Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

Внутреннее управление Черноморского казачьего войска

Читайте также:
  1. B) Управление общим имуществом мужем или женой
  2. I Управление тормозами грузового поезда
  3. I. Внутреннее эпителиальное влагалище
  4. II УПРАВЛЕНИЕ АВТОМАТИЧЕСКИМИ ТОРМОЗАМИ МОТОР‑ВАГОННОГО ПОДВИЖНОГО СОСТАВА
  5. II УПРАВЛЕНИЕ ТОРМОЗАМИ ПАССАЖИРСКОГО ПОЕЗДА
  6. II.1 Управление автоматическими тормозами
  7. II.2 Управление электропневматическими тормозами

 

Порядок и структура внутреннего управления в Черноморском ка­зачьем войске определялись стремлением царского правительства превратить черноморское казачество в замкнутое военно-служилое сословие, создать внутри него свою социальную опору путем поддерж­ки казачьей старшины и включения ее в состав дворянства. В этих целях оно сразу же после переселения казачества на Кубань предос­тавило старшинам некоторую самостоятельность в установлении внут­реннего управления в войске. Так, грамотой от 30 июня 1792 г. по­жалованной Черноморскому казачьему войску Екатериной II были опре­делены права войска на пожалованные земли, но порядок управления, и службы в войске был определен в очень общих выражениях.

По военной части войско подчинялось Таврическому губернатору порядок внутреннего управления должен был быть согласован с "Уч­реждениями об управлении губерниями" [42]. В грамоте не было указания на порядок замещения должностей и характер местной админис­трации. Решение этих вопросов царское правительство предостав­ляло черноморской старшине.

Центральным органом управления войска верных казаков черномор­ских был Кош. В его ведении были административные, военные, финан­совые, судебные и другие дела войска. Он отличался от 3апорошского Коша. В нем отсутствовала войсковая Рада и выборность кошевой старшины.

В 1794 г. старшинами войска был составлен документ "Порядок общей пользы". Он определил организации внутреннего управления Черномории, территориальное устройство, условия несения военной службы, а также привилегированное имущественное и правовое положение старшинской верхушки. Составленный казачьей старшиной документ получил одобрение в правительственных кругах. По этому акту для управления войском учреждалось войсковое правительство в составе ножевого атамана, войскового судьи и войскового писаря, кроме это­го было создано пять окружных правлений, которые подчинялись войс­ковому правительству и назначались им. В каждое окружное правление определялось по одному полковнику, писари, есаулу и хорунжему.

В ведомстве окружных правлений находилось пять округов, на ко­торые была разделена в административном отношении войсковая терри­тория: Екатеринодарский, Бейсугский, Ейский, Фанагорййскйй (Таман­ский) и Григорьевский.

В обязанности окружных правлений входил контроль и охрана ус­тановленных старшиной порядков в войске. Через каждые семь дней окружные правления обязаны были давать войсковому атаману отчет "о благосостоянии" жителей округа. "Порядок общей пользы" предписывал окружным правлениям: "попечение о заведении жителями хлебопашества, мельниц, лесов, садов, виноградов, скотоводства, рыболовных заводов, купечества и прочих художеств. Также между людьми встре­чающиеся ссоры и драки голословно разбирать; обиженных защищать, свирепых укрощать, злонравных исправлять, сирот и вдов заступать И во всем помогать; ленивых понуждать к трудолюбию; для распростране­ния семейного жития холостых к женитьбе побуждать, непокоряющихся власти и непочитающих старейших., по мере преступления штрафовать, а содеявших важное преступление к законному суждению присылать у войсковое правление» [43].

Деятельность окружных правлений регламентировалась не только "Порядком общей пользы", но и специальной инструкцией, составленной на основе и некотором дублировании "Устава благочиния и взыскания". Например, в обязанность войскового окружного правления, также как и управы благочиния, входило:"Во-первых, иметь бдение, дабы в округе (в городе) были сохранены благочиние, добронравие и порядок; второе, чтобы предписанное законами полезное повсюду в округе исполняемо и сохраняемо было; и - третье, окружное прав­ление (управа благочиния) одно (одна) в округе (в городе) право имеет приводить в действие повеление сего правительства" [43;44]. Кроме контроля за хозяйственными делами, ходом торговли", чтобы никто запрещенным не торговал в округе и через округу не возил запрещеннаго", а также за движением цен на хлеб и крупы, окружное правление должно было выполнять полицейские функции, наблю­дать,"чтобы в округе никто беглых людей не принимал, не держал и не укрывал". Эти статьи инструкции полностью повторяли буквы зако­на общероссийских документов - "Учреждения об управлении губер­ниями" и "Устава благочиния" [45].

