Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Бесс находит Прекрасный Дворец

Читайте также:
  1. Алик – прекрасный сын
  2. Аничков дворец
  3. БЭКИНГЕМСКИЙ ДВОРЕЦ
  4. В Гатчине, на берегу Черного озера, уже около 200 лет стоит построенный из глины двухэтажный дворец-замок, который ни разу не реставрировался.
  5. В которой принц Тихон находит настоящее дело для себя и брата
  6. В руках самого человека, а не судьбы, находится этот ключ, с помощью которого можно открыть дверь к счастью и к несчастью.

 

Особняк за изгородью и в самом деле оказался Пре­красным Дворцом, хотя попали они туда не сразу, а необ­ходимость пройти мимо львов, самым грозным из которых был старый мистер Лоренс, явилась тяжелым испытанием для робкой Бесс. Впрочем, никто, кроме нее, уже не боялся строгого старика, после того как он посетил их и сказал что-нибудь доброе или забавное каждой из девочек и по­беседовал о прежних временах с их матерью. Другим сто­ящим на пути «львом» могло считаться то обстоятельство, что они бедны, а Лори богат, в силу чего сначала они не решались принимать любезности и одолжения, на которые не могли ответить тем же. Но через некоторое время стало ясно, что это он считает их своими благодетельницами и не знает, что еще можно сделать, чтобы выразить глубокую признательность за материнское гостеприимство миссис Марч, за приятное общество девочек, за утешение и под­держку, которые он находил в их скромном доме. Так что скоро они забыли о своей гордости и обменивались услугами, не задумываясь, кто у кого в долгу.

Немало приятного для всех случилось в это время, когда новая дружба росла не по дням, а по часам. Всем нравился Лори, а сам он по секрету сообщил своему наставнику, мистеру Бруку, что соседки «по-настоящему замечательные девочки». С восторженным энтузиазмом юности они при­няли одинокого мальчика в свой круг и уделяли ему много внимания, и он находил очаровательным общество этих наивных, простодушных девочек. Никогда не знавший матери или сестер, Лори быстро почувствовал влияние своих новых знакомых, а их неизменная занятость и деловитость заставили его устыдиться той праздной жизни, которую он вел. Он успел устать от книг и теперь находил общение с живыми людьми таким интересным, что мистер Брук был вынужден представить мистеру Лоренсу крайне неблаго­приятные отзывы о достижениях своего ученика, так как Лори все время прогуливал уроки и убегал к Марчам.

– Ничего, пусть отдохнет, потом все наверстает, – от­вечал старик. – Наша добрая соседка говорит, что он слиш­ком утомлен учебой и ему нужно общество юных, развле­чения, прогулки, и я подозреваю, что она права и я сыграл тут роль бабушки, занянчив мальчишку. Пусть делает что хочет, лишь бы был счастлив. С ним не случится ничего плохого в этом маленьком женском монастыре по соседству, а миссис Марч влияет на него гораздо сильнее, чем можем повлиять мы.

И будьте уверены, все они отлично проводили время! Какие игры и живые картины, какие прогулки на санях и катания на коньках, какие приятные вечера в старой гос­тиной дома Марчей, а порей еще и веселые праздники в особняке Лоренсов! Мег могла гулять в оранжерее когда ей вздумается и радовать себя прекрасными букетами, не­насытная Джо паслась в новой для себя библиотеке и потрясала старого мистера Лоренса своими критическими замечаниями в адрес различных писателей, Эми копировала картины и наслаждалась красотой обстановки сколько душе угодно, а Лори играл роль «владельца поместья» самым восхитительным образом.

Но Бесс, хотя и стремилась увидеть и услышать прекрасный рояль, никак не могла набраться храбрости, чтобы отправиться в «Обитель Блаженства», как называла сосед­ский особняк Мег. Однажды она пошла туда вместе с Джо, но мистер Лоренс, не зная о ее необыкновенной робости, очень сурово взглянул на нее из-под нависших бровей и громко сказал «Хм!», чем так напугал бедняжку, что у нее, как призналась она потом матери, «задрожали колени», и она убежала, объявив дома, что никогда больше не пойдет к соседям, даже ради чудесного фортепьяно. Ни уговоры, ни заманчивые обещания не могли заставить ее преодолеть свой страх, пока весть об этом неким таинственным образом не дошла до ушей мистера Лоренса, который решил попра­вить дело. Во время одного из своих кратких визитов в дом Марчей он, незаметно переведя беседу на музыкальные темы, заговорил о великих певцах, которых видел на сцене, и замечательных органах, которые слышал, и рассказал такие увлекательные истории из жизни музыкантов, что даже для Бесс оказалось невозможным оставаться в своем дальнем уголке. Она как зачарованная подходила все ближе и ближе к рассказчику. За спинкой его кресла она остано­вилась и замерла, слушая с широко раскрытыми глазами и возбужденно пылающими щеками. Обратив на нее не больше внимания, чем если бы она была мухой, мистер Лоренс заговорил об учебе и учителях Лори и через минуту, так, словно эта мысль только что пришла ему в голову, сказал миссис Марч:

