Студопедия
Случайная страница | ТОМ-1 | ТОМ-2 | ТОМ-3
АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатика
ИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханика
ОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторика
СоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансы
ХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника

ГЛАВА (начало) 5 страница

Читайте также:
  1. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 1 страница
  2. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 10 страница
  3. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 11 страница
  4. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 12 страница
  5. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 13 страница
  6. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 2 страница
  7. Administrative Law Review. 1983. № 2. P. 154. 3 страница

Оксана приподнялась на локтях и запрокинула голову назад. При взгляде на ее тонкую белую шею, на бесстыдно выставленную грудь, на раздвинутые в стороны ноги в черных чулках, он судорожно вздохнул. Дернул резинку трусиков и те с треском порвались, подтянул к себе за бедра. Дыхание со свистом вырывалось сквозь его стиснутые зубы. Он медлил, не решаясь сделать последний шаг, но Оксана неожиданно подалась вперед, дернула ремень его джинсов, расстегнула ширинку. Когда ее пальцы коснулись напряженного изнывающего члена, Руслан вздрогнул, он резко отбросил ее руку в сторону, схватил ее за шею и заставил смотреть себе в глаза.

‑ Ты знаешь, что сейчас будет?

Оксана смотрела на него и по‑прежнему молчала, потом кивнула и облизала губы кончиком языка. Перевела взгляд на его губы и снова на глаза.

‑ Я сейчас буду тебя трахать. Ты этого хотела? Хотела, чтобы я тебя трахнул?

Сказал и почувствовал, как от желания задрожал каждый мускул на теле. Ее глаза потемнели. Он видел в них отражение собственной страсти.

‑ Ответь мне, ‑ хрипло прошептал Руслан, все еще удерживая ее за шею, не отпуская ее взгляд. Она кивнула, и он проник в ее лоно пальцем, чуть не выругался матом, чувствуя влагу, жар. Он был на грани, боялся, что как только войдет в нее сразу кончит.

‑ Скажи мне это! – потребовал, глядя ей в глаза и проталкивая палец глубже, дразня ее изнутри, Оксана жалобно всхлипнула, запрокинула голову, закусила нижнюю губу.

‑ Скажи… ‑ Руслан проник в нее уже двумя пальцами, и Оксана вскрикнула.

‑ Давай, скажи мне это.

Руслан двигал рукой быстрее, чувствуя, как она подается ему навстречу, изгибаясь, повторяя движения его пальцев. Он не давал ей отстраниться, уверенно удерживал за горло, глядя на затвердевшие соски, отчетливо проступающие под тонким трикотажем платья. Оксана пыталась освободиться, цепляясь за его запястья ногтями. Теперь она уже металась, вскрикивала. А он яростно таранил ее пальцами и не мог оторвать взгляд от ее лица. Почувствовал, как по спине катятся струйки пота. В висках пульсирует.

‑ Да! – вдруг, громко ответила она и распахнула глаза, Руслан судорожно выдохнул, притянул Оксану к себе еще ближе, удерживая за волосы.

‑ Что "да"?

Их задыхающиеся рты почти соприкасались, но он не целовал ее, лишь дразнил едва касаясь губами, ловя ее прерывистое дыхание, а пальцы внутри горячего женского тела уже не могли остановиться.

‑ Я хочу, чтобы ты меня взял…, ‑ прошептала тихо, едва слышно.

Чертовая скромница, нет, он заставит ее сказать то, что она чувствует, заставит раскрыться.

‑ Трахнул! Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, ‑ упорно повторил он. Оксана инстинктивно двигала бедрами, насаживаясь на его пальцы, но он вынул их из разгоряченного лона, и теперь она подалась к нему всем телом, ища его губы. Руслан удержал ее на вытянутой руке, глядя в ее безумные зеленые глаза и сходя с ума от страсти.

‑ Трахни меня.

Из его горла готов был вырваться вопль. А Оксана вдруг рванула на нем рубашку и притянула его к себе за шиворот, глядя ему в глаза, отчетливо хрипло сказала еще раз:

‑ Трахни меня, пожалуйста.