В инструкции были записаны также права и обязанности полковни­ка как главного начальника окружного правления в войске. Они во многом совпадали с полномочиями земского исправника или капитана, записанными в "Учреждении об управлении губерниями".

"Порядок общей пользы" предусматривал строительство четырех окружных городов: Фанагории, Бейсу, Ейска, Григорьевска, а также в качестве войсковой резиденции города Екатеринодара. Кроме этого предусматривалось строительство в г. Екатеринодаре 40 куреней-ка­зарм "ради собрания войска, устроения довлеемого порядка и прибе­жища бездомовных казаков" [43].

Куренной атаман в г. Екатеринодаре, в отличие от сельского, должен был иметь "безотлучное пребывание" в курене и выполнять во­енно-административные функции; быть посредником между войсковым правительством и куренным правлением. Избирался куренной атаман жителями куреня один раз в год "из достойных людей" куренного сельского общества. Если учесть то, что большинство казачьей бед­ноты находилось на службе или на заработках в Черномории, т.е. вне территории куреня, то станет ясно, что беднота не могла оказывать решающего влияния на выборы куренного атамана. В обязанность ку­ренного атамана входило: "По нарядам начальства на службу каза­ков чинить немедленное выставление и случающиеся между куренными людьми маловажные ссоры и драки разбирать голословно и прими­рять, а за важное преступление представлять под законное суждение войсковому правительству" [43]. Следовательно, в обязанность куренного атамана входил не только контроль за исправными нарядами казаков на службе, но также и обязанности судьи, хотя и с не­сколько ограниченной компетенцией.

Следует отметить, что "Порядок общей пользы" полностью соот­ветствовал интересам черноморской старшины и закрепил ее имущест­венное и правовое превосходство над массой рядового казачества. Право потомственного владения тысячами десятин войсковой земли, хуторами, мельницами, рыболовными заводами, узаконенное право экс­плуатации рядового казачества, а также монопольное право избрания старшины на должности по управлению войском сосредоточивало в ру­ках старшины экономическую и политическую власть в Черноморском казачьем войске.

Царское правительство вело постоянный контроль за действиями войскового правительства. Давая вначале некоторую самостоятель­ность черноморской старшине в устройстве внутреннего управления войском, оно постоянно вводило ограничения в области казачьего са­моуправления. Управление в Черномории полностью соответствовало интересам царского правительства, а также черноморской старшины и по своему существу и целям принципиально не отличалось от общерос­сийского управления.

Во главе войскового правительства Черноморского казачьего вой­ска стояли атаманы. Первоначально они назывались кошевыми (С.И. Бе­лый, З.А. Чепега. А.А. Головатый). с 1797 г. стали называться войсковыми (Т.Т. Котляревский, Ф.А. Бурсак, Г.К. Матвеев), с 1827 г,- наказными А.Д. Бескровный, Н.С. Заводовский, Г.А. Рашпиль, Я.Г. Кухаренко, Г.И. Филипсон). Изменение названий было связано с условием подчинения войскового правительства царской администрации.

Атаманы Черноморского казачьего войска с момента сформирования войска назначались царским правительством. Первым кошевым атаманом был назначен Сидор Белый. Следующий атаман Захарий Чепега - также, по его выражению, был "определен" в 1788 г. Г.А.Потемкиным в войс­ко верных казаков войсковым атаманом [46].

Все большая зависимость черноморского казачества от централь­ной власти нашла отражение в оформлении войсковых печатей. Перво­начально войску верных казаков была изготовлена печать и отослана 13 мая 1788 г. князем Г.А. Потемкиным-Таврическим. В сопроводитель­ном письме отмечалось.:"Войска верных казаков коневому атаману Си­дору Белому, старшинам и всему войску. По высочайшему Ея императорскаго Величества соизволению, сделанную для сего войска войско­вую печать к надлежащему оныя употребления при сеи препровождаю". Оттиск печати содержит изображение вооруженного казака со знаменем в левой руке. Знамя с двумя развевающимися хвостами (двукосичный значок) имеет на полотнище четырехконечный крест с расширяющимися концами. Правой рукой казак держит за ствол ружье, приклад которо­го опирается на землю, на левом боку казака висит сабля. Казак одет в короткую куртку с разрезными и заброшенными за спину рукавами. Две широких перевязи скрещиваются на груди, шаровары широки в бедрах суживаются к коленам. На ногах низкие, до щиколотки баш­маки. На казаке головной убор, который по словам И.Д. Попко черноморцы называли крымской шапкой, грушевидной формы, сшитый из от дельных долек. По краю печати идет круговая надпись" "Печать коша войска верных казаков".