– Мальчик забросил сейчас свои занятия музыкой, и я даже рад этому; боюсь, он слишком увлекался ею. Но для рояля вредно стоять без употребления. Может быть, кто-нибудь из ваших девочек захочет иногда забежать к нам и поиграть, просто для того, чтобы рояль оставался настроенным, вы ведь понимаете, мэм?

Бесс шагнула вперед и крепко сжала руки, чтобы не захлопать в ладоши; это предложение оказалось непреодо­лимым искушением для нее, и при мысли о том, что можно будет играть на замечательном инструменте, у нее перехва­тило дыхание. Прежде чем миссис Марч ответила, мистер Лоренс, странно кивнув, продолжил с улыбкой:

– И нет необходимости спрашивать разрешения или говорить с кем-либо, пусть заходят в любое время. Я сижу в своем кабинете в другом конце дома, Лори почти все время отсутствует, а слуги после девяти часов не появляются в гостиной.

Лучшего нельзя было и желать, и Бесс решилась заго­ворить. Старик поднялся, собираясь уходить, и сказал:

– Так что, пожалуйста, передайте вашим девочкам о том, что я сказал, но, конечно, если у них нет желания, то… что ж – ничего не поделаешь.

Здесь маленькая рука скользнула в его ладонь, и Бесс, подняв к его лицу глаза, полные благодарности, сказала как всегда серьезно, но робко:

– О, сэр, у них есть желание, очень, очень большое!

– Ты любишь музыку? – спросил он без всякого пу­гающего «Хм!» и посмотрел на нее очень ласково.

– Да. Я Бесс. Я горячо люблю музыку, и я приду, если вы уверены, что меня никто не услышит и я никому не помешаю, – добавила она, боясь показаться невежливой, и, говоря это, задрожала от собственной смелости.

– Ни единой душе ты не помешаешь, моя дорогая. Дом полдня пуст, так что приходи и барабань на рояле сколько хочешь. Я буду тебе только благодарен.

– Как вы добры, сэр!

Под его дружеским взглядом Бесс зарделась как роза, но теперь ей было совсем не страшно, и она с чувством пожала его большую руку, так как не могла найти слов, чтобы поблагодарить его за сделанный ей драгоценный подарок. Старик нежно отвел волосы с ее лба и, склонив­шись, поцеловал ее, сказав тоном, который немногим дово­дилось слышать от него:

– Прежде у меня тоже была маленькая девочка, с та­кими же глазами, как у тебя. Благослови тебя Господь, дорогая. До свидания, мадам. – И он торопливо вышел.

Бесс излила свой восторг матери, а затем бросилась к себе в комнату, чтобы поделиться восхитительной новостью с семьей кукол-калек, так как сестер дома не было. Как радостно распевала она в тот вечер и как все смеялись над ней, когда ночью она разбудила Эми, играя во сне пальцами на ее лице, словно на рояле. На следующий день, увидев, как оба соседа, старый и молодой, вышли из дома, Бесс, после двух или трех отступлений, благополучно вошла в боковую дверь особняка и бесшумно, точно мышка, пробра­лась в гостиную, где стоял предмет ее мечтаний. На рояле – разумеется, совершенно случайно – лежали ноты неслож­ных милых песен, и, дрожащими пальцами, часто останав­ливаясь, чтобы оглядеться и прислушаться, Бесс наконец коснулась клавиш огромного инструмента и сразу же забыла свои страхи, себя саму и все на свете, кроме невыразимого счастья, которое доставляла ей музыка, звучавшая словно голос дорогого друга.

Она оставалась там, пока не пришла Ханна, чтобы по­звать ее к обеду, но у нее совсем не было аппетита, и она просто сидела за столом, улыбаясь всем, в состоянии полного блаженства.