Вот это сочетание грубости и просьбы, именно то, как она это сказала, окончательно свело его с ума. Все, это было слишком, он ворвался в ее тело до упора, одним резким толчком, и ему показалось, что он сейчас зарычит. Но закричала она, обхватила его бедра стройными ногами и наконец‑то дотянулась до его губ, впилась в них дрожащими губами, вцепилась в его волосы, не давая оторваться. Руслан уже не мог сдерживаться, подхватил ее под ягодицы и начал двигаться в бешеном темпе, опрокинул ее обратно на стол, дернул корсаж платья вниз, высвобождая грудь, зарычал, увидев ее напряженные соски, сжал жадно ладонями, вдалбливаясь в ее тело все быстрее, она извивалась под ним, хватая воздух, губами. Ее руки то касались его тела, то цеплялись за стол, который ходил под ними ходуном. А потом Оксана закричала, и он почувствовал, как ритмично сжимаются мышцы ее лона вокруг его члена, как дрожит ее тело, покрываясь бусинками пота. Руслан подхватил ее ноги под колени и проник еще глубже, чувствуя сопротивление мышц внутри. Под ее дикий вопль, под ее ошеломительный оргазм, который резко перетек в его собственный, он услышал свой собственный стон, наслаждение было мощным, у него искры из глаз посыпались. Он даже не понял, как привлек ее к себе, сильно сжимая руками ее спину, вдавливая в себя, пряча лицо на ее груди и содрогаясь всем телом.

 

Мне казалось, что меня разорвало на части. Нет, меня накрыло торнадо, и я умерла, или воскресла. Мне еще никогда не было настолько хорошо. До боли, до судороги, до слез. Я не ожидала, что этот вечер закончится именно так, на этом деревянном столе, где я лежала, как распятая бабочка, со скрученным на талии платьем, в одних чулках и цеплялась за плечи этого парня, который все еще находился внутри моего тела. Я крепко прижимала его к себе за голову, зарывшись пальцами в его волосы. Мы дрожали, оба, взмокшие и опустошенные. А потом мне стало страшно. Я боялась того, что он скажет мне сейчас. Когда всплеск дикой страсти утих, когда он уже получил меня.

Но когда Руслан поднял голову, посмотрел мне в глаза и не выпуская из объятий коснулся губами моих губ, я забыла обо всем. Он приподнял меня, подхватил на руки и понес в дом. Мне казалось, что я полностью опустошена, что я невесомая, что меня просто нет или я продолжение его. Мне никогда не было так хорошо. Я задыхалась от собственных эмоций.

Руслан занес меня в ванную комнату и поставил на пол. Я потянула подол платья, прикрывая голые бедра.

‑ Нам, не мешало бы принять душ, ‑ сказал он и улыбнулся. Мне захотелось зажмуриться. Я солгала Наде, сказав, что он не симпатичный. Он невероятный, он сексуальный, он прекрасен как сама молодость, даже то, как он улыбался заставляло меня дрожать от желания. Когда я успела так пасть? Когда я стала вдруг так думать о нем? Только что, я принадлежала ему в самом примитивном смысле этого слова, и не было в этом ничего пошлого, это было прекрасно, это было как откровение. Мое откровение.

Руслан сбросил рубашку, и я покраснела, когда поняла, что на ней отлетело несколько пуговиц. Я в порыве страсти испортила его вещь. Я никогда не творила ничего подобного, а теперь от собственной наглости у меня зашлось сердце. Мне нравилось, что Руслан делал меня такой – настоящей.

Он что собирается мыться вместе со мной? Словно в ответ на мои слова Руслан снял с меня платье через голову и отбросил на пол. Я тут же прикрыла грудь руками. Стою перед ним в одних чулках на кафельном полу и дрожу как ненормальная. Может выключить свет? Слишком ярко здесь и он видит каждый мой недостаток. Черт мне уже не двадцать.

Но Руслан опустился передо мной на корточки, осматривая мои ноги, трепетно провел по моим икрам ладонями и медленно снял с меня чулки.

‑ У тебя красивые ноги. Самые красивые из всех, что я видел.

В том, что он видел очень много, я не сомневалась, наверное, рядом с ним сатанело от страсти любое существо женского пола.

Я зажмурилась, когда увидела, как он сбросил джинсы, стянул трусы и остался передо мной совершенно голым.