В конце 1788 г., когда войско стало именоваться Черноморским, била изготовлена новая печать. Изображение казака на печати оста­лось прежним, а надпись имела следующее содержание:"Печать коша войска верных казаков Черноморских".

В Черномории изображение казака существовало также на куренных и на некоторых печатях окружных правлений. Старая запорожская тра­диция - изображать на печатях казака - сохранялась в Черноморском войске всего 14 лет.

В 1801 г. было высочайше указано: "..войску Черноморскому употреблять печать, каковая в войсках Его императорскаго Величест­ва быть положена''. С этого времени на войсковой печати появился герб с двуглавым орлом. Орел изображен с поднятыми крыльями и хвостом, загнутым вправо. Около лап выполнены четыре зубчатые липки изображающие молнии. Печать содержит круговую надпись:"П. (печать -Г.Ш.) Его императорск. Величества Черноморскаго войска". С этого времени изображения орлов появились также на полковых, батальонных и куренных печатях Черноморского казачьего войска [46].

Подчинение Черноморского войска Таврическому, а затем Новорос­сийскому губернаторам сковывало действия войскового правительства и налагало на черноморских казаков дополнительные повинности, свя­занные со снабжением квартировавшихся в Черномории войск топливом. Поэтому войсковое правительство просило царя подчинить управление войском непосредственно Военной Коллегии. Так, в 1798 г. войсковой атаман Т. Котляревский обращался к императору с просьбой предоста­вить право войсковой Канцелярии самой выдавать паспорта для выезда казаков за пределы Черномории и высказал недовольство тем, что получение паспортов у губернатора по существу приравнивает военнос­лужащих Черномории к "невоеннослужащим обывателям и даже кресть­янам" [47]1. Такое право войсковое правительство получило лишь в 1827 г. в связи с изданием Положения об управлении Черноморского войска 26 апреля 1827 г. Не сразу (1803 г.) была снята с черномор­цев повинность снабжать квартировавшие войска топливом [48].

Созданную в 1801. г. войсковую Канцелярию возглавлял назначае­мый правительством генерал, а ее членами являлись войсковой ата­ман, два войсковых офицера и прокурор. При Канцелярии учреждалось «есть экспедиций: криминальная, гражданская и тяжебная по казенным делам, межевая, полицейская и по делам сыскных начальств.

В войске по-прежнему местная власть принадлежала старшинам и уже четко выделявшейся на общем фоне группе черноморского дворянс­тва, которое выбирало из своей среды двух офицеров - членов войс­ковой канцелярии. Так, 4 апреля 1801 г. были избраны подполковники Кардовский и Еремеев, жалование им положено по 600 р, в год. Ана­логично в экспедиций избрано по два члена: в криминальную - под­полковник Чернышев и поручик Масленник; гражданскую - капитан Гелдыш и подпоручик Белый; казенную - капитан Кифа и поручик Мирго­родский; сыскного начальства - капитан Варава и поручик Матяшевский; полицейскую - поручик Семенко и капитан Яновский [49]. Каждо­му члену экспедиции назначалось жалование по 300 р. в год. Таким образом, в состав войскового правительства в 1801 г. вошло 12 че­ловек черноморских дворян (три подполковника, четыре капитана, че­тыре поручика, один подпоручик). Кроме них в состав Черноморского правительства вошел назначенный императором войсковой атаман под­полковник бурсак и генерал-лейтенант Кираев.

По императорскому указу об устройстве на общих началах Донско­го, Уральского и Черноморского войск (1802 г.) [50], канцелярия Черноморского казачьего войска была преобразована по примеру войс­ка Донского, что приблизило управление войском к общегубернскому и способствовало еще большему подчинению казачества государственной власти. В состав войскового правительства Черномории по новому указу вошли войсковой атаман, два непременных члена, прокурор и шесть асессоров. Вместо пяти экспедиций оставлена полицейская, преобразованная в Управу благочиния и находившаяся под ведомством войскового атамана.

Преобразование управления в Черноморском казачьем войске было поручено генералу Дашкову. 22 мая 1802 г, в непременные члены изб­раны подполковники Чепега и Кордовский, в асессоры на три года – капитаны Кухаренко, Животовский, Кифа и поручик Порывай. В выборах участвовало 159 офицеров. Кроме избранных в состав войскового правления вошли назначенные войсковым атаманом Бурсаком: полицмей­стер Лишенко (жалование 300 р.), приставы для уголовных и граждан­ских дел - Плохой и Семикобылин (по 150 р.), экспедитор Кривошея (100 р.), повытчик Вареник (80 р.) [51].