После этого маленькая фигурка, увенчанная коричневым капором, почти каждый день проскальзывала через изго­родь, а большую гостиную особняка посещал пленительный музыкальный дух, который и приходил, и уходил, никем не видимый. Она не знала, что мистер Лоренс часто при­открывает дверь своего кабинета, чтобы послушать свои любимые старинные мелодии; она никогда не видела Лори, несущего стражу на подступах к гостиной и предупрежда­ющего слуг, чтобы они не входили; она не подозревала, что фортепьянные упражнения и ноты новых песен, которые она находила на пюпитре, были положены там специально для нее, а когда Лори приходил в дом Марчей и говорил с ней о музыке, она думала только о том, как это чудесно, что он дает ей именно те советы, в которых она нуждается. Теперь она была совершенно счастлива и обнаружила – а случается это с нами не всегда, – что с удовлетворением своего желания она получила все, что ей было нужно. Возможно, именно потому, что она была так благодарна судьбе за этот подарок, ей был послан еще больший дар; во всяком случае, заслужила она их оба.

– Мама, я хочу вышить домашние туфли для мистера Лоренса. Он так добр ко мне, я должна поблагодарить его, а я не знаю другого способа. Ты позволишь? – спросила Бесс спустя несколько недель после памятного и принесшего столь важные последствия визита старика.

– Конечно, дорогая. Это доставит ему большую радость и окажется очень милым способом выражения благодарно­сти. Девочки помогут тебе, а я заплачу за покупки, – от­ветила миссис Марч, которой было особенно приятно от­кликаться на просьбы Бесс, потому что та редко просила что-нибудь для себя.

После долгих и серьезных дискуссий с Мег и Джо был выбран образец для вышивки, куплен материал, и работа началась. Букетик скромных, но радостных анютиных глазок на фоне глубокого фиолетового цвета был признан очень красивым и вполне подходящим рисунком, и Бесс трудилась и утром и вечером, с воодушевлением преодолевая встречав­шиеся порой трудности. Маленькая вышивальщица была усердной и проворной, и туфли были закончены, прежде чем кому-нибудь успели надоесть разговоры о них. Тогда она написала простенькую короткую записку и с помощью Лори тайком пронесла однажды утром свой подарок в особняк и оставила его на столе в кабинете, прежде чем старик встал.

Когда все волнения и тревоги оказались позади, Бесс – стала ждать, что будет дальше. Прошел весь день и часть следующего, а ответа все не было, и она уже начала бояться, не обиделся ли на нее ее капризный друг. Вечером второго дня она вышла из дома с каким-то поручением и взяла с собой бедную Джоанну, куклу-калеку, чтобы обеспечить ей ежедневный моцион. Возвращаясь домой, она увидела с улицы три, даже четыре головы, появлявшиеся и исчезавшие в окнах гостиной. Ее заметили, и несколько рук замахали, а несколько голосов закричали:

– Письмо от мистера Лоренса! Иди скорее читай!

– О, Бесс, он прислал тебе… – начала было Эми, же­стикулируя с невиданной энергией, но продолжить она не смогла, так как Джо, захлопнув окно, заставила ее умолк­нуть.

Бесс поспешила в дом с трепетом ожидания в душе. У дверей сестры подхватили ее под руки и торжественно ввели в гостиную; все одновременно указывали и говорили хором:

– Смотри, смотри!

Бесс посмотрела и побледнела от удивления и востор­га – перед ней было маленькое изящное пианино, а на его блестящей крышке лежало письмо, адресованное «мисс Эли­забет Марч».

– Мне? – задыхаясь, вымолвила Бесс и схватилась за Джо, чувствуя, что сейчас упадет, – она была совершенно ошеломлена.

– Да, тебе, тебе, драгоценная моя! Разве не замеча­тельно? Разве он не самый милый старик на свете? Вот, ключ в письме. Мы еще не распечатали, но умираем от желания узнать, что он пишет! – закричала Джо, обнимая сестру и протягивая ей письмо.

– Прочитай лучше ты! Я не могу, у меня голова кру­жится! Ах, это слишком прекрасно! – И Бесс спрятала лицо в передник Джо, окончательно потеряв самообладание.

Джо развернула письмо и рассмеялась, так как первыми словами, какие она увидела, были: «Мисс Марч, сударыня…»

– Как мило звучит! Вот бы мне кто-нибудь так напи­сал! – воскликнула Эми, которая нашла это старомодное обращение чрезвычайно изысканным.

У меня было много пар домашних туфель на протяжении жизни, но я никогда не имел таких, что подходили бы мне лучше, чем Ваши, – продолжала Джо. – Анютины глаз­ки – мои любимые цветы, и эта вышивка всегда будет напоминать мне о милой дарительнице. Я люблю платить свои долги и уверен, что Вы позволите старому мистеру Лоренсу, послать Вам то, что некогда принадлежало его маленькой внучке, которую он навсегда утратил.