‑ Посмотри на меня.

Попросил тихо, но настойчиво и я открыла глаза. Тут же захотелось закрыть их снова и застонать. У него великолепное тело. Поджарое мускулистое. Татуировка тигра переходила на грудь, выпуклую, рельефную. Я осмелела и опустила взгляд ниже к его животу к тонкой полоске темных волосков спускающейся к паху. Я никогда не рассматривала мужчину столь дерзко. Когда посмотрела еще ниже, краска бросилась мне в лицо. Он был готов. Член стоял так, словно мы не занимались сексом пару минут назад. О боже! Он огромен! Он невероятен. Неужели вот это орудие поместилось внутри меня, а я даже не почувствовала боли? Руслан подтолкнул меня к душевой кабинке и повернул кран с горячей водой. Первые капли оказались ледяными, они упали мне на грудь и обожгли затвердевшие соски, красные от его поцелуев, от его не слишком ласковых рук.

То, что произошло потом, повергло меня в пучину, в раскаленную магму, я понятия не имела, что могу возбудиться столь быстро и дойти до невменяемого состояния за пару минут. Руслан намыливал мое тело медленно, скользя по груди, по соскам, потирая самые кончики, по животу. Я потянулась к его губам и он поцеловал меня, только теперь нежно и мучительно медленно, изучая мой рот языком изнутри и заставляя меня содрогаться, медленно лишаться разума. Какие сладкие у него губы, сочные, мягкие. Особенно нижняя губа. Я тихо застонала, когда провела по ней языком. Потом притянула его к себе за шею и поцеловала требовательно, жадно, чувствуя, как его твердый член упирается мне в живот. Руслан тихо засмеялся:

‑ Не торопись, ‑ прошептал мне в самое ухо и провел губами по моей шее, слизывая капли воды, я замлела прикрывая глаза. Вдруг он резко повернул меня к себе спиной, и я вздрогнула, когда соски коснулись холодного кафеля, все тело пронизало током. Теперь он намыливал мои ягодицы и я невольно прогнулась, чувствуя требовательную пульсацию между ног. Он словно понял чего я хочу, скользнул пальцами ниже и я дернулась когда почувствовала как он задел клитор. Господи, неужели я могу кончить еще раз? Я не выдержу, я больше не вынесу ни секунды этой пытки. Его пальцы нежно натирали мой затвердевший комочек, движения были легкие, дразнящие, едва ощутимые, но настолько пронзительные, что кричать хотелось еще сильнее, чем когда он входил в мое тело членом. Я прогнулась еще ниже и невольно раздвинула ноги, прижалась щекой к кафелю. Как же у него получается делать это со мной? Я плавлюсь в его руках, я таю, я медленно схожу с ума. А прикосновения такие нежные и умелые, такие дерзкие и невыносимые. Его горячая ладонь легла мне на грудь, я дрожала, я уже чувствовала знакомую волну, приближающуюся издалека. Из моего горла вырвался стон, я почувствовала, как он целует мой затылок, покусывает мочку уха, Руслан прижался к моей спине своим твердым телом, я чувствовала каждый мускул на его груди, и мне невыносимо захотелось, чтобы он снова меня взял. Сейчас, немедленно. Вместо этого ласка вдруг прекратилась, и Руслан повернул меня к себе. Как же невероятно он красив, весь мокрый, капли воды стекают по смуглой коже, глаза черные, горят, обжигают, но уже не наглые, а сумасшедшие. Руслан дал мне в руки жидкое мыло, и я судорожно глотнула воздух, понимая, что он предлагает мне продолжить игру. Теперь уже я несмело намыливала его тело и чуть ли не вопила от восторга, прикасаясь к его коже. Когда руки спустились к паху, он напрягся. Но я уже обнаглела, мне нравилось его трогать, мне хотелось свести его с ума так же, как он сводил меня все эти дни. Я сжала пальцами его член, и он закрыл глаза, его рот приоткрылся. Я провела вверх вниз скользя по всей длине, с трудом обхватывая мощную плоть. Руслан застонал, стиснул челюсти, а потом схватил мою руку за запястье, осторожно отвел в сторону.