Таким образом, в 1802 г. в состав войскового правительства вошло 6 офицеров, выбранных черноморским дворянством: два подпол­ковника, три капитана, один поручик. Кроме них вошли еще 4 офице­ра, назначенные войсковым атаманом (один сотенный есаул, два пол­ковых есаула, один полковой хорунжий). Следовательно, в Черномории к началу XIX в. ключевые позиции в управлении войском захватило черноморское дворянство, которое находило со стороны царского пра­вительства постоянный контроль и поддержку.

По Положению об управлении Черноморским войском 1827 г. при войсковом атамане учреждалась войсковая канцелярия с четырьмя зем­скими начальствами и полицией в Екатеринодаре. В состав канцелярии входили: председатель - войсковой атаман, два непременных члена, три асессора, два секретаря, семь столоначальников, журналист, казначей, экзекутор и канцелярские чины, определенные штатом [52].

Канцелярия разделялась на две экспедиции - воинскую и экономическую - и действовала через земские сыскные (окружные) начальства и выборных куренных (станичных) атаманов и судей. Воинская экспе­диция наблюдала за исправным несением службы,•выдавала паспорта, раздавала жалование, занималась типографскими и полицейскими дела­ми.

В ведении экономической экспедиции были: финансовые дела, войсковое хозяйство, дела о переселенцах, составление смет, отчетов и ревизионных актов.

Под началом войскового атамана для военно-судебных дел был уч­режден при войсковой канцелярии особый военный суд, а для иных дел - независимый от войсковой канцелярии войсковой гражданский суд, подчинявшийся Кавказской палате. Гражданский суд имел право решать окончательно тяжебные дела, в которых иск составлял от 100 до 300 рублей. Уголовные и другие дела, которые не могли быть решены в гражданском суде Черноморского войска, поступали в Кавказскую па­лату уголовного и гражданского суда.

Земские сыскные начальства приравнивались к "земской полиции" в России. Им и екатеринодарской городской полиции принадлежало право разбирательства незначительных судебных дел: о наказании казаков нижних чинов не из дворян, которые были запечены в пьянстве, краже от 20 до 100 рублей ассигнациями и др. (п.73 - 74).

При войсковой канцелярии войсковым атаманом учреждался особый военный суд. Нижние чины не из дворян могли быть наказаны по при­говору войскового атамана. Дворянам Черноморского казачьего войска приговор мог быть вынесен лишь после рассмотрения и утверждения его командиром Отдельного Кавказского корпуса (п.39.43). Особые права и интересы казачьего дворянства охранял и гражданский суд, которому поручался разбор дел по дворянской опеке и п.50 вменялось в обязанность разбирать "преступления дворовых людей и крестьян, чиновникам принадлежащих и на земле войска Черноморского живущих" (п.50).

Два параграфа "Положения" 1827 г. были посвящены дворянскому (депутатскому) собранию и депутату от дворян Черноморского войска. В п.33 отмечалось, что "делами дворян Черноморского войска заведу­ет Кавказское депутатское собрание на основании общих узаконе­ний, записывая их в свою родословную книгу, почему в сие собрание и назначается депутат от Черноморского войска по выбору тамошнего дворянства» (п. ЗЗ).

По "Положению" 1827 г. вместо существовавших в каждом куренном селении трех начальников - сельского смотрителя, сельского атамана и куренного атамана - оставался один куренный атаман, в помощь ко­торому определялись два куренных судьи и писарь. Куренной атаман и два его помощника избирались ежегодно 1 января на общем собрании "чиновников" и казаков куреня. Кандидаты выдвигались собранием из почетных казаков или чиновников, уволенных от исправления военной службы (п.83-84). Кандидатура атамана утверждалась войсковой кан­целярией. По "Положению" станичному начальству принадлежало реше­ние административных, судебных, казначейских дел и вопросов, свя­занных с полицейскими делами в курене. В п.90 отмечалось, что "в куренной суд вносятся жалобы, по коим иск не превышает цену 50 рублей. Он окончательно разрешает оныя до 25 рублей. Буде же цена иска выше 50 рублей ассигнациями, то недовольный решением куренно­го суда, может в четырехнедельный срок, сходственно с высочайшим "Учреждением о губерниях" п. 229 и 233 и указу 1806 г. января 3. приносить жалобу на оное в сыскное (отделение) начальство".