С сердечной благодарностью и наилучшими пожелани­ями остаюсь

Ваш верный друг и покорный слуга Джеймс Лоренс.

– О, Бесс, я уверена, что это честь, которой стоит гордиться! Лори говорил мне, как горячо мистер Лоренс любил свою покойную внучку и как он дорожил всеми ее вещами. Подумать только, он отдал тебе ее пианино! Вот что бывает, когда у тебя большие голубые глаза и любовь к музыке, – сказала Джо, пытаясь успокоить Бесс, которая дрожала и выглядела взволнованной, как никогда прежде.

– Смотри, какие прелестные подсвечники по бокам, и чудесный зеленый шелк, весь в складочках и с золотой розой посередине, и красивый пюпитр, и стульчик – все с одинаковой отделкой, – добавила Мег, открывая инстру­мент и демонстрируя его красоты.

– «Ваш покорный слуга Джеймс Лоренс». Подумать только! Он написал это тебе! Я расскажу девочкам в школе. Все будут восхищены, – сказала Эми, находившаяся под большим впечатлением от письма.

– Попробуй поиграть, милочка. Послушаем, что за звук у этого пианино-крошки, – предложила Ханна, которая всегда разделяла все семейные радости и горести.

Бесс заиграла, и все единодушно признали, что это было самое замечательное фортепьяно, какое они слышали. Оно явно было только что настроено и приведено в образцовый порядок, но, при всех его совершенствах, настоящее очаро­вание этой минуты, как думаю, было в самых счастливых из всех счастливых лиц, которые склонились над Бесс, когда она любовно коснулась красивых белых и черных клавиш и нажала блестящие педали.

– Тебе придется пойти и поблагодарить его, – сказала Джо в виде шутки, так как мысль о том, что Бесс дейст­вительно решится на такое, даже не приходила ей в голову.

– Да, я собиралась. Пожалуй, я пойду прямо сейчас, прежде чем я успела подумать об этом и испугаться. – И к невыразимому удивлению всей семьи, Бесс неспешно про­шла через сад, миновала изгородь и исчезла за дверью дома Лоренсов.

– Ох, помереть мне на этом месте, если я видала что-нибудь диковиннее этого! Да у нее, видно, в голове пому­тилось от подарка! Будь она в своем уме, так ни за что не решилась бы пойти туда! – воскликнула Ханна, изумленно уставившись ей вслед, в то время как девочки просто онемели перед лицом такого чуда.

Но они были бы изумлены еще больше, если бы могли видеть, что Бесс сделала потом. Если вы поверите мне, она пошла и постучала в дверь кабинета, не дав себе времени подумать, а когда грубый голос произнес: «Войдите!», она вошла, подошла прямо к мистеру Лоренсу, которого, каза­лось, совершенно застала врасплох, протянула руку и ска­зала лишь с чуть заметной дрожью в голосе:

– Я пришла поблагодарить вас, сэр, за…

Но она не договорила: он смотрел на нее так дружески, что она забыла все, что хотела сказать, и, помня лишь, что он потерял свою маленькую девочку, которую любил, обняла его обеими руками за шею и поцеловала.

Даже если бы с дома внезапно сорвало крышу, мистер Лоренс не был бы более удивлен, но ему понравилась эта ласка – о да, это так поразительно, но она понравилась ему, – и он был так тронут и доволен этим доверчивым поцелуем, что вея его обычная сдержанность исчезла. Он посадил ее к себе на колени и прижался своей морщинистой щекой к ее румяной щеке с таким чувством, словно снова обрел свою маленькую внучку. С этой минуты Бесс перестала бояться его. Она сидела, беседуя с ним так свободно, как будто знала его всю жизнь, ибо любовь изгоняет страх, а благодарность способна победить гордость. Когда Бесс по­шла домой, он проводил ее до дверей дома, сердечно пожал ей руку, почтительно коснулся шляпы и зашагал назад, очень величественный, прямой, красивый, с воинской выправкой.

Увидев эту сцену, Джо затанцевала джигу, чтобы вы­разить свое удовлетворение, Эми чуть не вывалилась из окна от удивления, а Мег, воздев руки к небу, восклик­нула:

– Да это прямо конец света!

 


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 81 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Игра в пилигримов | Счастливое Рождество | Внук мистера Лоренса | Ноши пилигримов | Джо встречает Аполлиона | Мег на Ярмарке Тщеславия | Пиквикский клуб | СВАДЬБА-MACКАРАД | Новый опыт | Лагерь генерала Лоренса |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
По-соседски| Эми в Долине Унижения

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.011 сек.)