‑ Осторожней, милая. Я никуда не тороплюсь ‑ прошептал он и направил на меня струю воды, смывая мыло. Он не торопится, а я уже изнываю, я не могу больше. Я сейчас наброшусь на него сама. Он разбудил во мне зверя.

 

Руслан вылез из душа и потянул меня за собой, вытер насухо полотенцем, намеренно касаясь воспаленной кожи очень нежно, а я хотела грубо, сильно, я уже совершенно потеряла голову.

 

Я не помнила, как мы оказались в постели, я не знала в чьей мы постели в его или моей, но какая разница. Я хотела его каждой клеточкой своего тела, я с ума сходила, а он играл со мной в странную и незнакомую мне игру. Когда Руслан начал целовать мое тело, медленно дразня меня языком, я уже не могла стесняться мне хотелось умолять его, кричать, царапаться. Но он не торопился, ласкал мои соски, а я с удивлением понимала, что они у меня ужасно чувствительные к прикосновениям его пальцев, его губ. От каждого касания меня пронизывало током и я уже могла кончить просто от того, что он целовал мою грудь. Его губы спустились ниже по влажному животу, я тихо постанывала, не зная, хочу ли я прекратить эту пытку или мечтаю, что бы она никогда не кончалась. Его сильные руки развели мои ноги широко в стороны, и я резко вскочила на постели, но Руслан толкнул меня обратно.

Кода его большие пальцы раздвинули мою плоть, я стиснула челюсти и впилась пальцами в простыню. Я в его власти с самой первой минуты как увидела в метро, посмотрела в наглые глаза и пропала. Новая обжигающая и совершенно незнакомая ласка подбросила меня на постели, и я вскрикнула. Его язык прошелся по моему лону, и я подумала, что сейчас умру от стыда. Меня никогда так не ласкали. Никогда и никто не прикасался ко мне столь интимно. Теперь его язык трепетал на моем клиторе умело, нагло, дразнящее и я слышала свои громкие стоны, мир постепенно рассыпался на мелкие осколки, каждый нерв был напряжен и вибрировал от этой изысканной ласки, а потом Руслан обхватил изнывающий комочек плоти губами, втянул в себя. Я всхлипнула, меня била крупная дрожь. Мне казалось, что я больше не выдержу. Почувствовала, как вовнутрь моего тела проник его палец, а язык уже надавливал сильнее, быстрее. Руслан умело чередовал ласки губами и языком, окончательно лишив меня рассудка и я уже кричала, громко, не стесняясь, распахнув ноги еще шире, зная, чувствуя, что сейчас я кончу. Я была на грани, балансировала на самом краешке безумия, изогнулась, прижимаясь к губам Руслана изнывающей плотью. Он словно понял, что сейчас я взорвусь и теперь уже неистово терзал меня губами, сжав мои бедра сильными пальцами, мешая пошевелиться. Я заорала, и оргазм обрушился на меня, разрывая на мелкие кусочки затуманенное сознание, я все еще чувствовала его губы мягкие, нежные там, внизу, он продлевал мое наслаждение, не выпуская из рук. Это был невыносимый экстаз, сумасшедший, невероятный. Я извивалась в сладких конвульсиях. Не дав мне опомниться, Руслан накрыл меня своим телом, придавил к постели и вошел в меня. Влажная после бурного оргазма, все еще вздрагивающая, я плавилась в его руках, целовала его губы, мне казалось, что я рыдаю и, наверное, так и было. Руслан остановился, удерживаясь на руках, вглядываясь в мое лицо. Как же он красив, он просто ослепительный, он МОЙ, я это знаю, я чувствую это где‑то глубоко в подсознании…

И все началось сначала. В этот раз мучительно долго, мучительно приятно. Он был неутомим, он терзал меня часами и я охрипла от криков, я не чувствовала своего тела. Я уже не знала, сколько раз кончила с ним. Да я и не считала. Для меня каждый толчок его раскаленного члена превратился в нескончаемое, дикое наслаждение, не подвластное моему сознанию. Мы уснули уже утром, или днем, или ближе к вечеру. Сжимая друг друга в объятиях, лишенные сил, опустошенные, почти мертвые. Даже во сне я сжимала его руками и вздрагивала, словно мои нервы лишились кожного покрова, но отпустить не могла… наверное уже никогда не смогу. Я создана для него. Наверное, я всю жизнь ждала только его, только этого мужчину. Я не хотела думать ни о чем другом, я хотела раствориться в нем пусть ненадолго, пусть мимолетно, пусть всего лишь на эту ночь.