По новому положению, в связи с расширением войскового прави­тельственного аппарата и его функций, черноморское дворянство изб­рало 25 человек, тогда как до "Положения" оно с 1802 г. избирало лишь 6 человек (2 непременных члена и 4 асессора). Поэтому в 1830 г. 114 черноморских дворян избрали в асессоры войсковой канцелярии 1 старшину и 2 есаулов, в.войсковые казначеи - 1 есаула, в войско­вые судьи гражданского суда - I подполковника, в земское сыскное начальство - 1 войскового старшину, 1 капитана и 2 есаулов, засе­дателями войскового гражданского суда - 5 есаулов, 3 сотников. 3 квартермистров и 3 хорунжих, в Екатеринодарскую городскую полицию приставами - 1 есаула и 2 хорунжих. Дворянским депутатом от Чер­номорского казачьего войска в Кавказское депутатское собрание был избран войсковой старшина К.Барабаш 1531.

Таким образом, в 1830 г. в состав войскового правительства вошли из избранных дворянством Черномории 24 офицера: I подполков­ник, 2 старшины, 1 капитан, 11 есаулов, 3 сотника, 2 квартирмистра и 4 хорунжих.

На практике правила о куренном управлении, разработанные по "Положению" 1827 г. оказались "противными благосостоянию войска" и 28 июля 1828 г. были заменены новыми правилами, "сообразными с обязанностью куренных атаманов" [541.

Параграф первый этих правил рассматривал круг обязанностей ку­ренного атамана. Он должен был наблюдать за порядком, выслушивать и рассматривать жалобы жителей станицы вместе со своими помощника­ми - куренными судьями - составлять списки для очередного несения службы казаками. Согласно новым правилам куренной атаман в станице должен был выполнять полицейские функции. Он обязан был через каж­дый месяц объезжать куренное селение и подведомственные ему хутора и следить за тем, "чтобы не было передержательства беглым дезерти­рам и безписьменновидным людям" [55]. С этой же целью специальные люди с ведома куренного атамана должны объезжать хутора через каж­дые 15 дней. Обо всех сомнительных людях, скрывающих у себя бег­лых, докладывать начальству. Во втором параграфе правил рассматривались обязанности куренных судей как главных помощников куренного атамана. Они должны были помогать атаману в разбирательстве спор них дел и записывать ход дела в имеющуюся при куренном управлении книгу. Если иск превышал сумму 25 рублей, то дело передавалось земскому начальнику.

Согласно четвертому параграфу правил в курене вводилась новая избирательная должность - десятских "чтобы через них всякое, мест­ное управление могло действовать и. открывать вес происшествия и беспорядки" [56].Десятские должны были докладывать куренному атама­ну обо всех происшествиях в курене, следить за чистотой и опрятностью домов в куренном селении и соблюдением порядка жителями. Кроме этого в новых правилах перечислены обязанности куренного уп­равления в целом: составление списков и нарядов казаков на службу, контроль за повинностями казаков по войску, внутренней службой по войску, службой по куреню, подготовкой к службе малолетних,, рас­пространением хлебопашества, сенокошением, общественными куренными табунами, распределением куренных доходов [57].

1 июля 1842 г. утверждено "Положение о. Черноморском казачьем войске", основанное на положении 1832 г. о Донском войске и пре­дусматривавшее деление на военное и гражданское правление.

Как по военному, так и по гражданскому управлению Черноморское войско должно было подчиняться военному министру по Департаменту военных поселений, а на Кавказе находиться в ведении командира От­дельного Кавказского корпуса и командующего войсками на Кавказской линии и в Черномории. Войсковым начальником был наказной атаман, имевший по военной части права командира дивизии, а по граждан­ской - губернатора. Наказной атаман и его помощник и заместитель -начальник штаба - назначались и увольнялись по высочайшему повеле­нию Сенатом. Военное управление в Черноморском войске составляли: войсковое дежурство (штаб), комиссия военного суда, окружные и ста­ничные начальства, штаб состоял из начальника штаба, дежурного штаб-офицера, старшего адъютанта обер-офицерского чина и обер-аудитора. Штаб ведал всеми делами военного управления в войске - по первому отделению - инспекторскими и по второму - военно-судебны­ми.

Комиссия военного суда состояла из четырех асессоров и аудито­ра, назначаемых наказным атаманом. Комиссия разбирала как следст­венные, так и судебные дела.

Черномория состояла из трех округов, со своим окружным дежурс­твом в каждом, состоявшим из начальника округа - окружного штаб-офицера, окружного адъютанта, его помощника и аудитора. Пер­вые три назначались наказным атаманом, последний - правительством.

Гражданское управление в Черномории было трехстепенным: вой­сковое, окружное и станичное.

Войсковое гражданское управление составляли: войсковое правле­ние, войсковая врачебная управа, войсковая почтовая контора, войс­ковой прокурор, торговый словесный суд и полиция Екатеринодара [58]. Войсковому правлению принадлежала как распорядительная, так к исполнительная власть по гражданскому управлению в войске. В н.297 Положения отмечалось:"Войсковое правление как главное присутственное место Черноморского казачьего войска, управляет на основании общих узаконений, для губернских правлений и палат изданных, и особых установлений, в настоящем Положении заключающихся" [59].

