты. Попытка Джинни создать слизеринский галстук была дополнена гнусной фантазией Гермионы, воплотившейся в виде бабочки и цветов на поникшем боевом товарище Драко. Заклинание Гермионы накрепко распяло юного Пожирателя Смерти на медицинской кровати, будто специально приспособленной для этих взрослых игр. Однако Джинни заметила татуировку со змеей на левом предплечье. И подойдя к нему поближе, рывком развернула руку, уже натянутую канатом, как струна.

— Так-так, нам попался юный Пожиратель Смерти, хотя всё именно так как мы и предполагали. Интересно, если сейчас коснуться Тёмной Метки, Волан-де-Морт подпрыгнет или нет… ну слегка… — задумчиво произнесла Джинни. — Она занесла большой палец…

— Джинни нет! — Одновременно закричали Гарри, Рон и Гермиона.

В глазах Малфоя застыл ужас, его била крупная дрожь. Гермиона сняла с него обездвиживающее заклинание, так как канаты уже надёжно его держали, но не вернула способность говорить… или стонать…

— Джинни… ты не можешь… прикасаться… к метке…

— Я прикасалась к душе Волан-де-Морта и он воспримет меня как свою? — Уточнила Джиневра.

— Мы точно не знаем, но рисковать не следует…

— Тогда план «Б», хотя все планы закончились на пороге этой комнаты, и сейчас пойдет полная импровизация — Круцио!

Малфой задрыгался, забился на кровати, лицо исказила страшная, смертная мука…

— Нет! — Выкрикнули трое друзей одновременно.

— Как это нет! Как это нет! «Мы хотели сочинить еще пару строк! Но рифм не нашли к «толстой» и «уродине», хотели и про маму его спеть… и к «бездарному тупице» — это про его отца… Но ты ведь любишь эту семейку, а, Поттер? Каникулы у них проводишь? Как только вонь эту выносишь, не пойму. Хотя, пожив у маглов, небось, и помойке рад? А может, ты помнишь, как воняло в доме у твоей матери, и в свинарнике Уизли узнаёшь родной запах?» Не забыл Гарри? А? Не забыл? Круцио! Круцио! — Орала Джинни.

Малфой извивался как змея. Гарри тоже выхватил волшебную палочку с явным бешенством на лице. Он не забыл. Но, Гермиона отвела волшебную палочку подруги в сторону, Драко перестал дергаться и постепенно затих…

— Гарри, он оскорбил маму, наших мам, Молли и Лили, я запытаю его…

— И станешь новой Беллатрисой…

Наступила пауза. Гермиона направила на Малфоя волшебную палочку и сняла заклинание, позволив пленнику немного стонать…

— Вы не понимаете, с кем и с чем связались… вонючие грязнокровки и предатели чистокровных… — тяжело дышал Драко. — Вас поджарят на Адском огне, но сначала я трахну то, что от вас останется… и кота трахну тоже…

— Нам некогда слушать твой бред и подавленные сексуальные фантазии. Один вопрос — всего один ответ. — Продолжил Гарри допрос. — Иначе новая Белла продолжит свои жестокие игры…

— Сдохни… Поттер…

— Спасибо, но у меня другие планы. Итак, вопрос. Чем ты занимаешься в Выручай-комнате?

— Мебель подбираю для гостиной факультета… пора обновить…

— Ответ не правильный! Джинни, прошу вас, продолжайте…

— Нет! У меня другая идея… — произнесла Гермиона.

Все уставились на неё. Даже находящиеся под заклинанием Империо Гойла и Крэббилетта, выразили легкий интерес на абсолютно тупых кукольных личиках. Грейнджер взмахнула волшебной палочкой и две девицы начали в танце раздеваться, используя шесты в качестве опоры. Танец был не ахти. Он явно отражал подавленные сексуальные желания Крэбба и Гойла, насмотревшихся журналов и видео порнушки на каникулах. Постепенно, работа с шестом наладилась. Заиграла легкая музыка. Малфой беспокойно задергался, до него дошло, как его продолжат пытать на этот раз.

— Вы… не посмеете…

— А где вы взяли таких девчонок, это твои кузины? — Спросил Рон.

— Это четверокурсницы… настоящие слизеринки… истинные чистокровные, в отличие от некоторых… — проскрипел зубами Малфой.

— Так, развращение малолетних. Им по четырнадцать? Они что, на седьмой и восьмой этаж не ходят? С дубликатами не встречались? Или… они знают? Не Пэнси ли ими руководит… страхует?

— Сдохните… твари…

— Повторяю вопрос — Чем ты занимаешься в Выручай-комнате?

— Мебель ремонтирую! — Издевательски захохотал Драко. А слабо со мной с волшебной палочкой? А? Поттер?

— Волшебная палочка у тебя Драко на месте. Вполне ничего. Кстати! О палочке! Жаль, что ты такой упрямый. Гойла, Крэббилетта! Он весь ваш. Мальчик очень плохо себя ведёт, его надо примерно наказать… с фантазией, пожалуйста… — поставил задачу «Грязный» Гарри.