 

Я проснулась. Точнее с трудом разлепила веки. Господи, который сейчас час? Это закат или рассвет? Тело ныло как после долгих физических нагрузок. Особенно саднило там внизу. Напоминая о том, что я несколько часов кряду занималась самым неистовым сексом за всю мою жизнь. Я ждала, когда ко мне придет стыд или чувство вины, но ни то ни другое не приходило. Я словно стала совсем другой. Изменилась до неузнаваемости. Я приподнялась на локте, посмотрела на подушку, на которой все еще оставалась вмятина. Он спал со мной, а потом ушел. Я подскочила на постели. Ушел? Конечно ушел. А ты как думала? Что он в тебя влюблен и строит планы насчет вашего общего будущего? Или ты ждала что утром проснешься в лепестках роз и он принесет тебе завтрак в постель и поблагодарит за прекрасную ночь. Этого ты ждала. "ДА" – закричал внутренний голос, а потом сама себе ответила: "Ну и дурра!".

Я потянулась за халатом, висящим на стуле, набросила на себя и подошла к окну. Вопрос какое сейчас время суток все еще оставался актуальным. Я распахнула окно и выглянула во двор. И тут же сердце радостно подпрыгнуло. Руслан яростно бил боксерскую грушу. Тренировался с утра. Он не уехал. Он просто проснулся раньше. Я невольно улыбнулась и засмотрелась. Какое великолепное у него тело. Мышцы бугрятся, перекатываются, кожа покрылась капельками пота. Удары резкие, точные. Он говорил, что учился в военной академии. Что ж это было видно. Внезапно Руслан поднял голову, заметил меня, махнул мне рукой и улыбнулся. Радостно, совсем как мальчишка. И мне стало хорошо. До одури хорошо. Захотелось влезть на подоконник и орать на всю улицу. Вот дурра. Вспомнились слова Нади, что после хорошего секса у женщины хорошее настроение. Это был просто секс? Для меня? Что это было для меня? Что будет сейчас? Завтра? А потом? Или когда я закончу работу все тоже закончится?

 

Я отошла от окна и села на постель. Закрыла лицо руками. Я понимала, что все должно закончится прямо сейчас. Я должна извинится перед ним, уехать, отказаться от заказа. И вообще бежать без оглядки. Что я делаю? Что я творю? Я замужем. У меня семья. А я мечтаю об этом мальчике, живу в своих розовых снах и не хочу просыпаться. А ведь рано или поздно надо возвращаться домой. К Сергею. А вот и укол совести. Резкий и болезненный. Я должна уехать. Просто собрать все вещи и уехать. Прямо сейчас. Я решительно встала с постели, быстро умылась, переоделась. Распахнула шкаф, глядя на вещи. В глазах защипало.

"Лучше рано чем поздно, лучше сейчас. Потом может быть больно"

А мне и сейчас больно. Я пошвыряла свои тряпки на кровать и принялась запихивать их в чемодан. Когда полностью управилась, решила попить кофе, попрощаться с Русланом. Я даже отрепетировала свою речь: "Прости меня. Я замужем. Все было чудесно, красиво. Но у меня своя жизнь. А у тебя своя".

Полная решимости я спустилась на кухню, поставила чайник.

‑ Доброе утро, милая.

Обернулась, а он стоит на пороге с букетом пожелтевших листьев и улыбается. Внутри все похолодело. А от его взгляда заболело сердце. Руслан прищурился и вдруг совершенно неожиданно спросил:

‑ Жалеешь да?

Я промолчала. Сняла кипящий чайник, поставила на стол две чашки. Молча налила кипяток, насыпала кофе, но Руслан перехватил мою руку и я рассыпала сахар.

‑ Ответь – жалеешь?

Я посмотрела ему в глаза.

‑ Не жалею. Только не правильно все это. Нехорошо. Мерзко. Прости.