В состав войскового правления входили: председатель - войско­вой наказной атаман, старший член и четыре асессора. Кроме того, в войсковом правлении постоянно находился заместитель войскового на­казного атамана - начальник штаба войска, а также при необходимос­ти - войсковой контролер и казначей. Основными функциями войсково­го правления были: исполнительные дела по гражданской части, каса­ющиеся гражданского судопроизводства войскового хозяйства, а также дела земельные и ревизии войсковых отчетов.

Войсковое правительство включало в себя четыре экспедиции: ис­полнительную, хозяйственную, поземельную и гражданскую. Каждая эк­спедиция управлялась асессором, а контрольное Отделение - войско­вым контролером. Старший член Войскового правления назначался вой­сковым наказным атаманом с одобрения командующего войсками на Кав­казской линии и в Черномории. Через Военное министерство эта кан­дидатура представлялась для утверждения императором. Асессоры вой­скового правления, непременный член и войсковой казначей также назначались наказным атаманом на три года и утверждались командую­щим войсками на Кавказской линии и в Черномории, а также военным министром.

Исполнительная экспедиция заткалась: наблюдением за правиль­ным и успешным движением дел по гражданской части войска, обнаро­дованием в Черномории указов императора и Сената, перемещением во­инских команд, рекрутских партий и казенных транспортов через войсковую территория. Кроне этого, она выполняла "все то, что общими законами по части полиции постановлено в обязанность губернских правлений" [60] и в частности то, что входило в обязанность нижнего земского суда в центральных губерниях Российской империи: наблюда­ла за сохранением жителями "благочиния, добронравия и порядка", следила за торговлей в войске и за тем, чтобы никто не торговал запрещенным, чтобы "меры и весы были верные, исправные", чтоб "никто беглых людей не принимал, не держал и не укрывал" [61].

Хозяйственная экспедиция распоряжалась войсковыми доходами и расходами, занималась взысканием недоимок, надзором за справным содержанием почтовых станций, дорог, мостов и переправ, ведала де­лами по питейным сборам и рыболовству, а также делами по добыванию нефти и соли. Ей принадлежало "заведывание всем вообще войсковым имуществом, и все то, что подробно изложено в правилах, для Прика­за общественного призрения, изданных, сколько оныя могут быть применены к войсковому хозяйству" [62]. В частности управляла делами школ, богаделен, учрежденных в войске.

Поземельная экспедиция после межевания земли должна была: ох­ранять неприкосновенность границ станичных юртов наблюдать за правильным распределением станичных участков земли, удовлетворять чиновников войска пожизненными участками земли, а также раздавать войсковую земли под частные табуны или зимовники, и кроме этого отдавать войсковую запасную землю в оброчное содержание" [63].

Гражданская экспедиция ведала делами, определенными законом для гражданского суда в губерниях: рассмотрение жалоб о нарушении порядка судопроизводства, учреждение опек, составление крепостных актов. Основную роль в гражданском управлении играли окружные уч­реждения - окружной суд и сыскные начальства. Остальные учреждения - врачебная управа, почтовая контора и полиция Екатеринодара не влияли на общее управление войском.

Местную исполнительную власть представляли станичные правле­ния. Станичный атаман и двое судей избирались на три года на общем собрании жителей станицы. Не имеющий офицерского чина станичный атаман получал на это время чин хорунжего. Станичные правления контролировали очередность при нарядах казаков на службу, достиг­ших 19-летнего возраста. По военной части станичные правления под­чинялись окружным начальникам и приводили в исполнение все их мес­тные распоряжения, по гражданскому управлению обязанности опреде­лялись Положением об управлении войска Донского.