Затем было зрелище не для слабонервных. Двигались они как магловские роботы. Но Малфоя всё-таки завели. Не удержал своё оружие в походном положении, гадёныш. Все цветы Гермионы куда-то подевались. Бабочка пропала. И все тайные и жуткие подсознательные сексуальные фантазии Крэбба и Гойла, с поправкой на их нынешний женский пол, в течение часа, гнусно осуществлялись на этой замечательной кровати. С одной поправкой, когда Малфой после очередной бешеной скачки Крэбба или Гойла на нём, уже не разобрать, кого, был уже на грани, когда он должен был вот-вот пересечь черту невозврата и получить блаженную разрядку, внимательно следящая за «процессом» Джинни, лёгким движением волшебной палочки, возвращала всё в исходное состояние. Драко уже просто выл от неудовлетворённого желания. Оно просто разрывало его изнутри! А девчонки вошли в раж и старались вовсю! Какие к чёрту малолетки! Только результат никак не наступал…

Наконец, Гермиона сжалилась над несчастным и объявила небольшой перерыв в пытке, отправив девиц опять на шесты. Она повторила главный вопрос — Что происходит в Выручай-комнате? На этот раз Малфой не дергался, не ругался и не угрожал. Он прошептал — Я не… он убьет, всю мою семью… нет…

— А наши семьи! Урод! — Закричала Джинни.

— Подожди, Джиневра, он не скажет… — попыталась снова вмешаться в происходящее Гермиона.

— У меня заговорит… сейчас… ещё немного… — прошептала подруга.

Джинни присела на кровать к Малфою и взяла в руки его напряженный член. Ловко действуя правой рукой, она облокотилась на его бёдра, почти приблизив своё лицо к одноглазой слизеринской змее. Никогда ещё Поттер не испытывал такого дикого возбуждения! Его возлюбленная вполне профессионально работая кистью, доводя Драко до преддверия экстаза, но в последний момент, чувствуя неизбежное приближение результата, ловко нажимала на определенные точки в основании корня пениса и всё мгновенно обрывалось. Пленный Пожиратель Смерти стонал, орал, рвал в кровь свои губы, но блаженное забытьё или разрядка не наступали. Струйка крови бежала на подбородок Драко. Но Джиневра не отступала. Это повторялось снова и снова. Снова и снова! Сделав небольшой перерыв, Джинни повторяла вопрос, но в ответ неслись только проклятия и стоны. И всё продолжалось и продолжалось. Снова и снова!

Зрелище так возбудило Гарри, что он не выдержал. Не смог. Есть какой-то предел и такой форме допроса. Сорвал сотруднику спецподразделения гестапо всё мероприятие. Может, ещё немного, и Драко бы раскололся. Не судьба. Быстро подскочив к Джинни, Поттер развернул её поудобнее, рывком сорвав штанишки и сразу, без какой-либо подготовки взял её сзади, грубо, на всю глубину. Она чуть не откусила Малфою член от неожиданности. Но вовремя увернувшись, прогнулась в спине, начав стонать и двигаться в унисон с Поттером. Рон тоже не железный. Гермиона стояла, взявшись обеими руками за спинку кровати в ногах пленника, наблюдая за процессом. Много ли Рональду надо времени, чтобы разорвать на Гермионе по швам пижамные штанишки и войти на всю глубину? Грубо и решительно. Мало времени надо… секунды… мгновения…

Они двигались с разной амплитудой и с разных направлений. Иначе кровать с Малфоем покатилась бы по палате, сшибая мебель и оборудование. Джинни не утратила контроль над оружием Малфоя, даже в эти напряжённые минуты, не прекращая страшную пытку. Через несколько минут доведенные до предела Гарри и Рон с рычанием излились в своих орущих от сладостного вожделения и яркого финала подруг. А вот Драко так и не повезло…

Когда все закончилось, и Джинни, и Гермиона запахнули халатики, медленно осознавая, что только что пережитый оргазм, оказался самым ярким и мощным за всю их недолгую практику. Главное, чтобы мальчики не оборудовали в «Норе» и на Гриммо 12 небольшие пыточные. Но иногда поиграть в «несчастного пленного» и в «очень жестокую госпожу» можно. Разнообразие называется.

Только обезумевший, и страшно, безумно неудовлетворённый Малфой вышел победителем всего этого действа, он так и не раскололся, проскрипев — прошептав, или героически простонав всем свои палачам напоследок — Что грязнокровка Грейнджер, пожалуй, на его взгляд, стонет правдоподобнее. И Джиневра, могла бы и хотя бы укусить… если не хочет сосать… глотать тоже не обязательно…

— Ты не в моём вкусе, Малфой…

Получив приказание от Гарри, Крэббилетта и Гойла, продолжавшие до шести утра находиться под заклятием Империо, ну с таймером в башке, понесли связанного Малфоя в спальную комнату в кровать к Пэнси Паркинсон. Ну не звери же, гриффиндорцы, на самом деле какие! Пронесут свободно, главное чтобы ножками не побежал. Ведь Малфоя понесут именно по воздуху две девушки, ну бывшие, девушки. И лестницу, и ревуны, наверное, удастся обмануть. Девицам на всякий случай, для страховки, стерли память о безумных событиях памятной ночи. А Малфою? Нет. Он должен помнить всё, что здесь происходило. Всё равно никому не расскажет. И если Пэнси не дура, то обнаружив Драко в своей постели, орать не будет, есть ещё пару часов до рассвета, а если дура — то завтра утром на завтраке, по количеству очков, что снимет в часах своего факультета Северус Снегг, станет ясно, насколько она дура…

День Рождения — День Совершеннолетия Рональда «Рона» Билиуса Уизли завершился по-взрослому!


Дата добавления: 2015-08-21; просмотров: 111 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Глава 2. Ванная старост | Глава 3. Вылазка в Хогсмид и снова ночные спа-процедуры | Глава 4. Ночной разговор четверых друзей | Глава 7. Молли делает открытие | Глава 8. Явление Гермионы Грейнджер | Глава 9. Как это должно быть в первый раз | Глава 10. И как это было на практике | Глава 11. Снова Хогвартс | Глава 12. Тайна может поссорить их | Глава 13. Ссора |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 14. Гермиона решает всё| Глава 16. Не навестить ли нам Хагрида?

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.019 сек.)