Я отняла руку и все же насыпала сахар в чашки. Я чувствовала взгляд парня, тяжелый взгляд, свинцовый. Он сверлил мой затылок. Долго и пронзительно, пока я разливала кофе, пока резала хлеб и колбасу.

‑ Мерзко значит? А врать самой себе как ты сейчас врешь не мерзко?

Нет, сейчас я себе не лгала, вот в этот самый момент. Сейчас я совершенно твердо намеревалась закончить все это немедленно.

‑ Я не лгу себе. Между нами ничего нет. Случайный секс и все. Это ничего не значит.

Руслан так резко схватил меня за руку, что я уронила ложку и посмотрела на него. Его глаза сверкали, горели. Лицо побледнело.

Я посмотрела на его сжатые губы и вздрогнула. Вот эти губы меня целовали. Всю. Каждую клеточку моего тела. Дарили мне наслаждение. Как я смогу жить без его поцелуев и ласки. "Сможешь! Вот как раньше жила так и будешь жить дальше!" Только я понимала, что как раньше уже никогда не будет и боялась. Да, я себя саму боялась. Потому что если не прогоню его сейчас, то я пропаду. Я буду зависима от него. Я просто сгорю.

‑ Ничего не значит?

‑ Нет, ничего не значит.

Повторила я отчеканивая каждое слово. Потом посмотрела на его руку, на пальцы с толстой печаткой, которая впилась мне в кожу.

‑ И отпусти меня, ты делаешь мне больно. Я сейчас уезжаю в город и очень тебя прошу, когда я вернусь пусть тебя здесь не окажется.

Я знала, что говорю с ним очень резко, просто грубо и нагло, но я хотела чтобы он разозлился и у меня получилось. Руслан криво усмехнулся, глаза снова сверкнули, только теперь уже яростью.

‑ Да кому ты на хрен нужна. Думаешь я буду тебя уговаривать? У меня таких как ты хренова туча.

Руслан выпустил мою руку и вышел из кухни, я услышала как он выругался матом и закрыла глаза. Через минуту послышался рев отъезжающего мотоцикла и вздохнула полной грудью. Вот и хорошо. Вот и правильно. Я все сделала как надо. Нужно забыть об этом, выбросить из головы и жить дальше. Ведь ничего не случилось? Никто ни о чем не узнает. Никто и никогда и я забуду. Я ведь забуду? Только на душе почему‑то было мерзко. Так паршиво, что выть хотелось. Что‑то пощекотало мне щеку и дотронувшись я почувствовала влагу. Я плачу.

Да, я черт подери плачу, потому что так больно и так хорошо мне никогда не было и плачу я потому что поняла, что ничего не видела в этой проклятой жизни. Ничего не чувствовала и больше уже не почувствую. Плакала потому что оттолкнула того, кого больше всего на свете хотела. Я насильно выпила чай, съела бутерброд. Заметила на столе пачку его сигарет и жадно закурила. В голове помутилось от первой затяжки, но я ничего не замечала. Стало немного легче.

Уже через несколько минут я ехала в город. Имею право. На выходные я могу ехать домой.

 

Я вернулась. Припарковала машину у дома и посмотрела на наши окна. Горит свет. Сережка дома. Господи, как же я перед ним виновата, как же я могла вот так. Черт меня раздери. Как последняя… Я почувствовала как вспыхнули щеки. Стало страшно. что как только я зайду в дом Сергей все поймет и почувствует. Ведь он меня любит и иначе и быть не может. Я бы почувствовала.

Я поднялась на лифте домой, отперла дверь ключом и застыла на пороге. Сергей был не один. Слышались мужские голоса, смех. Вот так. У нас гости. И никто по мне не скучал и никто меня не ждал. Стало смешно и обидно, до слез. Я стянула туфли, погремела сумкой, но меня не услышали. Наконец‑то кто –то крикнул.

‑ Эй, кто это там. Вась, ты что ли? Водяру принес?

Я зашла в залу на ходу снимая куртку:

‑ Я не Вася и водяра отменяется.

Сергей тут же повернулся ко мне и улыбнулся:

‑ О! Зая вернулась!

Он подошел ко мне, чмокнул в щеку.