В Положении 1842 г, отмечена необходимость составления особого положения об управлении "инородцами" (людьми других национальнос­тей) (п. 497,498). В 1854 г. в Черномории проживало 794 мужчин и 703 женщин различных национальностей. Татары, черкесы, греки и ар­мяне пришли в Черномории из Крыма и с левого берега Кубани. Греки, армяне и черкесы в 1799 г. основали здесь селение Гривенское, а татары и черкесы в 1804 г. селение Ады. До 1827 г. эти жители на­ходились в подчинении местного окружного начальства. В 1827 г. эти селения стали называться куренями, в них было учреждено куренное управление. В 1842 г. они были переименованы в станицы и внесены в общий список станиц войска Черноморского. Этим жителям было предс­тавлено право пользования войсковой землей наравне с остальными жителями войска. Дворянам было сохранено право владения крепостны­ми крестьянами из черкесов, но запрещалось приобретать крепостных в войске. На дворян по рождению из татар и черкесов не распространялись права российских дворян. Те же, кто приобрел дворянство службой царю и имел армейский офицерский чин, пользовался правами дворян наравне с войсковыми дворянами. В 1854 г. из 1497 "инород­цев" обоего пола в Черномории числились: 1 генерал, 4 штаб-офицера, 14 обер-офицеров, 37 урядников, дворян - 53, простого звания -685, крепостных крестьян - 72 мужчины и 71 женщина. Если до 1842 г. люди других национальностей пользовались всеми правами в войске наравне с казаками, но службу в войске могли нести по желанию, то после рассмотрения этого вопроса, било решено распространить на них не только права, но и обязанности черноморских казаков, зачис­лить их всех в казачье сословие и распространить на них действие Положения, 1842 г. [65]. Этим правительство стремилось создать опо­ру в среде горского населения для дальнейшего укрепления своих по­зиций на Северном Кавказе,

Несмотря на усилия царского правительства сохранить обособлен­ность Черноморского войска как самостоятельной хозяйственной и во­енной единицы, к середине XIX в. эта изолированность постепенно начинает разрушаться. Развитие в Черномории торговли привлекало на войсковую территорию промышленников из Центральной России. Но зап­рещение приобретать на войсковой земле дома и пользоваться войско­вой землей не давало возможности иногородним селиться в Черномории и затрудняло торговлю. Войсковое правительство, заинтересованное в развитии торговли, неоднократно обращалось к начальству с просьбой о разрешении иногородним людям торгового сословия приобретать на войсковой земле дома для торговли. Но правительство отклоняло эти просьбы. Так в рапорте генерал-лейтенанту Гурко 11 ноября 1843 г. наказной атаман Черноморского казачьего войска Заводовский поддер­живал просьбу купцов о "дозволении иногородним строить в Екатеринодаре каменные здания" и писал, что тем самым "украсится город, облегчится для жителей военный постой и распространится промышлен­ность" [66]. Просьба не была удовлетворена. В 1853 г. командующий войсками на Кавказской линии и в Черномории наказной атаман Заво­довский повторил свою просьбу, заручившись поддержкой наместника Кавказского Новороссийского генерал-губернатора князя М.С.Воронцо­ва [67]. Однако и эта попытка успеха не имела. 15 октября 1853 г.' Воронцов в письме военному министру князю В.А.Долгорукому объяснял ходатайство тем, что оно основано не столько на заботе о благоуст­ройстве городов в Черномории, "сколько на желании достигнуть успешнейшего водворения торговли и промышленности в целом крае". Он писал, что "Екатеринодар и вообще Черноморское казачье войско име­ют столько своих особенностей, что очевидная польза требовала бы сделать для него изъятие из постановления, общего для других войск" [68]. Рассмотрев еще раз этот вопрос, хозяйственное отделе­ние иррегулярных войск нашло возможным решить положительно это де­ло. 23 сентября 1854 г. в Положение о Черноморском казачьем войске 1842 г. были внесены некоторые дополнения и изменения.

Статья 403 дополнялась примечанием [69], в котором говорилось,. что иногородним, занимающимся в Черноморском казачьем войске тор­говлей, разрежалось приобретать земли под усадьбы в городах Екатеринодаре, Тамани и станицах с ведома войского начальства, а также "возводить на этих участках каменные или кирпичные под железною крышею домы, фабрики, лавки, магазины и всякие другие строения по существующим городским правилам [691. Но не разрешалось "иметь при домах своих скотоводство, производить хлебопашество на войсковой земле или участвовать в довольствиях городским выгоном наравне с обывателями войскового сословия" [69]. Приобретенные усадьбы можно было передавать по наследству потомкам, а также продавать, но с условием, чтобы купившие усадьбу и. земля, продолжали заниматься торговлей на войсковой земле.

1 июля 1857 г. императором было утверждено дополнение к поло­жению 1842 г. о разрешении зачислять в Черноморское казачье войско "посторонних людей одобрительного поведения, которых войсковое на­чальство, будет признавать особенна полезным для службы в войске" 170]. Заинтересованность правительства к привлечение в Черноморию лиц невойскового сословия была вызвана не только необходимостью успешного развития торговли и благоустройства городов в Черноморс­ком войске, но и в целом стремлением к дальнейшему укреплении ка­зачьего сословия.

В 50-е годы XIX в. на злоупотребления войскового чиновничества вынужден был обратить внимание главнокомандующий Кавказской арми­ей, В своем рапорте военному министру он>сообщил о результате ре­визии казначейства Черноморского казачьего войска 6 октября 1858 г. недостаток казенной суммы более 95 тыс.р. В расхищении этих де­нег были замешаны войсковой казначей, старший член войскового правления и асессор хозяйственной экспедиций. Командующий войсками правого крыла Кавказской армии, наказной атаман- Г.И. Филипсон о причинах злоупотреблений в войске в своем донесении писал, что "все члени сего Правления избираются из лиц казачьего сословия, которые находясь между собою в родственных к других отношениях, поневоле скрывают преступные действия друг друга" [71]. Он внес предложение назначить старшего члена войскового правления из лиц, не принадлежащих к казачьему сословию. Рассмотрев это дело. Военный совет предложение отклонил, так как по его мнению "за благонадежность к этой должности штаб-офицер регулярных войск ручательства нет" [72]. Довольно откровенное признание. Действительно, к середине XIX в., в период разложения феодально-крепостнического строя, в ап­парате управлений как в центре, так и на окраинах Российской импе­рии частыми были злоупотребления, которые оставались безнаказанны­ми.

В октябре 1860 г. в Военном министерстве был рассмотрен вопрос об изменениях в составе войскового правления Черноморского казачь­его войска. Новый проект был утвержден императором. Было решено в виде временной меры назначить на должность старшего члена войско­вого правления штаб-офицера регулярных войск с жалованием - столо­вых по 960 р. и квартирных по 400 р. (с ежегодным прибавлением 142 р. 85 к.) серебром в год из войсковых сумм. На будущее время на эту должность должны назначаться штаб-офицеры из войскового сословия по распоряжению главнокомандующего. Войсковому атаману поручалось назначение в контрольную часть двух контролеров и двух помощников контролеров из лиц невойскового сословия, а также четырех писарей. Должности чиновника для ревизии двух столоначальников упразднялись [73]. В соответствии с изменением общего штата войскового правления Черноморского казачьего войска вносились изменения в статье 678 "Учреждения для управления казаками", тома П свода законов издания 1857 г. и в статьи Положения 1 июля 1842 г., ка­сающиеся расписания должностей по управлению для иногородних чи­новников.

Итак, с конца XVIII - До середины XIX в. в системе управления войском проводились преобразования, полностью соответствовавшие интересам как царского самодержавия, так и чиновной черноморской; старшины.

Эти изменения были тесно связаны с внешней и внутренней поли­тикой царского правительства, которое видело в лице казачества орудие для достижения своих целей.

В конце ХVIII - первой четверти XIX в. подчиненность войска гу­бернским властям (по гражданской части - Таврическому и Новорос­сийскому губернаторам, по военной - Херсонскому военному губерна­тору) отражала стремление царизма с помощью черноморского казачес­тва укрепить свои позиции в Северном Причерноморье и закрепиться в Закавказье.

Во, время активной внешней политики России на Северном Кавказе (первая четверть - середина XIX в.), Черноморское казачье войско перешло в подчинение к Кавказскому начальству. Черноморское каза­чество становится замкнутым военно-служилым сословием и подчиняет­ся не губернским властям, а Военному министерству и главнокоманду­ющему Кавказской армией. Изменения в управлении войском направлены на укрепление позиций основной опоры правительства - чиновной ка­зачьей старшины: пожалование офицерскими армейскими чинами, занятие ключевых позиций в управлении войском, владение тысячами десятин войсковой земли, различные привилегии, т.е. получение старшиной как экономической, так и политической власти в Черноморском ка­зачьем войске.

Распространение феодальных отношений вширь в период кризиса феодально-крепостнической системы видно в унификации законов, распространении существующих общероссийских порядков на окраины Российской империи. Это явление отчетливо наблюдается в организации управления Черноморского казачьего войска, где общероссийские за коны кашли свое распространение на военно-служилой основе.


Дата добавления: 2015-07-24; просмотров: 554 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: Учебное пособие. | Законодательное оформление прав войсковых дворян | Усиление экономического могущества старшин . | Повинности черноморских казаков | Социальный состав рядового казачества | З А К Л Ю Ч Е Н И Е | Библиографические ссылки | ВЫСОЧАЙШАЯ ГРАМОТА, ЖАЛОВАННАЯ ЧЕРНОМОРСКОМУ КАЗАЧЬЕМУ ВОЙСКУ 30-го ИЮНЯ 1792 ГОДА | ПРИЛОЖЕНИЕ 3 |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
Глава 1. УПРАВЛЕНИЕ ЧЕРНОМОРСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА| СЛУЖИЛ0Г0 ДВОРЯНСТВА

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.016 сек.)