‑ Зай, а мы тут решили с ребятами по пивасику.

‑ По водочке, ‑ заметила я и почувствовала как снова начинаю злится, но угрызения совести еще меня мучали и поэтому я смирительно решила не скандалить. Только шепнула Сергею на ухо:

‑ Избавься от них я очень устала. Хорошо? А еще я соскучилась и хочу чтобы мы остались наедине. Давай, отправляй их домой и я покажу тебе как я скучала.

Сергей удивленно на меня посмотрел, но друзей разогнал и очень быстро. Я долго терла себя мочалкой в ванной, стараясь смыть прикосновения другого мужчины, замечая синяки на бедрах, под коленями. Вспыхивая каждый раз, как только память выдавала каким образом они появились на моем теле. А потом я пришла к Сергею и мы занялись любовью. Я старалась изобразить страсть, угодить ему, но через пару минут я поняла, что Сергей даже не замечает моих ухищрений, а молча сопит мне в плечо ритмично двигая бедрами. В этот момент я подумала о том, что ведь все одинаково и секс тот же и прикосновения те же. Только все это суррогат. Я привычно изобразила оргазм, возненавидела себя за это, почувствовала как муж тихо кончил во внутрь, поцеловал меня в губы.

‑ Какая ты сегодня страстная.

Отвесил он комплимент и ушел в ванную, а я лежала на диване, смотрела в потолок и ненавидела себя еще больше. За все. За то что не умею любить собственного мужа, за то что он не такой как Руслан и за то что теперь я точно знаю, что с другим мужчиной мне притворяться не надо. Только совесть немного успокоилась. Легче стало. Я снова дома. Я снова с Сергеем. Пусть все что было на объекте останется только в моих воспоминаниях. Я прикрыла глаза и в этот момент зазвонил мой сотовый.

Я вздрогнула, ринулась к сумочке, но Сергей меня опередил и в этот момент мне показалось, что у меня остановится сердце.

‑ Зай, это тебя. Я спать.

Он протянул мне трубку и скрылся за дверями спальни.

‑ Алло, ‑ мой голос дрогнул.

‑ Добрый вечер, Оксана Владимировна.

Я с облегчением вздохнула:

‑ Добрый вечер.

‑ Не помешал?

‑ Нет что вы я еще не сплю.

‑ Отдыхаете дома?

‑ Да. Приехала на выходные.

‑ Материал я заказал, привезут в понедельник и начнем работу. Я вот что спросить хотел. Руслан мой все еще там?

Я замялась, не зная что ответить.

‑ Ясно. Значит уехал. Не отвечает на сотовый. Отдыхайте, Оксаночка. Простите за беспокойство.

Я медленно положила сотовый на столик. А ведь там, глубоко в душе я надеялась, что это ОН. Только Руслан не тот кто будет названивать женщине, которая его бросила, не тот кто будет о чем‑то просить. Он просто НЕ ТОТ. И стало горько, тоскливо, одиноко. Я вышла на балкон и закурила. Снова зазвонил сотовый. Я выбежала с сигаретой, быстро вернулась обратно и ответила.

‑ Да, я слушаю.

В трубке раздался щелчок и короткие гудки. Ошиблись номером. Черт меня раздери, как же мне плохо. Я ведь ждала, что он позвонит.

 

Моя жизнь вернулась в привычное русло. Эти два дня я выполняла роль примерной жены, готовила кушать на целую неделю. Поговорила с Ванечкой по телефону, с мамой. Выдраила квартиру. Я отчаянно старалась чем‑то себя занять, чтобы не думать о Руслане. Я гнала мысли о нем как можно дальше. Я старалась не думать и не вспоминать и чем больше старалась, тем больше мои мысли возвращались к нему.

Я злилась на саму себя, ловила себя на том что начинаю нервничать как только вижу черный мерседес, что я вздрагиваю когда звонит телефон и что я просто жду. Чего жду неизвестно.

В понедельник я вернулась обратно на работу. Дом казался мне ужасно пустым. Руслан заполнял собой все пространство, когда находился здесь. Он как ураган или цунами. Его бешеная энергия резонансом разносилась по всему дому. К концу недели мне уже хотелось выть волком. Я не могла работать. Я просто сидела за тем самым столиком и нервно курила. Одну за одной. Курила и думала. Я думала о нем. Вокруг меня сновали работники, я отдавала им распоряжения, кипела работа и вроде все ладилось и складывалось, как я задумала. Только жизнь казалась мне уже серой и унылой. Как трясина, как зыбучий песок времени, в котором я тонула, с каждым днем погружаясь в него все дальше и дальше. Я не выдержала, выехала в город с одним из работников. Они оставались на ночь, и нужно было купить им еще кофе и еду. Как никак, три взрослых мужика, не морить же их голодом. Тем более Царев выделил мне на это финансы. Максим был примерно моего возраста. Смешной, очень веселый парень, с курносым носом, темными волосами и неопределенного цвета глазами. У него семья осталась в другом городе, а сам он выехал на заработки в столицу, все деньги жене с дочкой высылал. Мы разговорились. Всю дорогу он меня смешил, рассказывал анекдоты, а потом я замерзла и предложила заехать в кафе. Хоть немного согреется и перекусить. В эти дни я забывала поесть. Мы забрели в захудалую забегаловку, я заказала себе кофе и шоколад, Максим чай и хот дог. На улице шел дождь. Я курила и смотрела, как капли стекают по грязному стеклу. Слушала болтовню своего собеседника, невпопад кивала и грела руки о горячую чашку.

Вот и скоро зима. Холодно‑то как.

 

А потом к кафе подъехали мотоциклы, и толпа ребят в кожаных куртках ввалилась в тесное помещение, и мне стало трудно дышать. Я узнала его сразу. Со спины. И он, конечно же был не один. Все с той же девушкой, с которой я видела его в том злополучном ночном баре. Руслан на меня не смотрел, видно ему и в голову не приходило, что я могу оказаться здесь в такую погоду, или вообще просто не заметил.

Зато меня заметил его друг, помахал рукой и все дружно ко мне обернулись. В этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю.

А еще я почувствовала, как безумно мне не хватало его все эти дни. У меня было ощущение, что я не жила, а спала. Тягучим мертвым сном, серым и унылым, а лишь когда видела его, то просыпалась и оживала.

Руслан, до боли живой, он как наркотик, от которого жизнь играет иными красками. Он ворвался в меня, как ураган и потек по венам, отравляя кровь зависимостью. Это как героин от одной дозы становишься наркоманом без шансов на выздоровление. Руслан обернулся неожиданно, обжег равнодушным взглядом и подозвал официанта. Мне стало неприятно. Это знакомое до боли ощущение, что превосходство явно не на твоей стороне. То есть ты вовсе не победитель. Мой отказ не зацепил его, не обидел, не оскорбил – я просто исчезла из его жизни как любая, очередная женщина. То есть, возможно, он сам был готов к тому, что эти отношения скоротечны и ничего для него не значат.

"А чего ты хотела? А? Чтобы он ползал на коленях? Стоял под твоими окнами с цветами? Ты гордилась тем, что порвала первая?"

Да, я этого хотела, но просчиталась, точнее, спутала Руслана с мужчинами моего круга. Где мне тягаться с его девками? Я просто не дотягиваю и никогда не дотяну до их уровня. И я уже не гордилась тем, что порвала первая. Я чувствовала себя жалкой. Потому что плохо мне, а не ему.

‑ Оксана, вы меня слышите? Я сказал, что работу мы закончим в пятницу.


Дата добавления: 2015-07-18; просмотров: 113 | Нарушение авторских прав


Читайте в этой же книге: ПУСТЬ МЕНЯ ОСУДЯТ. | ГЛАВА (начало) 1 страница | ГЛАВА (начало) 2 страница | ГЛАВА (начало) 3 страница | ГЛАВА (начало) 7 страница | ГЛАВА (начало) 8 страница | ГЛАВА (начало) 9 страница | ГЛАВА (начало) 10 страница | ГЛАВА (начало) 11 страница | ГЛАВА (начало) 12 страница |
<== предыдущая страница | следующая страница ==>
ГЛАВА (начало) 4 страница| ГЛАВА (начало) 6 страница

mybiblioteka.su - 2015-2024 год. (0.024 сек.)